Часть 10

Жон положил руки на колени и посмотрел через окно на улицы и шпили академии. Затем, поерзав в кресле, посмотрел на женщину с приветливым лицом и свитком в руке. — Вам удобно, мистер Арк? — спросила доктор Жасмин, выписывая что-то стилусом на своем свитке. — Желаете чего-нибудь? Другой стул? Стакан воды? — Я в порядке, — заверил Жон, скрестив руки на груди. — Давайте начнем. Психиатр кивнула. — Хорошо, мистер Арк, просто чтобы вы знали, я просмотрела запись, полученную от мисс Полендины. Также знайте, все, что вы мне говорите – полностью конфиденциально и никуда не уйдет. Жон кивнул. — Хорошо. С чего начать? Атаки на грузовик? — Это не допрос, мистер Арк, нам не нужно восстанавливать события. Я здесь, чтобы оценить ваше психологическое состояние, потому, пожалуйста, расслабьтесь. — объяснила она. — Как вам последние несколько дней выздоровления? Жон вздохнул, обдумывая вопрос. Просьбы расслабиться всегда приводили его к противоположному эффекту. — Немного безумно. — Он отвечал честно, решив, что взгляд в потолок будет более успокаивающим. — Сидеть взаперти академии нелегко, особенно учитывая, что мои друзья все еще работают с генералом, я, наверное, уже рвал бы на себе волосы, если бы не Пенни. — Вы проводите время с мисс Полендиной? — спросила она, продолжая делать заметки на своем свитке. Жон кивнул. — Да… мы застряли здесь вместе, поэтому проводим дни друг с другом. — Вы были с ней близки до этих событий? — спросила доктор Жасмин. — Нет, честно говоря, я почти не разговаривал с ней до всего этого, не было времени. — признался он. — Как вы можете описать ваши отношения с мисс Полендиной сейчас, когда стали больше общаться? — Это… приятно, — признался парень. — Хорошо иметь компанию, с ней очень весело. — Но? — чётко спросила доктор, почувствовав нюанс. — Но… не знаю, она все делает за меня, — объяснил он, выпустив разочарованный вздох. — С тех пор, как я очнулся, она постоянно приносит мне лекарства, наливает воду, заботится о каждой мелочи. Не знаю, жалеет ли она меня или просто пытается помочь, но это уже немного раздражает. Доктор Жасмин снова что-то записала на своем свитке. — Давайте перейдем к самому инциденту. Есть пара моментов, которые я хотела бы рассмотреть. Жон кивнул. — Хорошо. — Во время боя с Василием, вы вытащили нож, который он в вас оставил, — объяснила она. — Вы рисковали истечь кровью. — Мне нужно было оружие, — ответил Жон, немного смущенный тем поступком. — Мой меч казался свинцовым, и я знал, что если не остановлю его, то все равно умру. — Итак, вы были исключительно практичны в своих действиях? — спросила она клинически. — Я действительно не помню, о чем думал в тот момент. — Парень пожал плечами. — Пенни была в ловушке, я должен был что-то сделать. — Перед глазами всплыл образ, как она лежит под проволочной сеткой, пока тонкая, как бритва, сталь её режет. — Мне было страшно, — признался Жон. — Раньше я особо об этом не думал, но мне уже приходилось видеть её смерть. На Амити. Я просто… Я не хочу больше никого терять. Только не тогда, когда могу это предотвратить. Доктор кивнула и продолжила печатать на своем свитке. Хотелось бы Жону знать, что она там пишет о нем. — Василий Паттерсон, вы, предположительно, его убили, — пояснила она. — Вы задумывались об этом? — Немного, — признался Жон, почувствовав холод в своих словах. — Какие-то особые чувства по этому поводу? — спросила доктор Жасмин, глядя на него сквозь очки. Жон вздохнул. — Не знаю, мне ведь должно быть плохо, верно? — Никто не имеет права говорить, как вы должны себя чувствовать, мистер Арк, — ответила доктор Жасмин. — Но не вы? — спросил Жон. — В конце концов это психологическая оценка, мои ответы должны определить достаточно ли я здоров психически для работы. У меня должно быть прописанное поведение, не так ли? Доктор Жасмин ответила не сразу, вместо этого она, какое-то время, внимательно смотрела на него через очки. — Если так, то это не неправильный ответ, мистер Арк. Жон вздохнул, глядя на ковер, и сжал кулак. — Надеюсь, Василий мертв, — признался он. — Может я и должен чувствовать себя плохо, должен винить себя за лишения его жизни, но нет. В тот момент был либо он, либо я, и я не жалею, что выбрал себя, я не жалею о спасении Пенни, я ни о чем не жалею.

***

Боль. Несмотря на таблетки и алкоголь, Василий чувствовал её при каждом движении. Он приветствовал это ощущение, наслаждаясь той ясностью, что она давала все эти долгие утомительные дни. Боль сохраняла его разум острым и сосредоточенным на том, кто её принёс. Арк. Это имя. Тогда оно показалось ему знакомым. В момент когда он назвал себя. Когда пронзил его клинком андроида. Когда поверг его. Арк. Жон Арк. Охотник. Выходец из семьи воинов и героев. Он не был любителем, как утверждал информатор. Если бы он только знал, не стал бы недооценивать. Жон Арк. Девятнадцать лет. Студент Бикона, и партнер знаменитой Пирры Никос, переживший падение академии. Его заметки, какими бы неполными они ни были, заставили Василия о многом задуматься. Документация Атласа о мальчике была, к сожалению, ограничена, а из-за неработоспособности башни в Вейле более подробные файлы Бикона недоступны. Впрочем, это уже не имеет значение. Василий больше не будет его недооценивать, а окажет ему должное внимание. Встав со стула, он почувствовал боль в ране. Балансируя на трости, Василий подавлял любые звуки дискомфорта или проявления слабости. И не важно, что он один. Чтобы убийца ни чувствовал, все эти ощущения, казалось, напоминали ему об Арке. Об унижении. Швы на виске зудели и побуждали чесать чувствительную плоть, колотая рана также наполняла жгучей болью, когда он пытался пройти через убежище, что называл своим домом. Посмотрев на стул, убийца заметил лезвие, прислоненное к столу, острие которого оставило крошечный след на деревянном полу. Василий намеревался взять этот клинок в качестве трофея, как очередное пополнение своей коллекции. Только вот он не был символом триумфа, он стал очередным напоминанием о его поражении, трофеем неудачи. Бонни пыталась избавиться от клинка, но Василий сделал ей за это выговор. Трость стучала по полу при каждом болезненном шаге. Он был весьма доволен, что Бонни удалось найти такое большое убежище здесь, в Мантле, только вот в его состоянии сложно даже просто передвигаться. — Бонни! — позвал Василий, войдя в ее маленькую мастерскую и обнаружив, что та сидит перед верстаком и возится с дроном, собирая того с нуля. Большинство дронов поддержки были уничтожены, перерублены Арком. — Да, дорогой? — спросила она, отвлекаясь от работы и поднимаясь, чтобы помочь ему присесть, но тот отмахнулся, не желая здесь отдыхать. — Ты бы мог просто позвать меня. Врач сказал, что тебе пока не следует ходить. Василий нахмурился. — Уверен, этот мясник был бы рад увидеть меня слабым и прикованным к постели. — Одна только мысль о том докторе заставляла кровь кипеть. Хирург черного рынка с отозванной лицензией, что не задаёт вопросов и держит рот на замке. — Тебе следует беречь силы, — предложила она. Ее брови нахмурились от беспокойства и жалости. Его это разозлило. Почувствовав его гнев, она отступила, успокаиваясь и вспоминая свое место. — Тебе что-нибудь нужно? — Я хочу быть в курсе наших приготовлений, — ответил он. — Я только что закончила собирать твою новую винтовку, — объяснила она, подходя к другому столу, где лежала блестящая длинная снайперская винтовка, взяв и протянув ему. Отдав уже ей свою трость, Василий упёр оружие в плечо и посмотрел в прицел. — Легковата, — размышлял он, взявшись за затвор и передёргивая его так быстро, как только мог, прежде чем опустить и передать винтовку обратно, забирая трость. — Затвор немного туговат, и добавь фунт другой, чтобы смягчить отдачу, — проинструктировал Василий, глядя уже на следующее оружие на ее верстаке: новая экспресс-винтовка, четырехствольный хаудах и штык. — Да, — кивнула она, ставя винтовку обратно на подставку. — Надеюсь, оружие придется тебе по вкусу. Василий взял четырехствольный обрез и проверил пустые патронники. — Придется, — сказал он с горечью. — Это вряд ли адекватная замена. Бонни кивнула. — Знаю, должно быть тяжело терять такое ценное оружие, — сказала Бонни грустно. — Действительно, — проворчал Василий, поворачиваясь к выходу. — Полагаю, солдаты забрали его, как нашли мальчишку и андроида. — Понятно, — сказала Бонни. — Значит, они сейчас в академии? — Вполне вероятно, — размышлял Василий. — Уверен, Айронвуду было бы интересно его изучить. — Он усмехнулся про себя. — Особенно учитывая тот ущерб, что я нанес его маленькому игрушечному солдатику. — Мысль о том, что генерал желает знать, как он так сильно повредил андроида, была, по крайней мере, приятной. — Кстати, я закупила материалы и прах для боеприпасов, — сказала она. — Если хочешь, можешь приступать к снаряжению патронов. Василий кивнул. — Хоть как-то смогу скоротать время, обязательно напишу имя Арка на одном. Бонни улыбнулась на это. — Да, и не волнуйся, охотник мой, я позабочусь о том, чтобы к следующем встрече ты был достаточно вооружен.

***

Металл тёрся о металл, Жон вытащил Кроцеа Морс. Клинок на мгновение звякнул, пока он осматривал острое лезвие, не обнаружив ни зазубрин, ни сколов. Щит развернулся из ножен. Никаких черных вмятин на бело-золотой поверхности, никаких царапин от когтей роботов, словно никакой битвы и не было вовсе. — Как новенький, — похвалил Жон, глядя на Пьетро. Пенни сидела спиной к отцу, открыв доступ к своему оружейному отсеку. Пенни и Пьетро улыбнулись, когда парень осмотрел свое восстановленное оружие. — Я также починил отсеки для праха. В следующий раз, когда захочешь еще одну модернизацию, просто скажи. — Спасибо, — сказал Жон, складывая щит и прикрепляя его к поясу, прежде чем вложить клинок в ножны. Было приятно снова ощущать вес Кроцеа Морс на бедре. После столь долгого пребывания в Биконе, путешествия в Мистраль и, наконец, прибытия в Атлас, оставаться без него было неправильно. Кажется, он наконец понял эту привязанность Руби к Кресент Роуз. — Не бери в голову, — ответил Пьетро, ​​работая с Пенни, из ее заднего отделения полетели искры. Жон старался не смотреть, чувствуя некоторую неловкость, будто он был свидетелем чего-то интимного. Пенни, однако, не выказывала никаких признаков дискомфорта или смущения, скорее это ему просто неприятно видеть нечто явно демонстрирующее её нечеловеческую природу. Пьетро закрыл отделение в спине Пенни, его механическое кресло отступило назад. — Хорошо, дорогая, теперь давай еще раз проверим готова ли ты к бою. Пенни слушалась, заняв стойку, отсек в ее спине открылся, разворачивая Флоатин Эррей. Множество лезвий расположилось веером вокруг Пенни, словно лучи стальной звезды. Двигалась с эффективной механической грацией, ее клинки элегантно рубили и кололи голографические цели. Каждое лезвие двигалось независимо, но слажено друг с другом. Одни рубили летящие мишени, другие трансформировались в формы лазерных пушек, стреляя по скачущим мишеням низкоэнергетическими зарядами. — Испытание оружия завершено, — с гордостью объявила Пенни. — Все клинки работают с максимальной производительностью, я снова готова к бою. Жон улыбнулся, наблюдая, как дюжина лезвий складываются вместе, прежде чем снова вернуться в отсек в ее спине. — Мантл теперь в безопасности, — улыбнулся Жон, радуясь тому, как легко она вернулась в форму. Ему то понадобятся часы тренировок, чтобы сбить ржавчину, которую накопил после травмы. Пенни улыбнулась ему и кивнула. — Надеюсь на это, я слишком долго была вдали от своих обязанностей. — Действительно, — согласился Жон. Еще до произошедшего, мысль об отдыхе от ежедневных охотничьих миссий, тренировок и сопровождения грузов, показалась бы ему чудесной. Но сейчас больше всего на свете ему хотелось вернуться к работе, к сражениям с гримм и преступниками вместе со своей командой и друзьями, к выполнению своих обычных миссий, к помощи детям, что каждый день идут в школу. — Еще день или около того, — сказал он, надеясь, что его оценка правдива. По крайней мере, сейчас его аура сформирована, поскольку та больше не тратится на исцеление. — Не спешите, — предупредил Пьетро. ​​— Не хочется, чтобы кто-нибудь из вас снова пострадал. — Мы будем осторожны, отец, — заверила Пенни. — Генерал Айронвуд усиливает меры безопасности в свете недавних событий и уже предупредил меня об осторожности. Жон кивнул в знак согласия. — Рен и Нора уже заставили меня пообещать не торопиться, — признался он. — Рад это слышать, — сказал Пьетро. В кармане Жона загудел свиток. Парень извлек его и активировал экран, увидев неподвижное изображение генерала Айронвуда рядом с текстовым сообщением с просьбой встретиться с ним в его офисе. — Похоже, генерал хочет поболтать, — сказал Жон, помахав им на прощание. — Еще раз спасибо за ремонт, Пьетро, встретимся позже, Пенни. — В любое время, — ответил Пьетро, ​​помахав ему рукой. — Пока, Жон, — сказала Пенни, наблюдая, как тот уходит. Выйдя из небольшой тренировочной комнаты, Жон направился к лифту, нажимая кнопку и встав в ожидании. Двери открылись, его встретило суровое, но спокойное лицо. — Добрый вечер, мистер Арк, — поприветствовала Винтер, когда тот вошел. — Хорошо выглядите. — Эм, спасибо, мисс Шни, — кивнул Жон, увидев, что та направлялась на тот же этаж, что и он. — Я определенно начинаю чувствовать себя лучше, — сказал парень, двери закрылись, лифт начал подниматься. — Приятно слышать. Я заметила, что с момента пробуждения вы проводите довольно много времени с Пенни. — сказала она, оставаясь неподвижной. Её твёрдая поза и строго формальная манера поведения заставили Жона отказаться от попытки опереться о стенку, потому парень просто стоял рядом. — Да, так и есть, — подтвердил Жон. — С тех пор, как мы застряли здесь, пока все остальные работают, нам приходилось убивать время вместе. Винтер молча кивнула, показывая понимание. — Хорошо, по крайней мере этот инцидент сблизил вас обоих, если не сказать больше. Настала очередь Жона ответить молчаливым кивком. Они стали ближе. Еще до приезда сюда он даже не встречался с Пенни, а только слышал о ней благодаря Руби и матчам на Турнире Вайтал. Даже прибыв в Мантл, их общение было, мягко говоря, коротким. Раньше Жон бы даже не назвал их знакомыми. Хоть он и находил ее настойчивость помогать ему во всем, властной и невыносимой, нельзя отрицать, насколько они сейчас близки. — Мы стали хорошими друзьями, — сказал Жон, придавая значение каждому слову. — Рада слышать, — ответила Винтер с натянутой, но искренней улыбкой. — Обнадёживает, что из этой неприятности смогло получится что-то приличное, но, признаюсь, я обеспокоена тем, как это на нее повлияло. — Вы говорили с ней? — спросил Жон. — Я не разглашаю ведение расследования, — ответила Винтер. — Понятно, — сказал Жон. — Как это будет проходить? Если мне разрешено спрашивать. — Можете спрашивать, — ответила Винтер. — Но, боюсь, сейчас я не скажу много, кроме того, что у генерала к вам могут быть некоторые вопросы. — Это, вероятно, объясняет, зачем он позвал меня в свой офис, — вслух размышлял Жон, когда лифт прозвенел и открыл двери на нужном этаже. — Возможно, — согласилась Винтер, стуча каблуками, пока они шли по коридору. Дойдя до перекрестка, Винтер свернула в другой коридор. — Желаю вам удачи, мистер Арк, хорошего дня. — Спасибо, э-э… мисс Шни, — сказал он на прощание. Подойдя к офису Айронвуда, парень вошел, после пропуска секретаря. Войдя в довольно просторную комнату, Жон заметил отсутствие какой-либо мебели, кроме личного стола и стула. Оказавшись здесь в первый раз, он этого не заметил, но, похоже, Айронвуд ожидает, что люди будут стоять на его встречах. — Мистер Арк, спасибо, что пришли. — генерал приветствовал его из-за стола, сложив руки перед собой. — Вижу, ремонт вашего клинка закончен, причем как раз вовремя. — Э-э, сэр? — спросил Жон, не совсем понимая, что тот имеет в виду. — Мне только что прислали вашу оценку, — ответил Генерал, вставая. — Вы были признаны психологически пригодным для возвращения в строй. Также, доктор Жасмин порекомендовала вам ещё раз воспользоваться ее услугами и записаться на будущие приёмы. Оставляю решение на ваше усмотрение. — Спасибо, — сказал Жон. — И это хорошие новости, я немного волновался, что не оставил доктору хорошего впечатления. Айронвуд кивнул и встал, огибая стол и подойдя к Жону. — Понимаю, мне самому приходилось проходить такие оценки. Я никогда не мог чувствовать себя комфортно, находясь под наблюдением и пытаясь объясниться перед человеком, что никогда раньше не оказывался на поле битвы. Никогда их не понимал. Жон потер затылок. — Да — Он вздохнул. — То же самое. Эм… сэр, не возражаете, если я задам личный вопрос? Айронвуд задумался на мгновение, прежде чем ответить. — Можете спрашивать, но ответ обещать не могу. Жон кивнул и сглотнул комок в горле. — Вы… Вы же убивали людей… верно? Айронвуд кивнул. — Речь идет о Василии, не так ли? — Да… в смысле, я знаю, что его смерть так и не подтверждена, но если это так, если я убил его, как я должен себя чувствовать? — спросил он осторожно. — Что вы сказали доктору Жасмин? — Сказал, что надеюсь на его смерть, что не жалею об убийстве, о спасении себя и Пенни, — объяснял он. — Но я также чувствую холод… Чувствую, что должен испытывать вину, сожаление или печаль, но когда я вспоминаю, как вонзил в него клинок, то единственное моё чувство — горькое удовлетворение. И я уже чувствовал подобное раньше. Когда думал об убийстве Синдер. Айронвуд мгновение спокойно смотрел на него, прежде чем протянуть руку. — Могу ли я увидеть ваш меч, мистер Арк? Жон кивнул и снял с пояса клинок в ножнах, передав Кроцеа Морс генералу, который обнажил его и активировал щит, позволив тому раскрыться. Он осмотрел меч, его замысловатую гарду и хорошо заточенное лезвие. — Это фамильный меч, не так ли? Ваша семья участвовала в Великой Войне и Революции за права фавнов, а также имеет выдающийся список заслуг. Жон кивнул. — Ага, да, — ответил он, не совсем понимая, к чему это. — Знаете ли вы, мистер Арк, что, по статистике, только двадцать пять процентов солдат, находящихся на передовой и под огнем противника, стреляют из своего оружия? — спросил он. — Я этого не знал, — ответил Жон. — И из тех двадцати пяти процентов, только три это делают с намерением убить, остальные целятся выше или ниже. О чем вам это говорит, мистер Арк? — Что хоть они и солдаты, сражающиеся за свою жизнь, большинство из них не хотят убивать. — ответил он. — Действительно, — согласился Айронвуд. — Но что вам говорят остальные три процента? Жон нахмурился. — Что у них нет сомнений. — Это немного сложнее, но да, — объяснял Айронвуд. — Некоторые солдаты не чувствуют вины, убивая других людей, одни ненавидят врага или горячо мотивированы своим долгом, другие же боятся за свою жизнь и видят в убийстве единственный выход. А есть те, кто убивают ради защиты своих друзей на передовой, по статистике такие люди происходят из многодетных семей или сообществ, где от них зависят другие, они заводят крепкую дружбу и связи с теми, с кем сражаются бок о бок, и мотивированы защищать их Щит сложился обратно в ножны, генерал вложил в них меч и протянул Жону. — Я знаю вашу историю, мистер Арк, вы сказали, что хотели защитить Пенни, и я вам верю. Не сомневаюсь в том, к какому типу относились вы, когда убили его. Жон смутился, ему снова казалось, что он получает похвалу не заслужено. — Спасибо, сэр, — сказал Жон, забирая меч у генерала. — Это обнадёживает. — Я был на вашем месте, мистер Арк, также обнаружив, что мне не хватает раскаяния в том, что я должен был сделать, — объяснял он. — Но для солдат естественно дегуманизировать противника, это делает их долг более ощутимым, и, как бы то ни было, я верю, что вы поступили правильно. — Спасибо, — ответил Жон, прикрепляя ножны обратно к бедру и положив левую руку на навершие. Айронвуд улыбнулся ему и кивнул. — Теперь, что касается дела, по которому я вас сюда позвал, у меня есть пара вопросов для нашего расследования. Жон кивнул. — Винтер уже сказала мне, что у вас могут быть некоторые вопросы. Айронвуд кивнул. — Да, просто хочу знать, заметили ли вы что-нибудь подозрительное со стороны Фредрика Карлана, водителя, что сопровождал вас в день нападения. — Водитель? — спросил Жон. — А что с ним? — Мы думаем, что он мог быть связан с Василием или с его нанимателем, — объяснял Айронвуд. — Расследование Винтер выявило ряд крупных денежных операций на нескольких его счетах незадолго до атаки на грузовик. Вполне возможно он был информатором, предупредившим Василия о замене мисс Белладонны на Пенни. — Понятно, — ответил Жон. — Но я не знал этого парня и ничего не заметил. Возможно, Пенни что-нибудь записала? — Пенни была занята разговором с вами, мне просто интересно, заметили вы что-то, чего она не смогла. Необычное использование радио или сигнал. Жон покачал головой. — Извините, на ум ничего не приходит. Айронвуд кивнул. — Чтож, я ценю… — Офис озарился красным, а за дверью послышался визг сигнализации. Генерал нажал кнопку на своем столе. — Это генерал Айронвуд, доклад! — Генерал, сэр! В восточном крыле обнаружено тело. Полагаем, на территории академии находится нарушитель, мы оцепили периметр, посылаем к вам группу безопасности. — трещал интерком на его столе Почти не успел закончил главу этой недели из-за всего происходящего. К счастью, в воскресенье слова дались мне легче, и я смог написать больше, чем, честно говоря, ожидал, так что надеюсь, вам всем понравилось. Как обычно, пожалуйста, комментируйте и выскажите мне свои мысли об этой истории и о том, как, по вашему мнению, она развивается. Хотел бы еще раз выразить свою благодарность MidKnightMoonglow99 за обсуждение со мной этой истории и за множество его полезных мыслей и мнений.