Глава двадцать пятая: «Бессонная ночь Кристофера»

В тот вечер, пока Уильям уплетал вторую пиццу подряд, я искал квартиру, используя халявный интернет заведения, и мне даже удалось найти пару хороших вариантов. В одном из них мы и решили остаться на ночь. Она была явно лучше предыдущей: хозяин разговаривал добро и дружелюбно, а квартира, хоть и небольшая, зато тёплая, светлая и по-настоящему уютная. Там были новопоклеенные обои, работающие батареи, хорошие окна и чистые комнаты. Мне там понравилось, а Уильям похмурился и стал задевать каждый угол со словами: «В прошлой квартире было лучше». Я посмеялся, спустив всё на усталость, ведь отчётливо было видно, насколько тот хочет спать. И в то время, когда он развалился в новой постели, не переодеваясь, я пошёл на диван вновь шариться по интернету, только на этот раз в поисках хорошего офтальмохирурга*. Первые пару часов поисков и заваривания дешёвых кофе за девять с половиной рублей из «Пятёрочки»* проходили безрезультатно, ведь оказалось, что найти хороших специалистов не так уж просто, особенно где-то недалеко. Следующий час Уильям заставил меня поволноваться за него, из-за резких подёргиваний во сне. Я, конечно, будить не стал, вместо этого просто отложил телефон и сел рядом, начав наблюдать за его состоянием. Спустя полтора часа это наконец закончилось, и я продолжил поиски. Но и они продлились не так уж долго, как я ожидал, ведь совсем скоро Уилл снова начал чудить: вскочил с кровати, не открывая глаз, забормотал, а после даже заплакал. Мне опять пришлось отложить телефон и обнять друга, начав тихо успокаивать. Но, что бы я ни делал, что бы ни говорил, он меня не слушал и продолжал бормотать. По прошествии ещё часа Уильям наконец начал успокаиваться и приходить в себя, а у меня, в свою очередь, получилось уговорить его лечь спать. На этот раз он услышал. Такое повторялось ночью ещё пару раз. Я не спал до семи, то ища врача, то успокаивая Уилла, но потом в один момент внезапно отрубился. Уснул прямо рядом с Уильямом, так и прижимая его к себе. После этого ночью не происходило ничего.