Импульс или разум?

      Воздух в комнате словно наэлектризовался. Он давил на грудь, щекотал кожу, заставляя по спине пробегать мурашки. За дверью стоял Мисаэль. Я знала это ещё до того, как коснулась ручки. Его энергия ощущалась слишком отчётливо — напряжённая, жёсткая, будто он сам был натянутой тетивой. Что ему сказать? Меня пригласили на свидание — пусть даже для меня это звучало почти невинно. А для Корвена? И вообще… почему я должна отчитываться? Он мне кто? Брат? Муж? Судья? Нет. Я вольна делать то, что считаю нужным. С этой мыслью я резко распахнула дверь. Мисаэль стоял, упершись рукой в косяк, перекрывая выход. Его крылья были напряжены, будто он едва сдерживал порыв. Взгляд медленно прошёлся по мне, от обуви до лица, и на губах мелькнула знакомая, слишком опасная ухмылка.       — Куда это ты такая красивая? — протянул он.       — По делам, — спокойно ответила я, не отводя взгляда. Улыбка исчезла мгновенно. Он шагнул вперёд, почти не касаясь меня, но пространства стало вдвое меньше. Дверь закрылась за его спиной с глухим щелчком.       — Ты идёшь… к нему? — голос стал ниже, жёстче.       — К кому? — я приподняла бровь.       — Не притворяйся, — он коротко усмехнулся. — Сама знаешь. Раз так вырядилась. Я закатила глаза. Что за сцены ревности.       — Ну да. Иду. И что дальше? — в голосе появилась сталь. Он смотрел на меня долго, слишком долго. В этом взгляде не было ни обвинения, ни просьбы, только что-то болезненно сжатое внутри.       — Ничего, — наконец бросил он. — Просто удивительно, как быстро ты забыла, что было между нами. Я сделала шаг вперёд, сокращая дистанцию сама.       — А что было, Мисаэль? — тихо спросила я. Он промолчал. На мгновение, словно подбирал слова, которых не существовало. Затем отвёл взгляд к потолку и выдохнул сквозь зубы:       — Когда же этот демон уже отвалит… Фраза повисла в воздухе, не адресованная никому конкретно, но пропитанная злостью.       — В чём твоя проблема? — спросила я тихо. Я смотрела на него снизу вверх, задрав голову. Мы стояли слишком близко. Так близко, что я чувствовала жар его тела, слышала, как глухо и быстро бьётся сердце. Не от ярости, а от чего-то куда более опасного.       — В том, — он резко опустил взгляд на меня, — что я не люблю, когда кто-то посягает на моё.       — Твоё? — я усмехнулась, но в груди неприятно кольнуло. — Когда это я успела стать твоей собственностью, Мисаэль? Он напрягся. Челюсть сжалась, крылья дёрнулись едва заметно.       — Я не это имел в виду.       — А что тогда? — я не отступала. — Потому что со стороны это выглядит именно так. И вообще, прежде чем девушку называют «своей», ей предлагают встречаться. Или хотя бы ставят в известность. Он усмехнулся криво, без веселья. Наклонил голову так близко, что его дыхание коснулось моих волос, а нос почти задел лоб. Пространство между нами исчезло.       — Думаешь, я не хочу? — тихо произнёс он. Его взгляд прошёл сквозь меня, будто он смотрел не на Агату, а на то, кем я могу стать…       — Я не могу, — продолжил он глухо. — Пока ты не выбрала сторону ангелов. Он выдохнул, словно признался в чём-то постыдном. Я замерла. Так вот в чём дело. Не во мне. В законе. В выборе. В границе, которую он боится переступить.       — Я ещё ничего… и никого не выбрала, — сказала я спокойно. Слишком спокойно. Эти слова вошли в него, как нож. Я увидела это сразу: как дрогнули зрачки, как на миг погас свет в глазах. Он отвернулся. Сделал шаг к двери.       — Решай, — бросил он уже спиной ко мне. — Времени у тебя осталось не так много. Дверь захлопнулась резко, с сухим звуком окончательной точки. Я осталась одна. С тишиной. И с выбором, от которого теперь невозможно было спрятаться.Я повторяла себе тысячу раз: сначала дело, потом любовь. Но как оставаться нейтральной, когда рядом они? Ангел, слишком жестокий к этому миру. И демон, слишком милосердный для своего. Время поджимало. Оставалось меньше двадцати минут до прихода Корвена. Я выбрала чёрный. Коктейльное платье с длинными рукавами — достаточно закрытое, чтобы скрыть метку, и достаточно откровенное, чтобы не выглядеть случайной. Волосы распустила: мягкие локоны ложились на плечи, дополняя образ, в котором странным образом уживались невинность и опасность. Лёгкий макияж лишь подчёркивал черты лица, а алые губы стали единственным ярким акцентом, словно вызовом на фоне тьмы. Стрелки часов дрогнули. Ровно шесть. В коридоре раздались шаги — спокойные, уверенные. Затем негромкий стук в дверь. Сердце сбилось с ритма. Я выдохнула, распахнула двери.       — Добрый… — Корвен на мгновение замер, будто слова застряли где-то между вдохом и выдохом. Его взгляд медленно скользнул по мне — от тёмной ткани платья до распущенных волос, задержался на губах. — …вечер, Агата. В его голосе не было привычной уверенной нотки. Лишь тихое, почти искреннее удивление.       — Добрый вечер, Корвен. — я улыбнулась чуть сдержанно, не позволяя себе ни шага вперёд, ни назад. Он моргнул, словно приходя в себя, и едва заметно усмехнулся, уже по-своему, демонически спокойно.       — Признаюсь, — произнёс он, — я ожидал увидеть тебя красивой. Но ты решила превзойти ожидания.       — Осторожнее, — ответила я, скрестив руки. — Я могу решить, что ты льстишь.       — Нет, — Корвен слегка наклонил голову. — Я просто констатирую факт. И, кажется… радуюсь, что ты согласилась. Он протянул мне руку не настойчиво. Выбор всё ещё был за мной.       — Пойдём? — спросил он мягко. — Я обещал показать тебе одно место. И обещания я привык выполнять. Я на секунду задержала взгляд на его ладони… А затем вложила в неё свою. Мы взлетели почти одновременно. Я держалась чуть позади Корвена, следуя за его тенью в ночном небе. Полёт занял около получаса, но время растворилось в разговоре, он говорил спокойно, без спешки, будто знал: спешить сегодня ни к чему. Мы приземлились у кромки густого леса. Воздух здесь был плотнее, влажнее, а туман стелился между деревьями, скрывая всё дальше вытянутой руки. Я огляделась: ни огней, ни следов жизни.       — Ещё немного, — тихо сказал Корвен. Он взял меня за руку и повёл по узкой тропе, едва различимой в молочном мареве. Туман сгущался, и казалось, что мир вокруг исчезает, оставляя лишь эту дорогу — и его рядом. Корвен шёл уверенно, словно знал путь наизусть, словно сам был частью этого места. Через пару минут туман расступился. Мы вышли на опушку. Трава здесь отливала изумрудом, будто впитывала лунный свет. Между деревьями, в самом центре поляны, стояла беседка — светлая, почти невесомая. Лунные лучи скользили по её колоннам, играли в листве, и всё вокруг выглядело нереально тихим. Я замерла, невольно задержав дыхание.       — Прошу, — Корвен подвёл меня внутрь беседки. На столе уже было всё подготовлено: длинные бордовые свечи, высокие бокалы, бутылка красного вина и несколько холодных закусок, аккуратно разложенных на тарелках. Лёгким щелчком пальцев он зажёг фитили, а огонь вспыхнул сразу, мягко озаряя беседку тёплым, приглушённым светом. Мы сели друг напротив друга.       — Я не знал, что ты предпочитаешь, поэтому выбор не самый богатый, — он кивнул в сторону еды. — Но если скажешь, что любишь… в следующий раз всё будет именно так, как тебе нравится.       — Всё в порядке, — я улыбнулась, стараясь его успокоить. — Закуски выглядят прекрасно.       — Рад слышать. Честно говоря, я была ужасно голодна. Настолько, что даже если бы передо мной лежала запечённая змея, я бы, не задумываясь, съела её. Сохраняя видимость приличий, я всё же слишком быстро взялась за еду.       — Даже бессмертным нужно иногда помнить о себе, Агата, — тихо заметил Корвен. — Ты совсем не бережёшь себя. Я уже успела набить щёки тарталетками и подняла на него взгляд.       — Мм? — невнятно промычала я. Корвен не выдержал и улыбнулся тепло.       — Ешь, — мягко сказал он. — Не торопись. Никто у тебя ничего не отнимет. Он тихо рассмеялся, а я вдруг поймала себя на мысли, что смеюсь вместе с ним, легко, без напряжения, будто мы знакомы куда дольше, чем есть на самом деле. Закончив трапезу, я сделала небольшой глоток вина, которое налил мне Корвен. Вкус оказался насыщенным, он мягко коснулся языка, оставляя после себя лёгкое послевкусие, будто напоминание, а не удар. Никакого опьянения. Прелесть бессмертных — человеческий алкоголь не туманит разум. Он лишь создаёт иллюзию расслабления. Корвен наблюдал за мной внимательно, не спеша прикасаться к своему бокалу.       — Нравится? — спросил он спокойно.       — Да, — честно ответила я. — Удивительно… Обычно вино либо слишком резкое, либо слишком пустое. А это… будто знает меру.       — Хорошее сравнение, — он едва заметно улыбнулся. — Всё, что здесь, подобрано именно так. Без крайностей. Он наконец пригубил вино и откинулся на спинку скамьи. Свет свечей скользнул по его чертам, делая взгляд глубже, тени — резче.       — Знаешь, — продолжил он после короткой паузы, — демоны редко устраивают такие вечера. Нам проще брать, чем ждать. Проще требовать, чем приглашать. Я повернула к нему голову.       — А ты?       — А я устал жить так, будто всё в этом мире нужно завоёвывать через силу, — ответил он тихо. — Иногда хочется просто… быть. Эти слова задели что-то внутри. Не как признание, а как отражение моих собственных мыслей. Я снова посмотрела на беседку, на туман, на свечи.       — Тогда, думаю, ты выбрал правильную компанию, — сказала я. Корвен усмехнулся и чуть наклонился вперёд, опираясь локтями о стол.       — Посмотрим, Агата. Иногда правильные выборы оказываются самыми опасными.       — Что угодно становится опасным в руках незнающего, — произнесла я тихо.       — Именно, — Корвен кивнул. — К счастью, ты знаешь, что делаешь. Мы встретились взглядами. Между нами будто натянулась тонкая нить — невидимая, но ощутимая. Она дрожала, звенела напряжением, словно могла лопнуть от одного лишнего слова… или прикосновения. Корвен первым отвёл взгляд.       — Всего пара дней до экзамена, — сказал он, меняя тон. — Боишься?       — Нет, — ответила я без колебаний. — Мне повезло с куратором.       — Ах да, — в его голосе мелькнула усмешка. — Дьяволица сама вызвалась курировать тебя.       — Серьёзно? — я нахмурилась. — Она сама?       — Разумеется. Ты запала ей в душу, — он сделал паузу, — хотя чем именно — известно, пожалуй, только Шепфа. Я невольно усмехнулась.       — А ты? Тебе тоже достался подопечный?       — Да. К сожалению, не ты, — ответил он ровно. — Один демонёнок. И, если честно, мне кажется, помощь ему не особо нужна.       — Ты правда собираешься помогать сдающему? — я посмотрела на него пристальнее. Корвен медленно покрутил вино в бокале, наблюдая, как жидкость скользит по стеклу.       — Помощь… — он повторил это слово, будто пробуя его на вкус. — Задача кураторов не помогать. А мешать. Я замерла.       — Таким образом, — продолжил он, — выбор становится проще. В моменте. Под давлением. В импульсе рождается истинное решение. То, которое не выстрадано логикой. Он поднял на меня взгляд.       — Кто-то анализирует и действует хладнокровно. А кто-то… — его голос стал тише, — поддаётся желанию. Я поёжилась, чувствуя, как его слова находят слишком точную цель. Взгляд сам собой скользнул в сторону, куда угодно, лишь бы не утонуть в его глазах.       — А ты, Агата… — он приблизился ко мне, на сантиметр буквально, — что выберешь ты? Импульс или разум?       — Я выберу то, что посчитаю нужным, — ответила я твёрже, чем ощущала себя на самом деле. Едва заметная улыбка тронула его губы. Будто он услышал именно то, что хотел. Корвен щёлкнул пальцами. Из ниоткуда разлилась музыка. Медленная, тянущаяся, будто сотканная из полутонов. Скрипка звучала так интимно, что казалось она касается не слуха, а мыслей. Проникает под кожу. Окутывает. Корвен поднялся и протянул мне руку.       — Позволишь?.. — его голос стал тише. — Один танец. Я замешкалась лишь на мгновение. А затем вложила ладонь в его руку. Он повёл меня легко, уверенно. Мы закружились медленно, почти невесомо. Его ладонь легла мне на талию: не властно, не требовательно. Скорее оберегающе. Я чувствовала тепло его тела, размеренное дыхание, едва уловимое напряжение в движениях, будто он сдерживал нечто большее. Музыка диктовала ритм, а лес вокруг словно затаил дыхание.       — Ты не похожа ни на ангела, ни на демона, — произнёс он тихо, почти у самого моего виска. — И именно это… опасно. Я подняла взгляд.       — Для кого? Корвен посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах мелькнуло что-то слишком честное, чтобы быть безопасным.       — Для всех, — ответил он. — В первую очередь — для тебя самой. Танец продолжался. Корвен закружил меня вокруг себя, удерживая мою руку над головой, а затем резким, выверенным движением притянул к себе. Я оказалась так близко, что граница между нашими дыханиями стёрлась. Его лоб почти касался моего, горячий выдох скользнул по коже.       — Но я не напуган, — произнёс он тихо. Уверенно. Я приподняла голову, встретившись с его взглядом. Серые, холодные, как сталь, глаза будто рассекали меня надвое — не ранили, а вскрывали. В них не было сомнений. Только осознанный выбор.       — Тогда ты либо слишком смел, — прошептала я, — либо слишком уверен в себе.       — Я слишком хорошо понимаю, с чем имею дело, — ответил Корвен, не отводя взгляда. Его ладонь чуть крепче сомкнулась у меня на спине не собственнически. Скорее… как якорь. Музыка вокруг будто замедлилась, растворяясь в шелесте листвы и далёком шуме воды. Мир сузился до этого мгновения, до расстояния между нашими сердцами.       — Ты не обязана делать выбор сейчас, — добавил он спустя паузу. — Но знай: некоторые дороги меняют тебя ещё до того, как ты по ним пойдёшь. Я задержала дыхание. Не из страха. Из осознания. Музыка стихла так же внезапно, как началась. Корвен отпустил меня медленно, давая время прийти в себя. Между нами снова появилось расстояние. Маленькое. Обманчивое.       — Пора возвращаться, — сказал он уже ровным тоном, будто ничего не произошло. Из глубины леса донеслись странные звуки. Сначала едва различимые, словно шорох ветра между ветвей. Но с каждым шагом они множились, наслаивались друг на друга, превращаясь в хор. Я поняла с ужасом: слышу их только я. Тысячи голосов, сорванных, надломленных, умоляющих, сливались в одно:       — Спаси нас…       — СПАСИ… Я испуганно оглянулась. Лес оставался прежним — туманным, молчаливым, равнодушным. Но внутри головы всё тонуло в дымке, мысли расплывались, теряли форму. Тело двигалось само, подчиняясь чужому зову. Я сделала шаг. Потом ещё один. Я уже не шла. Я поддавалась.       — Агата… — донёсся откуда-то издалека голос Корвена. — Ты куда? Что с тобой? Его слова будто тонули в густой вате, не достигая сознания. Я слышала их, но не могла остановиться. Не хотела. Что-то внутри меня откликнулось на этот зов слишком глубоко, слишком древне. Я шагнула вглубь леса. И в тот момент я знала лишь одно: меня уже не остановить.