Глава 13

      Проблем с пробуждением у Лу никогда не было.              Она не входила в список людей, позволяющих себе отключить надрывающийся будильник и невозмутимо продолжить спать. Бессмысленно не нежилась в кровати, когда перед ней маячила гора суперважных дел, но сейчас, в неудобной машине, ей спалось так хорошо, как никогда раньше. Даже снов не снилось. Вообще никаких.              Виной этому была усталость. Или твёрдая грудь под щекой, обтянутая строгой туникой, да древесный, чуть сладковатый аромат, заполнивший лёгкие, и крепкая рука, прижимающая к себе. Несмотря на безмятежное спокойствие, на периферии мозга маячила одинокая мысль: «А почему стало так тихо?»              Почувствовав невесомое прикосновение, Лу пошевелилась. Приоткрыв заспанные глаза, она непонимающе посмотрела по сторонам, на ходу растирая зудящую щёку. Свет был приглушён, перегородка, отделявшая их от водителя и Кея, закрыта. Даже негромкая музыка больше не играла, погрузив салон в полную тишину, а потому сообразить, где она, у Лу получилось не сразу.              — Мы доехали, — негромко повторил Иво, свободной рукой убирая прядь с её лица. — Просыпайся.              Спросонья моргая, как сова, Лу отодвинулась от него. Не сумев даже смутиться как следует (она и правда проспала так всю дорогу?!), потянулась, разминая затёкшую шею и бока. Приглядевшись в окно, девушка быстро опознала знакомую улицу прямо перед зданием Инквизиции.              — Так быстро, — хрипло заметила она, пытаясь пригладить безнадёжно взъерошенные волосы.              — Мы ехали полтора часа. Чуть быстрее, чем вы с Ришаром, как понимаю. — Губы Иво дрогнули в едва заметной улыбке. — Пойдём, нас уже заждались.              Кивнув, Лу открыла дверь, впуская в салон непривычно душный воздух, и неуклюже вылезла из машины, встретившись с таким же сонным Кеем.              Не глядя на неё, эмпатик сцедил зевок в кулак, поправил надоедливый пистолет, неприятно оттягивающий ремень, и занял своё место за спиной Иво. Лу последовала его примеру, стараясь не чесать зудящую кожу на щеке. И так наверняка покраснела.              Окончательно проснулась Лу только в лифте. Поправив мятый ворот, она как можно незаметнее зевнула. Потом смахнула выступившие на глазах слёзы, покосилась на взъерошенного Кея и невозмутимого Иво. Последний с виду выглядел обычно, разве что кончики губ немного подрагивали, а в глазах плясали едва заметные смешинки.              «Неужели отдохнуть умудрился, оттого и довольный такой? — с удивлением подумала Лу, машинально постукивая ногой в такт негромкой музыке. — Ну мастер…»              В приёмной Приора царило необычайное оживление. Скучавшая сестра клевала носом, уткнувшись в стаканчик с кофе. Даниэль тоже довольной не выглядела, барабаня длинными ногтями по столешнице и лениво объясняя что-то Баретти. Начальник охраны сверлил её хмурым взглядом, способным заморозить даже воду в декоративных фонтах, но молчал. Молчал и преступно свежий Жонсьер, сияющий, будто отполированный диск, а оттого выглядящий ещё более раздражающим.              Заметив открывшийся лифт, инквизитор оживился ещё больше, отставил в сторону кружку и внимательно осмотрел и Иво с Кеем, и саму Лу. Девушка ответила ему хмурым взглядом абсолютно невыспавшегося человека, готового ненавидеть любого, кто выглядел чересчур живым, и отвернулась, не заметив, как вытянулось лицо инквизитора. Поздоровавшись с Приором, Баретти не преминул обратить внимание на остановившуюся рядом с сестрой Лу.       — А вот и вторая Рид, — излишне громко произнёс он, отчего сестра закатила глаза. — Как приятно видеть всех в добром здравии… После совещания не расходимся — нам нужно обсудить ваш дальнейший порядок работы.              — Лучше обсудите это прямо сейчас, Гектор, — то ли приказал, то ли попросил Иво. — Минут сорок ведь хватит? Я как раз успею поговорить с Марком.              Баретти кивнул, явно довольный подобной идеей, и встал. Оправив и без того идеально сидящий пиджак, он кивнул на диван, весьма тонко намекая — им просто необходимо перейти на него. Дождался, пока Лу и Кей усядутся на него, как мелкие дети на уроке, и устроил такую выволочку, от которой у всех присутствующих вмиг заболели головы. Прошёлся он по всем: сестре досталось за неподходящее время для пьянки и несвоевременные ответы на телефонные звонки (она была в душе и перезвонила не мгновенно, а спустя три минуты), Кею за излишне долгую поездку в Инквизицию — эмпатик приехал не заранее, как делал раньше, а ровно к семи утра, — ну и, конечно, самой Лу за «излишнюю исполнительность, отсутствие желания задавать вопросы и глупую болтовню».              Про неисполнение приказов Приора он отчего-то не сказал.              «Забыл, наверное, а может, ещё выскажется об этом отдельно», — подумала Лу, не особо внимая его возмущённым речам. Отчитывать Баретти мог часами, самозабвенно наслаждаясь этим занятием, а потому всем приходилось терпеливо сносить возмущение не основного, но всё же начальника.              К их счастью, время медленно подбиралось к десяти часам, и Баретти, явно жаждущий лечь спать хотя бы к полуночи, стал закругляться.              — …И да, Рид… — он на секунду замолчал и — для верности и большего уяснения своих слов — ткнул пальцем в Лу, — что за внешний вид? Вы состоите в сопровождении Приора или занимаетесь обслуживанием его автомобиля? Да вашему, прости Единый, пиджаку место на мусорке. В следующий раз постарайтесь быть более аккуратной… — Он внезапно осёкся. Прищурился. Потом перевёл взгляд на плотно закрытую дверь в кабинет Приора, покачал головой и нескладно закончил, перейдя на «ты»: — И завтра утром жду тебя у штатного врача. Сдашь все анализы, потом пройдёшь тестирование на подтверждение пси-ступени. Физическую подготовку тоже сдать желательно, этим можешь заняться после обеда.              Анализы Лу сдавала совсем недавно, но даже не стала спорить. Нужно так нужно. Ей без разницы, а ему, может быть, приятно — напьётся крови, вампир хренов, да сразу подобреет.              — Расписание на завтра может измениться, а потому морально готовьтесь к поездкам. — Баретти понизил голос, меняя тон с возмущённого на деловой. — Рид номер один, — он строго посмотрел на настоящую Лу, — Рид номер два не сдала нормативы, а потому не сможет соответствовать заявленному порогу безопасности. А это значит…              — Но я ведь их сдам, — резко перебила его Лу, отлично поняв, к чему он клонит. Сестра никак не может проводить абсолютно всё время на работе, ей за Йонасом приглядывать нужно, а значит, нужно попытаться переубедить вредного начальника охраны. — Завтра с утра подтвержу и ступень пси, и физпо…              — Сначала всё сдай, — отрезал Баретти, не дав его договорить. — Потом поговорим. К тому же тебе просто необходим дополнительный инструктаж о правилах поведения, которым необходимо следовать при сопровождении Приора.              — Вы ведь понимаете, что я уже прошла обучение? — ледяным тоном осведомилась Лу, мысленно содрогаясь от перспективы вновь тратить на это время и силы. — Мне не нужны курсы моделей и прочая ерунда…              Баретти неожиданно устало покачал головой.              — Я говорю не про это. Пройдёшь тесты — обсудим всё более подробно… После тестов, Рид, даже не думай спорить!              Делать было нечего, а потому Лу пришлось довольствоваться хотя бы этим и прикусить язык.              — Может, вы хоть кофе выпьете? — подала голос Даниэль, когда стало понятно, что экзекуция окончена и Баретти сменил гнев на милость. — Кей, ты ведь на ходу спишь…              — Было бы славно. — Эмпатик выдохнул, растирая переносицу. — Мадемуазели, месье Баретти, не присоединитесь ко мне?              — Я не буду, — тут же отказалась сестра. — Я тут уже час его распиваю, скоро он из ушей полезет…              — Мне тоже достаточно, — вторил ей Баретти. — Чрезмерное употребление кофейных зёрен в ночное время оказывает негативное влияние на сердце.              «Будто оно у тебя есть», — скептически подумала Лу и переглянулась с сестрой, явно подумавшей о том же.              — Рид? — Кей покосился на мрачную Лу.              — Отказываться не буду, — кивнула она. — Только сначала схожу в уборную. Вряд ли их совещание быстро закончится.              — Лучше переоденься, — выдал неожиданный, но очень разумный совет Баретти. — И ради Единого, посмотри в зеркало да причешись.              Мрачно покосившись на него, Лу благоразумно воздержалась от замечаний, решив не тратить драгоценное время на споры. Но душу отвела, мысленно пожелав ему лишиться столь лелеемых усов, и направилась к себе.              Лифт даже ждать не пришлось — он по-прежнему находился на их этаже, а потому Лу очень быстро оказалась наверху. Пройдя по пустынному коридору, невесть почему обшитому деревом, она зашла к себе и придирчиво огляделась. Бардака в комнате практически не наблюдалось. Вещи лежали на своих местах, одежда висела в шкафу, а кружки стояли на своём месте у одинокого чайника. Заправленная кровать вовсе поражала — вымуштрованные в интернате привычки навечно засели в мозгу, позволяя сохранять порядок даже в такой ситуации.              Скинув с себя опостылевшую одежду, Лу позволила себе зайти в душ и постоять под горячими струями целых пять минут, с наслаждением смывая с себя пыль, пот и тягучий запах машинных масел. С трудом промыв волосы, она обмотала голову полотенцем и переоделась в шорты, белую футболку, а сверху накинула жилет. Достаточно строго для Баретти и очень комфортно для неё. Да и синяки на коже скроет.              Потратив немного времени на то, чтобы подсушить волосы, она подхватила расчёску и, отлично помня о просьбе Баретти, заглянула в зеркало. Увиденное настроение нисколько не улучшило. Скорее наоборот — смутило до невозможности. Горячая вода сделала своё дело, и Лу покрылась ярко-алым румянцем, из-за чего оставшийся на щеке символ инквизиции стал заметен ещё больше. Никаких сомнений в том, как же он там оказался, у Лу не было. И так ясно, что отпечатался за то время, что она спала в машине, используя грудь Иво как подушку.               «Ладно хоть никто, кроме Баретти, не заметил, а то бы точно от подколок не удержался», — подумала она, массируя кожу. Это немного помогло, и Лу, покосившись на часы, вновь вернулась в приёмную, благоухая ароматом смородины. Запах оказался таким натуральным, что у неё самой ещё в душе даже слюни потекли.              — Везёт тебе, — вздохнула сестра, дёргая её за влажную прядь. — Я тоже хочу в душ.              Приняв кружку с подостывшим кофе, Лу поблагодарила Кея и пожала плечами.              — У тебя же здесь тоже вещи есть. Можешь сбегать.              — Не, подожду до дома, — мотнула головой она, едва не окунув кончик косы в чужую кружку. — Они уже заканчивают. Наверное.              — Да ты оптимист, — криво улыбнулась Лу. На скорый уход отсюда она даже не надеялась: ближе к часу закончат — уже отлично будет, а потому погрузилась в спокойное ожидание.              — Так вы не договорили о гостях… — подала голос Даниэль, продолжая явно уже начатый разговор.              Баретти тут же оживился, делясь воспоминаниями о двух племянниках-близнецах, которым только-только исполнилось два года, и Лу, немного послушав об их подвигах, в который раз поняла — никаких детей в ближайшие пару лет она точно не захочет. Сестра явно думала так же, слушая Баретти вполуха, а вот Кей невесть с чего внимал его речам с необычайным интересом.              Несмотря на садистские наклонности и вредный характер Баретти, его голос был приятный. Успокаивающий и, она бы даже сказала, усыпляющий. Взбодрившаяся после душа Лу вновь начала клевать носом, а вскоре вовсе задремала, погрузившись в полусон-полуявь. Не разбудили её ни хлопающие двери, ни шёпот сестры. Лишь подошедший Жонсьер, бесцеремонно потрясший её за плечо, справился с этим в два счёта.              — Рид, кофе нужно пить, а не поливать им пол, — заявил он, вырывая пустую кружку из её ладоней.              — Это ты только сейчас узнал и решил поделиться со всеми своим открытием? — сонно моргая, спросила Лу, но кружку отдала. — Как приятно.              Жонсьер громко фыркнул и открыл было рот, намереваясь продолжить перебранку, но сдержался, встретившись взглядом с выглянувшим из дверей Иво. Кашлянув, он многозначительно нахмурил брови и позвал всех в кабинет.              Передислоцировавшись на другое, более мягкое кресло, Лу принялась внимать разговорам, стоически стараясь не заснуть хотя бы здесь. Получалось не так хорошо, но она пыталась как могла и даже умудрилась чётко ответить на бесконечные вопросы Жонсьера. Тот, оседлав своего любимого конька, умудрился завалить ими абсолютно всех: и сестру и Кея. Даже до Ришара дозвонился, устроив своеобразную конференцию. Сравнив все показания и явно сочтя сбор информации приемлемым, он удовлетворённо откинулся на спинку дивана и кивнул.              — Пока всё сходится. Всё именно так, как и предупреждала Сарду.              — Сарду? — Кей отнял ладони от лица и посмотрел на Жонсьера так же удивлённо, как и остальные. Лу от него не отставала, непонимающе нахмурившись.              Жонсьер махнул рукой, явно не желая ничего объяснять.              — Мадемуазель Сарду подъехала ко мне этим утром, — подал голос Иво, решив не держать их в неведенье. — Сообщила, что полиция засекла абонентские соединения между месье Дюпоном и неким Августом Сойером.              — Тем, кто влил воду в топливный бак вертолёта, — шёпотом подсказала Лу непонимающей сестре.       Та задумчиво кивнула, растирая подбородок.              — Я к сведению это принял, но воспользоваться информацией в полной мере не успел ввиду сложившихся обстоятельств. — Иво не скрываясь покосился на Лу.       Она с честью выдержала его взгляд, стараясь игнорировать черноту расширенных зрачков — свет в кабинете горел неярко.              — Полиция тоже занимается его поиском? — спросила сестра, ковыряя пальцем подлокотник.              Вместо Иво ответил Жонсьер:              — Да. Ничто так не сближает, как совместная ответственность за неэффективный розыск преступников, а потому полиция совместно с Инквизицией разделили списки со всеми незадержанными манифестантами и разделили обязанности. Разрешение на получение информации между абонентскими соединениями Инквизиция давно согласовала, а потому биллинг осуществляют именно они.              Несмотря на обилие заумных терминов, общую суть Лу уловила и одобрительно кивнула. Иво, видимо, пытался разобраться не только в генетической безопасности, но и наладить нормальное взаимодействие между двумя важными органами. Очень важное решение, особенно если учесть прошлые реалии.              Проговорив ещё немного, Иво сначала отпустил Баретти (не забыв согласовать с ним поездку в Синод для разговора с Сарду), а потом и Жонсьера со всеми остальными. Законных причин у Лу остаться не нашлось — дела-то они уже обсудили, а потому она, зевая, как бегемот в фильмах о дикой природе, направилась вслед за такой же сонной сестрой.              — Рид, — остановил их двоих негромкий голос Иво. — Ты не припомнила Августа Сойера?              Смотрел он на Лу, и сестра, поняв, что он обращается не к ней, сочувственно хлопнула её по плечу и поспешила выйти в приёмную. Сама Лу её не винила — сестра и так просидела здесь достаточно. Повертев головой, но так и не обнаружив в кабинете никого, кроме самого Иво, Лу помахала Кею, отдёрнула руку от дверной ручки и развернулась.              — Нет. Фуко это имя при мне не упоминал.              — А внешность? Посмотри, не узнаешь его?              Иво поднял со стола планшет и протянул его ей. Подойдя ближе, Лу приняла широкий лист стекла и уставилась на группу мужчин в спецовках. В самом центре стоял Георг, поодаль эмпатик, задающий ну очень неудобные вопросы, а рядом… уж не про этого ли человека говорил Иво? Она ведь действительно начала вспоминать — этот тип ещё подохнуть всем предлагал вместо того, чтобы приять идеальный план Лу.              — Вроде это он. — Лу ткнула пальцем на человека в жёлтой спецовке. — Если правильно помню, то Георг его как раз Августом и назвал… Хотя я могу и ошибаться.              Договорив, она покосилась на Иво и моргнула. Мужчина встал к ней вплотную и теперь с лёгкой улыбкой смотрел на неё. Заметив её взгляд, он улыбнулся ещё шире, аккуратно забрал планшет из её рук и положил на стол.              — Ты не ошиблась, это действительно он, — произнёс он и неожиданно предложил: — Не против подняться наверх? Я переоденусь, и мы продолжим разговор…               Заворожённость моментом у Лу тут же спала, и она, мысленно обругав себя за глупость (стоит и слюни пускает, пока он о деле думает), согласилась. В конце концов, лучше, чем диван в кабинете Иво, был диван в его апартаментах. Лучше для сидения, конечно, а не для чего-то другого.              Иво удовлетворённо хмыкнул и, подхватив со стола папки и планшет, открыл дверь, ведущую наверх. Пройдя по ступеням и даже не споткнувшись ни разу, Лу в который раз за сегодня огляделась по сторонам. Апартаменты были точно такими, как она их помнила. Всё то же тёмное дерево, приятный, мягкий свет и необычайная свежесть — вина то ли кондиционера, то ли распахнутой балконной двери              — Ты не голодна? — спросил Иво, раскладывая бумаги на журнальный столик перед диваном.              Лу пожала плечами. Есть, конечно, хотелось, но уже куда меньше, чем спать. Да и живот, обманутый горячим кофе, перестал урчать минут как сорок назад. Жаль, ненадолго, правда. Явно стоит лечь спать, как он тут же коварно проснётся. Лу это точно знает. Проходила уже много раз.              — В холодильнике буррида есть, не подогреешь? — попросил Иво, на ходу расстёгивая тунику. — Я переоденусь и подойду буквально через пару минут.              Лу, попытавшись не смутиться от оказанного доверия, согласилась, не подозревая, насколько затянется его «пара минут». Хотя подобная задержка ей оказалась на руку — слишком уж странным и непривычным было ходить по чужой кухне. Действуя скорее по наитию, чем по памяти (в те редкие встречи с другим Иво тот хозяйничал у себя самостоятельно), Лу отыскала в холодильнике пузатый контейнер, доверху наполненный супом.              Поставив его разогреваться, она повертела головой и не сразу, но всё-таки нашла посуду и приборы в одном из шкафчиков. Расставив всё на столе, Лу задумчиво растёрла подбородок, но от айоли самоуверенно отказалась, зато найденный багет порезала, подсушила и заварила чай, решив, что очередные литры кофе не влезут ни в неё, ни в Иво. Заслышав писк окончания таймера, она вытащила контейнер, но разливать по тарелкам не спешила — остынет же. У кухонного блока стало неуловимо жарко, и Лу с наслаждением сняла жилетку, повесив её на спинку высокого стула, и постучала ногтем по заварочному чайнику, отчего встревоженные чаинки вмиг поднялись вверх.              Вскоре в глубине апартаментов хлопнула дверь, и Лу разлила ароматный чай по кружкам, а густой, ароматный суп с кусочками распавшейся рыбы — по тарелкам и удовлетворённо кивнула. С тушёными кабачками, конечно, не сравнится, но хотя бы выглядит весьма приемлемо. Не так шикарно, как у Иво, но тоже достаточно аппетитно. Даже живот проснулся, голодно заурчав, отчего Лу недовольно поджала губы, укоризненно ткнув в предателя пальцем.              Совсем рядом раздался негромкий смешок, отчего Лу тут же напряглась, вскидывая руку, но быстро расслабилась. Разглядела знакомую фигуру. Иво стоял на пороге между спальней и гостиной, одетый в простые брюки и привычную то ли рубашку, то ли тунику с короткими рукавами. Тёмная грива волос (когда только подсушить успел?) свободно лежала на плечах, придавая ему и без того неформальный вид, от которого щёки Лу тут же заалели.              — Прошу прощения за ожидание, — подал он голос, поняв, что его раскрыли. — Не смог удержаться и не принять душ.              — Я поступила точно так же, так что не мне тебя упрекать, — улыбнулась Лу краешком губ, стараясь не пялиться на него так явно, и смущённо растёрла шею. — Всё готово…              Иво проследил взглядом за взмахом её руки и кивнул, подходя ближе.              — Тогда не будем терять время, — по-мальчишески весело подмигнул он, усаживаясь за стол. — Его и так преступно мало, а нам завтра так рано вставать.              Лу сочувственно угукнула, пробуя достаточно острый суп. Вставать и правда рано. Сначала нестись в Корпус, потом выслушивать ворчание капеллана Уэйна… Интересно, Баретти предупредил его или придётся лично выслушивать претензии по поводу заполнения очередной горы бумаг? Хотя это всё ерунда, гораздо важнее успеть пройти всё до обеда, чтобы сестра смогла получить долгожданные отгулы… И это она ещё не думала о том, что Иво мог быть против конкретно её участия в сопровождении…              Потянувшись к багету, Иво ненароком коснулся её руки, крепко сжавшей ложку.              — О чём задумалась? — мягко спросил он.              Лу неопределённо пожала плечами, но расслабилась. Едва не растеклась лужицей по столу, наслаждаясь теплотой его ладони.              — О завтрашних тестах. Месье Баретти сказал, что без них не допустит к работе.              — Боишься, что не пройдёшь? — спросил он таким тоном, будто действительно находил эту идею смехотворной.              — Переживаю, что даже если пройду, то допущена не буду, — честно ответила она, даже не подумав юлить. — Ввиду различных обстоятельств, так сказать.              Иво покачал головой.              — Не думаю, что стоит об этом переживать, — посоветовал он, проводя пальцами по тонкому запястью. — Мне таковые неизвестны, а значит, их попросту нет.              Смущённо отметив, что он наверняка мог бы уловить её лихорадочный пульс, Лу тем не менее умудрилась успокоиться. Хоть одна причина для переживаний пропала, оставив, правда, десяток других.              — Могу я задать вопрос? — неуверенно спросила она, краем глаза смотря на влажные кончики его волос, капельки с которых совсем немного намочили короткую тунику.              — Разумеется, — тут же кивнул Иво, ни словом, ни делом не показывая, что не хочет говорить о чём-то.              — В Обани мне немного рассказали о речи Фуко на казни, — начала она, отчего Иво едва заметно нахмурил брови, но прерывать не стал. — Я значения этому не придала — люди ведь постоянно что-то болтают, но потом Ришар сказал, что… — Она замялась, не зная, как конкретизировать вываленные инквизитором слова. — В общем, он сказал, что ты решил не опровергать слова Фуко, и похвалил тебя за политически верный ход.              Последняя цитата буквально обожгла язык своей горечью, но Лу как могла контролировала лицо, не желая показывать, насколько сильно её волновала эта фраза.              — В какой-то мере Ришар прав: позиция псиоников сейчас очень шаткая, — спокойно начал Иво, до сих пор не отпуская её. Лишь забрал ложку и обхватил руками уже обе ладони. — Люди узнали о них так много… По-настоящему осознали, какой силой они обладают, а потому начали бояться. Это печальный, но реальный факт настоящей действительности. То, что мы пытаемся исправить, однако, сама понимаешь: трёхфутовый лёд не сформируется за один холодный день.              — Тяжёлая ситуация с псиониками мне ясна, — кивнула Лу и усмехнулась, пытаясь скрыть за бравадой настоящие переживания. — Мне непонятно другое: чем же, кроме увеличения количества сплетен, поможет то, что какая-то псионичка якобы спит с Приором?              Несмотря на откровенную насмешку, Иво не обиделся. Даже в лице не изменился, лишь взгляд стал серьёзнее, а хватка крепче.              — Я действительно посчитал нужным не опровергать слова Фуко. Во-первых, моя реакция на них была бы явной глупостью, во-вторых… во-вторых, он хоть и высказался весьма грубо и явно забежал вперёд, но не соврал в одном: испытываемый к тебе интерес далёк от профессионального. Это не значит, что я умаляю твои достоинства. Разумеется, это не так, однако… — он обезоруживающе улыбнулся, — я бы и правда хотел, чтобы наши отношения вышли за пределы исключительно деловых. Но да, я признаю, что поступил излишне самоуверенно, позволив себе не отрицать его слова в разговорах с коллегами.              Лу молчала, убитая его прямолинейностью.              «Испытываемый интерес», — мысленно повторила она, пытаясь хоть как-то переварить его слова. Нет, она, конечно, догадывалась об этом (человека, который тебе абсолютно безразличен, так целовать не будешь), но услышать это лично оказалось излишне волнительно.              — К тому же вряд ли для тебя это удивительно, — добавил он, явно решив её окончательно добить. — В твоём старом мире мы тоже были близки, разве нет?              Румянец, казалось навечно закрепившийся на её щеках, медленно расползся и на шею.              — Какая самоуверенная идея, — наконец проговорила она, практически повторив его слова.              — Скорее, очень даже здравая. Как я понимаю, наши личности абсолютно идентичны, а потому не могу не признать практически стопроцентный шанс развития таких событий.              Лу покачала головой, не найдя в себе сил продолжить развивать эту тему. Иво настаивать не стал. Но, явно довольный, обжёг таким взглядом, по сравнению с которым острый суп показался безвкусной водой.              Закончив очень поздний ужин, они вернулись к дивану, где Иво, совершенно не стесняясь, уселся рядом с ней. Вплотную. Так, что бедром касался её оголённой кожи. Лу от такого соседства одновременно и радовалась, и испытывала уже привычное смущение, сопровождавшее её последний час.              — Лу, — неожиданно позвал он, отчего девушка быстро повернулась к нему, отчётливо понимая: это — первый раз, когда кто-то обратился к ней по имени. Назвал не опостылевшей «Рид», а действительно обратился к той, кем она и правда является.              — Иво? — эхом отозвалась она, широко открытыми глазами смотря на него.              — Никаких других вопросов у тебя нет?              Вопросы у Лу были. Присутствовали в голове в огромном количестве, но задавать их она не спешила. Попросту смысла не видела. Зачем? Помучить его? Попытаться выяснить дальнейшие планы? Ну уж нет, ей это неинтересно. Захочет — сам расскажет. Потому Лу просто покачала головой и, забравшись на диван с ногами, попыталась отправить Ришару всё, что помнила об этом Августе. Получалось не очень хорошо — Иво свободной рукой приобнял её за плечи, пальцами проходясь по тут же покрывшейся мурашками коже. Лу от такого постоянно сбивалась с мысли, да и по нужным клавишам изредка промахивалась. Невозмутимо выглядящий мужчина будто того и добивался, равнодушно переворачивая страницу за страницей, пока его своенравные пальцы, будто живя своей собственной жизнью, сползли чуть ниже, к тонкой девичьей талии, а потом вовсе подняли край футболки, забираясь под неё.              — Лу, — вновь позвал он её, когда девушка с горем пополам закончила опостылевшую писанину и уронила телефон на диван.              — Иво? — зеркально повторила она, не сумев сдержать улыбку. Имя ложилось на язык привычно. Правильно. Не менее желанно, чем раньше.              — Ты ведь скажешь мне, если тебя что-то не устроит? — неожиданно серьёзно спросил он, останавливаясь. — Или если посчитаешь, что происходящее излишне форсированно…              Лу так не считала (и так ждала невесть сколько), а потому промолчала. Прикрыв глаза, она положила голову на его плечо, мимолётно втягивая приятный аромат, исходящий от него. Иво ответ явно понял, оттого положил горячую ладонь на оголённую кожу, но выше не поднимал. Замер.              Несмотря на быстрый стук сердца, Лу ощущала спокойствие. Необъяснимую правильность. Будто именно сейчас, здесь всё происходит именно так, как и должно быть. Коснувшись его волос, Лу заправила густую прядь за ухо, а сама прильнула к щеке, оставляя на ней призрачный поцелуй, и, будто ничего и не было, провела по волосам. А что? Не всё ж ему мучить её? Она ведь тоже может делать что-то подобное, а если ему не нравится, то пусть срочно скажет об этом, как советовал ей сам.              Высказывать претензии Иво, конечно, не спешил. Молчал, позволяя медленно пропускать густые пряди между пальцами, едва задевая затылок, и прижиматься к себе ближе.              — Работы на сегодня достаточно, — глухим голосом объявил он, когда Лу дошла до его шеи, царапнув ногтем дрогнувший вверх-вниз кадык.              Умудрившись не отпустить её, он убрал бумаги на стол, не удосужившись сложить их в папку. Действуя уже свободно, крепко обхватил её за талию, усаживая на колени и смотря на неё потемневшими глазами. Лу выдержала взгляд и, испытывая невероятную тоску, смешанную с предвкушением, заворожённо обхватила его лицо ладонями. Мимолётно очертив линию челюсти, она поднялась выше, касаясь скул, висков. Зарылась пальцами в густые длинные волосы. Потом, будто припомнив что-то, мягко улыбнулась и несильно потянула их вниз. Иво поддался, терпеливо позволяя ей творить всё что вздумается. Даже почти не двигался, лишь прижал к себе сильнее, проходя по острым рёбрам, опускаясь ниже, обхватывая округлую задницу и, наконец, впиваясь пальцами в упругие ягодицы, обтянутые тёмными шортами.              Сглотнув, Лу дёрнула волосы сильнее, вынуждая его запрокинуть голову, и потянулась к нему, поочерёдно целуя сначала верхнюю, потом нижнюю губу, а после, не в силах терпеть, прижалась сильнее, углубляя поцелуй. Развязный и ещё более жадный, в котором Иво вновь смял её губы, касаясь её языка своим. Лу не отставала, целуя его ещё более отчаянно, толкаясь языком в его рот, одновременно с этим пытаясь найти силы для очередного вздоха.              Не отрываясь от неё, Иво начал свои разрушительные действия, ощупывая и лаская так, как ему вздумается. Сдвинул ягодицы вместе, а затем раздвинул их, безжалостно сжимая пальцами упругую кожу. Лу от такого с трудом втянула воздух и, не сдержавшись, двинула бёдрами и с восторгом ощутила, как отзывается на это движение его твёрдый член, скрытый под тонкими чёрными брюками. От осознания подобной близости Лу с трудом проглотила жалкое хныканье и отодвинулась от мужчины.              Иво неконтролируемо потянулся за ней, но всё же сумел замереть. Остановившись на полпути к её губам, он вновь прикрыл глаза, пытаясь вернуть хоть каплю самоконтроля, но Лу, конечно же, помешала. Наклонившись, прижалась к шее, губами ощущая, насколько сильно подрагивает жилка, выдавая бешеный ритм его сердца, так схожий с её собственным, и, спустившись ниже, коснулась места около ключицы и сжала зубами. Не сильно, но чувствительно. Так, что бледная кожа вмиг покраснела, а после явно приобрела бы характерную синеву. Иво от такого приглушённо втянул воздух и, сцепив ладони в замок, поднялся на ноги вместе с ней.              Подавившись очередным вздохом — настолько резким вышло его движение, — Лу обвилась вокруг его шеи, но тут же позволила себе слегка расслабиться, доверяя его крепкой хватке и силе жилистых рук. Не обращая внимание на зазвеневший телефон, упавший с дивана, Иво понёс её в спальню, ни разу не сбившись с шага. Аккуратно уложив на кровать (разложенную, между прочим, — какая самоуверенность!), он стремительно нагнулся к ней, целуя приоткрытые губы, а свободными руками наконец-то коснулся груди, сначала ощупывая округлые полушария, а потом вовсе сжимая и вызывая тем самым у Лу негромкий стон. Выдохнув что-то невнятное, она тут же раздвинула ноги, помогая ему поудобнее устроиться между ними. Ах, какая это была ошибка — Иво тут же протиснул туда колено, несильно надавливая между ними, отчего Лу окатила волна удовольствия.              Не останавливаясь на достигнутом, мужчина бесцеремонно приподнял её. Неловко снял футболку и позволил себе остановиться. Передохнуть, жадно осматривая плоский живот, острые рёбра и грудную клетку, быстро вздымающуюся от ощущаемого возбуждения, а потом припал к груди, касаясь её уже без надоедливой одежды. Сжал пальцами затвердевший сосок, обхватил другую грудь, бесцеремонно свёл вместе и отпустил, заставляя Лу издать стон.              После Иво спустился ниже, расстёгивая пуговицу, потом молнию на шортах, и, приподняв её за талию, сумел стянуть их вместе с бельём и вновь отодвинулся, не моргая смотря на влажное пространство между её ногами. Раскрыл пошире и, заскользив рукой по бёдрам, медленно коснулся складок, размазывая смазку по кончикам пальцев, и тут же прижал ладонь к животу, не давая Лу сдвинуться с места. Приподнял руку, рассматривая оставшуюся на их подушечках влажность, и, абсолютно сводя девушку с ума, медленно облизал, пробуя её на вкус.              Всё внутри Лу содрогнулось от такого зрелища, а возбуждение стало практически невыносимым. Желая хоть как-то его облегчить, она ещё раз сдвинула бёдра, сжимая между ног его колено, и выдохнула его имя. Иво от такого вновь непроизвольно толкнулся пахом вперёд, упираясь твёрдым членом в её бедро, но тут же отшатнулся. Сглотнул, откинув волосы назад, и, отодвинувшись, наклонился, касаясь её влажного входа. Языком.              — Иво… ты… — пролепетала она, плохо понимая, что именно хочет сказать, и одновременно боясь, что Иво остановится. Перестанет делать именно так.              Вместо ответа Иво невесомо лизнул её, повторяя движения собственных пальцев, и прижался ещё сильнее, обрисовывая языком выступающий бугорок. Лу тут же вздрогнула, раскрывая бёдра ещё шире. Улыбнувшись кончиком губ, Иво продолжил вталкивать язык глубже. Сильнее. А затем, не давая ей ни капли передышки, жадно стал вылизывать клитор широкими, быстрыми мазками. От такого даже самые последние мысли в голове Лу пропали, оставив вместо себя безграничную пустыню, заполненную лишь абсолютно пошлыми звуками. Лу больше не пыталась ничего говорить. Она просто не могла это делать, лишь стискивала в пятерне его волосы, царапала короткими ногтями кожу головы, инстинктивно поднимала бёдра в ответ на его резкие движения да несдержанно стонала, но Иво этого было мало.              Перестав сжимать её бедра, он освободил одну руку и скользнул пальцем внутрь неё. Удостоверившись, что Лу это выдержала, он добавил ещё один, двигая рукой в устойчивом ритме. Из её широко распахнутых глаз тут же потекли слёзы, и Лу смогла лишь громко всхлипнуть, не заботясь о собственной громкости. Ощущение его пальцев, толкающихся внутри неё и надавливающих именно в то место, куда нужно, языка и губ, жадно посасывающих клитор, полностью выбило из неё воздух. Тело её затрепетало, бёдра мелко задрожали, и Лу, крепко сжав его пальцы внутри себя, кончила, издавая бессмысленные звуки вперемешку с его именем.              Несмотря на это, ласкать её Иво не прекратил, удерживая язык на её клиторе и продлевая удовольствие, отчего Лу окончательно потерялась в пространстве. Лишь спустя десяток секунд ей удалось с трудом сфокусировать взгляд на мужчине. Иво выглядел таким же разбитым, как и она сама. Взъерошенный, с лихорадочно-красными щеками и такими же припухшими блестящими губами, он рвано дышал, сжимая чёрную ткань рубашки, явно пытаясь хоть чуть-чуть успокоиться. Опустив глаза ниже, Лу зацепилась взглядом за отчётливые очертания его члена. Твёрдого и тяжёлого члена, который, судя по его спешным движениям, она совсем скоро почувствует в себе.              Быстро скинув с себя одежду (Лу так и не успела найти в себе силы хоть немного прийти в себя и помочь), он вновь прильнул к ней. Наклонился, целуя и гладя по растрёпанным волосам, стёр солёные дорожки слёз и неотвратимо раздвинул её ноги коленом. Несмотря на необычайную чувствительность, Лу и не думала сопротивляться, разводя ноги шире.              Мазнув губами по щеке, Иво, помогая себе рукой, вошёл в неё одним толчком, погружаясь в узкую теплоту, отчего в горле Лу тут же застрял дрожащий вздох. Иво, не дав ни капли передышки, начал двигаться. Быстро. Неумолимо. От такого Лу инстинктивно попыталась сжать бёдра, словно надеясь на то, что это поможет хоть немного сбавить градус ощущений, но сделала только хуже. Или лучше, смотря с какой стороны посмотреть, ведь это помогло Иво войти ещё глубже.              Двигался он сильно. Быстро. Абсолютно разрушительно для и без того чувствительной Лу. Это было настолько интенсивно, что даже немного больно, но одновременно так до безумия хорошо, что Лу не позволила себе возмутиться. Разве что приоткрыла слезящиеся глаза и, с трудом собравшись, посмотрела ему в лицо. Увиденное практически заставило её кончить во второй раз. Сейчас Иво мало походил на привычного себя, рвано дыша и прожигая её тяжёлым, неотрывным взглядом. Короткие чёрные пряди прилипли к влажному лбу, длинные — к плечам, по бледной груди скатывались капельки пота, а на губах застыла безумная улыбка.              Заметив её внимание, он, ни на секунду не останавливаясь, прижал её к кровати, не давая сползти вверх от сильных толчков. Наблюдая за тем, как Лу вновь жмурится, начиная дрожать, как её упругая грудь прыгает от его движений, а из приоткрытого рта вырываются жадные стоны, он не выдержал, задвигавшись ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда ещё больше. Свободной рукой потянулся вниз, к её бёдрам, нащупал клитор и так же быстро начал растирать его, поглаживать между пальцами. Болезненно, но не менее приятно, чем раньше, отчего Лу неконтролируемо выгнулась и вскрикнула, не слыша собственного голоса.              Иво последовал за ней. Застонав её имя, позволил себе ещё пару сильных толчков и, опустив руки на её бёдра, крепко сжал их, впечатывая в себя так, будто до этого они не были соединены достаточно тесно.       Они остались в таком положении на целую минуту, потные и тяжело дышащие, пытаясь отдышаться.       Лу плохо понимала, что было дальше. Лишь ощущала, как Иво возится в ванной комнате, потом возвращается к ней и обтирает её влажным, но тёплым полотенцем, а потом заворачивает в одеяло. Лу от такого лишь устало погладила его по щеке, шепча то, о чём ещё так рано говорить, и провалилась в сон, оставляя его сидеть на кровати и смотреть на неё с глупой улыбкой на лице.

»…»

      Лу открыла глаза внезапно. Резко.              Напрягшись, увидела перед собой лишь темноту, но тут же расслабилась, услышав, как где-то едва заметно тикают часы. Совсем рядом прогнулась кровать, и Лу застыла. Прислушалась, ощущая, как кто-то возится, шурша непонятно чем, потом кладёт это хрен знает куда и ложится к ней, прижимаясь холодными ногами.              В воздухе витал до боли знакомый сладковато-древесный запах, смешанный с ароматом мяты, и Лу, поморгав пару раз для верности, развернулась к Иво, искренне надеясь, что он не услышал того, что сейчас произошло. И, что самое главное, не понял.              О, как же ей хотелось заснуть и продолжить спать. Причём не просто где-то, а именно здесь. В тёплых объятиях Иво. Мужчины, из-за которого ей и позволили всё исправить, однако…              Лу боялась.              Очень сильно.              Боялась испугать его. Разочаровать. Она ведь не та Лу, которая была раньше. Нет, совсем не та. А тараканы, в изобилии царившие в её голове, бесновались именно ночью, и их бдения обходились ей очень дорого. Даже если Иво это не оттолкнёт (а вероятность этого весьма велика — всё-таки Иво не из трусливых), то взваливать на его плечи её беспокойные сны идея просто отвратительная. Бесчеловечная.              Размышляя об этом, Лу проснулась окончательно и пошевелилась. Смахнула с лица щекочущую прядь волос и, приподнявшись на локтях, неловко чмокнула Иво в краешек губ. Тот моргнул, явно не понимая причину её телодвижений.              — Я к себе пойду, — неловко выпалила Лу, решив не тянуть кота за хвост. — А то завтра вставать рано, ещё помешаю тебе…              Объяснение вышло так себе. Иво явно вставал куда раньше, чем она. Иногда даже за несколько часов до её подъёма, а потому разбудить его Лу никак не смогла бы.              Как и ожидалось, на лице мужчины промелькнуло беспокойство.              Потянувшись к пульту, он прибавил яркость ламп, и Лу, прищурившись от яркого света, с трудом, но дотянулась до одежды, аккуратной стопкой лежащей рядом с кроватью. Быстро натянув шорты и футболку, Лу нервно растёрла шею и сделала шаг к всё ещё сидящему на кровати мужчине, но остановилась. Заложив руки за спину, она переступила с ноги на ногу, не зная, что ещё сказать, но, как назло, никакие слова в голову не лезли.              Иво, будто понимая терзавшие её сомнения, откинул тонкое одеяло, притянул к себе и вкрадчиво произнёс, кладя руку на её плечо:              — Ты мне никогда не мешаешь. Отвлечь — можешь, а вот помешать — никогда. — Он многозначительно подмигнул, выглядя очень по-хулигански, и продолжил: — Но я понимаю. Тебе завтра ещё тесты сдавать, а значит, нужно хорошо подготовиться.              Лу промычала что-то неопределённое, не желая врать ему даже в такой ерунде, но Иво больше ничего говорить не стал. Лишь прижал, крепко обнимая, а потом, вдоволь наслушавшись биения её сердца, вовлёк в поцелуй. Такой же жадный, как и раньше (Иво даже умудрился так сжать её нижнюю губу, что оставил отчётливый синяк, который она заметила только утром).              Оторваться от него получилось с трудом.              Тяжело дыша, Лу отступила назад, а потом и вовсе сбежала, отлично понимая: ещё парочка подобных поцелуев — и они снова окажутся в постели, причём явно не для того, чтобы погрузиться в сон.