Глава 4. «Детский лагерь»

На телефоне заиграло «Back in Black»*, а это значило, что на часах семь тридцать утра и пора вставать. Лера любила вставать под хард-рок, потому что резкие удары в барабаны и передёргивание струн электрогитары было единственным, что способно прорваться сквозь сон и разбудить её. Еле разлепив глаза и выключив будильник, девушка взвыла в подушку, желая поспать подольше. Она быстро натянула на себя спортивные штаны, футболку, наспех умылась в ванной комнате. К семи она была уже в общем зале этажа, где стоял полусонный Данил после ночного дозора. — Пост сдал, — он протянул ей свою ладонь, зевая. — Пост принял, — смачно ударив по его руке своей, таким же протяжным зевком ответила она. Данил отправился будить мужскую часть комнат, а Лера — женскую. Несмотря на то, что сразу после напарник отправится отсыпаться, девушка ему не завидовала: смену на ночном дозоре она ненавидела больше ранних подъёмов. Когда весь отряд был собран, к восьми тридцати они вялым строем пошли на общую площадь «Чайки» на зарядку. Это единственное время в дне, когда за спиной вожатая не слышала разговоров, потому что большинство «орлят» не желало разговаривать с утра пораньше. Под детские песни по типу «Барбариков» они выполняли упражнения для разминки, повторяя за ведущим. Лера любила в этот момент наблюдать за детьми: у всех, как у одного, чётко читалось желание скорее убиться, чем корчить довольное лицо и активно двигать конечностями. На завтрак дали рисовую кашу на молоке, которую Лера терпеть не могла в детстве, потому что по структуре она напоминала ей сопли или склизких личинок. Пожалуй, только здесь, в лагере, девушка смогла оценить это блюдо по достоинству: местные поварихи творили чудеса. Дети же их старания не оценивали, поэтому приходилось их пугать, что они рискуют остаться без дальнейшей еды на день. После этого пустые тарелки чуть ли не блестели. После завтрака они направились играть в вышибалы на спортивной площадке. Не все были довольны этим решением, а потому кто-то разбрёлся по территории, чтобы присоединиться к более интересным активностям других отрядов, по мастер-классам или просто заниматься своими делами. Вика, например, выбрала посидеть на скамейке рядом с вожатой, не желая портить маникюр. Но Лера понимала истинную причину: девочка просто боится. В прошлый раз ей прилетело в живот с такой силой, что её пришлось вести в медпункт. Мальчики играли не на жизнь, а на смерть. Просто не могли себе позволить проиграть команде девочек. — Да мы просто поддавались, чтобы вы не хныкали, — оправдывались они после очередного проигрыша. После обеда по расписанию шёл тихий час. Первое время подростки много плакались, что они не в детском саду, чтобы спать в это время. К середине смены они, наконец, смирились, и без лишних вопросов расходились по своим комнатам. Лера листала ленту в телефоне, сидя в общей комнате, когда к ней вышел Данил. Он поспал всего несколько часов, но, на удивление, выглядел вполне бодрым. — Ты сегодня рано, — улыбаясь, заметила Лера. После ночного дозора они обычно встают не раньше, чем дети после тихого часа. — Я почти выспался. Солнце из окна прям в глаза светит, невозможно спать. А у вас как дела? — Ничего интересного. Играли в вышибалы. Вика играть отказалась на этот раз, кстати. Поэтому я почти час слушала эпопею о том, как же хороши «олимпийцы». Они опять маршировали в зоне «Зари». — Ты с ней не согласна? — А должна? У этих щенков ещё молоко на губах не обсохло. Куда уж им до меня. — Я бы поспорил, кто до кого не дорос, — усмехнулся он. — Ты обещал так не шутить! — она легонько толкнула его в плечо. — Прости, не удержался. Только не дуйся, — Данил сел рядом и начал играться с её ладонью, подбрасывая лёгким шлепком. — Пойдёте сегодня на летнюю эстраду? — Конечно. Концерт уже на носу, Вика очень хочет отрепетировать танец на сцене. Ты, вроде, помочь там с оборудованием хотел? — Да, скоро пойду. Сбегаю перекусить и пойду. Вдруг их внимание привлёк активный шёпот в женской половине комнат. Вожатые переглянулись меж собой, почти бесшумно встали со стульев и начали красться ко входу. Как только они подошли, из проёма выглянула голова одной из девочек — Светы. — Ой… — произнесла она, заметив вожатых. — А кто это не спит?! — Лера в недовольстве сложила руки в боки. Заглянула за проём — помимо Светы там стояли ещё Даша и Мила, которым теперь было не до шуток. — Валерия Валерьевна, только не ругайтесь! Мы просто хотели попить воды, но вы с Данилом Викторовичем так мило болтали, что мы постеснялись вас отвлекать, — начала оправдываться Мила. Лера сложила руки на груди, переглянувшись с Данилом. Между ними завязался немой разговор: — Верим? — вскинув бровь как бы спросила Лера. — Ну, конечно, нет, — молча покачал головой Данил. «Света и компания» прослыли в отряде теми ещё сплетницами. Именно они пустили слух о том, что вожатые встречаются. Им, разумеется, мало кто поверил, поэтому они только и делали, что искали доказательства своим выдумкам. — Идите, пейте свою воду, — вздохнула Лера. — Но чтобы потом спали, как миленькие! После полдника, где дали тёплое молоко и овсяные печенья, отряд отправился на летнюю эстраду. Она представляла собой большую сцену под открытым шатром. Напротив полукругом в несколько рядов были скамейки для публики. — Встаньте по своим местам. Я вас красиво расставлю по сцене, — скомандовала Вика. Ребята тут же стали расползаться по всей ширине сцены. Им порядком надоел этот танец и они всякий раз кривили лица, когда слышали песню. Вике было важно, чтобы всё было идеально: каждое движение синхронно и красиво. Хореографом она была требовательным и строгим. — Чем заняты? — Лера прошла к будке звукооператора. Данил что-то упорно настраивал на ноутбуке. Девушка хотела было приземлиться на раскладной стул рядом, но… — Нет, стой..! — резко начал Данил, но было поздно: Лера уже свалилась с неустойчивого стула на землю. — Твою мать, — тихо ругнулась она, потирая ушибленное место. Напарник к ней тут же подлетел и помог подняться. — Сильно ушиблась? — обеспокоенно спросил он. — Жить буду. Я же просто упала, — посмеялась Лера. Она оттряхивала штаны от пыли, пока Данил возвращался на своё место. — Качаю музыку для концерта. Лера заглянула в ноутбук через его плечо, наклонившись. Незаметно для самой себя задержала дыхание, трепетно ровняясь с ним головой. — И как успехи? — Интернет здесь просто дохлый. У нас в корпусе вроде получше ловит, поэтому я, скорее всего, уйду с вами. Ноутбук возьму с собой. — А кто будет за порядком здесь следить? — Лера выпрямилась. — Я здесь не для этого, — Данил откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Всё оборудование мы уже перенесли, расставлять будем послезавтра, в день концерта. — Данил Викторович, а можно включить музыку из колонок? — прокричала Вика со сцены. Вожатый в ответ отрицательно покачал головой. Девочка недовольно взвыла, а после скомандовала: — Давайте ещё раз под счёт: раз-два, три-четыре… — Ты ещё не скачал нашу музыку? — поинтересовалась Лера. — Первым делом. Нам просто запретили включать музыку с колонок для репетиций. — Да Света! Сколько можно? Неужели так сложно запомнить? На «пять» нога уходит вправо, а на «шесть» — разворот. Не тупи! — недовольно высказывала девочка. — Вика! — сделала замечание вожатая. — Ну что..? — провыла она. — Кажется, у тебя появился конкурент, командирша, — посмеялся Данил. Лера смерила его упрекающим взглядом, но губы растянулись в улыбке. Она посмотрела на «орлят», чьи лица за эти две недели стали почти родными. Такие разные, но всё же такие одинаковые… Подростки. Она переживала за них все взлёты и падения, осознала, как быстро пролетела половина смены. Впереди ещё столько же и так хотелось, чтобы эти дни тянулись как можно дольше. В «Чайке» она словно проживала отдельную жизнь, трудную, но вместе с этим такую увлекательную и полную. Лера вдруг поймала себя на мысли, что этот лагерь и эти дети стали ей дороже всего на свете. *«Back in black» — песня группы AC/DC в жанре хард-рок.