3. Долго ли ждать у моря погоды

– Блистательный, скажи, – вкрадчиво поинтересовался у лучшего друга Эдвард, помешивая ложкой свой кофе. Его правая металлическая рука вот уже неделю благодаря Винри функционировала превосходно, а сама Винри в течение этой же недели (осталась погостить у Эда и Ала) не ругалась и не ссорилась с Эдом по рандомным поводам, и потому старший Элрик с утра (да-да) был в великолепном (читай язвительном) настроении, – долго нам ещё ждать? – В смысле? – озадаченно нахмурился Рассел, поднимая глаза от своей овсянки. – Чего это вы ждёте? – Второго пришествия, конечно, – Эд закатил глаза. – Свадьбы, блин, вашей ждём! – ЧЕГО-О-О?! – Рассел поперхнулся воздухом в собственных лёгких и едва не опрокинул стакан, который крайне предусмотрительно выдернул из-под его руки Флетчер. – КАКОЙ ЕЩЁ… – Не ори на Эда, у меня и так уши от вашего вчерашнего спора болят, – страдальчески поморщился Ал, приобнимая картинно испуганно уткнувшегося ему в плечо старшего брата. – ДА ВЕДЬ ОН… – А что он? Я с ним по сути согласен. Ну фиг с ней со свадьбой – тут Эд перегнул, он бы ещё внуков от вас потребовал… – ДА ЧТО ЗА… – старший Трингам спрятал лицо в ладонях, но сквозь его пальцы было видно, что щёки у него приняли свекольный оттенок. Флетчер, которому ценой неимоверных усилий удавалось сохранять серьёзное выражение лица, сочувственно похлопал брата по плечу и с укором покосился на хихикающих Элриков. – Ребят, ну в самом деле… – Ой, Флетчер, чья б корова мычала… и вообще, как будто ты сам не думаешь, что они тянут Уроборосса за хвост? – Но… – младший Трингам, тоже слегка покраснев, поджал губы, но Эд перебил его, воодушевлённо взмахивая вилкой. – Не но! Они уже неделю на свидания бегают, если не считать полгода звонков! – ЭТО НЕ СВИДАНИЯ!!! – Ах ну да, просто дружеские беседы… Вдвоём… наедине… допоздна… может, ты со мной так хоть разок погулять сходишь, а? Я всё же твой лучший друг, как-никак! Думаю, никакой разницы не… Э, Ал, отдай! – А ты не размахивай колюще-режущими, глаза себе и нам повыкалываешь! – Заткнись, Удивительный, – пробормотал Рассел, снова уставившись в свою тарелку и агрессивно тыкая в ни в чём не повинную кашу ложкой. – Ну блин, дружище, я серьёзно, – Эдвард, позволивший всё же Альфонсу отобрать у него вилку, тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. – Как бы я ни не хотел лезть в твои с Винри отношения… – ЭТО НЕ… – Я в самом общем смысле – но вы же оба мучаетесь! – С чего ты взял? – Рассел вскинул на него свои синие глаза. – Да с того, что ты, как там это было… – Но однажды капитан Был в одной из дальних стран И влюбился, как простой мальчуган. Раз пятнадцать он краснел, Заикался и бледнел, Но ни разу улыбнуться не посмел! – пропел, лукаво усмехнувшись, Альфонс. – Во-во, спасибо, братец! – Эд взъерошил младшему чёлку и, пока тот, ворча, пытался её поправить, продолжил, обращаясь к старшему Трингаму: – Только ты у нас не морской капитан, а сухопутный майор… А она ничем не лучше – что-то в духе «Милый мой-хороший, догадайся сам!» А в итоге вы ходите вокруг да около, как два придурка, что ты, что она – может, пора уже переходить к более решительным действиям? В конце концов, у тебя вон погоны на плечах, да ещё и не самые простые! – И что ж ты предлагаешь, собрать отряд и скомандовать: «В наступление!» что ли? – Рассел, дёрнув уголком губ, покачал головой. Кажется, он даже уже не сердился. Это была скорее… обречённость? – И как это вы определили вообще, а, господа эксперты в любви? – Знаешь, братец, тут сложно не заметить, – подал опять голос Флетчер, сосредоточенно вытягивая себе нижнюю вафлю из стопки лежащих на тарелке. Рассел круглыми глазами уставился на него. – Ну а чего? – Флетчер пожал плечами, невозмутимо намазывая теперь на вафлю масло и не обращая особого внимания на то, что брат испепеляет его взглядом. – Amor tussisque non celantur… Шила в мешке не утаишь… чего там ещё на эту тему было… Febris erotica… Amor non est medicabilis herbis… А, ой, это уже про другое… – Вот ты энциклопедия ходячая, а, Флетчер… – Эд закатил глаза. – А что я? Ты сам на латыни треплешься в присутствии Винри, чтобы моего брата побесить! – Да, это про то, что Флетчер тут тебе не помощник, – хмыкнул Ал, обращаясь уже к Расселу. – Так вот – а тебе что, серьёзно нужен отряд? – Да нет, конечно, – Рассел обречённо отодвинул тарелку и трагично опустил подбородок на лежащие на столе руки. – Ладно, вы же всё равно не отстанете, чего скрывать… Но чёрт возьми – как будто это так просто, взять да и признаться! Проще подраться с кем-то или вакцину изобрести! Или не знаю… Эд, ну ты-то должен меня понимать – тебе что, так легко Алу признаться было? Теперь Эд и Ал ни с того ни с сего вспыхнули до корней волос. Ал замахал Расселу руками, бормоча «Не ори!», после чего отвернулся, а Эд, откашлявшись, сцепил пальцы перед собой в замок. – Нет, не просто. И я прекрасно тебя понимаю. И, вероятно, именно поэтому призываю тебя как можно скорее поговорить с ней начистоту. – А если она откажет? А если нет? – Рассел тоскливо смотрел на него исподлобья. – Знаешь, Блистательный, видеть тебя влюблённой жижей, конечно, прикольно, но… – Эдвард! – возмутился было Флетчер, но Рассел совсем уж для всех неожиданно обречённо махнул рукой и снова тяжело вздохнул. – Да ладно, он прав, я знаю… я и не скрываю, что я влюблённая жижа. – У тебя нет ли температуры? – обеспокоенно поинтересовался младший Трингам, проверяя старшему лоб ладонью. – Вроде нормальный… – Ты ж сам сказал – Febris erotica, – Ал подпёр щёку рукой. Да, картина та ещё. Нечасто увидишь самого Рассела Трингама в таком виде… – И чем же её лечить? – грустно поинтересовался Рассел, снова косясь снизу вверх на Эдварда. – А, сенсей Удивительный политик, что делать-то? Ты на вопрос так и не ответил – как быть, если она скажет: «Ты мне просто как друг»? – Ну, во-первых, не скажет, потому что на друзей так не смотрят. Во-вторых, подождать, – Эд пожал плечами. – Если она действительно так скажет, то, скорее всего, это будет просто от испуга… подожди, сколько она попросит, если попросит… – Я там на месте и помру, – совсем уж печально подытожил старший Трингам, на автомате приводя щелчком пальцев в белых перчатках цветы в вазочке на столе в надлежащий вид. – Да что ты будешь делать… – Флетчер потёр виски. Ему явно было разом смешно от ситуации и жутко жалко старшего брата – тем более, что он его прекрасно понимал. Спасибо хоть внимательные Элрики до него пока не добрались. А может, дело было в том, что до Ксинга далековато, а вот в Централе никуда не убежишь?.. – Не помрёшь! – Эд стукнул металлическим кулаком по столу так, что звякнули приборы и упала пара лепестков с цветов. – Помру, – меланхолично возразил ему Рассел, возвращая лепестки на место. – Люди добрые и злые, похороните меня за Штабом, Флетчер, завещаю всё тебе, там разберёшься, можешь с Эдом и Алом поделиться… – В смысле «завещаю»? Кто тебе помереть даст? Я ж врач! – В смысле «можешь»? Ты мне по умолчанию отписать половину должен за моральный и физический ущерб! – Да иди ты… – Да ладно вам, – Ал мягко обнял Эда за плечи, и тот моментально притих. Флетчер удивлённо взглянул на Элриков, даже Рассел перестал вслух страдать и уставился на Альфонса. – Рассел, хватит убиваться, это не конец света. Да, это тяжело. Да, это страшно. Но что, если вместо «нет» она тебе скажет «да»? А скорее всего так и будет. Но даже предположим, что «нет», хотя вероятность такого исхода меньше тысячной доли процента, судя по её реально влюблённым глазам, которыми она тебя провожает… – Рассел опять густо покраснел, но Альфонс продолжил, игнорируя этот факт и не давая Эду съязвить по этому поводу: – Даже если нет – зато ты будешь знать, что ты попытался. Зато ты будешь знать, что ты смелый. – А то он прям не знает, – ввернул-таки Эдвард, агрессивно размешивая нерастворившийся комочек кофе в своей кружке. – Он со мной каждый день дерётся, а это, знаешь ли, ого-го какая смелость нужна! – А чего мне тебя бояться? – хмыкнул, наконец, Рассел. – Ещё я креветок не пугался, тоже мне… – ЧЁ ТЫ ВЯКНУЛ, А?! – Вот охота вам бесить друг друга, а? Два сапога пара, да оба придурки, – проворчал Флетчер, пока Ал силком за локти удерживал Эда, готового кинуться на вполне довольного собой Рассела. – Гениально сказано, Флетчер, – проворчал Ал, который уже предвидел синяки на плечах и животе от слишком буйно рвущегося в бой братца. – А ты, Рассел, за то, что Эд тебя сейчас не убьёт, мой должник! – И что же я тебе должен, о гуманнейший из гуманнейших? – миролюбиво улыбнулся ему старший Трингам. – Что-что… либо ты зовёшь Винри на официальное свидание прямо сегодня, либо я за себя и Эда не отвечаю! – А-ал, ну за что ты так со мной?! – Рассел схватился за голову. – Давай ты что-нибудь более реалистичное и не такое страшное попросишь, а? Ну хочешь… не знаю… дракона тебе поймаю? – Мы с тобой сами своего рода драконы, нафига нам ещё один? – резонно возразил Альфонс, усаживая на стул уже только для виду ерепенящегося Эдварда. – Это у него называется «более реалистичное», – закатил глаза Флетчер. – Согласен, слишком много драконов на один квадратный метр… Ну хочешь, с крыши сигану… Ай, братец, за что? – ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ, Я ТЕБЕ ТАК СИГАНУ, ЧТО ДО КОНЦА ЖИЗНИ НА КРЫШИ СМОТРЕТЬ НЕ СМОЖЕШЬ! – Всё, всё, понял, не ори… Ну Альфо-о-онс… – Нет, и не проси! – Ал грозно нахмурил брови. – Это было моё последнее слово! – Э-эд, уговори Ала, пусть он смилостивится… – А что мне за это будет? – Эдвард сощурился. – Я тебя не буду обзывать, куплю тебе годовой запас шоколада и… – И будешь ко мне обращаться исключительно на «мой господин»? – лукаво улыбнулся старший Элрик. – Что? Ну уж нет, на такое я не согласен! – возмутился теперь Рассел, скрещивая руки на груди под хихиканье младших. – Ну на нет и суда нет… После короткой паузы старший Трингам тяжело вздохнул. – Иными словами, выбор у меня небольшой – либо позвать Винри на свидание, либо называть Эда «мой господин»… – Что бы ты ни выбрал, я буду ужасно рад! – Эдвард перегнулся через стол и ободряюще похлопал лучшего друга по плечу. Мирились они так же легко, как и ссорились. Вернее, вообще не мирились – просто им надоедало махать кулаками, и они опять начинали друг друга стебать. – Не сомневаюсь… – Рассел поджал губы. – Ну… ну хорошо, я позову её. – Хвала Фламелю! – Ал воздел руки к потолку. – Militat omnis amans! – Флетчер весело хлопнул брата по плечу. – Здравствуй, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя! – патетично воскликнул Эд, хлопая в ладоши. – Alea jacta est, – мрачно подытожил Рассел.