ГЛАВА 10

      Придя на работу раньше всех, Гермиона сразу приступила к разбору старых материалов, по которым подходил срок сдачи.       За последние пару дней она немного продвинулась в написании постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел, делая это практически не задумываясь. Кроме того, старшие коллеги подсказали ей, что необязательно делать всё самостоятельно. В частности, один из советов сводился к тому, что если она видит, что происшествие не стоит того, чтобы над ним усердно корпеть, можно попросить свободных оперативников со сбором необходимой информации, дабы сам материал не выглядел пустым. И хотя внутренне Гермиона противилась делегировать кому-либо часть своих задач, полагая, что должна справляться со всем сама, усталость и отсутствие времени всё же заставили её переступить через принципы. Благодаря этому уже несколько материалов были завершены в ускоренном формате: она просто направляла поручения с перечнем вопросов, которые необходимо было задать людям, или же со списком нужных документов, и на следующий день уже получала требуемый результат. Так и сегодня Гермиону на столе ждали готовые протоколы опросов (хотя и не настолько идеальные, как ей хотелось бы, но достаточно сносные, чтобы их использовать), справки из Мунго, подразделений Министерства, которые оставалось только подшить к основному материалу и составить уже непосредственно само постановление, чем девушка и занималась.              Когда Гермиона отложила в сторону ещё один готовый материал и потянулась, чтобы разогнуть спину, она с удивлением обнаружила, что в штаб-квартире до сих пор ещё никого нет, хотя время приближалось к десяти часам утра. Пожав плечами, она поднялась из-за стола и подошла к подобию кухни налить себе чай.       Увлёкшись поисками чайных пакетиков, Гермиона не заметила, как в штаб-квартиру зашёл Невилл и вздрогнула, когда он окликнул её.              – Привет, – поздоровался Невилл. – Прости, не хотел пугать.       – Привет, всё в порядке, – ответила ему Гермиона. – Ты не подскажешь, куда делся весь чай?       – Не имею ни малейшего представления, – пожал плечами Невилл. – Но допускаю, что мог закончиться. Ты опять здесь с раннего утра? Или уже начала ночевать на работе?       – Ночевать я здесь точно не хочу, – вздохнула Гермиона. – Но да, сегодня я пришла даже раньше Финни.              Невилл покачал головой и сел за свой стол, принявшись за работу. Гермиона в свою очередь продолжила поиски чая. В голове вертелась мысль бросить это занятие, но остановить себя в поисках девушка не могла, не понимая, зачем ей вообще это так отчаянно нужно.       Выдвинув один из ящиков, Гермиона обнаружила целый склад выпусков «Пророка», и её тут же посетила идея найти выпуск, в котором писали о краже в Отделе тайн: в конце концов, саму статью она так и не прочитала, а выяснить кто автор и побеседовать с ним на тему, откуда ему поступила информация, всё же следовало бы. Немного покопавшись, искомое было обнаружено. Развернув газету, Гермиона открыла статью с заголовком «Наша безопасность в руках дилетантов?» Пробежавшись глазами по тексту, девушка сделала вывод, что содержимое больше напоминает работы Риты Скиттер, которая пыталась сделать сенсации, переворачивая факты так, как ей было нужно. Фактически, всё сводилось к тому, что произошло некоторое вопиющее преступление на территории Отдела тайн: злоумышленник вошёл и вышел незамеченным, похитив важные экземпляры неизвестных образцов, а его до сих пор никто не поймал, однако больше всего возмущения автор статьи излагал в сторону службы безопасности невыразимцев, отведя мракоборцам лишь пару общих предложений относительно сроков следствия. Всё это вместе вызвало у Гермионы мысль, что паника по своей сути была разведена на ровном месте, и если вчитываться, то по репутации её подразделения эта ситуация особенно и не била. Возможно, предположила она, это просто использовалось для того, чтобы можно было её как-то ткнуть носом в какой-то промах. Однако настораживал сам факт, что если о расследовании знал журналист, значит, информация ушла от кого-то из тех, кто имел доступ к материалам. Робардс, Артур Уизли, руководство Министерства, надзор, невыразимцы... Круг подозреваемых был неприятно узким. Это наводило на мысль, что утечка произошла где-то в «верхах». Оставался только один вопрос – «Как?»       Завершив изучение статьи, Гермиона решила посмотреть кто автор и изрядно удивилась, увидев имя Эрни МакМиллана. Мысленно добавив в список дел разговор с ним, девушка стала размышлять, стоит ли ей поставить в известность Робардса о том, что она хочет с ним поговорить. Но в конце концов пришла к выводу, что если статью он читал, то абсолютно точно видел автора, а это значит, что чисто гипотетически они все с ним уже поговорили, и поскольку ничего в итоге ей не сказали, получалось, что он либо не сообщил ничего важного, либо сказал нечто такое, что это перевели в разряд секретного и с ней решили не делиться. И в последнем случае она считала важным узнать самой, поскольку недомолвки подобного характера могли бы ей выйти боком. А если никто не сообщил, значит, заранее могут расценивать полученную информацию как потенциальный инструмент воздействия против неё в дальнейшем.              Положив газету обратно, Гермиона вернулась за свой стол и растерянно оглядела лежащие на нём дела. Мысли о статье не давали сосредоточиться больше ни на чём.       Постепенно штаб-квартира заполнялась людьми и шумом разговоров. В основном все обсуждали предстоящие выходные: кто-то сокрушался, что придётся выйти на работу, другие договаривались между собой сходить в паб, а некоторые вообще не строили никаких грандиозных планов.       Примерно к обеду штаб-квартира снова опустела: кто-то отправился на выезды, а кто-то – пораньше занять очередь в столовой.       Положив в стопку очередной готовый материал, Гермиона подумала, что всё же не стоит пренебрегать отведённым на питание временем и решила отправиться за перекусом в «Теско», а заодно и немного прогуляться. Проверив в кошельке количество магловских денег, добавила в свой список важных дел поход в обменник, поскольку также близился очередной платёж по ипотеке, которую она оформляла совсем не в Гринготтсе.              Выйдя за пределы Министерства, Гермиона будто сбросила с себя непомерную ношу: сразу захотелось жить. То ли дело заключалось в том, что большую часть своего времени она проводила в подземелье без реального дневного света, несмотря на все иллюзии с окнами, то ли в том, что её теперь, хоть и временно, не окружали бумажки.       Совершенно не торопясь, девушка отправилась в ближайший из «Теско», где взяла себе куриный сэндвич, шоколадный батончик и баночку холодного кофе. Подходя к кассе, Гермиона открыла сумку, чтобы достать кошелёк, и ей на глаза попалась визитка, о которой она уже успела забыть, как и о том, что обещала позвонить по указанному на ней номеру, чтобы договориться об осмотре места происшествия.       Оплатив покупки, Грейнджер стремительно вышла из магазина, чтобы найти телефонную будку. Оная была обнаружена лишь через два квартала.       Набрав номер Гвилима, Гермиона нервно начала считать гудки, ожидая ответа и коря себя за провалы в памяти.               – Инспектор Блейни слушает, – наконец раздалось в трубке.       – Э-э, привет, это Гермиона, – чуть растерявшись, ответила девушка. – Я совсем забыла, что просила тебя показать места происшествий по тому делу со странными смертями.       – Привет, Герм. Я тоже об этом совсем забыл, но если тебе удобно, то мы могли бы встретиться после обеда, я как раз свободен. С кого хочешь начать?       – С Темплтон. Она самая первая в этой странной цепочке, поэтому логично начать с неё.       – Понял, записывай адрес.              Через две минуты, Гермиона уже стремглав неслась обратно в Министерство, чтобы взять необходимые для осмотра документы. Купленный обед вынужденно отправился в сумку ждать момента, когда для него появится время.              Выходя из штаб-квартиры, отправляясь уже на осмотр, Гермиона вспомнила, что Малфой требовал своего участия в осмотрах. Однако идти к нему совершенно не хотелось, поэтому она вернулась обратно в штаб-квартиру, остановившись у стола мисс Финни и попросив у последней бумагу и перо. Написав краткую записку с адресом, Гермиона отправила её Малфою и, не теряя более ни секунды, направилась к выходу из Министерства.              Возле дома Корнелии Темплтон Драко Малфой трансгрессировал спустя пару минут после Гермионы, после чего недовольно заявил:              – Можно было бы и дойти, чтобы трансгрессировать вместе, так бы подозрительных хлопков в округе услышали в гораздо меньшем количестве.       – Не подумала, – бросила ему в ответ Гермиона. – Мне не очень хочется использовать слово «вместе» по отношению к тебе.              Малфой лишь закатил глаза и, осмотревшись, отправился ко входу в дом.              – Там закрыто, – проговорила ему в след Гермиона.       – Да? – с наигранным удивлением спросил Малфой, обернувшись, а затем показал Гермионе волшебную палочку. – А это нам тогда для чего?       – Блейни сейчас тоже приедет, будет странно, если дверь окажется открытой, – пояснила Гермиона. – Мы же притворяемся маглами, забыл?       – Ну кроме тебя, – хмыкнул Малфой. – Ты же выросла среди маглов, знаешь о них всё. Да и этот твой дружок…       – Дружок?       – Ну а кто он тебе?       – Тебя это не касается, – вспыхнула Гермиона.       – Очень даже касается, если это окажет влияние на расследование, – холодно процедил Малфой, подходя ближе к Гермионе. – Или ты не способна правильно расставлять приоритеты?       – Тебя. Это. Не. Касается. – Сквозь зубы проговорила Гермиона.              Малфой открыл было рот, чтобы что-то ответить, но с дороги раздался шум подъезжающего автомобиля. Гермиона обернулась и увидела за рулём Блейни.              – Быстро вы, – с улыбкой проговорил инспектор, подходя к «напарникам». – Я думал, что с этими пробками до ночи не успею. В чём ваш секрет?       – Это закрытая информация, – холодно ответил ему Малфой. – Ну так что? Будем тут стоять?              Блейни лишь улыбнулся и достал из кармана ключи, которые продемонстрировал Малфою. Затем он отпер дверь и открыл её настежь, приглашая войти.              – Мы сами, – буркнул Малфой и вошёл в дом.       – Как скажешь, – пожал плечами Блейни. – Подожду вас в машине. Зовите, если что.              Гермиона виновато улыбнулась Гвилиму и проследовала за Малфоем. Тот, дождавшись, когда за Гермионой закроется дверь, а затем вытащил палочку и прошептал:              – Ревелио.              Ничего не произошло.              – Вердимиллиус , – прошептала в свою очередь Гермиона. Дом осветился зелёными искрами, но в остальном тоже ничего не случилось.              Девушка посмотрела на Малфоя, тот пожал плечами и прошептал:              – Люмос.              Гермиона последовала его примеру. Кивнув друг другу, они с Малфоем разошлись в разные концы дома.       Спустя несколько минут хождений, оба пришли к выводу, что в доме, кроме пыли, уже ничего не осталось, поскольку после смерти старушки тут явно убирались, а всё, что маглы сочли нужным для своего следствия, и так забрали, с остальным решили не заморачиваться.       Встретившись в прихожей, Малфой спросил:              -Нашла что-нибудь?       – Нет, – ответила Гермиона. – А ты?       – Тоже. Думаю, ещё стоит осмотреть двор, хотя я уже не уверен, что нам это чем-то поможет.       – Надо уточнить у Гвилима, где они нашли ту дурацкую ветку, если уж сочли её важной…       – Давай, ты не будешь в диалоге со мной называть его так убого, – раздражённо проговорил Малфой.       – Хорошо, – кивнула Гермиона. – Не буду вести с тобой диалоги.              Затем она резко развернулась и вышла из дома. Зачем она так ответила Малфою, она не понимала, хотя и осознавала, что получилось очень по-детски. Но задеть «напарника» как-то хотелось.              Когда Гермиона покинула дом, Блейни вышел из машины ей навстречу.              – Нашли что-нибудь? – спросил инспектор.              Гермиона отрицательно помотала головой.              – Вы там хорошо прибрались.       – Ну никто не думал, что это кого-то ещё заинтересует, – развёл руками Блейни.       – И тем не менее, – покачала головой Гермиона. – Хотела спросить. Помнишь, в вещдоках ветка была? Вы где её нашли?       – На подоконнике в спальне. Помню, что окно было приоткрыто, и ветка застряла под одной из створок.       – Словно бы кто-то хотел подпереть окно, чтобы оно не закрывалось?       – Ну как по мне, очень странный способ подпирать окна, – пожал плечами Блейни.       – Покажешь?       – Да, зови своего напарника.              Гермиона обернулась, чтобы позвать Малфоя, но тот уже как раз выходил из дома.              – Осмотрим место, где нашли ветку? – спросила Грейнджер у Малфоя. Последний в качестве ответа только закатил глаза.       – Сдалась тебе эта ветка…– пробурчал он.              А затем все втроём отправились к окну, о котором говорил Блейни.              – Вот тут она торчала, – показывая на раму, проговорил Блейни. – Мы всё тут осмотрели, похожих растений не нашли ни дома, ни во дворе. Эта племянница верещала, что мы должны обязательно выяснить происхождение ветки, хотя лично на мой взгляд, ничего криминального в ней нет.       – А где эта племянница сейчас? – спросила Гермиона. – Хотелось бы с ней побеседовать. Может, что-то путное скажет.       – Я постараюсь узнать, но мне кажется, что её упекли в психушку, – ответил Блейни. – Ты бы её видела…       – А это вы видели? – раздался недовольный голос Малфоя.              Гермиона и Блейни обернулись к нему и увидели, как тот сидит на корточках, склонившись над обрывками чёрной ткани.              – Это что? – спросил Блейни.       – Увидел как из-под земли торчал небольшой кусок ткани, и пока вы там мило ворковали, решил его осмотреть, – почти прошипел Малфой.              Гермиона видела, что он очень зол, но не понимала, по какой причине. По сути, она получала необходимую информацию, но путём вопросов. И это тоже, считала она, могло быть важным. Поэтому злиться на неё из-за этого посчитала неразумным.              – Это мешочек, в котором, между прочим, что-то лежит, – продолжил Малфой.       – Схожу за пакетом и перчатками, – кивнул Блейни и пошёл к машине.              Гермиона подошла к Малфою и внешне осмотрела мешочек, который по сути представлял собой ткань, слабо перевязанную красной верёвкой. Местами ткань протёрлась, разлагаясь от времени, из чего девушка заключила, что скорее всего это натуральный материал.              – Как думаешь, что это? – спросил Малфой.       – Пока не хочу гадать, надо осмотреть содержимое, но напоминает так называемые «ведьмины мешочки».              Малфой хмыкнул.              – Звучит как чушь.       – Да, – кивнула Гермиона. – Когда мне в детстве читали сказки, многие ведьмы в них делали подобные в разных целях, а уже в Хогвартсе узнала, что магия совершается иным путём. Но по крайней мере, это напоминает мне именно «ведьмины мешочки».              Вскоре вернулся Блейни и протянул Гермионе и Малфою по паре перчаток. Затем Грейнджер осторожно подняла с земли мешочек и немного его приоткрыла. Среди костей и застывшего воска лежали несколько сухих листьев. Гермиона уже собиралась закрыть мешочек, когда взгляд зацепился за нечто очень знакомое. Сердце пропустило удар. Алихоция.       Вытаращив глаза, Гермиона посмотрела на Малфоя.              – Что там? – непонимающе спросил тот.       – Надо поговорить, – почти шёпотом проговорила Гермиона, а затем перевела взгляд на Блейни.       – Секретные секретики? – ухмыльнулся Блейни, понимая, что его просят отойти. – Ну ладно, храните свои секреты.              Как только он отошёл, Гермиона подошла ближе к Малфою и шёпотом произнесла:              – Здесь алихоция.       – Думаешь…       – Её очень легко купить, но что, если это та самая, которую украли в… – и тут Гермиона осеклась. Всё же, про Отдел тайн нельзя было никому рассказывать, но ей не терпелось поделиться догадкой, но с другой стороны, она не настолько доверяла Малфою. Однако он продолжил за неё.       – …Отделе тайн?       – Откуда ты…       – Я же твой персональный инспектор, забыла? – ухмыльнулся Малфой. – Думаешь, оно может быть связано?       – Не стоит исключать, – пожала плечами Гермиона. – Во всяком случае, нужно изучить подробнее. Тем более, я так и не поняла, зачем красть алихоцию именно из Отдела тайн. Может, она там какая-то особенная?       – Я думал об этом, но поскольку я всего лишь надзор и проверяю всё на процессуальную чистоту, то мне бы никто не дал туда доступ. Ну и ты знаешь, что… Впрочем, не столько важно. Что-то ещё там есть интересное?       – Мелкие кости, воск, камень…       – Что за камень?       – Вроде обычный, но попробую достать, – с этими словами, Гермиона медленно засунула пальцы в мешочек и, стараясь ничего не повредить, вытащила камень.              Повертев камень в руках, Гермиона обнаружила на его поверхности грубо высеченный, но очень знакомый символ.              – Мне почему-то кажется, что «ведьмины мешочки» из моих магловских сказок не такие уж и выдуманные, – прошептала девушка и посмотрела на Малфоя. Тот выглядел не менее удивлённым.       – Ничего не понимаю, – ответил Малфой. – Надо как можно быстрее проверить остальные места на наличие подобных штук.              Гермиона кивнула и позвала Блейни. Они упаковали находку в пакет для вещдоков и подписали именем умершей, после чего отправились осматривать дома оставшихся жертв.              К ночи у них на руках было пять пакетов с «ведьмиными мешочками», четыре из которых помимо всего прочего также содержали ветки самшита, аналогичные той, что сейчас лежала в кабинете Малфоя.              Отправив Блейни домой, объяснив, что дальше уже не его дело, Гермиона и Малфой трансгрессировали в Министерство, откуда Грейнджер отправила своего Патронуса Кингсли и Робардсу, прося срочно встретиться.