Глава 16

***

      Всю свою жизнь Мирцелла училась быть тихой и не говорить лишнего. Привлекать к себе внимание было чревато проблемами, иногда это злило Джоффри, и он давал ей пощечину или дергал за волосы. Иногда ее мать жаловалась на боль в голове после большого количества выпитого вина и кричала, чтобы она замолчала. Даже после лун, проведенных в башне десницы, где все было совсем по-другому, она оставалась тихой. Она знала, что Серена беременна, она слышала, как та говорила об этом с дедом. Никто из них не слышал, как она вошла или вышла из их покоев. Она радовалась появлению малыша, но знала, что это секрет, поэтому никому не говорила, даже Сансе, которая была ее лучшей и единственной подругой.       Когда его дядя Джейме вошел в соляр ее деда, она поняла, о чем он говорит. Мирцелла знала, что ее мать не воспримет это как должное: она никогда не любила, когда другие женщины отнимали у нее внимание. Она никогда не думала, что ее мать способна причинить вред нерожденному ребенку. Но мать снова разочаровала ее.       — Мирцелла? — Она остановилась, когда дядя Джейме шагнул к ней, нахмурившись. — Где твой стражник?       — Он стоит в конце коридора. — Она хотела побыть одна, но иногда это было трудно, когда за ней постоянно кто-то следил. — Теперь, когда ты извинилась перед Сереной, тебе можно вернуться в башню?       Джейме нахмурился, и его щеки покраснели.       — Откуда ты знаешь об этом?       — Я слышала, как дед и Серена говорили об этом несколько раз. — Она пожала плечами, хотя и понимала, что подслушивать не очень-то вежливо, но она же не специально это делала. — Они спорили о тебе.       — Да, Серена имела полное право злиться, — покачал головой дядя. — Я повел себя не очень благородно. Я бы не удивился, если бы она велела отцу держать меня подальше от нее.       — Нет, они ссорились не из-за этого. — Он бросил на нее любопытный взгляд. — Дед был очень зол, и она пыталась заставить его поговорить с тобой. Она сказала ему, что запрет на твое пребывание в башне Десницы был излишним и немного жестоким. — Она увидела удивление на лице дяди и улыбнулась. Она знала, что Серена ему не нравилась, но она также видела, что его злила не ненависть к ней, а ревность. Он завидовал отношениям Серены с его отцом и тому, как великий лев обращался с ней.       — Не могу поверить, что она не хотела изгнать меня из Королевской Гавани.       — Она бы так не поступила, Серена заботится о нас. — Мирцелла улыбнулась глядя на него. — Она знает, что ты наш отец. Уверена, она знает, что мы с Томменом будем скучать по тебе.       Дядя напрягся, улыбка застыла на его лице, и она увидела нечто сродни ужасу в его глазах, когда он опустился перед ней на колени.       — Где ты это услышала, Мирцелла?       — Моя мать много говорит, когда выпьет. — Она с ужасом смотрела на него, продолжая говорить. — Я также слышала, как люди говорят об этом. Как я уже говорила, я очень тихая, и иногда люди не замечают моего присутствия.       — Мирцелла, ты не должна повторять эти слова никому и никогда. — Она видела, что он расстроен: его руки обхватили ее плечи, но он не причинял ей боли. — Ты меня понимаешь?       — Да. — Она знала, то что сделали дядя и мать было оскорблением богов. В конце концов, они не Таргариены. — Не волнуйся, я знаю, почему никто не должен этого знать, и я бы никогда ничего не сказала. Томмен не знает. — Она не хотела обидеть младшего брата, он всегда восхищался их дядей, тем более что отец никогда не обращал на него внимания. У Мирцеллы никогда не было отца: один был слишком занят другими делами, а другой не мог признать ее своей дочерью. Мирцелла не могла дождаться, когда уедет отсюда и отправится на Север. В прошлый раз, когда она приезжала туда, ей там понравилось. Люди были милыми, а Старки — дружной семьей. Она помнила, что Робб был вежлив и мил, и надеялась, что он не разочаруется в ней как в жене. Мирцелла хотела семью, и она будет любить своих детей и позаботится о том, чтобы они никогда не чувствовали себя брошенными, как она.

***

1 неделя спустя       Серена несколько раз сдерживалась, чтобы не улыбнуться, пока Санса бросала на нее вопросительные взгляды. Ее сестра всегда была очень любопытной, и незнание того, что происходит, убивало ее и забавляло Серену. Она знала, что Санса не сможет долго сдерживаться, и Серена удивлялась, что она так долго продержалась. Тайвин и она решили сообщить новость остальным членам семьи во время ужина. Они хотели сохранить это в тайне, пока все не уляжется после того, как Тайвин заточил Серсею в ее покоях.       — Хватит. — Санса отбросила вышивку и бросила взгляд на Серену, заставив ее улыбнуться. — Что ты от меня скрываешь?       — С чего ты взяла, что я что-то скрываю? — улыбнувшись, спросила она.       — Я не глупая, я знаю, что Серсея что-то сделала против тебя, и именно поэтому Тайвин заточил ее в покоях. — Санса продолжала смотреть на нее слегка надувшись. — Я знаю, что это как-то связано с мейстером, но никто ничего не говорит.       — В этом нет ничего плохого, я имею в виду, что мой секрет не так уж плох. — Сестра нахмурилась, и Серена решила избавить ее от страданий. — Я беременна.       — Ахххх!!!!!!!!!! — От крика Сансы заложило уши, когда сестра вскочила со стула и захлопала в ладоши. Двери распахнулись, и внутрь вбежали два рыцаря с мечами наготове, с недоумением глядя на прыгающую и зажмурившуюся Сансу. Бедняги огляделись что бы убедиться в отсутствии опасности, и прочистили горло.       — Прошу прощения, все в порядке. — Она жестом указала на Сансу. — Хотите верьте, хотите нет, но она счастлива. — Стражники весело улыбнулись и покачали головами, выходя и закрывая за собой двери. Санса подбежала к ней и крепко обняла, визжа при этом.       — Не могу поверить, ты станешь матерью. — Сестра отпустила ее, и начала ходить по комнате. — Столько всего нужно сделать. Я должна начать шить одежду и носочки для малыша. Я сошью для тебя одеяло, вышитое красным и золотым, как те, что сшила для нас наша мать.       — Санса, ты должна успокоиться. — Сестра не обращала на нее внимания. — До появления малыша еще несколько лун.       — Это неважно, время идет очень быстро, и ты не успеешь оглянуться, как он или она уже будет здесь. — Сестра продолжала вышагивать и говорить, но потом остановилась и повернулась к ней. — Я должна рассказать Мирцелле. Уверена, она захочет мне помочь. — Санса выбежала из комнаты прежде, чем Серена успела открыть рот. Она знала, что сестра будет рада, но не предполагала, что та будет так счастлива. Серена должна была отправить письмо матери и брату, чтобы сообщить им новости раньше Сансы. Мать и брат не обрадуются, если узнают об этом не от Серены, а от кого-то другого. Двери едва успели закрыться, как они снова распахнулись, и на этот раз вошел ее муж.       — Почему твоя сестра носится по коридорам как ненормальная?       — Она узнала о малыше. — Серена придвинулась к мужу, сладко поцеловала его и обхватила руками за шею. — Там были крики, прыжки и хлопки. Твои бедные рыцари прибежали, думая, что кто-то нас убивает.       — Я думал, ты хочешь дождаться вечера, чтобы рассказать им об этом.       — Я собиралась, но моя сестра не собиралась ждать так долго. — Он весело улыбнулся и снова поцеловал ее.       — Что ты здесь делаешь? Я думала, у тебя через несколько минут заседание малого совета.       — Да, но я хотел увидеть тебя. — Она улыбнулась его властному характеру, находя его совершенно очаровательным. — Ты в порядке? Вы ели? Не устала? Я могу… — Она прервала его разглагольствования своим ртом, целуя его до тех пор, пока он не застонал и не прижался к ней всем телом. Муж так беспокоился о ней с тех пор, как узнал, что она ждет ребенка, что он каждый час появлялся, где бы она ни была. Если он не мог, то посылал Тириона или Джейме. Обоих мужчин забавляли выходки отца, и они бесконечно дразнили Серену. К тому времени как она прервала поцелуй, они оба запыхались и жалели, что у них нет времени на большее. Серена не слишком беспокоилась об этом, она знала, что муж очень хорошо позаботится о ней этой ночью.       — Ты слишком много волнуешься, и хотя я люблю тебя за это, в этом нет необходимости.       — Конечно, необходимо. — Хотя он был рад ее беременности, она могла сказать, что он также боялся. Воспоминания о предыдущей жене беспокоили его. — Я должен убедиться о том, чтобы о тебе хорошо заботились.       — После того как ты пригрозил убить бедного повара, потому что у него не было апельсинов, когда я попросила их, они обращаются со мной более чем хорошо. — Она фыркнула и покачала головой. — Поверь мне, каждый раз, когда я прошу что-то, это появляется в течение нескольких минут, все боятся твоего гнева.       — У нас должны были быть апельсины, именно из-за них мы заключили договор с Дорном, и я отдал Гору Оберину Мартеллу.       Серена рассмеялась.       — Ты отдал Гору Оберину, чтобы у меня были апельсины?       — Ну, нет. — Он закатил глаза, когда она хихикнула, но она видела веселье в его глазах. — Но это преимущество.       — Что ж, я благодарю тебя за все жертвы, на которые ты пошел ради меня. — Она сказала это игривым тоном, и он в ответ укусил ее за плечо. — Я пригласила Джейме на ужин.       — Да, я знаю, — закатил глаза ее муж на это. — Он сказал мне несколько минут назад.       — Хорошо, я просто хотел убедится, что ты это знаешь и что не бросишь что-нибудь ему в голову.       — Я не бросаю вещи в людей, — произнес он это с достоинством.       — Ты бросил кубок в одну из кухонных служанок, потому что от запаха рыбы мне стало плохо.              — Я сказал ей убрать ее. — Он закатил глаза и сделал шаг назад.       — Именно это она и делала, когда ты бросил в нее кубок.       — Ну, она делала это недостаточно быстро, — ответил ее муж и посмотрел на нее, после чего повернулся на пятках и вышел их комнаты. — Серена рассмеялась, ей было приятно, что он так заботится о ней и их малыше. Он делал все возможное, чтобы позаботиться о беременности и рождении ребенка. Он даже начал искать акушерку, которая могла бы ей помочь.