Глава 16. Бесноватым лучше держаться вместе

— Влад, ну давай, а? — Нет, сказал, отъебись, Хуйлушкина. — Ну Влад, блять! Хоть раз можешь побыть человеком и сделать что я прошу? — Могу, но что-нибудь другую, а не такую хуйню, которая для тебя опасна. — Да не опасно это, ты ёбу дал?! — Я сказал — нет! Отъебись уже со своими демонами, я сам с испытанием справлюсь. Или ты думаешь, я без Толяна совсем беспомощный? — Да нет, блять, ты сильный чернокнижник, это базару ноль, вот только я тебе сама как чернокнижница скажу — мы слишком завязаны на демонов. И как на проводников силы, и просто как на привычный фон жизни. Ты можешь банально, сука, растеряться без Толика! Я бы вообще обосралась на твоём месте, а ты даже подстраховку не хочешь себе обеспечить! — А ты сама хоть раз подстраховывалась? — Влад обернулся к Арине, непривычно серьёзный. — Сама хоть раз оставляла себе путь для отступления? Соломки подстилала? Ответ они оба знали и так. Пушкина недовольно дёрнула плечом, злясь, что её подловили на горячем. — Ладно, — буркнула она. — Фиг с тобой, иди так, не буду для тебя демонов никаких звать. Только учти, помрёшь на испытании — домой можешь не приходить! — помедлив, она всё же добавила. — Серьёзно, придурок, мне плевать на испытания, но заканчивать сезон без тебя я не собираюсь! Нам ещё за синюю руку с тобой драться. — Можем и не драться, — беззаботно подколол её Череватый. — Я просто заберу эту руку и всё. Херня вопрос! — Ага, ну щас прям! — возмутилась Арина. — И вообще-то, кто первый добежит до руки — тот дурак! — А я дурак, — быстро сказал Влад. — Оно и видно! Ладно, хули, вали на своё испытание… — Смотри сама не проебись, тем более ты одна из первых идёшь. — Да нахуй мне твоё вот это всё? То, что надо, я увижу, а людям подлизывать, чтобы в белый конверт попасть — ну нахер. Я не нанималась всем нравиться. — Оно и видно. На испытание Арина отправилась, всё ещё ворча на всё происходящее. — Арина, здравствуйте, — выдернул её из мыслей Кислицын. — Сегодня ваше задание связано вот с этим домом. Просто расскажите всё, что почувствуете и увидите здесь. Не рискнув сразу заходить во двор, Пушкина заглянула туда краем глаза через открытую калитку и тут же прокомментировала: — О, ну тут не надо быть стихийной ведьмой, чтобы почуять огонь. Мно-о-о-ого огня… Сгорело всё к чертям, если быть точнее. — И что же было причиной пожара? И кстати, Арина, вы можете зайти в дом, если нужно, — спохватился Кислицын. Арина поморщилась, с сомнением обвела взглядом полуразвалившийся домик от которого до сих пор пахло огнём, и сказала: — Да как-то… кайфа нет туда заходить. Места убийств — это вообще такое себе. Некоторые от них даже подпитываются, но тут дело вкуса — я такую поганую энергию не хаваю. — А это место убийства? — тут же заинтересовался ведущий. — Расскажете об этом подробнее, Арина? Кто погиб, как, при каких обстоятельствах? — Ладно, давайте хоть во двор зайдём, — решилась Арина. Обойдя дом по кругу, она многозначительно поцокала языком, а потом махнула рукой. «Идите нахуй, я вас не звала» — было в этом жесте, но вслух ведьма сказала другое: — Отойдите все, дайте мне пространства свободного. К самому забору отойдите, вон туда, и не приближайтесь, пока я не скажу. Желательно разговорами меня тоже не отвлекать, я сейчас соберу информацию и сама расскажу всё, что увидела. Дождавшись, пока ведущий, операторы и герои испытания отойдут подальше, Пушкина вытащила из сумки кинжал с красивой резной рукояткой, присела на корточки и вдруг резко вонзила его в землю. Замерев ненадолго, она вцепилась в кинжал двумя руками и начала буквально вспахивать им давным-давно заброшенные грядки, вырисовывая на земле что-то вроде рунной вязи. — Это какой-то ритуал, чтобы понять, что здесь произошло? — не утерпев, уточнил Кислицын. — Да, именно так, — смиренно кивнула Арина, и по этому миролюбию знающие её люди смогли бы распознать ложь — но ведущий, разумеется, принял ответ за чистую монету. «Ну да, блять, стала бы я так упахиваться ради давно сгоревшего дома и смертей, которое уже всё равно нельзя предотвратить, — возмущённо пыхтела про себя ведьма. — Если бы не бесноватый, хуй бы вы дождались от меня хлеба и зрелищ, а так уж ладно, кушайте, не обляпайтесь». Закончив чертить руны прямо на земле, Пушкина тут же потеряла к ним интерес, равнодушно отвернувшись и вновь обратившись взглядом к дому, словно пытаясь рассмотреть что-то сквозь его стены. — Да, убийство тут произошло, — задумчиво прокомментировала она. — А огнём пытались следы скрыть, да и просто остатки злобы выплеснуть, уничтожить. — Если огонь — не причина смерти, то что было причиной? И кто погиб? — тут же подключился ведущий, расспрашивая ведьму. — Они спали, он напал на них во сне… Сначала с мужчиной расправился, потом с женщиной. Они муж и жена, жили довольно долго вместе, но детей не было. Хорошо, что не было, хоть детей не убили… Ну, там какое-то нихуёвое количество ран, очень много крови, пиздец какой-то, — нахмурившись, продолжила Арина, покрутила в руках свой кинжал и показала его ведущему. — Вот, как будто бы ножом их бил. Много-много раз. — Арина, а кто напал, вы можете увидеть? Может, описать этого человека? — уточнил Кислицын. — Мужик, неприятный такой, заросший весь… Так, сейчас гляну, где он есть… Вдруг нахмурившись, Арина недовольно поморщилась, но сняла с себя чокер. Достав из рюкзака небольшое зеркало, она заглянула в него, что-то неразборчиво шепча, а потом вдруг разбила тем же кинжалом, которым выводила символы на земле. — Да он сдохнет скоро, — как будто бы даже с долей разочарования сказала Пушкина, вновь застёгивая чокер на шее. — Даже делать ничего не придётся, он больной весь насквозь. Такие долго не живут. Поговорив по отдельности с каждым героем испытания, Пушкина заверила их, что месть бесполезна — убийца и так не жилец, и скоро его в живых уже не будет. Пришедший на испытание следующим Влад Череватый, едва зайдя во двор, тут же обошёл по кругу руны Пушкиной на земле. Усмехнувшись, он потёр рукой подбородок и буркнул себе под нос: — Вот сучка… Подсказывать удумала. — Что-что, Влад? — переспросил Кислицын. — Это какие-то знакомые вам руны? — Да не то шобы, — максимально честно взглянул на него чернокнижник. — Так, просто буковки красивые, фигня. И тут же принялся затаптывать руны, сгребая на них прошлогоднюю траву, разравнивая землю так, чтобы даже краешка художеств Пушкиной больше не было видно. — Ну вот, теперь можем начинать! — жизнерадостно обернулся Череватый к героям испытания. — Шо тут у вас?..

***

Готический зал начался с того, что Влад безапелляционно заявил Пушкиной, что он ебал это всё в рот, и вообще, прошёл испытание как кусок говна. — Везде был блядский огонь, — прошептал чернокнижник возмущённо. — Просто, блять, везде! Я через него вообще практически ничего не увидел, такое ощущение было, шо и сам сейчас сгорю к хуям… — Бля, это был мой огонь, стихийный, — посочувствовала ему Арина. — Помнишь, Толян говорил, что наши магии теперь тоже будут связаны, и нам нужно будет научиться с этим работать? Я тоже везде чувствовала огонь, но я умею смотреть сквозь стихии, а ты пока нет. Это практика нужна, и привычка. — А символы твои я стёр сразу, кстати, — нахмурившись, добавил Череватый. — Ну конечно, блять, как раздражать меня, так ты первый! А как помощь по-человечески принять — так нихуя… — подумав, Пушкина неохотно признала. — Хотя я так и думала, что ты сотрёшь. Не удивлена. — Ты бы так же сделала. — Да. — Получается, оба долбоёбы. — Ну это как раз очевидно. Перечисление очевидных истин прервало появление Марата Башарова. Продефилировав по Готическому залу, он встал перед шеренгой экстрасенсов, демонстративно помахивая двумя конвертами — белым и чёрным. — Что ж, уважаемые экстрасенсы, мы всё ближе к финалу, — пафосно начал Башаров. — И я рад приветствовать всех вас, пока вы в таком составе. Однако… это ненадолго! Уже сегодня один из вас покинет наше шоу навсегда! Но начнём давайте всё же с хороших новостей — с белого конверта! Кто-нибудь хочет высказаться, чью энергетику вы здесь ощущаете? Влад, что скажете? Череватый закатил глаза так далеко, словно пытался увидеть собственный затылок, но всё же ехидно сказал: — Да шо-то там такое няшное-милашное, шо ко всем участникам подлизывается, со всеми обнимается. — И кто же это? — в притворном удивлении приподнимает бровь Марат. — Это он обо мне, — снисходительно фыркнула Лина. — И знаешь, Влад, несмотря на форму твоего высказывания, от сути отказываться я не буду. И я буду очень рада оказаться в белом конверте. Так и произошло: Лина оказалась в белом конверте, Марат рассыпался в поздравлениях, сама Джебисашвили скромно улыбнулась и поблагодарила всех за голоса. Влад с Ариной украдкой переглянулись, по-крысиному хихикнув. — Что ж, а теперь перейдём к неприятной части нашего вечера, — старательно изображает вселенскую тоску Башаров. К чёрному конверту. Как думаете, кто там? Отвечать никто не пожелал, так что Башарову пришлось тянуть интригу, по сантиметру вытаскивая фотографию из конверта. — Итак, в чёрном конверте… Ариэль Грант! — объявил Марат. — Ариэль, я вам сочувствую, это очень плохая новость для вас. Однако на этом плохие новости не заканчиваются. Дело в том… Что Ариэль в чёрном конверте не один! Ариэль, как сами думаете, кому выпала такая судьба — оказаться вместе с вами в чёрном конверте? — Это мужчина, — подумав, озвучил Ариэль через своего голосового помощника. — С тёмной энергетикой. — Что ж… — всё продолжал нагнетать обстановку Башаров. — Пожалуй… Пожалуй вы правы. С вами в конверте действительно мужчина, и это… Влад Череватый! — Да блять, — недовольно буркнул себе под нос Влад, однако удивлённым при этом не выглядел. Арина же просто примёрзла к полу, застыв и не в силах поверить в услышанное. Она не хотела этого слышать. Она не хотела, чтобы это было правдой. Но к сожалению, слух её не подводил. Увидев, что Арина в шоке, Влад слегка толкнул её плечом и еле слышно буркнул: — Да не ссы, Хуйлушкина. В крайнем случае избавишься от меня пораньше. Осталось до финала всего ничего, справишься и с этим всем сбродом. — Я тебя уебу, если ты вылетишь, — прошипела Арина сквозь зубы. — Что ж, у нас в чёрном конверте два участника, а это значит… Что это значит, Арина, как думаете? В этот момент Арина едва не плюнула Башарову в лицо. За такие вопросы и убить к чертям собачьим не жалко, но в этот раз Пушкина решила побыть милосердной, и лишь процедила сквозь зубы: — Это означает, что будет дуэль, Марат. — Верно! — обрадовался Башаров. — Ариэль, Влад, я попрошу вас выйти вперёд. Сейчас нам принесут реквизит для дуэли, после чего я объясню суть задания. Пытаясь сделать свои жесты как можно более незаметными, Арина сняла чокер с шеи и быстро затолкала его в карман. Сцепив руки за спиной, она осторожно оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что ни одна камера её сейчас не снимает — все сосредоточены на участниках дуэли. Незаметно достав из заднего кармана маленький складной ножик, Пушкина ткнула себя в палец, чтобы выступила кровь. Вперившись взглядом в Ариэля Гранта, она растёрла кровь по всей ладони и мысленно призвала нужную ей сущность. «Закрой! — приказала она появившемуся бесу. — Закрой немому все каналы, чтобы вообще ничего не увидел, ничего не почуял, ничего не понял, наугад шёл в темноте и к свету не вышел. Закрой, закрой, закрой!» Саму дуэль Пушкина практически не видела, так была сосредоточена на том, чтобы соперник Влада не смог сказать по делу ни одного слова. Количество чернокнижной энергии вокруг неё зашкаливало. Словно тёмная туча собралась возле девушки и поползла к Ариэлю, окутывая его непроницаемым туманом. Отделавшись общими фразами, ему пришлось признать, что больше ничего увидеть не получается, капитулировав и отступив, чтобы дать пространства для прохождения испытания Владу. Что там говорил Череватый по поводу отрезанной косы и её владелицы, Арина тоже толком не прислушивалась — в голове гудело от переизбытка чернухи, ноги подкашивались, но показывать всё это было категорически нельзя. Пушкина и без того уже достаточно спалилась: Ангелина Изосимова с каждой минутой становилась всё мрачнее, тяжело глядя на Пушкину тем самым взглядом, который обещал все возможные кары небесные на голову ведьмы. «Ну и похуй», — мелькнуло в голове Арины, когда дуэль закончилась и можно было уже не концентрироваться настолько сильно на облаке чернокнижной энергии. Мощным ментальным толчком отправив призванного беса обратно в Преисподнюю, Арина прочла по губам Изосимовой: — Наложу непрогляд на обоих! Показав в ответ средний палец, Пушкина просканировала взглядом вставшего рядом с ней Череватого и перевела взгляд на Марата, ожидая вердикта. Из-за того, что ритуал не дал ей толком услышать ответ Влада, Арина была в неведении, прошёл ли он вообще это испытание. Впрочем, даже без демона под рукой Влад действительно многое умел, так что по биоматериалу пересказать информацию о человеке уж точно должен был суметь. Это была задачка чуть выше уровня первоклассника — первоклассника школы для чернокнижников, разумеется. — Что ж, Влад, вы явно были ближе к истине, — устав тянуть кота за яйца, озвучил Башаров. — Вы остаётесь в проекте. А вам, Ариэль, к сожалению придётся вновь нас покинуть. Только после того, как за Грантом закрылись двери Готического зала, Арина позволила себе поверить, что опасность позади. Шумно выдохнув, она вдруг легла прямо на пол посреди шеренги экстрасенсов, вздохнула ещё раз и с чувством сказала: — Ебучий Череватый, как же я тебя ненавижу! Нервы треплешь как сука просто… — Пошла нахуй, — легкомысленно отмахнулся от неё Влад, тоже явно расслабившийся после напряжённой дуэли, в которой за его спиной сгущалась тьма и негромко завывал незнакомый бес. Снисходительно осмотрев лежащую на паркетном полу Пушкину, он пожал плечами и лёг рядом. Выдохнув, Пушкина и Череватый бездумно смотрели в потолок, не обращая внимания на камеры, которые, конечно же, сразу оказались направлены на «сладкую парочку» скандалистов проекта. — Уйду в отшельники нахуй, — мечтательно протянула Арина. — К дедушке уеду. — Ага, в ебеня, — тут же согласился Влад. — Редкая возможность, нельзя такую упускать.