Касита (Смерть)

      Она дом без сердца и души, на одном лишь камне во краю угла, и живет в своей плоскости мира, питаясь страхом всех обитающих в ней созданий — ведь все они, по сути, боятся лишь одного. Смерти. Они слабы, когда боятся Высшей Воли, но становятся сильнее, принимая её и подчиняясь.       Она слышит их голоса, следит за их жизнью, как человек следит за мельтешением муравьёв под ногами. Видит, как зарождаются новые люди, и радуется этому: ведь каждая новая жизнь — это всего лишь будущая смерть. Её голод всегда будет утолён. Порой она спит, ведь даже дом без души и сердца может видеть сны, и в них вспоминает прошлое. Время, когда она была человеком, однажды обыгравшим Смерть в шахматы, и выторговавшим себе ещё несколько лет жизни. Она вспоминает, как впервые видит Альму, теперь ставшую живой свечой с вечным, бессветным пламенем внутри. Вспоминает, но пробуждается с рассветом, поскрипывая и отзываясь на просьбы людей, бывших в кровном родстве с ней — с человеком, который стал ей. В стенах Каситы течет его кровь, потому они всегда теплые. В печи Каситы горит его сердце, и огонь этот не гаснет даже глухой ночью, когда на кухне никого нет, и лишь расползается по столу плесень от неосторожно забытого кусочка манго.       Касита слышит каждый вздох, каждый заглушённый всхлип, каждый испуганный вскрик людей, живущих — заключенных — в ней, и каждого успокаивает. Это ложь, что Смерть жестока. Смерть приходит к каждому, и к крестьянину и к королю, уравнивая их в бесконечном походе от могилы к могиле. И Касита покачивает колыбельки с детьми, заботливо переставляет ступени на лестнице, чтобы уберечь от падения. Она видит, как меняется новое поколение, как обретают силу ещё вчера слабые дети, учатся владеть собой и находят общий язык с Сущностями. Касита видит, как девочка, предназначенная Одиночеству, отдаляется от семьи, становясь все более грустной, и ласково играет с ней в пустых комнатах, посылая осколки чужого эха, маня тенью призрачных голосов. Касита видит, чувствует миг, когда она готова принять свою судьбу… Но в дело вмешивается Пророк. Он идет наперекор предсказанной судьбе, ломая будущее, и поздней ночью Касита слышит его крики боли. Сущность карает его, вспарывая кожу новыми и новыми глазами, заставляя видеть самые страшные и горькие картины будущего за то, что он посмел ослушаться Великую Волю. Но даже эта боль его не ломает, пусть он и хрипит, роняя кровь на песок своей одинокой, безмолвной комнаты, и где-то внутри Каситы шевелится память прошлого. Тот человек, которым она была, испытывает гордость за сына… Касита гасит чужое чувство вместе со свечой в коридоре, и стоит неподвижным и безмолвным мавзолеем, пока один мучается от боли, а другая — безмятежно спит в своей постели.       Касита знает, когда приходит время. Она полна страхами, и двери в комнаты медленно исчезают, запечатывая каждого в своей личной могиле. Им не больно. Она приходит к каждому в облике Педро, забирая жизнь с ласковым, отеческим касанием, и вырвавшиеся на волю силы проносятся над городом. Опаляющей рекой летит бессветный огонь, расползается по стенам гниль, из бесстрастного неба хлещут потоки вод и яркие фиолетовые молнии бьют в крыши. Земля покрывается трещинами, рвущими паутину корней, трещинами, в которые сыпется чёрный, похожий на золу, песок. С громким треском взрываются стёкла и зеркала, обезумевшие от ужаса звери живой волной сметают всё на своем пути, пока Касита сворачивается в самое себя, словно умирающая звезда. Из развалин выбегает лишь одна фигурка — та, что не стала аватаром Сущности, одна-единственная среди этого хаоса, обречённая на жизнь, но Смерть неспособна на сочувствие.