Глава 5. Почти всё

      Солнце жгло стелу города “Нувореаль”. Новое в этом месте было разве что офисные небоскрёбы, в чьи стёкла ежегодно врезались птицы. Эко-активисты стояли с плакатами, и их голоса, срывающиеся от жары, доносились до скромного кирпичного полицейского участка:       — Птицы не видят стекло, но мы видим жадность! — кричала девушка в зелёной бандане.       — Город съел небо! — подхватили молодые люди в тех же повязках.       Кто-то пожилой поднял картонку и устало произнёс почти шёпотом:       — Лес помнит, кого вы забыли.       Кевин Андерсон опустил жалюзи. Сейчас не время пялится. Лейтенант опустился к старому компьютеру и попытался снова сосредоточиться на отчёте. Блок питания гудел, словно самолёт, чудом не взлетающий в этой жаре.       “Почти всё. Осталось немного”       Воспоминания о Лесе уже улеглись, но всё ещё казались выдумкой. Если бы только диктофон записал то, что видел… Он открыл ящик своего стола, достал коробочку, перемотал до нужного момента — и услышал лишь помехи.       “Ладно, так допишу”       Потолочный вентилятор медленно крутил свои лопасти. Крики за окном стихли — то ли люди разошлись, то ли их разогнали. Кевин вспомнил первый раз, когда увидел мёртвую ласточку на пути на работу. Тогда он впечатлился, как ребёнок. Но сейчас к смерти он привык, как и к трупам на выездах.       Следовальница задерживалась, и Кевин нервно жевал губу в ожидании. На экране мигала чёрточка. Всё вроде готово, но достоверность... Он поспрашивал коллег.       — Сократи вот это и это, — подсказал старший лейтенант Симон. — Ты, по сути, всё сделал. Начальница поправит.       — Госпожа Моро? Как будто у неё дел своих нет!       Это решало проблему стиля, с которым Кевин не в ладах — он не понимал официоза и пропускал речевые ошибки, за которые цеплялись старшие коллеги. Но хотя бы факты отделить от надуманного! Он завис над квадратным монитором, проверяя моменты, которые попросили сократить: “А вдруг это важно?”       — Что именно, Андерсон? — послышался голос над головой. Юноша вздрогнул. На тусклом экране отразились оранжевые очки и смазанная фигура в сером.       — А, это вы! Мадам стояла, слегка опершись о стол, и улыбнулась. Но это был скорее корпоративный жест.       — Задержалась, да. Эти борцы за справедливость все дороги перегородили!       — Правда? — Кевин выдохнул, пытаясь уловить настроение начальницы. Она бросила свой графитный пиджак на своё кресло.       — Ужас! Только плакатиками своими размахивать и умеют! Как будто других проблем нет — птиц жалеть!       — Ну они… нужны экосистеме и всё такое. Вы как-то говорили, что у вас котик? — спросил Кевин. Мадам подняла взгляд — остро, но без слов. Стало ясно, что этот факт был ни к чему. В этот момент дверь открылась, и Симон зашёл с чашкой кофе. По офису распространился запах американо с корицей.       — День добрый! — усмехнулся он. — А я уж думал, вы на срочное дело выехали! Она отмахнулась. Диалог Мадам и Симона стал быстро уходить не туда (“И как эти активисты надеются что-то изменить?”) и Кевин прокашлялся:       — Я хотел показать вам отчёт.       — А, лес Форган-что-то там, да? — она достала чёрную папку из архивного шкафа. Новую и блестящую, что радовало местную секретаршу, но не лейтенанта. — Расскажи ещё раз, что ты видел, когда застыл в аномалии. Только кратко.       Он сглотнул неприятный ком в горле. В блеске обложки Кевин увидел своё отражение — взъерошенный, как цыплёнок. Светлые волосы слиплись, а большие уши, искривлённые отражением, выглядели ещё нелепее. Совсем как ребёнок.       “Когда я вырасту…” — вспомнилось ему.       — Кевин. — голос Мадам вытащил его из мыслей.       Он кивнул и снова начал, стараясь говорить спокойнее, чем в прошлый раз:       — Во время расследования я почувствовал, как стал легче и упал. Вокруг никого — ни патруля, ни командиров. Только я, маг и… дух погибшего. Или то, что от него осталось.

* * *

      Кевин очнулся от крика. Обрубок руки запутался в волосах какого-то паренька и тот пытался снять. Лейтенант узнал в нём Френсиса и захотел помочь, но замер. За спиной мага восстанавливался жуткий портрет мужчины. По кусочкам какие-то растения помогали собраться — на раздробленный позвоночник прикрепились ноги с глубокими порезами, предплечья свисали рядом, так и не найдя своих сухожилий. Это не помешало одной из рук поднять валяющийся шар… голова.       Это человеческая голова!       Кевин никогда прежде не видел духов и не мог подумать, что сможет! Но ещё больше удивил знакомый вид. Бритая голова, нет переднего зуба и тучное телосложение. Лейтенанту это напомнило фоторобота сутенёра, который скрывался последние месяцы. Как же он…       — Мне обещали помочь! А что со мной сделали? — призрак взвыл. Капли стекали с него, как напоминание о реке. Она была рядом, но не шумела. Всё казалось серым и тусклым, как и ощущения. Как будто в старом фильме. Френсис прижал своим ботинком взбешённую кисть. Она двигала пальцами, как жук.       — Что ты ему обещал? — крикнул маг.       — Н-ничего, — пролепетал лейтенант, — Я его впервые вижу! Призрак прошёл сквозь мага и наклонился вперёд. Его привлёк блеск шерифского бейджика.       — И этот решил меня поймать?       — Н-нет?       И зловонное дыхание напомнило Кевину смерть. Челюсть на голове убитого держалась на речной тине, а белки глаз как будто светились. Лейтенант услышал как кто-то прошмыгнул рядом. Это маг! Френсис швырнул ему руку.       — Передавай!       Кевин рефлекторно поймал, пусть и сразу не понял, зачем. Но это как будто разбудило его. Лейтенант бросил обратно и попытался бежать, пусть ноги казались тяжёлыми. Это напоминало игру в передачу на бегу. Кисть швыряли туда-сюда, она беспомощно шевелила пальцами будто в попытке выбраться. Она тянулась к призраку, но парни раз за разом ловили её, подбегая к какому-то месту. Полицейский увидел зелёный огонёк. Френсис кинул последний раз руку и подобрал свой фонарь.       Он был на том же месте, где его оставляла лекарша. Зелёная свеча в нём издала короткий “фырк”.       — Быстро, на то же место!       — Ты издеваешься? — Кевин всплеснул руками и понял, что кисти нет. Рёв за спиной был уже у призрака самодовольный, но совершенно чужой. Нечеловеческий, звериный. Возникшая догадка заставила полицейского сжаться. Он старался не оборачиваться.       — Лес бы тебя побрал… — сказал маг через зубы, глядя за спину лейтенанта. Земля рядом с ним начинала шевелиться, точно рядом были кроты. Хотелось бежать. Прежде чем Кевин успел рвануть, маг вскинул фонарь и крикнул “барьер!”. Послышался рокот из-под земли. Френсис толкнул лейтенанта плечом и махнул за собой:       — Пошёл-пошёл-пошёл!       Он стал что-то зачитывать. Кевин лишь краем глаза заметил, что силуэт призрака обхватило множество корней из-под земли. А убитый всё меньше стал напоминать человека. Скорее существо на четырёх лапах, покрытого мхом. Зверь.       — Не смотри!       Маг потянул за рукав и Кевин подскользнулся на мокрой траве.       “…а до тех пор, удержит тебя Небытье” — разобрал лейтенант и мир потемнел. А когда очнулся — всё стало как прежде. Он почувствовал сырую землю под руками, шум реки и как что-то держит за лодыжку. Кевин тут же отполз подальше от руки, но больше она не шевелилась.

* * *

Кевин отправил копию рапорта на почту Мадам. Убрать эмоции следовальнице не составляет труда, а в документе и подавно. Поэтому лейтенант только рад расстаться с ним скорее.       — Уже есть версии? — спросил второй лейтенант.       — А сам как думаешь, Симон? — ответила Мадам, щёлкая мышкой, — Без вскрытия сейчас делать предположения опасно. Особенно если следы не все обычные. Кевин выглянул из-за монитора:       — Кстати, судмед так и не выехал с нами. Он не сказал, почему? Мадам промолчала. Печатающие клавиши стирали как будто лишние строки:       — Был занят другим вызовом. Город нуждается в нём больше, чем Лес, по его словам.. Симон вздохнул и прокрутил ложкой свой такой же пузатый кофе. В Нувореале постоянно что-то случалось. Хороших кадров не хватало. Но игнорировать лес с его магией казалось глупым. Он взял со своего стола газету. Пока никто из журналистов не пронюхал о том случае, но рано или поздно появится строка о загадочном убийстве.       — Кевин, — Симон подсел к младшему лейтенанту за стол, — На кого был похож дух, ты сказал?       — Я? Не знаю, у меня плохая память на имена… — Кевин отодвинулся.       — Если принесу последние фотороботы, ты сможешь определить?       — Что за самодеятельность, лейтенант? — Свет очков блеснул из-за дальнего угла.       — Хочу проверить одну догадку, мэм, минутку. Симон оставил кофе и вышел к соседям. Через минуту-другую он он приволок доску. Она была старенькая и колёсики тихо поскрипывали. Коллеги узнали фото из розыска и выдвинулись из-за столов.       — Я знаю, это прозвучит дико, но… — Симон отпил кофе, — Кевин, ты узнаёшь кого-то отсюда? Парень почувствовал пристальные взгляды и неловко встал. Дело о закрытии борделя в Новамуре — самом престижном районе. Девушкам предлагали заработать, но в итоге держали против воли. Никто не знал, так как телефоны изъяли, как и документы. Дело о пропавших девушках висело мёртвым грузом, пока однажды одной из участниц всё же удалось сбежать и передать полиции локацию. Не все поверили сначала, но             Мадам… рискнула.       И оказалась права.       Разгадка крылась в наркотиках, что мешали выйти из того места. Осталось только четверо преступников, кого не поймали. Кто сбежал в другие города, а кто и вовсе пропал. Кевин разглядывал фотороботы лиц, пытаясь отмести неприятные подробности.       Вытянутое и подтянутое — у пешки наркобарона. Круглое — у владельца борделя. И два треугольных: у одного усы, у другого бородка. Вероятно, вышибалы.       — Он, — лейтенант тыкнул пальцем в самого владельца. Подпись гласила фамилию Родригес.       — Ты уверен? — мрачно спросила госпожа Моро. Кевин отошёл в сторону.       — Конечно, это могло быть помутнение… Лес правда влияет на мозги!       — Это видно, — кратко кивнула следовательница и вернулась за компьютер. Старший лейтенант молча смотрел на неё и Мадам ответила, не глядя:       — Симон, если это всё, то можешь вернуть доску. Я не буду делать выводов без ответа из лаборатории. Симон снял и бросил фото бритого мужчины на стол перед Мадам.       — Хорошо. Но отправьте им это. Госпожа Моро встала в свой полный рост. Она была одного роста с Симоном.       — Напомню, что мы опираемся на факты.       — Рапорт лейтенанта, по вашему, шутка?       — Опыт. — сказала Мадам, — В него можно верить, но пока погибшего не опознали — рано делать выводы. Ждём звонка.       Лопасти медленно крутились под потолком жаркого офиса. Послышались голоса сотрудников в коридоре. Видимо, ушли на обед. Симон укатил доску, но больше не спорил со следовательницей. Он знал, что у Мадам есть свои причины не верить в мистическое. Но в мире, и без того полном загадок, подобный скепсис сейчас мог помешать расследованию. Для неё это означало ещё одно висящее дело — а этого она допустить не могла.

* * *

      Ночь снова накрывала город. Аптечный колокольчик отозвался тихим звоном, и Мадам шагнула внутрь, сутулившись от усталости. “Эта работа из неё всю душу высосет!” — говорили коллеги. Но мысли о последнем убийстве не давали покоя. Вот и эта ночь ожидалась без сна. Запах антисептиков и озона вселял спокойствие.       Моро наизусть знала дорогу к нужной полке: старый препарат для сна, которым пользовалась последние годы. Сейчас он почти не действовал, но привычка держала её крепче любой инструкции.       – Добрый вечер! – Голос фармацевта встретил её мягкой улыбкой. Пожилой дяденька с круглым лицом и кудрявой бородой. Он был похож на доброго персонажа из сказок про мороз и подарки. Он вышел из-за стойки. – Снова за своим средством? Она кивнула и дедушка стал рассматривать полку.       – Боюсь, закончился. Сейчас посмотрю. Но даже в своих бесконечных ящичках фармацевт не нашёл нужного.       – Хотите сменить? Ноксецин нужно иногда менять, чтобы действовал! Она лишь устало повела плечом.       – Поверьте, я перепробовала всё.       – Всё – громко сказано, – с лёгкой хитринкой заметил он. – Вот, гляньте. Он достал с нижней полки простую банку с жёлтой этикеткой. На ней была нарисована пчела и монограмма с буквой Ф.       – Липовый Мёд. Наши делали, от всего практически! Пару ложек перед сном, с тёплым чаем или молоком. Если нет аллергии, то можете попробовать. Мадам протянула руку. Стекло оказалось прохладным, золотистая густота внутри играла тёплыми бликами. Она и правда пренебрегала рекомендацией врача, уже привыкнув к “ноксу”. Монограмма на этикетке что-то напоминала – буква Ф имитировала ветки деревьев, рядом летали пчёлы на фоне сот. Старомодно. На миг госпожа Моро позволила себе поверить в обещание фармацевта про снижение стресса, серотонин-мелатонин и прочие плюсы мёда.       “Может, такой привычкой получится заменить вредную?” Одолженная сигарета валялась во внутреннем кармане пальто, в пустой коробке. Она давно обещала выкурить сигарету с медэкспертом после тяжёлого дела.       “Нет, к тому же, много сладкого тоже вредно.” Телефон в кармане завибрировал.       – Одну минуту, – бросила она.       – Инесс, это важно. Докладываю о состоянии тела. – этот голос был знаком. Неужели судмед оттаял и решил взяться за это загадочное дело? – Есть возможность говорить?       – Только быстро, Морен. – сказала отчётливо она. Раз не соблюдает рабочий этикет, то и она не будет. С той стороны послышалась как будто улыбка, но тон был печален.       – Еле опознали Родригеса, которого искали эти два месяца. Она сжала трубку, но ничего не сказала.       – Тебе не понравится, но почерк очень похож на того, кто давно не объявлялся, – начал эксперт, и в голосе слышалось сомнение. – Возможно это СД. Опять.       СД… инициалы, которые бесили всех в участке. Неуловимый преступник, который вершит правосудие сам. Если полиция медлит с поимкой, то можно не сомневаться — Судный День явится по их души.       – Энергетический след рассеян, как сказала проверка. Мне кажется, кто-то из магов мог вмешаться. Среди останков нашли волос одного, но не уверен. В отчёте вроде упоминается один? С трудной фамилией.       – Да, был такой, – она посмотрела на фармацевта. Тот тактично молчал и взглядом показал, что ждёт, когда оплатят мёд. Банка с монограммой “Ф” уже не казалась такой заманчивой, – Сейчас.       – Он ничего не делал сразу после аномалии? – прямо спросил судмед. Мадам прокрутила события в голове. Испуг от пистолета, отрешённость, помощь с горе-лейтенантом… вспомнила шорох камышей, вторящих магу.       Он что-то шептал над телом.       “Колдун треклятый…”       В горле стало сухо.       “Чёрт.”       – Я перезвоню.       Телефон снова ожил, настойчиво дрожа, как назойливый комар. Мадам вышла из аптеки ни с чем.       “Плевать, в другой “нокс” найду.”       «Френсис Мон Форганди́ер! Величайший из всех магов Леса!», – всплыло из памяти. Она не лезла в слухи о Лесовиках, будь-то почёт или подозрения. Но сейчас всё смешалось, и теперь одно слово могло обрушить на семью целое расследование.       Мадам открыла второй звонок, уже голосом помощнику:       – Поднимите архивы Форганов. Всё, что сможете найти.       Ответом служил встречный вопрос. Мадам фыркнула:       – Да, я Лесовиков имею в виду. В том числе Френсиса, или как его там.       На том конце послышались нотки сомнения — Кевин, твой маг не святой! Откладывай свои симпатии в сторону.       Следовательница повесила трубку и взглянула на затянутое небо. Сейчас бы затянуться, но сначала нужно доехать до лаборатории. Она села в свою машину без сигнальных огней и нажала на газ – в сторону морга.       Мадам прекрасно знала, что это неокончательное решение. Но если есть хоть ниточка, она за неё схватится. Только не СД.       “Нужно быть аккуратнее”.       Аптека снова погрузилась в тишину. Только мёд на полке напоминал, что есть вещи, которые обещают вылечить почти всё.