Часть 16

      Драко молчал, пока Гермиона отчитывала его в дальнем углу гостиной. Она ходила из стороны в сторону, скрестив руки на груди, и её пышная юбка чуть взлетала с каждым разворотом. Хотя едва ли кто-то мог их услышать из-за громкой музыки, гости всё же бросали в их сторону настороженные взгляды. Волшебница заметила встревоженных Гарри и Джинни, но никто из них не подходил.       — Я могла бы прочитать тебе лекцию о том, как важны нормальные отношения с друзьями и почему нельзя бросаться в них жалящим заклинанием.       Её бережно уложенные волосы словно ожили от бурных переживаний, теряя укладку и сбиваясь, как им было угодно.       — Блейз был с тобой в трудную минуту, даже когда ты начал встречаться с Джинни, — она скривилась и вновь скрестила руки на груди. — Он остался твоим другом, хотя ты знал, что Забини влюблён в неё. Каким надо быть эгоистом, чтобы так поступать? Конечно, он наговорил тебе чепухи на балконе, чтобы вывести из себя. — Гермиона кинула на него пронзительный взгляд карих глаз. — Я думала, ты изменился, но теперь понимаю, чего именно ты добивался.       — Я никогда не встречался с Уизли. Это был просто секс, — сказал он, не в силах отвести голодного взгляда от Грейнджер. Такой он давно её не видел: злой, раскрасневшейся, гневно дышащей, от чего грудь её высоко вздымалась и опускалась. Тонкие руки, изящные запястья, обнажённая кожа — всё это сводило его с ума, заглушая смысл её слов о морали и дружбе. Ему хотелось поглотить её злость полностью, смакуя каждую частицу. Это напоминало школьные времена, но теперь стало во много раз более личным.       — Гермиона, — Драко притянул её за руку, остановив одним движением, и обнял, прижимая к себе. От прикосновения его ладони к её спине мгновенно разлилось приятное тепло. — Опять ты переживаешь за других. «А как же Джинни? Малфой, как ты мог так поступить с Поттером? Как из-за тебя пострадал Забини!» — мягко передразнил он. — Лучше расскажи мне о своих чувствах, не о чужих. Ты всегда была такая — больше думала о других, чем о себе.       Гриффиндорка молчала, собираясь с душевными силами, чтобы оттолкнуть слизеринца. Приятный звон волшебной миниатюрной башни наполнил комнату глубокой вибрацией — начался отсчёт до Нового года.       — Этот поцелуй будет моим. Мне плевать на чувства Поттеров, плевать на чувства Забини. Вот такой я эгоист. Я вижу, Грейнджер, что ты хочешь меня поцеловать, и только твоя гордость и упрямый характер не дают тебе это сделать. Иначе ты бы не стала тут передо мной распинаться. Не надо прятать от меня глаза. Мне не всё равно на твои чувства.       — На нас смотрят, Малфой. Убери руки и отойди от меня.       — Пусть смотрят.       Гермиона ощутила его пьянящий аромат за секунду до того, как его губы накрыли её с последним боем башни. Вибрация в груди от магического звона должна была утихнуть, но она продолжилась, отзываясь на прикосновения. Когда она стала от него так зависима? Драко вызывал в ней столько сильных чувств: рядом с ним её эмоции будто обострялись до предела, словно от пореза бумагой она могла истечь кровью; его объятия были такими сладкими, что мир за их пределами переставал существовать. Поцелуй был требовательным, словно он хотел вымолить прощение, заставить её сдаться. Малфой обещал тысячу удовольствий и томительное ожидание их всех.       — Между мной и Уизли больше ничего нет и не будет, — прошептал он, едва отстранившись.       — Но было. — Гермионе потребовались все силы, чтобы удержаться от падения в его серые глаза. — Я не могу просто всё забыть. Это… — она вновь занервничала. — Это ведь моя подруга.       — Если тебе нужно время, я готов тебе его дать. Только прошу, не ведись на болтовню Блейза. Это он просто хочет затащить тебя в постель. Хотел с первого дня, сам мне об этом и сказал. Я хотел уберечь тебя от этого.       Гермиона посмотрела на него с недоверием.       — Если ты хочешь настроить меня против него, то попытка не удалась.       — Грейнджер, я тебе никогда не врал.              — Я пойду к Гарри и Джинни. Мне… мне нужно время, чтобы всё обдумать. Всё происходит слишком быстро.              Малфой кивнул и отпустил её, неохотно отнимая руки от её тёплой и нежной кожи.              — Я буду рядом.

***

      Когда Гермиона вернулась в гостиную, атмосфера изменилась. Гарри и Джинни, казалось, уединились в своём мире. Их разговор был тихим, но напряжённым.       — Простите, что оставила вас так надолго. Какие новости? — Гермиона плюхнулась в кресло, расправляя пышную юбку.       — Спорим, кто выиграет Кубок в новом сезоне квиддича, — Уизли встряхнула волосами, не глядя на Гермиону.       — Герм, ты шутишь? — округлившиеся от удивления глаза Гарри придавали ему совсем мальчишеский вид. — Это мы должны спросить: «Какие новости?»       — Мы просто были рядом, когда часы начали бой.       — Я думал… ты и Блэйз…       — Вовсе нет! — Гермиона протестующе замахала руками. — Блэйз мне просто друг.       — Кстати, вот и он, — усмехнулась Джинни.       — Позвольте разбавить ваше гриффиндорское звёздное скопление моей заурядной компанией.       — Конечно, Блэйз, — Гарри подвинулся ближе к краю дивана, Джинни немного сдвинулась к нему, а Забини устроился с другой стороны от неё.       — А вы с кем поцеловались в полночь, ребята? — обратился Блейз к Поттерам, а те только неловко переглянулись. — Простите, это всё досада от того, что мне пришлось целовать Китти, потому что она была единственной рядом во время боя.       — По-моему, Китти очень даже милая, — засмеялась Джинни, как бы невзначай облокотившись немного на мулата. Гермиона не могла поверить своим глазам, пока подруга хитро ухмылялась, нагло уставившись на неё. Парень тоже слегка удивился, покосившись на обнажённое плечо в паре сантиметров от него.       — Очень жаль, Гермиона, что тебя не было рядом, — слизеринец подмигнул. — Но я успел заметить ваш чувственный поцелуй с Малфоем.       Гермиона закатила глаза.       Джинни фыркнула:       — Предлагаю сменить тему. Забини, ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?       — Пока нет, но вообще-то у меня есть кое-кто на примете.       — И кто же, если не секрет?       — Секрет, конечно. Какая ты любопытная, Джинни, — Блейз сощурился, немного дразнясь.       Гермиона обеспокоенно посмотрела на Гарри, но тот, казалось, не обращал внимания на то, что его жена флиртует прямо перед его носом.              С течением времени вокруг них собиралось всё больше людей. На подлокотник кресла Гермионы сел какой-то парень из Рейвенкло и явно старался быть обворожительным, время от времени подливая ей вина в бокал.       В какой-то момент Гермиона поняла, что голова у неё уже сильно кружится, но ей было очень хорошо. Гарри рядом. Джинни рядом, пусть их отношения сейчас и натянуты. «Наверняка всё вскоре наладится», — думала она, болтая ни о чём с этим симпатичным брюнетом, имя которого она так и не расслышала.       Она не увидела, а скорее почувствовала тонким колыханием воздуха, что за спинкой её кресла возникла фигура. И ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, чья она. С появлением этой фигуры ей стало ещё спокойнее. Захотелось прильнуть к нему, зарыться пальцами в светлые волосы и положить голову на плечо. Но это то, чего хотела её пьяная голова. Часть, оставшаяся разумной, напомнила, что волосы и плечо принадлежат человеку, к которому она утратила доверие.       Драко хмыкнул, тоже устраиваясь на подлокотник рядом. Теперь он выглядел так, словно сторожит Грейнджер, и симпатичный брюнет почувствовал, как стремительно тает его уверенность в себе.       

***

      К утру почти все уже расползлись по гостевым комнатам или отправились через зелёное пламя камина по домам. Блейз взмахом палочки задёрнул большие шторы, не позволяя солнечному свету проникать в гостиную, оттягивая завершение сказочной ночи, которую он провёл в столь приятной компании.       Гермиона уснула, свернувшись калачиком в кресле. Избранный тоже запрокинул голову и посапывал, приобнимая одной рукой Джинни, что удобно устроилась на диване, облокотившись на мужа, но корпусом полностью развернувшись к мулату и закинув ноги ему на колени. Они разговаривали, а Блейз обнимал её ноги одной рукой и поглаживал кончиками пальцев другой, словно она была кошкой.       Малфой поднялся. За ночь его идеально выглаженное одеяние не приобрело ни одной складочки, из-за чего Джинни про себя обозвала его ведьмой.       — Грейнджер спит, отнесу её в комнату.              Слизеринец осторожно взял Гермиону на руки, пока Джинни молча прожигала его парой карих глаз.       — Не бу… — пробормотала она невнятно, но не проснулась.       — Спокойной ночи, — усмехнулся Малфой. — Или неспокойной.       — Драко, к сожалению, все гостевые комнаты заняты. Боюсь, тебе придётся отправиться в Мэ…       — Ничего, я буду спать с Грейнджер.       Джинни сжала кулак.       Драко развернулся и направился к лестнице со спящей волшебницей.       Забини проводил их взглядом, так ничего и не сказав. Стоило ли? Прямо сейчас он был так близко к Джинни, как никогда не был до этого. Он ощущал нежную тонкую кожу её голени, поглаживал стопы и вдыхал её запах.       — Как ты? Я видела, какими щенячьими глазами ты смотришь на Гермиону. Тебя не беспокоит, что он отправился с ней в спальню?       — Ничего, я не ревнивый, — Блейз провёл кончиками пальцев по её щиколотке. — А ты? Как держишься, малышка?       — Препогано, Блейз, — они говорили едва слышно, чтобы не разбудить Гарри. В комнате больше никого не осталось.       — Понимаю.       — Не думаю.       — Ты потеряла любовный интерес. Хоть и не была в него влюблена так, как любишь мужа, но невозможно спать с кем-то так долго и не развить привязанность. К тому же тебя гложет вина.       — Давай ты не будешь лезть мне в голову?       — Я и не пытался, просто наблюдаю за тобой достаточно давно.       — Я даже не могу пережить это нормально. Гарри будет спрашивать, почему я такая грустная, поэтому приходится притворяться, что всё хорошо.       — Без обид, но, по-моему, Поттер всё-таки не настолько тупой, чтобы не замечать, что тебя что-то беспокоит.       — Он вообще не тупой! — шикнула гриффиндорка. — Но я думаю, он действительно этого не замечает. Гарри как будто никогда не смотрит на меня. Словно всегда куда-то сквозь, мимо… почти не прикасается. Это так больно, Блэйз. Мне просто не хватает обычных прикосновений. Знаешь, я просто хочу, чтобы он гладил меня вот так, — прошептала чувственно Джинни, кончиками пальцев касаясь длинной шеи, спускаясь ниже к груди и плоскому животу.       Забини смотрел не отрываясь за каждым пройденным миллиметром, за каждым преодолённым изгибом. Джинни томно вздохнула и вернула руку на своё бедро.       — Кхм, мне, пожалуй, лучше ничего не говорить и вообще пойти спать. Я слишком легко распаляюсь, а это ни к чему хорошему не приведет, — Джинни поёжилась и попыталась выбраться из объятий Блэйза.       Теперь, когда Малфой ушёл, спектакль, как ей казалось, потерял смысл, но тёплые руки слизеринца удержали её. Блейз погладил её ноги, направляясь выше, к острой коленке и нежной коже бедра.       — Блэйз, не надо… — Уизли закусила губу и попыталась подобрать ноги, сгибая их в коленях. Она чуть плотнее вжалась в мужа, боясь разбудить его резким движением.       Забини чуть склонился к ней и прошептал:       — Джинни, ты прекрасна. Твоя красота и молодость не заслуживает этой холодности.       Юбка задралась до самого края разреза, оголив ягодицы и ткань трусиков из-за её нового положения. Забини погладил заднюю сторону бёдер, касаясь кончиками пальцев ягодиц, от чего ноги и руки Джинни покрылись мурашками, а сама девушка нервно выдохнула.       — Блейз, я только что вышла из нечестных по отношению к моему мужу отношений. Я не хочу снова…       — Кто сказал, что это отношения? Просто позволь мне сделать тебе приятно. Всего один раз, — мулат склонился над ней, заглядывая не в глаза, а прямиком в душу, завязывая всё внутри в тугой узел. Он спустил с точёного плеча одну бретельку платья, оголив полушарие груди, и коснулся его тёплым дыханием.       — Гарри…здесь… — прошептала худшая в мире жена. — Он может проснуться.       — Не может, я добавил ему в напиток сонное зелье.       — Что? — задохнувшись, возмутилась Джинни.       — Оно не сильное, так что лучше не шуми сильно, — после этих слов Забини накрыл её сосок губами, и Джинни запрокинула голову в немом крике. Она вцепилась в темные волосы мулата, боясь издать лишний звук. Пока его губы ласкали её наверху, пальцы коснулись тонкой влажной ткани внизу, заставляя девушку нервно дёрнуться.       Гарри что-то пробормотал, сильнее прижимая жену к себе рукой.       — Стой, Блейз, я не могу так! Это слишком! — горячо шептала Джинни, стараясь ухватить парня за волосы и оттянуть его голову от своей груди.       — Не ёрзай так сильно, малышка, иначе кто-то может проснуться.       Джинни слегка вспотела. Терпкий, едва уловимый запах мускуса действовал на парня словно наркотик. Он посмотрел на Уизли мутным, пьяным взглядом, который не был таким ещё пару минут назад, и Джинни чертыхнулась про себя. Она ругала себя самыми отборными ругательствами, потому что не было для неё ничего сексуальнее, чем мужчина перед ней, что хотел её прямо сейчас так сильно, что ему было плевать на мужа рядом. Плевать, что она спала раньше с его другом.       — Я тону, Джинни. Ты меня убиваешь. — Блейз прижался лицом к её животу, едва задев руку Поттера, и вдохнул полной грудью. — Твой запах, твои волосы, твои сиськи, я хочу тебя сожрать… — Забини нервно выдохнул и снова припал к её всё ещё обнажённой груди, лаская рукой вторую, скрытую под тканью платья.       Джинни не смогла сдержать стон. Его грязные слова, его настырные действия заводили её сильнее, чем что-либо когда-либо.       —Тебе всё это нравится, — он опустил руку, отодвинув узкую полоску трусиков, затем достал влажный палец и засунул в её рот.       Джинни посасывала его палец, пробуя себя на вкус, пока слизеринец проникал второй рукой снова к ней в трусики, раздвигая проход и проникая двумя пальцами на всю глубину.       Джинни не могла отвести напуганный взгляд от нависшего над ней мулата. Его пальцы действовали быстро и нежно, именно так, как было нужно. Она вцепилась обеими ладонями в его руку, кусая её, чтобы не начать кричать в голос. Салазар знает, каких усилий ей стоило не начать извиваться. Она боялась разбудить Гарри. Она хотела разбудить Гарри. Ей хотелось, чтобы он увидел, чтобы муж чувствовал, как её тело дрожит от того, что другой мужчина трахает её прямо у него на руках, чтобы видел, как её могут хотеть другие мужчины. Мысли о том, что Гарри здесь, давили на особые части в подсознании. Джинни не знала что это, но ещё никогда в жизни она не была так возбуждена.       — Салазар, остановись, умоляю!       Слизеринец хищно оскалился и продолжил проникать в неё пальцами, заглядывая в её расширенные зрачки. Его член налился кровью и пульсировал, но парень не хотел прерывать лавину, обрушившуюся на Джинни. Блейз смотрел жадно, впитывая каждое движение мускула на её лице. И это он делал с ней.       — Ещё, — шептала она, задыхаясь. — Ещё, ещё!       — Как много?       — Я хочу… всё.       Блейз потянул её за лодыжки. Девушка сползла вниз, оказавшись лёжа головой на коленях своего мужа, а его рука скользнула вверх по её телу, оказавшись ровно на оголённой груди. Джинни чуть не кончила прямо в этот момент, но с трудом сдержалась, не желая отказывать себе в финальном угощении. Забини быстро снял с себя всё лишнее, сел на другой конец дивана, устроившись между её ног, и приставил твёрдый член ко входу. Несколько секунд он медлил, смотря на то, как Уизли неотрывно смотрит прямо в лицо своего спящего мужа, на руку Поттера, прикрывающую её грудь, ещё влажную от его языка. Одним резким толчком Блейз проник сразу на всю глубину. Ему ужасно хотелось, чтобы Джинни перестала смотреть на Поттера, и она перестала, переведя свои светло-карие глаза на слизеринца и раскрыв рот в немом крике. Блейз вышел, чтобы через секунду снова войти резко, безжалостно. Так как ей и хотелось. Её стенки плотно охватывали его большой член. Он посмотрел в то место, где его тёмная плоть проникала в её бледно-розовую. Забини вышел, глядя на свой ствол, покрытый крупными венами и медленно вошёл снова, запоминая каждую секунду увиденного так, чтобы Обливейтом было не вытравить. Блейз перевёл взгляд снова на её лицо. Джинни была в экстазе: её глаза закатились, а дыхание было рваным. Судя по всему она с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Мулат трахал её, наращивая темп, массируя её клитор пальцами. Чёртова рука Поттера закрывала вид на прекрасное колыхание груди. «Нельзя быть таким жадным», — напомнил он себе. — «Ты чёртов везунчик уже только потому, что находишься здесь и сейчас».       «Что бы сказала Грйнджер?» — внезапный голос в его голове прозвучал как гром среди ясного неба. Блейз тряхнул головой, стараясь отогнать непрошеные мысли. Тихий шёпот Джинни помог ему вернуться в реальность:       — Не останавливайся, Блейз…       Лучшая женщина в мире умоляет его не останавливаться, не время думать о какой-то ерунде.       Осмелев, мулат скинул руку Поттера с груди гриффиндорки, чтобы в полной мере насладиться видом её нежного розового сосочка. Он склонился, чтобы облизнуть его, обхватив зубами. Угол трения между ними тоже изменился, очевидно надавив Джинни на какую-то особенно чувствительную точку, и та пискнула, тут же засунув себе кулак в рот, сильно себя кусая. Её сердцебиение ускорилось. Слизеринец мог поклясться, что слышит его. Дыхание участилось, и через секунду Джинни обхватила ногами его таз, плотно сжав член внутренними стенками, и изогнулась дугой, сильно царапая ногтями спину своего любовника, всё ещё кусая вторую руку и изо всех сил стараясь не кричать. От этого прекрасного зрелища и внезапной боли на спине Забини дёрнулся, мощно кончая несколько секунд, пока не почувствовал себя абсолютно опустошенным. Мулат посмотрел на шрамоголового, тот всё ещё мирно сопел. Подождав минуту, стараясь отсрочить неизбежное, Блейз всё же вышел из Уизли. Слизеринец достал палочку и быстро привёл всё в порядок. Джинни лежала, закрыв лицо руками.       Он склонился к ней и прошептал:       — Ты великолепна и достойна большего, чем твой мужчина может тебе дать. Не вини себя, — он поцеловал её во вспотевший лоб.       Джинни убрала руки от лица, в глазах стояли слёзы.       — Я ненавижу себя, Блейз. Я — чудовище. Мне было так хорошо сейчас и всё очень понравилось. Я получила огромное удовольствие. Это просто ужасно.       — Ты юная девчонка, которая ещё даже не познала себя целиком, Джин. Может ты вышла замуж слишком рано, не думала об этом?       Блейз мазнул кончиком носа по её скуле и поцеловал нежно в губы. Джинни ответила, целуя его со всей нежность и благодарностью, на которую была способна.