2.

— Турбо? Турбо! — Ты че? Нормально всё с тобой? — А? — Туркин поднимает голову и только сейчас выныривает из своих мыслей, недоуменно глядя на Вову с Вахитом, что уже минут пять стоят над ним и пытаются дозваться своего друга. — Да. — Че «да»? Я время спросил, — говорит Зима и Вова рядом начинает ржать, не в силах сдержаться. — Идите нахер оба.       Валере сейчас не до шуток, у Валеры второй день та девчонка из головы не выходит. Чувствует, что влип, а что делать с этим не знает. — Ну ладно-ладно, давай рассказывай, чего задумчивый такой весь день ходишь? — Адидас садится рядом, его примеру следует и Вахит.       И вот как тут все не выложить, если мечешься, как мальчишка вторые сутки. Эти еще и сели по обе стороны, поэтому Турбо понимал, пока не расскажет, никуда они его не отпустят. — Да нечего рассказывать… — Ага, поэтому и сидишь весь день как статуя. — прерывает Зима, за что получает многозначительный взгляд от Вовы. — Девчонку встретил недавно, случайно познакомились. Поцапался тогда с одними, до первой лавки дополз и она идет. — невольно на лице парня появляется короткая улыбка, которую он тут же убирает, дабы избежать подколов от друзей. — Меня увидела, подбежала, начала расспрашивать, что случилось. Потом… — и Турбо замолкает. Не хочется почему-то парней посвящать во все нюансы того вечера. — В общем… — Втюхался короче, да? — снова обрывает на полуслове Зима, на что от Валеры получает все такое же многозначительное: — Я всеку тебе щас. — Да ладно тебе, как зовут то хоть ее? — Альбина. — и здесь парень свою улыбку, что так нагло расползлась по лицу, уже сдержать не может. —Алька значит. — задумчиво произносит Зима, откидываясь на спинку дивана. — Нет, Альбина… Сергеевна. — добавляет Туркин, вспоминая их разговор в тот вечер.

***

— Тебя как зовут то? — Валера решает разрядить обстановку, ведь девочка после его сухого ответа больше ни слова не проронила. — Альбина. — Аля значит? — Своим можно Аля, для Вас пока Альбина. — Может еще и по отчеству? — усмехается парень, глядя как девушка закручивает крышечку от тюбика. — Можно и по отчеству, Сергеевна я.

***

— А че так официально? — недоуменно спрашивает Вова, переглядываясь с Вахитом. — Сказала, что Аля она только для своих, а я пока не свой. — Валера подпирает рукой подбородок и снова утыкается взглядом в стену. — Ну так иди и стань своим, какие проблемы-то? — Зиме вся эта сырость друга, которая ему совсем несвойственна, уже порядком надоела.       Ну не понимал он, как можно сидеть и думать, как завоевать девчонку. Пока сидишь и думаешь, кто-то встанет и сделает. Поэтому в делах любовных всегда сперва предпочитал делать, а потом уже, по ситуации, можно и подумать.       Турбо же, на памяти Вахита, в такое вляпался впервые. Нет, были конечно девчонки, с которыми тот в ДК плясал, но после них друг не сидел и не сверлил взглядом стену. А значит, случай серьезный, а значит, нужно как-то Валеру подтолкнуть к действиям. А то пока он сидит и втыкает, толку от него мало. — Да как? — Ну ты и валенок, Турбо. — Зима понимает, что Валере много слов для того, чтобы начать драку не надо, тем более, когда он уже предупреждал. И словесная перепалка бы переросла в большее, если бы Адидаса не было рядом. — Ну тихо-тихо, все, — Вова оттаскивает от Вахита Турбо, что уже держал его за ворот куртки, но с первого раза остановить конфликт не получается. — Парни! Успокоились оба, че устроили тут?       Суворов усаживает настропалившихся друг на друга друзей обратно, и выглядит это всё со стороны, честно признать, комично. Больше эта картина походила на утренник в детском саду, когда воспитатель рассаживает по местам двух забияк и грозит им пальцем напоследок. Вова не злился на них, знает, что они оба вспыльчивые.       Точнее, Турбо вспыльчивый, а Зима не упустит возможности его подколоть. Да еще и тема такая щепетильная, все-таки, дела любовные. Вот это частенько и приводит то к разбитому носу, то к подбитому глазу. — Ты на лавке то сидел у её дома получается? Или она мимо шла? — спрашивает Вова, когда парни окончательно успокоились. — У её. — коротко отвечает Валера, потирая разбитые, после вчерашнего, костяшки. — Ну точно валенок. — если Вахит за весь день не задирал друга, значит, он проглотил язык.       И картина с воспитателем и забияками повторяется вновь. Уже порядком уставший от этих двоих Адидас, берет обоих за шкирку и выводит из качалки на улицу. Задача не из легких, ведь друзья и по пути успевают схватить, пнуть, толкнуть друг друга.       Суворов вышвыривает их за дверь, выходя следом и достает из кармана сигареты. — Ты, — смотрит на Валеру. — Покури, остынь и дуй в магазин, там за пирожными, за яблоками, не знаю, сам разберешься. Адрес и имя знаешь, этого достаточно, чтоб с ней заобщаться, вперед. — А я? — спрашивает Вахит, поправляя шапку на голове, ведь Турбо стянул ее набок. Хотел за ухо схватить, промазал. — А ты обратно иди, я вас третий раз разнимать не буду.

***

      И Валера действительно пошел в магазин, действительно купил пирожное. Еще и стоял, смотрел так долго и избирательно, даже у продавщицы поинтересовался, какое чаще всего берут молодые девушки. Надеялся, что есть хоть какая-то статистика, но миловидная женщина за прилавком лишь пожала плечами.       Взяв буквально наобум, какое то незамысловатое мучное лакомство с кремовой прослойкой, Туркин наконец вышел из магазина. А понравится оно Альбине или нет, уже не его беда.       «— Вот пожалуйста, повод для следующей встречи, надо будет спросить хоть, вкусное или нет.» — Турбо улыбается от собственных же мыслей и в моменте осознав, что он наверняка выглядит глупо, снова стирает улыбку с лица.       По крайней мере, он старается. Хоть что-то делает. То, что ему совсем не свойственно, как он думал.       «— Как мальчишка веду себя, понравится, не понравится, ее проблемы. — думал Турбо, направляясь к ее дому. — Сейчас на фоне меня Лампа будет супером выглядеть.»       Все эти чувства для него в новинку, сам не понимал, какой черт его снова привел к этому подъезду. Еще и с пирожным в руках. От кого-то Валера слышал, что без пряников не заигрывают. Пирожное подойдет, интересно?       Туркин уже заносит руку, чтобы позвонить в звонок, но от чего-то колеблется, не решается. Вдруг отец дверь откроет? Полетит Валерка кубарем с лестницы со своими гостинцами. — Так, все, — парень берет всю смелость в свой покоцаный кулак и готовится повторить попытку нажать на кнопку звонка. — Привет, страдалец, — вдруг раздается женский голос за спиной. — Давно дверь гипнотизируешь?       Валера оборачивается чуть испугано, но держаться пытается. Виду не подает, хоть и поймали его с поличным.       Напротив стоит та самая Альбина Сергеевна в своем коричневом пальто и ранцем в руке, что заставлял девушку слегка перевешиваться вбок. Та самая девочка, что оказала ему первую помощь в тот вечер. И все слова, что репетировались в голове по дороге, вмиг растворяются.       «Влюбленный волк уже не хищник» — часто любил говорить Зима, когда того спрашивали, чего он себе девчонку никак не найдет. Валера сейчас думает о том, что есть в этой фразе доля правды. — Привет, сердобольная, — в той же манере здоровается Туркин. — Я тут это… поблагодарить тебя хотел, — девушка слушает внимательно, вопросов не задает, смотрит так пристально, взгляд не отводит. Это сбивает. — Короче, это тебе. — не в силах больше ничего из себя выдавить, Турбо просто протягивает кулёк с пирожным. — Спасибо, — скромно отвечает Альбина. Парень и правда немного смутил ее, лакомства ей мальчики еще не дарили. Да и вообще, мальчики ей никогда ничего не дарили. — Зайдешь? — Не-не, бежать надо, я на минутку буквально зашел, должок вернуть. — Зашел на минутку, а перед дверью моей стоял минут пять, пока я не поднялась. — напоминает школьница, вгоняя собеседника в краску. — Ну, я это, думал че сказать, — Валера нелепо чешет затылок, наблюдая, как девушка ищет ключи по карманам. — Мне правда пора, Альбина… Сергеевна — Туркин чуть не забывает про это глупое правило для «не своих». — Альбина. — вдруг произносит девушка и легко улыбается. Она и не думала, что Валера запомнит ее наказ обращаться к ней по имени отчеству до тех пор, пока тот не станет своим. Кто же знал, что он своего захочет добиться. — Можно просто Альбина. — Наши отношения выходят на новый уровень? — усмехается Валера, выпрямив спину и гордо подняв голову. Выглядит так, будто он только что Олимпиаду выиграл. Причем по всем видам спорта. — Наши отношения? — переспрашивает Аля. — Торопишься, Валера. — Пойдешь на дискач со мной сегодня вечером? — осмелел Турбо быстро. — Подумать над предложением я могу? — усмехаясь спрашивает девушка. — Конечно можешь, я зайду в шесть, будь готова. — Альбина слегка смеется от такого напора и наглости своего нового друга, но сопротивления никакого не оказывает. Смешной этот Валера. На лавке весь такой грозный сидел, а сейчас стоит тут стесняется чего то. — Здравствуйте, — раздался тихий женский голос за спиной. Турбо думает о том, какие же бесшумные двери в этом подъезде. — Привет, Ир. — Альбина машет рукой девушке в милицейской форме и Туркин напрягается. — Вы к нам? — игнорируя приветствие младшей сестры, спрашивает Ирина, обращаясь к парню. — Нет, я уже пошел. — и исчезает Валера быстро. Но почему-то за ним дверь подъезда захлапывается далеко не бесшумно. — Пиздец… — выдыхает Турбо, уже выйдя на улицу.       Вот все не слава богу. Понравилась девчонка, которая с ментовкой хороводится.       «— А что значило это «вы к нам?» — размышляет парень, поджигая сигарету. — Это значит, что вероятнее всего, они родственники, раз живут в одной квартире. Пиздец»       В это время в квартире Филатовых Альбина сидит за столом на кухне, как на допросе. На столе стоит пирожное, которое мама переложила из пакета на красивую тарелочку. На плите стоял чайник, но атмосфера царила немного напряженная.       Мама со старшей сестрой были, мягко скажем, обеспокоены, что девушке прилетают такие знаки внимания от парня, что доверия им пока не внушал. — Аль, это кто? — Это Валера, — непринужденно отвечает младшая. — Забавный он, правда? — Тот, которого ты тогда на лавке лечила? — спрашивает мама, — Он самый, не думала, что еще раз с ним встретимся. — улыбка сама расползлась на лице.       Молодой человек Альбине и вправду понравился. По крайней мере, эти недолгие две встречи с ним, отзывались в глубине души чем то приятным и теплым. Может так люди и влюбляются? Рано пока о таком рассуждать. — Пироженки притащил, ты посмотри, — с тихим смехом говорит мама, но тут же ловит на себе недовольный взгляд старшей дочери. — С группировки он, нечему тут радоваться. — тихо, в своей манере, произносит Ира и обстановка накаляется вновь. — Да с чего ты это вдруг взяла? — недоуменно спрашивает Аля. — Глаз наметан, их нетрудно отличить от обычных подростков. — Мне кажется, ты торопишься с выводами. — А мне кажется, что с ним тебе лучше не пересекаться больше.