Откуда ждать помощи?

      Ещё несколько дней в таком же режиме. Сон сидя на полу в коридоре, два куска хлеба на завтрак , если удавалось их ухватить, косые взгляды и насмешки в спину. Хотя бы в обед не трогали, но приходилось есть с подноса стоя, прислонившись к стене, так как ни за один из столов её не пускали. Девочка, не знакомая с тюремными обычиями, не могла подозревать, насколько обращение к ней было похоже на обращение с теми, кто принадлежал к касте опущенных. Заходя в класс жевачки она обнаруживала на стуле всё чаще. В один прекрасный день оказалось, что обувь её из раздевалки украли. А придя в кабинет на урок, она увидела на парте написанные мелом оскорбления, адресованные ей. "Грязь", "животное", "шлюха" - лишь немногие примеры. Половину из написанных слов Алиса вообще впервые видела. До неё дошло, чем она заслужила такое к себе отношение: после того случая с журналом в классе, кто-то пустил слух о её ориентации. Полностью суть всех сплетен она поняла, подслушивая разговоры. Никогда раньше она о таком не задумывалась, да и сейчас думать не могла, ведь возраст совсем не располагал к этому. Можно ли винить её родителей за то, что они не объяснили девочке все эти тонкости раньше? Бог им судья.       Зато теперь у неё есть доказательство издёвок - есть, с чем обратиться к преподавателю. Алиса, оглядевшись, убедилась, что в классе все пока заняты своими делами, поднялась и подошла к учителю. — Извините пожалуйста... Мне на парте написали обзывательства...       В ответ на неё уставились пустым взглядом, в котором ровным счётом ничего не отражалось — Тряпка у доски, возьми и вытри.       Вот и всё. Вся помощь. Один из самых важных уроков - не полагаться на других. Парту она всё же вытерла. Помимо голода и страха, на учёбе мешал сосредоточится постоянный шум. Рядом со школой велась расчиска территории, там планировалось построить ещё одно крыло, так как население города возрастало. Помимо отдельной постройки, какие-то работы велись в одном из кабинетов третего этажа. Мимо этого места и проходила Алиса, когда увидела, как директор разговаривает с незнакомым ей человеком. Неизвестный был очень высок, сердит, а вместо одной из рук до самого пола свисала пика отбойного молотка. Голос его был хоть и недобрым, но вполне приятным на слух. — Мне не нравится ваш доклад о проведении строительства, Мистер Хелплесс. Я подозреваю, что выделенные из бюджета деньги идут не туда, куда положено. Сумма рассчитана точно, а вы утверждаете, что её не хватает. Как это понимать? — Простите, непредвиденные расходы... Материалы дороги, бригада требует большую оплату из-за неблагоприятной почвы... — Вот так значит? Тогда соизвольте объяснить, на какие деньги происходит ремонт в кабинете за вашей спиной? Не собрались ли вы оборудовать себе дополнительную директорскую за государственный счёт?       Под натиском высокого гражданина Мистер Хелплесс совсем терялся. Девочка была удивлена таким зрелищем и наблюдала за ними, пока не почувствовала резкий толчок. — Ой, извини малышка, я тебя не заметила. Ты не ушиблась?       Перед Алисой стояла женщина, тоже незнакомая ей, видимо, она пришла за этим высоким человеком. На шее её красовалось ожерелье, выполненное из очень реалистичных бусин в виде позвонков, похожих на человеческие. — Н-нет, ничего страшного. Простите, что встала посреди дороги. — Да не за что извиняться! Лучше подскажи, где тут столовая, мне нужно провести проверку кухни там.       Алиса кивнула и проводила неизвестную до столовой. Пока они шли, женщина распросила её о состоянии некоторых школьных помещений. Выяснилось, что пока девочка не всё здесь знает, так как обучаться тут стала недавно. Около самого входа в столовую девочку сбил с ног кто-то из учеников, в результате чего она упала. Послышался смех очевидцев, но как только они поймали на себе взгляд незнакомки, все умолкли и отвернулись. Видимо, её тут знают как важного человека. — Я предъявляю директору претензии. Как можно допускать такое отношение к детям в собственной школе, он совсем не справляется со своими обязанностями. Часто над тобой так издеваются? — Нет... Ну... Бывает... — Почему родителям не скажешь? — Сирота. — Бедняжка. Жаль, не могу помочь тебе, мы с Мистером Стейнлессом, это тот, кого ты в коридоре видела, скоро уезжаем за границу на долгое время. Но я постараюсь донести до руководства школы то, что с тобой тут делают. Надеюсь, этих мелких паршивцев заставят прекратить. — Спасибо.       Пока происходил осмотр кухонного оборудования, Алиса старалась держаться поближе к Мисс Биттен, имя которой выяснила во время их диалога. После всех проверок, женщина даже купила ей в буфете пирожок, за который малышка осталась ей безмерно благдарна. Может, не вся надежда ещё потеряна.       После с трудом отсиженного последнего урока, в детский дом Алиса направилась не обычным путём. Она собиралась заглянуть в местный полузаброшенный парк. Там на деревьях висят птичьи кормушки, в которых разные старики, сошедшие, видимо, с ума, суют целые батоны хлеба. Никогда девочка не понимала, зачем нужно кормить птиц, ведь это мешает естественному природному отбору. Мало какие птицы кроме голубей клевали этот корм, а голуби, как изветсно, вредители. От тех, которые живут в городах, давно нет никакой пользы, один только помёт всюду. Так что хлеб этот девочка хотела забирать себе. Она чувствовала, что скоро и в столовую её перестанут пускать, значит, нужно найти способы искать еду везде где только можно.

***

      В конце недели совершенно неожиданно директор попросил её зайти к нему в кабинет. Там перед ней поставили стакан с чаем, усадили на кресло. Алисе стало не по себе. Что от неё хотят? Она не только перед учениками, ещё и перед школой где-то провинилась? — Так это правда, что одноклассники не очень к тебе относятся?       Вопрос в лоб и сразу. Видимо, опыта в выпытывании информации у Мистера Хелплесса не было. Нельзя сказать ему сходу как есть - доносительство не поощряется, особенно в обществе детей, где разного рода проказы, предусматривающие наказание со стороны взрослых, являются обыденностью. — Не хуже, чем к остальным. Ничего не происходит. Вы за этим меня позвали? — Именно за этим. Можешь не прикрывать их, я же вижу, что что-то не так. Моя задача, как директора, не допустить подобного в школе. Так что лучше рассказывай, если станут обижать. Иначе мне придется проследить. Проследить? Вот этого Алисе меньше всего хотелось. Стоит кому-то узнать, что у неё теперь такая "защита", и девочку просто забьют ногами где-нибудь в закоулке. Она сказала, что в случае чего сообщит директору об издевательствах, но, конечно, собралась скрывать всё до последнего. Только для того, чтоб убедить его в своей готовности сдать других, привела пару случаев несильного стёба, которому подверглась в последнее время. Подобные незначительные неурядицы с малой вероятностью будут рассматриваться серьёзно, да и конкретных имён она не назвала, потому могла не опасаться, что директор решит вызвать этих ребят на разбирательства.       Допив чай, девочка поспешила покинуть кабинет. Недопонимание её не покидало: что этот мужчина от неё хочет? Да, он к ней добр, и чай был очень кстати, иначе Алиса просто грохнулась бы от недостатка энергии прямо посреди разговора, но всё же, очень его поведение подозрительно.

***

      Заснуть в этот день не получилось. Возможно после нескольких ночей, проведённых на холодном полу её продуло, или может эмоциональный стресс перешёл в физическую боль, но всё тело чудовищно ломало. Ощущение было такое, словно кости обрастают изнутри шипами, удлинняются, разрывая остальные ткани, а потом сокращаются обратно, будто скручиваются как спираль. От такого страшного чувства перед глазами в темноте даже замелькали странные чёрные полосы, будто щупальца вытягивались откуда-то из-за спины, сплетались узлами, прощупывали стены. "Теперь кошмар не будет прекращаться даже ночью?"