Часть 14

— Можно тебя спросить? — Учитывая недостаток твоего образования, я готов отвечать на любые твои вопросы.

Пенни

Шелдон Купер

Он не только не хочет говорить со мной, он смотрит на меня и пытается взорвать мой мозг.

Леонард Хофстедер

Дафна смотрела на вечно зелёный лес взглядом уставшей женщины, повидавшей многое. Женщиной она ещё не была, да и вряд ли теперь станет, а вот уставшей она точно была. Как и повидавшей достаточно много — не мудрено ли! Каждый год в разных городах смотреть то на достопримечательности, то в походы записываться… Шон Блум был горд, а может, он просто отдыхал от гиперактивной дочери, которой всё никак не сиделось на месте. Однажды она захотела отдохнуть на одном пляже, прямо у моря. Вот только на зарплату полицейского, как бы прискорбно это не звучало, жить на широкую ногу не особо получалось. И тогда Дафна устроилась в гостиницу возле этого моря, с проживанием из-за иногородности. Первую половину дня Блум работала — вторую отдыхала так, как хотела. Ещё ведь и зарплату получала! — Скоро приедем, — оповестила в тишине Белла Свон, осторожно перестраиваясь на дороге. — Магазин стройматериалов? — Ага. — Мы могли подождать приезда дяди Шона. Через зеркало Дафна заметила чужие нахмуренные брови. — В твой драндулет всё равно больше поместиться материалов. Чего папу зазря гонять? Или ты хочешь потратить баснословные деньги на заказ до дома? — Тон свой сбавь, — двоюродная сестра-кузина на мгновение оторвала напряжённый взгляд от дороги, чтобы посмотреть на Дафну с позиции более «взрослого и ответственного» подростка. Ха! — я тебе не подружка, чтобы ты так со мной говорила. — Я бы сказала, что ты говоришь как моя мать, если бы она у меня была. Изабелла замолчала. Миссис Блум они вместе видели когда Дафне было… лет так шесть? Или пять. Уже и не упомнить. Мимо пролетали дома, переулки, магазинчики с кричащими вывесками. Что-то отсвечивало неоновым цветом. Что-то — кислотно-розовым. Была пара ярких жёлтых вывесок. Дафна прикрыла глаза: вывески больно били по глазам, вызывая неприятные ощущения. Девушку слабо затошнило, подступая неприятной горечью к горлу. Пришлось сглотнуть, хотя с большим счастьем Блум просто бы выблевала в салоне — вот только тогда вероятность, что двоюродная «сестра» вышвырнет её посреди улицы была слишком велика. Настроение в течении дня то появлялось, то пропадало. Они быстро разделились, как только доехали: Дафна пошла к краскам, а Белла смотрела различные инструменты для покраски комнаты и её ремонта. Затем они менялись; дело двигалось в два раза быстрее, чем если бы был кто-то один из девушек. Так они зашли примерно в пять магазинов. В трёх из них консультанты были душками и помогали дотащить тяжёлые заказы до кузова машины. Двое других были посланы нахер как сексистские ублюдки, которые не могут помочь даже в одной крохотной просьбе. А вот в шестом магазине они уже разделились.

***

Дафна отвлеклась на свои мысли и почти в них погрузилась, если бы не лёгкое прикосновение к плечу от Изабеллы. — Ты ещё на этой планете? — Нет, на Марсе. А что? Свон подавила раздражённый вздох. — Я заметила чуть ниже по спуску книжный магазин. Хочу посмотреть, что у них есть, ты со мной? — М-м-м… — тёмно-синий или светло-синий? Эти две шторы были достаточно приятны наощупь, что Дафна почти толком и не разглядывала другие шторы. И цена была как никогда хороша — два доллара и три цента! Вот только что взять, что взять… Светлый или тёмный? Ах! — Можешь сама сходить, — в итоге не выплыла из своей головы мисс Блум. — Я, скорее всего, буду здесь. Или уже в другом магазине. Отпишись как закончишь. Белла посмотрела на неё странно-долгим взглядом. Покопалась в своей сумочке и протянула Дафне упаковку обезболивающих и ингалятор. — Ты забыла сегодня утром взять. — Они мне не нужны. — У тебя случаются приступы, Дафна. — Нахмурилась Свон. Дафна поспешно оглянулась вокруг, взмолившись, чтобы свидетелей этих слов не было; что ж, сегодня удача ей сопутствовала. — Что, если ты не сможешь самостоятельно дышать? Что, если не отойдёшь? Возьми. Не себе, так паникующим людям вокруг упавшей себя в будущем помоги. — Тише! — Воскликнула шёпотом Дафна. Она поспешно оглянулась ещё раз и резво выхватила ингалятор с упаковкой таблеток, небрежно засунув в свою маленькую сумочку, которую она накидывала на одно плечо и носила уже… почти год? Да. наверное год; она была куплена на школьной распродаже, так что… — Взяла я, взяла! Видишь?! Всё, иди уже! Иди… И Белла Свон, смерив её взглядом знающим, действительно ушла, достаточно громко стуча кедами по полу магазина. Настроение слегка упало, как падало каждый раз, когда она сама или кто-то напоминал Дафне, что, мол, она больна. И в любой момент… любой момент… «К чёрту вас», — подумала мисс Блум. — «К чёрту всех». И взяла тёмно-синие шторы, расплатилась, закинула в кузов машины Беллы… В зеркальце что-то сверкнуло. Дафна на мгновение застыла, сделала вид, будто поправляет помаду на губах. Одолевшая её с уходом двоюродной сестры тоска начала плавиться изнутри, оставляя проплешины интереса и жажды. Интересно… интересно! Дафна зевнула. Закинула сумочку через грудь на второе плечо, застегнув молнию. Документы скрылись вместе с телефоном. Дафна двинулась вперёд, по улице; прошла мимо магазина искусства, музыкального магазинчика и небольшой кафешки с большой вывеской «ХОТ-ДОГИ ПО САМОЙ НИЗКОЙ ЦЕНЕ!». Зеркальные отражения многое что ей показывали. Дафна завернула за угол, пока магазинчиков не стало становиться всё меньше и меньше. А переулок всё темнее и безлюднее. Опасно… Опасно? Ха! Не сбавляя шагу Дафна расстегнула молнию сумочки и выхватила телефон. Замедлилась и набрала номер. — Эдвард Каллен слушает. — Эдвард Каллен может перестать прятаться и подойти ко мне вживую. — А затем сбросила. Несколько мгновений ничего не происходило. Но Дафна даже не задумывалась о том, что она сошла с ума; вместо этого её настроение поднялось и хотелось хихикать и хихикать. Распирало такое… не счастье, нет. Но что-то тёплое, весёлое. — Я… удивлён. Ты меня заметила. — Эдвард Каллен, точно дьявол или призрак, появился за её спиной меньше, чем через три минуты после сброшенного звонка. Дафна с широкой улыбкой повернулась к нему лицом. — Сталкеришь? Тц-тц, как плохо… а ты знал, что это уголовно наказуемо? Эдвард не улыбался, но и не выглядел недовольным. Только осторожно подошёл ближе к ней, окидывая серьёзным взглядом более тёмные закоулки этого тупика; его глаза красиво сверкнули в темноте, наверное, просто блики… — Давай уйдём отсюда, хорошо? — Попросил он, всё ещё на смотря на Блум. — Здесь не лучшее место. — Разве ты не должен сначала мне что-то объяснить, м-м? — Пожалуйста. Тебя нужно… увезти отсюда. Не оборачивайся. Дафна замолкла. Растерянно кивнула, но оборачиваться не стала, да и Эдвард ей не дал — осторожно обхватил за руку и сцепил их пальцы воедино, потянув за собой. На мгновение Дафне показалось, будто она заметила оскал, направленный в темноту. Показалось, наверное. — Ты можешь спросить меня обо всём, как мы уйдём, хорошо? Просто сейчас… лучше уйти отсюда как можно скорее. Дафна замолкла, ускорила шаг. Ей не передалась тревога, которую не ощущал даже Эдвард, но всем видом показывал иное, потому что был немного бессмертным вампиром. — Здесь рядом есть кафе. Зайдём туда? Дафна кивнула, но в последний момент обернулась назад. Трое здоровых, выпивших мужчин вышли из того же самого переулка, в котором Дафна недавно была; словно разминулись… или она их не заметила. Один из них, самый бородатый, ухмыльнулся, глядя ей прямо в глаза. Но и шагу не сделал. — Что ты… я же просил не оборачиваться. — Каллен вздохнул, словно на руках нёс всю судьбу человечества. И сам тоже — обернулся, потянув Дафну за собой, вперёд, немного быстрее, чем до этого. Снизу-вверх она легко видела, как напряглась линия мужской челюсти. Как набухли вены и напряглись в злости мышцы. Свободная рука сжалась в кулак, прежде чем не исчезла в кармане толстовки. Однако стоит отдать должное — сжимать сильнее руку Дафны Эдвард не стал. Уж очень хорошо себя проконтролировал в этот момент; и мисс Блум знала, что уже обратила на это внимание. Обратила и оценила. Дафна не успела рассмотреть названия кафе, но столик, за которым они сели, оказался забронирован Элис Каллен именно на эту дату и на это время. Им быстро принесли меню, которое Каллен даже не стал просматривать. Часто тут бывал? Или схожее меню было во всех подобных кафешках? Дафна ничего заказывать не стала — хотя за неё это всё равно сделал парень. — Я уже могу задавать вопросы? — Ей принесли какой-то салат с мясом, картошку фри и зелёный чай. Дафна добавила три ложки сахара. — Мы ведь сели. Сам Эдвард взял себе только колу. С трубочкой, к которой медленно прикладывался, смотря на неё мутным, непонятным взглядом. Он казался таким… уставшим. И взбудораженным одновременно. Он смотрел на неё так, как не смотрел никто до него. — Поешь. — Ты говоришь только по слову на строчку? Не жадничай. Буквы же не платные. Эдвард покачал головой. Уголок его губ дёрнулся в обозначении улыбки. — Ты похудела, а я не хочу, чтобы ты заговорила мне зубы. Поешь, и я отвечу на твои вопросы, хорошо? От еды её мутило. Дафна грешила тем, что набирала еду в столовой, а потом начиналось: «Ой, любишь морковку, да? Давай я тебе дам, её не люблю уже я, ха-ха!», несколько раз. Размазывала по тарелке, собирала в салфетку, а после выбрасывала в большое мусорное ведро у дверей столовой. Она ела мало, хотя раньше, при стрессе, любила его заедать. А сейчас и кусок в горло не лез. Никакого аппетита… — Я не похудела, — возразила Дафна только для того, чтобы возразить. — У меня нормальный вес! — Ближе к ниже нормы, чем сама «норма». Скулы острее стали, ключицы сильно выпирают. На запястьях все вены почти видны. Дафна едва не вспыхнула. Она вскочила на стуле, полная мимолётной злости… и под морозящим, но внимательным взглядом Эдварда присела обратно. Ни слова так и не сказав. Однако она привлекла внимание; стул звонко стучал по паркету, чудом не опрокинувшись. Взгляды немногочисленных студентов ненадолго обратились к ним; официанты смотрели чуть дольше да и поглядывали до конца того вечера, готовые вывести дебоширов… или защитить от возможного насилия. Дафна не смутилась. Это чувство когда-то сдохло очень-очень давно и с тех пор о нём Блум не вспоминала. — Поешь… пожалуйста. Дафна молчала. — Не обязательно всё, но салат точно, хорошо? -… Она улыбнулась. — Забираешь картошку фри себе? Ай какой негодник. Я-то уж подумала, что ты для меня это заказал. Эдвард улыбнулся. — Мне не жалко. Это тебе, но вначале салат. И Дафна действительно начала есть: медленно, но верно — так говорят? Было тяжело. Ощущать, как по пищеводу падает пусть и лёгкая, но еда. Дафна даже и не подозревала, что была так голодна, пока не откусила сочный кусочек мяса. В какой-то момент у неё заслезились глаза. Эдвард деликатно смотрел в окно, пока мисс Блум вытирала слёзы. Её слегка мутило, живот болел. Прям круговорот. Болит от того, что поела. Болит от того, что не поела. Болит… просто болит, постоянно болит. Дафна расправилась только с половиной тарелки, прежде чем снизить темп и перестать так активно насаживать на вилку еду. — Так ты скажешь мне? — Как я там оказался? Или почему мы вдруг пересеклись? — Мы не пересеклись, я тебя вычислила. — Дафна подмигнула. Каллен улыбнулся, но кивнул подбородком на еду. Мол, ешь, продолжай. — Хорошо, — покладисто согласился он. — Вычислила. — Вся в отца! — Вся в отца. Эдвард Каллен как никогда был похож на подкаблучника с тридцатилетним стажем. С особыми умениями, вроде: «повторять и соглашаться на всё, что скажет жёнушка». Блум это позабавило и она наколола вилкой помидор. Немного запила. По ощущениям — наелась. Но так ли это на самом деле?.. — Я услышал твой разговор с Беллой тогда. Ты просила себя подвести, хотя я ходил у тебя в должниках… Обещал тебя подвезти, помнишь? Дафна помнила. Просто тогда решила, что выгоднее иметь Калленов на чрезвычайную ситуацию на быстром наборе, чем пустить такую тачку на такое плёвое дело. Нужно ли знать об этом Эдварду Каллену? Ну конечно же… — Я просто забыла, — пожала плечами Дафна. …нет. Эдвард слабо постукивал указательным пальцем по столу. Откинулся на сиденье так, что в глазах возник слабый огонёк — нешуточное пламя будущего, ещё не готовое разогреться, но начавшее к этому подготовку. Он был живым. А Дафна как будто нет. — Ты за мной следил, не тяни и говори уже. Эдвард сцепил пальцы рук. На левой руке, на среднем пальце, игриво сверкнуло колечко. Простое, мужское, но всё же — цепляющее взгляд. — Я бы… не назвал это так. Хотя… нет, верно. Я проследил. — Отстой. Эдвард Каллен застыл. Дафна, нисколько не смущённая, потянулась к его коле, и глотнула через трубочку. — Прости. — Принимаю извинения в материальной форме. — …в деньгах? — С тебя будет достаточно удостоверения личности. Эдвард подозрительно прищурился. Горестно вздохнул и всем своим видом показал сопротивление — и в этот момент Дафна поняла, что он «сдался» ей и её воле. Чем больше он делал неприступным вид, тем больше Дафна понимала, что он уже сдавался в её руки. — Хочешь взять на меня кредит? — Неплохая идея, но кто мне его одобрит, тем более с чужим удостоверением? — Ты сможешь убедить всех, в этом я не сомневаюсь, маленькая лгунишка. Дафна улыбнулась. — Хэй! — Не забывай есть, пожалуйста. — Эдвард рукой махнул на тарелку. Добрая улыбка Дафны на миг дрогнула. Пальцы сжали вилку. — И когда ты мне его тогда вернёшь? — Смотря как долго ты за мной шпионил. Эдвард беспомощно улыбнулся. — Ты ведь и сама всё прекрасно знаешь. — Да. Мне просто нравится, когда ты это признаёшь вслух. — Разбойница. — А ты сталкер. Хорошая пара? Они некоторое время просто смотрели друг на друга, не реагируя ни на что. С самыми серьёзными лицами… и весь мир исчез. Звук пропал, люди вокруг пропали. Только Дафна. Только Эдвард. А затем они резво улыбнулись — одновременно, — и прыснули со смеху. В глазах Эдварда начали плясать смешинки и цвет его глаз стал напоминать расплавленное золото, потёкшее солнце — до того это было красиво. А Дафна слабо захихикала, пока её смешки не переросли в настоящий, здоровый смех. Боже… Боже! Как давно она так задорно не смеялась! — На… два… вечера… — сквозь хихиканье произнесла мисс Блум, показывая два пальца. Мол, смотри — во-от столько! Эдвард кивнул и документик быстро перекочевал из одних рук в другие. Он ненормальный. Точно ненормальный. Кто вообще следит за другими людьми, а когда их ловят — спокойно расстаются с такой важной бумажкой, как документ личности? Дафна зашлась в новом приступе смеха, пока радость не омрачилась подлым кашлем. Дышать стало тяжело. Рот, прикрытый руками, искривился в злой, мимолётной злости и разочаровании. на пару мгновений Дафна всё никак не могла вздохнуть, набрать в грудь воздуха; она настолько сосредоточилась на том, чтобы дышать, что даже не расслышала, как стремительно Эдвард покинул своё место, встав рядом с ней. Его рука легла ей на плечо, а сам он был близок к состоянию небольшой паники. Это читалось… по глазам. Лицо оставалось невыносимо непроницаемым. Приступ кашля прекратился и Дафна смогла отдышаться. Прикрыла глаза и прильнула к прохладной руке мёртвого столетнего парня. — Где твой ингалятор? — В сумочке… это не приступ, не бойся так. Дафна слабо улыбнулась и хрипло рассмеялась. Недолго. Горло побаливало. — Я просто слегка приболела. — Приболела, — странным тоном повторил Эдвард, очевидно ей не веря. Но сил на крутую ложь у Дафны не было. Ему… почему-то не хотелось лгать. Во всем точно виновата эта прекрасная внешность, не иначе. — Да. Я уже купила, чем пшикать в горло, так что… Эдвард покачал головой. — Запей, пожалуйста. Не напрягай тогда горло. И не холодное! — Воскликнул он, когда Дафна потянулась к коле. Каллен протянул ей её недопитый чай, который мисс Блум, пусть и скривившись, но выпила. Облегчение это для горла не принесло. — Хорошо-хорошо, мамочка. — Я могу задать вопрос? — Ну конечно. — Как ты поняла… что это я? Что я вообще иду за тобой? Дафна улыбнулась. — Мой папа — коп. — Эдвард поднял свои брови элегантным движением. Мол — и что? — Я знаю, что порой это не показатель, но не в моей семье. Папа хотел мальчика, но родилась я. Не то чтобы он расстроился… Но на рыбалку и футбол я ходила. Я очень легко чувствую, когда на меня смотрят. Мурашки по коже идут… а наблюдательности меня обучал папаша. Я заметила пусть и не всего тебя, но человека, что следовал за мной, по зеркальным отражениям. Сначала подумала — ну, мало ли кто ходит. Потом думала — это всё неспроста. А под конец я смогла собрать фрагменты, сопоставила рост и цвет, занятость и поняла, что это ты. Дафна пожала плечами, мол, ну что тут сложного, но даже так Эдвард оказался под впечатлением. Телефон завибрировал. «Ты где?» «Ещё выбираю. Буду через два часа». «Час. Больше я не прожду». «Полтора и я не буду паясничать». «Ок». — Белла? — Ага. Спрашивает, когда я вернусь. Эдвард слабо улыбнулся. И стало понятно, что он не хотел с ней расставаться, однако встал и пошёл рассчитываться. — Я тебя доведу до сестры. — М-м… хорошо. Только может поможешь кое с чем? Эдвард прищурился. — Что ты задумала? — Ничего, — невинно улыбнулась Дафна. — Просто довези меня до аэропорта.

***

— Добрый день, ваше удостоверение личности, пожалуйста. Дафна улыбнулась. Намного счастливее, чем за весь день. Даже копаться в сумочке не пришлось, перед входом в здание мисс Блум переложила документы наверх, чтобы не пришлось лишний раз копошиться и искать. Девушка за стеклом вбивает данные в компьютер. Достаёт бумаги и что-то пишет в них; всё это время Дафна не прекращает улыбаться, словно куколка. — Вам…? — Я вас не расслышала. Стекло глушит звук. Засиделись там, в своих кабинках, и довольные-е-е… Ни черта не слышно. Дафна улыбается. Девушка за окном — нет. Она вновь повторяет, но в этот раз мешает шум мимо проходящей большой семьи. Одна девушка, с яркими рыжими волосами, громко хохоча, толкает ненарочно плечом. У неё бейджик вшит на свитер, который она носит: «Лекси»… — Повторите громче, пожалуйста. Когда на твоих устах улыбка, а на лице собеседника её нет, это несколько печально. Ну, для человека, на лице которого нет улыбки, если он на секунду замрёт и задумается. Но вместо этого девушка за стеклом, в надёжной «будке» вздыхает недовольно, хмурится и кривит зубы; ну кому нравится по сотню раз повторять сказанное вновь и вновь? Одно и тоже, одно и тоже… А ведь может таких клиентов, как Дафна, у неё несколько раз на дню. В аэропорту всегда ведь шумно — и днём, и ночью. — ВАМ. КУДА. Дафна улыбнулась и ответила. — На какое число? — Двадцать восьмое, пожалуйста. Это самая приблизительная дата, в которую может прилететь папа. Будет до боли смешно, если они разминуться. Девушка за компьютером вновь запечатала. Большой такой, белый. К нему было подключено много-много проводов. А после что-то писала в тетради. Наклонилась к другой девушке по соседству и заговорила; это был не английский. Они засмеялись. Дафна улыбнулась. — Два, пожалуйста. — Билета? — Да. — Второй документ где? Блум протянула. Девушка посмотрела на фото слегка зачарованная тем, что увидела. Или, если быть точнее, кем. Кого. Как угодно. — А где сам… молодой человек? — Это мой жених и мы помолвлены. Мы собираемся сбежать и провести тайную свадьбу, потому что наши родители против нашего брака, они сватают нас за совсем других людей. — Дафна всхлипнула. — Только там нас не достанут. Нам только нужно… только расписаться… пусть даже и без церемонии! Пожалуйста! Она покачнулась от слабости и позади стоявшая старушка ахнула, тут же предложив свой локоть. Её внучка или дочка, девушка неопределённого возраста, сочувствующе погладила её по руке, приобнимая за плечо. Дафна прикрыла глаза. «В аэропорту всегда ведь шумно — и днём, и ночью. Хороший слух цепляется за фразы то там, то тут; я не прислушивалась, но уловила, как позади меня собиралась толпа. Немного недовольная, немного нетерпеливая, немного… много чего. Это недовольство, которое они вдруг в себе развивают меня смешит; но выльется всё не на меня. Интересно, на кого? О, стук какой. Интересный. Я улыбаюсь. Улыбаюсь. И стук такой ещё слышится. С тихим шорканьем. Оборачиваться нельзя, нет… иначе дам понять, что вижу эту безмолвную очередь. Что я намеренно задерживаюсь — нет, так нельзя. Не по правилам. Я присмотрелась к окну, за которым стояла девушка, к зеркальной поверхности сбоку и к почти сияющему паркету. Кто-то низкий, с тростью. Вот что это был за звук!.. Трость, конечно же трость… Бабушка или дедушка? Бабушка или дедушка? Я сделаю ставку на сочувствие. Это будет бабушка. Пускай это будет старая женщина». — Обычно нужно присутствие всех, кто летит… — вяло пробормотала девушка-за-кассой. Бабуля встала в воинственную позу. Горестно воскликнула: — Ну как же так?! Мешать двум сердцам… нет! Не позволю! Послышался гам; концерт, устроенный Дафной, собирал всё больше и больше народу. Бабушка хваталась за сердце, причитала на своё здоровье и угрожала, чтобы билеты были «подарены» чуть ли не задаром; её, как оказалось, дочь — адвокат, отвергала каждый из законов, а порой и вовсе создавала свои с очень умным видом. Или в США так часто просто меняется закон, что за ним уже просто не уследить?.. Заговорил строгий мужчина, нервно постукивающий по часам; он почти что опаздывал. В толпе воцарился хаос. Дафна скрыла улыбку в подрагивающих плечах, пряча лицо в кофте одной беременной женщины. Её маленькая дочка (не та, что в животе), посмотрела снизу-вверх и увидела радость, а не печаль. Глаза у неё округлились. И пока никто не видел, Дафна нашла время ей улыбнуться, подмигнуть. Билеты ей таки выдали. — У вас всё получится, — говорила та старушка с тростью, поглаживая по плечам. — Не бойся. Смело борись за своё счастье, милая! — Конечно, — «слабым» голоском ответила Дафна, робко улыбнувшись. — я так и поступлю. Спасибо… спасибо вам. — Ой, да ничего-ничего… Когда она вернулась в машину, где Эдвард её ждал, он нетерпеливо постукивал пальцем по рулю и то и дело сверлил её недоверчивым взглядом. Как многолетний супруг, по одной её улыбке понял, что «жёнушка» совершила что-то, но расспрашивать не стал. Хотя уж больно хотелось, смотря на её яркую улыбку. Обратно они оба ехали в тишине, под сменяющуюся классику.