Глава 51. Риски авантюризма

***

В неблагодарной работе авантюриста всегда есть скрытые риски. Даже в самом тривиальном, пустяковом на вид задании с пыльной доски Гильдии может таиться неминуемая смертельная опасность. Лишь чутье, опыт и слепая удача определяют, пройдешь ли ты по краю бездны или сорвешься в неё. И в этот раз нам с Рокси катастрофически не повезло. Да, я не стал слепо идти на поводу у наших нанимателей прямо в пасть к дьяволу, благополучно избежав бессмысленной смерти – той самой, на которую без раздумий пошли бы авантюристы менее опытные, наивные и жадные до тех звонких монет, что щедро сулили эти утырки. Однако проклятое место, куда нас в итоге завели эти ублюдки, даже с натяжкой нельзя было назвать безопасным трактом. Это вообще не было дорогой в привычном понимании, но я, к своему стыду, проигнорировал все тревожные звоночки. Будучи совершенно незнакомым с этой суровой местностью, вымотанный долгим путём и отвлеченный роем собственных мыслей, я потерял бдительность. И теперь мне приходилось лицом к лицу столкнуться с жестокими последствиями своих собственных решений – или, вернее, нерешений. Последствия эти предстали в лице самого настоящего, мать его, дракона. Он появился из ниоткуда и наглухо перегородил нам единственный путь обратно к нормальным дорогам. Тварь рухнула с пасмурного неба совершенно неожиданно: сначала с оглушительным скрежетом тяжёлых когтей приземлилась на высокий, зазубренный край каменного каньона прямо над нашими головами, обрушив вниз град мелкой щебенки, а затем, заметив нас своими хищными глазами, камнем свалилась на дно ущелья, взметнув тучи едкой пыли. В этот чудовищный момент весь окружающий мир словно покрылся коркой льда и застыл перед моими глазами. Звуки пропали, а воспаленное страхом и адреналином сознание начало хаотично, с пугающей скоростью перебирать варианты спасения, отчаянно ища выход из патовой ситуации. Но «простого решения» не существовало в природе. Мы оказались заперты в настоящей каменной ловушке: в самом низу тесного каньона, на широкой, выбитой в породе дороге. По обеим сторонам от нас непреодолимой преградой вздымались отвесные, стены высотой метров в пятьдесят. Впереди – разъярённый ящер, готовый трахнуть уже нас, а позади – голая, простреливаемая спина дороги. Ни единого пути к отступлению в стороны, ни спасительных ответвлений, ни трещин, где можно было бы затаиться. Стоит нам только повернуться спинами и побежать назад, как ревущая струя испепеляющего пламени мгновенно настигнет нас – я прекрасно понимал, что никакая магия не способна заблокировать концентрированный огонь дракона. Отступить вверх? Попытаться вскарабкаться по этим отвесным скалам, чтобы выбраться из каньона в пугающую неизвестность? С моими навыками я, возможно, и смог бы проделать этот трюк один, но никак не Рокси. А её я бросать на растерзание чудовищу не стану ни при каких обстоятельствах, пусть даже небеса рухнут на землю. Да и кто поручится, что там, наверху, нас не ждет смерть пострашнее? Нет, это не выход. Выход, а точнее единственный шанс выжить, оставался только один – битва. Эта тварь, массивный синий дракон, чья чешуя сейчас зловеще поблескивала в полумраке ущелья, был не в своей родной стихии – не в небе. Здесь, на тесном куске земли, лишённый маневренности, он был уязвим, и у нас появлялись вполне реальные шансы одолеть его. Я сделал свой выбор. Окончательный и бесповоротный. Мышцы сжались, как тугая стальная пружина, готовая выстрелить в один-единственный рывок. — Возводи укрытие и бей по глазам! — срывая голос, рявкнул я Рокси, перекрикивая рык чудовища. Одновременно с этим я резким движением скинул с плеч тяжёлую сумку. И не теряя ни доли секунды, с глубокого приседа я яростно оттолкнулся от земли и рванул к нашей чешуйчатой проблеме, намертво сжимая в побелевших пальцах стальной посох. Густая, раскаленная мана ослепительной вспышкой пронеслась по каналам тела, наполняя вены первобытной мощью. Физические ограничения рухнули. Для моего восприятия время вокруг тягуче замедлилось. Преодолев разделяющее нас расстояние словно в телепорте, я оказался почти вплотную к морде ящера. Дракон оказался чудовищно огромным для этой каменной кишки. Лишённый возможности взлететь, он бесновался. Его шипастый хвост, толщиной с вековое дерево, заметался в тесном пространстве, как обезумевший маятник. — КРАААХ! Хвост с оглушительным грохотом врезался в отвесную стену каньона справа от меня. Скала жалобно треснула, осыпая нас градом каменной шрапнели и пыли. От удара такой силы в сплошном монолите образовалась глубокая, рваная брешь, уходящая вглубь породы. Но рассматривать её было некогда. Мозг, подстёгнутый дикой дозой адреналина, работал на пределе. Я скользил по грязи, уворачиваясь от клацающих челюстей, способных перекусить меня пополам. Выпад! Острие моего посоха со скрежетом скользнуло по лазурной броне на груди твари, высекая сноп искр, но не оставив даже царапины. — Сука! — выплюнул я, перекатом уходя от тяжелой когтистой лапы, которая тут же выбила воронку в том месте, где я только что стоял. Рокси не стояла без дела. Из-за каменного бруствера, который она чудом успела воздвигнуть, одна за другой вылетали ледяные пики на безумной скорости. Они с хрустом разбивались о морду и шею дракона. Урона не наносили, но бесили тварь знатно. Ящер раздражённо мотал головой, стряхивая изморозь, но его первобытная ярость была направлена исключительно на меня – наглого двуногого клопа, путающегося под ногами. Бой на истощение в этой тесноте был самоубийством. С каждым новым взмахом хвоста каньон содрогался, стены покрывались сетью новых трещин, а дышать из-за поднявшейся пыли становилось всё труднее. Лёгкие просто горели. После очередного уклонения, когда клыки ящера лязгнули в жалких сантиметрах от моего лица, обдав меня тошнотворным запахом серы и гнилого мяса, я понял: моих сил хватит ещё от силы на пару минут. Я до боли сжал пальцы на древке. Тварь, окончательно взбешённая моей прытью, внезапно перестала дёргаться. Ящер отстранился, его массивная грудная клетка с шумом втянула воздух. В глубине зубастой глотки начало разгораться яростное, слепящее оранжево-синее зарево. Он готовился залить этот каменный мешок огнём, от которого не спасёт ни одно укрытие. Это был мой шанс. Единственный, блять! В голове предательски мелькнуло воспоминание о том, как мой посох со звоном отскочил от короны гоблина. Я уже промазал так однажды… Но только не сейчас! Вложив в движение все остатки сил, я замахнулся. Посох, выпущенный из рук, прочертил в раскалённом воздухе стремительную серую линию. Он влетел точно в распахнутую, светящуюся изнутри пасть ровно за мгновение до того, как дракон выдохнул смерть. Тварь судорожно дёрнулась. В её вертикальных зрачках промелькнул неподдельный ужас. Дракон попытался издать рёв, но железный кол намертво застрял в глотке, перекрыв выход энергии. Вместо ревущего потока пламени из пасти вырвался лишь жалкий дымный хрип. Огонь, не найдя выхода, сдетонировал внутри. Глухой, утробный взрыв разорвал ящера изнутри. Могучее тело конвульсивно затряслось, из пасти и ноздрей хлынула кипящая кровь пополам с огнём. Лапы подогнулись, и многотонная туша с тошным хрустом рухнула на каменный пол, подняв волну едкой пыли. Земля содрогнулась. Ёбаный дракон был мёртв. Адреналиновый шторм схлынул мгновенно, оставив после себя лишь звенящую пустоту. Ноги подкосились, и я рухнул на колени прямо перед дымящейся мордой чудовища. Глупая, безумная улыбка сама собой поползла по лицу. — Мы сделали это... — прохрипел я пересохшими губами, чувствуя боль во всём теле. — Рокси... Послышался быстрый топот. Рокси, растрёпанная, измазанная в пыли, с широко раскрытыми от дикого облегчения глазами подбежала ко мне. Она с размаху рухнула рядом на колени, вцепившись в мои плечи. — Ты... ты жив! О боги, Эрик, я думала, это конец! — её голос срывался. — Как ты?! Тебя не задело? — Жить буду, хех... — попытался пошутить я, но вместо смеха выдал сухой, лающий кашель. — Главное, что мы... ХЛОП. ХЛОП. ХЛОП. Звук, раздавшийся сверху, заморозил кровь в жилах. Это был ритмичный, тяжелый звук бьющих по воздуху исполинских кожистых крыльев. И он был не один. С небес обрушился торжествующий, хищный рёв, тут же подхваченный ещё двумя глотками. Я с трудом запрокинул тяжёлую голову. Над рваным краем каньона, на фоне серых туч, кружили ещё три синих дракона. Чуть мельче убитого, но абсолютно свежие, полные сил. И они уже спускались. Это был настоящий конец. Я был пуст до дна – ни маны, ни сил, ни оружия. Рокси тоже тяжело дышала, явно исчерпав резервы. В этом простреливаемом каменном гробу у нас не было ни единого шанса. Но демоница не собиралась сдаваться. Она резко вскочила, её взгляд, как у загнанной кошки, лихорадочно заметался по стенам ущелья. Я видел, как она отчаянно ищет хоть что-то. И тут её глаза расширились. — Сюда! — Рокси мёртвой хваткой вцепилась в мою кисть. Она рванула меня на себя с такой неистовой силой, что в суставе плеча что-то болезненно хрустнуло, а я, едва соображая от усталости, поднялся и побежал следом. — Куда?.. — Заткнись и перебирай ногами! — сорванным, почти истеричным голосом прикрикнула она. И тут я увидел. Прямо перед нами в паре десятков метров зияла глубокая, рваная рана в скале – та самая двухметровая трещина, которую пару минут назад пробил хвост первого дракона в своей ярости. Подарок от врага, ставший нашим единственным билетом в жизнь. Сверху раздался нарастающий, вибрирующий гул, от которого заложило уши. Небо над каньоном в мгновение ока налилось мертвенным оранжевым светом. Мы не вбежали, мы буквально ввинтились в узкий зёв расщелины, вдираясь в спасительную тьму, прежде чем мир снаружи перестал существовать в ревущем адском вихре.

***

Высоко над изувеченным каньоном бесновался пронзительный ветер. Одинокая женская фигура беззаботно сидела на самом краю утёса, свесив ноги прямо в пропасть. Воздушные потоки с яростным свистом рвали полы её тяжёлого серого плаща и разгоняли плотные клубы едкого сизого дыма, который жирными лентами поднимался из бездны, неся с собой тошнотворный запах жжёной плоти и пережжённого камня. Девушка, словно не замечая обжигающего холода, с нескрываемым удовольствием смотрела вниз. Там, на дне «каменного мешка», всё ещё пульсировало и пузырилось озеро остывающей лавы, разливая по стенам ущелья зловещий багровый свет. На бледном лице наблюдательницы играла тонкая, хищная ухмылка. Она видела всё. Смаковала каждую секунду этого сражения: и тот отчаянный, пропитанный первобытной яростью бросок копья, разорвавший дракона изнутри вспышкой его собственного пламени. И тот жалкий, на грани человеческих возможностей, рывок в узкую трещину горы. Она видела, как двое смертных буквально ввинтились в спасительную тьму за мгновение до того, как небеса обрушили на каньон испепеляющий океан огня. Результат этой кровавой драмы явно привел её в восторг. Справа от неё, прямо на неровном камне, была аккуратно расстелена плотная ткань. На этой импровизированной скатерти, словно в ожидании кульминации долгого спектакля, дожидался своего часа тщательно собранный пикник. Девушка грациозно поправила выбившуюся на ветру прядь волос. В её глазах, отражающих далекие сполохи затухающего пожара, мелькнул холодный расчет. — Хм. Уже лучше... — тихо, почти нежно промурлыкала она в пустоту, и её мелодичный голос на мгновение перекрыл вой ветра. С этими словами она наконец отвела взгляд от дымящейся бездны. Потянувшись к разложенной ткани, девушка невозмутимо взяла всё ещё тёплую пухлую булку с толстым куском жареного мяса, от которой исходил одуряющий аромат мяса и специй. Хищная улыбка на её губах мгновенно сменилась выражением чистого, почти детского гастрономического восторга. Девушка с наслаждением впилась зубами в булку и сочную котлету, довольно жмурясь. Она сидела на краю выжженного ада и жевала с таким упоением, словно во всем мире не было ничего важнее этого долгожданного перекуса.

***

Тёмная, пропахшая сыростью и застарелой каменной пылью пещера. Тяжёлое, вязкое пробуждение. В висках пульсировала тупая боль, а рядом суетилась девушка, которая отчаянно пыталась привести меня в чувства. Что-то это мне до боли напоминало... И я даже чётко помнил, что именно. Тот самый давний взрыв в подземелье, когда я лишился памяти. Но главное отличие заключалось в том, что сейчас в моей голове не было звенящей пустоты. А значит, хвала богам, в этот раз обошлось. Рокси сидела совсем рядом, поджав под себя ноги. С плотно закрытыми глазами она полушёпотом, почти как торопливую молитву, читала заклинание, направляя на меня свои подрагивающие ладони. От её рук исходило мягкое зеленоватое свечение, и я быстро распознал в нём ту самую исцеляющую магию, к которой мы не раз прибегали в пути. Тело всё ещё отчаянно ныло от магического и физического истощения, каждая мышца казалась налитой свинцом, но это была вполне терпимая боль – уже далеко не та предсмертная агония, что скручивала меня наверху. Я слабо пошевелился и, превозмогая слабость, осторожно положил ладонь на её коленку, мягко выводя волшебницу из глубокого целительского транса. Несмотря на мою аккуратность, она всё равно испуганно дёрнулась, распахивая глаза. — Ах! Эрик! — её голос сорвался, и она шумно, с невероятным облегчением выдохнула, моментально расслабленно опустив напряжённые плечи. В её огромных голубых глазах блеснули едва сдерживаемые слёзы. — Ты наконец-то очнулся! О боги, не шевелись слишком резко, у тебя может кружиться голова... — Сам в шоке, если честно, — хрипло усмехнулся я и закинул руки за голову, вглядываясь в невидимый во тьме потолок. — Вроде… вроде даже живой. Думал, мы там оба станем хрустящим барбекю для крылатых ящериц… А ты как? Всё в порядке? Нигде не обожглась, пока мы летели в эту дыру? — Да. Конечно, со мной всё хорошо, не переживай за меня, — с мягкой, но всё ещё подрагивающей улыбкой заговорила волшебница, торопливо поправляя съехавшую набок шляпу. — Я ведь в стороне находилась всё время, пока ты там сражался, и только немного устала, вот и всё. Правда... когда мы нырнули в ту расщелину, мы почти сразу свалились с обрыва. Там была сплошная тьма, а сзади ревело пламя, так что под ноги смотреть не получалось. Она виновато отвела взгляд, словно оправдываясь. — Но я сумела в последний момент с помощью магии воды создать под нами смягчающую подушку и уберечь от переломов. Но ты всё-таки потерял сознание – то ли от удара, то ли от того, что полностью выжег свой резерв маны. Я так испугалась, Эрик... Последние минут десять, наверное, непрерывно занималась тобой, вливая исцеление. — Спасибо тебе. Огромное спасибо, — я улыбнулся максимально искренне, глядя прямо в её взволнованное лицо, чем мгновенно вогнал Рокси в небольшую, но заметную даже в полумраке краску. — Чтобы я без тебя делал? Стряхнув с себя остатки оцепенения, я со стоном приподнялся на локтях, а затем и сел, внимательно осматриваясь по сторонам. — Снова тёмные сырые пещеры, да? Наш любимый пейзаж в последнее время. Вокруг нас действительно раскинулись своды высокой, мрачной пещеры, изрезанной множеством глубоких, уходящих во тьму расщелин. Камень здесь был немного не таким, каким он был в злополучных гоблинских пещерах возле Милишиона, но общая давящая атмосфера была пугающе похожа. — Да уж... — неловко хихикнула Рокси, переминаясь с откровенно усталым видом и кладя свои руки на колени. — Что-то я всё тяну и тяну тебя в эти проклятые пещеры. Словно злой рок какой-то. Сначала гоблины, теперь это... Прости. — Тенденция, конечно, странная, тут не поспоришь. Но давай посмотрим правде в глаза, — заявил я абсолютно уверенно, отряхивая штаны от налипшей влажной каменной крошки. — Если бы не твоя внезапная тяга к подземельям, я бы сейчас стал кучкой пепла там, в лавовом каньоне. Так что прекращай извиняться. Я серьезно. Спасибо тебе. Ты спасла нам жизни. — Всё в порядке, Эрик. На то и нужны верные товарищи! — её голос зазвучал чуть бодрее и увереннее. Я медленно кивнул, окончательно вставая на ноги и с наслаждением разминая затёкшую спину. Кости хрустнули, протестуя, но держали вес исправно. Да уж… Нехило так меня вымотало это сражение с драконом… — Это да… Кстати, — я не удержался от добродушной подколки, посмотрев на неё сверху вниз, — А я и не думал, что спокойная и рассудительная мигурдка может так истошно вопить и ругаться, хе-хе. Твое «заткнись и перебирай ногами» я ещё долго буду вспоминать. Но это Рокси нисколько не смутило. Напротив, она гордо выпрямилась, одёрнула подол своего плаща и с максимально важным видом, достойным лучшего преподавателя Магической Академии, подняла указательный палец вверх. — А ты не думай, что я всего лишь тихая и милая девочка-волшебница, которая только книжки читать умеет. Это, конечно, да, но это далеко не всё! — фыркнула она, вздёрнув носик. — Если нужно будет выжить – я и крикнуть могу так, что у дракона уши заложит, и по голове своим посохом дать так, что мало не покажется! Просто ты у меня на удивление хороший и послушный ученик, поэтому до таких радикальных воспитательных методов дело пока не доходило. Но имей в виду, что такое вполне может быть. — Обязательно буду иметь в виду, госпожа Великая Рокси, — тепло улыбнулся я, искренне радуясь, что она не потеряла чувство юмора. Но улыбка тут же померкла, когда я вспомнил о цене нашей победы. — Но твой подарок… — тихо начал я. — Я... Рокси сразу поняла, о чём я, и решительно помотала головой, прерывая мои извинения на корню. — Я всё видела, Эрик. Посох намертво остался в глотке того дракона. И, учитывая всё то концентрированное пламя и взрыв, он, наверное, уже расплавился там в лужу металла. Но знаешь что? Это совершенно не важно, — заявила она с непоколебимой уверенностью, делая шаг ко мне и заглядывая прямо в глаза. — Это всего лишь вещь. Вещь, которая блестяще сослужила свою службу. Уверена, что для любого хорошего оружия нет чести большей, чем быть сломанным в жестоком бою, спасая жизнь своему хозяину, нежели десятилетиями пылиться где-то на витрине лавки или быть бездумно проданным за пару монет. Она мягко коснулась моего плеча. — Ты выжил. Мы выжили. Это главное. А посох... Я тебе обязательно ещё один подарю, даже лучше прежнего, так что не смей переживать об этом пустяке. Понял меня? — Понял. Спасибо, Рокси, — благодарно кивнул я, ощущая, как приятное тепло растекается в груди от её мудрых, по-настоящему взрослых слов. Я бросил взгляд на свою руку, где тускло поблёскивало заветное кольцо, недавно сорванное с пальца мёртвого предводителя гоблинов. — Пока у меня есть моё песочное копьё, ситуация в полном порядке. Без защиты мы в любом случае не остались, так что отобьемся, если что. Я задрал голову, всматриваясь во мрак расщелины, откуда мы свалились. Далеко-далеко наверху, сквозь узкую щель, всё ещё пробивалось зловещее, пульсирующее багровое свечение. — Я так понимаю, обратно мы точно не выйдем, да? Пекло там знатное… — К сожалению, нет, — констатировала Рокси, нагибаясь и поднимая свой собственный волшебный посох с холодного пола. — Да и слишком опасно это. Те три дракона наверняка всё ещё кружат над каньоном, выжидая, не выползет ли кто из щелей. Лучше даже не пытаться. Намного разумнее попробовать выйти через другой вход. Она повела плечами, словно прислушиваясь к ощущениям. — Пока я тут сидела и лечила тебя, то чувствовала, как свежий, прохладный ветер часто касался моего лица. Тяга здесь очень хорошая, воздух не спёртый, так что другой выход на поверхность точно должен быть. Нам нужно только идти на сквозняк. — И то верно. Логично мыслишь, — кивнул я, полностью соглашаясь с её планом и мысленно готовясь к очередному марш-броску во тьме. — Что ж, госпожа Рокси... Тогда идём снова покорять неизведанные подземелья. Посмотрим, куда выведет нас эта кроличья нора на этот раз. И мы отправились в путь, вглубь влажного, давящего чрева горы. Шагая по неровному полу и прислушиваясь к эху собственных шагов, я невольно поймал себя на мысли, что жизнь авантюриста – та ещё шутница. Уж точно не думал, что обычное, рутинное сопровождение каравана обернётся такой историей, где на кону будет стоять само выживание. Но, с другой стороны, те несчастные девушки-авантюристки, когда шли в те проклятые горы за редкими растениями, тоже явно не ждали встречи с похотливыми гоблинами. Такова уж наша доля. Сегодня тебе везёт, ты пьешь эль в Милишионе и считаешь золотые, а завтра – бежишь по пещерам от драконьего пламени. Главное, чтобы в этих коридорах удача не отвернулась окончательно. Если верить в теорию баланса, то после небесного ада с драконами нас должен ждать максимально спокойный и скучный путь. И… в целом, пока что он таким и был. Мы шли с Рокси вдвоём, окружённые лишь вековой тишиной и запахом мокрого камня. Никаких следов чужой жизни, никаких монстров в тенях или их дерьма. Мы только ловили редкие дуновения холодного ветра, который, словно невидимый гид, указывал нам дорогу. Шли недолго – минут десять, может, чуть больше, пока туннель внезапно не оборвался, открывая перед нами вид, который заставил нас обоих замереть на месте, забыв, как дышать. Мы вышли в огроменный, исполинский зал. Его своды терялись где-то так высоко вверху, что свет магического водного шара Рокси не доставал до потолка, лишь выхватывая из тьмы массивные сталактиты. Пустота под горами сама по себе впечатляла, но то, что скрывалось в ней, вызывало трепет. Сначала перед нами раскинулась гигантская дыра в земле – бездонная, чёрная река пустоты, через которую нависал массивный каменный мост. А за этим провалом, прижавшись к дальней стене пещеры и врастая в неё, возвышалась величественная крепость, переходящая в целый город. — Это… Город гномов? — невольно вырвалось у меня. Я во все глаза рассматривал это чудо архитектуры. Огромные, грубо отёсанные каменные врата, способные пропустить армию великанов, и две монументальные статуи по бокам. Суровые гномы с густыми бородами и короткими, широкими топорами в руках, казалось, сверлили нас взглядом из-под каменных бровей, охраняя вход даже спустя века. — Похоже на то… — задумчиво и очень тихо ответила Рокси, не опуская посоха. — Судя по стилистике – это работа клана Железного Молота. Помню лекцию про них в Академии, но… Эрик, посмотри на эти стены. На них нет ни следа сажи, ни вмятин от осадных орудий. Он просто заброшен. Причём, судя по слою пыли и состоянию моста, довольно давно. — Хочешь сказать, они просто собрали вещи и ушли? — Именно это меня и пугает, — Рокси сделала шаг вперед, и её голос эхом разлетелся под сводами. — Что-то заставило целый народ покинуть свой дом. И это «что-то» могло остаться внутри. Я крепче перехватил своё кольцо на пальце, чувствуя, как внутри просыпается привычная настороженность. Песок в невидимых резервуарах отозвался легкой вибрацией. — У нас всё равно нет выбора, — резонно заметил я. — Сзади драконы и лава, впереди – древние тайны и возможные выходы на поверхность. По крайней мере, в городе гномов потолки должны быть достаточно высокими, чтобы я не бился головой. Рокси слабо улыбнулась моей попытке разрядить обстановку, но взгляд её оставался предельно сосредоточенным. — Заброшенные города часто становятся домом для того, что не любит солнечный свет. И я не уверена, что наши «товарищи» гномы оставили ворота незапертыми. — Значит, проявим чудеса смекалки и зайдём не через главные ворота, — уверенно заявил я и зашагал к мосту. Приключение, похоже, только начиналось.