Часть 3

Эймма

Королева Эймма устало застонала, выгибая спину, её чуткий слух уловил тихий хруст в позвоночнике. Ладонью она привычно провела по раздувшемуся животу, чтобы успокоить младенца внутри. Каждый толчок ребёнка отдавал режущей болью, каждая кость в её теле горела и болела, словно Эймма отпраздновала не двадцать девять, а все девяносто именин. Вынашивание детей никогда не было для королевы лёгкой прогулкой, но последняя беременность давалась как никогда тяжко, казалось, что чем больше растёт младенец, тем сильнее рушится что-то у неё внутри, эхо дурных предзнаменований пело погребальную песнь, пока ветер свистел за окном по мере того как крупные капли дождя начали барабанить по окнам. Хотелось бы как в детстве выбежать в сад и пройтись по росе, весело хохоча, но Эймма была королевой и не имела права на такие глупости, она едва может идти самостоятельно из-за огромного живота и нескольких месяцев постельного режима. Не говоря уже о том, что жуткие отёки лишили её возможности обуться, и она вынуждена была снять все свои кольца, потому что они больше не по размеру. — Идёмте, Ваше Величество,— сводная сестра королевы и её главная фрейлина леди Аманда Аррен осторожно помогла Эймме подняться, чтобы подвести к уже готовой медной ванне. — Вы можете идти, мейстер Меллос,— махнула рукой Эймма, отпуская служителя Цитадели. Её тон не терпел возражений: королева была терпеливой женщиной, но даже она не могла вынести присутствия Меллоса круглосуточно. — Если я понадоблюсь, вы знаете где ваши слуги могут меня найти, Ваше Величество,— под пристальным взглядом королевы Меллос нарочито медленно собрал свои инструменты в объёмную сумку, сдержанно поклонился и направился к двери, звеня мейстерскими цепями. — Уверена, что вы нам сегодня не понадобитесь, мейстер,— сморщила нос леди Аманда, захлопнув дверь за спиной мейстера.— Не нравится мне этот шарлатан! Эймма слабо рассмеялась, привыкшая к подобным комментариям Аманды и обратила внимание на ванну: вода источала её любимые ароматы ароматы мёда и цитрусовых и так и манила к себе. Горничные тем временем расстегнули застёжку шёлкового халата своей госпожи и скинули с плеч Эйммы свободную сорочку. Женщина с облегчением застонала, когда ей помогли опуститься в ванну. Конечно, она бы предпочла воду погорячее (Эймма до сих пор с ностальгией вспоминала обжигающие ванны на Драконьем камне, когда она носила Рейниру и Дейнейрис), но мейстер Меллос и его помощники считали это вредным для младенца, и лучше уж так чем ничего: даже такая вода дарила ей немного облегчения и расслабляла мышцы. Она закрыла глаза от удовольствия, когда горничная начала умело разминать жёсткие узлы в её напряжённых плечах, и наконец ответила на комментарий Аманды: — Король считает мейстера Меллоса умелым и уважаемым лекарем... Визерис настоял, чтобы именно Великий мейстер ухаживал за мной в эту беременность. — Ну тогда король вряд ли что-то в этом понимает,— фыркнула дама из Долины, не обращая внимания на укоризненный взгляд Эйммы.— Тебе нужно было гулять на свежем воздухе и съесть хорошего красного мяса, чтобы вернуть щекам цвет. Король должен позволить мейстерам из Долины заботиться о вас, или хотя бы призвать того мага с Драконьего камня! — Мейстер Герардис не маг, Аманда,— улыбнулась Эймма. — А кто же он ещё? Живёт среди этих страшных горгулий и радуется, мне бы месяцами кошмары снились, живи я среди такого,— хмыкнула Аманда под весёлый смех королевы.— Но маг или нет, он знает своё дело, и это главное. Я беспокоюсь за вас, моя королева, и ваши дочери тоже за вас переживают. Вам никогда ещё не было так плохо: отёки, тошнота, боли, настойки и припарки этого шарлатана Меллоса совсем не помогают... — Я бы не хотела чтобы они беспокоились, я вижу тени в их глазах и чувствую себя обречённой... И беспокойство не должно омрачать их юность. — Беспокойство значит, что вы не безразличны человеку,— мягко заметила леди Аманда. По правде говоря Эймма не знала что предпочитает: беспокойство дочерей и ближайших дам или притворное веселье и пренебрежение возможными угрозами, что было обычной реакцией Визериса. Эймма просто устала и хотела чтобы эта беременность поскорее закончилась, и неважно каков будет результат. Если она родит ещё одну дочь, Визерису придётся смириться, что у них не будет сына! Муж мог сколько угодно говорить, что боги их просто испытывают, прежде чем подарить им мальчика из его сна, и они не должны прекращать попытки иметь наследника, но не ему страдать приводя детей в мир и рисковать своей жизнью. — Меллос считает, что возраст сказывается на моём теле,— тихо прошептала королева. — Чушь,— фыркнула Аманда.— Мне в прошлом году стукнуло сорок, но я родила крепкого сына. Сейчас этот маленький смутьян не ходит, а вовсю бегает и терроризирует бедных нянек! — Мне бы так,— криво улыбнулась Эймма,— Визерис будет рад если я подарю ему сына... — Вы дали ему достаточно,— строго ответила Аманда.— У вас шесть здоровых детей, это больше, чем получают многие родители. Наш отец никогда не требовал от моей матери рожать детей через силу, он бы не потребовал этого и от вашей. Я знаю, потому что он сам сказал, что если боги пощадят принцессу Дейлу, он никогда не потребует от неё второго ребёнка. — Моя мать, принцесса Дейла...— осторожно начала Эймма, думая до чего необычно звучит слово "мать" на её языке, Эймма была матерью своих дочерей, но никогда не была дочерью для своей матери, Дейла умерла слишком рано. Но сейчас ей почему-то важно было знать то, что она никогда не решалась спросить раньше.— Она хотела моего рождения, Аманда? — О, конечно!— воскликнула Аманда, удивляясь такому вопросу.— Она боялась родов, но с нетерпением ждала вашего рождения и проводила дни, подбирая приданное и выбирая для вас имя! Конечно, ей было очень страшно, потому что мейстеры без конца говорили, что у неё слишком хрупкое телосложение для родов, но принцесса хотела стать матерью и была в восторге, когда ей сообщили, что она родила девочку. Когда вы впервые шевелились в её утробе, мой отец был в отъезде в Серой Виселице, но Дейла требовала от меня срочно написать ему письмо и отправить ворона, чтобы он срочно вернулся домой и мог тоже прочувствовать это! Аманда умолчала, что мейстеры не позволили Дейле даже подержать её дочь на руках, что она единственный раз прикоснулась к младенцу, пока Эймму держала на руках королева Алисанна, что несчастная принцесса рыдала в горячке, умоляя ещё раз показать ей девочку, прежде чем уснула, чтобы никогда больше не проснуться. — Но она умерла раньше, чем я успела узнать её, прежде чем она успела узнать и полюбить меня как свою дочь, а не как идею, фантазию,— прошептала Эймма,— и я боюсь повторить её судьбу... Боюсь что случится после этого с моими девочками, боюсь, что мои младшие даже не запомнят моё лицо, я так редко проводила с ними время... Жизнь летит так быстро, Аманда, но я не готова с ней расставаться, я не готова...— отчаяние и страх сквозили в словах королевы, пока она крепко сжимала руку верной дамы. — Даже не думайте о таком, Ваше Величество!— воскликнула Аманда.— Всё будет хорошо, Эймма. Я буду рядом с вами каждую секунду родов, возьму за руку, и ни за что не оставлю вас! — В прошлый раз ваше присутствие было незаменимым, Аманда,— мягко ответила Эймма,— но по правде говоря, я бы хотела попросить вас приглядеть за моими девочками. Я знаю, что Рейнира и Алисанна умеют вести себя на подобных мероприятиях, но это только второй турнир на памяти Алиссы, и Дейнейрис...— она на мгновение замолчала, пытаясь подобрать подходящее объяснение. — Принцесса Дейнейрис — вечный хаос,— пришла на выручку Леди,— я понимаю ваши опасения. — Я бы хотела сказать обратное, но я не могу предугадать что решит сделать моя дочь, чтобы привлечь к себе внимание. На последнем турнире она подралась с двумя мальчиками, а потом умудрилась без разрешения взять из конюшни лошадь Борроса Баратеона, чтобы покататься в лесу, и сын лорда Боремунда вынужден был отказаться от участия в состязании! — Как же это забыть?— сестра королевы слегка посмеивалась, вспоминая тот случай.— Сир Боррос визжал хуже испуганной девицы и заявлял, что его соперники хотят подстроить его падение, сразу же отказался от предложенной на замену лошади. Как будто Старки или Мормонты когда-нибудь опустятся до подобного! — Даже если это чуточку забавно, я не хочу новых проблем...— вздохнула Эймма, скрывая слабую тень улыбки.— Сира Борроса в тот раз без боя признали победителем турнира, но Визерис ещё несколько месяцев ходил сам не свой и ворчал, что его совет считает, что поступок Дейнейрис мог разрушить наши отношения с Баратеонами, и без того испорченные Великим Советом. Хуже всего было то, что даже после требования Визериса извиниться их непокорная дочь, вместо того чтобы просто подойти к молодому человеку, написала извинения и отдала Борросу своё письмо в присутствии других лордов и рыцарей, предложив "почитать когда будет время", что вызвало смешки по всему залу, напомнив о величайшем недостатке наследника дома Баратеон. Все знали, что Лорд Боремунд был образованным человеком, как и его дочь, но того же нельзя сказать о Борросе: как бы ни бился мейстер Штормового Предела, он не сумел обучить Борроса грамоте, из-за чего будущий лорд не только не умел писать, но не читал даже по слогам. После заявления Дейнейрис молодой человек был унижен и в ярости выбежал из Зала. — Глупости!— фыркнула Аманда.— Лорд Боремунд считал это забавным, я видела как он смеялся! Иногда мне кажется, что мужчины в Малом Совете только и ищут предлоги обсуждать какие-то глупости, вместо того чтобы заниматься реальными проблемами! — Как бы там ни было, я беспокоюсь за девочек. Септы говорят, что Рейнира быстро учится, но не заинтересована в женских искусствах, и не хочет обсуждать свои потенциальные обязанности как будущей жены, а Дейнейрис и вовсе отказалась посещать их уроки, она даже не хочет слушать никакие возражения... Я понятия не имею что мне делать с этой девочкой! Визерис часто вспоминает выходки своего брата, но даже мой кузен не доставлял столько проблем в детстве! — Принцессы ещё юны, Ваша Светлость, всему своё время, не нужно думать об этом сейчас. — Время летит быстро, Аманда... В возрасте Рейниры я уже несколько лет была замужем, никто из нас не может убежать от долга. Рейниру считают Наслаждением царства, женихи выстроятся в очередь, и по милости богов один из них ей понравится, но если нет... Боюсь , что она просто сбежит на этой своей драконице. Алисанна выполнит свой долг без вопросов, она самая послушная наша дочь, а вот Дейнейрис беспокоит меня больше всех... Сегодня её могут считать ещё ребёнком, но как только у неё пойдёт первая кровь, она сразу же превратится из ребёнка в невесту. Какой Лорд охотно женится на дикой женщине, которая позволяет себе поднять на мужчину руку или открыто его высмеять? Общество часто неумолимо к женщинам. — Как я уже говорила, всему своё время, Эймма,— твёрдо заявила Аманда,— вам в первую очередь нужно отдохнуть и родить своего ребёнка, а потом подумаете об остальном. Некоторые проблемы решаются сами собой. Многие девчонки такие: сначала фыркают как ослицы в сторону каждого встречного, но стоит им влюбиться, как они мигом становятся нежными и благовоспитанными дамами. Видят боги, наша сестра Элис в юности была невыносимой! Я думала, отцу придётся выложить несметные богатства, чтобы кто-нибудь на ней женился! — Я очень надеюсь, что вы правы, Аманда, не знаю что бы я без вас делала,— улыбнулась Эймма, позволяя себе немного расслабиться и глубже погрузиться в ароматную воду. Спустя некоторое время в дверь постучали и одна из горничных поспешила открыть дверь, сразу же с почтением кланяясь вошедшему человеку. — Король, Ваше Величество,— объявила горничная, после чего женщины поторопились оставить королевских супругов наедине. Эймма слегка улыбнулась вошедшему мужу, а Визерис тем временем пересёк комнату, устроившись на стуле, где раньше сидела леди Аманда. — Ты много времени проводишь в воде,— констатировал очевидное Визерис, взяв жену за руку. — Это единственное, что дарит мне утешение в последнее время,— ответила женщина. — Но вода едва тёплая!— ужаснулся Визерис, коснувшись воды.— Ты не замёрзнешь? — Настолько тёплая, как позволяют мейстеры... _ Разве они не знают, что драконы любят тепло?— Визерис рассмеялся собственной шутке, а Эймма не стала лишний раз говорить, что он сам требовал чтобы Меллос и его помощники помогали ей при беременности.— Так или иначе, ребёнок скоро родится и тебе станет легче. — Надеюсь на это,— вздохнула Эймма, хотя ей мало хотелось обсуждать грядущие роды и свои страхи.— Как там поживает твой брат? Дамы при дворе говорят, что он подозрительно долго не появлялся... — Как всегда набивает себе цену, уходит и возвращается когда ему вздумается,— фыркнул Визерис.— Я уверен, что он появится на турнире, ты же знаешь как Деймон любит покрасоваться перед лордами в своей пафосной броне... — Да, на турнире,— устало кивнула Эймма,— на турнире в честь наследника, которого у нас нет... — Но скоро будет,— уверенно ответил Визерис.— Уже скоро наш мальчик будет у нас на руках. — Если это будет мальчик,— скептически заметила королева, не удержавшись.— Мы столько раз ждали мальчика, Визерис, но у нас до сих пор нет ни одного. — У нас были мальчики,— возразил король. — Ты имеешь в виду того, которого я не доносила, или того, которого я потеряла в колыбели?— не сдавалась Эймма.— Даже я его едва помню, так быстро он покинул нас, и я могу поклясться чем угодно, что лорды тоже не помнят, что он вообще существовал. Не знаю почему, но боги дают нам только девочек... Всё происходит по какой-то причине. Возможно, так и должно быть, Визерис? — И что же ты предлагаешь?— устало вздохнул король; как и всегда, Визерис отчаянно не любил конфликты и пытался всячески избегать сложных тем.— Только не говори опять, что мы должны выдать одну из наших девочек за моего брата-блудника, потому что этого не будет! — Но это хорошая идея,— возразила Эймма.— Мы можем выдать Рейниру за Деймона, таким образом твоя кровь будет на троне в любом случае, а Алисанна может выйти за мальчика Рейнис, так мы могли бы примириться с Веларионами. Я не понимаю, почему ты отрицаешь вполне жизненный вариант? — Как ты можешь так говорить? Разве ты забыла как он обращается с леди Реей?— вопрошал король.— Ты хочешь того же для нашей дочери? — Я ничего не забыла, и я разделяю твои опасения, но почти все лорды блудят и резки на язык, это не делает их менее востребованными на брачном рынке. Рейнира — не Рея, она принцесса и ездит на драконе. Разве это не то, чего всегда хотел твой брат? К тому же, Деймон никогда не относился к ней плохо, я не верю, что он настолько глуп и упустит шанс жениться на принцессе. Рейнира станет королевой и родит ему наследников, я сомневаюсь, что он будет ей верен, это правда, но редкий лорд не изменяет своей жене. Так в чём же разница? — В том, что он женат,— резко ответил Визерис.— Если он хочет сына, пусть идёт к жене! Отто считает, что рано или поздно Деймон поймёт, что не сможет отказаться от брака и исполнит свой долг. Как король Семи Королевств и защитник царства, я должен среди прочего защищать нерушимость брака, и спасти священный союз! — Сомневаюсь, что это случится, Визерис...— вздохнула королева.— Я знаю, что ты ценишь мнение сира Отто, но боюсь, что на этот раз он ошибается. Деймон и Рея презирают друг друга, там нечего спасать, к тому же Рея старше твоего брата, и вполне вероятно, что она уже не сможет рожать детей даже при желании. Я глубоко уважаю Рею, она моя родственница, но даже я знаю, что она никогда не стремилась к материнству. Если Деймон останется твоим наследником, нам следует рассмотреть другие варианты, нравится тебе это или нет... — Не стоит беспокоиться о политике в твоём состоянии, любовь моя, я понимаю, что сейчас ты весьма эмоциональна, нам лучше обсудить этот вопрос когда ты оправишься после родов. Отто как-то упоминал, что его жена была настолько не в себе во время беременности, что хотела есть побелку, а потом не могла поверить, что когда-то хотела этого,— снисходительно рассмеялся Визерис, не замечая как его жена поморщилась.— Кроме того, Деймон не останется моим наследником, я знаю, что у нас будет сын. Я рассказывал тебе свой сон, ты же помнишь, правда? Наш мальчик на троне в короне Завоевателя, Чёрное пламя у него в руках, пока драконы ревут, приветствуя его...— мечтательно вспоминал Визерис.— Ты бы видела его, Эймма! Настоящий правитель, Лорд драконов, он будет великим, возможно даже оседлает сразу нескольких драконов, как бывало до Рока, не зря же боги мне показали его рождение! С того дня я знал наверняка: сколько бы мне ни пришлось ждать своего часа, однажды я стану приемником своего деда, а потом мне наследует наш сын. Правда я пока не до конца уверен насчёт имени... Может быть, Бейлон в честь моего отца? Или Геймон в честь Славного? Вполне вероятно, что он женится на Дейнис, потому что она ближе всего к нему по возрасту, будет здорово, если они будут вторыми Геймоном и Дейнис. Может нам посоветоваться с девочками, как ты думаешь? — Девочки считают, что это ещё одна дочь,— слабо улыбнулась Эймма,— Рейнира говорит, что они посовещались и пришли к решению, что её будут звать Висенья. — Ну уж нет, в этой семье уже была одна Висенья,— фыркнул Визерис,— ещё одну я не вынесу! — Визерис, мальчик это или девочка, но это в последний раз,— твёрдо заявила Эймма, и её муж посмотрел на неё в шоке, будто им не советовали больше не заводить детей.— Я знаю, что мой долг дать тебе наследника, но я больше не могу, я устала и тело меня подводит. После прошлого раза я не могла месяцами встать с постели, но я всё же согласилась попробовать ещё один раз. Последний,— повторила королева, чтобы звучало внушительнее,— больше я рожать не буду. Я не хочу повторить судьбу моей матери... — О, дорогая...— вздохнул король, целуя её ладонь.— Я знаю как тебе тяжело. Этот ребёнок — мальчик, Эймма, я знаю в своём сердце, что это наш наследник! Избранный богами. Он появится на свет увенчанный золотой короной! — Надеюсь, что это не так,— тихо фыркнула Эймма,— роды и без того адский труд...