Глава 57. Эльфийская медицина

***

Проснуться оказалось удивительно легко, но не могу сказать, что я был прям рад этому событию всей душой. Там, в иллюзорном мире с Королевой, я чувствовал себя просто изумительно, словно ничего плохого и не происходило. Даже на эротические фантазии был морально готов. А вот стоило сознанию вернуться в родную тушку, как на меня разом навалились все последствия необдуманных решений и чрезмерной уверенности в собственных силах. Не то чтобы у меня что-то невыносимо болело. Острой боли почти не было, разве что тупо и навязчиво ныла голова, но её перекрывала мерзкая, тягучая слабость и… какое-то очень странное, инородное ощущение в заднице. Это определённо не то, что ожидаешь почувствовать при пробуждении после тяжёлой битвы, но такова была моя суровая реальность. Чутка оклемавшись и прогнав остатки сна, я наконец разлепил правый глаз и увидел потолок. Тёмный деревянный свод, но сделанный не из грубых досок, а словно вырезанный из цельного, живого массива. Потолок плавно и естественно перетекал в слегка зеленоватые стены, по которым змеились прожилки коры, мягко освещенные дневным светом. Воздух был густо пропитан ароматами горьких трав, хвои и спиртовых настоек, что недвусмысленно намекало на специфику места. Повернув голову направо, я заметил высокую ширму из плотной зелёной ткани, исписанной замысловатыми золотыми нитями. Слегка приподнявшись, я оглядел себя: я лежал под тонким, но тёплым одеялом на полноценной, удобной кровати. Напротив стояла точно такая же койка с ширмой, только пустая и аккуратно заправленная. Сопоставив слова Королевы из сна с этим интерьером, стало очевидно – я действительно в поселении эльфов и лежу в местной лечебнице, обустроенной прямо внутри гигантского ствола дерева. На самом деле, это удачное развитие событий. Получив стальной булавой по башке, я имел все шансы просто сдохнуть на месте, стать пускающим слюни инвалидом или быть прирезанным дружками этого… Хуевара. Ром ведь упоминал двух лидеров миссии. Вполне могло случиться так, что второй «босс» вылез бы из кустов после смерти первого и перебил бы всех, включая Рокси и меня, валяющегося в отключке. От таких мыслей по спине пробежал холодок. Но, хвала небесам, из текущих проблем у меня в наличии были только перебинтованный левый глаз и подозрительный дискомфорт в жопке. Я осторожно поднял руки. Они послушно оторвались от матраса, хоть и дрожали от слабости. Покрутил ступнями – всё вроде работает как надо. Пальцы правой руки машинально легли на повязку, обхватывающую голову, ощутив жёсткую сухую ткань. Слегка надавил: острой боли не последовало. Череп вроде бы остался целым. А вот насчёт зада я уверен не был, но лезть туда руками и проверять не стал. Лучше не портить себе настроение раньше времени. Собравшись с силами, я медленно сел на край кровати. Мир перед глазами качнулся, к горлу подкатила тошнота, но быстро отпустила. Я опустил босые ноги на прохладный деревянный пол и встал. Голова слегка закружилась, колени предательски дрогнули, но я перетерпел первые секунды слабости, и тело постепенно вспомнило, как держать равновесие. Немудрено: если верить Королеве, я провалялся здесь не одну неделю. На мне были только тёмно-зелёная рубаха свободного кроя и такие же штаны. Ткань на ощупь была невероятно приятной и мягкой. Но мне хотелось вернуть свой лут и, самое главное, увидеть Рокси. Шаркая босыми ногами, я вышел из-за ширмы. Просторное помещение лечебницы оказалось светлым. У стен стояли ещё две пустые койки, а ближе к высоким входным дверям располагалась рабочая зона: столы, заставленные колбами, шкафчики с травами и прочий медицинский инвентарь. За одним из столов, спиной ко мне, сидел широкоплечий эльф с длинными ушами и увлеченно что-то строчил в толстой книге. Одет он был в простую, не сковывающую движений одежду, волосы тёмного цвета были коротко подстрижены. Услышав мои шаги, его острое ухо дернулось. — Это ты у меня в жопе ковырялся? — хрипло, с едва скрываемым подозрением выдал я. Голос после долгого молчания звучал как скрежет несмазанной телеги. Молодой на вид мужчина – хотя с эльфами хрен поймёшь, сколько им веков на самом деле – замер. Перо зависло над пергаментом. Он медленно обернулся, поправил тонкие очки на переносице и посмотрел на меня с искренним недоумением. А я был удивлён тем, что у него были пышные усы, хотя у эльфов их быть не должно – но, видимо, это полукровка. — Рад, что вы наконец очнулись, молодой герой. И, судя по экспрессивной интонации, находитесь в весьма бодром расположении духа, — ответил он ровным, профессиональным тоном. — Но языка, на котором вы сейчас ко мне обратились, я совершенно не понимаю. Хотя, смею заверить, я потратил не один десяток лет на изучение всех наречий этого континента. Хм. — Чего? — я непонимающе нахмурился, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Мы с тобой сейчас говорим на одном языке. На общем, человеческом. И не пытайся увильнуть от вопроса! Эльф лишь озадаченно покачал головой. — На слух какие-то отдельные звуки и построение фраз кажутся смутно знакомыми, но не более. Вы уверены, что говорите на общем? Может, вы знаете другой язык? Демонический, например? Вы же всё-таки мигурд. Я замер, чувствуя себя полным идиотом. Потребовалось несколько секунд, чтобы в голове всплыли уроки Рокси и нужные лингвистические конструкции демонического языка. — Пф… Да, я говорю и на этом языке, — произнёс я, с усилием ломая язык под демоническое наречие. — Но я в упор не понимаю, о чём вы! Я был уверен, что говорил на чистом человеческом. Я знаю только человеческий, демонический и язык зверолюдей. Всё. О чём речь? Сейчас-то вы меня понимаете? Взгляд доктора внезапно стал острым и академически заинтересованным. Он развернулся ко мне всем корпусом, отложив перо. — А вот это уже занимательно… Да, теперь я вас прекрасно понимаю. Скажите, вы абсолютно уверены в том, что мгновение назад пытались говорить на человеческом? — Да. И меня напрягает ваше научное удивление. — Но в то же время вы понимаете меня, когда я говорю на общем? — спросил он, плавно перейдя на человеческий язык. Он смотрел на меня так, словно я был редкой зверушкой. — Да, — ответил я тоже на общем, но уже не так уверенно. И только сейчас я осознал странную вещь: слова ложились на язык криво, губы двигались как-то не так, словно я пытался произнести одни звуки, а голосовые связки выдавали совершенно другие. Рассинхрон мыслей и речи. — Присядьте на кровать сбоку, я осмотрю вас, — эльф указал на свободную койку справа от меня и начал рыться на столе, снова перейдя на демонический для надежности. — И какой у вас был вопрос изначально? По интонации это явно было что-то… личное. — Вы у меня ковырялись в заднице, — уже без вопросительной интонации, а как медицинский факт заявил я, послушно садясь на матрас. — Вопрос только один – зачем? Что вы там такого интересного забыли? Со стороны доктора донесся тихий смешок, но лицо осталось невозмутимым. — Уход за тяжелораненым пациентом, находящимся в глубокой медикаментозной коме – дело весьма непростое. Оно требует от целителя не только знаний, но и готовности ко всем необходимым процедурам. В том числе… и к ковырянию в заднице, как вы изволили выразиться. Он подошел ко мне, держа в руках какие-то медицинские инструменты, и заговорил с такой пугающей профессиональной рутиной, что мне стало не по себе. — Организм почти всех рас устроен так, что не может лежать несколько месяцев без движения и естественного питания, не получив при этом необратимых последствий вроде атрофии и некроза. Моя задача, как вашего лечащего врача – минимизировать этот ущерб. — То есть, вы засунули мне пробку в зад? — прямо спросил я, провожая его настороженным взглядом. Я, конечно, понимал физиологию, благодаря обучению у Зенит, но гордость смириться с методами отказывалась. — Грубо, но функционально суть передана верно, — ничуть не смутился эльф. — И не «пробку», а ректальную питательную свечу. Я создаю их лично по древним алхимическим манускриптам моих предшественников. Она помогает организму восстанавливаться, доставляет нужные вещества напрямую в кровь и, что немаловажно, избавляет нас всех от… плохо пахнущих последствий недержания. Если вы понимаете, о чём я. Она полностью рассасывается со временем, так что скоро ваш дискомфорт пропадёт. — Обнадёживает… — пробурчал я, чувствуя, как горят уши. Умом я понимал всю полезность этой диковинной штуки. Альтернативой было бы лежать в собственных испражнениях и медленно умирать от истощения. Но было бы хоть не так обидно, окажись моим лечащим врачом какая-нибудь пышногрудая эльфийка. — Но я всё равно не догоняю. Зачем лезть в жопу, если голова болит? — Резонное замечание, — хмыкнул эльф, придвигая стул и садясь напротив меня. — При обычной головной боли я в чужие штаны не лезу, уверяю вас. Но вы, надеюсь, не забыли, по какой причине оказались на моей койке? — Удивительно, но нет. — Так вот, вам нанесли чудовищное по силе ранение в висок, раздробив кости черепа и критически задев глаз, — эльф протянул руки и осторожно, почти невесомо, ощупал мою забинтованную голову. — Уму непостижимо, как удар такой силы не размазал ваши мозги по камням. Мне пришлось буквально собирать ваш череп по кусочкам. Лишь благодаря вашей немыслимой природной выносливости и какой-то дикой, сверхъестественной удаче вы дожили до момента, когда я смог стабилизировать состояние. Сегодня я заменил повязки в последний раз и решил вывести вас из комы. Он продолжал осмотр, слегка поворачивая мою голову к свету, внимательно изучая края бинтов. — А сколько времени вообще прошло с той бойни в лагере работорговцев? — спросил я, готовясь к худшему. — Почти три месяца, — буднично, словно речь шла о паре дней, отозвался он. — Сезон дождей уже почти закончился, к слову. Я замер. Воздух словно застрял в горле. Три месяца?! Четверть года! — Три месяца?.. — хрипло выдавил я, отказываясь верить. — Вы серьёзно? Мне казалось, максимум недели две-три… Это сколько же времени Рокси проторчала в этой лесной глуши, сидя у моей постели в подвешенном состоянии? Три месяца вычеркнуто из жизни. — Реальность такова, какая есть, — философски заметил врач, опуская руки. — Но есть и хорошие новости: вы выжили и сохранили себя полностью. Осталось только вернуть форму и беречь левый глаз хотя бы пару месяцев. Я восстановил его, и это была поистине ювелирная работа, но он ещё крайне хрупок. Никакого яркого солнца и уж тем более никаких ударов в тавернных драках. Я знаю вашу братию авантюристов, вас хлебом не корми – дай кулаками помахать. Его слова сняли с души огромный камень. Мысль о том, что я останусь одноглазым пиратом, пугала меня больше, чем перспектива лечить задницу. — Обычные пьянчуги в тавернах меня не достанут, — я слабо усмехнулся. — А тот ублюдок, Алавар… он просто оказался слишком сильным. Я никак не ожидал встретить бойца такого уровня среди лесного сброда. За что и поплатился. Эльф тяжело вздохнул и грустно покачал головой. — Настолько сильным был этот мерзкий предатель? Я слышал о нём лишь жуткие слухи от спасенных. Говорили, что он обезумевший маньяк, помешанный на крови и боли своих же соплеменников. — Как говорил один мудрец: «у него было ноль ошибок, но он всё равно проиграл величайшему», — криво усмехнулся я. — Так и вышло. Уровень у него был королевский, не меньше. Скорость, опыт, мощь – он вертел своими серебряными булавами так, что я за ним едва поспевал с копьём. Одно неверное движение – и от меня бы мокрого места не осталось. Но, несмотря на разрыв в классе и опыте, я его уделал. Хоть и дорогой ценой… Я бросил взгляд на правую руку. Палец, на котором всегда сидело кольцо управления песком, был пуст. Сердце предательски ёкнуло. — Где мои вещи? И где моя спутница? Я уверен, что она была здесь. — Госпожа Рокси заходила проведать вас сегодня утром, — успокаивающе кивнул эльф, протирая очки краем рубахи. — Ваши вещи, включая кольцо и оружие, у неё, но одежда здесь у меня в отдельном шкафу. Сама она сейчас где-то в поселении, помогает нашим с мелкими делами. Она не в курсе, что я решил вывести вас из комы именно сегодня. Так что у вас есть шанс приятно её удивить. Поверьте, она очень за вас переживала, буквально места себе не находила все эти месяцы. — Спасибо, — искренне ответил я, чувствуя, как теплеет на душе. — Но хотелось бы удивить её на том языке, на котором мы обычно общаемся. Что всё-таки с моей речью? Вы так и не объяснили этот момент. — Такое бывает при тяжелых черепно-мозговых травмах, — эльф развел руками. — После долгой комы и повреждений мозг может вести себя нетипично. Вы пытаетесь говорить на общем, но выдаете звуки совершенно незнакомого мне наречия. Это нейролингвистический сбой, и магией его по щелчку пальцев не вылечить. В моей практике встречались подобные феномены. Обычно это проходит само: пара недель хорошего сна, положительные эмоции, спокойная обстановка. Мозг сам осознает ошибку и перенастроит связи обратно. До тех пор настоятельно советую общаться на демоническом или зверолюдском. В этой части материка их понимают почти все. — В этой части? — я нахмурился, пытаясь сориентироваться. — Это в какой? Где мы вообще находимся? — Мы на севере континента Милис. Отсюда всего шесть дней пешего пути до Святого Порта, — спокойно пояснил лекарь. — Во время самых сильных ливней вас с госпожой Рокси доставили ко мне на лодках наши разведчики. Обычно я принципиально не принимаю никого, кроме своих соплеменников или лесных зверей, но для вас сделал исключение. Спасение наших девушек из рабства и казнь предателя – это великое дело, о котором здесь будут помнить долго. Эльф придвинулся чуть ближе, достал из кармана небольшой кристалл, излучающий мягкий ровный свет, и направил его на мое лицо. — Но довольно светских бесед, молодой человек. Давайте-ка внимательно проверим, как реагирует на свет ваш глаз…

***

Я покинул лечебницу господина Галиона – именно так звали моего спасителя – где-то через час. Вышел уже полностью одетым в свои привычные вещи и, что куда важнее, практически здоровым. Шаг был твёрдым, тело слушалось, и лишь повязка на левом глазу служила горьким напоминанием о «победе», которая едва не обернулась фатальным поражением. Эльфийская медицина, несмотря на её весьма специфические и… прочие «детали», оказалась на высоком уровне. И это при том, что находились мы буквально в лесной глуши. Хотя, стоит признать, глушь эта была чертовски красивой. Как я и предполагал, госпиталь располагался прямо внутри ствола исполинского дерева, на высоте около двадцати метров. Оттуда вниз, плавно огибая массивную кору, спускалась широкая винтовая лестница. Пока я неспеша шёл по ней, мне открылся потрясающий вид на всё поселение, позволяя рассмотреть его со всех сторон. Окружение почти в точности совпадало с тем, что расписывал нам старина Ром, травя байки в трясущейся телеге. Повсюду пестрели диковинные цветы, вились аккуратные, вымощенные гладким камнем дорожки. Жилища эльфов органично вплетались в сами стволы многовековых деревьев: одни скрывались внутри полностью, выдавая себя лишь резными окнами, другие обзавелись изящными наружными пристройками. Через всё поселение несла свои воды небольшая, но быстрая река, через которую дугами было переброшено с десяток деревянных мостиков. Я заметил ухоженные огороды, купола теплиц и даже раскинувшийся вдалеке полноценный парк с каменным фонтаном. Повсюду угадывались следы недавнего паводка – подмытые берега, налёт ила на нижних ярусах – но эльфы уже вовсю занимались восстановлением, возвращая месту первозданный вид. Жители суетились по своим делам, и, что бросалось в глаза, женщин среди них было в разы больше, чем мужчин. С моим появлением они начали с любопытством посматривать в мою сторону и тихо переговариваться, но никакого дикого ажиотажа или враждебности не возникло. Это было мне только на руку, позволив беспрепятственно пройтись по улицам и наконец-то найти ту, кого я искал. Знакомую синюю макушку я приметил неподалёку, у самого берега реки. Внутри предательски екнуло от волнения, но шага я не сбавил. Свернув с мощёной дорожки на мягкую траву, я вышел к пологому берегу. Рокси сидела там в полном одиночестве. Она сняла сапоги, и её босые ноги едва касались прохладной, бегущей речной воды. На коленях у неё покоилась раскрытая книга. Вид у волшебницы был уставший, плечи слегка опущены, но лицо казалось на удивление спокойным. Эта умиротворённая картина мгновенно запала мне в сердце. Тело ещё не до конца пришло в себя после долгой комы, но я постарался подойти максимально тихо и незаметно, чтобы присесть рядом. И у меня получилось. Рокси, увлечённая чтением или собственными мыслями, даже не услышала моих шагов. Лишь секунд через двадцать она, словно почуяв чужое присутствие, скосила глаза в мою сторону и тут же всем телом дёрнулась от неожиданности. — Эрик! — её глаза распахнулись, а книга чуть не полетела в воду. На мгновение она замерла, словно не веря своим глазам, а затем на её лице расцвела невероятно искренняя, тёплая улыбка. В следующее мгновение Рокси буквально кинулась мне на шею, вцепившись в плечи с такой силой, будто боялась, что я растворюсь в воздухе. — Боже, Эрик! Ты очнулся! — её голос дрогнул, срываясь на влажный, прерывистый шёпот у самого моего уха. — Я так переживала... Эти три месяца... Я иногда просыпалась и думала, что ты уже не откроешь глаза. Дурак ты! Я, конечно, ожидал тёплой встречи, но морально оказался не готов к такому шквалу эмоций от обычно сдержанной мигурдки. Слегка смутившись от внезапной близости, я осторожно, но крепко обнял её в ответ, чувствуя, как вздрагивают её плечи. — Тише, тише... Я здесь. Живой, почти здоровый, только вот с модной повязкой на глазу, хех, — тихо и мягко ответил я на демоническом языке, ласково поглаживая Рокси по спине. — Прости, что заставил столько волноваться. Я… малость переоценил себя. Планирование – явно не моя сильная сторона. Рокси поспешно отстранилась, неловко, по-детски вытирая мокрые глаза широкими рукавами мантии. Она шмыгнула носом, пытаясь вернуть лицу привычное строгое выражение, но безуспешно. Она тоже плавно перешла на демонический: — Нет-нет! Не вздумай винить себя! — горячо возразила она, заглядывая мне в лицо. — Мы ведь даже представить не могли, что противник такого уровня сил окажется в столь захудалом месте, руководя обычным лесным сбродом... Ты молодец, Эрик... хоть и дурак. Ты сразился с настоящим монстром, спас пленниц и, главное, выжил! А это уже очень немало! Она сделала глубокий вдох, успокаиваясь, и её голос приобрел привычные, более собранные нотки. — Господин Галион – невероятный целитель. Он каждый день держал меня в курсе твоего состояния, рассказывал, как сращивает кости черепа... Звучало жутко, но я верила в его мастерство. И в твою упёртость! Так что в последнее время я была уже более-менее спокойна... Ну, теперь-то уж точно спокойна, хех, — она неловко усмехнулась, смущённо поправляя синюю чёлку. — Кстати, тебе стоит знать: все огромные затраты на твоё сложное лечение и зелья взяла на себя Орианна. Она глава этого поселения, и, по её словам, вы с ней уже довольно продуктивно пообщались в том лагере работорговцев. Слушая её, я ощущал приятное тепло, разливающееся в груди от заботы, но последняя фраза заставила меня искренне удивиться. — Подожди-ка... — задумчиво протянул я, освежая в памяти события того кровавого дня. — Получается, та самая статная, пышногрудая дама в клетке – местный босс эльфов? Хо. Неплохо мы тогда зашли. Спас королеву – получай бесплатную медицину и статус высокого гостя. — Не просто «босс», Эрик, — с явным восхищением в голосе поправила меня Рокси. — Она невероятно сильная и волевая женщина. Когда нас с тобой нашли их разведчики под тем ливнем, она, несмотря на то, в каком истощенном состоянии находилась сама, лично руководила переправой. Она не позволила бросить тебя. Именно Орианна приказала доставить тебя в закрытое поселение к Галиону, хотя чужаков сюда не пускают веками. Рокси чуть подалась вперед, и её глаза заблестели. — Она безмерно нам с тобой благодарна. Госпожа Орианна сказала, что мы теперь «друзья её рода», и она готова содействовать в любых наших вопросах, пока мы находимся на её землях. — И где эта достопочтенная Орианна сейчас? — поинтересовался я. — Должна быть где-то здесь, в поселении! — Рокси энергично кивнула и легко вскочила на ноги, отряхивая мантию. — Могу отвести тебя к ней прямо сейчас, если чувствуешь в себе силы. Нам тут разрешили абсолютно свободно перемещаться. Никаких конвоев и косых взглядов. — Сил хватит, — кивнул я, не торопясь поднимаясь с травы. Голова на секунду закружилась, но я быстро поймал баланс. — Думаю, раз я наконец-то на ногах, мы можем потихоньку планировать возвращение к нашему изначальному маршруту, если, конечно, у тебя здесь не осталось никаких незавершенных академических изысканий… Но уйти, не навестив местную королеву, было бы верхом невежества. К тому же, наверняка у неё припасен какой-нибудь приятный сувенир или вроде того в знак благодарности. — Ах, да! Чуть не забыла! — Рокси хлопнула себя по лбу. — Ещё пару месяцев назад она как-то обмолвилась, что у неё есть какой-то особый кинжал специально для тебя. Она тогда всё вспоминала, как ты, не задумываясь, ринулся в бой с целым лагерем, и была под сильным впечатлением от твоих навыков. Говорила, что ты сражался с яростью первобытного демона, но ради защиты невинных... Точных её слов я уже не вспомню, но звучало это очень пафосно! — Ну и не нужно вспоминать, — отозвался я с кривой усмешкой. — Подойдём и спросим лично, заодно и посмотрим на этот клинок. Лишнее оружие в дороге не помешает. Рокси склонила голову набок и как-то очень странно, с толикой профессионального подозрения, посмотрела на меня. — Эрик, послушай... А почему мы говорим на демоническом? Ты ведь раньше не особо часто болтал со мной на нём, предпочитая человеческий. А сейчас только на нём и изъясняешься, причём с отличным акцентом. Мне-то, конечно, без разницы, но это немного... непривычно. Я остановился и тяжёло вздохнул, указывая пальцем на забинтованный висок. — В этом-то и проблема. Это небольшие последствия от удара булавой по черепу и последующего ковыряния в моих мозгах. Похоже, я временно разучился говорить на общем человеческом. — Как это «разучился»? — нахмурилась волшебница. — То есть я его прекрасно понимаю на слух, — попытался объяснить я. — Но когда пытаюсь построить фразу сам и произнести её, то изо рта выходит совершенно другая тарабарщина. Ощущение такое, будто язык заплетается в узлы. Давай я продемонстрирую... Я сделал паузу, сосредоточился и попытался сказать фразу на «общем». — Звучит оно примерно так, но я сам пока с трудом улавливаю, как именно работают связки и что это за диалект. — Ого... — Рокси округлила глаза, вслушиваясь в звучание. — И правда, это совершенно другой язык. Звучит очень резко, отрывисто, с непривычными интонациями. Я изучала множество языков в Академии, но этот не похож ни на один из них. И что сказал господин Галион по этому поводу? — Сказал, что при подобных тяжёлых травмах головы такое иногда случается. Своеобразный… «лингвистический сбой» в мозгах, — я развёл руками, с облегчением возвращаясь обратно на демонический. — Должно пройти со временем, когда связи в голове восстановятся, но никаких точных прогнозов и сроков нет. Поэтому пока буду общаться на демоническом и зверолюдском. Благо, благодаря твоим долгим урокам, демонический я знаю на вполне достойном уровне. Будет мне отличной практикой, верно? — Практика – это, конечно, хорошо… — Рокси расправила плечи, и в её глазах вновь зажёгся тот самый огонек строгой наставницы по магии, по которому я даже успел соскучиться. — Но так или иначе, мы не будем пускать это на самотёк. Мы будем с тобой внимательно изучать, что это за загадочный язык такой прорезался, и думать, как переобучить твой речевой аппарат обратно на человеческий. Начнём с простейших звуков и слогов. Не дело – просто сидеть и ожидать чуда от природы, нужно действовать и тренироваться! — заявила она уверено, наставительно поднимая указательный палец вверх. Я уже открыл было рот, чтобы пошутить насчет предстоящих логопедических пыток, как её учительский запал внезапно испарился. Опустив палец, Рокси вдруг суетливо завертела головой, растерянно оглядывая высокую траву вокруг берега. — Только сначала… — она смущенно кашлянула. — Нужно найти мои сапоги. Я, кажется, оставила их где-то вон за тем кустом, но это не точно…

***

Найти Орианну оказалось на порядок проще, чем злополучные сапоги Рокси, которые, видимо, отрастили собственные ноги и радостно ускакали на добрую сотню метров вниз по течению. Знакомую эльфийку мы приметили у одной из широких грунтовых дорог, прямо возле массивной телеги, загруженной пузатыми бочками. Местные работяги-мужики споро разгружали поклажу, а сама Орианна внимательно сверяла что-то в толстом журнале учета. Она сменила грязные лохмотья пленницы на строгий, закрытый тёмно-коричневый наряд, искусно расшитый плотными чёрными нитями. Но даже столь целомудренный крой был не в силах скрыть её выдающиеся, поистине монументальные формы. Глядя на эту тяжёлую грудь, в голове сама собой мелькнула дурацкая мысль, что такой можно, поди, всё поселение разом выкормить. Неудивительно, почему именно она здесь за главную – авторитет, так сказать, налицо. Стоило нам с Рокси приблизиться, как эльфийка тут же захлопнула журнал и передала его одному из помощников. На её строгом лице расцвела широкая, неподдельно радостная улыбка. — Оу, неужели наш спящий герой наконец-то решил вернуться из-за грани и почтить нас своим присутствием? — её голос звучал с лёгкой, почти материнской иронией, но в интонациях скользило явное облегчение. Говорила она на чистом человеческом. — Признаться честно, Эрик Мигурдис, когда я увидела тебя под тем ливнем, я всерьез опасалась, что нам придётся готовить погребальный костёр. Твой череп напоминал расколотый орех… Кхм, как самочувствие? Галеон не слишком замучил тебя своими осмотрами и расспросами? — Грех жаловаться, — отозвался я на демоническом. Учитывая мой свежий дефект речи, выбора особо не было, но я резонно понадеялся, что эльфийка её статуса поймет. На языке зверолюдей я говорил не так свободно и уверенно. — Методы у него, конечно, поистине незабываемые. В самом прямом и физическом смысле этого слова. Но раз я стою на своих двоих и даже могу связно мыслить, значит, он свой хлеб ест не зря. Спасибо вам за помощь и приют. Это было как нельзя кстати. Орианна ничуть не смутилась смены языка, прекрасно поняв мою демоническую речь, лишь понимающе хмыкнула. — Я сделала ровно то, что считала своим долгом пред спасителем моих сестер, — она плавно перешла на демонический, отвечая мне в тон. — И я готова поддержать вас двоих во всём. Рокси уже интересовалась транспортом до Тракта Святого Меча. Эта самая телега отправляется в Святой Порт сегодня на закате. Не будет абсолютно никакой проблемы выделить вам места. Но если у вас есть желание остаться у нас на месяц, два или на год – мы будем только рады. Вы наши дорогие гости. Ваши имена не забудут, их будут знать и почитать во всем Великом Лесу. Предложение было… щедрым. Учитывая необъятные размеры Великого Леса и его плотную населённость, это был шикарный политический подарок. Если другие народы будут воспринимать нас как «героев и друзей эльфов», многие двери откроются сами собой. И даже как-то просить что-то ещё уже язык не поворачивался. Про природу своего странного проклятия из снов я уже попытался осторожно выведать у лекаря, но тот ничего не нашел. А спрашивать Орианну прямо было откровенно опасно – я ведь даже не знал наверняка, существует ли эта древняя Королева Элинализ на самом деле. Не дав повиснуть паузе, Орианна шагнула ближе и сняла с плеча небольшую походную сумку. — Рокси много рассказывала о тебе, пока ты был во сне, — заговорила эльфийка, извлекая из сумки тяжёлый сверток из мягкой, выделанной кожи. — Она упомянула, что ты виртуозно владеешь копьём. Видишь ли, мой народ исторически не жалует это оружие. Из-за старых войн и дурной славы некоторых демонических племён мы веками считаем копья проклятым оружием дикарей. В наших арсеналах не сыскать даже захудалого древка. — Значит, решили в знак благодарности подарить мне проклятую вещь? — хмыкнул я. — Весьма иронично. Орианна тихо рассмеялась, качнув головой. — Мы давно переросли эти суеверия и прекрасно понимаем, что проклято не железо, а гнилые души тех, кто его держал когда-то, — она торжественно протянула сверток мне. — Я бы с радостью подарила тебе готовое оружие, но у нас остались лишь реликвии. Это древние наконечники невероятного качества ковки. Сплав мифрила и метеоритной стали. Уверена, что, оказавшись на Демоническом континенте, ты сумеешь найти достойного мастера-кузнеца, который выкует для них новые древки. Пускай твоё новое оружие станет столь же смертоносным, как и нынешнее. И пускай оно впитает кровь тех тварей, что мнят себя вправе распоряжаться чужой волей. Я с искренним трепетом принял сверток, чувствуя холодный вес металла сквозь плотную кожу. — Благодарю, Орианна. Для меня это действительно очень ценно. Эльфийка с достоинством кивнула. — Но если позволите... — я чуть нахмурился, чувствуя, что она уже готова вернуться к своим делам. — Не расскажете ли, что именно произошло в те дни? Вся эта ситуация с работорговцами кажется, как минимум очень странной. Откуда они вообще взялись в такой глуши? И эльфы тоже? — Разве Рокси тебе не рассказала детали? — искренне удивилась она, переводя вопросительный взгляд на волшебницу. — Я просто не успела, мы только-только вышли от целителя… — виновато посетовала Рокси, поправляя поля шляпы. Эльфа вздохнула, и её лицо мгновенно посуровело. — Что ж, скрывать здесь нечего. Предательство всегда пахнет одинаково мерзко, — начала она, скрестив руки на груди. — Не вдаваясь в секреты: несколько наших поселений собрали группы для выполнения одной важной задачи, где я была лидером одной из групп. На территориях у самого подножия гор живут в основном гномы, но там также скрыто несколько небольших эльфийских общин. Одно из таких поселений и стало нашим убежищем. Всё шло мирно, пока на горизонте не появился человек на телеге. Торговец. В памяти тут же всплыло перерезанное горло ублюдка Рома. Значит, я не ошибся в нём ни на грамм. — У местной общины сложились с ним доверительные отношения, — с горечью в голосе продолжила Орианна. — Они покупали у него соль, ткани, лечили его лошадей. Так оно и работало бы дальше, пока поселение насчитывало пару десятков жителей. Но когда туда прибыли мы... видимо, он посчитал, что несколько десятков молодых эльфиек на чёрном рынке Милишиона принесут ему больше золота, чем честная торговля. Он фактически продал нас. Слил им скрытые тропы, точное расположение убежища и численность охраны. Наши дозорные сумели засечь наемников раньше, эффекта неожиданности не вышло, — эльфийка мрачно нахмурилась, а в её глазах мелькнула холодная ярость. — Их маги обладали неприятными техниками и опытом, но основной, самый кровавый вклад в наше поражение внёс предатель нашей собственной крови… Алавар. — Кто он вообще такой? Откуда у него такая сила? — Он полукровка и, вероятно, в самом деле "проклятое дитя", — Орианна покачала головой с явным отвращением. — Я знаю о нём до обидного мало. Слышала лишь слухи о бастарде, наделенном пугающей, противоестественной физической мощью с самого рождения и питающем абсолютно больную тягу к насилию. Наш народ отверг его жестокость. А он, судя по всему, решил отомстить. Последние донесения гласили, что он присягнул на верность одному из радикальных Владык Демонов и стал наёмником. Орианна сжала кулаки так, что побелели костяшки. — Он убивал не ради захвата пленников. Он упивался нашей слабостью. Когда в начале боя он одним ленивым взмахом своей булавы снёс троим моим боевым сёстрам головы... он смеялся. Смеялся, глядя на их кровь. Таких зверств от своего же соплеменника я не видела никогда. Мне казалось, что этого монстра просто никто из смертных не сможет одолеть. Она резко выдохнула, словно сбрасывая с плеч невидимый груз, и её напряженное лицо вновь просветлело. — Но как же я рада, что ошиблась, — она тепло и с неподдельной благодарностью заглянула мне прямо в глаза. — Когда я увидела, как ты в одиночку порвал этого выродка... я поняла, что боги всё-таки смотрят на нас. Вы спасли моих сестер от участи хуже смерти. Двери Великого Леса теперь всегда открыты для Эрика и Рокси. — Я тоже очень рад, что всё закончилось именно так, — искренне улыбнулся я. — А то я уже начал загоняться, что это я слабину дал, а тут оказывается, что противник и впрямь был локальным боссом. — Верно. Но подобных Алавару чудовищ по миру бродит ещё немало. И я искренне надеюсь, что от твоей руки падёт не только этот предатель. — У меня к работорговцам свои, давние и очень кровавые счеты. Так что просить меня дважды об их устранении вам точно не придётся. Мы с Орианной обменялись понимающими кивками. — Рада, что мы так легко нашли общий язык. Если вопросов больше нет, я вынуждена вас покинуть, — девушка поправила воротник своего наряда. — Сегодня накопилось немало дел. Мы снова готовим нашу прерванную миссию, но теперь подходим к логистике совершенно иначе. Повторить подобную ошибку мы просто не имеем права. Где-то на задворках сознания вновь мелькнула навязчивая мысль всё-таки спросить её про «Королеву Элинализ», но я прикусил язык. Мне сейчас было ой как влом тащиться обратно в те пещеры и работать экскурсоводом по гномьим руинам. У меня были свои цели. На том мы и распрощались, обменявшись почтительными кивками. Когда эльфийка скрылась за поворотом, Рокси тут же подошла вплотную к телеге и принялась с живым интересом осматривать её крепкие деревянные борта и колеса. — Значит, отправляемся уже сегодня вечером? Прямо в Святой Порт? — спросила она, бросив на меня полный ожидания взгляд. — Думаю, да, — кивнул я, надежно пряча сверток с наконечниками за пазуху. — Я цел, почти здоров, прилично одет и горю желанием наконец-то добраться до своей исторической родины, хех. Но прямо сейчас было бы крайне неплохо закинуть в желудок чего-нибудь существенного… — Ах! О боги, Эрик! Ты ведь три месяца питался одними алхимическими настоями Галеона! — в ужасе воскликнула девушка, словно только сейчас осознав этот факт. Она подбежала ко мне, крепко схватила за руку и с неожиданной силой потянула за собой по вымощенной камнем дорожке. — Идем немедленно! Сейчас я покажу тебе одну местную таверну. Тут подают просто потрясающее горячее рагу из лесной дичи! И я лично прослежу, чтобы ты съел как минимум три полные порции! Тебе нужно восстанавливаться! Её искренний, бьющий через край энтузиазм и строгий тон заботливой наставницы оказались на редкость заразительными. Я даже не стал сопротивляться, лишь с лёгкой улыбкой поспешил следом, крепко сжимая её маленькую тёплую ладонь в своей. Кажется, жизнь и впрямь начинала налаживаться.