Часть 44. И все же, это Хосу.

      Кая далеко не глупа, да и сама себя такой не считала, сумев выжить в логове опаснейшего злодея нескольких столетий, сбежать оттуда, так ещё и выживать на улицах, не раскрывая свою личность. Учитывая все вышеперечисленные факты, нет, Нобуко не считала себя идиоткой и здраво оценивала свои способности, ну, в большинстве случаев. Так что и сейчас решила поступить по уму, обдумав все «за» и «против». Впрочем, думы были короткими – там размышлять-то и нечего: ответ – уверенное «нет». Нет, нет и ещё раз нет!       Кто в здравом уме захочет кинуться с головой в самую гущу событий и подвергнуть себя опасности? Точно не Нобуко! Хотя, некоторые люди с этим поспорят, да ещё как яро, но, в своё оправление, девочка готова возразить, что она не искала неприятностей – они сами её находят! Так что вот, на этом с Пятном и порешали, даже если после этого та попадёт в черный список у загадочного правительства.       Знала она этих гадов с верхушки: кукловоды с алиэксперсс! Попользуются, значит, а потом выкинут за ненадобностью, так ещё и обеспечат путёвку в Тартар или в не менее отвратительную жизнь. И совсем наплевать, что их марионетка была до мозга костей преданна и сама бы поднялась на эшафот. В общем и целом, врагов не надо с такими друзьями, так что однозначное «нет».       Плен на это облегченно выдохнул: моментальный отказ прозвучал в микрофон телефона тоном, намекающим на очевидность ответа. Вот и хорошо, что мужика не нервируют – сидит себе, информацию ищет, так ещё и деньги раз через раз получает. Красота. И находит ведь что-то годное, не просто так сидит! Нобуко взволнованно вздрогнула, когда линчеватель сообщил, что вышел на след этой Лиги Злодеев, этих мелких сошек, подчиняющихся кому-то более крупному, более опасному. И у Плена было предположение о том, кто это мог бы быть.

***

      Впрочем, как Нобуко и говорила, неприятности всегда находят её сами и это далеко не её вина, но, как назло, ей все проблемы и разгребать. Она клянется, что не собиралась и носа совать на территорию бывшего линчевателя, которого теперь именуют Убийцей Героев, а уж тем более не собиралась самолично рыскать в его поисках, но её, как всегда, никто не спрашивал.       – Да заткнись, твою мать! – орет она на мужчину средних лет, которого еле-еле тащит на руках не первый десяток метров, пока над головой кружат стаи Ному, а под боком сражаются герои, но не абы какие, а аж из первой десятки!       Тот сразу закрыл рот и начал удивленно хлопать на девочку глазами, видимо, наконец дошло, что такого кабана тащит малютка раза в два меньше. А у Нобуко стресс! Ей бы закурить, но бок кровоточит, а руки заняты – вот и остается тихонько матюгаться и вальсировать меж ному и обломках на руках.       А. А ещё Кая всегда знала, что нужно прибегать к такой деятельности, как «переосмыслить свою жизнь и чувства», как можно реже – неоднократно проходила и наступала на одни и те же грабли. Закономерность повторяется, и она снова в какой-то заднице!       Как бы то ни было, она ещё не знает, чем на самом деле обернется ситуация в будущем, а если бы знала, то называла ситуацию не «полной задницей», а чем-то более нецензурным, можно сказать, точно отборным матом.       И как же она докатилась до жизни такой? Что ж. Она подумала-подумала и… переосмыслила жизнь?

***

      Честно? Нобуко выжита, как лимон. Слишком много всего произошло за один день. Ей богу, она начинает думать, что лучше вообще из дома перестать выходить от греха подальше…       Девочка просто ввалилась в квартиру, растянулась на постели, чуть скатившись на новый мягкий ковер, который мог бы быть умилительно белым, но её передернуло только от одного его вида, так что пришлось взять его клона кофейного цвета. Может, это было и к лучшему.       А вот что к лучшему не было, так это их с Шинсо… ссора? Кая никогда не ссорилась, ведь даже не было с кем: ни друзей, ни родных – только холодное подчинение и наказание за непослушание. Она никогда не была права, никогда не могла ослушаться и места для ссор не было. В этом-то и проблема – Кая даже не совсем уверена обижается ли она, зла ли она, в ссоре ли они.       Девочка замерла, прислушавшись к себе, пытаясь разглядеть в себе ненависть или, на худой конец, глубокую обиду к другу. Конечно, какое-то неприятное чувство осело глубоко в груди и что-то поменяло в сердце, но оно было настолько маленьким и незначительным, как человек в масштабах вселенной – мелкой соринкой. И она ничего не могла изменить.       И почему же?       Девочка вновь задумалась глубоко и основательно, даже не удосужившись покрепче ухватить пальцами папиросу, чтобы не прожечь уродливую дыру в простынях, как в прошлый раз. Затяжка за затяжкой её мысли блуждали где-то далеко, пока ответ кружил на поверхности и был очевидным, совершенно очевидным.       Хитоши Шинсо настолько прочно засел в её мыслях, так сильно укоренился в жизни, что дальнейшее существование без него было просто невозможно. Кая всегда думала, что никогда не умела любить, а привязанность давила на корню, но этот парнишка смог пробить все её стены, все до одной и теперь её сердце запело новым чувством, которое та нехотя окрестила, как «любовь». Оно было другим, не таким, как описывали в книжках: не цветущее, без бабочек в животе, не всепоглощающее. Ей не хотелось быть постоянно рядом и дарить тепло, нет, чувство было животным и почти диким. Другие обозвали бы чувство одержимостью и Нобуко бы не стала спорить, однако слово «любовь» нравиться ей гораздо больше.       Чувство сжигало все в груди, разжигало не костер, а пожар. Чувство заставляло оберегать, отдать жизнь если потребуется и убедиться, что парень счастлив. Причём Кая могла видеть рядом с Хитоши других людей, кого-то ближе, кого-то лучше нее, но та никогда не сможет вычеркнуть Шинсо из жизни и ему не позволит.       Если возведение предмета чувств в идеал, небольшая, крохотная одержимость и натуральную потребность защищать можно назвать любовью, то это она и была. Нобуко никогда прежде не чувствовала такого, даже к М-саме.       И, пожалуй, с таким спектром чувств могли слабо посоперничать еще двое – Ластик и господин детектив. Герой и полицейский так же крепко засели в уме девочки, что, казалось, уйди один из них куда-нибудь, брось её без регулярных встреч на крышах или переписок, то она просто сломается, по-настоящему расколется.       Правда ударила в голову не хуже традиционного саке, которого ей удалось испробовать в одном из баров Мустафу. И саке ей, в отличии от сладкого чувства, совершенно не понравилось. «Любовь» была новой, сладкой и дурманящей. Она давала новые обязанности и потребности, а девочка ни капли не возражала.       – Да к черту его проёб… – с придыханием прошептала она, полностью скатившись с кровати на пол. Открытое окно на кухне дарило свежий воздух, трепавший её все ещё довольно короткие волосы и уносивший табачный дым прочь. Нобуко ладонями уперлась в лицо, закрывая глаза и положила голову на согнутые колени. Не издавая ни звука, та не замечала, как тлела почти нетронутая сигарета и сыпала пепел прямо на ковер.       Она просто дышала глубоко, хмурая и с широко раскрытыми глазами. Румянец не растекся по щекам от легкого стыда – смущение та разучилась испытывать еще давно.       Хитоши рассказал об их связи из-за беспокойства. Ластик хотел ей помочь, смотря глазами полными боли и разочаровании в себе от беспомощности, а Цукаучи никогда её не осуждал, всегда дарил тихое спокойствие, нежный уют, в котором она нуждалась, не осознавая этого. Они все беспокоились, Хитоши все ещё её друг – лишь это имеет значение, ничего больше. Стоило уже признать.       Смешно осознавать, что для такого ей нужна была эмоциональная встряска, хах.       Сигарета полетела в окно, а внутри девочки сегодня снова надломилась её особо прочная стена, которая больше не могла прятать за собой чувства, которая больше не могла позволять игнорировать Кае хорошие намеренья окружающих. Былая наивность, которую столь старательно искоренили в прошлом, отчаянно желала выхода и опасного проявления слабости. Нобуко не могла сопротивляться.

***

      Несколько дней проходили в блаженном спокойствии, пока она работала, выполняла мелкие заказы и просто… жила. Мичи и Сугимото с облегчением наблюдали за бегающей от столика к столику «Сарой». Они, как и заверяли, не стали относиться к ней как-то по-другому, даже ни слова не говорили, когда та под самое закрытие в свои выходные заваливалась побитая.       Этих людей Кая тоже ценила, как дорогие экспонаты в её коллекции, но не «любила» их. Вообще-то, Нобуко в последнее время стала вообще всех знакомых, которых, впрочем, можно по пальцам пересчитать, оценивать, играясь в «люблю-не люблю». И пришла к закономерному выводу – любила она только троих, а остальные ей так, просто нравились.       Хотя своего Хиро она тоже, кажется, могла бы полюбить… нет, не нужно о нем.       Да, за время в тишине и за спокойной жизнью многие умные мысли посещают её голову, сама себе удивляется. Хороша такая жизнь, но не всё же ненадолго адреналинозависимую хватит, да и не хвастается госпожа Судьба великим терпением в отношении Каи, норовя подкинуть проблем полные штаны.       – Повтори ещё раз...? – удрученно прошептала девочка, потирая переносицу. Та просто не могла поверить в услышанное, а потому надеялась, что это просто слуховые галлюцинации.       – Да, мы с Айзавой идем в Хосу на эту неделю стажировок, – с таким же уставшим и недовольным вздохом ответил Шинсо. Кая не замечала радостных ноток в голосе парня, когда тот понял, что обиды на него уже не держат. – Но, послушай, это не главная причина, по которой я звоню…       – А что может быть важнее, что вы оба идете в самое пекло? Два героя идут прямо в руке убийцы героев, очень умно! Ладно ты, но Ластик-то куда смотрит? – гневно бурчала Нобуко, придерживая телефон плечом, пока пыталась аккуратно переложить свинец из коллекции в более подходящий сосуд, который удалось приобрести после нескольких месяцев ожидания в очереди.       – Ну, насколько я знаю, его вызвали именно в тот участок из-за необходимости помощи его подпольному коллеге, Рок Локу, вроде бы… Но, просьба, эм…       – Нет, я отказываюсь учувствовать во всем, что касается Хосу, если ты об этом, – отрезала она.       – Просто выслушай, договорились? – делая пару вдохов настоял Хитоши, копошась одеждой на фоне. – Это касается моего одноклассника, Ииды, да, того, что брат Ингентиума. Он вел себя странно после того, как его брата покалечил Пятно и, я предполагаю, что захочет… отомстить?       – Хах, – невесело усмехнулась Кая, в мыслях прикидывая внешность некого Ииды Теньи, того, который брат Ингентиума. – С чего бы совсем зеленому студенту лезть к маньяку. У него должна быть голова на плечах, – «он ведь Тенья» – осталось невысказанным, но Хитоши понял, к чему та клонила.       – Я не уверен, да и понимаю, как это звучит, даже Айзаве с трудом в это верится, но это одна из причин по которой мы отправляемся в Хосу.       – И что ты хочешь от меня?       – Не знаю? – растерянно прошептал парень. – Присмотреть за ним по возможности? Может даже напасть на него и отправить в больницу, чтоб не повадно было.       – Жестоко, но эффективно, – хмыкнула та, сразу же возвращая голосу сталь. – Я подумаю об этом.       Неозвученное «Спасибо» легло между ними приятной тишиной, пока ни один не решался завершить звонок.       – Ты… – начал загнанно Хитоши. – Простишь меня?       – Я никогда и не злилась по-настоящему, – снисходительно улыбнулась Нобуко, радуясь, что мягкого выражения лица никто не видит. – Даже не знаю теперь, что ты должен сделать, чтобы окончательно отвязаться от меня, – призналась та, усмехнувшись собственным словам, чтобы услышать идентичную облегченную усмешку с той стороны трубки.

***

      Очутиться сейчас в Хосу – последнее, что нужно было Нобуко. Ситуация опять ложилась на чашу внутренних часов. С одной стороны, Шинсо и Айзава будут вместе, а рассудительность Ластика пока не было причин ставить под сомнение: вряд ли он поставит своего подопечного в опасною ситуацию. В безрассудности этого Ииды Кая тоже сомневалась – какой адекватный человек, зная на что способен Стейн, решит броситься в лицо опасности?       Однако, с другой стороны, ничего из этого нельзя было исключать!       Обе ноги уже были в походных штанах, пока она продолжала анализировать ситуацию. С Айзавой и Шинсо все понятно, но вот что с младшим Ингентиума?       В одно время этот герой даже выручил девочку, когда не только избавил её от головной боли в виде довольно большой группы головорезов, так и взял под крыло бывшего линчевателя «Скользкого», с которым ей выпала «честь» поработать. Нет, сам мужчина был хорошим человеком, даже интересным лично для неё, но вот его тупая рассеянность, излишняя болтливость и совершенно несуразная для командного боя причуда знатно потрепала нервы, что Нобуко была даже рада, что больше никогда не выпадет шанс встретится со Скользким на улицах во время патруля или выслеживая очередного босса очередной группировки. Этот линчеватель от чего-то имел зуб на подобного рода преступников.       Того больше, Ингентиум никогда на её памяти не действовал безрассудно, не убивал злодеев без острой необходимости и хорошо мог найти путь к напуганным сердцам жертв. Одним словом – благородный герой. Конечно, и за ним грешки водились, однако добрые поступки перевешивали плохие.       Ха-а-а… Ладно, все ведь уже давно решено, так ведь?

***

      – Попался, неугомонный ты мальчишка! – зло рявкнула Тень, встряхивая за шкирку неудавшегося линчевателя. И не важно, что Иида был в два раза больше Нобуко, не важно и то, что девочка, хоть на год, но младше. – И куда это ты собрался без ведома наставника, а, молодой человек?       На секунду Тенья сжался, испугавшись, и понурил голову – тон некой особы до боли напоминал тон его матери, которая так же строго ругала его за проказы и в детстве, и в юношестве. Однако, опомнившись и поняв, что его не иначе, как схватили, то парень издал возмущенный крик, так, для показухи, замотал руками и собрался уже драпать, как, казалось бы, тонкие ручонки здорово встряхнули рослого парня. Тот аж опешил.       – Куда. Я. Спрашиваю. Ты. Собрался, – прошипели ему прямо на ухо. – Вздумал убежать? Так вперед! Вот только тогда ты, юный мститель, официально будешь считаться линчевателем, а об этом, поверь мне, твой сенсей непременно узнает.       Тенья сдулся сразу, вспоминая горящие алым глаза учителя и его кровожадную улыбку, которая обязательно сопутствовалась фразой «Будете исключены». И, как только Иида передумал бездумно бросаться с головой в опасность, Нобуко охотно отпустила того и болезненно дернула себя за волосы, чуть не распустив короткий хвостик. Под маской губа была закушена чуть ли не до крови, а нога отстукивала беспорядочный тревожный ритм.       – В-вы помощница Индейца? – дрогнувшем голосом поинтересовался он. – Хотя слишком уж Вы… маленькая? – неловко заметил студент, начав что-то подозревать, судя по подозревающим взглядам в сторону линчевателя. – Кто Вы такая?       – Тень, – коротко оповестила та, наконец стрельнув бесцветными глазами в парня. Тот сжался и дрогнул от жутковатости такого зрелища. – А ты возвращаешься к герою-наставнику, остаёшься в агентстве и не высовываешь носа, ясно?       Не дожидаясь ответа, Кая скрылась за соседним зданием, конечно, проследив, чтобы пристыженный Ингентиум-младший, оглядевшись по сторонам, видимо ощущая пристальный взгляд на себе, нерешительно вернулся обратно. Нобуко вздохнула с облегчением – уже думала вырубить нерешительного мальца, чтобы не занимал её времени.       А ждать она не могла: и так поспешила к неизвестному ребенку в первую очередь, когда в переулках мелькали знакомые фиолетовые порталы.       Черт, нужно срочно связаться с Сотриголовой и Хитоши.       – Алло? – неуверенно раздалось по ту сторону трубки. Чуть запыхавшаяся Нобуко вздохнула с облегчением, не зная, что их слушает ещё один мужчина.       – Вы в Хосу? Конечно там, что за ерунду я спрашиваю?! В общем, вон из центра, укройтесь где-нибудь в безопасности, оба.       Рвано выдохнув, девочка отняла телефон от уха, во все глаза смотря на развернувшийся в один миг хаос: город одним всполохом погрузило в пламя, ото всюду из знакомых порталов полезли Ному.       – Нобуко?! А ты, ты где и что будешь делать? – сквозь суматоху послышался обеспокоенный голос друга. На фоне выругался Ластик: видимо узнал о неразберихе, обрушившийся на район в префектуре Ишикава.       – Разберусь уж, умирать не планирую, – весело заметила та, уклоняясь за поворотом от летящей машины.       – Тень! – строго послышалось по ту сторону сквозь тихое «чёрт» Шинсо. Опа, неловко вышло…       – Ластик! – совсем не весело протянула она. – Не заставляйте меня носиться по всему городу в поисках вас. Я переживаю.       Совсем тихое признание растворилось в гаме и шуме панических голосов, и не ясно было услышали ли те искренние слова или они окончательно потонули в хаосе.       А сейчас, совсем наплевав хоть на какую-либо скрытность, Нобуко бросилась к женщине, которая задыхалась от паники в опрокинутой машине. Казалось бы: всего два ному на целый район, полный героев, но и те успели потрепать улицы, а чудища продолжали пребывать.       – Давайте сделаем глубокий вдо-ох… – аккуратно прошептала Кая пострадавшей, давно наплевав, как уже говорилось, на скрытность посредству утаивания голоса. Женщину средних лет полностью придавило грудой железа, которую уже и машиной-то не назвать, она не могла пошевелить ни единой мышцей без риска движения металла.       В одно мгновение, собрав всю силу, Тень отодвинула назад кресло женщины, пока та, плача и задыхаясь, через боль вытащила свое тело из машины и завалилась на бок. Бережно и аккуратно, стараясь на навредить, Нобуко оттащила её от машины полностью, подхватила на руки и вручила первому попавшемуся на глаза санитару.       Это была лишь первая жертва из сотен пострадавших, а Кая уже выбилась из сил, стряхивая чужую кровь с перчаток. С досадой вздохнув и прикрыв глаза на миг, девочка понимала, что женщина больше не сможет ходить – её ноги болтались, как макароны, да и сама она не реагировала на быстрые и незаметные тесты, игнорируя резкую подразумеваемую боль.       Хорошо, ладно. Вдох и выдох для неё, всё в порядке.       Тень носилась от одной улицы к другой, от здания к машине и обратно, носясь с пострадавшими к скорым или оказывая первую помощь прямо на месте и отводя тех в безопасность. На неё никто не обращал внимания в хаосе, ни один герой, а Тень всё бежала и бежала. Крики и кровь смешались в одно грязное пятно в подсознании девочки, пока она сосредоточилась на спасении и пыталась выгнать волнение за двоих героев из головы. Десятки людей погибли буквально на её руках, ещё стольких же она не успела даже застать живыми, но она уже смирилась, минуя взорвавшийся перед её лицом мопед.       – Стойте! – отчаянно выкрикнула линчеватель мужчине, который самоотверженно полез под завал, выкрикивая женское имя с отчаянной болью. Один метр, второй миновал, пока Кая бежала, перепрыгивая куски раскрошившегося асфальта и разрушенных зданий, и выкрикивала просьбы остановиться и отойти.       И вот она уже в паре метров – вытянутая рука вот-вот схватит упивающегося слезами мужчину и оттянет в безопасность, но тех жалких секунд не хватило – другая рука, скорее, фиолетовая лапа успела первой. Его голова лопнула. Как воздушный шарик, ворвалась, словно под руками неосторожного ребенка, разлетаясь в стороны и пачкая одежду Каи ошметками черепа и тканей. Нобуко звонко сглотнула, уставившись на хрюкающего Ному, что попеременно рокотал и облизывал длиннющим языком кровь с ладони.       В стороне, совсем недалеко резанул по ушам оглушающий крик ужаса свидетелей кровавого месива, рвотные позывы которых не могли заглушить всего шока. Чудовище отвратительно выгнуло шею, рассматривая источник громкого звука, пока Кая с тем же ужасом стояла, как вкопанная, вспоминая оглушающую боль. Боль в ребрах, боль в отбитых органах, боль в рваных и резанных ранах, боль в душе от вида бессознательного Ластика, держащегося на последнем издыхании. Боль заполнила весь разум, заставляя забыть и о Ному, и о беззащитных гражданских, и об опасности.       – Не приближайся! – громогласный девичий крик ударил по ушам окружающих не хуже, чем её мятного цвета портал, окруживший небольшую группку людей. Ному, казалось, было все равно – он продолжал движение в сторону новой добычи, но вот Нобуко встрепенулась: её выдернуло из темноты, полной боли, заставив сосредоточиться на настоящем.       В очередной раз превозмогая себя: боль, усталость и страх, Тень сосредоточила воздух вокруг себя в плотные и горячие шарики, вытянула руку, сложив пальцы «пистолетиком» и эпично выпустила три воздушные пули в Ному. Нечто завыло от боли, не понимая за что схватиться: за поврежденный мозг или пробитую в двух местах грудную клетку.       Болезненный вой в миг превратился в угрожающее рычание и боевой рык – монстр полностью переключился на Тень, желая отомстить.       – Назад, двигайтесь к ближайшим полицейским, не ищите героев! – рявкнула она на застывшую толпу, сосредотачиваясь на крупном противнике. Люди застыли, не внемля её советам, а продолжали трястись за барьером, пока Нобуко сглатывала тупой страх перед огромной кучей мускулов, уже предвкушая ломоту в костях и саднящие раны.       Перехватив нож покрупнее, Кая приготовилась нанести удар, когда примечательное алое перо воткнулось в спину врага, отвлекая на себя тупую тварь, что сразу же сменила курс.       – Так вот ты куда делся, маленький! – невесело усмехнулся Ястреб, спускаясь с воздуха и взмахнув огромным пером на манер меча.       – Маленький?! – невольно вырвалось у линчевателя, когда тот самый нож вонзился в глаз твари, лопая его с противным и неестественным хлопком.       – Да, маленький… – с подозрением глядя на незнакомку, протянул герой номер три и одним движением выдернул глубоко зашедший нож из глазницы Ному, пока тот в панике размахивал кулаками и ревел. – Собратьев его пока не видела, хах.       – Видела, – коротко бросила Тень и настолько сильно сжала голову твари в вакууме, что та разлетелась точно так же, как голова бедного мужчины пару минут назад. С пафосом фыркнув на ошалелое выражение лица, Нобуко не показывала на сколько тяжело ей дался этот трюк: не даром она не пользовалась этой причудой, но для успокоения собственной души нужно было утереть нос высокомерному мужлану.       Ястреб на это удовлетворенно хмыкнул, оценивая помощницу перед ним и тем же точным броском возвращая оружие. И выводы, к которым он пришёл его не удовлетворили: линчеватель, да и такая юная… Впрочем, решил герой, пока помогает, трогать он её не будет. Лишние руки тут совсем не помешают, хоть нормы морали и свод правил твердил если не поймать линчевателя, то отвести домой к родителям.       – Другие Ному? – вкрадчиво спросила Кая, рассматривая тело действительно маленького по сравнению с другими Ному.       В ответ мужчина только положительно хмыкнул и ничего более – огромный кусок бетона прервал диалог, так бесцеремонно вклинившийся аккурат меж ними. Оба расценили этот знак, как предупреждение и призыв болтать поменьше: Ястреб выпустил ещё перьев, а Тень, отряхнув оружие от вязкой, почти черной крови чудовища, приняла оборонительную стойку.       Оба, линчеватель и герой, не сговариваясь, поставили в приоритет защиту и спасение и слились в битве. Всего несколько минут понадобилось, чтобы Нобуко и Кейго приспособились друг к другу и составили отличный дуэт – оба признавали в другом до боли знакомый стиль рукопашного боя и ловкое обращение с холодным оружием. У Ястреба было много вопросов, которые тот намеревался задать, а Нобуко имела неподдельное желание уклониться от всех их.       С лица Каи ручьем стекал пот, ссадины на руках тянули сладкой болью, как и уставшие мышцы, перышки у героя были безобразно вырваны, а сам он взъерошен, истратив не мало сил, чтобы прикрыть линчевателя, руки которой были заняты очередной жертвой. Пусть любимые перчатки были истерзаны в клочья, пусть на восстановление прежней густоты крыльев уйдут дни, если не недели, но ничто не могло стереть две победные улыбки с их лиц, когда вместе с полицейскими прибыло подкрепление героев.       Семьдесят шесть жертв, пять из которых погибли и тринадцать покалечены. Пятьдесят восемь человек живы и относительно невредимы… Нобуко облегченно вздохнула, дрожащие нервно стучали по спине маленькой девочки, которая так неудачно выбежала прямо на поле боя за своей кошечкой, которую Ному мгновенно раздавил в кровавую лепешку.       – Смотри, дяди полицейские здесь, герои, – слабо качала девочку на руках линчеватель. – Нори было не больно, поверь мне, маленькая, она теперь там, где хорошо и боли с печалью нет… – мягко поцедила она через маску, стараясь игнорировать пристальный взгляд Ястреба. – Лучше подумай о мамочке, о папочке, которые о тебе беспокоятся. Где же они…?       – Доченька, милая! – с плачем и с протянутыми к Тени руками к ним подбежала женщина.       – Мамочка! – вторила ей девочка. Как же тяжело с детьми… Нахождение рядом с ними отзывалось чем-то колючим, теплым и одновременно липким в груди – Нобуко предпочла скорее отдать ребенка матери.       Женщина не успела поклониться и рассыпаться в благодарностях, как Тень уже скрылась за ближайшим поворотом с бешено стучавшим сердцем и под пристальный взгляд героя. Пройдя пару кварталов подальше от Хосу, Кая наконец заметила прикрепленное под капюшон алое перо и с усмешкой искромсала его. Хорошая попытка, даже получилось бы, если линчеватель не была бы параноиком, который проверяет мельчайшее изменение в весе на одежде.       Где-то там, один полицейский незаметно покрутил у виска, когда герой номер три неожиданно, без всякого повода сморщился от легкой боли и усмехнулся. Сам Ястреб был более чем рад сложившийся ситуации: попасть под пламя разбушевавшегося огненного героя Старателя не шибко хотелось, а потому тот решил улететь подальше и что же он тут видит? Маленького линчевателя с подозрительно хорошо поставленным стилем боя, подозрительно похожим на его собственный: армейский, твердый, с примесью уличных боев. Такому обучают только в одном месте, из которого он хотел бы раз и навсегда упорхнуть.       Впрочем, необычное сотрудничество понравилось герою, загадки всегда манили Кейго, оседая сладостью на языке. Мужчина знал, что доберется до сути, даже если станет слишком поздно.

***

      Глубокой ночью, когда осела пыль и запах свежей крови стал выветриваться, когда завалы были проверены все до единого, погибших горько оплакивали, а жертвы коротали время в больнице или приюте, хватаясь за голову в думах о том, как жить дальше без дома и гроша в кармане, в интернете всплыло интересное видео.       Одна соцсеть, другая, паблик, форум, канал и даже… новости. Очевидно, что вся Япония, словно жужжащий улей, будет голосить о инциденте в Хосу – огромные цифры количества жертв, похвала героям, рассуждения о Ному, но…

Видео расфокусировано, слева послышался крик, держащий телефон шумно вздохнул. Женщина на фоне прижалась к мужу ближе. Камера снимала тварь, огромную тварь, которая кровожадно приближалась к толпе. «Конец…» – обреченно вздохнул оператор. Но ожидаемого нападения не последовало

«Назад, двигайтесь к ближайшим полицейским, не ищите героев!»

Небольшой силуэт привлек на себя всё внимание монстра, толпа забушевала, вздыхая облегченно. «Линчеватель?» – со стороны пробубнил кто-то. И только стоило людям затаить дыхание, как новая волна возгласов повалила из динамиков с прибытием героя номер три. Под восхищенный вздохи облегчения герой и линчеватель разделались с чудовищем.

Даже не смотря на крики, шум, мыльную картинку и прочие дефекты, оторвать взгляд от видеоролика было невозможно – так грациозно и слаженно работал дуэт. То Ястреб, то неизвестный линчеватель спасали людей от неминуемой смерти быть раздавленным или растерзанным.

В мгновение лицо линчевателя мелькнуло ошеломительно отчетливо: она, это была она – девушка. И её мокрые от пота алые волосы, и эти бесцветные сосредоточенные глаза, и бледная кожа и, что удивительно, растянутые в ухмылке губы, которые чудом удалось увидеть, когда маска на мгновение слетела с лица при очередном ударе Ному.

      Её узнали. Это Тень.       «Это же он! Она? Тот линчеватель, который обходит всю серую зону!»       «Герой и линчеватель работают вместе? Не думал, что Ястреб опустится до такого…»       «Да какая разница! Главное, что чувиха ораву людей из-под завала вызволила. Некоторые герои, между прочим, их только больше сделали. #СовершенноточноненамекаюнаСтарателя»       И придя домой, Нобуко даже не догадывалась, что видео с дуэтом Ястреб-Тень завирусятся на десятки миллионов просмотров. Об этом она подумает позже, а сейчас её мышцы ноют и так хочется спать.