Глава 7

      Люмин ожидала, что рыжий оставит её в покое, как только она всем своим видом даст понять, что плевала она на него с высокой колокольни.       Но всё шло совсем не по плану.       Нельзя запугивать человека только из-за того, что ты обладаешь бóльшей властью и бездонным кошельком. Мать с детства внушала ей это правило. Почему? Люмин не спрашивала. Мамино воспитание было строгим, и девочка послушно следовала наставлениям.       Вот почему она никогда не вступала в прямые конфликты.       Это изрядно злило одноклассников. Люмин довольно часто сталкивалась с оскорблениями и неприятными словечками в свой адрес, но на этом издёвки кончались. Никто не угрожал ей напрямую и уж тем более не поднимал руку. Бывало, они дрались на мечах, но то было согласовано и шло по учебному плану.       Но накинуться на неё во время трапезы — это что-то новенькое. Более того, Чайльд был совершенно непредсказуем: чёрт знает, что в следующую секунду ему могло взбрести в голову. Собственно, в этом-то и крылась проблема.       Внимание Люмин привлёк янтарный блик, который она уловила, выйдя на поле диких цветов.       — Чжун Ли! — крикнула она и тут же перешла на бег. Услышав своё имя, он обернулся и перевёл на неё озадаченный взгляд.       — Всё в порядке? — поинтересовался Чжун Ли, едва Люмин встала рядом. На короткий миг она погрузилась в раздумья. Ну, наверное, в порядке… Только от чего-то он беспокоился о ней больше, чем она думала, да и в целом вёл себя крайне подозрительно. Попробуй разбери, что у него в голове творится. — Это Чайльд?..       Люмин в неверии сделала шаг назад.       — Как ты узнал? — недоумённо спросила она. Парень задумчиво воззрился на луну. Стояла ясная ночь, и лениво плывущие в небе облака пропускали мягкий лунный свет на поле.       — Ты когда-нибудь слышала об астрологии?       — Эм… конечно, — ответила Люмин, не совсем понимая, как это связано с его верной догадкой.       — Поговаривают, что звёзды могут предсказывать то, что судьба уготовила каждому из нас.       — Чжун Ли, я понятия не имею, о чём ты. Опять эти твои заумные фразочки, — ответила она, нервно постукивая ногой. Вот же фанат высокопарных выражений — ходи потом да гадай, что же он на самом деле пытался сказать! Обычно смысл его слов доходил спустя пару минут, но сейчас мозг Люмин напрочь отказывался работать. Наверное, стоит отдохнуть.       Чжун Ли хватило дерзости усмехнуться прямо ей в лицо.       — Эй, не смешно! — проворчала девушка.       — Ладно, изучим эту тему в другой раз, — сдался он. — Так что случилось?       Она устало посмотрела на него. Астрология — настоящее искусство, и странно, что он вдруг об этом заговорил. С чего бы ему интересоваться её судьбой?       Чем больше времени Люмин проводила с этим загадочным парнем, тем всё чаще ловила себя на мысли, что звучал он, точно старый мудрец, невесть как оказавшийся в теле подростка. Но сейчас ей было плевать на его странное, несвойственное возрасту поведение, ведь она остро нуждалась в помощи. Барбара и Эмбер ей точно не помогут — они слишком боятся Чайльда.       — Ты знаешь, кто такая Тоня?       В его глазах мелькнуло узнавание. Чжун Ли вздохнул.       — Я не должен это говорить, — сделав паузу, он скрестил на груди руки. Кажется, упомянутое имя вызвало в нём лёгкое раздражение. Люмин впервые видела друга таким, — но да. Знаю.       — Кто она? Девушка Чайльда? — задала она ещё один вопрос, стараясь не обращать внимание на внезапную смену настроения парня.       — Нет. Где ты услышала это имя? — спросил он в ответ беспокойно.       — Чайльд произнёс во сне, когда мы занимались в библиотеке, — Люмин опустилась на колени, чтобы лучше разглядеть цветы под ногами. — Так получилось, что утром я попыталась запугать его этим именем… — буркнула девушка следом.       Чжун Ли сел рядом. Он мягко взял её за подбородок, заставив взглянуть прямо в глаза. Он осматривал её лицо с разных сторон, взглядом бегло скользя по чертам девичьего лица. Всё закончилось ровно в тот момент, когда разум Люмин осознал происходящее, и на её щеках проступил румянец.       Парень недовольно рыкнул.       — Звёзды предсказывают наши судьбы, но им тоже свойственны ошибки. События в жизни каждого из нас могут складываться совершенно непредсказуемо, — заявил Чжун Ли. Она наблюдала за другом: как тот, рассматривая цветы, срывает один и, подняв, пристально изучает вблизи.       Боги, он явно расстроен… Почему?..       — Я всё ещё не улавливаю связь.       Чжун Ли обратил на неё внимание. Его янтарные глаза, в отражении которых мерцал лунный свет, вспыхнули яркими искрами.       Люмин затаила дыхание.       — Прошу прощения. Как правило, я не даю волю эмоциям, — он мягко улыбнулся, возвращаясь к привычному образу.       — Иногда ты меня реально беспокоишь, — прошептала девушка.       — Вероятно, тебе уже известно, что по-настоящему Чайльда зовут совсем иначе, — сменил Чжун Ли тему разговора.       — Ага. Так причём тут астрология? — его недавно сказанная фраза всё никак не давала покоя.       Заслышав вопрос, он тяжко вздохнул.       — Когда ты только прибыла… — он замолчал на мгновение, сжав губы в тонкую линию, — Ая… — резко прервался вновь, — то есть, Чайльд… Чайльд тобой заинтересовался.       — Не скажу, что удивлена, учитывая внимание к моей персоне из-за отсутствия Глаза Бога.       Неудивительно, что Чайльд хотел разузнать о ней больше. В школе он, очевидно, стоял на вершине пищевой цепочки, а она оказалось редкой диковинкой и новой местной примечательностью. Ещё в первую тренировку стало понятно, что рыжий принесёт ей проблемы. Правда, Люмин не ожидала, что такие.       — Чайльд прибегает ко многим методам, чтобы добыть информацию об интересующем его человеке. Один из таких методов — астрология. Я лично наблюдал за тем, как он применяет данный способ на тебе.       — Это… — она прикусила губу, — невероятно жутко, не находишь?.. И что за «Ая»?       — К сожалению, этого я тебе сказать не могу.       Люмин вздохнула.       — Ладно. Так что дальше? — две заинтересовавшие буквы пришлось отложить на потом. Зато у неё появилась хорошая пища для размышлений.       — Увиденное ему не понравилось.       — Что же он такого увидел?       — Точно не знаю. Он раскурочил алтарь, я ничего не успел разглядеть.       — И как мне это поможет?       — Чайльду живётся несладко. Он ставит безопасность близких превыше себя и тем самым подвергает свою жизнь опасности. Ты, вероятно, наслышана о его семье. Если Чайльд обретёт ещё кого-то, кто будет дорог сердцу, боюсь, он… — парень досадливо поджал губы. Он буквально признался в жалости к собственному другу, отчего сердце Люмин забилось сильнее. Жалость всегда вызывала в ней отвращение, которое она старательно скрывала.       — Ты же не хочешь сказать, что он планирует стать мне второй мамочкой?       — Ну, раз ты пока жива, могу предположить, что…       — Стой! — предостерегающе подняла она ладонь. Чтобы Чайльд и заботился о ней — да никогда! Даже развивать эту тему не хотелось.       Ни. За. Что. В жизни.       — Лучше знать, чем оставаться в неведении.       — Предсказания — не истина в последней инстанции. Наша жизнь хаотична, так что не стоит во всё слепо верить, — воспротивилась Люмин.       Астрология стара как мир и как наука довольно спорна. Кто-то свято верит, кто-то относится со скепсисом. После услышанного сегодня Люмин, например, предпочла бы второй вариант.       — Смотря у кого спрашивать, — не согласился Чжун Ли.       Она прикусила щёку изнутри.       — Ну, сейчас ты спрашиваешь у меня, а я в эту чушь собачью не верю.       — Ладно, — смирился он. — Мне жаль, что меня не было рядом. Я бы его остановил.       — Кто ж знал, что так получится! Да и всё не так уж плохо.       Она соврала. Было не то что плохо, — кошмарно. Ситуация в столовой потрясла её настолько, что Люмин чуть не впала в столь несвойственную ей ярость. Прежде уверенная в каждом своём шаге, сейчас она понятия не имела, что делать дальше.       — И как теперь быть? — Чжун Ли закрыл глаза. Задумавшись, он ритмично постукивал по стеблю цветка в руке.       — Ситуация опасная, — признал парень.       — Думаешь, он меня прибьёт? — спросила Люмин.       — Что ты. Чайльд не станет марать руки из-за такого пустяка. Меня заботит лишь твоя безопасность в стенах школы.       Её щёки вспыхнули ещё сильнее.       — Ну дела! Не думала, что ты так сильно обо мне волнуешься, — смущённо буркнула Люмин.       — Мы ведь друзья, разве нет? — с улыбкой произнёс Чжун Ли. В девичьей груди гулко ухнуло сердце. От сказанных слов всё внутри затрепетало: их с Чжун Ли дружба явно отличалась от дружбы с Барбарой и Эмбер.       — К-конечно… — едва выдавила она.       — Думаю, тебе стоит вести себя как обычно, — посоветовал парень. Хвала небесам, он не обратил никакого внимания на дикое смущение, целиком поглотившее Люмин.       — Вот просто взять и… притвориться, что ничего не произошло?       — Именно.       Значит, нужно вести себя как… Чайльд?.. А сможет ли она? Маловероятно. Чайльд, значит, нарыл на неё целое досье, а ей советуют закрыть на это глаза и просто забить? Ну уж нет! Она жаждала мести.       Однако план друга в самом деле может помочь — Чайльд, наверное, подумает, что Люмин простила все обиды или вовсе смирилась со своей участью, а она тем временем начнёт под него копать. Случайная оговорка Чжун Ли и имя родственницы Чайльда уже шли в копилку с уликами.       — Наверное, ты прав. Так будет лучше, — выдала она полуправду.       — Отлично, это радует. Если он снова перейдёт черту, я защищу тебя.       Ещё чуть-чуть, и Люмин сгорит от смущения.       — Я… — запнулась девушка. Принять его заботу или напомнить, что она тоже способна себя защитить? — Спасибо, Чжун Ли, — всё же выбрала первое.

***

      Чего она точно не ожидала, так этого того, что прибегнуть к плану друга придётся буквально на следующее утро, за день до дня рождения Рэйзора.       Накануне вечером Люмин провела ещё немного времени в компании Чжун Ли, затем вернулась в свою комнату и, усевшись за стол, наконец написала письмо матери. На прошлой неделе она получила от неё весточку, но из-за навалившихся проблем до ответа руки дошли только сейчас. Затянет ещё на пару дней — вообще не успеет отослать ответное письмо. Оставалось лишь его отправить: опустить в почтовый ящик на пристани. Оттуда письмо заберёт почтальон и — хотелось бы верить — через пару деньков оно уже окажется в руках её самого любимого человека, мамы.       Два предыдущих похода к пристани прошли тихо и спокойно, и Люмин лишь пару раз встретила прохожих. Но не в этот раз: на деревянном помосте стоял знакомый рыжеволосый парень, на руке которого восседала большая серая птица. Он почёсывал шею птицы, когда Люмин подошла ближе. Животное, шею которого украшала повязка, расшитая красным цветком, с наслаждением прикрыло глаза и податливо жалось к мужским пальцам.       Люмин замерла на месте, как только Чайльд заговорил с птицей на совершенно другом языке. Языке, который она впервые слышала. Затем Чайльд поднял руку вверх, и птица вспорхнула в небо — в её нашейную повязку он запрятал послание.       Ну и ну, он владеет другим языком и говорит совершенно без акцента! Видимо, его родной, раз он так бегло разговаривал на нём с животным. Птица, очевидно, поняла каждое сказанное ей слово и взлетела, едва услышав отданный на непонятном языке приказ, точно дрессированная собака.       Вдруг Чайльд начал поворачиваться в сторону Люмин, и она резко зашагала вперёд, усиленно делая вид, что пришла сюда мгновением назад.       — Ко мне в сталкеры записалась, девчуля? — шутливо поинтересовался парень, как только она открыла почтовый ящик и опустила в него письмо.       — Чайльд, это общественное место, — закатила она глаза.       Точно, вести себя как обычно… Съязвить, перекинуться безобидными колкостями…       — Я тебя здесь ещё не видел, — хмыкнул Чайльд и глянул на неё с прищуром, едва Люмин повернулась к нему лицом.       — Последнее время руки никак не доходили отправить маме письмо. Дел куча.       Развернувшись, она направилась обратно к общежитию. Чайльд, понятное дело, последовал за ней.       — Что же это за дела такие?       Непонятные нотки послышались в его голосе.       — Спроси у своих шпионов, в чём проблема? О моей матери ты же как-то разузнал.       Как же сложно вести себя как ни в чём не бывало. Люмин внутренне проклинала себя за острый язык. Ну почему в его присутствии она так быстро выходит из себя?!       — Мои шпионы собирают информацию, а не заглядывают в прошлое.       — Вот оно что, — Люмин взбежала по каменным ступенькам и развернулась к парню. Чем выше стоит, тем более грозно и властно она выглядит. — Значит, признаёшь, что копался в моей жизни?       Чайльд засмеялся и зашагал по лестнице следом. Теперь он стоял на ступеньке ниже, но всё равно возвышался над девушкой, превосходя её ростом. Внезапная близость не смутила Люмин — в их играх не было места для робости.       — Если и так, что с того? Отругаешь?       Она пожала плечами и наконец улыбнулась.       — Обзову тебя говнюком.       Глаза его вдруг недобро вспыхнули, и улыбка на девичьих устах вмиг стёрлась. Он схватил Люмин за бёдра и притянул к себе, отчего она застыла как вкопанная. Чайльд наклонился к её лицу и в последнюю секунду, почти коснувшись губами её губ, склонился к уху.       — Надеюсь, ты в курсе, что пристань на неделю закрыта для посещений? М, Люмин? — прошептал он. От того, как Чайльд произнёс её имя, по позвоночнику пробежали мурашки.       Нет. Не в курсе.       Вдруг ушей коснулся чей-то чужой голос.       — Обними меня, — приказал рыжий.       Это был один из немногих случаев, когда Люмин действительно его послушалась. Голос неизвестного звучал всё ближе — очевидно, он принадлежал одному из школьных надзирателей, что обычно следят за прогульщиками.       Она руками коснулась плеч Чайльда и вскоре обняла за шею.       — Ого. Решила хоть раз побыть послушной девочкой? — мурлыкнул он.       Люмин не успела ни слова вставить — Чайльд обнял её в ответ, и они оба оказались в водном пузыре. Взлетели в небо и устремились прочь, пролетая над университетским городком. Она услышала приглушённое «Чайльд!», донёсшееся с земли.       Наконец, они приземлились, оказавшись вдали от причала. К удивлению Люмин, на ней не было ни капельки воды — от необычного перемещения лишь страшно тошнило, словно она съела кучу еды за раз. Если отпустит Чайльда, то рухнет на землю.       — Все на нас пялятся, — рассмеялся он ей на ухо. Она мгновенно попыталась отстраниться, упёршись ладонями в крепкую мужскую грудь.       Чайльд не отпустил.       — Что ты творишь?! — шикнула она и выгнулась в спине, чтобы заглянуть парню в лицо. Они стояли прямо на ступеньках учебного корпуса.       — Даже не покраснела?       — Отпусти меня! — прорычала Люмин. Пожав плечами, Чайльд послушался; колени её подкосились, и она осела на землю.       — А я ведь сделал, как ты попросила, — ухмыльнулся он и протянул ей руку.       — Какой же ты мерзавец, — она опёрлась на стену и потихоньку поднялась на ноги. Сама.       — Боюсь, это прозвище не очень-то мне нравится, девчуля, — досадливо бросил парень.       Прозвенел звонок.       — Новый учебный день — новые приключения, — хитро произнёс Чайльд напоследок и, скрывшись в пузыре, исчез. В этот раз он позаботился, чтобы вода попала на Люмин и хорошенько её намочила.       Раздражённо отряхнув руки, она оскалилась. «Вот же ушлёпок», подумала мысленно. Боги, а она ведь собиралась благодарить его за спасение!       Люмин подняла голову и увидела кучку студентов, пялящихся на неё во все глаза. По телу пробежал неприятный холодок.       Чайльду пора выкапывать себе могилу.