Глава 60. Картины прошлого

***

Как оказалось, маршрут до Порта Ветра таил в себе куда больше подводных камней, чем могло показаться на первый взгляд. Глядя на различные карты, где материки и портовые города располагались довольно близко друг к другу, создавалась стойкая иллюзия, что плыть придётся всего пару дней максимум. Но это была очередная обманка, на которую я купился. Рокси, взявшая на себя роль моего бессменного проводника, просветила наивного меня, открыв страшную тайну: болтаться в море до Порта Ветра придётся долго. Дней десять, никак не меньше. И виной тому была не медлительность корабля, а суровые реалии. Во-первых, кишащие в глубинах морские чудища и суровый морской народ, которому было абсолютно плевать, человек ты или демон – на дно пустят с одинаковым энтузиазмом, если забредёшь на их территорию. Во-вторых, губительное эхо прошлых человеко-демонических войн, оставившее после себя непредсказуемые магические аномалии. То бишь, проложить курс по прямой, который занял бы дня четыре, было равносильно самоубийству. Приходилось делать нехилый такой крюк на запад: сначала ты должен долго ползти вдоль безопасного побережья Милиса, и лишь затем, вырвавшись в свободные воды, брать курс на Демоническую родину. Но даже там нас ждал ещё один извилистый обходной манёвр в виде петляния между россыпью мелких островов и скалистых архипелагов. В общем, не быстрое путешествие, а одно сплошное наслаждение. Впрочем, нам с Рокси жаловаться было грешно. Волшебница, прекрасно зная обо всех этих нюансах, ведь уже проходила этот путь в прошлом, заранее позаботилась о хороших местах. Благодаря её предусмотрительности мы получили пусть и тесную, но зато свою собственную, отдельную каюту в кормовой части корабля. Две подвесные койки да крошечное мутное окошко – вот и все наши хоромы. Запасов еды, которые я успел накупить перед отплытием, должно было с лихвой хватить на весь этот затяжной рейс. Так что… всё нормально, жить можно. Особенно в компании Рокси. В стеснённых условиях каюты она решила выкрутить режим «учителя магии» на абсолютный максимум. Девушка то и дело напоминала, что скоро проведёт для меня «финальный экзамен», а потому я должен быть готов абсолютно ко всему. Ну я и учился. Послушно зубрил теорию, исписывая свою рабочую тетрадь новыми записями, вчитывался в умные книги и внимательно слушал её лекции под скрип корабельных досок. По правде говоря, это было хоть каким-то спасением от скуки и приятным разнообразием на фоне монотонных лёгких тренировок, изматывающей морской качки и одного и того же вида моря с палубы. Ещё одним способом скрасить тягучее время стала попытка наладить мысленную связь с Королевой. Мне хотелось понять: тот наш прошлый разговор действительно был на самом деле, или же это те целебные свечи в заднице дали такой неожиданный и весёленький эффект? В первые дни, убаюканный качкой, я так и не смог увидеть эльфийку во сне, как ни старался. А ведь я прям ставил себе чёткую цель, настраивался и мысленно просил её о встрече – хотелось немного поболтать и прояснить парочку важных вопросов. Но всё было тщетно. В отчаянии я даже напялил на палец то самое песчаное колечко в надежде на какой-то резонанс, однако и это не возымело ни малейшего эффекта. И лишь тогда, когда я окончательно забил на эти потуги и мысленно сдался, всё произошло само собой. На следующую же ночь, провалившись в сон под мерную качку на волнах, я вдруг открыл глаза прямо посреди до боли знакомой сокровищницы. Очнулся я на прохладной куче золотых монет, как это уже бывало в прошлом. Впрочем, на этот раз меня не принялись насиловать в ту же самую секунду, и это уже был несомненный, жирный плюс. Однако Королевы эльфийских потаскух поблизости не наблюдалось. Это обстоятельство немного сбило меня с толку. Я сел, прислушался к тишине, а затем поднялся на ноги. Сначала просто настороженно оглядывался по сторонам, а потом побрёл вперед. Куда? Да хер его знает. Направился в случайную сторону, по пути пытаясь вспомнить, как выглядела эта сокровищница в реальном мире, чтобы хоть как-то сориентироваться в пространстве. Но уже совсем скоро пришло осознание: это странное место разительно отличалось от реальности, которую я помнил. Здесь напрочь отсутствовали привычные проходы, каменные лестницы или сводчатые коридоры. Пространство представляло собой одну необъятную, циклопических размеров пещеру, доверху забитую золотом, изящным оружием и прочими до неприличия дорогими на вид побрякушками. Реальная сокровищница гномов была куда скромнее в размерах, да и богатств в ней скопилось не в пример меньше... Странно всё это. И вот так, блуждая меж сверкающих гор, отбрасывающих золотистые блики, я внезапно наткнулся на Элинализ. Ну, или на ту, кто носил её лицо, и кто мог ответить на парочку моих вопросов. По крайней мере, я очень на это надеялся. Статная эльфийка, закованная в свои крутые, облегающие чёрные доспехи, замерла на широком, расчищенном от монет пятачке. Пространство вокруг напоминало мастерскую одержимого художника: здесь в хаотичном порядке стояло не меньше сотни картин в тяжёлых рамах. Немного сюрреалистично для сокровищницы, но во сне и не такое бывает. Не спеша, с лёгкой долей иронии, я направился к ней. Эльфийка стояла ко мне вполоборота, застыв как изваяние, и неотрывно буравила взглядом одно-единственное полотно. Проходя мимо, я краем глаза мазнул по соседним холстам и неожиданно для себя обнаружил там вовсе не рандомную абстрактную мазню. Это были чёткие, живые изображения мира и людей, которых я знал лично... Вот тихий вечер у потрескивающего костра, вот шумные посиделки в таверне вместе с Гислен, вот пыльные улицы Арса, а вон там – мои долгие походы по бескрайним просторам региона Фиттоа. Это что же получается... Мои воспоминания? Решив не тратить время на ностальгию, я подошёл к эльфийке. Та по-прежнему гипнотизировала выбранную картину. Я скосил глаза на полотно и... Ох. Ну, конечно. Там красовалась весьма детальная сцена забористой групповой ебли настоящей Элинализ с десятком охотников в лесном лагере. Прям моё «любимое воспоминание», не иначе. Картина была монументальная, масштабная: раскинувшийся в зелёном лесу лагерь и Лиза в самом его эпицентре, облепленная голыми жирными мужиками. И на всё это блядство Королева смотрела уже бог знает сколько времени, даже не моргая. — Завидуешь? — хмыкнул я с лёгкой усмешкой, поравнявшись с ней. — Хм, — холодно отозвалась она, не сводя глаз с холста. — Было бы тут чему завидовать... В своём прошлом я никогда особо не увлекалась живописью. Мне всегда были больше по душе статуи и скульптура – как более надёжный, осязаемый метод увековечить искусство момента. Картины же не вызывали во мне совершенно никакого душевного отклика. Так, обычный плоский декор, способный разве что визуально скрасить убранство комнаты. Но вот эта картина... — она сделала короткую паузу. — Она вызывает во мне настоящую бурю эмоций: от брезгливого отвращения до глухой ярости и... лёгкого возбуждения, чего уж тут скрывать. Меня завораживает наше с ней абсолютное сходство, словно мы разлученные сёстры-близнецы. Но, помимо этого, меня буквально выворачивает наизнанку от того, как она позволила этим животным... Нет, как она вообще посмела сама превратить себя в животное, подобно этим тварям? — Королева тяжело выдохнула и покачала головой. — Просто отвратительно. — А не ты ли сама со мной «игралась» ещё совсем недавно? — резонно заметил я, скрестив руки на груди и тоже уставившись на живописную оргию. — И после этого ты ещё рассуждаешь о животных? — Это абсолютно несравнимые вещи, маленький герой, — снисходительно усмехнулась эльфийка, бросив на меня лукавый взгляд из-за плеча. — Одно дело – отдаться толпе грязных, вонючих лесных свиней. И совсем другое – забавляться с мускулистым, красивым маленьким юношей посреди золота. Юношей, которого так и хочется извратить и опорочить, хм... — она стрельнула глазками, но тут же перешла снова на обычный тон. — При жизни я никогда не была поклонницей подобных извращений и абсолютной свободы в половом аспекте. Будучи королевой, я, наоборот, отличалась крайней придирчивостью, да и была занята куда более важными делами. А теперь вынуждена лицезреть подобную мерзость со своим собственным лицом. — Она не всегда была такой. Я ведь уже говорил тебе про её проклятие, — я решил напомнить. — Это всё чушь для наивных идиотов, — пренебрежительно отмахнулась девушка. — Я покопалась в твоих воспоминаниях, нашла её слова о проклятии и теперь могу с уверенностью заявить: всё это так называемое «проклятие» – не более чем очень удобное прикрытие для её истинной блядоватой натуры… Впрочем, у меня сейчас нет ни малейшего настроения обсуждать эту порочную эльфийку с моим лицом. В конце концов, ты так настойчиво искал со мной встречи. Королева, наконец, отвернулась от картины и встала ко мне лицом, властно уперев одну руку в бок. — Да, изначально я хотел задать пару вопросов. Но глядя на всё это великолепие, к ним добавилось ещё несколько... — начал было я. — Я вся во внимании, мой маленький мститель, — она чувственно облизнула губы. Значит, она уже в курсе и про устроенный мной поджог. И, судя по её подозрительно довольной роже, ни капельки меня за это не осуждает. — Значит, именно через эти картины ты и черпаешь из меня информацию? — По всей этой необъятной сокровищнице разбросаны картины. Где-то они стоят поодиночке, а где-то собраны в такие вот коллекции, — эльфийка плавным жестом обвела выставку вокруг нас. — Но нет, я не черпаю из них что-то кардинально новое. Моё проклятие уже стало с тобой единым целым, и в тот самый момент слияния мне стала доступна вся твоя жизнь. Однако из-за того, что моё собственное сознание пробудилось, подавляя прочую информацию, я уже не помню твоего прошлого так кристально чётко, как в самые первые дни. Это похоже на недавно прочитанную книгу: вроде бы помнишь суть, но постепенно мелкие детали вымываются из памяти. А эти картины... они содержат в себе определённые фрагменты – наиболее яркие и чёткие, удостоенные чести быть запечатлёнными. Можешь даже попробовать с ними провзаимодействовать. Вероятнее всего, тебя затянет внутрь этого воспоминания, как в сон, а по его окончании ты проснёшься. — Понятно... — протянул я. — Выходит, вся эта сокровищница вокруг – это что-то вроде моего внутреннего духовного мира? Я читал что-то о таком в книгах. — Можно сказать и так, — кивнула королева. — Обычные живые существа в нашем мире не обладают ярко выраженным духовным «я». Если опытный маг этой направленности попытается проникнуть в душу, он увидит там ровным счётом ничего. Разве что бесконечное белое или глухое чёрное пространство – тут уж всё индивидуально. Однако ты заимел проклятие в виде меня, а я, в свою очередь, долгие века пролежала в той гномьей сокровищнице... Видимо, одно наложилось на другое, породив вот такое причудливое пространство. Как по мне, вышло весьма удобно. Хотя, признаться честно, от бесконечного вида всех этих богатств меня уже слегка подташнивает. Потому-то я и стараюсь развлекать себя изучением твоего внутреннего мира. — А может, всё-таки не стоит изучать мой мир? — недовольно хмыкнул я. — Стоит, — безапелляционно отрезала она. — У меня здесь не так уж много развлечений. Так что я не позволю тебе отнимать то немногое, что у меня есть... Впрочем, ты, конечно, можешь развлечь меня немного «иным» образом. И вот тогда я обещаю не лезть в твою жизнь... — Нет уж, спасибо, обойдусь, — сухо отказался я от столь щедрого предложения. — Хм, — разочарованно фыркнула эльфийка и снова отвернулась к картине. — Вот и закрыли вопрос. Но у тебя ведь наверняка есть ещё о чём меня спросить, верно? — Да, есть парочка. Например... Ты можешь видеть мир моими глазами? — прямо спросил я, внимательно следя за её реакцией. — Могу, — не стала отпираться Королева. — Но, к твоему счастью, не постоянно. Чтобы полноценно смотреть на мир твоими глазами, мне приходится намеренно входить в состояние некой глубокой медитации, или даже во что-то сродни сну. Однако, — она многозначительно подняла палец, — Даже если я не слежу за тобой специально, то спустя небольшое время всё равно получаю доступ ко всем твоим свежим воспоминаниям. Пусть они уже не такие кристально чёткие, как в моменте, но они есть. Новость, откровенно говоря, была так себе. Жить с осознанием того, что у тебя в голове поселилась эльфийская вуайеристка, радости приносило мало, хоть ситуация и не казалась прямо-таки критичной. — А есть вообще какой-то надёжный способ свою личную жизнь от тебя оградить? — спросил я, решив не ходить вокруг да около. Королева явно удивилась подобной наглости. Её идеальная бровь грациозно поползла вверх. — Ты сейчас абсолютно серьёзно спрашиваешь меня о таком? — в её голосе проскользнули нотки искреннего недоумения. — Ну а кого мне ещё спрашивать? Местных экспертов по проклятиям тут не наблюдается, — пожал я плечами и безмятежно улыбнулся. — Хм, — она покачала головой, и на её губах тоже заиграла лёгкая, почти снисходительная улыбка. — Могу посоветовать лишь одно: начни истово молиться святому Милису. Вся эта фанатичная религиозная чушь вгоняет меня в такую беспросветную тоску и уныние, что я могу просто заскучать, плюнуть на это дело и добровольно перестать за тобой подглядывать. На этом мои полезные советы закончились. — Спасибо и на этом, — кивнул я, делая в уме важную мысленную зарубку и запоминая этот момент. Вполне возможно, что она сейчас просто ехидно пошутила, но я сильно сомневался, что ей и впрямь будет по кайфу часами выслушивать нудные церковные молитвы. Глядишь, и правда отучу её от привычки совать нос в мои дела. А может, если повезёт, сам мистер Милис явится ко мне в осознанных снах и пинком под зад прогонит эту наглую эльфийку. Чем чёрт не шутит. — Но это не все вопросы, — продолжил я, сменив тему на более насущную. — Я хотел узнать у тебя про то песчаное кольцо, которое я таскаю с собой и периодически использую как оружие. У меня появились основания полагать, что оно имеет все признаки проклятой вещи. Как только я его надену, так тут же влипаю в какие-то мутные неприятности и приключения на свою голову… Есть какие-нибудь мысли на этот счёт? Всё-таки ты наверняка видела его в моих воспоминаниях, раз уж, как я понимаю, имеешь к ним свободный доступ. — Могу лишь посоветовать поубавить свою паранойю, — эльфийка грациозно повела плечом. — Я не ощущаю от этого кольца абсолютно ничего необычного. Предмет явно родом с континента Бегарит. Об этом красноречиво говорит и его шероховатый внешний вид, и то, как филигранно оно взаимодействует с песком на очень тонком, почти первородном уровне магии. Она чуть прищурилась, словно вглядываясь в далёкое прошлое. — Во времена моей жизни на том пустынном континенте существовало небольшое, но весьма любопытное королевство, где правителем был демон, — усмехнулась она, и в её голосе скользнула лёгкая ностальгия. — Насколько я помню, это был какой-то амбициозный отпрыск одного из Владык Демонов. Он со своей частью армии скрытно переплыл полмира и высадился прямо там, в безжалостной пустоши, где умудрился создать нечто вроде независимого государства. Демонам те суровые регионы вполне привычны: и по экстремальному климату, и по обилию чудовищ, и по густоте маны, разлитой в воздухе. Так что проблем с выживанием у них особо не возникло. А те немногочисленные слухи, которые всё же доходили до моих ушей, гласили, что этот местный правитель виртуозно использовал сам песок пустыни, чтобы сокрушать монстров и стирать в порошок врагов. Я совершенно не исключаю, что твоё загадочное колечко могло принадлежать именно ему. В конце концов, проворные авантюристы частенько вытаскивают подобные реликвии со дна засыпанных песком подземелий и древних погребённых дворцов. — Интересно… — протянул я, задумчиво потирая подбородок. — А что в итоге стало с тем демоном и его королевством? — Без понятия, — Элинализ равнодушно пожала плечами. — Но, полагаю, как и всё остальное в тех краях, безжалостная пустыня рано или поздно поглотила эти амбициозные планы, замела следы в песках, а выжившие последователи просто вернулись обратно на свою историческую родину. — К слову, о родине, — я решил плавно перевести тему. — Раз уж я уже совсем близок к Демоническому континенту, может, у тебя найдутся для меня какие-нибудь мудрые напутственные слова или что-то в этом духе? Казалось, мой невинный вопрос немного ввёл Королеву в ступор. На долю секунды её непроницаемое лицо дрогнуло. — У меня нет для тебя каких-то особенных, персональных напутствий, — сухо ответила она после короткой паузы. — Просто будь предельно осторожен. Не лезь в ненужные приключения, по возможности не привлекай к себе лишнего внимания и уж точно не задерживайся там дольше необходимого. Как ни крути, территория демонов – это далеко не самое приятное и гостеприимное место для праздного времяпровождения даже для демонов. — Большое спасибо за заботу и советы, но, признаться честно, я больше рассчитывал услышать что-то про тайные эльфийские схроны с золотишком и… всё в таком духе, — мило, но с отчётливой толикой наглости улыбнулся я. — Хм. Посмотрите-ка, каков наглец… — она смерила меня холодным, пронизывающим взглядом. — Я прекрасно помню своё обещание, маленький герой. Но вынуждена тебя огорчить: на том проклятом континенте у меня отродясь не было никаких секретных сокровищниц, скрытых арсеналов или чего-то подобного. При моей жизни гордые эльфы имели всего лишь несколько фортов у восточного побережья. И то были именно суровые военные форты, продуваемые всеми ветрами, а не основательные, сияющие эльфийские города. Так что сейчас от них наверняка не осталось и камня на камне, либо же эти руины давно оккупированы местными демонами. И даже если верно второе – на пограничные заставы никто в здравом уме не свозил родовые богатства и великие секреты. — И что, вообще совсем ничего? — не унимался я, чувствуя, как тает надежда на лёгкую добычу. — Мне всегда казалось, что у любого уважающего себя правителя должен быть свой укромный, хорошо запрятанный уголок на другом конце света. Ну так, чисто на всякий случай, если на родине запахнет жареным? — Мыслишь ты, конечно, в правильном русле. И такой укромный уголок у меня действительно был, и, возможно, он ещё даже цел, — она посмотрела на меня с явным одобрением, словно хваля смышлёного ученика. — Но поверь, Демонический континент – это самое последнее место во всём мире, где бы я решила строить свой последний оплот. Так что увы, не в этот раз. — Понятно… — разочарованно выдохнул я, хотя в глубине души и так прекрасно понимал, что вряд ли получу такую жирную халяву прямо с порога. — Остались ещё животрепещущие вопросы? — её тон ясно давал понять, что аудиенция подходит к концу. Я быстро прикинул в голове, перебирая недавние события. — Разве что один. Я ведь искренне пытался попасть сюда, в эту сокровищницу, несколько ночей подряд. Настраивался, концентрировался, но получилось только сейчас. Почему? Ты меня намеренно не пускала? — Хм. Что ещё за параноидальные мысли? — эльфийка грациозно скрестила руки на груди, облаченной в тёмный доспех. — Я все эти первые ночи с лёгким любопытством наблюдала за твоими нелепыми потугами. Но когда окончательно поняла, что ты выдохся и сдался – сама потянула тебя на себя. Но бурных благодарностей мне не нужно. Стоит понимать, что духовные практики, осознанные сновидения и погружение в чертоги разума – это весьма тонкие материи, которые распространены и серьёзно изучаются в мире немногими магами и монахами. Для такого неопытного демонёнка, как ты, – это непролазные, непонятные дебри. Их нельзя потрогать руками или увидеть глазами. Всё строится на контроле и воле. Но я уверена, что со временем, если проявишь должное усердие, ты научишься проникать в это место уже без моей помощи. — Ну, в любом случае, спасибо, — искренне поблагодарил я, переваривая информацию. — Но очень надеюсь, что в следующие разы, когда я захочу поговорить, ты не будешь строить из себя недотрогу и игнорировать мои попытки. — Если я буду потакать тебе и помогать постоянно, сам ты так ничему и не научишься. Так что всё будет зависеть исключительно от конкретной ситуации и, разумеется, от моего настроения, — она надменно пожала плечами. — По твоему задумчивому виду я понимаю, что важных вопросов у тебя больше нет. А потому покорнейше прошу меня не отвлекать далее от созерцания… Я внимательно посмотрел на её точёный профиль, затем перевёл взгляд на картину с забористой лесной оргией, которой она так упивалась, покачал головой и, развернувшись, неспешно зашагал прочь. Редткие золотые монеты мягко поскрипывали под сапогами. Я шёл вдоль сверкающих гор, целенаправленно выискивая взглядом более интересную картину. Всё-таки Королева обмолвилась, что я вероятно могу провалиться прямо внутрь запечатлённого воспоминания, словно в глубокий, реалистичный сон. И эта перспектива казалась мне чертовски заманчивой. Тем более, блуждая здесь, я уже успел заметить далеко не одно полотно, явно связанное с теми обрывками памяти, которые я потерял. Возможно, именно таким экстравагантным образом у меня наконец-то получится восполнить пробелы и вспомнить события тех стёртых из памяти четырёх лет. Раньше у меня уже бывали моменты, когда я сквозь пелену обычного сна видел эпизоды прошлого, но сейчас у меня появился шанс осознанно, по своей воле прикоснуться к этому механизму. И если это всё так, то выходит, что в моём вынужденном симбиозе с проклятием эльфийки обнаружился ещё один, весьма существенный и жирный положительный момент. И одна картина привлекла мой взгляд особенно сильно…

***

В тёмном, глухом тупике забытого богами подземелья царил полумрак, едва разгоняемый светом единственного факела. Эрик неподвижно стоял в тени у входа в этот каменный мешок, почти сливаясь с сырой кладкой. Он тяжело дышал и молча наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой. В центре тупика прямо на грязном полу стояла на коленях высокая, пышногрудая женщина. На ней была дорогая, изрядно помятая и перепачканная мантия волшебницы. Её руки были намертво стянуты за спиной грубой верёвкой, а на голову был надет пыльный холщовый мешок. Она не сидела молча, а визжала, задыхаясь от собственной ярости, паники и бессилия. Отборный, грязный мат эхом отскакивал от стен, смешиваясь с проклятиями. Молодой Пол Грейрат стоял в нескольких шагах от неё, небрежно прислонившись плечом к влажной стене. В тусклом свете его лицо выражало лишь лёгкую скуку. — …да чтоб ты сдох в муках, ублюдок! — надрывалась волшебница, отчаянно и жалко дёргаясь в тугих путах. — Я скормлю твои кишки гоблинам, кусок дерьма! Ты хоть понимаешь, на кого поднял руку?! Я маг А-ранга, у меня связи в Гильдии! Меня хватятся, слышишь?! За мою голову назначат такую награду, что тебя собственные дружки зарежут во сне! Развяжи меня немедленно, животное, или клянусь богами, я выжгу твои глаза и заставлю сожрать их! Пол лишь лениво ковырялся в ногтях, окинув её равнодушным взглядом. — Знаешь, дорогая, Селин, — начал мечник беззаботным, до скрежета зубов наигранным тоном, словно они обсуждали качество эля в местной таверне. — Я вот стою тут, слушаю твой визг, от которого у меня уже начинает раскалываться голова, и понимаю одну простую вещь. Единственное, о чём я сейчас искренне, всем сердцем сожалею... так это о том, что проявил излишнюю мягкость. Надо было перерезать твою крикливую глотку прямо там, в тёплой постели на постоялом дворе, а не разыгрывать весь этот утомительный спектакль. Он отлепился от стены и сделал ленивый шаг в её сторону, усмехаясь. — Кто же знал, что ты так легко поведёшься на мои сказки про «секретное и невероятно прибыльное задание на двоих». А уж как ты замурлыкала, когда я пообещал тебе щепотку подземельной романтики и уединения в этом тёмном тупике... — протянул Грейрат, хищно улыбаясь. — Удивительно, как лидер аж целой группы авантюристов может быть такой доверчивой дурой. Надо было кончать с тобой сразу. Избавил бы мир от лишнего шума, а себя – от необходимости слушать эти жалкие, скучные угрозы. Волшебница взвыла с новой силой, набирая в грудь побольше воздуха для очередной порции истеричных проклятий. В этот момент Эрик перестал наблюдать и отделился от тени, шагнув вперёд. Его тело действовало само, ведомое чистым, неконтролируемым гневом. Тяжёлый сапог невысокого юноши со страшной силой впечатался волшебнице прямо в живот. Раздался глухой, тошный звук удара. Волшебница сложилась пополам, жалобно хекнула и отлетела на пару метров назад, болезненно прокатившись по неровному каменному полу. Наступила звенящая, идеальная тишина, нарушаемая лишь её сдавленным мычанием. Эрик неспешно подошёл к этой скорчившейся фигуре, наклонился и стальным хватом вцепился в грубую ткань мешка, резким рывком срывая его с её головы. Под ним оказалось искаженное болью и страхом, некогда красивое и ухоженное лицо женщины. Её волосы растрепались, макияж размазался от пота и слёз. — Помнишь меня, Селин? — холодно спросил он. Его голос звучал чуждо – это был убийственный, мёртвый шепот. Она судорожно втянула воздух. В её расширившихся зрачках мелькнуло сначала непонимание, затем узнавание, а потом – первобытный, сковывающий ужас. Она вспомнила. — Э... Эрик? — едва слышно, с булькающим звуком выдавила она, и её губы задрожали. — Но как... Это невозможно... Я же... Я... Эрик, послушай, это была чудовищная ошибка! Я не хотела! Меня заставили, клянусь! Она не успела договорить, не успела пустить в ход лживые слёзы. Кулак молодого авантюриста с мерзким хрустом впечатался ей прямо в глазницу. Голова женщины мотнулась, она рухнула навзничь, но юноша не дал ей даже крохотного шанса отползти. Он прыгнул, всем весом усаживаясь на неё сверху, намертво придавив к холодному камню, и начал бить. Яростно. Бесконтрольно. Наотмашь. Он вбивал свои кулаки в её голову, стирая его в кровавое месиво. Вбивал её затылок в каменный пол, ломая нос, дробя челюсть, превращая плоть в кровавую кашу. Костяшки на его руках лопались, кровь летела во все стороны, пачкая лицо и одежду, но он не мог остановиться. Он убивал её снова и снова, даже когда её тело окончательно обмякло и перестало дёргаться. Хруст ломающихся костей сменился влажным чавканьем. Наконец, силы иссякли… Юноша с синими волосами замер, всё ещё сидя на её изувеченном трупе. Руки безвольно опустились вдоль тела. Он тяжело дышал, жадно хватая ртом холодный подземельный воздух, а по его щекам, смешиваясь с чужой кровью, сами по себе катились горячие слёзы облегчения. Позади послышались тихие шаги. Пол подошёл ближе, остановился рядом и окинул взглядом дело рук своего спутника. — Ну как ты? — спросил Пол мягко, отбросив свою обычную дурашливость. — Лучше... — хрипло выдохнул он. — Намного лучше. Он тупо уставился на свои дрожащие, сбитые в мясо костяшки. Затем перевёл пустой взгляд на то, что осталось от её лица. — Сука... — выплюнул он, всё ещё загнанно хватая ртом воздух. — Боги, как же я об этом мечтал. Каждую грёбаную ночь... Я ей спину доверял. Жизнь был готов отдать – думал, она мне, деревенщине с копьём, шанс дала. А она... Его голос дрогнул, сорвавшись на злой, сухой смешок. — Она просто подлила мне дрянь в пойло. И продала. Как скот. Как кусок мяса на рынке. Все эти годы... пока я гнил заживо, пока меня ломали каждый божий день... она тут жировала. Носила шелка, жрала сладко и раздвигала ноги перед такими, как ты. Эрик до хруста сжал окровавленные кулаки, не отрывая взгляда от трупа. — Я жрал помои пополам с крысиным дерьмом. И не сдох в той яме только потому, что держался за одну мысль... Выбраться. Найти её. И вбить эту смазливую рожу в камень. Грейрат проявил редкую для него чуткость. Присев на корточки, он тяжело выдохнул и ободряюще похлопал Эрика по вздрагивающему плечу, не обращая внимания на перемазанную кровью одежду. — Знаешь, я вряд ли пойму, каково тебе было там, на самом дне, — Пол криво усмехнулся, пытаясь хоть немного разогнать гнетущую тяжесть, повисшую в воздухе. — Но если тебя это утешит... любовница из неё была просто отвратительная. Абсолютное бревно с завышенным самомнением. Честно говоря, я сам еле сдерживался, чтобы не придушить её подушкой: она даже в постели не затыкалась, всё время трещала о себе любимой. Так что, считай, ты сделал огромное одолжение нам обоим. Мечник поднялся и протянул руку, помогая Эрику слезть с изувеченного тела. Юноша встал, слегка пошатываясь. Адреналин стремительно покидал кровь, оставляя после себя лишь звенящую пустоту и свинцовую усталость, от которой предательски подкашивались колени. — Всё на этом? — спросил Пол, отряхивая пыль со штанов. — Месть свершилась? Призрак прошлого закопан? Или дальше по плану этот твой «Форт Некросс»? Эрик безотрывно смотрел в глухую черноту подземелья. Внутри него сейчас было так же темно и пусто. — Понял тебя... — протянул Пол, так и не дождавшись реакции. — Ладно, тогда пора делать отсюда ноги, пока на её визги не сбежались твари с нижних ярусов или какая-нибудь залётная группа авантюристов с чересчур высокими моральными принципами. Нам нужно хорошенько напиться в ближайшей дыре и похоронить эту ночь здесь. Наконец вся эта история закончилась. Парень опустил пустой, выцветший взгляд на то, что когда-то было лицом предательницы. Он постоял так несколько секунд, словно позволяя последним осколкам прошлого окончательно истлеть в памяти, а затем медленно, тяжело кивнул. — Да... Закончилась...

***

Королева не солгала – расставленные в сокровищнице картины и правда служили некими вместилищем для моих воспоминаний, позволяя погружаться в них и проживать заново, словно во сне. Сразу после того, как я коснулся того жуткого полотна и увидел скрытое внутри прошлое, я резко открыл глаза. Внешне всё было как обычно: я проснулся в своей привычной тесной койке, под мерный скрип корабельных досок и плеск волн. Но вот внутри… Внутри царил абсолютный, бардак из-за внезапно вернувшегося куска памяти. Причём куска пугающе важного. Селин… Это имя и раньше казалось смутно знакомым, но теперь, наконец, стало кристально ясно, почему. Она была лидером отряда авантюристов, в который мне каким-то чудом удалось затесаться, будучи ещё совсем зелёным оборванцем. Выходит, я всё-таки успел начать хоть какую-то самостоятельную карьеру наёмника ещё до того, как судьба свела меня с Полом. И, сдаётся мне, не последнюю роль в этом стремительном старте сыграло золото Мудреца, которое я благоразумно прихватил с собой в дорогу. Может, спустил его на приличное снаряжение, чтобы не выглядеть посмешищем, а может, и вовсе банально купил себе место в группе – точного ответа в голове пока так и не находилось. Ясно было одно: после освобождения из плена и изматывающего обучения владению копьём у наставницы, я, ведомый вполне логичной ненавистью, отправился вершить месть. И, судя по всему, своей цели я всё-таки достиг, что приносило мрачное удовлетворение. Однако во всём этом крылась одна огромная странность: очень непривычно было видеть в том тёмном подземелье Пола, который стоял рядом и хладнокровно помогал мне в этом деле. Никто из «Клыков Чёрного Волка» за всё время нашего общения ни единым словом не обмолвился о моей мести, просто не зная этого. Но почему Пол ничего не сказал? Понятно, что в последние месяцы моей жизни в деревне Буэна он начал откровенно ревновать и затаил на меня глухую обидку. Но ведь в наши самые первые дни после моего приезда, когда мы нормально общались – что мешало ему выложить всё как есть? Ведь он принимал в этом самое непосредственное участие, помогал строить планы и следил за их исполнением! И что ещё за «Форт Некросс»? В воспоминании он произнёс это название с такой интонацией, словно прекрасно знал о моих дальнейших шагах и этом месте. Но в реальности он снова сделал вид, что ничего не знает, и упрямо промолчал, пока я находился рядом. Почему? Вряд ли я в ближайшее время получу внятные ответы касательно того, почему Пол решил так виртуозно прикинуться дубом. Может, таким извращённым образом он пытался позаботиться обо мне? Сделать так, чтобы я случайно не разворошил травмирующее прошлое и сгоряча не наделал новых дров? Хрен его знает, но всё это выглядело до жути странно и запутанно, особенно, если вспоминать рассказы Лизы и Гислен, где я намеревался отправиться на континент демонов только из-за поиска корней. Видимо, нигде и никому я не говорил про это месте, держа в тайне или же выкинув эту идею вовсе. Благо, хоть с одной из этих головоломок забрезжил свет: пролить ясность на то, что из себя представляет загадочный «Форт Некросс», мне смогла помочь Рокси. Через пару дней, когда буря внутри у меня окончательно улеглась, а я смог ещё раз с холодной головой разложить по полочкам все детали того тяжёлого сна, я всё-таки решился завести разговор об этом загадочном месте. *** Мы с Рокси стояли на палубе у правого борта. Погода сегодня выдалась на редкость удачной: небо затянула лёгкая пелена облаков, скрывая палящее солнце, а солёный морской бриз приятно холодил кожу. Мы просто опирались на деревянные перила в уютном молчании и наслаждались свежим воздухом. После тесной каюты и нижних трюмов, где вечно стояла душная, липкая сырость вперемешку с запахом немытых тел и старых досок, здесь дышалось особенно легко. Однако стоило мне нарушить тишину и задать свой небольшой вопрос, как вся умиротворённость момента испарилась без следа. Волшебница мгновенно стряхнула с себя ленивую сонную одурь, напряжённо подобралась и повернулась ко мне. В её синих глазах отчётливо проступила искренняя тревога. — Форт Некросс? — повторила она, хлопая глазами. — Ты раньше не спрашивал меня про это место… Эрик, скажи, что-то случилось? Ты последние пару дней хмурым ходил, а сейчас спрашиваешь про это злачное место. И тут я понял, что «невзначай» спросить не удалось. — Ох… — пораженчески выдохнул я, улыбаясь. — Ну да. Пару дней назад спал и кое-что вспомнил из тех годов, которые потерял в той пещере. И вон там прозвучало название «Форт Некросс», причем в таком контексте, словно я интересовался им или собирался туда отправиться в прошлом. Я вчера посмотрел твои карты и нашёл там обозначение этого места на северо-западе Демонического континента. Нашёл название, но хотелось бы больше информации. Вот… Так, хех. Вот поэтому и решил спросить тебя, как лучшего картографа, которого я знаю. — Лучший картограф, говоришь... — Рокси тяжело вздохнула, потирая пальцами переносицу. Моя неуклюжая лесть явно не сработала так, как я рассчитывал. Она отвернулась, окинув взглядом океан. Холодный морской ветер трепал её синие косички на фоне низкого, затянутого серыми тучами неба. Корабль мерно покачивался на волнах, а свинцовая вода с шумом разбивалась о деревянный борт. Поежившись от сырости, волшебница снова повернулась ко мне, и в её глазах читалась абсолютно серьёзная, почти пугающая тревога. — Эрик, послушай меня внимательно. Я очень надеюсь, что твоё прошлое «я» просто интересовалось этим местом из праздного любопытства, а не планировало туда экспедицию. — Всё настолько плохо? — я криво усмехнулся, хотя внутри уже заворочалось нехорошее предчувствие. Если уж бывшая жительница Демонического материка делает такое лицо при упоминании какого-то форта, значит, дело дрянь. — Хуже некуда. Форт Некросс – это не просто старая крепость или какой-то злачный город. Это личные владения Владыки Демонов Атофератофе Райбак. — Атофе… рато… кого? — мой язык едва не сломался на этом нагромождении слогов. — Чаще её называют просто Владыка Атофе, — отмахнулась волшебница, кутаясь в плащ от пронизывающего ветра. — Она из расы Бессмертных Демонов. Буквально живое воплощение хаоса. Говорят, она застала ещё древние войны Владык, но так ничему и не научилась, кроме как махать кулаками и огромным мечом. Она… как бы это помягче сказать… абсолютно непробиваемая идиотка. Но идиотка пугающе сильная. Это воительница, которая обожает битвы больше всего на свете. Для неё не существует дипломатии, только грубая сила. Рокси сделала шаг ближе и посмотрела мне прямо в глаза, чеканя каждое слово: — И зная твой характер, Эрик… тебе к этой части материка даже приближаться строго противопоказано. Любой мало-мальски способный воин, осмелившийся переступить порог её форта, немедленно получает от неё вызов на поединок. Она просто не оставит тебя в покое, пока ты не обнажишь оружие. А если проиграешь… — Убьёт? — мрачно предположил я. Учитывая всё, что я уже знал об этом мире, это звучало как самый логичный и гуманный исход. — Если бы, — покачала головой мигурдка. — Она изобьёт тебя до полусмерти, а затем заставит подписать кровью магический контракт. И превратит в одного из своих «Чёрных Рыцарей». Это её личная гвардия, состоящая из таких же глупцов, поверивших в свою исключительность – мечников Святого ранга, ветеранов войн, авантюристов, героев… Рокси сглотнула, и её голос стал тише: — Самое страшное, Эрик, что контракт не делает из тебя безвольную куклу. Твой разум останется твоим. Но если ты попытаешься ослушаться прямого приказа Атофе или сбежать, магия контракта вызовет такую адскую, парализующую боль, что ты будешь молить о пощаде. Тебе придётся сражаться во имя её нелепых прихотей. Годами. Десятилетиями. И знаешь, что во всём этом самое безумное? — она невесело, почти нервно усмехнулась. — Даже боюсь представить. — В этом контракте прописан отпуск. Я завис, уверенный, что ослышался из-за шума волн. — Чего? — Официальный отпуск, — кивнула Рокси с таким лицом, словно сама до конца не верила в то, что говорит. — В книгах Академии писали, что раз в несколько десятков лет рыцарю этой гвардии дают пару лет отдыха. Можно покинуть континент, поехать куда угодно, навестить родных, если они ещё живы. А как только срок истечёт, печать активируется. Если человек не пойдёт обратно добровольно, она просто сведёт тебя с ума от боли, заставляя ползти в замок на коленях. Так что да, оттуда никто не возвращается насовсем. Более того… в записях академии, где изучали этот контракт, говорилось, что со временем эти рыцари просто сходят с ума от безысходности и полностью перенимают характер своей госпожи, превращаясь в таких же фанатиков битвы. Никакие хитрости там не помогут – ловушка захлопнется намертво. Я молча отвернулся к фальшборту и оперся руками о дерево, глядя на волны и прокручивая в голове новую информацию. Значит, Форт Некросс и Владыка Демонов Атофе. Бессмертная боевая маньячка, которая ломает сильнейших воинов и заковывает их в абсолютное, магическое рабство. Рабство с гарантированным отпуском. Чёртов сюрреализм… Чёрные Рыцари, скованные магическим кровным контрактом, и мой собственный рабский ошейник, от которого я с таким трудом избавился... Селин была работорговкой или как минимум тесно связана с ними. И тут Пол в моих воспоминаниях буднично спрашивает, пойду ли я дальше в Форт Некросс, будто это часть какого-то логичного маршрута. — Слушай, Рокси, — я нахмурился, не отрывая взгляда от горизонта, где серое небо сливалось с океаном. — А эта Атофе... она не могла быть связана с обычным рабством? Ну, скажем, выступать крупным заказчиком на чёрном рынке или покровительствовать гильдиям работорговцев? Волшебница удивленно моргнула, явно сбитая с толку таким переходом. — С чего ты взял? — Ну, я просто пытаюсь связать факты, — я пожал плечами, поворачиваясь к ней. — Она делает людей своими рабами, пусть и элитными. Я в прошлом оказался в кандалах, был втянут в эту грязь. И тут у меня откуда-то в том же прошлом всплывает интерес к владениям Владыки Демонов, которая специализируется на лишении свободы. Вдруг Атофе была… в доле? Заказывала себе какой-то особый живой товар? Тех же мигурдов, например, для магических нужд или чего-то в этом роде? Рокси задумалась, рассеянно теребя край своего мокрого плаща, но затем уверенно покачала головой: — Звучит… абсолютно нелепо, Эрик. — Нелепо? — Именно. Я же говорю, она одержима силой и битвами. Чёрные Рыцари – это её личные «трофеи». Воины, которых она собственноручно победила и сломила в честном бою. Ей важен сам процесс подчинения сильного противника. Покупать кого-то за деньги у сомнительных торгашей? Для неё это немыслимо скучно и бесчестно, если я верно понимаю её извращенную логику. Плюс, экономика, торговля рабами, теневые интриги – это просто слишком сложно для её ума. — Но всё же? — Если бы ей вдруг зачем-то понадобились мигурды, — Рокси невесело усмехнулась, смахнув с лица соленые брызги. — Ей фактически ничего не мешало бы просто собрать армию и напасть на наши поселения. Кто бы на Демоническом континенте её остановил? Но такого никогда не происходило. Так что нет, она точно не прямой заказчик тех работорговцев, с которыми ты столкнулся. — Понятно. Вряд ли прямой босс, но какая-то связь всё же может быть, — пробормотал я, потирая подбородок. — Возможно, — не стала спорить синеволосая, но тут же её взгляд снова стал строгим. — Но это не повод проверять лично. Эрик, пообещай мне, что сейчас, когда мы прибудем на континент, ты не станешь искать неприятностей на северо-западе. Какие бы воспоминания к тебе ни вернулись и какие бы зацепки ты там ни надеялся найти. — Расслабься, Рокси, — я выдавил из себя ободряющую улыбку и примирительно поднял руки. — У меня нет ни малейшего желания становиться чьей-то безвольной марионеткой. Просто пытаюсь сложить кусочки пазла в целую картинку. Волшебница недоверчиво сощурилась, но развивать тему не стала, лишь тихо выдохнула в сырой морской воздух: — Очень на это надеюсь. Потому что спасать тебя из лап Владыки Демонов я точно не полезу.