Семейные узы

      Тётушка стояла передо мной точь-в-точь такой, какой я её помнила при жизни. Строгий костюм от бренда, который я всегда тайком мерила в её гардеробе. Тугой пучок. Холодная осанка. И тот самый взгляд, что видел тебя насквозь, будто ты очередной документ на подпись. Только одно изменилось: теперь за её спиной были крылья. Тяжёлые, сероватые, строгие, как и она сама. Она скользнула по мне взглядом и тут же перевела его на парней. Слова не понадобились: Мисаэль и Рой моментально отступили, почти синхронно, будто их кто-то за ниточки дёрнул. На прощание Мисаэль коротко кивнул мне, уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке — и он растворился в толпе. Мы остались наедине. Аннет была всего в нескольких шагах… Но я ощущала между нами километры: из невысказанного, недосказанного, из двух совершенно разных жизней, которыми мы теперь жили. Горло сжало, будто я снова стояла перед ней со школьным дневником, где красовалась двойка. Я не знала, что сказать. С чего начать? Как объяснить… всё? Я умерла. А она успела построить себе новую жизнь здесь, среди ангелов и демонов, и, разумеется, заняла место, где нужно быть стальной, собранной, непоколебимой. Как на очередной высокой должности, которую она получила по заслугам. И теперь мы, две версии нас, стояли напротив друг друга. И я впервые за долгое время поняла, что боюсь открыть рот.       — Обнимешь? — тихо спросила Аннет и протянула ко мне руки. Я не раздумывала ни секунды. Словно маленькая девочка, я бросилась к ней, в её запах, в её тепло, в её знакомую строгость, которую всегда принимала за заботу. Это было первое настоящее ощущение «дома» с тех пор, как я умерла. Слёзы сами покатились из глаз. Громко, бессовестно, некрасиво. Аннет сжала меня сильнее, прижимая к себе, гладя по макушке так, как умела только она, уверенно, чуть жестко, но… по-матерински.       — Тише… тише, родная, — прошептала она. — Я здесь. Когда дыхание перестало сбиваться, а руки перестали дрожать, я отстранилась ровно настолько, чтобы увидеть её лицо.       — Аннет… — голос предательски дрогнул. — Как ты здесь оказалась? Мне всё ещё не верится, что… что мы обе тут. — я всхлипнула, запутавшись в собственных мыслях.       — Столько всего произошло. Я ждала тебя, но ты не пришла… — слова вырывались рваными фрагментами, как будто я пыталась рассказать всё в одном предложении.       — Я… просто… — я зажмурилась. — Думала, ты не хочешь меня видеть. Или тебе всё равно. Аннет улыбнулась, легко отстранившись от объятий. Удостоверившись, что во дворе они остались одни, она наконец ответила:       — Прости, Агата. Было неотложное дело, пришлось задержать нашу встречу. — сказала Аннет так ровно, так безупречно собранно, что я даже не рискнула спросить, что именно могло быть важнее меня.       — Я понимаю, всё в порядке, — выдохнула я.       — Вот и славно. — Она чуть улыбнулась уголками губ. — Я рада, что мы не в обиде. Её взгляд скользнул по двору, по удаляющимся силуэтам Мисаэля и Роя, и только потом вернулся ко мне.       — Смотрю, ангел от тебя не отлипает, — хмыкнула она. — Это хорошо. Аврора правильно сделала, что подключила к тебе ещё и брата. А вот по поводу Роя… Не обращай внимания на этого демона. Он вечно суёт свой нос куда не следует. Только и жаждет вставить мне палки в колёса. И почему Ребекка до сих пор позволяет ему преподавать… Его место у будки сторожевых псов Ада, а не в школе.       — Тётушка, — я осторожно шагнула ближе, — Рой не сделал ничего плохого. Правда. Не стоит так… Аннет посмотрела на меня с выражением «дитя, ты ничего не понимаешь».       — Ох, Агата. Не тех ты защищаешь. Демоны… Жаждут власти посильнее некоторых ангелов. Им нельзя доверять. Я рада, что хотя бы Мисаэль не скалится в твою сторону. Хотя… перед такой красавицей, да ещё и с характером, зубы показывать, думаю, нет смысла, поломаются. — она рассмеялась тихим, неожиданно тёплым смехом, подмечая, как я изменилась после её смерти. Она поправила выбившуюся прядь у моего лица, аккуратно убирая её за ухо: жест настолько привычный, что сердце заныло. Затем сцепила руки за спиной, придав себе строгий, почти командирский вид.       — К делу. — Голос стал твёрдым. — Ребекка рассказала мне о твоих крыльях. И о способности. Это трудно не заметить.       — Да уж… — я тяжело выдохнула. — Я сама до сих пор в шоке. Пытаюсь свыкнуться.       — Свыкайся быстрее. — Она сузила глаза, словно оценивая мою готовность. — Мне потребуется твоя помощь в скором времени.       — Моя… помощь? — я моргнула, чувствуя, как что-то холодное прокатывается по позвоночнику. — В чём? Аннет приблизилась почти вплотную. На её лице впервые промелькнула тревога.       — Поползли слухи, что демоны нарушают Закон Неприкосновенности. А ты должна понимать: баланс — это порядок.       — Какой закон? О чём ты? — я не успевала за её словами. Она покачала головой, как учительница, разочарованная своей лучшей ученицей.       — Я так и знала, что Аврора, кроме учебы, ничего тебе толком не рассказала. Слушай внимательно, Агата. Закон запрещает любые отношения между ангелами и демонами. Потому что метисы… — Аннет сделала паузу, глядя прямо в мои расширенные глаза, — несут погибель.       — А я здесь при чём? — я растерянно развела руками. — Я не понимаю… Аннет выдохнула так, будто устала объяснять очевидное.       — Дорогая, ты отправишься в Ад. Ты вотрёшься в доверие к их верхушке, присмотришься к пешкам, а затем — к простым обитателям. Узнаешь, где они укрывают метисов.       — Укрывают? — я вскинула брови. — Откуда ты вообще знаешь? С каких пор ты веришь слухам? Её взгляд стал ледяным настолько, что я сразу пожалела о вопросе.       — С тех пор, как Немезида заговорила о погибели мира. Избранная до сих пор не явилась, а я не хочу думать, что ты займёшь это место. Сердце рухнуло вниз.       — Аннет… что?       — Поэтому чем раньше мы избавимся от угрозы, — она понизила голос, наклоняясь ко мне так, что наши лбы почти соприкоснулись, — тем легче будет тебе спасать мир. Ты понимаешь, о чём я?       — Допустим. Каким образом я вообще попаду в Ад? Я не хочу быть демоном. Я уже решила: ангелы всё-таки ближе мне по духу. Аннет лишь слегка усмехнулась, словно услышала что-то наивное.       — А тебе и не нужно становиться демоном, чтобы попасть туда. Аврора попросит Роя перенести часть практик в Ад. Там у вас появится время… на свои дела. Ты же умная девочка, используй его по максимуму. Она подошла ближе, будто собиралась поведать государственную тайну.       — В твоём классе будет девушка-демонесса, Ости. Я договорюсь о твоём переводе к ней. Её отец раньше занимал высокий титул, пока одна «неприятная ситуация» не стоила ему всего. Но такие падения редко бывают чистыми. С большой вероятностью он знает, где скрывают метисов.       — И что мне делать? — я скрестила руки. — Подойти и сказать: «Привет, давай дружить, мне нужен доступ к секретам твоего рода»?       — Да. — спокойно ответила Аннет. — Стань ей лучшей подругой. Войди в доверие. Добейся того, чтобы она позвала тебя домой. А когда попадёшь туда, осмотри кабинет её отца. Там наверняка есть записи… либо указания, где скрыт вход. Меня передёрнуло.       — Это слишком. Слишком много и слишком быстро. Ты просишь невозможное. Я мухи не обижу, а ты хочешь, чтобы я играла в шпиона среди демонов! Аннет сверкнула взглядом — строгим, тяжелым.       — У тебя нет выбора, Агата. Ты либо помогаешь, либо смотришь, как всё это рушится. Разве тебе не хочется сохранить свою новую жизнь?       — Демоны… метисы… закон… — я почувствовала, как во мне закипает злость. — Ты здесь умом двинулась от своей жажды власти? Для тебя это всё будто очередная схема, ещё один бизнес-проект. Я — человек! И я имею право решать, что мне делать! Аннет резко вскинула подбородок. Её крылья дрогнули.       — Ты больше не человек. Запомни это раз и навсегда. И ты поможешь, Агата. Как бы тебе этого не хотелось. Во двор заходила новая группа учеников. Шумная, смеющаяся, совершенно непонимающая, что мир может рухнуть в любой момент. Их голоса разрезали напряжение между мной и тётушкой, как нож по стеклу. Аннет бросила быстрый взгляд через плечо, оценив обстановку, и тихо, но твёрдо произнесла:       — Я найду тебя позже. Будь сильной. И прежде чем я успела хоть что-то ответить, она взмахнула крыльями. Поток воздуха ударил мне в лицо, сбил пряди с плеч, и Аннет стремительно взмыла к небесам. Серые крылья растворились в облаках, красиво, величественно… и пугающе чуждо. Я осталась стоять одна среди шелковистой травы. Всё, что она сказала, звенело в голове тысячей несомкнутых дверей: Ад. Шпионаж. Метисы. Законы. Судьба. Как будто мне, умершей всего пару дней назад, не хватало хаоса.       — Что ты творишь, Аннет… — прошептала я в пустоту, чувствуя, как сердце сжимается. Самый близкий человек, и вдруг такой лёд. Такая власть. Такая слепая уверенность, что я должна. Я провела ладонями по лицу, будто пытаясь стереть разговор, вывести его из памяти как размазанную чернильную строку. Не вышло. Только тяжелее дышалось. Со вздохом я направилась обратно в общежитие. Каменные стены школы остались позади, уступив место тихому коридору, где шаги эхом отдавались, будто я шла через собственные мысли. Когда я открыла дверь в свою комнату, там уже кто-то был.