2

      Сложно представить, насколько высоко взлетят просмотры сегодняшней вечерней программы после того, как сведения дойдут до босса. Сегодня все внимание Ада точно будет принадлежать крупнейшей корпорации преисподней. Заведомо купаясь в лучах славы и представляя себе, что за чудный вечер ждет ее впереди, Патриция улыбалась своим мыслям, целеустремленно шагая вперед. В кои-то веки все окупится. В кои-то веки к ней вернется сполна все, что она потеряла. Ведь Билли не зря настолько внимательна, настолько ревностно отслеживала все даже самые незначительные детали, намеки и совпадения. Теперь сомнений не осталось. Она нашла ту, про которую столько говорили. Нашла главный объект. Демоницу, разоблачение которой и станет ее счастливым билетом к обещанному статусу. Флорентина Инно из «666-Ньюс»… Можно было и догадаться. Разве могло быть иначе? Сучка, привыкшая выставлять себя вертихвосткой и полностью следовать образу, чтобы достичь максимальной выгоды. Шлюха номер один, можно было предположить, что она не изменит своим привычкам. Патриции на сей раз просто элементарно повезло: окажись на месте Микки ее старший сын Норман — и она не стала бы тратить свое время на разговоры, она без разбора прикончила бы его на месте, едва завидев впереди. Его-то она помнит. Однако главного не отнять — ныне удочка заброшена, и ящерица уже клюнула на крючок и засветилась. Теперь ей будет некуда бежать. Поднявшись в свой офис, Билли, стараясь держать мордочку и не обращать внимания на язвительные языки и взгляды за спиной, прошла в кабинет и, не теряя времени, открыла ноутбук. Приземлилась за стол, уставившись на клавиатуру, и затаила дыхание. Теперь дело за малым — всего-то написать обо всем, что она видела, и обо всем, что рассказал ей сын, и грамотно поднести информацию, чтобы заинтересовать зрителей.       — Спасибо тебе, Флорентина, — угрожающим полушепотом проговорила Патриция, откинувшись на спинку кресла и положив локти на стол. — Если бы не ты, дорогуша… Теперь-то я знаю, с чего мне сразу же стоило начать.       Она сама любезно преподнесла шанс все исправить. Уничтожить единственную помеху на пути. Когда она окажется прижата к стене, станет уже несложно открыть всем глаза на то, кому есть место в Аду, на кого все они смотрят каждый день. Сперва ее сумасшедший брат, теперь и она. Колли расплылась в самодовольной улыбке и опустила лапы на клавиатуру, начав быстро набирать свой текст, но осеклась, когда двери внезапно распахнулись без стука и всякого предупреждения. Твою налево. Кто б сомневался. Натянув на мордочку спокойное, нейтральное выражение, адская гончая обратилась к единственной вошедшей, которая оказалась яркой заметной девушкой с собранными в два извечных пышных хвоста волосами:       — Какими судьбами, дорогая?       Она пришла издеваться. Напоминать, в чьем полном распоряжении находится Патриция. Она пришла прозрачно намекнуть, чего стоит любая ошибка в эфире. Пришла прославлять.       — Если ты запланировала грандиозную программу. Значит, должна перевернуть Ад с ног на голову, — Вельветт вытянула руку вперед и чуть наклонила смартфон, делая эффектное селфи на фоне приглушенно сияющего торшера, свет которого красиво обрамлял ее фигуру. — Ничего личного. Знай свое место. — Она повернула голову и, заметив стопку распечатанных листов, неохотно и несколько лениво уточнила:       — Материалы эфира?       — Неужели Его Величество Вокс подослал тебя проверить? — Патриция усмехнулась, ругаясь про себя, и взяла со стола кипу бумаг, не подпуская девушку слишком близко.       — У меня нет времени на жалкую суку, не нарывайся, — заметила на выдохе Вельветт, практически не отрывая взгляда от ленты соцсети, скорее отмахиваясь от нее, и Патриция явственно ощутила цифровую удавку, обвившуюся вокруг шеи и стиснувшую горло. — Я начну с твоей семьи.       — Разумеется… Помню, чем грозит промах, — натянуто отозвалась колли, бросила на столешницу глянцевые листы, равномерно распределила их лапами и растянула губы в улыбке, куда более похожей на болезненный оскал, только после этого получив возможность дышать. — Я достала нужную информацию.       Подойдя к ней со спины, Вельветт положила руки на ее плечо и замерла так, улыбаясь все шире по мере того, как новое представление становилось все более удачным.       Первая картинка изображала Флорентину Инно крупным планом; ящерица таращилась невменяемо и злобно на ангелов-истребителей, зависших над каким-то мостом, а из ее чешуи топорщились острые длинные колючки. На втором кадре рядом с Инно уже появлялась нашумевшая в последнее время Лэсс Хоуп, которая, по всей видимости, потешалась над ящерицей, торжествуя по случаю полного бессилия первой. Далее шло несколько батальных сцен, пестревших сияющей ангельской кровью и разорванными телами экзорцистов. Хмыкнув, демоница-модельер навела на один из снимков камеру и сфотографировала его наискосок, тут же поместив к себе на страницу. Перевернув кипу, гончая продемонстрировала Властелину также несколько снимков, на которых был запечатлен уже мертвый брат корреспондентки, а затем собрала все обратно в стопку и отложила. Ей определенно стало невыносимо больно уже тогда. Еще в толпе, откуда она наблюдала сие представление, в общем-то, ни на миг не забывая, что они с Инно практически коллеги, а на месте Джастина побывали и ее близкие… Постаравшись отогнать от себя подобные размышления, Билли утешила себя тем, что все не напрасно. Или убьет она, или убьют ее. Это неизбежно. Это даже не ее выбор, им просто нужна очередная марионетка, но теперь та, которая не попадает под правила Небес и свободна в перемещениях.       — Осталось набросать текст и все оцифровать, — пробормотала колли больше для себя, а затем высвободилась из захвата Вельветт и повернулась обратно к ноутбуку.       «Адские фэйлы. Выпуск 115» — напечатала Билли и задумалась. Вельветт быстро набирала какое-то сообщение, раскинувшись на диване за ее спиной, щелкая по экрану смартфона длинными ногтями. Назойливый шум и чужое присутствие сильно отвлекали, мешая сосредоточиться и отпугивая вдохновение. Как бы ни хотелось, она не вправе раздражаться. Сделав вдох, Патриция начала печатать через силу, думая о том, что быстрое завершение этой работы не только положит конец все ее жизненным метаниям, но и кстати привлечет внимание Вокса, что, по сути, изначально и было приоритетной задачей колли. Ей просто нужно разделаться со всем этим и вернуться домой. — [Вокс]: «На какую подлость способна Флорентина Инно, и правда ли, что исчезнувший 15 лет назад Властелин Лэсс Хоуп снова промышляет где-то в Пентаграмм-Сити? Ебал я в рот эти новости. Эксклюзивное вечернее шоу «Адские фэйлы» вновь возвращается на экраны после небольшой паузы, чтобы рассмотреть самые идиотские и скандальные промахи самых опасных и загадочных тварей Ада. О беспределе в самом дерьмовом районе Пентаграмм-Сити из известных. Внимание на экран, вы можете наблюдать кадры того, как отмороженный Властелин и ее заебанная жизнью приспешница устроили лютый пиздец во владениях Лэсс Хоуп. Черт, эти двое абсолютно безбашенные, если готовы решиться на такое. Похоже, некоторые наши давние друзья из «666-Ньюс» только что лишились работы (смех в аудитории), нихуевый проеб с их стороны»       Задумчиво поглядев в окно, Патриция окинула глазами затянутое тучами небо. Красный небосклон быстро темнел, время шло к вечеру. Если верить ощущениям, прямой эфир развлекательной программы должен был состояться примерно через полчаса. Нужно торопиться, чтобы набросать сценарий и для себя, подумала Билли, создав сноску, по достижении которой самый талантливый телеведущий преисподней должен был передать слово своей никчемной соведущей, грязнокровке без имени. Скосив глаза, чтобы убедиться в том, что Вельветт не смотрит в ее сторону, Билли осторожно приоткрыла ящик стола и посмотрела на маленькую фотографию чертовски привлекательного демона, отодвинув тетрадь, прикрывавшую снимок ранее.       «Еще совсем чуть-чуть. Подожди немного, дорогуша, и я принесу весь Ад к подножью твоей дивной корпорации и не попрошу многого за это,» — почувствовав некоторое воодушевление, Патриция захлопнула ящик и вернула взгляд на ноутбук; ее пальцы быстро-быстро запорхали со стуком по клавишам.              [Патриция]: «Неожиданное возвращение? Черта с два хоть кто-то в своем уме согласится верить в это, и тогда я скажу ему уверенное: «блять? Чем больше ты будешь выебываться, тем больше вероятность, что по твою душу придет сама Хоуп!» (смех в аудитории). Если бы я не была настолько уверена в обратном, я бы спросила совета у Кэти Киллджой, как вы считаете? Совсем недавно эта секси-куколка рассказывала о том, сем чревато возвращение Властелинов. Тем не менее, на днях мой младший сын ворвался домой и завопил (включение сценки)       Актер1: мама!       Актер2: да, сын мой?       Актер1: я видел Лэсс Хоуп, мама!       Актер2: быть не может, сын мой…       Актер3: (врывается в студию) лежать! Всем лежать, суки!       Актер4: (появляется после актера3; неспешно; уводит актера3) просим прощения, возникла ошибка. Джастин Инно же уже мертв…       (смех в аудитории)       Говоря простым языком, мой сын каким-то чудом избежал смерти. Он подвергся жестокому нападению со стороны Лэсс Хоуп и ее приспешницы Флорентины Инно, которая, кажется, еще недавно была с нами по одну сторону баррикад, не так ли?»       Еще раз перечитав сценарий чуть слышным шепотом, колли довольно заулыбалась и продолжила следующую часть.              [Вокс]: «То есть, ты утверждаешь, что мы имеем дело с саботажем внутри Виз?»       [Патриция]: «Определенно да. Но нет никаких поводов для беспокойства. Достаточно иметь дар остроумия и красноречия, и от них не останется и следа, — так же, как и радиодемон, создавший немалое количество проблем для нашей корпорации, эти двое не расположены к высокому интеллекту.»       [Вокс]: «Лэсс Хоуп и Флорентина Инно живы до сих пор. Как ты можешь прокомментировать это?»       [Патриция]: «Позвольте, одно слово — и все будет решено. Прошло достаточно времени, чтобы от их былого величия остались только две сучки. В Аду их вполне достаточно. Черт меня дери, если из этого выйдет что-то стоящее, а ведь корпорация в любом случае непобедима.»       [Вокс]: «Остается полагать, что они не смотрят это шоу и не ловят тебя на слове, чтобы уже завтра устроить грандиозное представление для папаши Морнингстар, так? Ходи и оглядывайся, сучка.» (водопад из резиновых уток и смех в аудитории)       [Патриция]: «Раз уж наша беседа затронула тему пари, почему бы немного не разнообразить нашу программу? Дорогие телезрители…»       [Вокс]: «Стой, что за черт? Это ведь твой сценарий?» (смех в аудитории, обмен листами)       [Вокс]: «В связи с долгожданным продолжением вечерней передачи «Эти блядские фэйлы», для всех зрителей у нас есть уникальное предложение» <слова предложения>       <прощание>       <аплодисменты>       <конец эфира>              Отодвинувшись от ноутбука с чувством выполненного долга, колли нажала на нужную клавишу, и файл сценария отправился прямиком в головной офис, где располагалась студия, в которой сейчас шла подготовка к вечернему выпуску программы.       — Ты закончила, как я вижу. — Безразлично проговорила Вельветт, поднимаясь со своего места и грациозно направляясь к дверям.       — Да, и этот эфир оправдает все ожидания. — С нажимом процедила Патриция, резко поднявшись и едва не опрокинув стул. Застыв ровно напротив лица улыбающегося холодно Властелина, гончая осклабилась. — Уж в этом можешь не сомневаться.       Внезапно двери вновь распахнулись, и в помещение влетел топ-ассистент Вокса.       — Вот вы где. Вперед. У нас мало времени.       — Не прощаюсь, — хмыкнула девушка, махнув в сторону Билли полусогнутыми пальцами. — Надейся, сучара.       — Топай. — Небрежно перебила ее колли, отворачиваясь обратно к столу и понижая голос до шипения. — Ебанная шлюха.       Дождавшись, когда все посторонние выйдут из кабинета, она в ярости сбросила со столешницы подставку с какими-то документами, которые с шелестом разлетелись по всему залу, и сжала лапы в кулаки, дыша шумно сквозь зубы.        — Хуже, чем Инно, — процедила колли. — Ну ничего, сегодня это увидят все… — Билли протянула лапу вперед и неожиданно наткнулась пальцами на пустоту.       Судорожно повернув голову, Патриция обшарила весь стол, но тщетно. Снимки для шоу исчезли, как испарились и листы со сценарием, едва покинувшие принтер.       — Вот же мать твою! Блядина! — гневно проорала в сердцах Билли, ударив кулаком по клавиатуре и часто задышав, пока дряхлый медленный принтер изо всех сил старался распечатать еще один экземпляр текста. Она так и знала, что здесь что-то нечисто. Вельвет никогда не приходила к ней просто так.       Старый принтер издал предсмертный писк и погас, и колли громко заругалась, схватившись за застрявший лист и начав дергать его на себя, отчего из устройства послышался треск и посыпались искры, а из щелей в корпусе пошел серый дым.       — Патриция, прямой эфир начинается через две ми… — в кабинет вновь заглянул ассистент, и Билли, сдернув со стопы туфлю на высоком каблуке, резко бросила обувь в него, заставив спрятаться за дверь.       — Отъебись нахуй, я занята! — зарычала соведущая «фэйлов», рывком обернувшись и страшно сверкая глазами, и демон поспешил убраться. Вскинув голову, Билли пронзительно заверещала, а потом сплюнула:       — Я убью тебя, мразь! Убью!       Ярость душила ее и застилала глаза, однако другого выхода не было: нужно было бежать со всех лап в гримерку, чтобы успеть принять нужный облик перед выходом в прямой эфир. Уже сейчас, за несколько минут до начала, схема вышла из-под контроля и поставила под угрозу срыва всю передачу. Что будет во время эфира… Билли побоялась представить себе сразу. Отчаянно надеясь на то, что умение импровизировать и знание сценария спасет ситуацию, колли сорвалась с места, вышибла дверь в коридор и помчалась по направлению к студии.       

***

      Столпотворение начинало сводить с ума. Такого ажиотажа не ожидал после длительной паузы даже сам Вокс. Кто-нибудь обязательно путался под ногами в самый неудачный момент, постоянно оправдывая название шоу, неоновая вывеска которого уже переливалась ровным светом на фоне драпировки из бархата благородного винного оттенка. Дизайнеры постарались, чтобы гармонично оформить зону обзора камеры и дотащить до возвышения роскошный угловой диван. Отвлекшись на что-то, теледемон не заметил, что прямо на него катится тяжелая огромная камера, которую подчиненные не успели остановить вовремя из-за внушительного веса, поэтому, когда его любимая кружка с характерным звуком разлетелась вдребезги, приземлившись на пол недалеко от него самого, телеведущий заискрился от ярости и зашелся гневной тирадой.       — Ебучие остолопы, блять! — проорал Вокс в сторону суетящихся вокруг демонов, поднимаясь обратно на ноги и придирчиво осматривая на предмет повреждений совсем новый строгий костюм с синей искрой. — Глаза разуй!       Проигнорировав просьбу своего сценариста, телевизионный демон спустился с возвышения и прошел обратно в зал, злобно покосившись на часы. До начала эфира оставалось всего ничего, а беспечная Патриция Билли, известным образом затесавшаяся в ряды персонала, до сих пор не прислала свой хваленый сценарий, не говоря уже о том, чтобы явиться лично. Эта сучка вообще понятия не имела о таком слове, как пунктуальность, хотя постоянно крутилась и терлась рядом… Нахер она вообще нужна в лучшей и процветающей корпорации Ада? — Теперь Вокс, потеряв всякое терпение, не мог дать ответ на этот вопрос даже самому себе.       — Вокс, включаю заставку, — оповестили со съемочной площадки, и в студии воцарилась гробовая тишина, прерываемая только треском искр и раздраженным шипением теледемона.       Равномерно и мягко засветившись, все экраны залились чернотой, в которой стали постепенно проступать всполохи цвета фуксии, медленно складываясь в очертания красивого высокого здания. Из динамиков зазвучала музыка, и внутри видео вспыхнули прожекторы, которые осветили ярко здание Ви-башни на фоне красного адского неба. Объектив камеры резко приблизил одно из розовых окон башни, и все телезрители смогли как бы виртуально пройти по коридору до железных дверей съемочной студии, которые резко распахнулись. Произошла ослепительно-белая вспышка, и зрителям предстал диван, на котором сидели все участники трио Властелинов. Бег камеры замедлился и остановился, и на дисплеях на пару секунд завис эффектный кадр совместного фото The Vees и Патриции Билли, скромно положившей согнутые в локтях лапы на спинку дивана. В верхней части кадра заблестела еще одна вспышка, отличавшаяся большей мягкостью и присутствием цветового оттенка, которая принесла с собой название шоу «Блядские Адские фэйлы», а затем картинка стала выцветать, плавно превратившись в прямое включение из студии. Стало тихо. На экранах светился пустующий диван, съемочная группа молчала, в немом ожидании глядя на тихо матерящегося Вокса.       — … Эм… Вокс?.. М-мы… ну… в эфире, — начал уже один из демонов, когда в относительное безмолвие отчетливо вмешался быстрый стук каблуков, и в ту же секунду в студию влетела запыхавшаяся и немного растрепанная Патриция с помятыми листами со сценарием в лапах, из-за спины которой изящно и неторопливо выглянула Вельветт.       — Прощу прощения… — пропыхтела колли, зная, что очередной технический сбой вновь ляжет полностью на ее плечи. В последнее время подобное стало происходить несравненно чаще, все сильнее понижая авторитет Билли. Сложно описать, насколько Вокс ненавидел ее в этот момент.       Затянув покрепче галстук-бабочку и не обращая внимания на то, что камеры давно фиксируют все происходящее, Вокс заставил себя улыбнуться и сделал приглашающий жест, предложив Патриции первой подняться и занять свободный угол дивана.       Зашуршав красно-серебристым блестящим платьем с волнистыми рюшами на воротнике, рукавах и подоле, колли поправила заколку-бант и, ответив искренней благодарной улыбкой, осторожно перешагнула ступеньку, взбираясь на возвышение.       — Ты мертвец, — злобно прошипела Вельветт ей вслед громче, чем потенциально заглушающая ее музыка, но тише, чем предел улавливания микрофона, настроенного на подавление внешних шумов.       — Всем добрый вечер и в эфире шоу «Эти блядские ебучие фэйлы», — начал Вокс, когда соведущая заняла-таки свое место, стремительно появляясь в поле зрения камеры.       — «Адские фэйлы», дорогие друзья, — с улыбкой посмотрев в его сторону, вступила колли. — И мы рады видеть вас здесь на юбилейном сто пятнадцатом выпуске еженедельного вечернего шоу.       — Поговорим о том, что совсем недавно произошло с гостьей программы Патрицией Билли. Патриция, расскажите немного о себе, — резко перешел к сути теледемон, и соведущая несколько удивленно посмотрела на него, не припоминая этой реплики в сценарии.       «Ладно, всключаем импровизацию, пора,» — решила для себя Билли и уже раскрыла было пасть, чтобы начать говорить, когда из-за драпировки на сцену внезапно выскочили три демоницы в серебристо-красных костюмах и демон в белом одеянии с бейсбольной битой.       — Патриция! Я сучка!       — Я шлюшка!       — Поимейте меня!       Демоницы стали нелепо скакать по сцене, высоко задирая ноги под пышными юбками, рассыпаясь в едких комментариях и кокетливо смеяться, а Билли совсем растерялась, покраснев от стыда и злости и стиснув зубы.       «Вот, значит, что,» — подумала колли, припомнив долгий ночной шум швейных машинок из ответвления, находящегося в распоряжении Вельветт, накануне эфира. — «Сшила мне так заказное платье?.. Ну ничего, я тебе это припомню…»       — Я — Флорентина Инно, мать вашу! — вдруг заорал басом демон в белом и побежал следом за спрыгивающими со сцены актрисами, размахивая по кругу битой, а актеры, играющие аудиторию, или, проще говоря, зрителей, покатились со смеху без всякого притворства и сценария.       На лице Вокса расцвела довольная ухмылка, и он продолжил с расстановкой:       — Флорентина Инно, верно? Неужели та самая подопечная Кэти Киллджой? — теледемон обернулся к совсем расстроенной Билли, и та, изо всех сил стараясь держать улыбку, проговорила:       — Насколько мне известно, да. Приоткроем завесу тайны: Флорентина напрямую связана с именем Лэсс Хоуп, Властелина, пропавшего около пятнадцати лет тому назад, — услышав вполне натуральный для актерской игры удивленный несинхронный вздох, колли немного приободрилась. — Верно. Неожиданное возвращение? Черта с два кто-то в своем уме поверит в это…       — А я — поверила-а-а-а-а! — вдруг возопил рядом пронзительный голос, и из-за дивана показалась уже успевшая переодеться актриса, вытаращившая до предела глаза, и зал снова наполнился безудержным хохотом. Демоница спряталась, а телеведущий выжидательно посмотрел на готовую заплакать от разочарования Патрицию, ожидая, что она продолжит говорить.       — Черта с два кто-то в своем уме поверит в подобный бред, — улыбаясь сквозь слезы, выдавила Билли, отчаянно прячась за листами со сценарием. — И каждому, к-кто… посмеет возразить, я скажу: «Эй, блять! Пососи! Чем больше ты будешь выебываться, тем быстрее шлюха Лэсс Хоуп вдует тебе под хвост»… — услышав возмутительный наигранный смех, колли прерывисто вздохнула, скрывая истерику. — Ес-сли бы я не была настолько уверена в обратном… Я бы спросила совета у Киллджой… Совсем недавно эта с-секси-куколка… рассказывала, чем чревато…       — Кэти Киллджой, — вновь заулыбался телевизионный демон, прервав ее посередине. — А ты неравнодушна. Можно ли подумать, что она спонсирует свой же блядский фэйл? Вряд ли. Или же стоит предъявить нашей системе видеонаблюдения, — Вокс указал рукой на экран, на котором появилась заранее записанная рекламно-юморная сценка, и Билли с надеждой воззрилась на дисплей, однако первая же реплика отмела всякие сомнения.       — Сынок, почему ты убежал из дома? — пропищала актриска в ролике.       — Я хочу уметь летать, мама! — прежним голосом отозвался актер, исполнивший несколько ранее роль Флорентины.       — А зачем тебе летать, сынок?       — Я хочу быть как папа!       — Твоего папу ебали ангелы-экзорцисты, сынок!       — Откуда ты знаешь, мама?       — Как же может быть иначе? У меня ведь есть инновационная технология корпорации «Voxtek», которая позволяет…       «Это проверка… Твоя проверка на прочность… Улыбайся… Будь благодарна за шанс…» — забормотала мысленно Патриция, взявшись лапами за голову, а «зрители» зааплодировали, только подливая масла в огонь.       — Ты утверждаешь, что имя Флорентины Инно связано с именем Лэсс Хоуп. — Тем временем вновь вступил теледемон после окончания рекламно-«юмористического» для некоторых ролика. — Это имеет какое-то отношение…       — Лэсс Хоуп напала на моего сына. Если бы она успела, она жестоко убила бы его, — резко встав со своего места и отшвырнув сценарий, отчетливо и серьезно проговорила Патриция, не обращая внимания на текущие по щекам против воли слезы. — Если никто не хочет мне верить, я докажу! — колли швырнулась в сторону Вокса и грубо вырвала из его рук планшет, будто бы вовсе не заметив шокированного мата от соведущего. Быстро отыскав среди материалов шоу концепт-арты с Хоуп, Билли вывела их на главный экран. — Смотрите! Смотрите все! — тяжело дыша, колли указала пальцем на слайд и яростно уставилась на аудиторию, однако зрители уже не могли видеть ее: они лежали друг на друге, захлебываясь истеричным смехом, хохоча до слез и полного изнеможения.       Повернув голову назад, колли посмотрела на картинки и ощутила, как что-то внутри нее умирает. Разумеется, все рисунки уже были подменены на оскорбительные изображения с самой Билли в главной роли: Лэсс Хоуп пинает Патрицию под зад; Флорентина Инно держит Патрицию за хвост над пропастью, угрожая скинуть с моста, и у Билли прекрасно просматривается нижнее белье с рисунком в виде котиков; Лэсс Хоуп свернула Патрицию в тряпку, и Флорентина Инно протирает ее шкурой боевую арфу под чутким руководством Властелина; Флорентина тренирует на привязанной к дереву Патриции силу удара своего хвоста…       Завизжав от боли и обиды, Билли закрыла мордочку лапами, уже собираясь броситься прочь, когда динамики воспроизвели торжественный звук, а Вокс встал на ноги и прошел к колли, галантно взяв ее за лапу и подняв с дивана. Ведущих «фэйлов» осветили прожекторы, а на сцене показалась Вельветт с хлопушкой в руках.       — Встречайте: Патриция Билли! — провозгласил теледемон. — Фэйл года и обладательница премии «Самый грандиозный фэйл Ада»!       Вельветт дернула шнурок хлопушки и осыпала Билли разноцветными блестками и конфетти, а затем метнулась куда-то к кулисам и, быстро приняв у кого-то необходимые вещи, вернулась в центр, обмотав Патрицию лентой с названием премии, а затем перекинула через голову Билли веревку и повесила на ее шею блестящую табличку «Фэйл-сучка последнего поколения».       Зал встретил награждение бурными овациями, а Патриция, беспомощно застыв в луче света, скосила глаза и посмотрела на дисплей. Все экраны транслировали ее — заплаканную, униженную, растерянную и осмеянную. Конечно же, не только по Кругу Гордыни. Вернувшись домой, в безопасности она не будет никогда… Разорвав ленту и отшвырнув от себя, колли сорвалась с места и помчалась прочь, но на полпути запнулась и едва не упала, сломав с хрустом каблуки. Аплодисменты переросли во взбудораженные и счастливые вопли и свист, а Патриция, задыхаясь в голос от горя, распахнула двери и умчалась прочь, не оборачиваясь.       — Спасибо, что смотрите нас! — подытожил Вокс, перекрикивая восхищенный шум. — В эфире были ваши любимые «Блядские Адские фэйлы», до встречи на следующей неделе!       

***

      Патриция Билли. Нет, ну надо было так столкнуться? Флорентина мрачно шагала вперед, лихорадочно гоняя по кругу в голове все, что видела. Она помогла сыну Патриции Билли? Гончей, которая по велению высших ломала ей жизнь каждый раз? Она, только что спасла от верной смерти отпрыска той, которую мечтала забыть, как страшный сон? Может быть, это лишь очередная дурная шутка?.. А чем она, Тина, опять заслужила хуеву тучу проблем? Флорентина никогда не была пушистым облачком, это знали все, это признавала и она сама. Грасьяс, милая Патрисья, но Тине не сдалась семейная жизнь после того, как они с братом остались сиротами. Нет, нет и нет. То, что супруг Билли погиб в толпе других во время Истребления, просто увязавшись за ящерицей… Какого хера это ее проблемы? Она бегала, как могла, но так и не сумела избавиться от сталкеринга, что и погубил зачинщика, в конце концов. Зачем все это теперь переносить на нее? Милая Патрисья… Сумасшедшая женщина. Ебнутая психопатка…       Объективно Тина сразу знала, на что идет. Один даже повод взять ее в эту схему — и тот был смешным и нелепым, нелепым и смешным. Просто нечему удивляться. Она как мишень, как небольшой утешительный приз в игрищах Властелинов. Да, здесь можно быть худшей версией себя, здесь можно не бояться, не гнушаться показывать ужаснейшее, все омерзительное в себе. Только — глазами простого смертного — насколько Ад отличается от человеческого мира? Чем вообще? Названием и наружностью? Она все еще просто пешка, которой можно пожертвовать в первый же ход совершенно безболезненно. Теперь еще эта Патриция. Флорентина ведь не просто так оказалась в штате одного из филиалов Виз буквально спустя месяц. Они не просто так столкнулись. Трио Властелинов всегда спекулировало только самым дорогим, они не распылялись на малоэффективные или публично-не-эффектные манипуляции. Это однозначно стравливание. Внутри одной компании, в которой нет места ничему святому. Да они все заложники с разницей только в главнокомандующих и рычагах воздействия. Это они с Джастом, конечно, попали… Очень нехорошо попали… Она видела, что показывали в вечернем репортаже, когда бежала до своего дома. И, ради всего несвятого, как же ее угораздило наткнуться на младшего сына своего заклятого врага? Как ее угораздило довериться?       Шагая вверх по улице и удаляясь все больше от непритязательных темных подворотен и обшарпанных зданий с маленькими окошками только у самых крыш, Тина осознавала, что, в общем-то, ей все уже безразлично. Заключи она сделку до или после, никому-то она не нужна. Все, что она объективно может — это продолжать бессмысленно барахтаться. Ее, честно говоря, держали на этом свете вовсе не работа, статус или достаток. Ничего из этого не станет отдушиной, если она проебется еще раз, если ее проеб станет известен, если она перешла дорогу не тому. А ведь она уже перешла, нет, даже не просто — она уже преградила путь и крупно насолила высшим. Патриция — покорная и удобная сучка, их временная любимая игрушка. Она будет кивать и вилять хвостом, что бы ни сталось. А Флорентина спалилась и спровоцировала ее глупейшим образом, просто не вовремя оказавшись рядом с истинным дьяволом. Судьба жестоко пошутила над ней, лоб в лоб столкнув тут же с таинственной Лэсс Хоуп. Социопаткой. Ее ненавидят все. Не пройдет ни дня, чтобы она не бросила кому-нибудь вызов, и это однозначно выйдет для репутации Инно боком. Словно она не знает, как можно оперировать досье. Словно буквально несколько листов с ключевыми данными демона не могут стать страшным оружием и стоить ему жизни. Хороший корреспондент, имея это на руках, может и мир захватить, а Тина талантлива, да, этого не отнять. Так легко было добыть информацию… Джастин. Подставил их обоих. Конечно же, он не представлял, что кривая вывезет именно так, но почему он тогда молчал? Почему ни разу не попытался обсудить с родной сестрой? Неужто думал, что она отвернется от него из-за жалкой сделки? Если бы она знала раньше, она придумала бы, как им быть. Она нашла бы способ спастись. Предостерегла бы роковые ошибки. Задумалась бы об этом, пока не стало поздно, помогла бы элементарно скрыться… Помогла бы сохранить связь с Властелином в секрете и никому не дать повода. Все было бы, наверное, иначе сейчас, если бы… Впрочем ладно, да кого она, в конце-то концов, обманывает?.. У нее бы ничего не вышла, она обычная…       За километр обойдя Ви-Башню, Флорентина окольными путями добралась до своего участка с домом, окруженного низеньким заборчиком и прошла в сад, упав на скамейку среди розовых кустов с красной листвой. Она всегда старалась. А сейчас понимает, что, на самом деле, была просто одурачена, оставлена в прошлом. Никогда брат не пытался делать и половины из того, что красноречиво обещал ей. Он просто слепо надеялся на покровительство подлого и необязательного Властелина, жестокой и изворотливой шалавы с корыстными интересами. Вместо того, чтобы просто сказать правду… Подняв голову, Тина посмотрела потухшими глазами на Часовую Башню. Полгода до следующего Истребления, и ей нужно как-то продержаться и прожить этот сезон затишья, чтобы сдаться экзорцистам потом. Она ведь еще нужна своей фактической начальнице, чтобы манипуляция всей системой не осталась без связующего звена. Чтобы подогревать в Билли интерес к борьбе, к жаркому соперничеству. Если бы она была хоть чуть осмотрительнее, если бы она только подсчитала и задумалась на миг, зачем вдруг грешница едва ли не самым сокрушительным силам Ада, зачем в этой многоходовке…       За оградой передвигались в своем темпе снующие по шоссе машины, бродили демоны, монстры, каннибалы, адские исчадия… Устремив взгляд вверх, к зависшим недалеко от единственного светила золотистым Небесам, Тина гадала, мог ли Джаст оказаться там хотя бы за то, что он успел сделать при жизни. Ад вне маленького мирка ящерицы продолжал жить своей мерзкой анархичной жизнью, а желтые, наполненные смертью и слезами глаза видели вместо того освещенный вечерним солнцем песчано-галечный берег моря. Маленькая девочка, вся в пятнах от синего винограда, пыталась отмыться в соленой воде и отстирать подол сарафана, а мальчик постарше баламутил воду длинным шестом, ища на мелководье что-нибудь интересное, что-то, принесенное прибоем и имеющее свою историю. Вечером они оба пойдут через анис и сосны в дом и вернутся почти одновременно с отцом, который принесет в сетях свежепойманную рыбу. А когда матушка будет разделывать ее, внутри одной блестящей рыбины она неожиданно обнаружит покрытую водорослями золотую монетку и отдаст Тине. Это на счастье. Назавтра они с Джастом побегут в рощу, заберутся в соседский сад и нарвут апельсинов и лимонов, а потом будут кидаться ими друг в друга и набьют синяки. Разве это не было для брата бесценно? Разве ради этого он не мог хотя бы попытаться?.. Скоро он начнет играть на мандолине и мечтать, что однажды сможет еще лучше. А потом они быстро вырастут, очень и очень быстро. Они пожелают много большего, чем у них есть. Тина захочет посмотреть, как устроен дивный мир, который полностью для них, а Джаст решит покорить его красотой родного края. Однажды они пойдут с большой корзиной за виноградом, а потом просто не вернутся домой. И не вернутся уже никогда…       Открыв глаза, Тина устало вытаращилась на газон перед собой. Стоило ли оно все того? Что, осуществилась мечта? Ей — всю жизнь прокопаться в архивах и дышать книжной пылью в библиотеках и за это только звать себя этнографом; ему — испытывать все прелести критики, непринятия, плагиата и нишевости своего искусства. Они так и не увидились потом ни разу, будучи постоянно в разъездах. Стоило единожды договориться и ехать вместе, когда им было по пути, — и круизный лайнер, как нечто само собой разумеющееся, пошел ко дну. Нет, они выбрались, конечно, благо море было теплое и спокойное в тот день. А потом их просто сбил спасательный катер береговой охраны, как и всех, кто был с ними в одной шлюпке… Это элементарно смешно. Все с самого начала пошло не так. В Аду они узнавали друг друга заново, когда для выживания пришлось выскрести из себя всю грязь. И даже после того, как согласие было достигнуто, порядок дал повторную непоправимую ошибку. Почти всем, независимо от народа, свойственно винить в своих бедах всевышнюю силу, злой рок. Тина изучала это, она знала это как никто другой хорошо, а сама не была подвержена. Ну, и чем это лучше? Разве большее облегчение дает осознание, что в проблемах и потерях только полная ее вина и больше ничья?       Она не заключала сделок. Ни при жизни, ни здесь. Слышала достаточно, а сама все опасалась. Патриция сделала ее виновницей всех бед и записала в приспешники Властелина. В общем-то сотворила довольно, чтобы сровнять с землей хрупкий, непризнанный авторитет. Оставаясь свободной и никому не принадлежа, Флорентина была обречена подвергаться постоянным нападкам со стороны обиженных жизнью, оборванных и бедствующих грешников, которые ее привычку и окупившийся честный труд принимали за попытку ткнуть их носом в их собственную жалкость и ничтожность. Слишком обеспеченная для среднего класса, себе на уме, да она в их глазах не стоила и десятой доли того, что имела. Прежде ее всегда спасало то, что она еще необходима видным вселенским кукловодам, титанам Круга Гордыни, могущественным и жутким в гневе. Да, иногда ей делали мелкие пакости, но сие никогда не доходило до реальной угрозы. На ней отыгрывались только коллеги да начальница, чем постоянно и занимались, но они хоть были на одном с ней плоту, они все оставались подчиненными одного величества. Так и царские дети ненавидят друг друга, когда встает вопрос о престолонаследии. Отношения с Кэти поддерживались то ли превосходством в силе, то ли вынужденной субординацией. И ведь Тина всегда была по-настоящему талантливой корреспонденткой, которую было просто невыгодно потерять. Но она проебалась основательно, теперь эта самая Кэти без лишних церемоний сожрет ее при первой же встрече. Кажется, надо было сдаться еще во время этого Истребления. С момента нового выпуска «Фэйлов» ополчились, наверное, и другие Круги, все, где живут недовольные публичным позором адские гончие. Вот же блять. Ее жизнь и сама усердно идет ко дну, не хуже того ебучего круизного лайнера. Но ей еще придется послушать прежде. Она не может просто так исчезнуть без вести — ее не оставят в покое, разыщут без особых усилий. Нет, все же нужно покончить уже с этим. И, пожалуй, как можно скорее.       Сделав вдох, Тина стиснула зубы и заставила себя подняться со скамейки и выйти обратно на улицу. Конечно, она может просто похоронить себя, но она не станет — Джаст бы так не поступил. У него были, должно быть, некие свои причины, и он предпочел унижение мгновенной смерти. А Тина не предпочтет ныне гибель чисто из принципа… Это стоит еще раз обдумать. Будь, что будет. Выйдя на нужную улицу, ящерка буквально за четверть часа прошла часть города насквозь и приблизилась к ненавистной трижды башне. Еще бы ее здесь не ждали, им же хуже. Охрана пропустила ее еще раньше, чем Инно нашарила в нагрудном кармане жилетки нужную карточку. Они потешались все это время, делая каждый раз вид, что смотрят на нее впервые? Ощетинившись ядовитыми шипами, Флорентина осклабилась и демонстративно изящно прошла вперед по ковровой дорожке коридора, слегка замедляя шаг перед каждой дверью и прислушиваясь, чтобы понять, где стоит искать начальство. Фактически не было причин приходить сюда сейчас, в самый разгар обсуждения, когда ее не приглашали, не вызывали, не разыскивали. Она отработала в ночь и просто не обязана была выходить сегодня днем. Ее привел сюда своеобразный прохладный интерес. Очень любопытно было взглянуть на лицо Кэти Киллджой, которой вдруг обламали весь кайф полного контроля ситуации ровно тем же грязным образом, каким была горазда она сама. И что она вообще может ей сделать? Жалкая стерва.       Неожиданно различив подозрительно знакомые голоса за одной из створок, Тина резко сбавила ход и остановилась. Идеально поставленный голос быстро-быстро ядовито комментировал все заголовки и новости, которые появились в сети как отклик на искрометный выпуск вечернего шоу и скандальный репортаж. Да кто бы сомневался. Элегантно обернувшись через плечо и вопросительно изогнув темные брови, ящерица уставилась на преследующих ее по пятам охранников, и двое демонов тут же испарились за углом. Да будет так. Резким движением распахнув металлические двери, Флорентина с поразительной выдержкой уверенно вошла в зал, заставив всех присутствующих заткнуться и посмотреть на нее. Надо же, прямое включение, интервью даже, шустро. Кэти, всем несвятым позабытый и сотни раз униженный Том, да, и Вокс даже пожаловал, какой приятный сюрприз. Приложив несколько пальцев к беспроводному наушнику, спрятанному под блондинистыми волосами, Киллджой прослушала указания координатора и покосилась на теледемона, а затем резко обрела максимально независимый вид и заулыбалась еще шире, смяв лист сценария в гармошку в свободной ладони.       — В нашей студии специальный гость программы. Флорентина Инно, — воодушевленно проговорила красноглазая демоница, склонив голову набок под неестественным углом, недобро сверкая очами. — Флорентина, скажите, каково это — быть самой обсуждаемой за последние часы личностью Ада?       Замерев на месте в очевидно закрытой оборонительной, но не зажатой позе, Тина нахмурилась и проигнорировала камеру, фиксирующую каждый ее жест и каждое слово.       — Точно так же безразлично, как вам — судьбы всех, кроме вас самих, — бросила натянуто ящерица и невольно вздрогнула, когда теледемон разрядом тока переместился за ее спину и положил кисть с острыми когтями на плечо, заставляя пройти в центр под видом приглашающего жеста. Сам он излучал безукоризненную улыбку и не проронил ни слова. Это однозначно какая-то ловушка.       — Как Вы можете прокомментировать слова ведущей «Адских Фэйлов» Патриции Билли? Все эти слухи о Вас действительно имеют основания? — с нажимом и с почти агрессивной доброжелательностью осведомилась Кэти. — Все затаили дыхание в ожидании ответа, не томите нас.       — Я понятия не имею, что двигало генеральным директором крупнейшей медийной компании Ада, когда он взял на работу эту поехавшую безмозглую суку, — злобно отпрянув от Вокстера, который в ответ только сощурился, ящерица широким шагом приблизилась к столу, за которым восседала Кэти, и хлопнула ладонью по столешнице. — Такую же, как и все в этой ебанной конторе. Вы понятия не имеете, что на самом деле творится за пределами обзора камеры, в стенах организации, вообразившей себя всеми богами и говорящей «доверяйте нам»! Съебитесь, черти. Шлюха, которая решила открыто бросить мне вызов, прячется за спинами других, но я не намерена это терпеть. Мы поквитаемся. Всенепременно.       — Что вы планируете предпринять, чтобы решить проблему? — процедила Кэти сквозь широченную улыбку истерично, на глазах увеличиваясь в размерах и обретая чудовищный многоликий вид.       — Обратиться к грубой силе. К той, что уже выручила и моего брата. Я расскажу правду всем, кого она интересует без искажений. Все здесь знают, я не подаю в отставку сама, — язвительно изрекла Тина, сохраняя ледяное спокойствие и не повышая более тона. — И каждый будет знать, кто стоит за тем, что я пропаду с радаров. Но это нестрашно. У меня ведь есть такая достойная замена. Правда же, Кэти?       Лучезарно улыбнувшись, когда студию осветила яркая вспышка, а главный телеведущий Ада исчез в проводах, Киллджой внезапно легко вернулась в свое нормальное состояние и осталась спокойно стоять напротив Флорентины, сложив руки крест-накрест на груди.       — Ну разумеется, — произнесла она медовым тоном. — Благодарю Вас, Флорентина. В эфире «666 Ньюс», с вами была Кэти Киллджой. Все самые свежие новости и сплетни. До скорых встреч.       Она отвлеклась только на мгновение, на один миг перевела взор на объектив камеры. А когда повернулась назад, ящерицы уже и след простыл. Став прозрачной, та легко пробралась через всю студию и незаметно выскользула в холл. Минутой позже в помещении, где проходили съемки, начались такие вопли, такая отборная ругань и такой оглушительный грохот, что Тина, даже зная, что никто не может видеть ее, пока она того не захочет, припустила быстрее и поспешила совсем убраться из ебанного здания. Начало конца успешно положено, недолго ей осталось. Если Джастин прибежал за помощью, находясь примерно в таком же состоянии, — а иначе при его-то рассудительности и быть не могло, — то что, блять, он вообще такое натворил? Как надо было изъебнуться, кому так навредить, чтобы дойти до столь опасной черты? Ради всего ж несвятого…       Обогнув неизвестные обломки, оставшиеся после налета экзорцистов, Тина сделала вдох и уверенно шагнула за черту трущоб, тут же остановившись.       — Покажись. — Отчеканила в пустоту ящерица, и на дороге перед ней сразу возникла как из ниоткуда, прилетев из-за горизонта порывом ветра, двухметровая тень, которая превратилась в Лэсс Хоуп.       — А ты настойчива, душенька. — Фыркнула кошка, насмешливо поглядев на нее сверху вниз. — Как тебя звать-то?       — Флорентина. — Не дрогнув, процедила Инно, глядя на нее прямо и решительно. — Я нарвалась. Мне нужна защита.       — Что ж, — сверкнула глазами Хоуп. — Думаешь, так просто? Думаешь, я смогу обеспечить ее? Ты в Аду или, блять, где?       — Я всегда могу выдвинуть ответные условия. И не соглашусь, пока твои не будут полностью устраивать меня. Что бы ни случилось потом, это будет стоить гораздо меньше. В текущем положении мне не дожить и до утра.       — А с чего ты, интересно, взяла, что меня будут ебать твои проблемы?.. Впрочем, ладно, мне не повредят… Ладно. Хорошо. — Кошка щелкнула пальцами и вновь взяла ее под локоть, уводя куда-то вглубь трущоб. — Прогуляемся, милейшая Флорентина.       — Знаешь, Лэсс, — Тина вполне резко вырвала свою лапу и отступила на шаг, не позволяя Властелину прикасаться к ней. — Я ведь уже тебя ненавижу. Знаю, что тебе нужна только моя душа для твоих грязных делишек. Или чтобы было, кого подставить под удар. Просто дай клятву вступиться за мою шкуру, когда ко мне придут. Мне этого хватит.       — Ладно, — Лэсс усмехнулась и встала напротив, протянув ей лапу. — Принимается, если съебешь.       — Ты не отличаешься учтивостью?       — Хм, а ты думала, сможешь напугать меня красноречием? — огрызнулась Хоуп. — Твой брат был намного интереснее, если знаешь.       Разом ощетинившись длинными ядовитыми колючками и дыша шумно сквозь стиснутые клыки, Тина воззрилась на нее с плохо скрытым бешенством, но все же протянула лапу. Едва ее когти легли в мягкую шерстяную ладонь Лэсс и прикоснулись к кожистым подушечкам, все тело ящерицы прошиб такой разряд тока, будто бы художница только что изо всех сил зарядила по ее загривку электроарфой. Свет померк в глазах Инно, а горизонт пошатнулся и прошел рябью, горло стянула черная полоса, и только цепкие сильные лапы Лэсс удержали Тину от падения.       — Не прошло и пары секунд, а ты на меня вешаешься. Вот же шлюха, — кошка чуть склонилась, чтобы быть на одном уровне с ящеркой, и хищно оскалилась. — Песенка спета. О, и еще кое-что.       — Что? — устало спросила Тина, глядя куда-то в пустоту.       — У меня есть то, что точно придется тебе по душе. Твой брат достаточно тебя устроит?       Вытаращившись на нее с недоверчивой надеждой, Флорентина одним взглядом задала сотню вопросов и тут же оскорбленно померкла, когда кошка расхохоталась.       — Разумеется, нет. Какое возвращение? Откуда? Джастина-то?.. Ты реально, блять, верила, что он попадет на Небеса? Этот-то хуеплет?.. Нет, ты просто уморительна… — еле выдавила Лэсс, смеясь практически до слез. — Поверить не могу!..       Около минуты она тщетно пыталась успокоиться и отдышаться, а когда смогла, смерила разгневанную Тину триумфальным взглядом, в котором читалось отчетливо ничем не скрытое превосходство.       — …Ладно, буду честна. Так и быть. Я могу всего лишь отдать тебе то, что он завещал тебе.       — Разве Джастин знал… что я окажусь здесь?.. — растерянно произнесла Тина, ощущая, как в уголках глаз скапливаются слезы.       — Джастин Инно, — только играя на ее нервах, мечтательно начала с улыбкой Хоуп, глядя на нее искоса и упиваясь полным контролем и своей властью. — Парень, что надо… был. Боюсь, ты не настолько хорошо знала его, как думала. Но, надо заметить… Твой ебнутый на голову брат представлял собой нечто большее, чем ты могла бы подумать.       — Замолчи, блять! — заорала Флорентина, изо всех сил сдерживая истерику. — Ненавижу тебя!       — Время… хм… Может быть, сотрет твою боль, душенька, — бросила кошка, а затем замерла, вызвав недоумение у Тины.       Ящерка приблизилась было осторожно на шаг, когда Лэсс резко разрезала воздух лапами и создала прямо перед собой некое подобие высокого мутного зеркала, которое плавно расступилось невесомой пеленой в стороны, пропуская некий силуэт. Безликая фигура нетвердой походкой приблизилась к ящерке, а затем обернулась Джастином, заставив ее сердце замолчать и пропустить несколько ударов. Это был определенно ее Джастин… Но мертвый. Бледность, пустой безжизненный взгляд и холод, которым наполнился воздух вокруг ящерки, смогли бы обмануть разве что слепого.       — Тина, — проговорил призрак совсем родным и таким приятным голосом. — Береги себя, мон ами. Я знаю, о чем ты думаешь. Не делай этого… Не надо, Тина…       — Джастин… — с горечью прошелестела Флорентина. — Ты… Уже слишком поздно. Я буду стараться. Прости меня… Слышишь?.. Я люблю тебя…       — Он тебя не слышит, — безразлично заметила Лэсс, возникая у нее за спиной. — Слова были завещаны намного раньше. Ты, блять, невероятно предсказуема.       — Тина… Береги себя, мон ами… — словно бы расслышав слова Властелина, призрак вновь повторил все сначала, начав медленно наступать на сестру. — Я знаю, о чем ты думаешь…       — Нет… Джастин, ты не должен… Не надо, пожалуйста!       — … Не надо, Тина… Береги себя…       — Стой! Джастин, нет! — ящерица панически обернулась к Лэсс. — Прекрати! Прекрати это!       — Только ты можешь развеять иллюзию, адресованную тебе, — художница развела лапами. — Еще б я в этом цирке участвовала, ебите меня семеро.       — Джастин, остановись. — Тина шагнула к брату и устроила на весу лапу там, где должно было бы быть плечо гребенчатого ящера. — Не надо, ты не должен…       — … мон ами… Я знаю, о чем ты…       — Перестань! Джас… — внезапно откуда-то сверху раздался призрачный отголосок выстрела, и видение брата резко замерло на месте, прогнув спину и закрыв глаза, и по сердцу ящерки резануло новой волной боли, а сама она осела и упала на колени на землю, съежившись. — … Нет! Нет…       — Мне жаль, — фыркнула Лэсс, однако в действительности в ее словах не было и грамма чувств.       — Не приближайся ко мне! Не сейчас… — угрожающе зашипела Тина, глядя на нее злобно снизу вверх, но ее голос безбожно сорвался. — … Мне не нужна твоя жалость.       — Я не убивала твоего брата, — пожав плечами, кошка отступила назад.       Посмотрев на нее нечитаемым взглядом, Тина стиснула зубы, но промолчала.       — Идем. — Холодно проговорила Лэсс после продолжительного молчания, развернулась резко на месте и прогулочным шагом двинулась в противоположную сторону, оставив ее сидеть в грязи.       — Куда?       — Нужно осмотреться. Я должна знать, как и в какую сторону изменился Ад за время моего отсутствия.       — Как это поможет тебе? Чего ты добиваешься?       — Как минимум… Я смогу пересчитать своих врагов. Если это идет в разрез с твоими понятиями нашей сделки, рекомендую тебе остатьс…       — Ты не хозяйка, а я не твое домашнее животное, чтобы относиться ко мне с таким пренебрежением, — резко вспылила ящерица и выпустила шипы.       — Как скажешь, душенька. — Усмехнулась кошка. — Расслабься, именно сейчас ты мне нахуй не сдалась. Хотя формально ты… недалека от истины.       — Ты пожале…!       — Уже и вполне. Осторожнее, я ведь слежу за тобой. Меньше разговоров. — Отвернувшись от нее и спиной чувствуя ее волнение, Лэсс уставилась вперед, расплылась в угрожающей по всем признакам улыбке и понизила голос до полушепота. — Это, блять, самая многообещающая сделка за последние шестнадцать с половиной лет…