Глава 26: Неудача Мухтара и массаж

      — Я был так уверен, что Мухтар меня не подведет. — он надулся, вытирая пену с лица, пока Рена сидела позади и терла ему голову. — Я также заплатил ему двадцать динаров!       — Ну, по крайней мере, он вернул деньги. — тихо сказала она, продолжая тереть.       — Не в этом дело! — юноша огрызнулся, шлепнув по воде костлявым кулаком. — Этот ублюдок сказал, что доставит джинна и позаботится об этом назойливом Аладдине, и он солгал! Я собираюсь выследить этого засранца и убить!       Рена снова закатила глаза и сильнее прижала пальцы к его голове, слегка улыбнувшись про себя, когда он начал немного успокаиваться. — Я уверена, что у тебя уже есть по крайней мере шесть других планов относительно этого надоедливого Аладдина и его джинна.       Он хмыкнул, высвобождаясь из ее массирующих рук и погружаясь в воду, смывая пену и масла со своих волос. Когда он вынырнул, то заметил, что она выходит из теплой воды и оправляет фартук. Темные глаза Мозенрата следили за тем, как она двигалась по кафельному полу из черного оникса, поднимая и переставляя предметы. Он подплыл к ступенькам и положил голову на скрещенные руки на краю бассейна. — Что ты сейчас делаешь, женщина?       — У тебя огромный узел на правой лопатке. Готовлю место, где ты сможешь сесть, и я помогу тебе с этим разобраться. — сказала она как ни в чем не бывало, глядя на него с улыбкой. — Выходи и надевай штаны, чтобы мы могли начать.       Он с ворчанием выпрыгнул из воды, Рена, пребывающая в блаженном неведении о его наготе, просто протянула полотенце, чтобы он вытерся. Она тихонько напевала свою обычную мелодию, пока он вытирался и, схватив чистую пару черных шароваров, свободно закрепил их вокруг талии своим любимым золотым тиккой. К тому времени она закончила свою подготовительную работу и терпеливо сидела на маленькой подушке, скрестив ноги перед собой, другая подушка, более пушистая, лежала прямо перед ней. — Присядь.       Он плюхнулся перед ней спиной и смотрел на воду, пока ее руки, смазанные теплым маслом, растирали больную спину и плечи. Мозенрат не мог удержаться от легкого стона удовольствия, когда ее пальцы нажимали как раз на нужное место. — Мм... вот здесь...       — Я же говорила. Ты слишком много работал над своими планами. Тебе нужно время от времени делать перерыв. — тихо сказала она ему на ухо, сильно надавливая большим пальцем на больное место, отчего он слегка зашипел. — Вот это место? Ничего, кроме боли, и этого ОГРОМНОГО стресса.         — Чтобы править миром, нужно многим жертвовать. — проворчал он, оглядываясь на нее, чтобы показать, что все еще смотрит исподлобья.       — Просто кажется, что одному человеку слишком сложно управлять ЦЕЛЫМ миром. Почему ты вообще хочешь им править?       — Потому что я хочу всё изменить.       Рена вздохнула, ее дыхание щекотало ему затылок. — Так какую страну ты бы захватил в первую очередь?       Он на мгновение замолчал. — Бронзовый город.       Рена ошеломленно замерла. Она ожидала, что он скажет "Аграба". — Почему этот?       — Потому что ему больше всего нужно новое руководство.       Рена продолжала массировать его мышцы и упираться пальцами в бока, пока он внезапно не вздрогнул. Она тут же убрала руки, думая, что, возможно, сделала синяк или что-то в этом роде. — Прости, я причинила тебе боль?       Молодой человек, сидевший перед ней, выпрямился и скорчил гримасу — Нет, не в этом дело.       — Тогда почему ты... — голос затих, когда ее осенила мысль. Очень осторожно она опустила руку и провела по тому же месту, на этот раз слегка. Он вздрогнул вдвое сильнее и оттолкнул ее руку. Одного выражения его лица было достаточным подтверждением. — Ты боишься щекотки!       — Не глупи, — предупредил он, переместившись на своем месте так, чтобы быть подальше от нее. — Я не боюсь щекотки.       — Правда? Интересно, на другую сторону будет такая же реакция...? — поддразнила она, проводя пальцами по зеркальному участку чуть ниже его ребер, хихикая, когда он снова дернулся. — Так и есть!       Мозенрат обернулся и взял ее за руки, одарив взглядом, который мог остановить песчаную бурю. — Позволь мне прояснить. Я. Не. Боюсь щекотки. Ты понимаешь?       — Почему бы и нет? Мило, что ты боишься щекотки. Это делает тебя более... — ее слова затихли.       — Каким?       Щеки шатенки на мгновение покраснели, и она чуть было не отвела от него взгляд, но передумала. С трудом сглотнув, ответила. — Более человечным.       Сквозь стиснутые зубы он отпустил ее руки и снова повернулся к ней спиной. — Просто закончи с этим чертовым массажем.       На этот раз мягче, она молча закончила растирать ему спину, избегая щекотных мест, прежде чем похлопать его по плечу, давая понять, что закончила. — Повернись ко мне лицом.       Он уставился на нее.       — Пожалуйста.       Со вздохом он повернулся, сердито глядя на нее сверху вниз, как стервятник. — И что теперь?       Рена протянула руки. — Дай мне посмотреть на твою левую руку.       Его темные глаза с любопытством посмотрели на нее, когда он вложил свою левую руку в ее теплые ладони. Она сжала и обхватила пальцами его запястье и ладонь, покручивая и оттягивая каждый из пальцев, пока они не расслабились, прежде чем она осторожно опустила их. —  Теперь я сменю повязки на другой.       — Я могу сделать это сам. — решительно сказал он, наблюдая, как служанка просто пожала плечами и протянула руки в ожидании. Разочарованно вздохнув, юноша вложил свою костлявую руку в ее, молча наблюдая, как она взяла полоски марли и начала бинтовать руку, начиная с того места, где плоть соединялась с костью. — Ты больше не боишься моей руки, не так ли?       Рена покачала головой. — Я привыкла к этому виду. В конце концов, это всего лишь рука. Она не такая уж и страшная. — девушка улыбнулась ему, поднимаясь по его плечу и, наконец, обвивая шею. Закончив, Рена дотронулась до его руки, отметив, что локтевые суставы наконец очистились от гнили и теперь были такими же костлявыми, как и вся остальная рука. Она осторожно дотронулась до юноши. — Становится хуже, не так ли? Оно дошло почти до плеча.       — За всякое волшебство приходится чем-то жертвовать. Это цена, которую я решил заплатить. Мозенрат сказал торжественно, в его глазах была решимость. Рена несколько мгновений выдерживала его взгляд, пока не решилась сказать — Хотелось бы, чтобы был другой способ.       Темные глаза сузились, когда он поднялся на ноги. — Его нет. Если бы и был, я бы занялся этим. —колдун сжал руки в кулаки, когда говорил. — Тебе-то какое дело? Я иду спать!       Рена смотрела, как он поспешно схватил свою перчатку и вышел, топая босыми ногами по коридору. Она вздохнула, поднялась на ноги и сняла одежду, теперь ее очередь принимать ванну. Произнеся про себя молитву о помощи своему хозяину, прежде чем погрузиться в теплую воду.