Часть 6. Hear my heart burst again. For this is the end

Сейчас…       — Ты любила его? — спросила Эрин, голос её был спокойным, но холодным, словно ледяной ветер, пронизывающий тишину.       Фрэя вскинула голову, её губы дрогнули, но она лишь кивнула. Тёмный свет костра отбрасывал тени на её лицо, подчёркивая его измождённость. Хельга, которая до этого молчала, прислонившись к дереву, подалась вперёд. Её сверкающие, как ночное небо, глаза впились в лицо девушки с необычайной внимательностью.       — После того как на вас напали на берегу… ты видела Эйрика? — Фрэя отрицательно покачала головой. Её пальцы нервно сжались в кулаки, ногти впились в кожу, оставляя красные полукруги.       — Это, конечно, плохо, что ты потеряла свою любовь, но нам пора спать и двигать в столицу, — сказала старшая, поднимаясь на ноги.       — Если бы я была в своём мире, — вдруг начала Хельга, её голос стал странно задумчивым, — могла бы принять образ Эйрика. Чтобы дать тебе возможность увидеть его таким, каким ты его помнишь.       — Не нужно принимать ничьи образы! — резко ответила старшая, её взгляд метнул молнии в сторону лисы.Но младшая, напротив, зажглась искрой надежды. Её глаза блеснули, как будто в них заплясало отражение костра.       — Только образ? — она пристально посмотрела на лису. — Или ты смогла бы говорить его голосом?       — Фрэя, не нужно, — настойчиво произнесла Эрин, голос её стал твёрдым, как камень.       — Тебе не понять, что я тогда чувствовала, когда нас разлучили, просто забрали друг у друга! — закричала младшая, вскакивая на ноги. Её голос дрожал, но в нём звучала ярость. — Неужели ты никого не теряла за свои тридцать лет? Что ты такая бездушная?! Я сколько всего не успела ему сказать, я тебе больше сказала, чем ему! Он был со мной, искал меня! А ты? Где ты была?!       — Ты даже не представляешь, что я потеряла, — тихо сказала старшая и ушла в сторону дома. Её силуэт растворился в темноте, оставляя сестру одну с её эмоциями.       Хельга повернула голову то к одной, то к другой сестре, будто пытаясь решить, чью сторону принять. Наконец, она тихо встала и пошла за Эрин, её накидка медленно колыхалась, как тень на ветру.       — Лиса! — голос младшей заставил Хельгу остановиться.       — Что? — спросила лиса, не оборачиваясь.       — Ты не ответила на мой вопрос, — продолжила Фрэя, её голос теперь звучал слабее, но в нём всё ещё слышалась мольба.       — И голос тоже, — сказала она, её слова прозвучали осторожно. — Но не более. Если он жив, я не смогу всё изобразить. Но если он в Вальхалле, Хельхейме или где-то между мирами, тогда, возможно, смогу изобразить его более точно, и голос тоже. Или что-то взять из твоей памяти. Но поверь, это очень тяжело воспринимать. Я знаю, о чём говорю.       Фрэя долго смотрела ей в глаза, словно пытаясь найти там ответ, который её сердце всё ещё отказывалось принять. Но она ничего не сказала, лишь села обратно у костра, уставившись в пляшущие языки пламени.

***

      Новым утром солнечные лучи едва пробивались сквозь плотные серые облака. Холодный ветер проносился по деревне, неся с собой запах сырости и прелой древесины. За массивным деревянным столом в небольшом доме собрались троица что-то бурно обсуждая. На столе лежала вполне новая карта местности, испещрённая надписями и символами. Хеймир сидел рядом на шатком стуле. На его коленях спокойно лежала чёрная лисица, чей хвост медленно качался из стороны в сторону. Мальчик мягко гладил лису по голове, его пальцы осторожно проходились по густой шерсти, а Хельга прикрыла глаза, словно наслаждаясь моментом. Но за столом атмосфера была далека от умиротворения.       — Ты хочешь отправиться на самоубийственную миссию, чтобы убить Ангрбоду ради лисицы, которая, между прочим, является богом? — с интересом спросила Фрэя. — И ты думаешь, что её смерть каким-то чудом избавит нас от всех ходячих мертвецов? Я ничего не упустила?       Эрин молча кивнула, скрестив руки на груди. Её взгляд был твердым, как гранит. Фрэя резко выпрямилась, затем обеими руками опёрлась на стол, словно пытаясь удержать себя от более резких слов.       — Я не воин, — наконец проговорила девушка, снимая с пояса меч. Лезвие, заключённое в изящные ножны, со звоном легло на стол. — С того дня, как этот клинок впитал её кровь, как в него заключили свет Полярной звезды… Аделла не пролила ни капли крови. Как и я. Вам не нужен воин, который никого не убивал, — в комнате на мгновение воцарилась тишина. Даже Хеймир прекратил гладить Хельгу, настороженно следя за происходящим.       — Этот меч уже пролил кровь, — спокойно заметила Хельга, открыв глаза и посмотрев прямо на Фрэю. — Мою.       — Прости ещё раз, я защищалась, ты ведь напала на меня, — тихо произнесла девушка. — И я не буду убивать людей. Если хочешь, можешь забрать его. Всё равно у тебя, кажется, нет нашего клинка.       — Когда мы сражались, ты дралась как воин. Поэтому забери меч и выполни свой сестринский долг. Не дай старшей умереть, она положила руку на плечо Фрэи, и на мгновение в комнате стало так тихо, что слышался лишь треск догорающего в углу очага.       — Можете забрать её, — прервал молчание Хеймир, ткнув пальцем в карту. — Я всё равно потом ещё одну нарисую, когда вы вернётесь с подвигом. До того времени я узнаю, как называется та деревня у моря. Я не знал, как её подписать. И-и-и… вернитесь все живыми.       — А что это написано здесь? — вдруг заговорил Вальмир, указывая на квадрат в левом верхнем углу карты. Его массивная фигура нависла над столом, а глаза внимательно всматривались в надпись.       — Я ни слова не понимаю, — Эрин нахмурилась и отступила на шаг от стола, скрестив руки на груди да взглянув на автора карты. — Нет карты на понятном мне языке?       Хельга, неторопливо слезая с колен Хеймира, подняла взгляд на Вальмира, а затем перевела его на Эрин.       — «Только пройдя через тьму, где мертвецы подчиняются её воле, можно приблизить рассвет. Лишь тогда падёт древняя сила, и взойдёт та, кто принесёт истинную свободу», — произнесла она, её голос звучал с загадочной интонацией. — Это я придумала, а Хеймир записал. Это твоё предназначение.       Женщина фыркнула, потрясла головой, но в глазах её на мгновение мелькнула тень сомнения.       — Ладно, ладно, — ответила она, отворачиваясь от карты. — В путь?       — В путь.       Фрэя на мгновение замерла, глядя на меч, лежащий на столе. Её пальцы дрогнули, но она всё же взяла оружие и медленно прикрепила его к поясу.       — Если уж умирать, то в компании, — пробормотала она, пытаясь улыбнуться, но в её глазах читалась глубокая внутренняя борьба.       Все трое направились к выходу, а Хельга медленно последовала за ними, её шаги были лёгкими, как тени. Впереди их ждал долгий путь через тьму, напрямую к свету.

***

      Вечерний свет начинал окрашивать небо в золотисто-оранжевые тона, когда они продолжали свой путь через пустующие земли. Ландшафт вокруг был пустынным: обгоревшие пни, сухая трава и редкие кусты, которые казались сжатыми от холода. Далеко на горизонте виднелись очертания чего-то похожего на деревья — возможно, приближающийся лес или остатки древнего рощи.       Эрин шла впереди, с лицом, что покрыто тонким слоем пыли от усталости и пота. Позади неё, чуть в стороне, шли напарники. Лиса плелась последней, её хвост лениво волочился по земле.       — Ты как, животное? — неожиданно прервал молчание Вальмир, оглянувшись через плечо. Его низкий голос прозвучал, как удар молота по наковальне.       — Я устала… — протянула Хельга, её голос был капризным, словно у избалованного ребёнка. — И-и-и… голодна, — Фрэя усмехнулась, глядя на лисицу. — До Хендела ещё далеко? — спросила она, поднимая морду, её блестящие глаза умоляюще смотрели на воина.       — А что едят лисы-богини? — с лёгкой усмешкой уточнил мужчина.       — Не то же, что и обычные лисы, — лисица фыркнула, оскорблённая самим предположением. — Я не питаюсь падалью, если тебе это интересно. Но ваша еда мне подойдёт. Только не рыба — она ужасна.       Вальмир остановился, присев на одно колено, открыл сумку, начал рыться в её содержимом.       — Ладно, смотри не подавись, — буркнул он, доставая полоску вяленого мяса и бросая её в сторону лисицы. Хельга, с неожиданной ловкостью, подпрыгнула и поймала кусок в зубы. Приземлившись, она пережёвывала мясо, её хвост заметно оживился, виляя из стороны в сторону.       — Благодарю, воин, — произнесла она, закончив есть. Фрэя наблюдала за этим с лёгкой улыбкой, но Эрин, шагающая впереди, вдруг обернулась и спросила:       — Хельга, почему бы тебе не лететь? Ты ведь раньше это делала, — лисица на мгновение остановилась, её уши прижались к голове, как будто она не ожидала этого вопроса.       — Если я использую свои силы, — начала она, её голос прозвучал более серьёзно, чем обычно, — она учует меня. Придёт за нами.       — Она — это Ангрбода? — уточнила Фрэя, замедляя шаг, чтобы быть ближе к сестре.       — Да, — коротко ответила Хельга. На мгновение все замолчали. Даже ветер, казалось, стих, как будто сама природа затаила дыхание.       — Значит, будем идти пешком, — решительно произнесла Эрин, сжимая руки в кулаки. — Не хватало нам ещё её преследования. Вальмир ответно кивнул.       — Ладно, идём дальше, — сказал мужчина, бросив короткий взгляд на небо. — Нам нужно добраться до Хендела до наступления ночи.       — А если не успеем? — задумчиво спросила младшая, слегка приподнимая бровь.       — Тогда нас ждут не живые-живые проблемы, — мрачно ответила старашая, не оборачиваясь.       Их путь продолжился, но теперь шаги стали более осторожными. Тени деревьев впереди начали удлиняться, а холод становился ощутимее. Хельга более не жаловалась, но иногда её глаза тревожно скользили по окружающим холмам, словно она ожидала чего-то недоброго. Казалось, что даже ветер в этих краях шептал о том, что за ними кто-то наблюдает. Тьма сгущалась над лесом, словно сама природа подталкивала к происходящему. Шум раздался внезапно: треск сухих веток, глухие стоны, смешанные с низким рычанием. Все разом обернулись в сторону звука. Между деревьями очутилась группа ходячих мертвецов, их искажённые тела двигались резкими рывками, глаза светились пустотой, а гнилые пальцы тянулись вперёд. Эрин без промедления вытащила меч, становясь в оборонительную позу. Её взгляд был сосредоточен, дыхание замедлилось.       — Держитесь вместе, — коротко приказала она, не отрывая глаз от приближающихся врагов. Вальмир неспешно снял с пояса два клинка. Его движения были размеренными, почти ленивыми, но глаза горели холодным огнём       — Эй, — его низкий голос прорезал напряжённую тишину. — Фрэя, твой нейтралитет распространяется и на них? — девушка бросила на него недовольный взгляд, её плазменный пистолет был уже нацелен на ближайшего мертвеца.       — Можешь не пытаться остроумничать, — бросила она через плечо. Хельга заняла место позади всех, её хвост торчал вверх, а глаза следили за врагами.       — Их больше, чем вам кажется, — спокойно сказала лисица.       Но времени на обсуждение не осталось. С боевым кличем, разрывающим тишину, Вальмир бросился вперёд, мечи вспыхнули ярким красным светом, озаряя пространство вокруг. Он первым врезался в ряды мертвецов. Один мощный удар ноги разнёс гнилое колено ближайшего врага, от чего тело рухнуло на пол. Последующий удар кулаком пробил череп мертвецу, выплеснув всё содержимое наружу. После чего меч с хрустом снёс другую голову, которая покатилась вдаль, а безмозглое тело, сделав два шага, упало. Новый удар разрезал пополам ещё одного ходячего, оголяя его кишки.       — Ещё! — прорычал Вальмир, разворачиваясь, чтобы нанести мощный горизонтальный удар, разрубивший сразу двух мертвецов позади.       Эрин не отставала. Подбежав к ближайшему врагу, она с силой ударила его кулаком в лицо, после чего молниеносно проткнула грудь мечом, да так, что кончик клинка показался со спины ходячего. Уперевшись ногой в тело, женщина с силой отдернула меч вызывая кучу капель крови. Её движения не были были быстрыми, зато отточенными. Следующий мертвец получил удар в плечо, который разрубил его до самой груди. Вновь упор с правой ноги, и один рывок с усилием за которым последовал всплеск крови. Однако здесь же она почувствовала чужие холодные руки на своей шее. Но она быстро сориентировалась: резко наклонилась вперёд, сорвав мертвеца с себя, и удерживая его руки, подпрыгнула на его голове, раздавив её заливая всё чёрной кровью. Оголяя весь внутренний мир бывшего человека.       Фрэя стояла чуть позади, держа пистолет наготове, но не стреляла. Её руки дрожали, дыхание становилось всё чаще.       — Хельга, они мертвы… — проговорила она, с трудом сдерживая страх.       — И если ты не начнёшь стрелять, то тоже станешь мёртвой, — холодно ответила лисица, продолжая тереться о ноги девушки.       — Но ритуал… может, он поможет? — Фрэя оглянулась на сестру.       — Маска у неё, — коротко ответила лиса, — но их слишком много. Это орда! Они задавят нас толпой. Река — единственный выход.       — Карта показывала, что река ведёт в Хендел, — сказала девушка, взглянув на лисицу. — Эрин! Вальмир! Нам нужно отступать!       — Что? — Вальмир, залитый чёрной кровью, обернулся с яростным выражением лица. — Я только вошёл во вкус, а ты уже предлагаешь бежать? — тяжело ответил мужчина, нанося сокрушительный удар ходячему сапогом меж ног.       — Вальмир! — крикнула Эрин, увернувшись от очередного удара мертвеца. — Она права! Их слишком много! Бежим на хер отсюда!       С тяжёлым сердцем воин замедлил свои удары и начал отступать. Эрин стиснула зубы, защищая их отход. Вся группа сорвалась с места, бегом направляясь к реке. Шум мертвецов за спиной становился всё громче.       — Прыгайте! — закричала Эрин, разворачиваясь к реке.       Одним движением они все оказались в морозной воде. Поток подхватил их, захлестнув с головой. Эрин почувствовала, как холод парализует её тело, но бурное течение понесло их прочь, оставляя мертвецов на берегу, рычащих от ярости. Вода уносила их всё дальше, а лес и орда мертвецов остались позади.

***

      Река текла с бурным рокотом, словно живая, играя бликами на своей кристально чистой поверхности. Сквозь прозрачную воду просматривались тёмные камни гальки, местами покрытые зелёным мхом, и длинные водоросли, которые медленно покачивались в её стремительном течении. Берега были, словно из сказки: обрамлённые низкими скалами, которые плавно переходили в травянистые холмы, они тянулись вдоль реки, усыпанной редкими деревьями с листьями, переливающимися зелёными и золотыми оттенками. Ветер мягко трепал ветви, срывая несколько листьев, которые, кружась, опускались в воду, чтобы быть унесёнными бурным потоком.       На горизонте показался Хендел. Посёлок, укрытый среди нескольких дорог, был средних размеров, но выглядел уютным и оживлённым. Длинная центральная площадь, вымощенная грубыми каменными плитами, была оживлена торговыми рядами. Прилавки ломились от свежей рыбы да вяленого мяса, мешков с зерном, хлебных караваев и разноцветных фруктов. Между рядами сновали кони и ослы, гружёные мешками и ящиками, а торговцы громко переговаривались, заманивая покупателей. На окраине посёлка раскинулось поле пшеницы, где золотые колосья мерцали под солнцем. Среди них весело бегали дети, смеясь и играя, пока взрослые осторожно срезали урожай серпами.       Река подводила тонущих путников всё ближе, пока они, наконец, не выбрались на берег в десятке минут от посёлка. Первым на твёрдую землю вышел Вальмир. Его движения были уверенными, будто течение не могло сбить его с ног. Он снял свою защитную кольчугу, которая мокро звякнула, упав на траву, и провёл рукой по рукавам рубахи, отжимая воду.       — Наконец-то сухая земля, — пробормотал он, оглядываясь. Фрэя осторожно выбралась следом, тряся руками, чтобы сбросить воду, и тут же взялась за свой плащ, выжимая его.       — Ну и холодная вода, — пожаловалась она, озираясь на сестру. — Надеюсь, не придётся повторять такое слишком часто, — но её слова оборвала Эрин, которая, выбравшись из реки, не раздумывая, начала раздеваться. Она сбросила с себя мокрую одежду, которая шлёпнулась на траву, и осталась стоять обнажённой, словно это было для неё обыденным делом.       — Эрин! — воскликнула Фрэя, прикрывая лицо рукой. — Ты что делаешь?! Оденься!       — Она уже не первый раз без одежды ходит, — раздался спокойный голос Хельги. Лисица, выбравшись следом, села на задние лапы, стараясь встряхнуть мокрую шерсть. Её забавный вид вызвал у девушки смешок, который она тут же попыталась сдержать.       — Ты тоже без одежды, — заметила Эрин, махнув рукой в сторону лисицы. — Но я же не жалуюсь. — младшая закатила глаза, но не могла отвести взгляда, пока её сестра, обернувшись, не посмотрела на неё и не произнесла: — Что ты там ещё не видела? — и тут же Эрин грациозно встала в позу, словно позируя для невидимого художника       — Одевайся! — взвизгнула младшая, быстро отворачиваясь.       — И что, мокрой ходить? — Эрин фыркнула, поднимая с земли меч. Фрэя тяжело вздохнула и протянула свой выжатый плащ.       — Оденься, пожалуйста. Нас не пустят в поселение, если ты будешь в таком виде! — старшая с улыбкой взяла плащ, но вместо того чтобы просто накинуть его, разрезала ткань мечом на две части.       — Что ты делаешь?! Это же мой плащ! Я выменяла его в Миране!       — Мирана? Это же рядом со мной. Что ты там делала в Миране? — спросила Эрин, спокойно обматывая одну часть ткани вокруг груди, а вторую закрепляя на поясе.       — Помогала местным жителям Мираны. Знаешь ли, они сделали этот плащ специально для меня, из лучших материалов, он же очень тёплый!       — Отлично, миранские ткани значит, согрею т мне сиськи. Спасибо заботливой сестрице за плащ из Мираны.       — Может, хватит повторять «Мирана»? — вставил Вальмир, нахмурившись. — Давайте быстрее. В поселении нас могут не сразу принять, а мне бы не хотелось терять время, — старшая, всё ещё улыбаясь, поправила свою импровизированную одежду и повесила на себя пояс с оружием.       — Ну что-ж, пойдёмте удивлять жителей Хендела, — бросила женщина, ступая первой на узкую тропу, ведущую к посёлку.       Группа шагала по каменной дороге, ведущей в Хендел. Лёгкий ветер доносил запахи свежеиспечённого хлеба и влажной земли, смешанные с едва уловимым ароматом пшеницы с близлежащих полей. Вскоре перед ними открылась главная торговая улица посёлка. Ряды с рыбой, зерном и фруктами были окружены людьми, снующими туда-сюда. Кони с мешками зерна и ослы, гружённые корзинами, медленно двигались между толпами, создавая ощущение оживлённого рынка. Как только трое путников вошли на площадь, все разговоры постепенно стихли. Люди оглядывались, переглядывались, бросая странные взгляды на мокрых и явно потрёпанных незнакомцев. Особенно долго задерживались взгляды на Эрин, её импровизированной одежде и, конечно, на лисице, размеренно шествующей рядом с группой. Из ближайшего переулка появились двое мужчин. Они были крупными, с широкими плечами, обвешанные шкурами и с луками в руках. Их шаги были быстрыми, а взгляды напряжёнными. Не сказав ни слова, они натянули тетиву и направили стрелы прямо на Хельгу.       — Опустите луки, — громко заявила Эрин, делая шаг вперёд. Она бросила быстрый взгляд на Вальмира, но тот молчал, явно не желая вмешиваться. — Лиса с нами. Она не дикая, она нормальная. Как и мы, просто попали в реку, убегая от долбаных ходячих.       — Из-за волны викингов все нижние земли кишат мертвецами, — спокойно добавил Вальмир, осматривая мужчин. — Но мы здесь ненадолго. Наш путь лежит в столицу, — но суровые мужчины не спешили опускать оружие, переглядываясь, пока их внимание не отвлёк женский голос.       — У нас гости? — радостно произнесла пожилая женщина, выходя из одного из домов. Она была в хорошей физической форме, несмотря на возраст, и носила чёрный костюм из шкур, украшенный полосами краски, а также татуировками на руках и шее. На поясе у неё висел тяжёлый топор, а глаза светились интересом. Эрин взглянула на женщину, затем перевела взгляд на лучников, всё ещё не опускавших луки.       — У вас всех наёмников так тепло встречают? — насмешливо спросила она, указывая на мужчин. — Или эти двое всегда такие… козлы?       — Я Криста, главная в Хенделе, — спокойно представилась она. Её голос стал более строгим. — Если хотите, чтобы вам здесь были рады, — она достала из-за спины кожаный поводок, — привяжите её. Или заприте там, где она никому не навредит.       — Нет, нет, нет! — воскликнула лиса, пятясь назад. Её уши прижались к голове, а глаза расширились от ужаса. — Я не надену это!       — Слушай, — начала старшая, глядя лисице прямо в глаза. — Если это успокоит этих людей, мы сделаем вид, что ты согласна. Это ненадолго, — Хельга вздохнула, но покачала головой отрицательно.       — Я не надену эту штуку, — повторила она упрямо. Однако Эрин была упрямее. Одно движение — и поводок уже был одет на лисицу.       — Вот так лучше, идём за мной, — ответила хозяйка и пошла вглубь посёлка, раздумывая над тем, что дивная женщина с голым животом разговаривала с лисой.       Четверо людей и одна чёрная лисица шагали по центральной площади Хендела под прицелом десятков любопытных взглядов. Шёпот за спинами перерастал в приглушённые насмешки, а Хельга, волочащаяся на поводке, не скрывала своего раздражения.       — Я не потерплю такое отношение к себе! — зло шипела лиса, оглядывая толпу. Её голос звучал лишь в головах спутников, но от этого злоба становилась ещё более ощутимой. Эрин лишь усмехнулась, слегка подтянув поводок.       — Потерпишь. Для твоей же безопасности.       — Зачем вам лиса, путники? — Криста, уверенно шагающая впереди, обернулась через плечо, её взгляд скользнул по путникам.Голос звучал властно, но без угрозы.       — Мы не просто путники, а наёмники Антуана, — ровным тоном ответил Вальмир, слегка приподняв голову, будто желая подчеркнуть статус группы.       — Я знаю, что вы наёмники, — фыркнула Криста. — Что этому падлу нужно? — Эрин замешкалась, быстро оглядываясь по сторонам, словно ища вдохновения.       — Мы должны доставить ему… эту уникальную лисицу, — наконец сказала она, стараясь выглядеть уверенной, — она... чёрная.       — Знала бы, что ему, приготовила бы лису себе на завтрак. Чем же она особенная? Кроме цвета? — спросила женщина, не скрывая скепсиса.       — О-о-на умная, — идущая позади Фрэя вмешалась в разговор, спотыкаясь на словах. — Ну то есть… не дикая, — Хельга, замершая у ног Эрин, тихо пробормотала так, чтобы слышали только свои:       — Я хочу убить её.       Криста остановилась у деревянного дома с покатой крышей. Это был скромный одноэтажный дом, сложенный из прочных деревянных брёвен и местами укреплённый грубо обтёсанным камнем. У входа виднелось небольшое крыльцо с обветренными ступенями, а вокруг тянулась низкая ограда из грубых кольев.       — Можете здесь остаться, — сказала Криста, указывая на дом. — Но вашей умной лисе в этот дом нельзя. Привяжите её к забору.       — Я Генерал Первого Порядка! — резко сказала Эрин. — И сама решаю, где будут спать мои люди. Ну и звери.       — Ладно, ладно, — Криста хмыкнула, отступая с дороги. — Но держите её подальше от людей. Генерал, — последнее уже было сказано с ухмылкой.       — Снимите с меня поводок! — громче попросила Хельга. Эрин, усмехнувшись, наклонилась и с лёгким щелчком расстегнула ремешок.       — Это унизительно! — продолжила лиса, встряхиваясь. — Я вся мокрая, а меня нацепили, словно я какое-то животное!       — Отчасти ты права, — не поднимая глаз, ответил Вальмир, уже колдующий с огнём в небольшом камине. — Только не нужно злиться. Я и так помогаю тебе. Кстати, Хельга, что-то мы все получим за помощь тебе? Она ведь не одна тебя сопровождает.       — Дай-ка угадаю, — вступила старшая, облокотившись на стену. — Тройная благодарность?       — Я поддержу вас, когда вы пойдёте атаковать ту крепость, которую мальчишка отметил на карте, — наконец сказала она, прищурившись. — А потом… помогу вам. После вашей смерти.       — Обнадёживает, — усмехнулась страшая, стягивая с себя части повязки.       — Эрин! — возмущённо воскликнула младшая, отворачиваясь.       — Что? Мы под крышей, а одежда мокрая, — отмахнулась она, ложась на потрёпанный диван.       — Хельга, хочу поговорить с тобой… наедине, — тихо начала Фрэя.       Эрин, с ухмылкой держа поводок в руке, лишь лениво махнула в сторону. Нехотя, но пришлось надеть на лисицу поводок, игнорируя её недовольный взгляд.       — Здесь торговля идёт круглосуточно, — тихо сказала старшая, провожая их взглядом. — Если тебя увидит та старуха, она и нас на шкуры пустит.       — Только не слишком туго затягивай, или я отгрызу тебе руку, — ответила лиса, смотря на Фрэю.

***

      Двоица неспешно шла по торговой улице поселка, освещённой мягким мерцанием старинных ламп и свечей. Ночь была тиха, но не безмолвна: где-то вдалеке слышались приглушённые разговоры, шепот торговцев, редкие выкрики зазывал. Узкие булыжные мостовые блестели в свете огней, отражая золотистые отблески. Время от времени на пути попадались прохожие — хмурые, усталые, с неподъемными мешками на плечах или корзинами в руках. Хельга, недовольно поводя хвостом, искоса смотрела на редких путников.       — Это место слишком тихое, — пробормотала она, тихо, но так, чтобы её услышала только спутница. — Слишком спокойно для такого мира.       — Успокойся, — отозвалась Фрэя, крепче сжав поводок. — Не думаю, что это надолго. Но то что здесь нету ходячих, это определённо успех.       Мимо тянулись прилавки: здесь — соленья и сушёное мясо, там — рубахи и одежда, украшенные примитивными орнаментами. Аромат свежих трав смешивался с дымным запахом от углей, на которых жарились куски мяса. Торговцы сонно переговаривались между собой или пытались привлечь редких покупателей.       — Эй, девушка, подойди-ка! — раздался хриплый голос справа.       Фрэя остановилась у деревянного прилавка, где стоял старик с густой бородой. Перед ним лежали плетёные корзины, доверху наполненные фруктами: ярко-красные яблоки, сочные груши, ягоды, сверкающие в свете свечников, будто драгоценности.       — Самые лучшие фрукты, для вас, молодой, — с хитроватой улыбкой начал старик, приветственно разведя руками. — У нас через реку густой лес, оттуда и яблоки, и груши, и дикие ягоды, — девушка посмотрела на плоды, чувствуя, как сладкий аромат манит её.       — Мы пришли с Вёрде, — произнесла она, осторожно изучая старика. — Путь к вам кишит ходячими. Здесь их нету, почему?       — Орда викингов миновала нас, дитя, — протянул он, словно взвешивая свои слова. — Поэтому здесь нет мертвецов. А после той облавы у нас никто не умирал.       — Я могу пополнить статистику смертей, — не упустила момента Хельга. — Например, убить Кристу.       — Не нужно никого убивать, — тихо добавила Фрэя. Старик удивлённо вскинул брови, но промолчал. Девушка улыбнулась, и вернула взгляд к прилавку и указала на корзину с ягодами:       — Можно мне голубику? Два мешочка, — она достала из кармана мешочек для фруктов и протянула его старику.       — Один серебряник, — отозвался он, протягивая руку за монетой. Фрэя кивнула и бросила монетку на ладонь торговца. Он, довольно усмехнувшись, ловко набил мешочек двойной порцией отборной голубикой.       — Отличный выбор, — сказал он, протягивая ей покупку. — В тех дебрях очень богатые леса на фрукты, и ягоды. Но и очень опасные.       — Спасибо.       Девушка, медленно пережёвывая горсть голубики, неторопливо брела через почти пустую деревню. Она бросала редкие взгляды на покосившиеся ограды, уставшие дома с протекающими крышами и поросшие травой дворы. Редкие светящиеся окна напоминали о жизни, цепляющейся за этот мрачный мир. Но шаги её вели дальше — за пределы деревни, к широкому полю пшеницы, что колыхалось под лёгким ночным ветром.       Добравшись до края поля, девушка присела на траву, небрежно отбросив пустой мешочек от ягод в сторону. Поле было почти идеально, словно нетронутое человеческой рукой. Луна лениво освещала спелые колосья, которые в этот час казались серебристыми. Фрэя сняла поводок с Хельги, отпуская её.       — Всё, можешь дышать свободно, — сказала она, чуть улыбнувшись. Хельга встряхнулась, отряхивая себя с таким энтузиазмом, словно скидывала цепи, а не просто поводок.       — Что ты хотела? — спросила лиса, прищурив свои глаза. Фрэя на мгновение отвела взгляд, будто собираясь с мыслями, а потом протянула лисе оставшиеся ягоды.       — Хочу удивить его, — тихо произнесла она. Хельга наклонилась и быстро съела ягоды, явно наслаждаясь их вкусом.       — Это… неплохо, — сказала она, облизывая пасть. — Я не думала, что людские ягоды такие вкусные.       — Не людские, а лесные, — поправила её девушка.       — Разница невелика.       — Когда я сбежала из плена… среди ночи… я заблудилась в лесу, — тихо ответила Фрэя. Лиса замерла, её уши слегка поднялись, как у зверя, уловившего интересный звук. — Скажи грустно, — продолжила девушка, стиснув пальцы на траве. — Десять лет, одна, ночью в лесу. Мне было тяжело дышать… я думала, что умру там. Несколько дней ела только ягоды. Сама себе перевязала рану на ноге, которую получила при побеге. Но я выбралась.       — Это, конечно, грустно, — наконец сказала лиса, приподнимая бровь, — но ты позвала меня сюда не для того, чтобы плакаться о прошлом?       — Просто дай мне возможность ещё раз посмотреть на Эйрика, — прошептала она.       — Хорошо, — коротко кивнула лиса. — Плата в виде ягод достойная. Но предупреждаю: тебе будет тяжело это принять. А ещё, после этого нас могут убить.       — Я справлюсь, — твёрдо ответила Фрэя, хотя её голос слегка дрогнул. Ведь концовка предложения была не самая лучшая.       Фрэя осторожно, с долей суеверного трепета, взглянула на спутницу. В тот же миг позади девушки воздух словно задрожал, а затем разорвался, открывая мутный, мерцающий портал. Из его глубины исходил зловещий свет, и Фрэя почувствовала, как холод пронзил её до костей. Лиса уверенно пошла вперёд, а девушка за ней.

***

             Туман плотным одеялом окутывал мир Хельхейма, пропитывая воздух сыростью и чуждым холодом. Обнажённые скалы, острые и разломанные, тянулись к безликим небесам. Густая завеса сверху скрывала всё, что могло быть выше, и придавала ощущение замкнутости, будто сам мир был клеткой, последним пристанищем. У подножия скал валялись полуразложившиеся останки, изломанные скелеты с торчащими ржавыми обломками оружия. Между ними неуклюже бродили доходяги — полуразрушенные существа, в которых едва теплилась тень жизни. Их глухие стоны и царапающий шорох раздавались повсюду, усиливая ощущение безысходности. Фрэя стояла на твердой, шершавой поверхности и, не сдерживая дрожи, осматривалась по сторонам. Её взгляд был то полным тревоги, то удивления — этот мир казался олицетворением самой смерти, но не той, что дарит покой.       — Фрэя, — позвал её мягкий женский голос, раздавшийся из тумана. Девушка резко обернулась. Перед ней стоял он. Эйрик. Точно таким, каким она его запомнила: сероватые глаза, в которых блестели задор и искренность, непослушные светлые волосы, потрёпанная одежда, напоминающая пиратский костюм. На миг всё вокруг словно исчезло. Фрэя застыла, её глаза наполнились слезами. Она долго смотрела на него, не веря своим глазам. Медленно подняла руку, намереваясь коснуться его лица, но остановилась на полпути и сделала шаг назад. — Я предупреждал, то есть… предупреждала, — заговорил Эйрик, но голосом, который девушка узнала мгновенно. Это была Хельга.       — Аа-а?       — Я не могу скопировать его голос, — ответил мальчик, глядя на напарницу. Затем он поднял голову и добавил: — Эйрик жив. Я не чувствую его здесь. А ещё вот, — мальчик повел резко рукой, и та буквально оставляла след из дыба за собой. — Я не могу полностью его скопировать.       Фрэя сделала глубокий выдох, её плечи опустились. Она шагнула вперёд и обняла мальчика, который, слегка смутившись, улыбнулся и ответил на её объятия.       — Так, так, так… — раздался зловещий женский голос, тягучий и насмешливый. Он словно вынырнул из самого тумана. — Не часто вижу живую в мире мёртвых, — Эйрик моментально сник, его тело напряглось. Он спрятался за спину напарницы, крепче сжав её руку. — Кто сегодня ко мне пожаловал? — продолжал голос, полон зловещей радости. Фрэя растерянно оглядывалась, её взгляд метался по сторонам.       — А-а… это кто? — пробормотала она, пытаясь понять, откуда идёт звук.       — Рада живым гостям, — голос звучал ближе, чем казалось. — Кто ты, дорогуша? И кто ты, мальчик… — слова оборвались на неприятном смешке. Эйрик крепче сжал руку девушки, не пряча своего страха. — Точнее девочка… привет, милая.       — Не дай ей меня забрать. Потом отблагодарю.       — Привет, доча, моя Хель, — насмешливо произнёс голос. Фрэя удивлённо посмотрела на Эйрика, но тот лишь слегка повёл бровью, будто говоря, что сам не понимает, что происходит. — Молчишь? Ну что, примешь свой облик? Хочу увидеть тебя, а не дурного человеческого мальчугана.       — Он не дурной, — твёрдо ответила Фрэя, подняв взгляд в пустоту над собой. — Кто ты такая? Ещё одна богиня?       — Я всё слышу! — резко выкрикнул голос, отдаваясь эхом по всему пространству. — Я Ангрбода. Верховная Богиня! И не потерплю в своём мире живого человека. А вот тебя…       Земля под ногами задрожала, и из тумана стали выползать мертвецы. Их пустые глазницы словно светились злостью, а разложившиеся тела двигались в леденящей жуткости ритме. Их глухие рыки заполнили всё пространство, будто сами скалы вторили им. Фрэя сделала пару шагов назад, её дыхание стало прерывистым. Эйрик, не отпуская её руки, дёрнул её за собой.       — Пора уходить, — коротко бросил он, и позади них вновь возник мутный портал.       Без колебаний Эйрик шагнул в него, утягивая за собой девушку. Мир Хельхейма исчез, сменившись густым лесом, в котором ночная тьма была не менее угрожающей. Фрэя, осмотревшись, увидела перед собой всё того же мальчика, но его взгляд выдавал иное.       — Хель? — в ответ мальчик лишь приподнял бровь. — Чёрт… Сестра знает? Конечно же нет…       — Пожалуйста, не говори ей, — попросил он, присаживаясь на траву.       — Кто это была? И почему она хочет тебя убить? Ранее…       Туман стелился над Хельхеймом густыми клочьями, скрывая из виду бескрайние голые скалы и уродливые ветви мёртвых деревьев, чьи чёрные ветви казались когтями, тянущимися к небу. Под ногами мерзлая земля, покрытая трещинами, хрустела, как будто отзываясь на каждый шаг, а в воздухе витал запах гнили и старой крови. Изредка из тумана выплывали жуткие фигуры — бледные, истощённые скелеты с кусками давно разложившейся плоти, шатающиеся в поисках своих вечных мучений. Тени мёртвых, обречённые скитаться по этой земле, порой оборачивались, будто чувствовали чужое присутствие, но вскоре вновь терялись в вечной дымке. Посреди этой мрачной пустоши, в окружении скал и полуразрушенных колонн, как будто останков древнего храма, была она. Девушка двигалась с лёгкостью хищной пантеры, каждая линия её тела выражала напряжённую готовность. Туман вокруг неё закручивался, словно её присутствие само по себе вызывало изменения в окружающей реальности. Чёрное платье плотно облегало её, но не сковывало движений, его словно живые длинные свисающие куски ткани на спине порой вздрагивали и растягивались, как будто чувствовали грядущую опасность. Словно парили в воздухе, принимали вид устрашающих паучьих лап, что живут своей жизнью, но в такт жизни хозяйки.       Перед ней, из глубин тумана, вырвалось нечто, что можно было бы назвать монстром, если бы не его извращённо человеческие черты. Огромная фигура на четырёх лапах, сложенная из костей и плоти, источала злую энергию. Глаза существа — две пустые чёрные дыры, в которых, казалось, был заключён весь ужас этого места. Оно бросилось на девушку с чудовищным рычанием, его когти впивались в землю, оставляя глубокие борозды. Девушка встретила его спокойно, держа окрашенный чёрной кровью меч наготове. Её губы едва заметно тронула полуулыбка — холодная, мрачная, полная уверенности. Девушка вытянула руку, из которой тут же вырвался поток тьмы, похожий на змею, обвившую конечности монстра. Чёрные шлейфы её костюма ожили и встрепенулись. Монстр заревел, и со всей своей силы бросился на девушку. Она тут же побежала ему навстречу, резко поджала ногу и заскользила по полу. Только оказавшись под монстром, направила меч вверх. Монстр заревел сурово, и, ещё раз пошатнувшись, упал на бок. А чёрная кровь вытекала из разрезанного живота, выпячивая гнилые кишки наружу. Девушка выпрямилась, проведя рукой по своим чёрным косичкам, будто стряхивая невидимую пыль. Глаза её на миг засветились фиолетовым светом, словно оживляя её силу.       Однако тишина не наступала. Казалось, сама земля содрогается под тяжестью шагов десятков оживших мертвецов. Их гнилые тела обрушивались на девушку, словно неумолимый прилив.       Хель, истекая кровью и дрожа от напряжения, отчаянно отбивалась. Каждый взмах её длинного меча разрывал воздух с зловещим свистом, рассекал гниющую плоть и отбрасывал конечности врагов. Но нежить шла волна за волной, будто из самой бездны, их пустые глаза горели мрачным огнём ненависти. Один из гигантских мертвяков, вырвавшийся вперёд, с неестественной скоростью метнул кулак прямо в лицо девушки. Удар отбросил Хель назад, и она едва успела выставить меч перед следующим нападением. Гигант, размахнувшись, врезал ногой ей в живот, и девушка, не удержавшись, с глухим стуком рухнула на землю. Её тело скатилось по чёрной, мёртвой земле, пока она не остановилась рядом с обезглавленным трупом. Впиваясь пальцами в почву, Хель, дрожа, отползла назад. Отрубленная голова, лежавшая рядом, словно насмехалась над ней пустыми глазницами.       Гигант уже занёс свой ржавый меч, намереваясь разрубить её пополам. В последний миг Хель вскинула руку, и мутный фиолетовый купол вспыхнул вокруг неё. Лезвие, обрушившись со всей силой, бессильно отскочило, издав противный скрежет. Хель, воспользовавшись моментом, вскочила на ноги и, тяжело дыша, бросилась бежать. Её ноги несли её прочь, прорубая путь сквозь мёртвые кусты и ветви, что хлестали её по лицу.       Вылетев на открытую равнину, она резко остановилась, и её взгляд зацепился за нечто гораздо более ужасное. Прямо перед ней, раскинувшись на горизонте, неслась новая армия нежити. Бесчисленные тени орды двигались, их рёв перекрывал всё: звук её дыхания, стук сердца, даже шум ветра. Конца этому кошмару видно не было. Сжав кулаки, Хель ощутила, как ярость кипит в её крови. Она встала твёрдо, выпрямившись, и мрачно встретила взглядом наступающую угрозу. В её руках, словно отголосок гнева богов, начало разгораться слабое свечение. Сила рождалась, нарастая, как шторм. Её губы прошептали слова, которых не слышал никто, кроме мёртвого мира. Когда толпа была уже совсем близко, Хель резко раскинула руки в стороны. Мир застыл лишь на одно мгновение, но потом разразился. Взрыв ослепительного фиолетового света озарил всё вокруг. Враги разлетелись, словно гнилые листья на ветру, их останки полетели в разные стороны, оставляя девушку в эпицентре разрушения. Она стояла одна, окружённая дымом, её лицо было холодным и непроницаемым.       Но рёв не стихал. Лес ожил вновь. Новая волна нежити шагнула из теней, их тела хрустели и гремели, приближаясь неумолимо.        Хель медленно опустила взгляд, стиснула зубы и ударила ногой о землю. Эхо удара разнеслось по округе, и тут же из недр почвы вырвалась мощь неведомой силы. Земля содрогнулась, и десятки мертвецов разлетелись, как гнилые тряпки, упав без движения. Она ещё дышала. Она ещё сражалась. Но небо над её головой оставалось мрачным и бездушным, напоминая, что это лишь начало битвы, и ей предстоит встретить нечто куда более страшное. Как раз голос дал начало страшному:       — Хватит! — бледная великанша медленно подходит через толпу раступившихся мертвецов. Туман, словно живой, сгущается вокруг её фигуры, создавая ореол мистического ужаса. Она останавливается прямо перед Хель, которая уже стоит, но с уголка её рта стекает струйка крови, как и из носа.       — Помнишь его? — женщина щелкает пальцами, и сквозь толпу проходит огромный Лунный Волк, чьи глаза горят холодным светом луны.       — Хати, — с улыбкой, полной горечи и радости, говорит Хель, расставляя руки в стороны, — рада видеть тебя! — но волк в ответ лишь угрожающе зарычал. — А тебя, не рада, мама.       — Твоя мания величия весь Хельхейм погубит, а всё из-за чего? Ты возомнила себя здесь главной? Всех к себе забираешь, не пускаешь в Вальхаллу, вот, твои люди восстали против тебя! Такого ты хотела? — Хель улыбается, но её улыбка полна вызова и боли. Крепче сжав свой меч, она замахнулась на Лунного Волка, но тот набрасывается на неё, выбивая меч из рук. Великанша смеётся, её смех гулко отдаётся в тумане. — Хати, за мной, — величественно приказывает богиня, разворачиваясь и уходя в туман. — Пусть моя девочка веселится со своими подданными. Если она переживёт это нападение, разорви её на части. Стань её личным кошмаром, только возродится, убей. Стань её огнём, и упади ей на голову! — великанша уходит в туман вместе с волком, оставляя Хель лицом к лицу с ордами нежити. Её лицо перепачкано кровью, тушь потекла, превращая её в маску скорби, тёмная помада размазана по губам.       — Я думала, что ты сможешь любить меня, как прежде! — кричит Хель на коленях, глядя в сторону уходящей богини. — Даже зная, что я другая, даже зная, что ты другая! Ладно, мама, за новых нас, — с горечью добавляет она, поднимаясь на ноги и разминая руки. Выставив их на кончиках пальцем, зрели небольшие фиолетовые молнии. Мигом раздаётся красная вспышка, от своей силы девушка аж оглушительно закричит. Молнии вырвались из кончиков пальцев, проходя цепной реакцией сквозь мёртвецов, выжигая их изнутри. Молнии летели на огромной скорости к великанше. Женщина в последний момент поворачивает голову, её улыбка полна хитрости и гордости за свою дочь. За мгновение женщина взвыла от боли. Но когда обернулась снова, Хель уже исчезла, оставив после себя лишь эхо своего вызова и воспоминание о своей силе и боли. Сейчас…       Густой лес окутывал Фрэю и Эйрика, словно укрывая их от внешнего мира. Тени от высоких деревьев танцевали в свете тусклого лунного света, пробивавшегося сквозь густую крону. Воздух был насыщен запахом мха и влажной земли, а где-то вдалеке раздавались утихающие звуки ночных существ. Девушка сидела, прислонившись к стволу дерева, напротив неё, в мягкой траве, устроился мальчик. Его светлые волосы, слегка растрёпанные, мягко поблёскивали, напоминая ей прошлое.       — Хорошая история, но моя хуже, — задумчиво произнесла девушка, оторвав взгляд от земли. Эйрик поднял на неё глаза, и в его взгляде отразилась смесь ожидания и лёгкой грусти. — Ладно, Хель-га, — продолжила она, и заметила, как он оживился, будто услышав что-то важное. — Если уж я потеряла его, скажу хотя бы сейчас, раз тогда не успела. А ты просто слушай, и не перебивай меня, — Эйрик кивнул, сложив руки на коленях, но не сводил с неё глаз. Фрэя глубоко вдохнула, и, стараясь справиться с дрожью, подняла руку. Пальцы её касались его лица, проводили по щеке, словно запоминая каждый изгиб. — Мне было приятно с тобой, — её голос дрогнул, но она продолжала. — Ты правда красивый… Я любила тебя. Но не могла этого сказать.       Девушка закрыла глаза, и в этот момент почувствовала, как кожа под её ладонью изменилась. Тепло, исходящее от Эйрика, вдруг стало другим. Она открыла глаза и увидела вместо юноши чёрную лису, свернувшуюся рядом. Хельга смотрела на неё своими глубокими, блестящими глазами, в которых отражалась какая-то древняя печаль.       — Я не хочу надолго задерживаться в чужом теле без необходимости, — мягко сказала лиса.       — Давай вернёмся назад. И, кстати, ты собираешься рассказать сестре, что ты богиня смерти?       — Планирую, — ответила она, глядя куда-то в темноту леса. — Но не сейчас. Сейчас время вернуться.       — Ну что, пойдём? — сказала она, надевая поводок на шею недовольной Хельги.

***

      Холодный ветер обдувал улицы Хендела, но в доме, куда вернулись двоица, царило уютное тепло. Сквозь занавешенные окна пробивались тусклые отблески камина. Фрэя закрыла за собой дверь, осторожно, чтобы не разбудить тех, кто уже спал. Эрин, завернувшись в тёплый плащ, мирно дремала на кровати, её дыхание было едва слышно. Вальмир, несмотря на свою могучую фигуру, устроился прямо на полу, облокотившись на стену. Его массивный боевой молот лежал рядом, словно даже во сне он был готов к битве. Хельга, едва войдя в дом, уверенно направилась к камину. Она улеглась на мягкий ковёр, свернувшись клубочком, и её чёрная шерсть блестела в свете огня. Фрэя сняла с неё поводок, тихо повесив его на крючок у двери. Несколько секунд она стояла, смотря на спящих, будто оценивая тишину вокруг, и только потом, устало вздохнув, опустилась на пол рядом с камином.

***

      Утро началось с мягкого света, пробивающегося сквозь узкие оконные рамы дома. Тепло от затухшего камина ещё чувствовалось, но в воздухе уже разливалась свежесть нового дня. Фрэя сидела у стены, задумчиво потирая пальцами поводок, словно решая, стоит ли его вообще оставлять. Дверь внезапно распахнулась, и внутрь ворвалась Криста, её шаги гулко разнеслись по деревянному полу. За ней следовали двое мужчин с крепкими фигурами и суровыми лицами. Их амуниция блестела от утреннего света, а за плечами виднелись массивные арбалеты.       — Просыпайтесь! Хватит тут валяться, уже утро! — громко заявила Криста, устремляя взгляд сначала на Фрэю, затем на Эрин, которая до сих пор лениво потягивалась на своей постели. — Вы даже не представляете, какой день вас ждёт! Сегодня в посёлок прибыл торговый караван из-за морей, — продолжила Криста с энтузиазмом, — это ваша редчайшая возможность прикупить что-нибудь стоящее.       — Из-за морей? — сонно уточнила Фрэя, выпрямляясь.       — Ага, из Англии. Мастера, товары — всё высшего качества. Хотите татуировки набить? У нас лучшие мастера региона! — Эрин потянулась, её рука скользнула к поясу, где на свету блеснул небольшой кошель с монетами.       — Я-я-я хочу, — протянула она, бросая взгляд на Кристу. — Они могут имя на руке сделать?       — Конечно, — хитро улыбнулась хозяйка. — Но это стоит десять серебряников.       — Всё, я готова. Где мастер? — женщина поднялась, быстро пересчитала монеты в руке и передала их старухе.       — Фэнни проводит тебя, — кивнула Криста и кивком подозвала одного из своих стражей, — иди за ним, он покажет дорогу.       Эрин кивнула и направилась к выходу вместе с охранником. Взгляд младшей проводил её до дверного проёма, но когда они скрылись, хозяйка дома повернулась к оставшейся гостье, её глаза сузились.       — А вы, — протянула она, жестом показывая на Фрэю, — как вам мой посёлок? Говорят, вчера ночью вы шастали по базару и были у поля.       — Уютно. Люди тут гостеприимные, и ягоды вкусные, — она мягко потянулась вниз, чтобы потрепать Хельгу, сидевшую рядом. Чёрная лиса ответила тихим урчанием, её глаза лениво осматривали помещение.       — Мы уже можем оставить нашу лису без поводка, — добавила Фрэя, пристально глядя на Кристу. — Посмотрите сами, она нормальная и не агрессивная. — Криста задумчиво прищурилась, её лицо на мгновение стало суровым, но потом она громко выдохнула.       — Уф-ф… Ладно, идите за мной. И поводок оденьте.       Она резко развернулась, оставив двоих мужчин позади, и направилась к двери. Фрэя кивнула лисе, протягивая повод, и та встала, грациозно потянувшись и кивнув. Улицы посёлка оживились с рассветом: торговцы выкладывали товары на столы, местные жители обменивались приветствиями, а караванщики уже спорили о ценах на привезённые сокровища. Хельга держалась близко, её чёрная шерсть переливалась в свете солнца. Жители и гости посёлка бросали на лису любопытные, а иногда и испуганные взгляды. Её редкая, почти мистическая внешность вызывала шёпот среди толпы, но тронуть никто не решался.       — Вот, видите? — Фрэя бросила взгляд на Кристу, которая шла впереди. — Она никому не причиняет вреда.       — Смотрите, чтобы так и оставалось, — пробормотала она, наконец, расслабив плечи. — Идём за мной.       Старое кладбище раскинулось на пологом склоне холма, окружённое стройными деревьями, кроны которых золотились от цветастой листвы. Лёгкий ветерок играл с опавшими листьями, которые кружились в воздухе, прежде чем мягко ложиться на землю, как пёстрый ковёр. Низкие, потемневшие от времени надгробия тянулись ровными рядами, их каменные грани были испещрены трещинами, но не внушали страха — наоборот, в их старости ощущалась мудрость, тихое благородство ушедших эпох. Между могилами пролегали утоптанные тропинки, словно созданные не просто для прохода, а для медленных размышлений. Земля здесь была мягкой и сухой, местами прикрытой небольшими зелёными островками мха. Дорожки аккуратно изгибались, ведя к самым укромным уголкам кладбища, где росли одиночные кустарники и цветущие осенью растения — яркие пятна, оживлявшие общий пейзаж. Ветви деревьев наклонялись к земле, словно стремились обнять надгробия. Лучи солнца пробивались сквозь кроны, играя в прятки со временем, то освещая, то оставляя в тени старые плиты. Воздух был свежим, наполненным лёгким ароматом прелых листьев и земли, но не тяжёлым, а почти весёлым, как будто сама природа старалась принести утешение тем, кто сюда пришёл. Фрэя осторожно шла по узкой тропинке, держа Хельгу на поводке. Лиса осматривалась, её яркие глаза любопытно пробегались по каменным плитам, но движения её были неспешными, почти благоговейными, будто и она чувствовала, что попала в место, заслуживающее уважения. Криста шла впереди, её шаги были твёрдыми и уверенными. Старуха не торопилась, каждый её шаг был выверен, как у человека, который знает и уважает это место. Она не смотрела по сторонам, словно уже давно помнила каждую трещину на камнях, каждую фамилию, вырезанную на надгробиях. Когда они подошли к одному из старых памятников, Криста присела, аккуратно убрала сухие листья, что легли на камень, и провела по выбитым буквам натруженной рукой. Надпись на камне была едва различима, но Фрэя вслух прочла её: «Фенрир Вальмдингер… тихих земель Вальхаллы, твоя…»       Эти слова словно эхом разнеслись в голове девушки. девушка подняла взгляд на Кристу, но та, казалось, даже не слышала её. Глаза старухи были прикованы к надгробию, а её губы тронула лёгкая улыбка, полная боли и нежности.       — Это кто? — осторожно спросила девушка, не решаясь нарушить тишину.       — Война не выигрывается на одном фронте, — её голос был тихим, словно она боялась разбудить тех, кто лежал под камнем. — Она истощает нас, забирает самых дорогих…       Она закатала рукав, обнажая свою тонкую, иссохшую руку. На коже виднелись чёрные линии татуировок — знаки, символы, и среди них одно имя: «Фенрир».       — Он был моим сыном, — продолжила Криста, её голос чуть дрогнул. — Храбрый, гордый. Он возглавил восстание против тирании и стал королём. Но знаешь, что бывает потом? — она посмотрела на девушку, и её взгляд был строгим, почти обвиняющим. — Восстание сменяется тиранией. И снова восстание. Снова тирания, — она горько усмехнулась, её пальцы медленно скользили по холодной каменной плите. — Его убили в день, когда снова вспыхнул огонь революции. Теперь здесь правит мальчишка, Антуан, который возомнил себя наместником. Его солдаты пришли сюда, забрали наших мужей и детей, чтобы бросить их в бессмысленную войну с Тёмными Викингами. Знаешь, сколько вернулось? Тридцать шесть из двух сотен.       Фрэя молча слушала. Она чувствовала, как боль Кристы обволакивает это место, превращая кладбище не в обитель скорби, а в живую память о тех, кто когда-то жил, любил и боролся. Криста обернулась к ней, лицо старухи стало серьёзным.       — Сними с этой животины поводок, — произнесла она твёрдо, но без злобы. — Но помни: одна её проделка — и её голова окажется у меня над камином. Фрэя кивнула, опустилась на корточки и аккуратно сняла поводок с Хельги. Лиса чуть тронула её руку носом, словно понимая ответственность момента.       — Не беспокойтесь, — спокойно сказала девушка, поднимаясь. — Она никому не причинит вреда.       Криста ничего не ответила, лишь кивнула, погружаясь в свои мысли. Фрэя задержала взгляд на надгробии, на вырезанных буквах, которые словно кричали в тишине: «Фенрир». Затем она тихо развернулась и пошла к рынку, оставляя Кристу в компании воспоминаний и лёгкого осеннего ветра.

***

      Фрэя опустила ладонь в карман, извлекая оттуда пять серебряных монет, их поверхность блеснула в свете солнца. Она протянула их торговцу, наблюдая, как тот лениво потянулся к деньгам, прежде чем перегнуться через прилавок. Его взгляд был прищурен, а голос опущен до почти шёпота, словно он готовился сообщить тайну огромной важности.       — В мужской бане есть дыра в стене, — сообщил он с заметным самодовольством, словно открывал секрет, который стоил целого состояния.       — Фэ, это я не хочу знать, — бросила она, немного поморщившись. — Ты лучше скажи что-то, что принесёт выгоду, — она на мгновение опустила взгляд, а затем вытащила ещё три монеты, зажав их между пальцами так, чтобы блеск серебра привлёк внимание. Торговец приподнял брови, на лице мелькнул хищный интерес, и он быстро принял деньги.       — Ладно, слушай. Лучшие знатоки местных новостей — это те, кто продаёт не только своё тело, но и слухи, — начал он, облокотившись на прилавок. — Тебе в «Бар», где буква «Б» не такая. Поняла? — Фрэя нахмурилась, но кивнула, внимательно слушая. — А ещё… ваша сестра, если я не ошибаюсь, как раз там. Её туда привёл тот здоровяк Кристы, — добавил торговец с ухмылкой.       — Хельга, идём, — бросила она, быстро засовывая купленную чернику в сумку и разворачиваясь в сторону бара.       Лиса отреагировала мгновенно, её лапы бесшумно ступали по утоптанной земле, следуя за хозяйкой, которая быстрым шагом направлялась к указанному месту. Бар находился в тени старого здания, его название было выведено небрежными буквами на вывеске, но действительно — «Б» была явно другой, начертанной с изломами, будто сама надпись что-то скрывала. Фрэя резко толкнула дверь, которая скрипнула, открывая путь в полутёмное помещение. В воздухе стоял запах алкоголя, дыма и чего-то сладковатого. Но прежде чем она успела сделать шаг вперёд, её встретила молодая девушка с растрёпанными волосами и обнажённой грудью.       — Плата за вход, — безразлично произнесла она, слегка покачиваясь. Фрэя нахмурилась, но быстро вытащила из кармана две монеты и бросила их в протянутую ладонь девушки.       — Она со мной, — добавила младшая, указывая на Хельгу, которая остановилась рядом и внимательно следила за каждым движением незнакомки. Девушка оглядела лису, её взгляд на мгновение стал осуждающим, но затем она лениво махнула рукой.       — Проходите, — пробормотала она, и Фрэя, не теряя времени, сделала шаг внутрь.       Воздух в дальнем коридоре бара становился всё тяжелее. Громкая музыка струнных инструментов и шум разговоров из основного зала постепенно стихали, уступая место странному покою, который прерывался лишь редкими смехами или шорохом за закрытыми дверями. Фрэя шла быстро, избегая взглядов на полуобнажённых работников заведения, что порой пересекали её путь, предлагая различные услуги. Она ловила на себе их насмешливые взгляды, но старалась не реагировать. Лиса, напротив, вела себя более уверенно. Её нос работал, улавливая слабые запахи, которые вели их всё дальше вглубь заведения. Вскоре Хельга резко остановилась, принюхалась к двери справа и тихо заскулила, словно подтверждая свои подозрения. Фрэя не стала стучать. Толкнув дверь, заглянула внутрь, и картина, открывшаяся перед её глазами, заставила её скривиться от отвращения.       На широкой кровати с ярко-красным покрывалом лежал голый мужчина, его руки и ноги были привязаны к массивным деревянным перилам. Его лицо выражало смесь страха и непонимания. На его животе, явно не испытывая неудобств, сидела Эрин. Она была одета, но, судя по её покачивающимся движениям и раскрасневшемуся лицу, изрядно пьяна. В одной руке у неё блестел кинжал, который она лениво держала у шеи мужчины. Фрэя застыла на мгновение, её взгляд метался между сестрой и сценой перед ней. Но потом она резко отвернулась, уставившись в стену.       — Ты же говорила, что пошла за татуировкой, — проговорила она, закрывая лицо рукой. — Почему ты сидишь в одежде на голом мужчине?       — Я всё объясню, — небрежно отозвалась Эрин. Затем, улыбнувшись широкой и явно не трезвой улыбкой, она дважды ударила мужчину кулаком по лицу, отчего тот лишь сдавленно застонал. — Во-первых, это не то, что ты думаешь. Чёво ты так смотришь? Ты что, никогда не видела голого мужика? — с хохотом добавила старшая.       — Мне хватило впечатлений на входе, — сухо отозвалась Фрэя. — Пошли отсюда.       Эрин, наконец, поднялась, но только приблизилась к краю кровати, рухнула на пол, запутавшись ногой в путах. Знатно выругавшись, она таки сумела подняться.       — Но зато, пока ты там, — она махнула рукой куда-то в сторону, — гуляла, я выяснила кое-что важное. Антуан бывает здесь!       Эрин гордо встала перед сестрой, скрестив руки на груди, словно ожидала похвалы за свой вклад. Фрэя тяжело вздохнула, с трудом удерживаясь от смеха, и прикрыла улыбку рукой. Она украдкой посмотрела на Хельгу, которая сидела у порога, всем своим видом выражая недоумение.       — Мы тоже это узнали. Просто послушав Кристу, — ответила младшая, отводя взгляд. — Теперь можем уйти? Мне здесь не нравится, — в ответ на слова сестры Эрин оглянулась на мужчину, всё ещё привязанного к кровати, подмигнула ему и, схватив с кровати свой плащ, накинула его на плечи.       — Ладно, ладно, идём. Но ты пропустила самое весёлое, — бросила она, махнув рукой в сторону двери.

***

      Рынок бурлил жизнью: гул голосов, громкий смех торговцев, металлический звон монет, время от времени перекрываемый резким звуком распахиваемых дверей и бряцанием оружия. Пахло мокрой землёй после недавнего дождя, специями, жареным мясом и старым деревом прилавков. Люди двигались плотной массой, но, несмотря на суету, при виде группы, в которой шла Эрин, многие осторожно уступали дорогу, опасливо косясь на её довольное, но слегка покачивающееся из-за выпивки состояние. Женщина, не обращая на это внимания, шагала вперёд, вытянув руку с недавно набитым тату — имя, аккуратно выведенное на её коже. Слишком гордая, чтобы скрывать его, она демонстрировала татуировку, как награду, время от времени даже показывая её продавцам, которые переглядывались, не зная, что ответить.       — Вот, смотрите, имя теперь не только у меня в душе, но и на руке, — с лёгким хмелем в голосе проговорила Эрин, бросив взгляд на прохожих.       Фрэя, шедшая чуть позади, нервно оглядывалась по сторонам. Её настороженность говорила о привычке к опасностям и о том, что это место ей совсем не нравилось. Хельга, как всегда, двигалась бесшумно рядом с хозяйкой, периодически вскидывая морду, чтобы принюхаться к окружающему воздуху. Она была воплощением спокойной уверенности, в отличие от Эрин, которая шла, немного пошатываясь, и бросала взгляд на все стороны с беззаботной улыбкой. Вальмир шёл позади всех, его массивная фигура выделялась в толпе. Суровый взгляд мужчины заставлял даже самых смелых на рынке не задерживать на нём внимание. Его шаги были медленными и уверенными, и он, казалось, готов был в любой момент выхватить оружие, если что-то пойдёт не так. Резко, из-за прилавка с потрёпанными тканями, вынырнула фигура. Это был оборванный мужчина с растрёпанной одеждой, лицо которого было красным от выпивки. Он шатался, но в руках держал нечто, от чего вокруг сразу стихло. Пистоль. Старый, местами покрытый ржавчиной, но всё ещё смертельно опасный.       — Стоять, богатырь! — прохрипел пьяница, направив оружие на Вальмира. Но воин даже не удивился. Его рука молниеносно потянулась к поясу, и в следующее мгновение пистоль оказался нацеленным прямо в лицо нападавшего.       — Опусти оружие, пока жив ещё, — спокойно, но угрожающе сказал мужчина. Пьяница только хохотнул и, пошатываясь, достал второй пистоль, который направил на Фрэю.       — А ты, девка, не шевелись, — сказал он, щурясь на неё. Фрэя без колебаний подняла руки вверх. Эрин, заметив происходящее, остановилась, закатив глаза.       — О, начинается… — пробормотала она и, вытянув свой плазменный пистолет, направила его на пьяницу. — Чего уж там, все веселятся, а я нет, — усмехнулась она, щурясь на незнакомца. Вальмир, словно играя по своим правилам, выхватил второй пистоль, но, к удивлению всех, направил его на Эрин.       — И ты туда же? — недовольно бросила она, прищурившись на него.       Мгновение все замерли, создавая напряжённый круг, где оружие было направлено на всех участников сразу. Пауза затянулась, и тут Эрин тихо фыркнула, а затем громко засмеялась. Фрэя, слегка расслабившись, тоже начала опускать руки, а Вальмир — оружие. Но едва их пальцы коснулись кобур, все снова подняли пистолеты, будто по негласной команде. Напряжение вновь зависло в воздухе, пока его не прервала крепкая, уверенная поступь. В круг вошла Криста, её старческие руки твёрдо опустили оружие наёмников.       — Что за ребячество? — строго сказала старуха, окинув их суровым взглядом. — Одна в «Баре» чуть не зарезала человека. Второй устраивает бойню прямо среди рынка. Третий — это вообще пьяница, который решил отыграться на мирных жителях, — она резко повернулась к Эрин. — А ты! Ты, похоже, главный источник хаоса.       — Ну, кто-то же должен поддерживать веселье, — протянула она, растягивая слова.       — Забирайте свои вещи и убирайтесь из моего посёлка. Все трое. А ты, — она повернулась к младшей, — если хочешь, оставайся. Или возьми что-нибудь в дорогу. Загонщица даст тебе припасы.       — Спасибо… — пробормотала Фрэя и пошла вглубь посёлка, чтобы собрать всё необходимое.       — Вернётся, никуда не денется, — задорно ответила Эрин махая рукой в сторону сестры. — Пусть валит!       — Проспись, — сухо сказал Вальмир, толкнув её в бок.       — Стража! — громко выкрикнула Криста. — Уберите этих троих! Чтобы я их больше в своём поселке не видела! — двое охранников шагнули к троице, не спеша, но уверенно. Эрин, усмехнувшись, покорно подняла руки.       — Ладно, ладно, ухожу, — сказала она, бросив последний взгляд на рынок. — Фрэя, не забудь мою лисицу, а то, гляди, она останется за хозяйку в этом городке!

***

      Посёлок дышал тишиной, нарушаемой лишь редкими порывами ветра, который доносил с собой запах сырой земли, старых досок и дымящихся печей. Хельга двигалась уверенно, но тихо, её лёгкие шаги не выдавали присутствия. Её острый слух улавливал приглушённые звуки разговоров издалека, но она не обращала на них внимания. Она знала, куда направляется, — к тому месту, где было наиболее уединённо. Кладбище.       Деревья, окружавшие старые могильные плиты, тянулись к небу кривыми ветвями, словно костлявые пальцы. В центре стоял массивный дуб, его ствол был покрыт мхом, а корни, уходившие в землю, казались древними, как сам мир. Под этим деревом сидела младшая, облокотившись на ствол, сжавшись в комок, как ребёнок, прячущийся от страшного сна.       — Фрэя! — окликнула Хельга, подходя ближе.       Девушка вздрогнула и быстро повернулась, её лицо было мокрым от слёз. Она торопливо стёрла их рукавом, словно боялась, что кто-то заметит её слабость.       — Не нужно… — тихо начала она, избегая взгляда Хельги. — Не нужно говорить о ней. И поддерживать меня тоже. Я привыкла. Уже десять лет одна. Справляюсь.       Хельга молча подошла ближе и опустилась рядом с ней, удобно устроившись под деревом на всё четыре лапы. Она не стала ничего говорить сразу, лишь посмотрела на горизонт, где серое небо сливалось с верхушками деревьев.       — Кто такая Сага? — спросила Фрэя, вспоминая тату сестры.       — Я не знаю, — честно ответила лиса. — Она не сказала. Но, видимо, это кто-то важный. — Ты правда всё время одна? — осторожно добавила Хельга, поворачиваясь к девушке.       — Почти с одиннадцати лет, — тихо выдохнула девушка. — Я была наёмницей, брала мелкие поручения. Училась выживать. Никто не помогал. Никто не заботился. Привыкла быть одной.       — Я несколько веков так живу, — горько сказала лисица, её взгляд стал рассеянным, будто обращённым в прошлое. — Выживаю. Сама. Я шла наперекор матери, мечтала править сразу всеми мирами. Но всё, что я сделала, — это привела хаос. А потом сбежала, спасая себя. Теперь моя собственная мать охотится за мной, как за дичью. Я для неё — позор.       — И я позор, а не воин, — тихо проговорила Фрэя, её голос дрожал, но она заставила себя посмотреть на Хельгу. — Но у меня есть сестра. Только она. Больше у меня никого нет. Хель, — позвала она, и лисица тут же подняла голову, встрепенувшись. — У меня нет сверхъестественных просьб. Я только хочу найти Эйрика. Если он правда жив… если хоть кто-то из моих остался. Ты поможешь? — Хельга внимательно посмотрела на спутницу, её взгляд был проникнут непонятной смесью грусти и уважения. Она молча кивнула. — Тогда я… — Фрэя глубоко вздохнула. — Я помогу тебе добраться до города богов, в Туманные вершины.       Их молчаливую сделку нарушил резкий порыв ветра, заставивший ветви дуба заскрипеть. Хельга подняла глаза на небо, как будто ища в серых тучах ответы.       — Они ушли, — раздался голос за их спинами.       Обернувшись, девушки увидели Кристу, которая стояла, сложив руки на груди. Её седые волосы разметались ветром, но лицо оставалось суровым. Она подбросила в воздух небольшой мешочек, который Фрэя ловко поймала.       — Ежевика. Ещё что-то нужно? — спросила старуха, её тон был резким, но не лишённым заботы. — Лук, стрелы? Или вам достаточно своего оружия?       — Спасибо, — тихо ответила Фрэя, прижимая мешочек к груди. — Я не воин Криста, оружие для меня, нужно больше для самообороны.       — Пф-ф, я тоже, — гордо ответила старуха, задирая рубаху. На животе скрывался толстый шрам, словно от клинка, или ножа, — но пришлось убить рыжую суку с рогами, которая хотела мне кишки выпустить. Мне было пятнадцать, и это невозможно забыть. Мы ходили по торговому маршруту у Белых гор. И они напали на нас. Чёкнутые в масках. Меня поймали, утащили в пещеру и хотели вспороть живот. Но когда рогатая уже провела первую линию, — женщина повторила движение клинка по животу, — она отвлеклась. Одну руку смогла освободить… резко выхватила нож и всадила ей в горло. Выживает сильнейший, — Криста молча кивнула и, бросив последний взгляд на Хельгу, удалилась, оставляя их одних под сенью старого дерева.

***

      Река, извиваясь, шла вдоль их пути, её тихий шёпот сливался с шелестом листвы. Вода казалась живой, переливаясь серебристыми и голубыми бликами под редкими лучами солнца, которые пробивались сквозь туман, стелящийся над поверхностью. Берег был усыпан листьями, что падали с деревьев — зелёными, жёлтыми, багряными. Эти цвета напоминали о жизни, сменяющейся смертью, но в своей неотвратимости прекрасной.       Хельга и Фрэя шагали бок о бок, их шаги были спокойными, но взгляды насторожёнными. Каждое движение ветра, каждый новый звук заставляли обеих замедляться, прислушиваться. Лисица, названная в честь богини, бежала чуть вперёд, её пушистый хвост словно резал воздух.       — Этот мир гораздо лучше и красивее твоего, — сказала Фрэя, не отрывая взгляда от реки, в чьих волнах отражались лёгкие облака. Лиса замедлилась, проводя рукой по низким ветвям дерева. Её пальцы легко касались красных и золотистых листьев, словно пытаясь прочувствовать их. — Когда ты станешь главной, будешь жить там же, среди тех скал? — продолжила девушка, её голос звучал искренне, но с тенью сомнения. Хельга задумалась. Она на мгновение остановилась и посмотрела в сторону скал, виднеющихся вдали, их тёмные силуэты маячили на горизонте.       — Уже… сомневаюсь, — ответила она тихо. — Но постараюсь быть справедливой.       Тишина вновь заполнила пространство, но она была обволакивающей, словно сама природа оберегала их от тревог. Однако спокойствие было недолгим. Фрэя вдруг остановилась, её взгляд резко устремился вперёд. Над рекой появился силуэт — чёрный, высокий, будто выросший из тумана. Из-за ближайшего дерева резко выскочил парень, его фигура выглядела странно и угрожающе. На нём был тёмный балахон, капюшон скрывал лицо, но хватка, с которой он держал свои топоры, выдавала опыт. Он размахнулся, его движения были быстрыми и уверенными.       — Кто это? — выдохнула Фрэя, делая шаг назад. Да мгновенно вытащив меч, держа его обеими руками. Сталь засияла в рассеивающем свете, и Фрэя встала в боевую стойку, её сердце колотилось, словно молот. Хельга инстинктивно отошла в сторону, её глаза сверкнули фиолетовым светом.       Парень без слов бросился на девушку. Его топоры блеснули в воздухе, выписывая смертельную дугу. Фрэя, стиснув зубы, подняла меч, успев заблокировать оба удара. Металл встретился с металлом, раздался звон, эхом отразившийся от воды.       — Чёрт! — выругалась младшая, отпихнув нападающего и стараясь удержать равновесие на скользкой земле.       Парень не дал ей передышки, сразу же размахнувшись снова. Его движения были быстрыми, точными, будто он знал, куда целиться. Фрэя парировала очередной удар, но чувствовала, как её силы начинают иссякать.       — Что тебе нужно?! Ты не викинг! — выкрикнула она, пытаясь отвлечь его или заставить замедлиться. Парень ничего не ответил, но его молчание только усилило её тревогу. Хельга тем временем внимательно наблюдала, её когти аж впирались в землю. — Хельга! Помощь не помешала бы! — крикнула Фрэя, делая шаг назад, чтобы уйти от очередной атаки.       — Готова! — закричала лиса, её голос был полон решимости. Она на всех силах побежала к цели. Но парень резко выставил ногу и пинком откинул скулящую лису подальше.       Прокричав имя напарницы, девушка вместо удара мечом резко выбросила ногу вперёд, ударив нападавшего по колену. Мужчина пошатнулся, но тут же восстановил равновесие и, словно не чувствуя боли, рванул к ней с удвоенной силой. Два топора снова описали в воздухе смертоносную дугу. Фрэя еле успела отклониться в сторону, чувствуя, как холодный воздух рассёк щёку.       — Кто ты такой? — выкрикнула она, стараясь удержать меч в оборонительной позиции.       Ответа не последовало. Мужчина снова напал, на этот раз метнув один из топоров. Лезвие просвистело в воздухе и пронеслось у её головы, лишь чудом не задев. Топор вонзился в дерево позади, вызвав облако щепок. Фрэя прыгнула в сторону, но не успела полностью уклониться от следующей атаки. Мужчина ударил её ногой в грудь, выбивая воздух из лёгких. Она упала на траву, согнувшись от боли, но цепко удерживала меч.       — Ты только оттягиваешь неизбежное, — прорычал нападавший, замахиваясь топором, чтобы закончить бой.       Фрэя перекатилась в сторону, избегая удара, и резким движением ударила нападавшего по ноге, выбивая его из равновесия. Однако он быстро поднялся, его движения оставались такими же резкими и агрессивными. Мужчина бросился на свою жертву с кулаками, один из ударов пришёлся ей в лицо. Девушка почувствовала вкус крови и упала на колени, стиснув зубы и сдерживая боль в груди. Лисица тут же бросилась вперёд, пытаясь защитить хозяйку. Мужчина вновь встретил её ударом ноги, отбросив пушистое тело в сторону. Лиса жалобно вскрикнула, а её чёрный мех испачкался в грязи. Мгновение спустя новый удар пришёлся на подбородок девушки. Она упала навзничь, её лицо заливала кровь, тело едва поднималось под тяжестью ран. Нападавший поднял топор, готовясь нанести последний удар.       — Те курицы в масках сдохли, я убил их, одну за другой, принёс в жертву их богине! — его голос был полон злобы и ненависти. — Но потом я понял… настоящая проблема здесь… — он наклонился ближе и выкрикнул: — Ты оставила Аду умирать там, в горах!       Фрэя попыталась подняться, но силы покинули её. Мужчина занёс топор и ударил. Лезвие пронзило её грудь, раздался хруст, и она больше не двигалась. Кровь тонкой струйкой стекала по рукояти топора, смешиваясь с влажной землёй. Мужчина тяжело дышал, вытирая лоб. Он повернулся, чтобы вытащить топор из тела девушки, но замер. Перед ним стояла черноволосая девушка, её фигура была окутана десятками витков чёрного, словно живого, плаща. Её глаза блестели, а бледные черты лица выражали холодную ярость.       — Ты будешь гнить веками в Хельхейме, в пучине боли и страха, — холодно произнесла Хель. Мужчина, наконец, нашёл в себе силы заговорить:       — Кто ты такая?       — Сама смерть, — спокойно ответила Хель, её голос напоминал ледяной ветер. Она слегка улыбнулась, и в ту же секунду глаза мужчины закатились, а тело рухнуло на землю рядом с подверженной девушкой.       Но не успела Хель сделать шаг вперёд, как позади раздался низкий рык. Она обернулась и увидела огромное существо. Лунный Волк, с серебристой шерстью, отражающей слабый свет, приближался, его глаза светились яростным голубым пламенем. Он бросился на богиню. Она увернулась в последний момент, но зверь вцепился в её руку. Боль пронзила её тело, чёрная кровь потекла по разорванной плоти. Стиснув зубы, богиня пнула волка с ноги, оттолкнув его от себя. Быстро перевязав рану тканью из своего плаща, она схватила меч, чей клинок засиял ярким белым светом.       — Иди сюда, — прошипела Хель, бросившись на волка.       Существо прыгнуло, но Хель скользнула под ним, её меч описал идеальную дугу, распарывая живот монстра. Чёрная кровь окатила её лицо, но она не остановилась. Волк упал, его тело судорожно дёргалось, а из разорванной раны вытекала тьма. Хель подбежала к телу погибшей, и тут же позади неё открылся портал, вихрь чёрного света звал её.       — Передай мой матери, что её время скоро придёт!