Глава 37: Завуалированные извинения

      Вооруженная охрана препроводила Рену и Мозенрата в одну из самых экстравагантных спален деревянного дворца. Когда-то это, скорее всего, была каюта капитана корабля, так как многие поверхности были отполированы и украшены ручной резьбой, и даже два иллюминатора все еще были застеклены, но теперь это больше походило на тюрьму, чем на место отдыха.              Когда они вошли, один из стражников вырвал из рук Рены окровавленную слезу луны, сказав, что она получит ее обратно, как только бой закончится, скорее всего, в качестве свадебного подарка от принца. Что касается Мозенрата, то юноша с бледным лицом вел себя на удивление тихо на протяжении всего пути по коридорам и в комнате, по крайней мере, до тех пор, пока дверь не закрылась снаружи.              — Отлично! Просто отлично! — он накричал на нее. — Посмотри, во что ты нас теперь втянула!              — О, нет, ты не смеешь! — в одно мгновение она оказалась перед ним и прямо перед лицом, что застало его врасплох. — Ты БОЛЬШЕ НЕ БУДЕШЬ вешать это на меня! В прошлый раз я с горем пополам проглотила твои претензии из-за того, что я соблазняла мужчин, потому что ты был пьян, но, черт возьми, я не собираюсь терпеть это сейчас! —  девушка ткнула его в голую грудь, слегка отбросив назад по воде. — ТЫ был тем, кто посоветовал мне пофлиртовать и использовать свои ‘женские штучки’, чтобы достать тебе слезу луны. ТЫ тот, кто втянул меня в буквальные отношения с принцем и начал все это. Это ТЫ сказал мне идти ва-банк, иначе ты отменяешь заклинание и просто даешь мне сдохнуть здесь, и, клянусь Аллахом, я не позволю тебе запугивать меня, заставляя думать, что это НЕ ТВОЯ ВИНА! Выполнять твои поручения, составлять каталог в библиотеке и готовить еду - это одно, но я не какая-то шлюха, которую ты можешь напрягать, чтобы получить то, что хочешь, так что перестань пытаться использовать меня как последнюю девку, а потом злиться, когда другие мужчины действительно начинают в меня влюбляться! Так что просто завались и перестань скулить, как какой-нибудь больной щенок, и веди себя для разнообразия как МУЖЧИНА! ТЫ втянул меня в это, так что вытаскивай нас отсюда!              К тому времени ее зрение было мутным из-за слез, поэтому она не могла видеть выражение его лица, и, честно говоря, ей было все равно, разозлился он или нет. В голове у нее все еще было немного туманно, когда она отплыла от него и села на край кровати, отвернувшись от парня и прижимая к себе поврежденную руку, в то время как ее плечо сотрясалось от рыданий. В комнате долгое время стояла тишина, за исключением звуков ее плача. Она не знала, плавает ли он все еще там или уже переместился, но опять же, швы на одеяле под ней были интереснее, чем то, что, черт возьми, он делал.              На мгновение Рена услышала, как он щелкает и подплывает где-то слева от нее, прежде чем почувствовала, что место рядом с ней немного опустилось, когда он сел рядом. — Повернись. — скомандовал он.              — Нет. — шатенка огрызнулась в ответ, еще глубже уйдя в себя. Он остановил ее, положив руку в перчатке ей на плечо, и развернул лицом к себе.              — Дай мне свою руку. — сказал он, протягивая к ней руку, которую она снова отдернула твердым ‘нет’. Колдун зарычал и схватил ее за запястье, левой рукой дернув ее конечность вперед, а правой отбросив ее слабые попытки остановить его. — Дай мне посмотреть, Рена.              При звуке своего имени она перестала сопротивляться. Для него было редкостью произносить ее имя, и тон, которым он это произнес, звучал почти... обеспокоенно. Она осторожно разжала пальцы, чтобы показать свою окровавленную ладонь, на которой виднелся большой порез в форме полумесяца, пересекающий ее нежную плоть. Русалка зашипела, когда он осторожно прикоснулся к ней, и шершавая ткань его перчатки причинила ей боль. Юноша мгновенно отстранился и пробормотал слово, которое она не слышала из его уст с того дня в ванной, когда он чуть не убил ее.              — Извини. — пробормотал он себе под нос, потянулся за полосой бинта, которую раздобыл в смежной ванной, и начал медленно перевязывать рану, стараясь, чтобы бинт был плотным, но не слишком тугим.              — Что ты сказал? — спросила она, вытирая слезы свободной рукой, все еще слегка шмыгая носом.              — Я не собираюсь повторяться, Рена. — сказал он предупреждающим тоном, сосредоточившись на своей работе. Колдун завязал маленький узелок на тыльной стороне ее руки, его движения, наконец, стали спокойными. Он не смотрел ей в глаза, но сделал нечто такое, что чуть не выбило из колеи. Он поднес ее ладонь к губам и поцеловал рану почти по-матерински.              Ее сердце внезапно сделало сальто назад вместе с желудком. Он на самом деле проявлял...заботу! Мозенрата никогда ничего не ЗАБОТИЛО, кроме своей перчатки, своей лаборатории и иногда Ксеркса. Он никогда…Я имею в виду, зачем ему...тьфу, у нее начала болеть голова.              Они сидели так несколько секунд, он держал ее поврежденную руку в своей, прежде чем ее пальцы начали зудеть и покалывать, им нужно было пошевелиться, прежде чем они онемеют. Она прочистила горло— Так что, по-твоему, произойдет завтра?              — Скорее всего, испытание боем. Старус известен своим мастерством владения копьем и мечом. Мозенрат отпустил ее руку и отвернулся, глядя в окно на синеву океана. — Излишне говорить, что это будет битва не на жизнь, а на смерть.              — На смерть? — пискнула девушка, с трудом сглотнув. — Конечно, он не стал бы...              — Русалки очень территориальные по отношению к любой самке, которую они выбрали в качестве своей пары. Они убьют любого самца, который подойдет слишком близко к их избраннице, чтобы ей было комфортно. Вот почему русалок больше, чем русалов, в соотношении 3 к 1. — Он говорил будничным тоном, как будто повторял что-то, о чем прочитал в книге, выражение его лица было скучающим с оттенком раздражения. Юноша раздраженно вздохнул и плюхнулся обратно на кровать, уставившись в потолок. — Думаю, мне просто придется убить принца.              Рена посмотрела на него сверху вниз, наблюдая, как он закинул руки за голову и закрыл глаза. На самом деле она не заметила, насколько измученным он выглядел. — Разве ты не можешь просто...смертельно ранить вместо этого? Как насчет использования магии, чтобы воспользоваться преимуществом?              Он открыл один глаз и секунду смотрел на нее, прежде чем снова закрыть его. — По той же причине, по которой я не использовал магию, чтобы просто украсть слезу луны и забрать нас домой, как только она попадет к тебе в руки. По всему дворцу установлены магические барьеры, которые не позволяют мне выполнять даже простые трюки, такие как исцеление твоей руки. Теперь это просто игра в ожидание выхода на арену и нахождения идеального момента для атаки.              Она посмотрела на него сверху вниз, наблюдая, как он медленно вдыхает и выдыхает воду вокруг них. Несмотря на изменения, похожие на жабры, которые она заметила у него за ушами, его грудь все еще поднималась и опускалась, как будто он вдыхал воздух. То неясное чувство, которое бродило где-то в глубине ее сознания, начало раздражающе жужжать, как комар, летающий у нее над головой. — Ты думаешь, что сможешь победить его?              Некоторое время он ничего не говорил. — А ты хочешь, чтобы я победил?              Вопрос удивил ее. Она немного приподнялась, чтобы посмотреть на выражение его лица. — Что ты имеешь в виду, хочу ли я, чтобы ты победил? Конечно, хочу!              Его темные глаза встретились с ее карамельно-карими. — Если я умру, ты будешь освобождена от моей службы и сможешь идти, куда захочешь. Я знаю, что Салазар был бы более чем счастлив взять тебя под свою опеку и...ой! — Он отпрянул от нее, отдернув руку от того места, где она ущипнула его, и сел. — Для чего это было?              — Позволь мне прояснить одну вещь, Мозенрат. Ты ужасный человек. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой. Но я также знаю причину твоего поведения. И, несмотря на это, и на все твои многочисленные, многочисленные недостатки, мне по какой-то причине не очень нравится мысль о твоей смерти. — Ее взгляд немного смягчился, только в уголках ее глаз, когда она немного наклонилась к нему, отчего жужжание стало чуть громче, а кончики ее пальцев начали зудеть. — Итак, сделай мне одолжение и не умирай завтра. Хорошо?              Парень скорчил раздраженную гримасу. Он взял ее за запястье и притянул к себе, приподняв ее подбородок так, что ее губы оказались на расстоянии дуновения от её, темные пустые глаза смотрели в ее карамельные. — Не утверждай, что знаешь меня так хорошо, женщина. Я не какой-то банальный плохой парень, у которого все мягко внутри, как ты слышишь в сказках на рынке. Если бы твоя смерть стояла между правлением миром или нет, я бы убил тебя в мгновение ока, не задумываясь.              Рена стояла там, глядя на него снизу вверх, слыша грохот собственного сердцебиения в ушах, и моргала, глядя на него. Она легко высвободила руку из его хватки на своем запястье, вложив забинтованную ладонь в его ладонь в перчатке, почувствовав покалывание магии в пальцах. То знакомое чувство чего-то, сжимающего ее сердце, как нить, тянущее ее к нему, вернулось, и она без сомнения знала.              Он лгал.              Она наклонилась и преодолела разделявшее их пространство, прижимаясь губами к его губам. Они были теплыми и мягкими, но требовательными, как в ту первую ночь, когда они поцеловались. Его рука обвилась вокруг ее талии, в то время как ее пальцы переплелись с пальцами в перчатке, она закрыла глаза, и с ее губ сорвался слабый стон. Его левая рука скользнула вверх по ее коже, в то время как его рот нащупал сильно бьющийся пульс на ключице и прикусил ее так сильно, что у нее перехватило дыхание. Это проклятое жужжание было единственным, что она, казалось, слышала, кроме того, что кровь приливала от головы к низу живота. В глубине ее сознания мелькнула слабая мысль о том, как они сделают это в такой форме, но, когда он начал посасывать это место, в голове у нее снова стало пусто.              Это ощущение магии, от которого ее ладонь снова покалывает, змеей пробираясь по кровотоку к сердцу, почти сбивая дыхание, когда она открыла глаза, чтобы заглянуть в его, пока стук в дверь не разнял их, и охранник не прокричал через дверь предупреждение, что если они попытаются использовать магию еще раз, в битве на следующий день не будет необходимости, они оба будут казнены на месте за использование магии без строгого разрешения королевы.              Рена слезла с его колен, отплыла на некоторое расстояние, прежде чем, извинившись, направиться в туалет, закрыв за собой дверь. Она нерешительно посмотрела на повязку на своей руке, немного заглянула под нее и обнаружила, что порез теперь полностью зажил. Он сделал это специально, или это как-то связано с тем чувством, которое она испытывала, когда была с ним вот так? Шатенка посмотрела в зеркало на свое отражение, которое выглядело таким же потерянным, как и она. Что делать девушке? Должно быть, это из-за феромонов, о которых он говорил. Рыбы просто становятся слишком возбужденными, что вредит им самим.