ГЛАВА 12

      Понедельник в Министерстве всегда начинался одинаково. Да и, справедливости ради, не только в Министерстве. Выходных чертовски не хватало, чтобы по-настоящему отдохнуть, а начало новой недели всякий раз наступало неожиданно. Горы нерешённых задач, оставленных с пятницы, вызывали ужас в отвыкших за пару дней от работы умах. Мыслями они всё ещё оставались где-то в тёплых кроватях, но понедельник не оставлял выбора.              По коридорам то и дело сновали сотрудники, над головами которых уже на невероятных скоростях летали служебные записки, иногда задевая кого-то из волшебников. Где-то хлопали двери кабинетов, а в лифтах непременно кто-то жаловался на необходимость снова возвращаться к работе.       Что-то временно, что-то ушло, а суета в понедельники вечна…              Утро Гермионы началось с просмотра корреспонденции: придя на работу в очередной раз раньше всех, она перебирала ответы оперативников по запросам, которые отправляла им ранее, раскладывая полученные протоколы и иже с ними по соответствующим им материалам.       Мыслями же она снова и снова возвращалась к событиям пятницы.       Так, первую очередь, она по-прежнему не могла согласиться с выводами Кингсли и Робардса. Интуиция упрямо твердила, что мешочки явно оставили не ради красивой картинки и уж тем более не для того, чтобы запутать следствие. Гермиона была уверена, что они имели какое-то значение либо для самого злодея, либо для того, что он пытался совершить. Но вот какое — она пока не могла ответить.       Во вторую очередь — её беспокоил Малфой. Вернее, не он сам, а его поведение. За все выходные, которые Гермиона, разумеется, почти целиком провела в Министерстве, она так и не смогла найти объяснение его поведению после разговора с Кингсли.       Она слишком хорошо помнила Драко Малфоя со времён Хогвартса. Тот никогда не уходил молча. Он спорил, язвил, огрызался, пытался оставить последнее слово за собой… А тут просто… убежал. Да, она прекрасно знала, кто он такой, и что надеяться на него не стоит, а потому и анализировать его поведение не имеет смысла, и едва ли в его замыслы входит какая-то помощь Гермионе (и знает ли он вообще концепцию помощи?..). Но абстрагироваться от этого она никак не могла. И это раздражало.              Гермиона со злостью перевернула очередной лист. В голове пронеслось: «Если и дальше так пойдёт, скоро я начну анализировать Малфоя чаще, чем материалы расследования…» И она тут же мысленно одёрнула себя.       — Доброе утро!              Гермиона подняла взгляд от документов.              — Привет.              Невилл остановился возле её стола и с лёгкой улыбкой посмотрел на аккуратные стопки.              — Ты опять пришла раньше всех?       — Иначе ничего не успеваю.              Гермиона потёрла глаза и устало откинулась на спинку стула.              — Иногда мне кажется, что Министерство проверяет, сколько человек способен работать без сна…       — Не исключено, — усмехнулся Невилл. — Слушай, ты сегодня сильно занята?       — Зависит от того, что ты задумал.       — Помнишь, Гавейн говорил, что тебя нужно подключить к нескольким нашим расследованиям?              Гермиона кивнула.              — Конечно.       — Так вот… я совершенно забыл ввести тебя в курс дела. Собирался ещё в пятницу, но тебя весь день не было, а потом и вовсе вылетело из головы.              Гермиона отложила документы, которые до этого изучала.              — Рассказывай.              Невилл повернулся к своему столу, немного порылся на нём и достал увесистую папку с документами, которую затем положил перед Гермионой.              — Это тебе для наглядности. Так вот. Началось всё несколько месяцев назад в Шотландии. Нам тогда поступило несколько сообщений о волшебниках, которые внезапно… съехали с катушек.              Гермиона вопросительно подняла бровь.              — В каком смысле?       — В самом буквальном. Кричали бессвязные вещи, бросались на людей, раздирали себе кожу ногтями так, что она просто висела на них ошмётками… Мало того, что это всё само по себе ужасно, так и могло привести к нарушению статута о секретности, потому что жили бок о бок с маглами. Мы еле усмирили эти бедолаг, — Невилл покачал головой. — Сначала решили, что это неизвестное проклятие. А потом выяснилось, что всех пострадавших объединяет один человек — Пол Баллард.              Гермиона уже листала материалы, рассматривая фотографии, с которых на неё безумными глазами таращились изуродованные лица волшебников.              — Его задержали?       — Почти сразу.       — И он признался?              Невилл кивнул.              — Конечно. Ты же знаешь как деликатно ведут беседы наши оперативники… Кого угодно расколят. Так, мистер Баллард поведал нам, что однажды при посещении Лондона прикупил пару невзрачных зачарованный вещичек, которые, как ему обещали, смогут решить все его проблемы одним махом…              Затем Невилл ненадолго замолчал, словно подбирая слова.              — И вот тут у нас возникла проблема… — Невилл сделал паузу, почесал затылок, и с уже с более мрачным видом продолжил: — со слов мистера Балларда, несколько лет назад в одном из пабов он услышал байку, что если у тебя проблемы, произнеси на растущую луну имя Вейра Галлоули, и жди весточку. И только он это произнёс, как мы были удостоены зрелища: Пол начал жутко верещать, пытаясь дотянуться руками до своего рта, и вскоре мы увидели, что у него отчего-то разъедает язык, он начал разлагаться, возникла страшная вонь и вскоре мистер Баллард скончался. Вероятнее всего, это были какие-то защитные чары, которыми наши злоумышленники гарантируют себе возможность оставаться в тайне.              Гермиона с шумом вдохнула. Невилл же продолжил свой рассказ.              — В дальнейшем мы выяснили, что существует некая подпольная группировка, которая зачаровывает по заказу неприметные вещицы, чтобы заказчик потом мог это использовать в своих целях. Это как если бы близнецы Уизли были очень и очень тёмными волшебниками… А недавно появился шанс выйти на одного из посредников. Сегодня он должен встретиться с покупателем в «Дырявом котле». Мы с Дином собирались понаблюдать. А ты, естественно, с нами. Сделаем вид, что у нас просто встреча старых знакомых, замаскируемся…       — Разве нельзя просто применить стандартные маскирующие чары?..       — К сожалению, в этом случае это не работает. Уже пробовали, не прокатило… Вероятно, у наших объектов свои взгляды на таинство встреч, глушащие все чары вокруг… Хотя это странно, учитывая, что они просто могли не назначать встречи в людных местах…              Гермиона задумалась. Она искренне надеялась, что у неё будет только одна таинственная тайна, которую предстоит раскрыть, но, видно, не судьба… С другой стороны, допустила она, возможно, её злодей с мешочками, мог быть связан с этой группировкой, коль уж и в том, и в другом случае используют разнообразные зачарованные артефакты. И мысль уже начала складываться сама собой.              — Невилл…       — М?       — Пострадавшие ещё живы?       — Да, но пожизненно заперты в Мунго, потому что они чертовски не в себе, да и физическое состояние у них просто кошмарное… А что?       — Хотелось бы посмотреть на них.       — Зачем? — удивился Невилл. — Они даже не разговаривают, и едва ли смогут чем-то помочь. Они просто жертвы, которые даже не догадывались ни о чём…       — И всё же.       — Ну как знаешь… — пожал плечами Невилл. — Ладно, где у нас там Дин? Просто безумно опаздывает…              И именно в этот момент дверь отдела распахнулась.              — Простите! — воскликнул Дин, почти подлетая к Гермионе и Невиллу. — Небольшой форс-мажор.       — Что на этот раз? — Невилл посмотрел на него с таким выражением, будто заранее подозревал, что никакой «небольшой» проблемы не существует.       — Долго рассказывать…              Невилл только покачал головой. Гермиона усмехнулась.              — Ладно. У нас осталось минут двадцать до встречи. Если ты готов, можем идти.       — А какой всё же план? — поинтересовалась Гермиона. — Ты сказал о маскировке, но в чём же она будет заключаться? Мы же просто нацепим фальшивые бороды…       — На самом деле, мы так и хотели, — нервно хихикнув, проговорил Невилл. — Но если ты против…       — Я думала, вы планируете Оборотное зелье или хотя бы Зелье старения…       — На самом деле, я не думаю, что нам так уж стоит заморачиваться, — пожал плечами Дин. — Маскирующие чары не действуют, зелья тоже едва ли помогут. Кроме смены одежды у нас и выбора нет. Главное, сидеть тихо, в отдалении, не привлекая внимания, и слушать.       — А если они нас заметят? — поинтересовалась Гермиона.       — Тогда будем импровизировать, — утвердительно кивнул Дин.       — Прекрасный план.       — Спасибо.              К «Дырявому котлу» они добрались без происшествий, предварительно сменив мантии мракоборцев на неприметные дорожные. Невилл всё же нацепил парик и очки. Дин же просто накинул капюшон на голову. Гермиона не придумала ничего лучше, кроме как просто делать вид, что совсем ни при делах, чисто случайно проходила. Времени на подготовку действительно было мало: если бы Невилл хотя бы отправил ей заранее сову с информацией или рассказал всё в тот же день, когда им сообщили, что они будут вместе заниматься этим делом, она бы смогла что-то придумать, а так… Оставалось верить в чудо.              Невилл ещё по дороге успел ввести Гермиону в детали легенды, которую им предстояло использовать в случае необходимости, а Дин несколько раз напомнил, что главное — не торопиться.              — Мы не ловим их за руку, — объяснил он, когда они остановились неподалёку от входа. — Нам нужно понять, кто с кем связан.       — Я поняла с первого раза, Дин!              В «Дырявом котле», несмотря на понедельник, было достаточно людно, чтобы не привлекать внимания, но и достаточно тихо, чтобы можно было наблюдать за посетителями. Они устроились за столиком в стороне от основной толпы. Невилл занял место так, чтобы видеть вход, Дин — так, чтобы контролировать зал, а Гермиона оказалась между ними. Чтобы выглядеть менее подозрительно, они заказали немного еды: пару кусков пирога, жаркое и сливочное пиво.       Оставалось ждать.       Первые десять минут ничего не происходило. Потом пятнадцать. Гермиона уже начала подозревать, что их загадочный посредник решил вовсе не появляться. Но прошло ещё буквально пару минут, как в паб зашёл низенький сгорбленный человек в потрёпанной мантии, лица его не было видно из-за капюшона. Из рукавов виднелись морщинистые руки, которые он нервно потирал, озираясь по сторонам. Сразу было понятно — пытается осторожничать. Но делал это настолько неловко, что привлекал к себе внимание со стороны абсолютно всех посетителей «Дырявого котла». Он подошёл к барной стойке и забрался на стул. Далее к нему приблизился официант, по всей видимости предлагал сделать заказ, на что неизвестный жестом показал ему, что ничего не нужно. Дин, Невилл и Гермиона сосредоточили всё своё внимание на этого человека. В моменте Гермиона осознала, что даже затаила дыхание.       Вдруг, краем глаза девушка заметила какое-то движение в противоположном конце паба, где освещение было совсем плохим. Она ткнула Невилла в бок, и кивнула в ту сторону, где заметила движение. Вскоре они увидели, что оттуда вышел высокий бородатый мужчина, но судя по тому, что иные характеристики его внешности никак не отражались в голове, словно туман или ещё какие помехи, Гермиона сделала вывод, что здесь не обошлось без каких-то чар (и отметила для себя, что надо изучить этот вопрос, потому что ранее она с таким не сталкивалась). Далее мужчина подошёл к первому незнакомцу и опустился на стул рядом с ним. На этом моменте Дин, держа руки под столом, передал Гермионе и Невиллу гибкие трубки телесного цвета, в которых девушка узнала удлинители ушей, одно из изобретений близнецов Уизли.              — Взял на выходных, — шепнул Дин.              Все трое одновременно воткнули в уши трубки, и те сразу принялись двигаться в сторону незнакомцев. Вскоре они услышали разговор:              — Мы просили вас быть более незаметным, сэр, — проговорил, по всей видимости, бородатый, полушепотом, почти шипя от раздражения. — А вместо этого скорее всего породили кучу оснований для разговоров этих недоумков, которые затем перерастут в слухи.       — Прошу прощения, господин, — дрожащим голосом ответил ему собеседник. — Мне впервой подобные встречи…       — Давайте не будем тратить время, мистер…       — Ого, Невилл! Гермиона! — внезапно раздался откуда-то со стороны радостный девичий возглас, перебивая подслушиваемый разговор.              Мысленно выругавшись, Гермиона повернула голову в сторону возгласа и к своему удивлению обнаружила, что его источником является Лаванда Браун, которая быстрым шагом направлялась прямо к их столу. Гермиона узнала её не сразу. Прошло слишком много лет с тех времён, когда они все вместе учились в Хогвартсе. Лаванда изменилась: во-первых, она стала старше, немного осунулась, на смену кудряшкам пришли просто длинные прямые волосы, а также начала носить очки. Но это всё равно была она.       Метнув взгляд в сторону бара, Грейнджер заметила, что их объекты наблюдения расходятся в разные стороны. Рядом с досадой застонал Дин. Невилл же прикрыл глаза и глубоко вдохнул.       Наконец, Лаванд достигла их стола. На лице её была широкая улыбка.              — Совсем не ожидала вас увидеть здесь! — радостно воскликнула она, а затем заметила Дина, который пытался сползти под стол. — О, и ты Дин! Столько лет прошло, как вы?              Несколько человек за соседними столиками обернулись. Дин едва заметно выругался.              — Привет, Лаванда, — пытаясь натянуть на лицо улыбку произнесла Гермиона. Мысленно же ей хотелось направить на бывшую однокурсницу палочку и трансфигурировать её… во что-нибудь.       — Что ты здесь делаешь? — пытаясь добавить голосу будничной вежливости, спросил Невилл.       — О, у меня возникли дела в Косом переулке, заскочила совсем ненадолго, а тут вы…       — И ты не смогла пройти мимо? — осторожно перебил её Дин.       — Ну конечно! Это было бы совершенно невежливо… Я слышала, ты, Гермиона, недавно стала мракоборцем, да? И как тебе? Золотое трио снова в сборе, да? Как там Рон?..              Гермиона не сразу нашлась с ответом. Её распирало от досады, что у них сорвалось наблюдение, и поддерживать диалог с Лавандой, демонстрируя дружелюбие, ей совершенно не хотелось. Это настроение, насколько могла судить девушка, разделяли и её компаньоны.              — Лаванда, у нас у всех всё хорошо, надеюсь, и у тебя тоже, — ответил Дин, избавляя Гермиону от внимания. — Но в данный момент мы немного заняты решением рабочих вопросов. Извини нас…       — А-а, — с грустью протянула Лаванда. — Ну может, как-нибудь в следующий раз…       — Обязательно, — кивнул Невилл.              После этого Лаванда, наконец, оставила их и отправила по своим делам.              — Разорви меня горгулья! — в сердцах выпалил Дин. — Ну как так могло совпасть?! Столько месяцев сбора информации, чтобы в итоге так глупо проспать возможность!..              Пока Дин продолжал сыпать ругательствами, Невилл просто молча сидел, схватившись за голову.              — Ну по крайней мере, мы убедились, что источник, из которого поступила информация о встрече, оказался достоверным, — пожала плечами Гермиона. — И кроме того, я заметила любопытные чары, которые до этого не видела…       — Ты про лицо? — спросил Невилл.       — Да, это очень интересный эффект. Нам бы он очень пригодился для подобных вылазок, — ответила Гермиона. — Может, для него не нужно столько времени, как для оборотного зелья и просьбы к Гарри одолжить мантию-невидимку…       — Да, я уже осознал ошибку… — угрюмо проговорил Невилл. — Надо было лучше подготовиться. Ладно, пойдёмте. Здесь ловить больше нечего.              Вернувшись в Министерство, Гермиона обнаружила у себя на столе служебную записку. Развернув её, она увидела короткое «Зайди», подписанное Малфоем.       

***

      Перелистывая открытый фолиант, Драко Малфой в который раз с раздражением посмотрел на часы. Ещё утром он отправил Грейнджер записку. Короткую, предельно ясную и, как ему казалось, не оставляющую пространства для разночтений: «Зайди». Но та так и не пришла. А время уже перевалило за полдень и близилось к обеду.              Разумеется, у неё могли быть дела. Наверняка очередное расследование, очередной ворох документов и очередная попытка самостоятельно удержать на своих плечах всё Министерство магии. Его это, как он себя убеждал, совершенно не касалось. Но всё равно раздражало.              Все выходные он провёл за изучением старинных изданий, хранившихся в поместье его семьи. Посетил несколько очень старых книжных лавок. И всё для того, чтобы найти информацию о создании чар по принципу, с которым они, гипотетически, столкнулись. Он изучал историю защитных заклинаний, постепенно переходя к проклятиям, ритуалам, амулетам и тем разновидностям колдовства, которые современные волшебники давно сочли слишком примитивными, чтобы тратить на них время. В результате ему удалось найти упоминание неких колдовских бутылочек, и чем больше информации он находил, тем интереснее становилось.              Когда из коридора послышалось цоканье каблуков, Драко замер, прислушиваясь. В этот момент он отметил, что испытывает некое волнение, хотя, казалось бы, из-за чего?.. Затем в дверь раздался стук, после чего её аккуратно приоткрыли. В проёме появилась голова Грейнджер.              — Звал?       — Ты наконец решила удостоить меня своим визитом? — с недовольством произнёс Малфой.       — Я была занята. И, к тому же, не знала, что должна была явиться по первому зову, — хмыкнула Грейнджер и вошла в кабинет, закрыв за собой дверь.       — Судя по всему, мне стоило написать «срочно».       — А это было срочно?              Драко посмотрел на Грейнджер поверх раскрытой книги.              — Да, — сухо ответил он, и повернул книгу к Грейнджер. — Пока ты неизвестно чем занималась, мне удалось найти немного информации.              Грейнджер закатила глаза.              — Во-первых, — начал Драко, — удобнее вести диалог сидя.              Дождавшись, когда Грейнджер с недовольным видом опустится в кресло напротив, он развернул к ней книгу.              — Во-вторых, то, как ты назвала эти штуку, эти мешочки, в нашей литературе не встречаются, потому что являются характерным для африканской школы магии, основанной на Вуду, и как следствие получили большее распространение в Африке, а, ближе к началу семнадцатого столетия, и в Америке, Гаити.       — Получается, это больше как ритуальная магия, ведущая свою историю от первобытных сообществ? — задумчиво произнесла Гермиона. — Но тогда если это затронуло соседние континенты, странно, что это не коснулось Великобритании, с нашей колониальной историей…       — Затронуло, — ухмыльнулся Малфой. — Просто не совсем так: рабов держали маглы, волшебники таким никогда не…       — Да, для этого у вас всегда были несчастные эльфы, — перебила его Гермиона, и скрестила руки на груди.       — Давай без этого, — сурово произнёс Малфой. — Не уходи в сторону. Я хотел сказать, что поскольку рабский труд людей использовали маглы, именно маглы столкнулись с теми способами творения чар, о которых идёт речь. И здесь важен сам предмет, его содержимое, сочетание трав, минералов, иногда личных вещей человека. Считалось, что всё это способно направлять или удерживать определённый вид магического воздействия: защитные чары или проклятия… Но в сообществе маглов адаптировали это для себя, сочтя, в том числе, что будет более элегантным использовать бутылочки, а не мешочки. И так, в разных вариациях, это вошло в вашу историю, а не нашу….       — И конечно, ты сейчас скажешь, что маглы всё это просто присвоили.       — Я собирался сказать, что история несколько сложнее.       — Конечно.       — Грейнджер.       — Что?              Драко вздохнул и провёл рукой по волосам. Ему ужасно надоели эти споры.              — Мы можем сколько угодно мусолить эту тему, но это никак не изменит ничьё прошлое, и по щелчку пальцев изменить настоящее тоже не может. И если ты не заметила, Грейнджер, я помогаю тебе делать твою работу, хотя мог бы просто отойти в сторону. И, если честно, мне бы хотелось хотя бы иногда обсуждать то, что происходит сейчас, а не то, что происходило в Хогвартсе. Тысячу лет назад.              Гермиона не стала ничего отвечать, просто сильнее скрестила руки и отвернулась. Драко внимательно посмотрел на неё, а затем, ведомый несвойственным ему порывом, достал из тумбочки две кружки, которые заполнил бодрящим зельем. Одну из них он придвинул к Грейнджер. Та же, в свою очередь, удивлённо посмотрела и на него, и на кружку.              — Выпей, поможет продержаться, — сказал Драко, и указал на чашку.       — Что это? — спросила Гермиона.       — Бодрящее зелье, — ответил Драко. — Я думал, все мракоборцы с ним знакомы.              Грейнджер осторожно обхватила кружку двумя руками и поднесла к лицу. Медленно вдохнув аромат, она прикрыла глаза.              — Если думаешь, что я задумал тебя отравить, то сильно ошибаешься, — хмуро проговорил Драко, глядя на Грейнджер. — Твоя кончина была бы мне сейчас совершенно невыгодна. Так что пей, оно просто придаст сил и ясности мышлению на какое-то время.              Драко поднял свою кружку и сделал глоток, демонстрируя, что и сам это пьёт, а значит, напиток безопасен.       Грейнджер ещё какое-то время смотрела на него, а потом и сама отпила из кружки.              — Спасибо, — прошептала Гермиона, словно не веря, что говорит Драко именно это слово.              Драко в ответ лишь пожал плечами.              — Думаю, исходя из сведений, напрашивается вывод, что смерти носят ритуальный характер, — задумчиво проговорил Драко. — Надо только выяснить, что за ритуал хотели провести и откуда взяли информацию. Потому что пять одинаковых мешочков на пяти местах преступления — слишком большая закономерность, чтобы считать их случайной деталью. Если преступник использует их как часть ритуала, значит, нам нужно понять, какого именно результата он пытается добиться.       — Учитывая, что Кингсли и Робардс ясно дали понять, чем нам следует заниматься, в рабочее время этим лучше не светиться.       — Согласен, — кивнул Драко. — В свободное от работы время, на нейтральной территории…       — Судя по всему. А в рабочее время, я, пожалуй, займусь допросами окружения жертв, обращусь в Скотленд-Ярд, чтобы организовали мне встречу.       Если мы не можем пока найти общий мотив, возможно, что-то всплывёт в их прошлом.       — Хорошо.              Затем Грейнджер поставила кружку на стол, поднялась и направилась к выходу, демонстрируя, что разговор окончен. Но возле двери она резко повернулась и проговорила:              — И ещё кое-что. Есть одна группировка, которая занимается тем, что на заказ зачаровывает различные предметы так, чтобы потом их можно было использовать, скажем, для устранения конкурентов… И это слишком интересное совпадение, чтобы игнорировать.       — Тогда проверим.       — Ладно, — махнула рукой Грейнджер и вышла из кабинета.              Когда её шаги в коридоре стихли, Драко устало провёл рукой по лицу.              На столе остались раскрытые книги, исписанные пергаменты и две почти пустые кружки.       Он перевёл взгляд на одну из них.       Ещё неделю назад ему бы и в голову не пришло сидеть посреди рабочего дня с Грейнджер и обсуждать дела так, словно они действительно…. команда. И словно её мнение имело для него значение.       С каких пор это вообще стало нормальным?       Они всё так же спорили, пытались «уколоть» друг друга. Грейнджер всё ещё могла вывести его из себя одной фразой, а он, кажется, обладал редким талантом раздражать её одним своим существованием. Но почему-то в последнее время они всё чаще начали приходить к совместным решениям.              Драко нахмурился.              Когда именно противостояние превратилось в работу? И, что было ещё важнее, когда именно эта работа перестала ощущаться вынужденной?       Если бы кто-нибудь сказал ему об этом несколько месяцев назад, он бы рассмеялся. Теперь же это почему-то казалось совершенно естественным.