tattoo machine.

Тату–Машинка. Воспоминания из тяжёлого прошлого — это самое худшее оружие против ментального и психологического состояния человека. Они крутятся в голове, как заевший диск, не давая двигаться вперёд, снова и снова возвращая к болезненным моментам. Очередной день, когда слёзы льются ручьём из-за воспоминаний, которые дают о себе знать в бессонные ночи. Мэй искренне пытается успокоиться, чтобы не тревожить сон Чонгука своим эмоциональным вихрем. Немного успокоившись, она включает ночник и тянется к брюнету, внимательно рассматривая его лицо. Не сдержавшись, Мэй нежно целует его в щёку, затем в нос, а потом и в любимую родинку под губой. Неожиданно она оказывается в плену его объятий. Он смотрит на неё, слегка приподняв бровь, в его взгляде читается немой вопрос. Чонгук, не отпуская её из объятий, чуть сильнее притягивает к себе, его голос звучит тихо, но с оттенком удивления: — Что ты делаешь? — Мэй замирает на мгновение, чувствуя его тепло, но, вместо ответа, лишь мягко улыбается, опуская взгляд. Чонгук какое-то время молчит, словно раздумывая над её реакцией, но затем с нежностью касается её подбородка, заставляя Мэй поднять глаза. Их взгляды встречаются, и его серьёзное выражение лица сменяется лёгкой улыбкой. Он тихо шепчет: — Если уж начала, почему остановилась? Мэй, смущённая, но теперь более решительная, снова тянется к нему, её губы едва касаются его кожи, оставляя на его губах мягкий, нерешительный поцелуй. После поцелуя она смотрит ему прямо в глаза, её дыхание становится чуть более прерывистым, но она резко выдает следующее: — Чонгук, ты же умеешь набивать тату? — тихо спрашивает она, её взгляд внимателен и серьёзен, будто за этим вопросом скрывается нечто большее. Чонгук слегка удивляется её вопросу, но быстро кивает, его голос звучит спокойно и уверенно: — Да, умею. А что? — Он изучающе смотрит на неё, ожидая продолжения, явно заинтригованный её внезапной темой. Чонгук прищуривается, ещё больше заинтригованный её словами. — Набей мне тату, — тихо, но решительно произносит Мэй, не отводя от него взгляд. Чонгук на мгновение замирает, а затем внезапно смеётся, слегка покачав головой. — Тату? Сейчас? — с усмешкой спрашивает он, не скрывая своего удивления. Она ударяет его по плечу, её лицо наполняется игривым упрёком. — Ты что, думаешь, я шучу? — произносит она с улыбкой, пытаясь скрыть волнение. Чонгук несколько секунд молча смотрит ей в глаза, его взгляд становится серьёзным, но мягким. Внезапно он притягивает её к себе и целует, страстно, насколько это возможно. Затем, не сказав ни слова, он отстраняется, встаёт и, быстро переодевшись, молча покидает комнату, оставив Мэй в полном недоумении. Утро. Сегодня новоприбывшим выдали формы по их размерам, и теперь зал наполнен людьми в черной униформе. Мэй стоит в ожидании, желая быстрее покончить с этим и уйти полежать. Все-таки произошедшее с ней отразилось на её организме, хотя Мэй и не хотела этого признавать. Чонгук и Чимин яростно обсуждают что-то, их голоса переплетаются в споре, но смысл слов уловить сложно из-за общего шума в зале. Находящиеся рядом пытаются не вмешиваться, но периодически бросают любопытные взгляды на Чонгука и Чимина, явно заинтересованные их разговором. И вдруг раздается громкий свист, мгновенно привлекая внимание всех в зале. Хосок прибыл, а это значит, что тренировка началась. У Лианы всё иначе — за пару дней обучения у Сокджина он успел научить её базовым вещам, которые важно знать при оказании первой помощи. Она до сих пор не может понять, как могли выбрать её. Дело ведь не в ней, а в том, что они выбрали человека, который даже рядом с этой профессией никогда не стоял. — Я знаю, — начинает Сокджин, который не упустил из виду рассеянность шатенки. — Сложно понять, почему ты оказалась там, где не планировала. — Ведь это нелогично, — кратко отвечает она, но Сокджин улавливает суть. — Да, нелогично, — кивает он головой. — Считай, что поступила в университет по этой специальности. На эти слова Лиана громко смеётся, заставляя Сокджина улыбаться на её реакцию. — И что же мы с вами будем делать все эти четыре… а, нет, простите, — поправляет себя, осознав, что четыре года обучения недостаточно, чтобы спасти жизнь. — Все эти семь лет? — Лиана, тебе нужно знать базовые вещи и стать моей правой рукой. Больше тебе ничего не предстоит знать, так как сложная часть на мне. — Вот как, — говорит она, слегка усмехнувшись. Обеденный час, которого так сильно ждала Мэй, наконец настал. Прибыв в столовую, она глазами ищет кудрявую макушку подруги, которая выделяется своим белым халатом, хотя сама Лиана не предпочитает носить его вне лаборатории. — Где твоя? — спрашивает она у Чи, который тоже ищет макушку возлюбленной, настолько погруженный в поиски, что не слышит Мэй. — Эй, не волнуйся, но будь на чеку, она нас не заметит… — А, почему? — недоумевает Чонгук, который всё это время тихо стоял рядом. — Не было ни одного дня, когда этот человек при встрече не проходил мимо меня, просто потому что не замечала. Я всегда старалась быть на чеку, а ведь она скорее меня не заметит. Раньше я так думала… в прошлом. Не думаю, что она изменилась, хотя ей будет не так сложно нас заметить, ведь нас трое, я не одна. После мучительно долгих восьми минут в столовую наконец входит Лиана, явно стараясь не упустить возможность провести время с друзьями. Хотя Чонгук ей не друг, он парень её подруги, а значит, автоматически становится её “братаном”. Набрав себе приличное количество еды на поднос, она приближается к своей цели и садится, встречаясь с выразительным взглядом подруги. Без слов её глаза кричат: «Я же говорила не задерживаться и не утопать в работе, ведь помрёшь с голоду». — Знаю, — Лиана поднимает руки вверх, а Мэй, прищурив глаза, молча ждёт оправданий. — Знаю, увлеклась. — Я хочу жрать, — отвечает Мэй, намекая на то, что слишком долго ждала, чтобы ещё и оправдания слушать. С утра она чуть ли не “родила” от голода. — Покушаем, а потом нам с Кокоро есть о чём рассказать, — добавляет она, слегка хитро улыбнувшись. Чимин мгновенно переводит настороженный взгляд на Чонгука, который молча, но уверенно даёт понять, что всё в порядке. Лиана, уловив смену настроения у Чимина, чуть напрягается, но продолжает гладить руку парня, лежащего у неё на коленях, ожидая, что они вот-вот поделятся важной новостью. В моменте, когда они пьют чай, Мэй переводит взгляд на Чонгука, давая ему понять, что пора делиться важной информацией. — У меня, — начинает он, затем прочищает горло и пытается привести мысли в порядок, — Мин Тэсон мне кое-что предложил. — А? — недоумевает Чимин, который от услышанного даже рот забыл закрыть. — Мин? Тэсон?! И что же? Мэй, заметив иной вид недоумения на лице подруги, тихо шепчет ей через стол, чтобы помочь понять, о ком речь: — Это отец Мин Юнги. В ответ Лиана смотрит на Мэй шокированными глазами, поднося руку к рту. — Он попросил меня стать его правой рукой после окончания первого этапа тренировок. — В воздухе повисает тишина. Мэй, которая в курсе дела, сидит молча, опустив голову вниз и чувствуя, как злость нарастает с каждым словом. У Чимина рот все еще открыт, а Лиана замерла, подождав несколько секунд. Чон продолжает: — Нес ерунду о том, что он видит во мне потенциал, а попытки Юнги спасать мир — это полная чушь. — Потенциал для чего? — с волнением внутри спрашивает Чимин. Мэй поднимает голову, поднося руку к губам, и это не ускользает от глаз Чи, который понимает, что она очень зла, и то, что он услышит, ему не понравится. — Какие у него были намерения, Чонгук? — спрашивает Лиана, которая, по ощущениям, вот-вот лопнет от напряжения. — Он предложил провести эксперимент надо мной. В данный момент он уверял, что проводятся исследования над каким-то препаратом, который он, видимо, планирует ввести кому-то, и ему приглянулся я. — Зачем тогда тебе стать его правой рукой? — задается вопросом Лиана. — Как он сказал, препарат влияет на определенные клетки… после чего человек становится сильнее, — отвечает Чонгук, до сих пор не веря, что был вынужден услышать подобную ерунду. — И это не все, он на самом деле предложил мне не только силу, но и бессмертие. В этот момент Мэй может поклясться, что челюсть ее друга чуть ли не упала к ним под ноги, и Лиана не отстает — ее челюсть также отвисла от шока. — Слушайте, а что если все, что сейчас творится в мире, — это последствия экспериментов этого гада? — выдает Лиана. — Да, верно! — на эмоциях громче обычного отвечает Мэй. — Мы тоже так думаем, — добавляет она, имея в виду себя и Чонгука. — Нам надо свалить отсюда, — единственное, что говорит Чимин, который еле сдерживается, чтобы не содрать глотку этому мерзавцу. — Это не вариант, — отвечает Мэй. — Я думаю, нам надо остаться и разобраться. Мы тут в безопасности. — В безопасности?! — повышает тон Чимин. — О какой безопасности идет речь, если ему предложили стать жертвой эксперимента? — Чи, успокойся. Никто не имеет права трогать его, если он этого не хочет, — говорит она четко, смотря ему в глаза, не отрывая взгляда. — Я не дам его в обиду, — Чонгук усмехается на услышанное. — Если придется, всем головы с плеч отрублю. И вас тоже в обиду не дам. Спустя секунду раздумий Чимин выдает следующее: — Значит, Мин Юнги тоже чекнутый, как и свой папаша? — вопрос риторический, но он заставляет всех задуматься. — Тц, я не думаю, — говорит Лиана, на что получает ревнивый взгляд от Чимина. — Ты ведь тоже заметила холод между ними? — спрашивает Мэй у Лианы, которая в ответ кивает, соглашаясь. — Может, нам тоже расскажете?! — вмешивается Чонгук. — Коко, тише, — говорит Мэй, смотря ему в глаза. — Все в порядке, но… — она переводит взгляд на друга. — Он точно не имеет отношения ко всему хаосу, который творится вокруг. Думаю, он тот, кто пытается затмить его. Не зря он нас сюда притащил. Я это чувствую. — Посмотрим, — говорит Чимин, массируя виски. Ему кажется, что голова вот-вот взорвется от резкой боли, которая настигла его. Каждый из них понимает, что нужно собраться и разобраться в происходящем, прежде чем все выйдет из-под контроля. Юнги задумчив больше, чем обычно, думает Тэхён, заметивший затишье в друге. Тэ не по себе от того, что его присутствие не замечается Мином, и это ему не нравится. Как только он собирается открыть рот, чтобы возразить, в дверь стучат, и мысленно Тэхён уже обзывает этого человека трёхэтажным матом, предугадав, кто стоит за дверью. — Намджун, присядь, поговорим, — просит Юнги, заметив брюнета на пороге. — Что не так? — спрашивает Намджун, присаживаясь напротив Тэ. — Нам нужна тату-машинка и прочая херня, которая важна для набивания тату, — выдает он, а Намджун удивленными глазами смотрит прямо на Тэ, который тоже в шоке, но виду не подает. — Мандаринка, — обращается Тэ к Юнги, у которого появляется заинтересованность и рассеянность во взгляде. — С каких пор у тебя появился интерес к тату? — Тэхён-а, ты мне нужен, — говорит Юнги в ответ, не глядя тому в глаза. — А машинка нужна не мне, а Чонгуку. Сказанное присутствующих удивляет еще больше, потому что Юнги ищет что-то не для себя? Что-то для Чонгука? И это что-то — машинка для набивания тату? Тату?! — Брат, — еле произносит Намджун, — все ли с тобой в порядке? — Явно ебнулся куда-нибудь, — чеканит Тэхён, чувствуя, что у него появляется потребность в употреблении чая. В таком выражении и в таком тоне с Юнги может говорить только Тэ. Позволено только и только ему. Он единственный, кто за подобное отношение по итогу не получает пиздюлей. — У тебя будет поход с новой командой, — глядя на Тэ, произносит Юнги и встает на ноги, дабы закурить. — Поход?! — на лице недоумение уже в который раз. — Да, ты и новая команда, — говорит и усмехается, понимая, за чем он их отправляет в поход. — За поиском тату-машинки и прочего. — Хах, — у неземного красавца чуть ли глаз не дергается, но идея кажется ему безумной, что кажется ему интересным. Дальше они все направляются в столовую, где Тэ наконец выпьет расслабляющийегонервы чай. Ночь. — Куда вас отвозят? — спрашивает Лиана у Мэй, которая переодевается в удобную одежду. — Не знаю, — вздыхает брюнетка, присаживаясь на кровать. — И это меня бесит. — Блин, я должна быть с вами, — говорит, прислонившись к стене. — Чимин ведь тоже с вами? — Нет, ты что?! Он изгой, зачем ему с нами ехать? — открыто издевается над подругой, дав понять, что без него не обойтись, если он часть команды. — Эх, — вздыхает уже который раз, действуя на и так открытые нервы Мэй. — Тц, вообще-то за нас с Коко тоже должна волноваться, — наигранно обижается на шатенку и встает с кровати, направляясь к двери. — Конечно, за вас тоже волнуюсь, — говорит Лиана, пока Мэй просто бежит, оставляя её одну в комнате. Чимин, который направлялся по тому же коридору к Лиане, сталкивается с подругой, которая бежит прямиком на него. — Чи-и! — раскрывает руки, готовясь обнять его. Все происходит спонтанно, не по плану у обоих. Чимин останавливается, так же раскрывает руки и ждет момента, когда та придавит его. Лиана, стоя у двери, наблюдает за ними. Её сердце наполняется чем-то приятным, когда она видит, как они смеются и делятся этой искренней близостью. — О, ты одна? Где Чимин? — спрашивает Чонгук, заметив, что брюнетка одна. — Прощается с Лианой, — хитро улыбаясь, говорит Мэй. — Понимаю, — как-то грустно выдыхает Чонгук, что не ускользает от взгляда Мэй. — Эй, — грозно начинает она, но затем резко подходит вплотную к нему и мягко добавляет: — Что не так? Чонгук лишь усмехается, привыкший к таким переходам её настроения, и тянется за своим уютом, утопая в её объятиях. — Эй?! — шепотом, чуть ли не испугавшись, произносит она. — Ты плохо себя чувствуешь? — Ты бы об этом знала, — отвечает он, напоминая ей о их связи. — Верно… — говорит она, затем чмокает его в макушку. — Не волнуйся ты, — отстраняясь, говорит Чонгук. — Просто, поставив себя на место хёна, я понял, что… — Что ты понял? — заинтересованно спрашивает Мэй. — Да ничего, просто, наверное, его душа тоскует по ней, пока они не рядом, — выговаривает он, а на губах Мэй расцветает искренняя улыбка. Она понимает, что, поставив себя на его место, он успел потосковать по ней. — Я бы тоже тосковала по тебе, — всё ещё с улыбкой произносит брюнетка, не прерывая зрительного контакта. — Безумно. Решив, что тренировочный зал, где они ждут Чимина и остальных, не подходит для таких откровений, так как их могут прервать другие, она решает сменить тему. — Коко, — говорит она, и Чонгуку кажется, что каждый раз, когда она его так называет, у него на лице невольно появляется улыбка. — Ты в курсе, что за поход? — Нет, болтушка моя, подойди ближе, — просит он. — Нихрена себе, — удивляется Мэйви, но послушно подходит ближе, насколько возможно. — Эй, мы с тобой до конца наших дней будем так близко друг к другу держаться? Ты что, не можешь дышать без моего настолько близкого присутствия?! — Да не мо-гу, — чеканит он по слогам, касаясь своим носом её носа, и в ответ получает неожиданный чмок в нос от Мэйви. Как раз в этот момент в зал входит Тэхён и, заметив их, хитро улыбается. — Голубки мои, вы как всегда на месте, — начинает он, заставляя их смеяться. — Где Чимин? Не может расстаться с возлюбленной? Боже, думает Чонгук, это напоминает чью-то манеру общения… — Похоже, ты смог, — отвечает Мэй, на что Тэхён улыбается, но намёк был понят. — А ты внимательна, — хвалит Тэхён, не скрывая своего особого отношения к “Мандаринке”. Пока они обсуждали обычные вещи, прошло ещё несколько минут, и наконец в зал заходит Чимин с Намджуном, с которым столкнулся по пути. Тэхён безумно рад, что все на месте, и что они наконец смогут покинуть базу. — Что ж, — вздыхая, начинает он, смотря Чонгуку в глаза, — за поиском тату-средств? — За поиском чего, блять?! — одновременно произносят Мэй и Чимин, которые точно не ожидали услышать подобное.