Глава 1

             Император Жалнов всматривался в усталые глаза своего оппонента. Как всегда, ему стоило больших усилий, чтобы сдерживать свой взрывной характер. Ему хотелось скорейшего разрешения вопроса, и не в пользу мирного окончания. Он просто по сути своей не мог решиться на иной исход, зная все то, что было известно в последнее время.        Император Стейнбеч, не изменяя себе, был последователен и рационален. Никак не спешил принимать того или иного решения, если все как следует не обдумает и не взвесит. Его спокойное, землисто-серое лицо не выдавало никакой эмоции, кроме той, которая явно показывает, что ему было не просто определиться, особенно под давлением друга.        В рабочем кабинете императора Стейнбеча кроме императора Жалнова никого не было. Отделанный дорогим деревом, резными узорами декора, дорогими вставками, подчеркивающими и без того дорогой обширный кабинет, в котором имелось множество разного рода стильных, и в то же время, нужных для работы вещей, явно был предназначен не для такой скромной встречи, а чего-то гораздо большего. Обширные пространства кабинета, пронизанные стилем и сдержанной красотой, явно тосковали о своем предназначении, хмуро дожидаясь окончания встречи.       – Ты снова предлагаешь разрушительный сценарий, причина которому твои предрассудки. С одной стороны, я не могу сказать, что не понимаю твои опасения, Руслан, но пойми ты, что все не так однозначно, как тебе кажется. Необходимо все взвесить еще и еще раз. К тому же, подобный вопрос не решается двумя лидерами, статус которых, если брать мировое членство глав Конфедерации, совершенно равен всем другим.       – Я все понимаю, Натан, но, я считаю, что в данный момент нет никакого смысла считать себя равным тем, чья сторона помогала Корхаллу!       – Это личное мнение, но помимо личного есть еще и такое понятие, как законодательство. Мы не может преступать через законы. Стоит только один раз начать и дороги обратно уже не будет.       – В складывающейся ситуации в мире – так оно и есть. Обратного пути уже нет! И нам, как людям не безразличным к будущему своего мира, необходимо проработать такую стратегию, которая вернет нам наше величие и, главное, обезопасит наши границы!       – Но я вижу из складывающей ситуации только один выход… – император Стейнбеч сделал паузу, остановив внимание на императоре Жалнове. – И этот выход называется революцией на планете Тарсонис…       – И это только начало, – кивнул черноволосый император Жалнов.       – Но это же будет и концом. Невозможно ничего будет объяснить.       – Я так не считаю. Мы просто сделаем упреждающий выпад. Ведь, если мы не действуем первыми, они сделают с нами такое же, только уже без пощады. Они будут убивать!       – Ты утрируешь, – рассмеялся император Стейнбеч, – ничего такого не произойдет. Люди воевать друг с другом не станут. Зерги не дадут. Ты ошибаешься…       – Касаемо меня – может быть. Но вот разведка мне приносит такие данные, что волосы дыбом встают!       – Да, могу согласиться с тобой, что некоторые нюансы имеются, но они не такие явные, чтобы нам начинать преступать границы.       – Как раз-таки все серьезно, но вы не хотите ничего замечать. Готовится революция! Никому верить нельзя! Нас хотят свергнуть! Я не знаю в точности всех имен, но могу назвать некоторых точно! Но и за этими немногими стоит такая тьма, что если мы не начнем реагировать уже сейчас – берегись!       – Это одна из гипотез. Все гораздо глубже…       – Натан, я не узнаю тебя в последнее время! Что с тобой происходит? Ты не видишь очевидного!?       – Я вижу все достаточно хорошо. И как бы я не смотрел, я не могу разглядеть тот ужас, который видишь ты. Который заставляет тебя поступать именно так, чего мы так с тобой не желаем от Тарсониса и его императоров.       – Играя в игры, где нет правил – будь готов ко всему, даже самому неприемлемому для себя. Но лучше всего – постарайся избежать таких игр.       – Даже если оно будет так, пусть я и отрицаю, скажи, какими силами они смогут подчинить или свергнуть нас?       – У нас на Земле есть тоже свои недруги…       – Не думаю я, что на планете Земля найдется хоть кто-то из сомнительных личностей, обладающих таким влиянием, что сможет воздействовать на наши государства.       – Ты сильно недооцениваешь врага, мой друг.       – Мне нужны факты. То, чем я располагаю, меня не убеждает. Да, есть то, что требует доработок и расследования, но не больше.       – А как же твоя тайная разведка? Неужели и они ничего не узнали?!       Император Стейнбеч пожал плечами, тяжело вздыхая. Император Жалнов горько смотрел на своего визави, приходя к печальному выводу, что наступает время серьезных решений, влекущих за собой не просто исход отдельно взятого государства, а всего мирового уклада.       Глаза императора Стейнбеча были потухшими. Император Жалнов больше не видел в них той мудрости, которая его восхищала и пугала одновременно. В них не было того движения, той жизни. Император постепенно угасал и это угасание сильно затмевало его глаза, ощущения, чувства и ритм текущей жизни. Императору Жалнову уже не казалось, что его визави уже далеко не тот, что прежде, он был в этом уверен. Но подобные выводы заставляли его не отворачиваться от проблемы, а напротив, еще активнее в ней принимать участие. Он глядел на своего друга, приходя к выводу, что как бы там не случилось, а спасать теперь миры, было делом чести.       Но вдруг, по необъяснимым причинам, император Стейнбеч удивил императора Жалнова. На некоторые мгновения глаза императора Стейнбеча полыхнули огнем и прежней силой:       – Допустим, мы сделали упреждающий выпад по тем, кого подозреваем, а они окажутся не замешанными в этой круговерти, что тогда? Как нам быть в этом случае?       – Я не думаю, что данные ошибочны… – несколько потерявшись, ответил император Жалнов.       – А вдруг? Все ошибаются и даже гении, – улыбнулся старый император. – Ну так, что тогда делать? Как нам дальше смотреть в глаза людям? Как нам вообще жить с этим?       – Такого не произойдет… – фальшиво уверенно отвечал император Жалнов.       – Ну, а вдруг? Вспомни сколько нейтральных, ни в чем неповинных колоний уничтожила Конфедерация, когда шла гражданская война в секторе Копрулу… Да, Родина защищалась на стороне, отдаленной от границы, и сражалась жестоко.       – Жертв было очень много… – выдохнул император Жалнов, невольно начав вспоминать данные сравнительно недавнего прошлого – еще одного темного пятна своего мира.       – Вот и я о том же. Кровь невинных никогда не отмывается… Я не хочу, чтобы меня запомнили, как кровавого тирана или выжившего из ума старика…       – Но сравнивая риски, даже если мы ошибемся, потери среди того же мирного контингента будут сравнительно меньше, чем если начнется переворот. Ведь любой переворот – это катастрофа. Тем более в нынешнее время.       Император Стейнбеч обхватил лицо руками и сморщил лоб.       – Страшное дело это все… – выдохнул император Стейнбеч, устремляясь потухшим взглядом в черные глаза оппонента.       – Но мы, как слуги своего народа, своих миров должны, во что бы то ни стало, защитить! Пусть война с зергами отошла на второй план, про первопричину всего нельзя забывать и оставлять на произвол судьбы!       – Безусловно, – кивнул император Стейнбеч, – однако все равно надо пытаться найти другой выход… У тебя есть на примете помимо меня, с кем бы ты не побоялся объединять силы?       – Да, есть.       – Кто?       – Со стороны Земли это Джонатан Вилсбор и Кабиланд…       – Со стороны Тарсониса?       – Никого… – грозно ответил император Жалнов, брезгливо поморщив лицо.       – Даже Фред Робил не попадает в список? – несколько удивленно спросил император Натан Стейнбеч.       – Никто из них! Я не доверяю им всем!       – Кроме элиты мировой, есть еще кто, кому доверяешь?       – Миротворцам центральных рубежей и армии маршала Монтага. Пока не исчез маршал Дюк, ему я тоже верил…       – Маршал Дюк? – несколько задумчиво повторил император Стейнбеч. – Действительно, после того, что он устроил во время защиты Тарсониса и Земли, доверия к его персоне стало куда меньше… Но, так или иначе, на все прошлые заслуги это не имеет никакого значения. Он великий полководец! А вот миротворцам я бы не спешил доверять. Несмотря на всю открытость и прозрачность, они все равно, умудряются утаить так много важных вещей, за частую, просто заводя в тупик, когда вдруг эти вещи начинают всплывать на поверхность.       – Что есть – то есть, но вспоминая их службу на благо Родины за последние лет двадцать, у меня не поворачивается язык сказать, что я им не доверяю. Они доказали свою преданность и готовность подавить любого врага, выступающего против Конфедерации, причем даже если этот враг сама Конфедерация.       – А что скажешь о ДуГалле и его миротворческом контингенте? – задал очередной вопрос император Стейнбеч, взгляд которого снова забрезжил, пусть и тусклым, но схожим с прежним огнем.       – Как и всегда говорил – темная лошадка, от которого ожидать можно чего угодно. Самая неординарная личность во всем нашем мире. И он мне очень не нравится!       – Пожалуй, соглашусь с тобой, – улыбнулся старый император, переваливаясь весом на правую ручку огромного кресла, в котором сидел. – До сих пор не могу забыть то представление, устроенное на МАР_САРА много лет назад… Однако, также, не могу не согласиться с тем, что он отличный управленец и, несмотря на то, что является представителем милитаристического уклада, он привел дальний рубеж, а именно созвездие САРА в порядок, заставляющий себя тем самым уважать. Мы, конечно, подло поступили, убрав его оттуда и совершенно связав его по рукам и ногам, однако воли таким людям давать не следует…       – Надо было лишить его возможности заниматься военным ремеслом. Мне кажется, что это великое упущение Конфедерации, позволить ему оставаться при своем, пускай и в категории ссыльного…       – Его умения незаменимы! Он сильно укрепил границы Конфедерации. Дал отпор Менгскам. Без него, вряд ли бы, Конфедерация смогла выдержать нашествие зергов…       Император Жалнов иронично улыбнулся, ничего не ответив. Его явно тяжело было заставить жаловать старого космического адмирала, какие бы великие во благо родины поступки тот не совершил.       После некоторого молчаливого раздумья, император Жалнов поднялся с кресла, отравившись к стеллажу с бумажными книгами. Держа руки за спиной и разглядывая редкие в это время экспонаты, заключающие в своей толще информационную базу разных лет и интеллектуальных направлений, император Жалнов, сжав губы, покачал головой.       – Он может быть одним из тех, кто способен устроить переворот…       – Ему этого не нужно, – тут же парировал император Стейнбеч, – я уверен в нем. Он патриот до мозга костей. Он сам казнит кого угодно, кто посмел посягнуть на целостность нашего мира. Он не допустит развала Конфедерации…       – А что, если ты в нем ошибаешься? Что если он как раз-таки желает гибели нашего мира?       – Гибели, прежде всего, своего мира… Нет, он не станет этого делать. Все, что угодно, но не развал того, ради чего существует весь смысл его непростой жизни…       – Вы его так хорошо знаете? – был искренне удивлен подобным ответом от своего друга император Жалнов.       – Я его знаю… – только что и ответил император Стейнбеч, едва улыбнувшись правым уголком губы.       – И тем не менее, со счетов его скидывать не будем…       – Хорошо… – снова едва улыбнулся император Стейнбеч, погружаясь в раздумья.       – А как давно вы читали книги в классическом их виде? – не отрывая взгляда от библиотеки, спросил император Жалнов.       – Да уж давно, пожалуй… – ответил император Стейнбеч, после чего медленно поднялся с кресла и направился к своему другу.       – Не припомните, что это была за книга?       Император Стейнбеч подошел к большому стеллажу, начав искать, по всей видимости, ту книгу, о которой его спросили. Быстро проведя глазами по многочисленным разноцветным рядам разнокалиберных корочек, император протянул руку и аккуратно вытащил одну книгу:       – Сборник философских миниатюр Крэссо... Очень занимательно и интересно. Каждая глава не больше полутора страниц, но так исполнена мыслью, что приходишь в удивление.       Император Жалнов взял книгу в руки и пропустив страницы, где изображен автор и его краткая биография тут же принялся за первый рассказ. Спустя полторы минуты, император Жалнов немного хмыкнул, после чего перевел немного сощуренный взор на улыбающегося визави:       – Как интересно написано…       – Читай с удовольствием. Книга очень о многом заставит задуматься…       – Я боюсь, мне придется главы перечитывать не один раз, – снова опуская глаза в книгу, ответил император Жалнов.       – Почти уверен, – улыбнулся старый император.       Спустя несколько мгновений императоры направились к выходу, однако императора Жалнова вдруг остановило. Периферийным зрением он вдруг увидел сборник сочинений одного человека, который просто не мог остаться не замеченным, а если быть точнее, не мог остаться незамеченным один том из его сочинений.       – Как интересно…       – Что?       – Я не знал, что ученый Мибиус написал шесть томов сборников «эволюции человечества»…       – А, ты про том с названием «За гранью здравого смысла»?       – Да, про него. Можно?       – Конечно, – император Стейнбеч заботливо достал книгу и передал ее другу.       Внешне она отличалась от книг, которые относились к той же серии. Издание ее явно было отличным от первых пяти. Обложка ее была менее красочной, выдержана в черно-белых тонах. Количество страниц в шестом томе было также значительно больше предыдущих. С первого взгляда можно было подумать, что книга никак не была связана с предыдущими, если бы не ее название, то, что она являлась шестым томом, и, естественно, наличие автора, ее создавшего.       Император Жалнов тут же бегло, но не без интереса пробежался по некоторым страницам.       – Как я раньше мог упустить у тебя наличие такой редкой и очень занимательной литературы?       – Не знаю, Руслан, я, честно говоря, не думал, что тебя может заинтересовать Мибиус и его открытия…       –Как это? Человек – загадка прошлого столетия и не может заинтересовать? Напротив, я очень заинтересован! Его прошлые книги – это просто шедевры мыслительной и научной деятельности! Он просто пророк и при этом непревзойденный ученый!       – Пожалуй, соглашусь с тобой, – улыбнулся пожилой император, видя, что, в самом деле, его друга уже не заботит ничего кроме книги.       – Откуда у тебя этот артефакт? Готов на отсечение голову дать, что это коллекционное издание – редкая вещь!       – Еще какая! Это подарок от одного человека, которого уже нет в живых. Она досталась ему трофеем после очередного провала совершить переворот одного из последователей аль-Шугамара.       – Все интересней и интересней, – кивал император, глаза которого начинали гореть интересом.       – После прочтения этой книги у тебя сильно поменяется мировоззрение. Она преисполнена предсказаний, догадок, теоретических проработок, которые как это не было странно, начинают сбываться. И самое страшное то, что сбывается все с частой вероятностью. Мибиус был катастрофически умным, а главное, мудрым человеком. И, ему удалось меня напугать, а в последствии, начать думать о смысле жизни…       Тут император Жалнов заметил, что взгляд императора Стейнбеча преобразился:       – Даже представить не могу, что там может быть, но начну уже сегодня!       – Приятно будет с тобой потом подискутировать.       – И мне. Жду не дождусь, когда будет время!       – Вечером, после всех обязательных мероприятий можешь заняться самообразованием.       Как сказал император Стейнбеч, так и произошло. Приведя себя в порядок перед сном, император достал книгу, пожелав только ознакомиться с ней. Однако стоило начать ее читать, как понятие о времени тут же покинуло его сознание.       Книга затянула императора словно зыбучие пески. Массивы информации пусть и по средствам теории обрушались на читающего. Довод за доводом, теория за теорией, константы, утверждения, опровержения никак не могли оставить императора равнодушным. Она перебарывала и желание спать. Хотелось впитывать и впитывать каждый абзац, каждую строчку, каждую букву. Знания волной накатывали в сознание императора Жалнова. Откровение изливалось необъятным повествованием о том, что было тогда – давно, что происходило в наши дни, и что еще должно было произойти. Помимо сухой науки, книга была преисполнена внутреннего переживания, эмоций, чувств автора, буквально вложившего в него душу. Он балансировал от одних границ реальности к другим, переливаясь то доказательной базой, то теоретическими домыслами, то примерами из жизни. Но все было гармонично и никак не противоречило основной концепции содержания.       Император читал и читал, погружаясь в миры доселе неведанные. Это было трудно объяснить, но текст обладал мистической силой. Словно какая-то энергия была заключена в страницах и помимо информационной составляющей, питала необъяснимым образом на уровне тонких материй. Пророческая толика также ощущалась в повествовании. Необъяснимые предпосылки к великой войне против врага, внешне так далекого от нас, но являющегося неотъемлемой нашей частью; неотъемлемой частью мироздания, частью призрачных четырех Сил, которые являются основой всего мироздания.       Предыдущие пять частей ни в какое сравнение не шли с шестой. Даже точнее было сказать так: шестая книга была чем-то неземным, отличным от прежнего от самого начала до самого своего завершения. Творением чего-то более высокого, чем может обладать человек. Что-то снизошло на Ирго Мибиуса. Он сделал открытие, потрясшее его до предельно возможных глубин сознания. То, что держал в руках император Жалнов, было последним творением великого ученого, внезапно пропавшего без вести.       – Как страшно жить, – произнес шепотом император, оторвав глаза от книги.       На улице уже светало. Книга была прочитана наполовину. Осмысляя полученную информацию, император чувствовал легкое головокружение. Закрыв глаза, и тяжело вздохнув, он отложил ее в сторону, решив, наконец-то, поспать. Хаос мыслительного процесса кружил в его голове, пробиваясь через обволакивающий и расслабляющий тело сон. Погружаясь в тот мир, который был описан в книге, император заснул.