Глава 4. Алая правда.

И почему я не допросил его раньше? Нуари.

Это утро началось непристойно рано и суетно. Нуари не терпелось услышать о результатах работы своих детективов, а им в свою очередь – отчитаться и пойти спать. Так что, едва на улицах начало сереть в преддверии утра, дом шены Торхейс заполнился людьми. Нуари сидел в своём любимом кресле и выслушивал доклады, попутно вычерчивая понятную лишь ему одному схему в тетради. Его людям удалось восстановить ход событий прошлого утра почти по секундам, отметить на карте каждую из точек, где полицейские замечали Крайса, начертить маршрут. Лишь в одном месте прочерченная ими чёткая линия прерывалась. – Здесь инспектора Крайса видели последний раз перед исчезновением, – прокомментировал эту странность шена Элафир. Он указал на карте нужную точку, соединил её с предыдущей. – После этого достаточно длительное время никому из полицейских не удавалось его обнаружить, несмотря на все приложенные усилия. Вновь инспектора Крайса заметили уже вот здесь, у самых доков. Нуари мрачно кивнул. Он обратил внимание ещё на две странности, которые не давали ему покоя. Первая – непонятная задержка, не очень долгая и, казалось бы, не представляющая интереса. Однако после неё Крайс уверенно направился к его дому, как будто кто-то объяснил ему дорогу. Сам беглый инспектор никогда прежде не бывал у шены Торхейс и место его расположения не знал. Но у кого он мог спросить, будучи преступником, за которым охотились все инспектора Неба? И кто ему мог помочь? Вторая странность, которая неимоверно раздражала Нуари – это то, что направился Крайс именно к нему. Единственная причина, по которой он мог так поступить – невиновность и неспособность её доказать, а Нуари мог провести объективное расследование, хотя бы в память о Калии. По крайней мере, других инспекторов Неба Крайс не знал, больше обратиться за помощью ему было не к кому. В этом случае дело приобретало крайне мерзкий оттенок, ведь получалось, что действия полиции Неба привели к гибели невиновного. Но, что бы ни планировал Крайс, ему это не удалось. Его вынудили отклониться от выбранного маршрута и загнали в доки, а там и в корабль. – Чтобы преодолеть расстояние между этими двумя точками, он должен был затратить значительно меньше времени и неизбежно оказался бы замечен несколькими полицейскими. Какой бы маршрут он ни избрал, избежать этого было невозможно, – заключил Элафир. Нуари кивнул, всё так же погружённый в свои невесёлые мысли. Чем больше он узнавал, тем меньше ему всё это нравилось. – Расскажи подробнее о том месте, где его обнаружили после исчезновения, – Нуари отложил тетрадь и встал, чтобы изучить карту Неба, разложенную на столе и исчерканную ломаной линией. В самом конце этой линии красовался раздражающий разрыв. – Эта территория в большей мере уже принадлежит докам, – ответил шена Тайэн. Он обвёл пальцем скопление серых прямоугольников, возле одного из которых стояла жирная точка. – Это склады, вынесенные за пределы доков. Они используются для длительного хранения продукции или для крупных поставок. Часть складов обычно пустует в ожидании груза, либо за ненадобностью. – Надо осмотреть склады. Видимо, именно там он провёл всё то время, что его не могли обнаружить полицейские, – заключил Нуари. Оставалось непонятным только одно – как он вообще смог попасть туда незамеченным. Нуари взял с собой всего пять человек и поручил Тайэну получить у распорядителя доков список незанятых складов. Поиски он решил начать с той точки, где Крайс был обнаружен впервые после исчезновения. Рядом с доками тогда было множество полицейских, вряд ли он смог пройти большое расстояние незамеченным. Значит, нужное им место было где-то неподалёку. Вскоре вернулся Тайэн со списком незанятых складов. Оказалось, что где-то половина ближайших однотипных коробок пустовала. Нуари велел своим людям разойтись и осмотреть склады. Надо было найти тот, который недавно вскрывали. Сам же он занялся складами, которые числились занятыми. Проще всего было спрятать что-то или кого-то там, где его заведомо искать не будут. Два склада он отмёл сразу – их загрузили только этой ночью. Остальные Нуари решил проверить вместе с Карлой. На пяти складах стояла пометка о длительных сроках хранения, их не должны были открывать ещё очень долго. Их-то он и решил осмотреть более тщательно. Повезло Нуари только с четвёртым. Замок на нём был недавно открыт и закрыт повторно, причём весьма небрежно, явно в спешке. У этого могли быть и вполне невинные причины, вроде обычной проверки состояния товара, но Нуари решил удостовериться. Он подозвал к себе Элафира, обладавшего Даром Воздыхания. Детектив сразу же подошёл и остановился у двери склада, ожидая дальнейших приказаний. Свой Дар Элафир почти не развивал, да и проявлен он был довольно слабо, но Нуари знал, как и где можно применить его с пользой. Обычно он делал это как раз в таких случаях. Прежде чем входить на чужую территорию без разрешения на расследование и ведома хозяина, надо было убедиться, что риск оправдан. Элафир пробудил свой Дар и замер, прислушиваясь. Тонкая струйка воздуха проникла под дверь, заскользила по полу, изучая и ощупывая его. Какое-то время детектив стоял, сосредоточившись на своих ощущениях. Далеко не каждый одарённый мог чувствовать то, что происходило с проявлением его Дара – на тактильном или ином уровне. От чего зависела эта способность, никто не знал – точно не от силы Дара. Так или иначе, у Элафира она была. – Там практически пусто, – медленно, тягуче выговаривая слова, произнёс, наконец, Элафир. Ему всегда было трудно приходить в себя после подобного использования Дара. – Мусор на полу и несколько ящиков у стен, поддерживающие колонны, которых нет в типовой постройке склада. – Тогда заходим, – хищно улыбнулся Нуари. По спискам склад числился забитым под самую крышу, на деле же пустовал. Это был отличный повод для внезапного визита. – Карла, созови остальных. Вскрыть такой замок, имея под рукой силы нескольких боевых Даров – дело несложное. Нуари первым шагнул в бесшумно открывшуюся дверь. Если бы склад действительно был заперт всё то время, какое было указано в документах, петли бы точно заскрипели. В падающей из открытой двери полосе света заплясали пылинки. – Рассредоточиться. Ищем улики, – отдал приказ Нуари. Улик хватало с избытком. Детективы обнаружили на полу склада подозрительные бурые пятна, расположенные полукругом в центре помещения, и свисающие с опорных столбов цепи. А потом Тайэн нашёл под ящиками браслет подавления – широкую полоску стали с особыми свойствами, блокирующими любой Дар. Такими обычно пользовались полицейские при задержании одарённых преступников. Обычным людям достать их было практически невозможно. Браслет был разрезан на две части. На ободе его виднелись крошечные тёмные пятнышки, в припаянном сбоку кольце – обрывки толстого кожаного ремня. – Что же могло разрезать его с такой лёгкостью? – удивлённо спросил Клейвил, крутя в руках браслет. – Здесь ещё похожий след! – Элафир махнул рукой, привлекая внимание. На одном из ящиков виднелся такой же – тонкий и чистый – разрез. – Шена Клейвил, возьми браслет и доску из ящика с разрезом и отнеси шенай Эстемай. Возможно, она сможет что-то определить, – Нуари отослал одного из своих подчинённых и продолжил осмотр. – Нуари, – Карла подошла, дождавшись, когда он останется один. – Ты ведь что-то понял! – Браслет был на руке Крайса, и он разрезал его Даром, – хмуро ответил Нуари. Вся это ситуация была ему отвратительна. Из всех этих улик можно было сделать слишком уж далеко идущие выводы. – Невозможно использовать Дар в подавителях, – возразила Карла. Она пыталась найти более логичное объяснение, но пока ничего другого ей на ум не приходило. – Он уже один раз применил Разрезание под действием Бесцветного Дара, – Нуари был уверен в своих выводах. – Пятна располагаются по довольно широкой окружности. Если это кровь, она не может принадлежать одному человеку. Здесь их было не меньше десятка. Кроме того, круг разорван в одном месте. Кого-то одного Крайс трогать не стал. На полу возле пятен есть узкие прорези, такие вполне мог оставить его Дар. – Думаешь, он атаковал тех, кто стоял вокруг него, находясь при этом в центре круга? – Карла закусила костяшку указательного пальца. Выходит, Крайса похитили и привезли сюда в экипаже. Но зачем? – И Крайс был в браслетах, соединённых толстыми ремнями с теми кольцами в столбах, – закончил Нуари безрадостную картину. – Кто бы ни были эти люди, они явно не были ему друзьями, раз он так отчаянно старался покинуть их общество. Вскоре Элафир нашёл ещё одну улику – на полу у стены были видны вмятины и бороздки, как будто там стоял некий тяжёлый предмет, который потом в спешке оттуда утаскивали. Рядом с этими следами обнаружились такие же бурые пятна, как и в центре склада, только меньшие по размеру. Нуари велел собрать образцы и отправить шенай Эстемай. – Кажется, тут было какое-то оборудование, которое потом спешно отсюда унесли, – сказал он, ни к кому не обращаясь. – Опечатать склад и прислать сюда моих лучших детективов, пусть всё обыщут и перевернут. Важна любая мелочь! – Шена, простите! – Нуари резко развернулся на каблуках. Тайэн редко позволял своему голосу звучать настолько беспомощно. У взломанной ими и беспечно оставленной без присмотра двери стоял человек. От него словно исходило ощущение угрозы, из пол чёрного длинного плаща сочилась тьма. Нуари не любил Дознавателей, хоть ему и приходилось с ними часто сталкиваться по работе. Они никому не подчинялись, кроме собственного кодекса, но сами имели право вмешиваться во что угодно. Дознаватель поправил манжет своей рубашки и прошёл в самый центр склада, туда, где стоял Нуари. Он полностью игнорировал всех остальных детективов, словно их здесь и не было. Нуари досадливо поморщился. Дознаватель вряд ли пришёл ради простой и приятной беседы. Добра от них никто и никогда не ждал. – Шена Нуари Чийал Торхейс, – коротко поприветствовал его Дознаватель. Сам он представляться не стал. Нуари вообще не был уверен, что у них есть имена – он не знал ни одного. – Я желаю осмотреть это место. Покиньте его. – Я первый его нашёл, – упрямо поджал губы Нуари. Пусть и прозвучало это по-детски, но он имел право на расследование. По крайней мере, не меньше Дознавателя. – И мои люди здесь уже работают. – Я понимаю. Вы делаете свою работу. Однако это место интересно и нам. Я прошу содействия. Освободите помещение на час, потом можете продолжить, – пошёл на компромисс Дознаватель. – Здесь Дознавателю нечего искать. Тут нет виновных, – Нуари не собирался отступать так просто. Какое дело может быть у Дознавателей здесь? Что вообще могло привести сюда одного из них? – Но если желаете, можете потом запросить копию протокола осмотра этого места. – Я сам его осмотрю, – вежливо отклонил его предложение Дознаватель. Нуари и сам знал, что не сможет долго противиться его воле. – У Дознавателей свои методы изыскания правды, недоступные иным людям. – Ладно. У вас час, – нехотя согласился Нуари. Этот бой был проигран с самого начала, он сопротивлялся лишь из упрямства. Дознаватель вежливо кивнул, хотя благодарности в этом жесте было пренебрежительно мало. Для него было важно попасть на склад именно сейчас, поэтому ему и пришлось пойти на уступки и ограничить время своего пребывания часом. Если бы Дознаватель потребовал полный доступ, инспектор по особым поручениям, скорее всего, запросил бы подтверждение его полномочий у своего начальства. И, конечно, получил бы его, но лишь через пол дня, не меньше. Кроме того, об интересе Дознавателей к этому расследованию узнало бы слишком много людей. Подобная осторожность и спешка были весьма подозрительны, но Нуари лишь махнул рукой своим людям и велел уходить. Дознавателям не отказывали, тем более, в таких мелочах. Всё, что здесь произошло, произошло уже давно. Самую ценную улику Нуари успел отослать к шенай Эстемай. Сейчас разумнее было отступить, а потом вернуться и продолжить. – Элафир, возьми детективов, сколько потребуется, и возвращайся сюда по истечении часа, осмотри здесь всё, – велел Нуари, когда они отошли от склада. Оставлять улики на изучение и поругание Дознавателю не хотелось, но выбора не было. – Сейчас я беру Карлу и иду в доки. Потом к шене Аштарет. Как закончишь здесь, возьмёшь несколько человек и придёшь к нему. Пора сменить охрану у его дома. – Слушаюсь, – Элафир коротко кивнул, выслушав приказ. – Тайэн, бери остальных и иди на место убийства шены Дэфретт. Осмотри там всё. Не думаю, что что-то осталось, но преступник небрежен в деталях. Нам может повезти, – продолжил Нуари. – Если найдёшь свидетелей, опроси их, только предельно вежливо. Но не слишком усердствуй в поиске. Тайэн кивнул и махнул оставшимся двум детективам. Нуари некоторое время молчал, задумавшись, а потом повернулся к Карле. Она смотрела на него серьёзно, как-то непривычно неодобрительно. Нуари тряхнул головой, взъерошил волосы, и прошёлся по ним рукой, приводя в ещё больший беспорядок. – Всё это походит на самую мерзкую строку в списке моих обязанностей, Карла. – Нуари злился теперь уже на самого себя. Как он мог быть так слеп? Как не понял раньше? Как упустил? И почему не пожелал поверить? – Кажется, мы нашли следы заговора на Небе. Пока ещё не могу сказать, в чём именно он заключается, но обязательно выясню. Карла кивнула, она не стала ни возражать, ни подтверждать его опасения. А это значило – она и сама пришла к подобным выводам. И если бы Нуари сообразил раньше, инспектора Крайса можно было бы спасти. Но тот погиб лишь потому, что хорошо выполнил порученную Элиасом работу. До доков они шли в молчании, не удовлетворённые собственной интуицией и злые на свою глупость. Карла корила себя за то, что допустила подобный промах своего командира, хотя должна была быть его советником. А Нуари думал, что ему предпринять дальше. Он не сомневался, что сумеет поймать мерзавцев, осквернивших Небо своими преступлениями, вопрос был лишь во времени. В здании администрации доков Нуари затребовал себе бумагу, перо и свободный стол. Получив желаемое, он принялся быстро писать, составляя что-то вроде отчёта о проделанной работе со своими комментариями. Читавшая из-за его плеча Карла сразу же убедилась, что этот отчёт не предназначен для кого-то с Неба. Грубые слова, которые её начальник позволял себе запечатлеть на бумаге, были просто недопустимы. Потом Нуари выяснил, какой из кораблей отправляется на Дно. Остановившись у матово блестящей громадины, он некоторое время просто смотрел на неё. Одно из величайших порождений Механизмов, сам по себе тоже Механизм, корабль был ужасающ и прекрасен одновременно. Всё в нём потрясало воображение: и тёмно-стальное покрытие, отшлифованное морем до блеска, и изогнутые обтекаемые формы, и толстая броня, которую невозможно было пробить. Нуари ждал того, кто мог не только сдвинуть с места этот колосс, но и провести его через неведомое к цели. Водитель подошёл, как всегда, бесшумно, замер, нависнув над плечом и сложив у живота долгопалые руки. Нуари позволил себе заметить его не сразу. Потом повернулся, ожидаемо встретил взгляд его неестественно синих глаз. – Вот, возьми, – Нуари протянул ему сложенный вчетверо листок со своим отчётом и добавил сверху тяжёлую монету из сиренево поблёскивающего металла. На такую где-нибудь в Среднем городе можно было хорошо жить как минимум пару месяцев. – На Дне передай её кому-нибудь из Гильдии. Скажи, это для Кою. Пусть доставят ему немедленно. – Я сделаю, – бесцветно прошелестел водитель корабля. Иных гарантий не требовалось, они никогда не обманывали. – От Кою никаких вестей не было? – То, что было известно одному водителю кораблей, было известно всем. К тому же, Нуари вряд ли смог бы различить их в лицо, поэтому спросил у первого попавшегося. – Не было, – ответил водитель уверенно, почти снисходительно. Эта их вечная вежливость должна была либо раздражать, либо казаться чем-то само собой разумеющимся для них как для низших существ. Но Нуари она пугала. – Если он что-то передаст, сразу же отправляй посыльного ко мне. В дом Торхейс, – пояснил Нуари. Эту же просьбу вскоре получат и остальные водители, и ему даже не придётся для этого ничего делать. Таково было их неписаное правило. Водитель поклонился всем телом и отошёл, почувствовав, что он больше не нужен. Чутьё тех, кто управлял кораблями, всегда было за гранью понимания. Нуари непроизвольно вздрогнул. Ему всегда казалось, что эти странные люди знали и видели гораздо больше, чем остальные, просто не считали нужным рассказывать. А ещё они всегда честно отвечали на вопросы, надо было только знать, что спрашивать. – Почему ты передал Главе Гильдии всю информацию? – спросила Карла, когда они шли к воротам доков. Там их уже ждал вызванный заранее экипаж. – Разве ты не хочешь опередить его? – Конечно, хочу. Но сейчас результат важнее первенства, – нехотя ответил Нуари. Конечно же, он не собирался уступать Главе Гильдии, и уже добился некоторых у успехов. Но до конца было ещё очень далеко. – И важнее гордости. Я сделаю всё, чтобы раскрыть это дело раньше Кою, но приму любую помощь. Карла удовлетворённо кивнула. Вмешательство Главы Гильдии в поиски сестры шены Аштарет полгода назад сильно разозлило Нуари. Особенно потому, что в итоге инспектор Крайс нашёл убийцу не без помощи Кою. Кажется, Нуари решил обыграть Главу Гильдии, при этом выполнив условия о полном сотрудничестве. Карла сомневалась, что это будет так просто, но всё же верила в таланты своего командира больше, чем в хитрость и способности самого опасного человека Дна. Экипаж ехал по булыжной мостовой Неба, плавно покачиваясь и притормаживая на поворотах. Нуари сидел, скрестив руки на груди и хмуро разглядывая выбитый на спинке противоположного сиденья узор. Найденный ими склад был в перспективе очень ценной, но сейчас совершенно бесполезной уликой. Зато ей, в случае необходимости, можно будет откупиться от шены Милена. Нуари отпустил экипаж, он не знал, сколько времени проведёт у Элиаса, и тем более не мог предположить, куда отправится потом. Едва Нуари ступил на дорожку, ведущую от ворот через запущенный сад к дому, из-за ближайшего дерева бесшумно появился один из его детективов. – Шена Торхейс, на доверенном мне участке было тихо, – доложил он, неодобрительно глядя на постоянно открытые ворота. – Лишь единожды я заметил незнакомого человека. Рассмотреть его не удалось, как и выяснить, с какой целью он приходил и почему ушёл так поспешно. – Хорошо. Продолжайте наблюдение, вас скоро сменят, – распорядился Нуари. Человек, значит? Это вполне мог быть кто-то безобидный, вроде поклонника одной из служанок или даже самой шенай Аштарет. Или же подосланный убийца. Управляющий встретил шену Торхейс в холле, как всегда, приторно вежливый и угодливый. Нуари не удостоил его взглядом и прошёл внутрь. Ему этот человек никогда не нравился, но его выбирал отец Элиаса, как и часть прислуги, когда тот только начал жить самостоятельно. Естественно, Нуари сразу же проверил, не шпионит ли управляющий за его другом. Тот не следил, просто был премерзкой личностью с отличными рекомендациями. У первой же служанки Нуари выяснил, что Элиас сейчас работает в кабинете. Это была большая, заставленная книжными шкафами комната на втором этаже, раньше его друг ходил туда, только чтобы развеяться и почитать в тишине. Поднимаясь по лестнице, Нуари ругал себя за невнимательность. Сейчас же идут заседания! Конечно же, большую часть дня Элиас проводит в Совете, и Нуари стоило заранее выяснить, дома ли его друг. Но он был так рад избавлению от необходимости присутствовать на занудных прениях в Совете, что просто выбросил факт их существования из головы. Сейчас, видимо, был перерыв, и Элиас готовился к очередному этапу борьбы. Его выступления в Совете часто вызывали сильный резонанс. Юный Аштарет редко признавал поражение в дебатах и всегда старался найти вариант, который устроил бы всех. Нуари одновременно и гордился другом, и боялся за него. Петли на дверях, ведущих в кабинет, были хорошо смазаны, чтобы ничто не отвлекало хозяина дома от работы. Элиас сидел за тяжёлым резным столом, заваленным бумагами и книгами. Больше было, разве что, на столе Крайса в управлении полиции. Некоторое время Нуари молча любовался своим другом, сосредоточенно что-то выписывающим из старинной и ветхой на вид книги. – Не хочешь сделать перерыв, Элиас? – мягко улыбнулся Нуари. Даже вступив в Совет, его друг не утратил своей чистоты и тяги к справедливости. И остался таким же светлым и слегка наивным, как и прежде. – Нуари! – Элиас радостно улыбнулся, вскочил из-за стола и бросился к другу. Хоть они и виделись только вчера, он успел соскучиться, а предложение прерваться прозвучало слишком соблазнительно. Элиас был благодарен Нуари за возможность хоть ненадолго прервать свою работу. – Есть какие-нибудь новости? – Могу я увидеть твою достопочтенную тётушку? У меня есть к ней одна просьба, – отстранил его Нуари. – Думаю, упрошу её уделить тебе время, – Элиас лукаво улыбнулся. А увидев удивлённый взгляд Нуари, едва не рассмеялся. – Она сейчас очень занята. Те кружева, что я привёз со Дна, оказались весьма популярны. Но лишь она одна знает, как и где их можно добыть, и никому не открывает этой тайны. – Рад, что у неё всё ладится, – кивнул Нуари. Полгода назад шенай Аштарет получила в подарок от Элиаса прекрасные украшенные слюдой кружева. Она разыскала женщину, которая их плела, и теперь время от времени встречалась с её дочерью и забирала очередную партию. Платила шенай Фария весьма щедро, особенно для Дна. Ведь мастерица жила именно там, а осколки слюды собирала в горах шлака недалеко от дома. Сейчас шенай Аштарет была желанной гостьей во многих домах Неба и вела светскую жизнь, которой прежде избегала. Благодаря тщательно хранимой тайне она не только сумела ввести эти кружева в моду, но и приобрести множество полезных знакомств. Товар шенай Аштарет был крайне дефицитен, ведь повторить плетение на Небе так никому и не удалось, и мастерица была всего одна на весь город. Элиас попросил служанку накрыть чай в гостиной и пригласить шенай Аштарет. Он уже порядком утомился и давно мечтал об отдыхе, тётушке Фарии тоже порой полезно было отвлечься от своих интриг. Служанка едва успела разлить чай и расставить на столике вазочки с печеньем и пирожными, когда шенай Аштарет вошла в гостиную. Она была одета в домашнее платье, но волосы были уложены в причёску, более подобающую для улицы. Поприветствовав Нуари, она уселась в одно из кресел и начала придирчиво осматривать вазочку с пирожными в поисках своих любимых лимонных. – Я так рада видеть вас, шена Торхейс! Мне бы хотелось, чтобы вы чаще навещали моего дорогого племянника. Он совершенно не бережёт себя, – Фария начала с обычной светской вежливости. Привычные фразы, над которыми нет нужды думать, давали время разобраться в причинах визита и подготовить подобающие ответы. – Но вы пришли к нам не только ради этих милых миндальных пирожных, я права? – Нуари, ты обещал мне всё рассказать! – требовательно добавил Элиас. Ему едва хватило выдержки дождаться тётушки и не завалить друга вопросами. – Пока нового мало. И мне будет нужна ваша помощь, шенай Аштарет, – сразу перешёл к делу Нуари. Именно из-за этого он и пришёл к своему другу. – Какого рода помощь? – вскинула бровь Фария. Неужели шена Торхейс решил воспользоваться её свежеприобретёнными знакомствами? – Что ты нашёл, Нуари? – не унимался Элиас. Раз его друг пришёл к нему, да ещё и с просьбой, значит, что-то ему выяснить всё же удалось. – Пустой склад со следами крови и разрезанным наручником-подавителем, – со вздохом ответил Нуари. Обычным гражданским он не имел права рассказывать о ходе расследования, тем более, просить их о помощи. – Судя по всему, на полпути к докам инспектор Крайс был похищен. Причина мне не ясна, но полицейские видели его как раз недалеко от этого склада. – Его хотели убить? – в ужасе прижал руку ко рту Элиас. Конечно, он пережил уже многое и видел достаточно, его и самого пытались убить. Однако мысль о том, что кто-то мог поднять руку на беспомощного и, возможно, бесчувственного человека без всякой причины, вызывала в нём отторжение. – Хотели бы просто убить, не стали бы устраивать погоню, – хмуро ответил Нуари. Он почти уже уверился в невиновности Крайса, но с каждым новым фактом дело становилось всё более запутанным. С одной стороны, это говорило в пользу бывшего инспектора, с другой – неимоверно раздражало Нуари. – А убили бы на месте при попытке к бегству. Он нужен был им живым, но я не знаю, зачем. – И для чего же вам я, старший инспектор? – лукаво улыбнулась шенай Фария. Конечно же, она уже обо всём догадалась. – По-видимому, на том складе произошло столкновение. И, судя по найденным там следам, бывший инспектор Крайс использовал свой Дар, – сказал Нуари. Почему-то, ему очень не хотелось всё это рассказывать. Словно его слова могли опорочить светлый образ, сложившийся в голове Элиаса и имеющий весьма слабое отношение к настоящему Крайсу. – В целях обороны и защиты своей жизни, – пояснила молчавшая до того момента Карла. Её слова прозвучали так, словно она составляла протокол. – И не стоит забывать, что на тот момент он уже считался преступником и убийцей. – Он атаковал похитивших его людей и, видимо, ранил достаточно сильно, чтобы они не смогли его остановить, – добавил Нуари, с неодобрением глядя на Карлу. Зачем она это сказала? Элиасу вовсе нет необходимости знать такие подробности, в виновность Крайса он и так никогда не поверит. Да и чем бы всё ни кончилось, шена Аштарет здесь – сторонний человек. – Вы хотите, чтобы я, как и в прошлый раз, разузнала, кто из Благороднорождённых болен? – ласково улыбнулась Фария. Ей и самой было интересно, кто ещё оказался столь неразумен и разозлил шену Торхейс. – Да, именно этого я и хочу. И было бы прекрасно, если бы вам удалось раздобыть какие-либо сплетни о шене Кашане Эстави Дэфретт, – хищно улыбнулся Нуари. Сейчас это было не к спеху, он и сам собирался навести справки о жертве чуть позже. Должен же был шена Дэфретт как-то быть связан со своим убийцей! Кем бы тот ни был. И должна была существовать причина, по которой он вызвал на Небо Крайса. – Что ж, если не возражаете, я покину вас, – шенай Фария встала, расправив складки на юбке. – У меня назначена встреча с моей милой Кимой. Я сделаю то, что вы просите, шена Торхейс. Кстати, а вы знали, что эти кружева копируют ловчую сеть какой-то породы пауков Дна? Забавно. – Благодарю, – искренне ответил Нуари, вставая. Она специально назвала его шеной, а не инспектором, понимая, что это частная просьба. – И впрямь, забавно. – Нуари, что ещё? – нетерпеливо обратился к нему Элиас, как только тётушка Фария вышла из комнаты. – Я чувствую, что тебя что-то тревожит. – Я опасаюсь, что всё это может быть напрямую связано с делом полугодовой давности, – Нуари напряжённо выдохнул. Неприятно было признавать собственные ошибки, особенно перед Элиасом. – Инспектор Крайс предупреждал нас тогда, что тот случай может быть частью чего-то большего, а я не придал этому значения. Понимаешь, то дело – единственное, что связывало Крайса с Небом. – Но Дознаватели бы знали. Они допрашивали шену Эшбетт, – беспомощно посмотрел на друга Элиас. – Они могли просто не задать ему нужных вопросов, – жёстко ответил Нуари. Они спрашивали про малышку Калию, про смену Дара, про покушение на Элиаса. Им и в голову прийти не могло, что Эшбетт – лишь вершина навозной кучи. – И что же теперь? – Элиас растерянно посмотрел на своего друга. Он давно утратил свою неколебимую веру в то, что с ним не может произойти ничего дурного, но всё равно оказался не готов к очередному удару. – Поэтому ты оставил своих людей у моего дома? – Они охраняют тебя. И отпугивают любопытных. Мне так спокойнее, – честно ответил Нуари. Ему не хотелось постоянно бояться за своего друга. – Если преступники решили убить инспектора Крайса из-за того расследования, мы вполне можем оказаться их следующими жертвами. – Понимаю, – обречённо опустил голову Элиас. – Только обещай мне, что будешь приходить и всё рассказывать. Я хочу знать, что происходит. Каким бы странным оно ни было. Или каким бы страшным. Нуари серьёзно кивнул. Его друг действительно стал сильнее и взрослее. Элиас был готов принять не только ответственность, но и опасность. И помог ему пробудиться не он, и не он провёл его впервые по тёмным тропам этого мира. Нуари одёрнул себя, поймав обеспокоенный взгляд Карлы. Ревновать к мертвецу было недостойно Благороднорождённого. Элиас проводил его до дверей, а потом вернулся в свой кабинет. Нуари же направился домой. Там его ждали отчёты и доклады, новая информация и, возможно, какие-нибудь зацепки. К тому же, он успел проголодаться, а на пустой желудок контролировать Дар было сложнее. Группы, отправленные Нуари для поиска улик, возвращались одна за другой, и все без утешительных новостей. На месте убийства ничего обнаружить не удалось, свидетелей тоже не было. Немного больше принесли детективы, которых шена Торхейс отправил в морг, шенай Эстемай подтвердила, что на браслете и куске дерева были следы Дара Разрезания. Значит, Крайс действительно был там и действительно сражался. Никто другой это быть просто не мог. Нуари знал всех обладателей этого Дара, проживающих на Небе – не считая Дознавателей – и мог с определённой уверенностью сказать, где каждый из них был во время облавы. Большая часть заседала в Совете, остальные же были дома по той или иной причине. Немного удалось выяснить и про саму жертву – шену Кашана Эстави Дэфретт. Он был членом Совета, крайне консервативным, к управлению Механизмом допущен был его родной брат. Не столь давно шена Дэфретт объявил о помолвке с весьма достойной девушкой, на руку которой больше никто не претендовал, обе семьи остались довольны союзом. Ни у кого не было никаких явных причин убивать его, и никто не желал ему смерти. У жертвы не было врагов или недоброжелателей. Разве что, в Совете он мог с кем-то повздорить, но не настолько, чтобы за это убить. Совет сам по себе весьма консервативен, у шены Дэфретт было больше союзников, чем противников. И это несмотря на его слишком резкий характер. Нуари сдавленно выругался, едва сдержав свой гнев и желание запустить бокалом в камин. Был среди его знакомых один человек, выступавший против консерваторов и ратовавший за изменения не только на Небе, но и во всём городе, на всех его уровнях. И этот человек был очень хорошо знаком с официальным убийцей, бывшим инспектором полиции Земли Крайсом. Если только у них хватит наглости обвинить Элиаса!.. Позже остальных явились детективы, которых Нуари оставлял рядом со складами. Они изучили всё более тщательно, но ничего нового так и не нашли. Шенай Эстемай подтвердила, что бурые пятна – это человеческая кровь. Впрочем, всё это Нуари подозревал и раньше. Единственная удача – обрывок одежды, зацепившийся за крюк, торчавший из опорной колонны. Нуари тут же отправил одного из самых отдохнувших своих детективов в ближайшие швейные мастерские искать подобную ткань. Кроме того, не похоже было, чтобы Дознаватель что-то вынес или уничтожил. Он провёл на складе даже меньше обещанного часа и, закончив, сразу же ушёл, не обмолвившись даже словом. Кажется, избавиться от большей части следов постарались сами преступники. После всех этих докладов Нуари хотелось только зарыться головой в подушки и больше ни с кем не разговаривать до конца дня. И ещё, он очень надеялся, что не ошибся. В то, что шену Дэфретт убил Элиас, он, конечно, не верил, но Крайсу тоже не доверял. И понятия не имел, чем тот занимался последние полгода. А вот связь чёрного инспектора с Гильдией казалась более чем подозрительной. Оставив Карлу разбираться с деловыми и личными связями жертвы, Нуари, к её неудовольствию, взяв с собой лишь нескольких своих детективов, отправился на Землю. Самого шену Эшбетт уже ни о чём расспросить было нельзя, но его подчинённые, пусть и изгнанные с Неба, были живы. Вначале Нуари навестил его детей. Но шена и шенай Эшбетт приняли его не слишком приветливо и на вопросы отвечали сухо. Они ничего не знали ни о замыслах отца, ни о его знакомствах. Шена и шенай Эшбетт почти не поддерживали связь со своими родителями после того, как начали жить отдельно. Они не отказались отвечать на вопросы, но Нуари чувствовал – оба были злы на полицию и Дознавателей уже за то, что те без каких-либо причин сломали им жизнь. Их единственным прегрешением было родство с шеной Астарием Фармойей Эшбетт. Нуари расспрашивал брата и сестру лишь для того, чтобы окончательно убедиться в их полной невиновности и больше не тревожить. – Кажется, это с самого начала не имело смысла, – сказал Нуари со смесью усталости и удовлетворённости. – Теперь нам стоит обратиться к кому-то, кто сможет ответить на мои вопросы. Ближе всего к дому шены и шенай Эшбетт сейчас на Земле жил шена Ленар Займир Шеях, вассал шены Астария Эшбетт. На допросах полгода назад он держался достойно, но достаточно скрытно. Отвечал лишь на те вопросы, которые ему задавались. Он знал обо всём, что совершал и только планировал совершить шена Эшбетт, но не воспротивился и не донёс, поскольку был верен своей вассальной клятве. Правосудие было к нему милосердно, ибо иных прегрешений за ним не числилось. Нуари надеялся, что шена Шеях не станет слишком уж усердно хранить верность шене Эшбетт после его смерти. В конце концов, от вассальной клятвы его освободили. Дом, в котором ныне проживал шена Шеях, находился в тихом месте рядом с одним из городских парков. Небольшой, но уютный, прячущийся в тени высоких деревьев, он был вполне приемлемым пристанищем для низвергнутого с Неба Благороднорождённого. Нуари остановился у кованых ворот ограды и, дёрнув створку, с удивлением потянулся к дверному молотку, висевшему рядом со специальной пластинкой. В Верхнем городе запирались редко, тем более, этот район Земли был тихим и спокойным. На стук вскоре вышёл один из слуг шены Шеях – высокий, мускулистый молодой мужчина с простым грубоватым лицом. Он окинул посетителей подозрительным взглядом. – Кто вы такие? – Нуари удивлённо посмотрел на мужчину, а потом слегка перестроил зрение. Как он и думал, вокруг того виднелась лёгкая, едва заметная дымка – всего лишь видящий. Значит, шена Шеях взял себе в охранники кого-то из Среднего города. Неплохой выбор. – Моё имя – Нуари Чийал Торхейс, я старший инспектор Неба по особым поручениям, – не скрывая самодовольства, ответил Нуари. Однако на лице охранника, вопреки ожиданиям отразился не страх, а настороженное опасение. – И я желаю побеседовать с твоим хозяином. – Я скажу ему, ждите здесь, – ответил видящий, снова запер ворота и ушёл в дом. Не прошло и десяти минут, как дверь вновь открылась, и к воротам вышел молодой одарённый шена Ленар Шеях в сопровождении своего верного слуги. Одет он был как обычный житель Земли и сейчас мало походил на того, кто ещё полгода назад посещал приёмы на Небе. – Зачем вы пришли? – тихо и вместе с тем напряжённо спросил шена Ленар, остановившись напротив Нуари. Он вцепился в переплетения решётки, настороженно прислушиваясь к чему-то, слышному лишь ему. – Я хотел бы поговорить с вами, – Нуари невольно забеспокоился, так же прислушиваясь к далёким звукам соседних улиц, скрытых тенистыми аллеями парка. – Задать несколько вопросов. – Не здесь, – кротко ответил Ленар, отпирая ворота. Его слуга последовал за ним, всё так же недружелюбно и с подозрением глядя на Нуари и его спутников. Выйдя на улицу, шена Шеях снова запер ворота. – Лучше в каком-нибудь людном месте. Шена Ленар больше не произнёс ни слова, пока они не вышли на широкую светлую улицу и не подошли к небольшому уютному кафе. Нуари с удивлением отметил, что полицейский участок, где прежде служил инспектор Крайс, находится совсем рядом. Молодая девушка-официант смотрела на гостей со смесью восторга и страха, видно было, что она впервые видит Благороднорождённого так близко. Подойти она решилась только после того, как Нуари посмотрел прямо на неё. Лишь когда она ушла, приняв заказ, Ленар заговорил. – Так что вы хотели узнать, глубокоуважаемый шена Торхейс? – слегка насмешливо, но без ненависти спросил он. – Я хотел бы прояснить некоторые детали, касающиеся шены Эшбетт, – Нуари сплел пальцы и напряжённо сжал губы. За столиком в залитом светом кафе, в котором так упоительно пахнет свежей сдобой, кофе и корицей, они могли только говорить. – Я рассказал всё, что мне было известно. Дознавателям не лгут, – мягко, но настойчиво ответил шена Ленар. Во время допроса он не отпирался, прекрасно понимая, что шене Эшбетт не спастись, но и не говорил того, о чём его не спрашивали. Впрочем, многого от него и не ждали. – Верно. Однако я всё же спрошу, – настойчиво наклонился вперёд Нуари. Этот человек его удивлял и настораживал одновременно. Так мягко и текуче, но притом твёрдо он отвергал все попытки Нуари узнать от него больше, чем он уже сказал. Окутанный приглушённым светом и спокойно улыбающийся официантке, принёсшей заказ, шена Ленар выглядел беспечным, но в его глазах билась тревога, а судорожно сжатые губы едва размыкались. – Чего же вы боитесь? – этот вопрос мучил Нуари с того самого мига, как он увидел шену Ленара. – Разве мне есть чего бояться? Это мирное, спокойное и уединённое место. – Ленар и впрямь казался совершенно расслабленным. Но при этом, оставаться наедине с Нуари он не захотел. – Мне больше нечего желать. Особенно учитывая обстоятельства. Так что же вам угодно? – У шены Эшбетт были соучастники? – Нуари разломил пополам булочку с шоколадом, потом, не обращая внимания на горячую начинку, потёкшую по пальцам, продолжил отрывать от неё небольшие кусочки. – Они все были арестованы и понесли заслуженное наказание, – пожал плечами ничуть сим фактом не расстроенный шена Ленар. Казалось, его вполне устраивает нынешнее его положение. – Кажется, я неверно выразился. Я имел в виду не тех, кто лишь выполнял приказы, а тех, кто так же хотел изменить свой Дар, – Нуари усмехнулся, без жалости глядя на свою жертву. Ленар невольно вздрогнул, чем выдал себя больше, чем мог бы откровенным признанием. – Иные Благороднорождённые, одного с шеной Эшбетт уровня. – Я всего лишь вассал. Мне никто ничего подобного не рассказывал, – Ленар и сам понял, как двояко это прозвучало. Откровенно лгать старшему инспектору полиции Неба он просто не мог. – Я знал лишь то, что делал и планировал шена Эшбетт. Я не волен был отказаться выполнять его приказы. От этого зависели честь и положение моей семьи. Выдать его я не мог по той же причине. – Вам известен человек, обладающий Даром Подавления? – продолжал свои расспросы Нуари. Шена Ленар старался одновременно и защитить свою собственную репутацию и отречься от всего, что он знал о шене Эшбетт. – Нет, такой человек мне не знаком. Впрочем, я не слишком любопытен и не имею привычки рассматривать Дары других людей без их ведома, – Ленар продолжал невинно улыбаться. Нуари же подумал, что тот делает всё возможное, чтобы выглядеть совершенно бесполезным для следствия. Со стороны. – Хотя шена Эшбетт иногда принимал гостей один в своём кабинете. Он запрещал слугам и вассалам его беспокоить. Вероятно, там обсуждались вещи, слишком сложные для людей более низкого происхождения. Нуари благодарно кивнул и, наконец, отодвинул в сторону тарелку с растерзанной булочкой. Шена Ленар говорил осторожно, словно опасался, что их подслушают. Но то, что он сказал, было важным. – Вчера было совершено убийство. Убитый – шена Кашан Эстави Дэфретт. Убийцей был объявлен инспектор полиции Земли Крайс. Думаю, это имя вам хорошо известно, – Нуари внимательно следил за тем, как меняются эмоции на лице шена Ленар. Сначала там отразилось недоумение, потом страх и растерянность. – Для поимки бывшего инспектора было выделено большое количество полицейских Неба. Мне же, как ни странно, никто не сообщил об этом. Пришлось выяснять всё самому. – Странно, – эхом отозвался Ленар, лихорадочно соображая, что именно может быть известно шене Торхейс, и как теперь вести себя ему самому. – Сейчас инспектор Крайс признан мёртвым. Всё это кажется мне чрезвычайно подозрительным, кроме того, есть один факт, которого я не понимаю до конца, – Нуари говорил спокойно, даже мягко, будто бы завлекая жертву в сети своего голоса. Сейчас ему надо было, с одной стороны, вызнать как можно больше, с другой – дать шене Ленару возможность сказать всё, что он может и хочет, не привлекая внимания. – Во время погони, недалеко от доков, Крайс был похищен, а после вновь оказался на свободе, уже в другом месте. Причём отсутствовал он достаточно долго. Мои люди нашли место, где его держали. Это склад, по документам заполненный товаром. Однако оказалось, что он на самом деле почти пуст. Нам удалось найти лишь кабели на стенах, какие-то ящики, следы драки и вот это. Вы можете как-нибудь это объяснить? Нуари положил на стол разрезанный браслет-подавитель, прикрыв ладонью так, чтобы видеть его мог только шена Ленар. Тот ответил ему удивлённым взглядом, потом осторожно коснулся пальцем серебристого металла и тут же отдёрнул руку. Любой, у кого есть Дар, не мог не ощутить опустошающий холод, источаемый этим браслетом. – К сожалению, мне нечего вам ответить. Меня не посвящали в подобные планы, – покаянно опустил голову шена Ленар. Он прятал глаза, не желая лгать. Шена Шеях прекрасно понял, что там произошло, но рассказать всё Нуари не мог в силу клятвы или из страха. – Что ж, мне тоже жаль. Я рассчитывал на вас, – Нуари положил на стол несколько монет и встал. – Я оставлю с вами одного из своих детективов. Этот человек пользуется моим полным доверием. Он будет охранять вас до тех пор, пока дело не будет раскрыто. – Значит, вы не верите в виновность инспектора Крайса? – почти с мольбой спросил шена Ленар. Ему точно было бы спокойнее, если бы Нуари Торхейс просто согласился с официальной версией. – Слишком много фактов, противоречащих друг другу и здравой логике, – с некоторым сомнением в голосе ответил Нуари. Ему и самому хотелось признать Крайса виновным и закрыть дело. Но это означало бы полностью ему проиграть. Оставив шену Ленара вместе с одним из своих детективов в кафе, Нуари направился к переходу на Небо. С одной стороны, он надеялся, что бывший вассал казнённого преступника наедине с ним будет более разговорчив. С другой, всё от слуги-охранника и выбора места до того, как тот вёл разговор, говорило лишь об одном – шена Ленар Шеях смертельно напуган. Возможно, Бесцветного он не просто хорошо знал, а даже недавно встречал. Тогда выходило, что преступники опережают красного инспектора и предугадывают все его шаги. Нуари вернулся домой задумчивый и недовольный. Запуганный, но явно что-то знающий свидетель – что могло быть хуже? Разговор с Элиасом его тоже не успокоил. Тот был слишком взволнован, если он покажет это в Совете, может действительно стать следующей жертвой. Элиас, Крайс и Нуари были крепко связаны расследованием полугодовой давности. И сейчас эта связь вдруг стала очень опасной. Тогда всего лишь один случайный взгляд бедняжки Калии стоил жизни не только ей, но, по факту, и Крайсу. Дома Нуари ждал не очень приятный сюрприз. Пока его не было, принесли записку от шены Милена Клайдерн с просьбой немедленно явиться к нему. Нуари насторожила не столько сама просьба, сколько тон, которым была написана записка. И ещё то, что встречу шена Милен назначил у себя дома. На встречу Нуари отправился один, не взял даже Карлу, хотя она и настаивала. Разговор предстоял тяжёлым – он это чувствовал – и вряд ли приятным. Чем меньше свидетелей, тем лучше. Дом шены Клайдерн отличался строгой геометрией и непередаваемым изяществом архитектуры. Его окружал идеальный, ухоженный сад, пересечённый множеством ровных, будто вычерченных по линейке дорожек. Сейчас Нуари вся эта чётко выверенная красота казалась изощрённым издевательством над той бурей сомнений, тревог и дурных предчувствий, что разрасталась у него внутри. Зачем шене Милену звать его, ведь он сам дал разрешение на расследование? И почему не в офисе, а дома? И почему так внезапно и так официально? Слуга, молчаливый и безупречный, встретил Нуари у дверей и проводил до кабинета хозяина. Шена Милен Клайдерн стоял у окна, словно будничная жизнь улицы могла быть ему интересна. – Рад видеть вас, шена Нуари, – шена Милен повернулся к нему и приветственно кивнул. Нуари показалось, что тот не хочет встречать с ним взглядом. Шена Милен вновь отвернулся к окну, лишь подтверждая его опасения. – Присаживайтесь. – Зачем вы вызвали меня, шена Клайдерн? – Нуари с подозрением воззрился на изящный стул с выгнутыми ножками и резной спинкой, но потом всё-таки решился. – Как проходит расследование? – вопрос вполне разумный и задан был светским тоном, но Нуари всё равно почувствовал, как в нём растёт напряжение. – Удалось узнать что-нибудь новое? – Кое-что удалось. У меня появились некоторые улики и идеи, – осторожно ответил Нуари. Он не хотел сообщать шене Милену о своих подозрениях до того, как обнаружит сколько-нибудь весомые доказательства заговора. – Основной подозреваемый был определён сразу же. Есть очевидцы, – так же осторожно ответил Милен. Нуари нахмурился и принялся нервно теребить край своей рубашки. Дар внутри него изгибался огненными змеями, не давая своему носителю успокоиться. Что всё это могло значить? – У вас ещё остались сомнения, я полагаю? – Я уже говорил об этом. У меня есть все основания для сомнений. Многие факты не сходятся, многие кажутся искусственными либо же подозрительными. – Этот разговор не нравился Нуари всё больше и больше. – Однако инспектор Крайс мёртв, чем бы ни кончилось расследование, его это не вернёт, – жёстко ответил шена Милен. Он всё так же стоял, повернувшись к окну, словно не желая смотреть в глаза Нуари. Казалось, разговор ему неприятен. – В ваших же интересах будет не усердствовать в расследовании. – Что? – Нуари вскочил со стула, стиснув кулаки. Его дыхание сбилось, а Дар внутри поднялся жаркой волной. – Как это понимать, шена Клайдерн? Я проведу расследование, как полагается! – Я являюсь наставником шены Аштарет, юноша, – твёрдо ответил Милен, поворачиваясь к Нуари. Его лицо походило на застывшую маску, а по глазам ничего нельзя было прочесть. – И забочусь о его благе. Как и о вашем. Я думаю, вы понимаете это. – Я отказываюсь это понимать! И не собираюсь слушать подобное из ваших уст, шена Клайдерн! – резко ответил Нуари. Остатков здравого смысла хватало лишь на то, чтобы удержать Дар. Обвинить во всём Крайса и закрыть дело? Шена Милен не мог решиться на такое по доброй воле! – Ради своего блага и блага моего друга Элиаса я должен раскрыть это дело. Иначе опасность не исчезнет никогда! – Рад слышать столь уверенные речи, юноша, – немного мягче сказал Милен. Нуари показалось, что тот доволен его ответом. – Но таким образом вы берёте на себя ответственность за шену Аштарет, вы ведь это понимаете? – Я смогу его защитить, – в голосе Нуари было больше уверенности, чем он испытывал. Он хотел верить, что действительно сможет. И мысленно пообещал себе послать к Элиасу домой ещё несколько человек охраны. – Чего бы мне это не стоило. – И, как всегда, вы горячитесь, юноша. Что ж, я верю вам, – улыбнулся Милен уголками губ. – Но всё же, когда вернётесь домой, обдумайте мои слова как следует. Думаю, вы сможете их понять. – Обещаю, – церемонно поклонился шена Торхейс. На этом встреча закончилась. Домой Нуари возвращался ещё более встревоженным и задумчивым. Конечно, у поведения шены Милена могло иметься только одно объяснение – он переживал за Элиаса и за самого Нуари. А значит, причины для беспокойства были и весомые. Нуари подумал, что шена Клайдерн вполне мог вести тайное расследование, каким-то образом связанное с тем, чем занимается он сам. Тогда выходило, что его собственные подозрения насчёт заговора получили пусть и косвенное, но весьма неприятное подтверждение. Шена Милен не стал бы заниматься всякой мелочью. Когда Нуари зашёл в свой кабинет, Карла допивала уже второй бокал вина. На своего начальника она посмотрела с беспокойством и злостью. Нуари только тяжело вздохнул и жестом попросил налить и ему тоже. – Шена Милен посоветовал обвинить во всём Крайса. Или просто не слишком усердствовать в поисках истинных преступников, – выдал Нуари результат беседы. С Карлой он мог позволить себе быть откровенным до конца. – Он хочет защитить меня и Элиаса. – Защитить? От чего? – вскинула бровь Карла, протягивая Нуари бокал его любимого сухого красного вина. Его слова с одной стороны успокоили её тревогу, с другой – добавили новых поводов для беспокойства. – Кажется, он тоже подозревает какой-то заговор. По крайней мере, у меня сложилось именно такое впечатление. И у него либо нет доказательств, либо – уверенности. Поэтому шена Милен ничего и не предпринимает. Есть и другой, не менее мерзкий вариант. Кто-то весьма высокопоставленный мог выказать свою уверенность в виновности Крайса. А чем выше положение, тем непогрешимее Благороднорождённый, – брезгливо поморщился Нуари, запивая пепельный привкус политики и интриг вином. Его никогда не тянуло на самый верх – слишком фальшивыми были там улыбки, и слишком часто приходилось идти на компромиссы. Он этого не любил и не умел. – В любом случае, шена Милен посоветовал мне умерить пыл. – Будут проблемы? – деловито поинтересовалась Карла. Она уже просчитывала все варианты неприятностей, то, как будет действовать при любом из них, и то, как будет уговаривать и удерживать Нуари от глупостей. – Определённо, будут. Значит, надо спешить. – Нуари допил вино, и требовательно протянул бокал Карле. – Сейчас, пока у нас нет версий, улик, имён и доказательств, шена Милен нам не помощник. Мы сами по себе. Рассчитывать на его содействие мы сможем лишь в случае, если найдём веские доказательства. Мешать нам, впрочем, он тоже не будет. Карла кивнула, подливая Нуари вина. Милен был связан множеством обязательств. Он был их щитом от той самой политики и интриг, которыми развлекался Высший Совет, собрание самых влиятельных и высокородных членов Совета. И сейчас изо всех сил пытался огородить от бед Нуари и Элиаса. Вот только шена Милен не учёл, что красный инспектор никогда не отступает и всегда принимает брошенный вызов, а Элиас не пойдёт против справедливости просто потому, что не сможет. Значит, надо было действовать быстро, чтобы дать возможность Милену им помочь. Нуари, наскоро перекусив, принялся за разбор докладов детективов. Среди прочего он нашёл список тех, кто покупал одежду из ткани, обрывок которой удалось найти на том складе, где держали Крайса. Элиасу в подобной ситуации повезло больше, в этот раз ткань попалась модная. Чуть позже принесли записку от шенай Аштарет. Она обошла нескольких знакомых, но пока порадовать новостями не могла. Времени прошло мало, слухи не успели распространиться. Потом Нуари послал ещё трёх человек в дом семьи Аштарет, чтобы усилить защиту. Других своих детективов он разослал с поручениями. Ему надо было собрать кое-какую архивную информацию и слухи, узнать местоположение Благороднорождённых из высших слоёв, выяснить, чьи Дары известны. Конечно, пока это не могло дать чего-то конкретного, но всё же он надеялся на успех. И ждал. Ждал шенай Аштарет, ждал шену Шеях. Ждал чего-то нового. Что-то новое появилось только вечером в лице официального представителя Совета. Вернее, той его части, что отвечала за порядок и силовые структуры Неба. Тот пришёл с требованием немедленно явиться в штаб по месту службы. Нуари шёл за представителем Совета молча и вполне добровольно, потому что был сильно занят обдумыванием возможных причин подобного вызова. Расследованием он занимался официально, по этой же причине не принимал участие в охране членов Совета во время заседаний. Шена Милен позволил ему полностью сконцентрироваться на работе. И он же сегодня предупредил том, что Нуари могут помешать. В здании Совета было на удивление много людей для такого позднего времени. Видимо, последнее заседание только закончилось. Нуари прошёл за представителем через череду комнат, коридоров и залов. Штаб силовых структур Совета располагался в самой дальней части здания, там, где они никому не могли помешать. На Небе не любили вспоминать о том, что для достижения порядка, стабильности и процветания порой приходится применять силу. Принял его, вопреки ожиданиям, не шена Милен. Нуари, кажется, видел этого человека раньше, но не смог вспомнить, был ли тот кем-то из высшего руководства или же простым секретарём. В любом случае, осознание собственной важности у него было весьма впечатляющим. – Шена Нуари Чийал Торхейс, – вместо приветствия сказал сидевший за тяжёлым резным столом мужчина. Он не предложил сесть и даже не представился, показывая, что разговор будет недолгим. – Возьмите. – Что здесь? – автоматически спросил Нуари, беря протянутый ему конверт из плотной бумаги с официальными печатями и гербовым тиснением. Ничего хорошего там не было, в этом он был уверен. – Вы официально отстраняетесь от расследования и, кроме того, обязаны оставаться в вашем особняке до особого распоряжения, – по губам мужчины скользнула надменная улыбка, показывающая, сколько удовольствия он получает от чужого унижения. – Можете вернуться к себе. Нуари потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и выйти из кабинета. Этот человек, кем бы он ни был, имел право вручать подобные документы. Кроме того, он послал к нему официального представителя, а это тоже немало. Такие вещи в обход высшего руководства сделать нельзя, как ни старайся. Обычно шена Милен был стеной, по одну сторону которой был Нуари, а по другую – Высший Совет и силовики. Сейчас же ему просто не позволили вмешаться. Иначе быть просто не могло. Нуари был столь ошеломлён, что его Дар, забытый и замёрзший, сжался внутри, не решаясь беспокоить хозяина. Переходы и коридоры здания Совета мелькали перед глазами однообразным калейдоскопом – это был привычный путь, над которым не надо задумываться. Лишь выйдя на улицу и вдохнув свежего, по-ночному чуть прохладного воздуха, Нуари смог, наконец, начать думать. У этого отстранения и ареста должна была быть причина. Вернее, она была и раньше – о ней и предупреждал шена Милен. Нужен был весомый повод, очень весомый. И вполне официальный, который можно предъявить в качестве обвинения. В первую очередь, надо было выяснить, что это за повод. Во вторую – что за причина. После его отстранения расследование убийства шены Дэфретт, скорее всего, сочтут законченным, и он ничего не сможет изменить. Шена Милен говорил и об этом. Значит, нужно было найти что-то такое, что позволит ему, инспектору по особым поручениям, действовать без санкций, разрешений и ограничений. Нуари злорадно улыбнулся, почувствовав внутри полыхающий Дар. Домашний арест, скорее всего, наложили только на него. Его детективы и Карла могут действовать самостоятельно. Их просто не взяли в расчёт. Как глупо и высокомерно! Ему запретили вести расследование, но думать, говорить и слушать запретить не могли. А значит, ничего ещё не кончено. Домой он вернулся уже в боевом настроении и, кинув плащ слуге, поднялся в кабинет. Встретив по дороге Карлу, он жестом велел ей следовать за ним. Мысли в голове буквально кипели, Нуари просто необходимо было с кем-то ими поделиться. Верная помощница отлично для этого подходила. – Закрой дверь, – бросил он девушке, когда они вошли в кабинет. У его слуг не было привычки подслушивать, но Нуари всё равно решил подстраховаться. – Что случилось? – Карла плотно закрыла за собой дверь, обеспокоенно глядя на своего начальника. Его лихорадочное возбуждение пугало её. Она достаточно хорошо знала Нуари, чтобы иметь представление о том, что могло привести его в подобное состояние. – Домашний арест и отстранение от расследования, – Нуари подошёл к столу и одним движением вскрыл письмо ножиком для бумаг. – Скорее всего, дело закроют при первой же возможности. Нуари углубился в чтение. Множество официальных слов и необходимых речевых формул – он просматривал их, не вчитываясь. Должен был быть повод, и его не могли не указать в официальном письме. – Но за что? – растерянно отозвалась Карла. Такого она даже предположить не могла. – Хотел бы я знать, – медленно произнёс Нуари. Потом зрачки его расширились, полыхнув сдерживаемым Даром, а лицо застыло. – Один из моих детективов был серьёзно ранен по моей вине и выполняя мой приказ! Ничего конкретного, даже имени! – Быть не может! – выдохнула Карла. Она перебирала в голове всех детективов, разосланных на поиски информации или поставленных в охрану. Кто из них? – Немедленно выяснить и доложить! – рявкнул Нуари. Это был вызов, удар по его чести и самолюбию, который он не собирался спускать. Если до этого он занимался расследованием ради Элиаса и из упрямства, нежелания проигрывать Крайсу и Кою, то теперь задели лично его. – В доме ещё кто-то из детективов остался? – Да, – растерянно ответила Карла уже от двери. Конечно, расследование вести ему запретили. Но, во-первых, это было не расследование – его человек пострадал, и он обязан был выяснить, кто и почему. А во-вторых – запретили только ему. – Тогда пошли одного к шене Милену, ему стоит знать о произошедшем. Другого же отправь к докам. Я напишу записку для Кою. – Нуари не хотел признаваться в своём провале Главе Гильдии, но сейчас тот был единственным, у кого остались не связаны руки. За Кою не следили, он мог действовать так свободно, как это вообще было возможно для жителя Дна. Карла ушла, оставив Нуари наедине с невесёлыми мыслями. Он легко мог представить себе всю цепочку рассуждений: из-за личных чувств и амбиций взялся за уже раскрытое дело, отдал неразумный приказ, из-за которого его человек, Благороднорождённый, сильно пострадал. Если не знать всех обстоятельств, выглядит премерзко. И возразить он не мог, не выдавая своих истинных мотивов. Но и прекращать расследование Нуари не собирался. Теперь он просто обязан был выяснить, что происходит. Всё больше ему казалось, что инспектор Крайс был всего лишь жертвой, хоть и вряд ли невинной. Сначала план перехвата и приказ об аресте, идущие откуда-то сверху и явно подготовленные заранее. Теперь ещё и это отстранение. Нуари прекрасно понимал, что не сможет противостоять своему начальнику, если тот заодно с теми, кто всё это устроил. Если же шена Милен непричастен, выходило, что кто-то из Совета, отвечающий за безопасность Неба, пытался действовать против них обоих. С одной стороны, это давало Нуари все возможности и полную свободу действий – если он найдёт хоть какое-то доказательство. С другой – расследование становилось намного опаснее. Заняться было решительно нечем. Нуари мерил комнату шагами, бессильно злясь на самого себя. Ему надо было прислушаться к словам шены Милена, ему стоило быть аккуратнее с самого начала, с того мига, как он впервые заподозрил нечто большее, чем простое убийство или простую месть. Вначале он даже думал, мог ли кто-то из друзей шены Эшбетт выбрать столь сложный способ избавиться от Крайса. Нуари остановился рядом со встроенным в стену баром, достал оттуда бутылку вина и бокал. Сколько-нибудь обоснованные подозрения появились лишь после находок на складе. Тогда он уже был втянут слишком сильно. Мог ли Дознаватель быть частью заговора? Весьма сомнительно. Считается, что род Дознавателей не причастен к политике и стоит в стороне ото всех. Это гарант их непредвзятости и неподкупности и причина вечной изоляции. Раньше Нуари и сам ни на миг не усомнился бы в том, что Дознаватель не имеет никакого отношения к заговору. Как раньше он не усомнился бы и в том, что жители Дна –полуразумные существа, столь низменное положение для которых естественно и желанно, а каждый житель каждого уровня города идеально подходит для своего места и не стремится к иному. Элиас был прав, на Небе слишком много лжи, выдаваемой за удобную правду. Так чему и кому он мог теперь верить? Карла вернулась спустя почти два часа. Она перелезла через забор так, чтобы её не было видно ни с одной из улиц. Нуари ополовинил уже вторую бутылку вина и был почти что готов нарушить запрет, когда девушка вошла в кабинет, взволнованная и решительная. Первым делом она положила на стол доклады всех разосланных Нуари детективов. Ей удалось их перехватить, предупредить и послать смену тем, кто дежурил у Элиаса. – Кто? – коротко спросил Нуари. По её горящему взгляду он понял, что она знает. И даже намного больше, чем должна была узнать. – Шена Ленар Шеях убит, детектив, охранявший его, шена Вайнар Тайси, серьёзно ранен. Мне удалось добиться того, чтобы его и слугу шены Ленара переправили в главный госпиталь Неба под присмотр шенай Эстемай. Она обещала самых лучших врачей, – Карла без спроса налила себе вина и выпила полбокала залпом. Эти два часа она носилась по всему Небу и совершала практически невозможное, стараясь не попасться на глаза членам Совета и их вассалам. – Слуга тоже был ранен, он в сознание пока не приходил. Шену Вайнара мне удалось расспросить. – Значит, шена Шеях не зря боялся, – Нуари сжал кулаки, сдерживая рвущееся наружу пламя. Свечи ярко вспыхнули, распугав тени по углам. – И если бы не моё любопытство, он мог бы избежать смерти. – Поздно сожалеть, – жёстко одёрнула его Карла. Она и сама прошла уже этот путь – вина, принятие, злость. – Шена Шеях успел перед смертью кое-что поведать Вайнару. – Рассказывай, – Нуари взял ещё одну бутылку и свой бокал и устроился на небольшом диванчике в углу кабинета. Вино он поставил на столик рядом. Карла привычно заняла кресло напротив и наполнила свой бокал. – Шена Шеях нам солгал. Не знаю, по какой причине, но думаю из страха. Ему было известно, что шена Эшбетт состоял в сговоре с другими Благороднорождёнными, имён которых шена Шеях не знал. Их целью было усиление собственных Даров путём их замены. Они даже обосновали это какими-то идеями свободы выбора и отрешения от предопределённости и наследственности, улучшением рода и соответствием Даров возможностям, характерам и желаниям носителей, – Карла презрительно скривилась. Она сочла это слабостью и трусостью и ничем иным. Дар надо развивать, а не менять. – Понятно. Как и говорил инспектор Крайс, то была лишь часть целого, – Нуари покатал в ладонях бокал. Сейчас его взор был сосредоточен на неверно колеблющемся пламени свечи. Оно то вспыхивало, то опадало, то изгибалось, послушное легчайшим движениям воздуха. – Как и в тот раз, допустимыми их методы не назовёшь. Но почему они выбрали именно Крайса? Из мести? – Нет. Месть для них была бы сущим безумием. Эшбетт казнён, на допросах никого из них не выдал. Привлекать к себе внимание было бы верхом безрассудства, – покачала головой Карла. Она думала, что те, кто так легко убивает невинных, вряд ли склонны к мести. – Шена Шеях дал ответ на твой вопрос. Заговорщики считали Крайса полукровкой. Сыном одного из Дознавателей. Доказательств у них не было, разумеется. – Но они были уверены, сейчас это важнее правды, – Нуари злорадно усмехнулся. Бедный инспектор Крайс сам не понял, сколько пересудов породил, лишь единожды явившись на Небо. – Видимо, они решили, что столь сильный Дар для полукровки – это непростительно много, решили его забрать. Полукровки, дети жителей разных уровней города, были большой редкостью. Особенно когда уровни так сильно отстояли друг от друга. Казалось просто немыслимым, чтобы житель Верхнего города прельстился женщиной из Нижнего. Но Элиас ему рассказывал и о семье Крайса, и о той несчастной женщине, что выбрала Дно, добровольно покинув Небо. Да и малышку Калию они подозревали как раз в таком безумстве. – Именно так. Они сумели создать некий метод, использовали какой-то Механизм, чтобы отделить Дар от одного одарённого и передавать его другому, – Карла поморщилась. Звучало это мерзко, да и думать о подобном ей не хотелось. – Хотя тот, у кого Дар забирают, вряд ли может пережить это. Технология ещё не совершенна. – Так вот, чем они занимались на том складе и зачем похитили Крайса. Если бы его нашли мёртвым, никто не удивился бы, – Нуари передёрнуло от отвращения. Идея смены Дара сама по себе была кощунственной. Подобное было запрещено под страхом смерти. Блокирование или потеря Дара были величайшим бедствием для одарённого. Но отбирать его из прихоти и без спроса было верхом жестокости. – Они хотели отнять сильный боевой Дар у того, кто был, по их мнению, его не достоин. – Верно. Это всё, что шена Шеях успел сказать перед смертью, – Карла скорбно опустила голову. Хоть шена Ленар и промолчал при первой встрече, почувствовав приближающуюся опасность, он постарался хотя бы таким образом отомстить за свою смерть. – Вайнар сказал, что не смог рассмотреть убийцу. Тот двигался быстро, хотя и едва заметно хромал. Несколько человек, видимо, из Среднего города, отвлекли и разделили их. А тот человек нанёс смертельный удар. Вайнар старался разглядеть его Дар, но не смог. Он видел лишь многоцветную дымку. – Бесцветный. – Пламя свечей взвилось ввысь, копьями пронзая тьму, затрещало, плюясь искрами. – Выходит, он всё же наёмник, если и преданный, то не лично шене Эшбетт, а всему заговору. – Именно. За шеной Шеях, видимо, наблюдали. Они знали, что он мог их выдать, потому и подослали к нему убийцу. Чтобы обезопасить себя. – Карла помолчала, собираясь с мыслями. Она могла просчитать реакцию Нуари и не хотела говорить. – Они могут послать Бесцветного за тобой или шеной Элиасом. Я не уверена, что в доме Аштарет хватит охраны, а ты вообще беззащитен. – Мне был дан выбор – отказаться и выжить или идти до конца. Шена Милен если и не знал, то подозревал, что мы можем оказаться в опасности, – медленно проговорил Нуари. Лишь бешено извивающиеся язычки пламени свечей выдавали сейчас те чувства, что бушевали у него внутри. – Кажется, я могу понять, что чувствовал инспектор Крайс. Беспомощность и непонимание. Как же, наверное, страшно и нелепо погибать, не зная, за что. – Не хочу знать, – отрезала Карла. Нуари откинулся на спинку диванчика и закрыл глаза. Ему не приходилось прежде сталкиваться с подобным. Враг оказался не просто на Небе, он был выше и сильнее него. Нуари чувствовал себя загнанным в угол. – Что будем делать? – тихо спросила Карла. Какое бы решение ни принял Нуари, она готова была следовать за ним. Когда Карла была озлоблена и слаба, Нуари поверил в неё. И на пугающе чуждом Небе он стал её опорой. А ещё, Нуари был её самым первым и самым лучшим другом. У них почти не было секретов и точно – необходимости притворяться и лгать. – Сражаться. Я обещал шене Милену защитить Элиаса любой ценой. И единственная возможность сделать это – раскрыть заговор, – решительно ответил Нуари. Больше он не мог позволить себе относиться к расследованию как к игре, как к личному противостоянию. – Любыми средствами, даже наперекор закону. Я воспользуюсь своим правом безотчётного и бесконтрольного расследования при подозрении в измене. – Если не будет доказательств, придётся отвечать за каждое действие и каждое нарушенное правило, – предостерегла его Карла. Как старший инспектор полиции по особым поручениям Нуари Торхейс действительно мог проигнорировать все приказы и предписания, но только в том случае, если был уверен. – Они будут. Больше я в этом не сомневаюсь. – Нуари усмехнулся. Для того, чтобы отстранить его от работы, организовать облаву и слежку, да ещё и узнать раньше него о ранении его детектива, требовалось огромное влияние и сила. А значит, кому-то очень влиятельному и сильному потребовалось убить инспектора Крайса и помешать ему, Нуари, выяснить правду. – Ничем, кроме заговора это быть не может. Карла пожала плечами и встала, чтобы убрать бокалы и почти опустевшую бутылку вина. Эту ночь ей предстояло провести в спальне Нуари. Она не собиралась оставлять его одного, без охраны. А завтра начнётся их расследование, теперь уже собственное, не имеющее почти никакого отношения к Рюни Крайсу. И они не будут иметь права ни проиграть, ни отступить. Так решил Нуари Торхейс. Впрочем, Карла сильно бы удивилась, реши он иначе.