Лиса

— Быстрее, Грим, что ты там возишься? — Надо выбить её, и дело с концом. — Тише вы! Нас так услышат! Грим раздражённо вздохнул. И за что ему это… Замок наконец-то щёлкнул. — Готово, идём. Вдалеке на улицах города слышались приглушённые крики и звон мечей. Грим уже успел побывать там, в мясорубке. Но теперь главное — спасти заключённых. За тяжёлой дверью чёрного хода тянулся коридор. — Нужен факел. Сымпровизированный факел оказался делом трёх минут. Но Грим всё равно нервничал. Любое потерянное время могло стать роковой ошибкой. Четверо парней побежали по коридору. Бежали недолго — вскоре коридор, петляя, вывел их к двери. Дверь была не заперта, Грим, нёсший факел, выбил её с ноги. Как и ожидалось, вся стража была в городе. Только одинокий немолодой бородатый охранник сидел на небольшом стуле слева от двери. Он вскочил, увидев Грима, но, когда выбежали остальные, бросил свою короткую алебарду и упал на колени. — Ключи, — коротко бросил Грим. Старик протянул ему связку, и Грим кивнул ему на дверь. Когда охранник скрылся в коридоре, Грим велел одному из парней оставаться на страже, второму отдал связку с ключами, а сам побежал вдоль камер, вглядываясь сквозь решётки. Эльфы, сидевшие внутри, выглядели ужасающе, хотя обычно заключённые не проводили в тюрьмах и недели — их почти сразу казнили. Занято оказалось не больше дюжины камер, Грим осмотрел их все, но не нашёл того, кого искал. Сердце начинало биться быстрее, ладони холодели. Коридор, находившийся дальше, был не освещён. Пожалели факелов? Вдруг Грима осенило. Он взял ближайший факел и отправился во тьму, освещая пустые камеры. Догадка была верна. В одной из камер, подальше от горящего огня, оказалась эльфийка с ярко-рыжими, почти красными волосами. Она сидела в дальнем углу, заслоняя лицо от яркого света. — Селиса… — облегчённо выдохнул Грим. — Грим? — девушка неверяще смотрела на парня. — Грим, это ты! Парень бросил факел и встал на колени у самой решётки, а девушка подползла к нему. Они сцепились руками, не в силах оторвать глаз друг от друга. — Я так боялся, что больше тебя не увижу, Лисёнок, — прошептал Грим. Девушка тихо засмеялась. — А я просто хотела ещё раз услышать, как ты говоришь это слово. — Я буду говорить его бесконечно, как только мы выберемся отсюда, — заверил девушку Грим, склонив голову, так что его лоб соприкоснулся с лбом эльфийки. Он точно не помнил, в какой момент появилась привычка называть Селису Лисёнком. Дело было не только в имени, но и в рыжих волосах, веснушках, характере речи и движений — во всём читалась некая лисья манера. Наверное, Грим заметил это при первом же знакомстве. — Эй, голубки, вы тут закончили? — раздался над головой резкий голос. — Можно выпускать? Грим оторвался от девушки и кивнул. Подошедший парень быстро подобрал ключ к замку и отворил дверь. — Спасибо, Арик, — улыбнулась девушка, выходя из камеры. — Ты как всегда очень любезен. Парень только фыркнул. — Давайте выбираться, скоро рванёт. — Что? Нет, — возразила девушка. — У меня тут ещё полтора десятка детей. Нас же прямо из школы взяли. Селиса потянулась рукой к факелу, и небольшой огонёк отделился, застыв над рукой эльфийки. Девушка пошла к соседним камерам. — Хей, ну как вы? — ласковым голосом протянула она, по очереди наклоняясь к каждой решётке. В ответ ей зазвучали слабые голоса. Арик тяжело вздохнул и подобрал с пола светило. — Грим, выводи остальных. А я выпущу детей. — Хорошо. Селиса, идём. — Нет, я без них не пойду, — девушка выпрямилась, потушила огонь в руках и подошла к Гриму. — Иди, ты там нужнее. — Я не пойду без тебя, — отрезал парень. — Чем дольше вы спорите, тем опаснее здесь оставаться, — поторопил их Арик. — Иди, Грим, мы тут справимся. — Иди, всё будет хорошо. Я должна убедиться, что с детьми всё в порядке. Грим в отчаянии посмотрел на девушку. Его не оставляло плохое предчувствие. — Ладно, но постарайтесь как можно быстрее. Мы будем ждать снаружи, за забором. — Хорошо, — улыбнулась девушка. Она взяла лицо парня в ладони, глядя на него снизу вверх. — Эй, мы же не прощаемся. Увидимся через десять минут. Грим резко сократил расстояние между их лицами и коснулся губами губ девушки. Поцелуй длился всего пару секунд, но Грим впитывал все ощущения, словно пытался напиться после многодневной жажды. — Я буду ждать, Лисёнок, — прошептал парень, разорвав поцелуй, а затем резко развернулся и пошёл к остальным освобождённым. Как он и думал, многим понадобилась помощь для перехода. Не похоже было, что заключённых тут хорошо и регулярно кормили. Когда все эльфы достигли забора, парни стали по очереди подсаживать их на каменную кладку, а Грим, стоя на ней, подтягивал их и помогал спуститься с другой стороны. Он всё время лихорадочно поглядывал на дверь, которую они оставили открытой. Никто не выходил. Когда последний эльф оказался на траве под стеной, Грим помог перебраться парням, а сам остался на заборе. — Я не пойду. Вернусь за Селисой и Ариком. — Грим, стой. Мы не справимся, не все смогут дойти до окраины города сами, — обеспокоенно произнёс Сэмил, самый младший из четверых парней. Грим оглядел заключённых. Некоторые из них едва стояли на ногах, одному старику настолько тяжело далось преодоление забора, что он уже несколько минут сидел на земле, не в силах отдышаться. Грим кинул последний взгляд на дверь и тёмный проём. Детей Селисы арестовали всего четыре дня назад. Вряд ли они так же обескровлены, как эти заключённые. Глубоко вздохнув, парень спрыгнул с забора и помог старику подняться. — Идём. Надо как можно быстрее убраться отсюда. По мере движения, которое, к слову, было очень медленным, Грим был как на иголках. Он оглядывался каждые пятнадцать секунд, но дети всё не показывались. В какой-то момент забор скрылся из виду. Стоило этому произойти, как откуда-то из центра города протяжно зазвучал горн. Грим испуганно замер. Это был сигнал. В ту же секунду во дворце раздался первый взрыв. Из города послышались громкие крики. Ещё один верхний этаж взорвался. Грим передал старика Сэмилу, а сам бросился обратно ко дворцу. Увидев забор, он почувствовал облегчение. Арик сидел на каменной плите и одного за другим поднимал на него детей, которые потом спрыгивали на землю. Грим бросился было туда, чтобы помочь им, как вдруг раздался ещё один взрыв, на этот раз почти у самой земли. Видимо, он запустил цепную реакцию, потому что следом за ним весь первый этаж начал взрываться, разбрасывая огромные каменные блоки, словно они ничего не весили. Через долю секунды взрыв прогремел прямо над темницей. Облако пыли и осколков мгновенно скрыли забор с глаз. — Селиса! — истошно заорал Грим, словно пытаясь перекричать звон в ушах. Он как в тумане бросился вперёд. От пыли тут же заслезились глаза. Нащупав рукой какого-то ребёнка и подхватив его на руки, Грим выбежал из пыльного облака, судорожно откашливаясь. Всё вокруг грохотало: и сверху, и впереди — голова гудела. Парень положил ребёнка на траву. Кажется, он был без сознания. Глаза всё ещё слезились и болели. Решив, что всё равно ничего не увидит в пыли, Грим зажмурился и снова направился к забору. Больно ударившись вытянутой рукой о каменную стену, парень дотянулся до края забора и подтянулся. Наверху грохнуло особенно сильно. На ограждение рядом с Гримом упал огромный обломок. Парень почувствовал, как стена под левым коленом вдруг начала обрушаться. В голове мелькнула мысль, что если бы Грим не унёс мальчишку от забора, тот сейчас был бы похоронен под этим камнем. Тряхнув головой и лихорадочно вцепившись пальцами в края узкой площадки, Грим отполз в сторону, а затем неуклюже перевалился через забор и... упёрся коленями в груду камней. Грим стал недоумённо ощупывать поверхность вокруг и вдруг осознал, что весь дворик перед чёрным ходом доверху завален булыжником. Парень лихорадочно шарил руками по обломкам, не обращая внимания на падающие совсем рядом камни. Одним быстрым движением он вдруг коснулся чего-то мягкого. Он судорожно отыскал это снова. Это была рука. Детская, судя по всему. Она торчала из камней, словно сломанная ветка из земли. Грим боялся даже представить, что случилось с тем, чья это рука. От одной только мысли к горлу подкатывала тошнота. Грим снова мучительно закашлялся и нащупал рукой забор. Действуя почти на автомате, он спрыгнул вниз и отошёл от стены. В воздуе плотным облаком стояла пыль. Дворец продолжал взрываться, грохот сливался с гулом в ушах. Парень подошёл к мальчику и поднял его на руки. Тот закашлялся. Грим прижал его к себе и пошёл, ориентируясь в основном на шум за спиной. В голову сквозь писк, гудение и грохот стали пробиваться мимолётные мысли. Её нет... Восстание свершилось... Селисы больше нет... Конец Богам... Его Лисёнок... Глаза сами собой открылись. Дворец был уже достаточно далеко, воздух стал прозрачнее. По этой дороге ушли другие заключённые. Грим надеялся, что ушли. Он бросил их. Зато он знал, кого он ни за что не бросит. Парень опустил слезящиеся глаза на мальчика у себя на руках. Как он и думал, мальчик оказался рыжим. Ну конечно, он же маг огня. Селиса собирала таких в свою школу и учила, как скрывать свою магию. И другим полезным вещам. А теперь остался только он. Этот тощий беззащитный эльфийский малыш. Грим должен о нём позаботиться. В память о ней. В голову вдруг как громом от очередного взрыва ударило осознание. Осознание, что он больше её не увидит. Грим упал на колени посреди улицы, благо бунтующих на ней уже давно не было. Из и без того слезящихся глаз потекли настоящие слёзы. Наверное, если бы не ребёнок на руках, Грим кричал бы и бил кулаками землю. Но он заставил себя сдержаться. Живые важнее мёртвых. Как бы тяжело от этого ни было. Звон в ушах прошёл, а гул в голове продолжался только от усталости и подкатывающих слёз. Грим с трудом поднялся и сморгнул капли. И пошёл вперёд. Он проходил по этому маршруту множество раз, просчитывая, как они будут выводить пленных из города, поэтому сейчас двигался, не думая. Теперь, когда дворец перестал грохотать, снова стали слышны звуки битвы. Грим не очень понимал, что они штурмуют теперь, если дворца больше нет, но это не сильно его волновало. Он должен был выбраться из города. Это был самый безопасный вариант. Солнце уже перевалило за полдень, когда Грим вышел к лесу. Отсюда всё ещё был виден дым от горящего города, но звуков битвы слышно не было. Умиротворяющая атмосфера леса успокаивала боль в голове, а свежий воздух ласкал повреждённое пылью горло. Грим вдохнул полной грудью и медленно выдохнул. Вдруг мальчик у него на руках зашевелился. — Эй, привет, — тихо прохрипел Грим. — Привет, — слабо ответил мальчик, детская картавость выдавала его юные годы. — Ты друг Селисы? — Да, — улыбнулся Грим. — А где это мы? — мальчик повертел головой, что делать ему было не слишком-то удобно в таком положении. — Мы в лесу. Мы ушли из города, потому что там было опасно. — Я никогда не был в лесу, — задумчиво произнёс мальчик и закашлял. — Хочешь походить по траве? — спросил Грим, когда мальчик снова хрипло задышал. — По траве я ходил, — важно заявил малыш. — Но лесная трава совсем другая, — разъяснил Грим. — Давай, походи немного сам. Парень осторожно опустил босого мальчика на землю. — Ооо... — многозначительно протянул тот, когда его ноги коснулись травы. Он пошевелил пальцами. — Пожалуй, и правда другая. Малыш упал на четвереньки и стал рассматривать маленьких жучков на травинках. Грим жалостно рассматривал его. На вид мальчику было лет пять-шесть, но скорее всего он выглядел младше своего возраста, как многие дети бедняков, которых Грим видел в школе Селисы. Мальчик был ужасно тощим, рваная в нескольких местах одежда висела на нём мешком. Ступни были в крови — видимо, стёр о каменный пол в тюрьме или в коридоре, когда выбирался. Селиса всю жизнь выхаживала таких, как он. Пришло время закончить начатое ей. — Как твоё имя? — Оди. Селиса так меня звала. — Оди, — повторил Грим. — А я Грим. — Гъим, — картаво повторил мальчик. Грим улыбнулся. Вдруг шорох, раздавшийся где-то сбоку, заставил его вздрогнуть и резко повернуться. Парень не поверил своим глазам. Между деревьев стояла самая настоящая большая роскошная лиса. Точнее, на первый взгляд она показалась Гриму роскошной. Секунду спустя Грим заметил грязь на её шерсти и немного ободранный хвост. Но она всё равно была красива. — Оди, смотри, — шепнул Грим. Он услышал удивлённый вздох мальчика, но не смог оторвать взгляд от лисы. Лисица смотрела на него всего несколько секунд, а потом юркнула под ближайший куст. — Кто это был? — поражённо прошептал Оди. Грим всё ещё смотрел на то место, где исчезла рыжая шерсть. На него вновь нахлынула волна отчаяния, но он не стал поддаваться ей. Он должен быть сильным. Ему всё ещё есть, ради кого жить. — Это была лиса. — Лиса... Почти как Селиса! — радостно воскликнул малыш. — Верно... — рассеянно согласился Грим. — Как Селиса.