Глава 3. Ошибка

Малфой-Мэнор Сознание возвращалось рывками — в такт телу, которое безжалостно волокли по земле. Каждое движение отдавалось тупой болью: пульсировал затылок, ломило виски, саднили запястья и лодыжки, стянутые верёвками. Дышать получалось с трудом: сначала мешали путы, затем — картина, открывшаяся перед затуманенным взглядом. Малфой-Мэнор. Готические башни устремлялись в низкое свинцовое небо, стрельчатые арки придавали зданию почти соборную величественность, а богато украшенный фасад казался произведением искусства. К парадному входу вела широкая аллея, обсаженная идеально подстриженными деревьями и кустами алых роз. Типично для Малфоев. И всё же поместье было красивым. Жаль, что красота была мёртвой. Над поместьем сверкали молнии, а раскаты грома болью отдавались в голове. Нас грубо заволокли внутрь. Воздух там казался тяжёлым, как перед грозой. Пахло старым деревом, пылью и чем-то сладковатым, от чего тошнота подкатывала к горлу. Вся жизнь, которая когда-то здесь теплилась, исчезла вместе с приходом Тёмного Лорда. Картины на стенах больше не взирали на заложников с презрением — в их глазах застыл ужас. Кажется, с моей головой творится что-то серьёзное, если мне мерещится сочувствие в глазах покойных родственников Малфоев. Я решила, что ударилась головой сильнее, чем думала. Боль в висках немедленно усилилась, будто соглашаясь со мной, крестраж накалился и обжигал шею. Он пульсировал. Шептал. Давил на сознание, снова и снова пытаясь пробить хрупкие ментальные барьеры, которые я выстраивала последние месяцы. С трудом повернув голову, попыталась увидеть Гарри. Жалящее заклинание, наложенное в спешке, ещё действовало. Лицо распухло почти до неузнаваемости, голова безвольно свисала на грудь. Он так и не пришёл в сознание. Рона волокли рядом. Выглядел он немногим лучше. Одежда была разорвана, лицо перепачкано грязью и кровью, но даже сейчас он пытался приподнять голову, будто проверяя, жива ли я. К глазам подступали слёзы. Со стороны всё выглядело слишком очевидно. Грязнокровка. Предатель крови. И мальчишка с обезображенным лицом, которого слишком легко принять за Гарри Поттера. Идеальная добыча. — Грязнокровка, предатель крови и… святой Поттер, — егерь облизнулся, разглядывая нас. — Голову даю на отсечение, что этот, с опухшей рожей — именно он. Он грубо толкнул нас в комнату, похожую то ли на гостиную, то ли на столовую. — Благодарю. Теперь можете убираться из моего дома, — едко проговорил Люциус Малфой. — На этом ваша работа закончена. — Ээ, не, ты давай это… вызывай сюда Тёмного Лорда! Пусть знает, что это я их поймал. А то… Люциус поднял взгляд. В нём читалось лишь холодное раздражение. — Ты плохо расслышал? Егерь уже открыл рот, собираясь ответить, но не успел. Верёвка, появившаяся от взмаха палочки Беллатрисы, обвилась вокруг его шеи и резко дернула назад. Он захрипел. — Вон. Голос Беллатрисы прозвучал почти ласково. Она медленно подошла к пленнику, натягивая верёвку всё сильнее. — Вы, жалкие черви, недостойны даже видеть Тёмного Лорда. Беллатриса остановилась совсем близко. Настолько, что егерь невольно попытался отпрянуть. Она широко, почти счастливо, улыбнулась. — Вам доверяют самую грязную работу. Уже за одно это вы должны целовать землю, по которой ходят ваши господа. Она ласково провела пальцами по его щеке. — А ты смеешь требовать награду? Улыбка исчезла мгновенно. — Я вырву тебе язык. Последние слова она произнесла почти шёпотом. Я была полностьюпоглощена развернувшейся сценой и глупо надеялась, что не окажусь на месте егеря, хотя моя участь была куда страшнее. Беллатриса резко взмахнула рукой. Егерь отлетел к лестнице, сильно ударившись о ступени. — ВОН!!! Её крик эхом прокатился по всему дому. Никто из егерей больше не спорил. Подхватив товарища, они почти бегом покинули поместье. Двери с грохотом захлопнулись и наступила тишина. Я выдохнула. Когда егерь ударился о ступени, заклинание на верёвках дрогнуло. Петля на правом запястье ослабла всего на мгновение, но мне хватило и этого. Я вывернула кисть и прижала свободную руку к боку, продолжая держать запястья вместе. Со стороны путы всё ещё казались целыми. Впервые за долгое время удалось вдохнуть полной грудью. Только вот облегчение оказалось недолгим. Беллатриса уже направилась к Гарри. Она двигалась неторопливо, почти лениво, как хищник, уверенный, что добыче уже некуда бежать. Гарри ещё не пришёл в сознание. Жалящее заклинание исказило его лицо почти до неузнаваемости, но Беллатрису это лишь забавляло. Она присела рядом, запустила пальцы в его спутанные волосы и резко запрокинула голову. — Святой Поттер… — почти с нежностью протянула она. — Какая долгожданная встреча. Острый ноготь медленно прошёл по воспалённому шраму, оставляя на коже тонкую полосу крови. На лбу выступила тонкая полоска крови. Гарри болезненно дёрнулся, но так и не очнулся. — Белла. Голос Люциуса прозвучал спокойно, но в нём слышалось плохо скрываемое раздражение. Он по-прежнему стоял возле камина, сложив руки за спиной. — Не здесь. Лорд захочет сам с ним поиграть. Беллатриса даже не обернулась. — Думаешь, я не знаю? Она поднялась на ноги и наконец отпустила волосы Гарри. — Но ведь никто не запрещал немного подготовить подарок. Её взгляд плавно переместился на Рона. Тот лежал на боку, стараясь не выдавать, что уже пришел в сознание. Женщина усмехнулась. — Этот очнулся. Она сильно пнула его под рёбра. Рон тихо выдохнул сквозь зубы, но не произнёс ни звука. — Какая выдержка, — довольно заметила Беллатриса. — Посмотрим, надолго ли её хватит. Она небрежным взмахом палочки вновь опутала Гарри и Рона верёвками. — Рыжего можно оставить мне. После этих слов я стиснула зубы так сильно, что заболела челюсть. Хотелось крикнуть, чтобы она не трогала его, но звуки просто застряли в горле. Нарцисса приблизилась ко мне с заметной опаской. Чем ближе она подходила, тем сильнее нагревался медальон. Пульсация изменилась: прежде беспорядочная, она вдруг стала ровной, почти похожей на биение сердца. Вдох-выдох. Считай до пяти, Гермиона. Не падай. Миссис Малфой остановилась в шаге от меня. Кончик палочки коснулся подбородка — древко было ледяным. Рука женщины дрожала, совсем чуть-чуть. Если бы я не пыталась сосредоточить взгляд, то не заметила бы. — Драко, — позвала она, не оборачиваясь. — Посмотри внимательно. Это Грейнджер? Это подружка Поттера? Я слышала каждое слово, но понимала с трудом. Тело ломило, шёпот крестража становился настойчивее. Белый шум заполнял сознание, заглушая голоса и мешая связать происходящее в единую картину. Дом плыл перед глазами. Я подняла руку, чтобы оттянуть медальон от кожи — он обжигал кожу на груди. Взгляд упал на палочку, до сих пор приставленную к моему подбородку. — Драко. Нарцисса не повысила голос. — Я жду ответа. Малфой стоял всего в нескольких шагах, но смотрел не на меня, а в пол. Плечи были напряжены, пальцы нервно сжимались и разжимались. — Драко. На этот раз в голосе матери прозвучало предупреждение. Он поднял голову, и наши взгляды встретились лишь на мгновение. Этого было достаточно. В серых глазах не было ненависти, только усталость и страх. — Я… не уверен, — тихо произнёс он. — Лицо слишком… Он не договорил. Беллатриса резко повернулась. — Не уверен? В голосе зазвенела опасная насмешка. — Ты не можешь узнать школьную подружку? Драко снова опустил голову. — Жалящее заклинание исказило лицо предполагаемого Поттера. Может… и её тоже. Беллатриса раздражённо фыркнула. — Бесполезный мальчишка. Она отвернулась, окончательно потеряв к нему интерес. Я же услышала едва различимый шёпот Рона. — Гермиона… беги… Даже если бы я захотела, то не смогла бы сбежать. Гарри был без сознания, Рон связан. Но если сейчас ничего не сделать, нас всех ждёт одна участь. Крестраж раскалился так, что стало невозможно терпеть. Я судорожно сжала медальон в ладони. Передо мной по-прежнему стояла Нарцисса, а её палочка была направлена мне в лицо. Победить их я не могла. Но одного удачного заклинания могло хватить, чтобы освободить Гарри или дать Рону несколько секунд. Резко выбросив вперёд свободную руку, я решила вырвать палочку из рук Нарциссы. Наши пальцы соприкоснулись, и в тот же миг медальон вспыхнул нестерпимым жаром, а воздух дрогнул. Я почувствовала, как земля исчезает из-под ног. Пространство сжалось вокруг тела, затем рванулось в разные стороны, будто каждая его часть оказалась в другом времени. Последнее, что увидела, — расширившиеся от потрясения глаза Нарциссы Малфой. А потом мне показалось, будто тело одновременно разрывали на части и собирали заново. Я судорожно попыталась вдохнуть, но вместо этого захлебнулась собственным криком. В следующее мгновение меня с силой выбросило вперёд. Удар. Острые камни больно впились в колени и ладони. Следом — второй. Голова ударилась о камень. Перед глазами вспыхнул белый свет, но прежде, чем сознание погасло, я почувствовала запах моря.