Попробуй рассказать про Ваху всего за четыре часа...

— …Нет, Люсь, клон — это клон, а конструкт — это конструкт. Пример сидит слева от меня. — И почему ж я конструкт, «Пьер»? Или мне и впрямь стоит звать тебя по имени Звёздного Бога того короля мёртвых? — О-о, ну уж нет, точно нет, майор. Я больше похож на старую лысую мартышку. — О-о, ну уж нет. Ты на него похож в самую последнюю очередь. А вот на Обманщика, о котором сам же и рассказал… В таком, знаешь ли, самодовольном тоне… — А разве Лысая Мартышка не была похожа на Посланника? — Нет. Хоть он был хитёр, как лис… Чёрт! Пьер, ты — читер. — Разумеется. Игру писали по моим воспоминаниям. Мои же птички. — Вон те два светящихся шарика? — Вон те два светящихся шарика. И третий. В Сети. Я отвлеклась от месива на голографическом экране, проецируемого на стену теми двумя маленькими синими шариками из стекла. — Ты серьёзно? — Блядь, Люсь, не отвлекайся, мне нужен снайпер! Девушка из Сети спокойно добавила: — И меня одной не хватает, девочка. Да блядь, Пьер и так читерит по полной, и он мне ещё тут заявляет, что ему не хватает ассасинши-снайперши? Вернувшись в игру, я продолжила раздавать сильным мобам хэдшоты. Пытаясь при этом поддерживать диалог: — Хватит уже звать меня девочкой, бабуля. Из какого ты вообще года? — Две тысячи сорок пятый. А что? — Да надоело, ты выглядишь моложе меня. Так, стоп, это и есть смысл слова «конструкт»? Пьер ответил, выполнив свой крутой навык, телепортировавшись своим персом в толпу мобов, и толпы не стало: — Да. Она с рождения киборг, и… Майор его одёрнула, прыгнув к сильному врагу и затюкав его своими клинками: — А можно не разглашать мою секретную информацию посторонним лицам? Достаточно уже одной Сциллы. И ты так и не рассказал, откуда ты меня знаешь. Я как следует прицелилась, сработала пассивка виндикара на увеличение урона, и огромного орка вынесло с одного хэдшота. — Мне он тоже не говорил, откуда знает про моё детство и что я была воспитана в Арасаке. Ты, кстати, слышала про эту корпу? — Нет. А должна? — По идее… Пьер провёл эпичное добивание особо сильного космодесантника Хаоса и тут же отхватил выстрел Рыцаря Хаоса по лицу. — Блядь! Люси! Майор! Майор сделала логичное замечание: — А что мы можем сделать этой машине войны? Тут другой такой же нужен… Чёрт. Убил. Я, конечно, пыталась убежать, даже телепнулась с помощью личного телепорта, но этот стальной гигант прицелился именно туда, куда я прыгнула. Взрыв. А мой персонаж явно танком не был. — Сука… Пьер сделал другое замечание: — А ты говорила, я читер. Всё, теперь ждём респаун, девочки… Он отложил контроллер и откинулся на спинку кровати. На голографическом экране посерела картинка, появился таймер… — Охуеть, Пьер, пять минут?! Парень пожал плечами. — Ну да. Люсь, нас трое, у всех троих сто плюс левел, думаешь, легко восстановить все наши данные? — В простой игрушке, восстановленной по твоим воспоминаниям? Пьер перевёл на меня такой многозначительный взгляд… А эта бабуля из сорок пятого… хм, звучит так, будто ей лет двести, а не сто. Она тоже отложила контроллер и настолько же многозначительно посмотрела на Пьера. — Это происходит у него в кармане. Да? Посмотрев на их гляделки, я возмутилась: — Так, ну прекращайте уже! Я до сих пор нихуя не понимаю. Пьер, ты тут столько всякой хрени об этой Вахе рассказал, что у меня мозги поплыли, и ничего внятного я не услышала. А теперь вы тут со Сциллой переглядываетесь, как будто мысли друг друга читаете, мы все втроём с твоей подачи играем в это старьё, а ты… Блядь… Раньше я не сталкивалась с его глазами вот так. Он заткнул меня одним взглядом. Я… я не смогла долго смотреть в эти стальные очи. Отвела свои глаза. — …Прости. Просто… бесит уже. Эти твои недомолвки. Вот я и… взорвалась. Почти. И он начал говорить своим нервирующим спокойным тоном: — Конструкт — означает, что физическая форма сущности создана искусственно. Да, она может напоминать человеческое тело. На сколь угодно глубоком уровне. Но всё равно останется искусственной. Нет, я не ИИ, Люси. Просто… Он опять перевёл взгляд на Сциллу. Указал на неё ладонью. А до меня вдруг дошло… Это её портрет висел на двери шкафа у него в квартире… — …Вот пример. Единственное, что в ней есть родного — её мозг. Всё остальное с рождения — механизм. Однако! Пьер предупредительно поднял палец. — Она — больше человек, чем я, поскольку МОЯ физическая форма была создана заново с нуля. И мой разум был вселён в это тело только после того, как моя структура была завершена. Тебе явно незнакома технология, с помощью которой можно сотворить конструкт, настолько близкий по своему устройству к человеческому организму, что его почти не отличить от настоящего. Нет, это не клонирование. Не выращивание в пробирке. Это… атомарная сборка, близкая к нанотехнологии. Я не пытаюсь тебя обмануть или надурить, Люси. Я пытаюсь сказать тебе правду так, чтобы она была тебе понятна. Он показал мне свои часы. — Помнишь их? Я кивнула. — Помню. Твой ручной суперкомпьютер. — Именно. Теперь вопрос к Сцилле… Мисс робот слегка изогнула бровь, а он задал свой вопрос: — …Если я скажу тебе, что мои часы — это квантовая линза для фокусировки моих мысленных импульсов в явления, близкие к реальной магии, ты мне поверишь? Сцилла задумалась. И это её задумчивое лицо было лучшим ответом на его вопрос. Равно как и на мой. Его слова звучали, как бред, но… речь Маки про его «колдовство»… то, что он показал мне в локальной виртуалке в Сети… и все эти его слова про магию… Сцилла как будто реально поверила ему. Ну, у меня тоже были догадки, что Пьер не врёт насчёт своих фокусов, но… Чтоб это реально была магия? Или он реально верит в то, что говорит. В то, что его крутые часы реально творят магию. Хотя я уже заметила следы взлома в своих прогах. Например, в языковой. Мы все сейчас активно болтали на русском, причём без единого намёка на акцент, и не обращали внимания, что нет субтитров перед глазами. И в куче других программ я видела его следы. Практически незаметные следы, как раз-таки свойственные суперскому ИИ. Настолько суперскому, что даже сейчас он может тупо проецировать свою иллюзию мне же в кибер-оптику. И эти его аллегории на конструкт. Он не киборг. Абсолютно нет. Я бы знала… Он перевёл взгляд на меня, опустив руку с часами. — Думаешь, я всё равно вру. — Или веришь в то, что говоришь. Прости, но говоришь ты полную херню. — Ёбнутый на голову человек может на серьёзных щах говорить любую херню на правах безумца. Держи это в уме и думай, что я просто ебанутый, и всё будет работать. Сцилла вдруг уточнила: — Прямо как в прошлом мире? Где ты собрал птиц, Симурана и тот самолёт с пространственным движком? Пьер как-то странно на неё взглянул. Выдержал театральную паузу, как он это умел. Затем сказал: — Будь у Нэфта язык и жопа, я, бля буду, я бы наплевал на то, что он всемогущ, я бы заебался, но оторвал бы ему его длинный язык и засунул бы ему в задницу. Жаль, что у него эта задница блестящая и металлическая… Дверь в комнату приоткрылась, показав всем нам металлическую рожу с зелёными окулярами. Лица как такового у него не было, но я была готова поклясться, что он был слегка удивлён речёвкой Пьера. — …Что? Раздался скрипучий голос: — Сам пизди поменьше. Дверь столь же медленно закрылась обратно. Пьер брякнул: — Завидую этой металлической скотине… Встряхнул головой и посмотрел на нас. — …Так, на чём мы остановились? Сцилла ровно переспросила: — На месте, где ты собирался рассказать про птиц и прочих своих летающих машинах. — Ага, но, если я сейчас про них продолжу, Люси опять скажет, что я несу херню. — Ты обиделся? — Немного… Я поморщилась. — Пьер, я же извинилась. Да и потом, я собиралась попросить тебя научить меня защищаться от взлома. Ты ж обещал. Сцилла удивилась, глянула на меня, потом на него. Он в этот момент сделал то же самое. Опять эти их телепатические гляделки… — Нет, Люсь, я не читаю её мысли. — Ага, зато мои — спокойно… — У тебя на лице всё написано. Но да. Я обещал. Просто совсем не ждал, что ты… согласишься. Мне почему-то стало смешно показалось, что губы сами сложились в глупую улыбку: — Это ещё почему? — Профессиональная паранойя. И-и… я тебя предупреждал, что тут не всё так просто. Я тут же вспомнила то, что он говорил мне в той виртуалке на границе Старой и Новой Сети. И сопоставила с тем, что он сказал сейчас про «искусственное вместилище духа». Сразу же предупредительно подняла руки. — Так, стоп-стоп-стоп… Неужели ты хочешь сказать… Мои глаза сами переместились на леди робота. — …Что можешь сделать мне такое же тело, как у неё? Пьер сразу же уточнил: — Это не означает, что я этого хочу. Люсь, я такое буду делать в первый раз, а у тебя в теле куда больше мясных запчастей, и велик риск, что я ошибусь, и твои импланты дадут какой-нибудь критический сбой. А я не хочу рисковать твоим здоровьем и жизнью. Не успела я сказать, что добровольно согласилась, как он добавил ещё: — Даже учитывая, что ты — доброволец. Особенно учитывая, что ты — доброволец. И, опять, не успела я что-то возразить, как Сцилла меня перебила: — Ты испытываешь к ней сильную симпатию, а меня очень хочешь отправить домой, к МОИМ спятившим искусственным интеллектам, захватившими власть над моим миром. Хотя Нэфт-Хотеп говорил, что симпатию ты испытываешь и ко мне. И что ты искал меня здесь, хотя догадывался, что это не тот мир, в котором есть я… Она кивнула на меня. — …Потому что ты волновался за неё. И ты был прав, говоря, что я бы недолго думала, чтоб согласиться тебе помочь в местной Сети. Моих навыков с лёгкостью бы хватило на поиск и локализацию всех твоих потерянных творений. Я не понимаю, почему ты сейчас кардинально поменял своё мнение. Пьер изогнул бровь. — Не поменял. Я всё так же боюсь за Люси и всё так же испытываю симпатию к тебе. Однако именно ты сейчас — оплот логики в этом безумном городе и, надеюсь, именно с тобой я могу разговаривать, как машина с машиной, а не как человек с человеком. — Тогда почему ты хочешь отправить меня назад? — Тебя здесь быть не должно. Просто. — Объясни. — Миры не должны соприкасаться, когда это не указано прямо.* — Где указано? — Не могу сказать. Прости, но правда не могу. Надеюсь, ты поймёшь… особенно учитывая, что ты определённо играла с некроном в ЕГО шахматы. Мисс робот замолчала. Ага… значит, мне не приснилось… Но, пожалуй, пока стоит просто послушать. А то со мной Пьер, как машина с машиной, не разговаривал… Вот он и продолжил: — Итак, почему тебя это так тревожит, майор? Тебе совсем не хочется обратно? Она слегка пришла в себя: — Честно? Один А восемьдесят четыре. Его одного хватает за глаза. Пьер медленно кивнул. — Угу… Но, ты почему-то думаешь, что в точно таком же мире совершенно точно нет спятивших ИИ, хотя один такой пригласил тебя в свою игру вчера ночью. Или ты готова после такого сказать, что он — не ИИ? Кстати, он не говорил, сколько у него миров в кармане? — Скопление в сорок три звёздные системы со всеми планетами, имперскими войсками, его войсками, орочьим вааагх, подразделением титанов, космическим флотом эксплораторов, его флотом и рейдерской группой друкхари… У-у-у… лицо Пьера просто окаменело. Не, оно не изменилось, оно осталось таким же холодным, но… это чувство, отразившееся в его глазах… Если бы я его не знала, то сказала бы, что это самый настоящий страх. В дверь вдруг постучали. Мы все обернулись. Железяка снова приоткрыла дверь, смерила нас троих своим зелёным светящимся окуляром и отсалютовал двумя сложенными пальцами. Скрылся опять. Сцилла добавила: — …А ещё он просил передать тебе, что всё это находится в стазис-поле. Причём в несколько слоёв. Под остановкой времени. И перемоткой времени, если кто там соберётся поубивать друг друга. Причём перемотка — уже не его… технология. Большего сказать не могу, уж извини. Пьер со всё таким же лицом кивнул: — О, и этого уже много, благодарю. — Да, но ты же и так всё это предполагал. — Ох, если бы только это, майор… Если бы только это… Он слегка качнул головой, коротко вздохнул и улыбнулся ей немного. — Значит, ты остаёшься здесь. Настолько надолго, насколько захочешь. Правда, увы, это не означает, что ты будешь в списке.* А она отзеркалила ему эту улыбку. — Не страшно. Могу я попросить тебя звать меня по имени? — Можешь, Мотоко. Кстати, тебя не смущает фамильярность? — Вовсе нет. Скорее наоборот, твоё милитаристское обращение ко мне по званию и… моему старому псевдониму… смущало меня больше. Я… несколько не привыкла, что моя секретная информация настолько доступна кому-то. Вот теперь промолчал сам Пьер. Я сдержала свою реплику. Дожадалась его следующей: — Принято, Мотоко. И только сейчас он посмотрел на неё, как смотрел на меня, а не как… на помеху в каких-то своих планах. Она ему тоже улыбнулась. По-дружески. Он глянул на меня. — Ну, а что до протокола «Телепатия», Люси… Я не могу заставить себя рискнуть тобой, особенно когда ты вот так запросто решилась переступить через себя и помочь нам с Маки найти хоть кого-то из птиц. — Пьер, ты обещал… — И тебе плевать на риск? Не осознаёшь, насколько он высок? Мотоко вдруг предложила: — Проведи это обновление со мной. Обеспокоенный взор этого странного парня переместился на неё. Мисс робот пожала плечами. — Мне не привыкать к тех-обслуживанию подобного уровня. Пьер её поправил: — Речь идёт не о физической замене твоих запчастей, Мотоко Кусанаги, не о калибровке уже имеющихся комплекутющих и не о настройке твоего кибермозга. Речь о молекулярном преобразовании физической формы из металлической в белковую. С соответствующими последствиями в виде всех проблем мясных мешков и лысых обезьян. И, надо сказать, круто так поправил. Лично мне кажется, что это тоже звучало, как бред, типа реальной магии, но… но Мотоко выглядела задумчиво. А я решила слегка возразить: — А конкретно тебя с Маки я бы не назвала слабыми или медленными. Хотя вы точно не киборги, иначе я бы знала. Посмотрела на майора. — Мотоко, ты уже видела записи их налётов на местных бандитов? — Нет. А есть на что посмотреть? Я молча переслала ей видео-файл, скопированный из Сети. Нарезка удачных кадров, пусть и не в лучшем качестве, как Маки легко и непринуждённо шинковала банды своими страшными саблями. Потом другой, где мистер Пафос с покер-фейсом раздаёт хэдшоты из своего монструозного револьвера и идёт по «полю боя», как будто по реке в байдарке плывёт. Пару минут бабуля втыкала в эти видосы, затем вопросительно посмотрела на Пьера. Я и сама глянула в последнее видео. О, точно, на этой записи Пьер активно читерил в реальном мире. Мне пришлось даже подрубить свои проги для прогона записи в слоу-мо. Пьер там шёл и шёл промеж трассирующих пуль, ни под одну не попадая. Один раз вполне эпично наклонил голову, пропустив мимо уха большой такой болт из гаусс-винтовки. А потом вдруг просто пропал и появился в другом месте, а в кадре взорвалась граната в ту же долю секунды. Не-не-не, то есть, там уже начиналась вспышка, а Пьер почему-то не видел этого взрыва, но… Он просто пропал. А потом появился в другом месте. И у него светились часы. Бабуля-робот с таким же задумчивым лицом опустила взгляд на эти самые часы в реале. — Молекулярное… преобразование… Металл в углеродные соединения… Квантовая линза… Механические глаза поднялись обратно к лицу странного парня. Возникла пауза. Она попросила: — Можешь продемонстрировать? Немного. На время. Пробный эксперимент. Чтобы иметь хоть какую-то практику в молекулярном преобразовании простых соединений в сложные. А я… хочу убедиться, что ни фаэрон, ни ты мне не солгали. Просто… он назвал это технологией, использующей магию. В слегка уничижительном смысле. Пьер усмехнулся этим словам и пододвинулся к ней. Протянул правую руку. — Раз просишь, то дай мне руку. Продемонстрирую на ней. Потом верну всё обратно. Мотоко с готовностью дала ему свою руку. Парень тихо вздохнул, взял её ладонь, поднял левую руку, сжав кулак. Часы засветились. Он выпустил ладонь Мотоко, поднял над ней свою свободную правую… и синтетическая кожа мисс робота сама собой слезла до локтя, повинуясь движению руки Пьера. У него на лбу выступила испарина, а лицо стало очень сосредоточенным. Он медленно повернул ладонь. Пальцы у него подрагивали. И… я не поверила своим глазам. Металлическая рука девушки в реальном времени начала превращаться в человеческую! Титановая основа постепенно стала похожа на кости, а кибер-мышцы понемногу становились настоящими! Брови Мотоко дрогнули. Она нахмурилась. — Это… больно… — Я не говорил, что это будет приятно. — Я… не знала, что… Ай! — Терпи, Мотоко, сама подписалась на такое, теперь не жалуйся. Она весьма ощутимо зашипела, а преобразуемая в плоть рука сильно напряглась. Девуля конкретно сосредоточилась, чтобы вынести боль, о которой Пьер сообразил предупредить только сейчас. Так, а у меня впервые возникли сомнения о моём добровольном согласии на нечто похожее. И-и… это уже реально походило на магию. Сама не верю, что думаю нечто такое. Но титановые «кости» стали вполне себе настоящими, металлические мышцы всё быстрее становились красными и мясными, и наконец-то с пальцев до локтя наросла кожа. Кстати, довольно хорошая и тоже вполне настоящая. Ни разу не искусственная, как у меня на руках с моно-струной, или на шее и спине. Пьер облегчённо выдохнул и расслабил правую руку. Левую не опустил. Мотоко тоже перестала сосредоточенно терпеть боль. Парень довольно улыбнулся. Майор очень удивлённо смотрела на свою руку. Он тронул её ладонь вновь, но помягче. Погладил по коже. Брови бабули-киборга поползли на лоб. Пьер взглянул ей в глаза. — Ну как? — Как… как… настоящая. — Больше не болит? — Только… в суставе слегка покалывает. Как… металл переходит в плоть. Я вспомнила свою первую кибернетизацию и усмехнулась. — О-о, знакомое чувство. Мотоко сама взялась за руку Пьера, и тот разжал кулак. Часы перестали сиять, по руке мисс робота прошла световая волна, она вздрогнула и с недоумением глянула на свою конечность, ставшую прежней. Поглядев на руку, Мотоко недовольно посмотрела на парня. Он спросил: — Что? Благодушный дружелюбный тон уступил место военному приказному: — Верни сейчас же. — А боль? — Плевать. Верни. Довольное личико Пьера стало серьёзным. — Мотоко. Это не так легко, как тебе кажется. Это очень ресурсозатратно уже для моего тела. Это крайне кропотливая ювелирная работа с объектом размером с человеческое тело. Твоё тело. И либо я делаю его чисто человеческим, обнулив все твои сверхвозможности на данный момент, либо восстанавливаюсь после вчерашнего перенапряжения, собираюсь с силами, раскидываю дела по назначениям, и полностью сосредоточенным принимаюсь за перестройку твоего тела из механического в мясное с сохранением всех сверхвозможностей. Мы с ней спросили хором: — А ты можешь? — А ты можешь? Он слегка возмутился: — Девочки, я только что при вас это сделал… И, глянув на голо-экран, добавил: — …Хугин, Мунин, «Fly with me», пожалуйста. Мы оглянулись, и там заиграла музыка, а на экране вместо интерфейса игры… появилось тридэшное аниме, где странный тридэ-принтер распечатал тело Мотоко! Я скосила глаза на неё же, сидящую прямо рядом со мной. У неё отвисла челюсть. Да и я-то не лучше. Полторы минуты я поражённо внимала древней анимешке, в которой… была Мотоко. Если бы я только что не увидела её руку в реальности, я бы… не знаю… Но вот она, крупным планом на экране! А Пьер при мне эту самую руку из металлической в мясную переделал… Сам… «Магией»… Я сперва отбросила прилетевшую мне в голову догадку, но… на экране совершенно точно была Мотоко. А вдруг… вдруг Пьер знает и моё прошлое из… — Люси, твоё прошлое я на экране демонстрировать не буду. Не хочу давить на больное. Не успела я задать ему этот вопрос, как он уже на него ответил. Вызвав, разумеется, мой крайне удивлённый взгляд в его адрес. И опять это его серьёзное лицо… — Семьдесят пятый год, Люси. Я знаю про Дэвида. Взгляд опустился вниз сам собой. Мне… мне и правда не хотелось снова вспоминать… этот год. Но Пьер меня успокоил: — Смэшер мёртв. Прах выяснил, как только мы встретили тебя. А вот теперь я попыталась улыбнуться. — Хоть какая-то справедливость. И, отогнав грустные мысли, встряхнулась. Подняла глаза обратно на него. — Итак, раз уж ты так красноречиво показал, откуда ты нас обеих знаешь, и что можешь с нами обеими сделать… Он предупредительно поднял палец опять. — Притормози, Люсь… — Ага, щас! Ты мне обещал, что научишь меня этому своему протоколу «Телепатия», я ловлю тебя на слове! И на словах про крылья тоже ловлю! Только скажи, когда мне этого ждать. Мотоко тоже прикрыла рот и обернулась. — А мне — моё новое тело. Пьер удивлённо на неё глянул и ткнул в неё пальцем. — Так, тебе я новое тело не обещал. Демонстрация демонстрацией, но это не обещание тебе нового тела. — Так пообещай. Или мне ради человеческого тела тебе душу свою продать надо? — Всё считаешь меня тёмным звёздным божеством? — Или демоном. В любом случае, ты только что продемонстрировал самое настоящее сверхъестественное явление, а не нано-сборку или три-дэ печать, как сейчас было на экране. Так когда? Пьер замолчал, а взгляд его посуровел. Глаза Мотоко тоже стали стальными. Честно, думаю, в этих гляделках проиграет Пьер, потому что Мотоко не нужно моргать. Однако именно она отвела взгляд минуту-другую спустя. — Как ты это делаешь? Вот теперь он моргнул, и его лицо смягчилось. — Что конкретно? Я делаю множество вещей, которые сложно объяснить. — Ну… всё, я полагаю. Он усмехнулся. — Ха, думаешь, я вот так запросто выдам тебе все свои тайны?! На пару с Люськой?! — А почему нет? Нас ты знаешь, а вот мы тебя — совсем наоборот. Расскажи хоть что-нибудь о себе, а то всё, что я знаю — это что некрон выяснил самостоятельно в твоих мозгах, пока ты не отключил его нанитов изнутри. А выяснил он немного. — Да ну? То есть, то, что я склепал аж пять техно-магических птиц, гиперзвуковой истребитель и почти что грёбаный звездолёт — это тебе не секретная информация? Мы обе оглянулись на те да маленьких голубых шарика. Кажется, они не стеклянные… Мотоко ему возразила: — А-а, не особо. Ты как бы сам это нам преспокойно демонстрируешь. Скажи, Хугин и Мунин выполнены из того же материала, что и твои часы? Кстати, почему у них имена воронов Одина из скандинавской мифологии? Пьер кивнул. — Да, они из того же материала. И имена воронов у них именно потому, что они вороны. Близнецы. Просто… сейчас, как видишь, у них нет их прошлых механических тел, и они не могут общаться с нами непосредственно самостоятельно. Моя главная цель — вернуть им тела. Но… но… Чем их больше у меня в непосредственной близости, тем лучше и точнее я смогу оперировать тонкими энергиями. Правда, они сами от этого не в восторге, они больше желают обрести способность к взаимодействию с материальным миром, чем помогать мне изменять чьи-то тела в недееспособном состоянии. Мотоко уточнила, продолжая смотреть на сияние, текущее из этих маленьких сфер, и, честно… меня оно тоже гипнотизировало: — А когда ты вернёшь им физическую форму… Они помогут тебе творить чудеса? Я пересилила себя и обернулась на него с вопросом, который не хотела говорить. Фокусы… переставали быть «фокусами». Он глянул мне в глаза и пожал плечами. — Ну, у них пока особо нет выбора. Я — единственный, кто знает, как они устроены. Даже Маки не знает. И только я представляю себе, как с местными примитивными технологиями вернуть им былую физическую форму. Ну… ещё и некрон, раз он видел чертежи у меня в башке. И у него точно есть необходимые технологии. Правда, я не доверю ему одно из лучших своих творений, тем более, что для него они будут лишь игрушками, а не разумными одушевлёнными механизмами. Я создавал их для Маки. И говорил он это так… будто это было чем-то очевидным, чем-то само собой разумеющимся, чем-то… чем-то естественным. Как будто это был какой-нибудь закон физики, как Общая Теория Относительности, а не… какая-то магическая херотень. А меня осенило: — Это… это её крылья? Пьер просто… медленно опустил веки. Вместо кивка. Я… я… не знаю… хотела спросить про воронов, но… потом хотела спросить про себя, но… Не знаю. Не… не могу смотреть ему в глаза. — И… и мне… ты хочешь создать такие же? — Одушевлённые? Не знаю. Разумные? Может быть. Но учти, что, если они будут разумными, тебе придётся искать с ними общий язык, а то простые тупые инструменты я создавать не умею. Хотелось поморщиться, но… — Пьер… что… что значит, «одушевлённые»? — Праха помнишь, Люси? Это Ворон Смерти. Он создан быть Вороном Смерти, создан быть наглой пернатой сволочью… Из скрытых колонок раздался возмущённый «кар». — …Что? Ты такой и есть, и это не моя работа, между прочим, а реального бога, который твою душу и создал. «Кар» повторился, но… слегка менее возмущённый. Пьер согласно кивнул, хотя никакого ощутимого подтектста в этом перекидывании упрёками я не услышала. Или…? — Ты так и не сказал, зачем тебе это нужно, Пьер. Мотоко на этот раз тоже обернулась. А он спокойно ответил: — Ты понравилась Маки. Она всерьёз думает, что вы станете хорошими подругами. Она не права? — Ну… — Если крылья не сделаю тебе я, сделает она. И именно она будет учить тебя летать. Причём на своём уровне, никак не ниже. А она… ещё не брала учеников и понятия не имеет о милосердии в тренировках. — А ты, значит, брал. — Не совсем, но… немного есть. И, в отличие от неё, я прекрасно понимаю летающие механизмы, а не… летаю на них, будто они — часть моего тела. Я могу проработать теоретическую модель, а потом воплотить её в жизнь, но вот как на них летать — дело Прирождённых Пилотов, а не конструкторов, как я… Он тяжело вздохнул и, кряхтя, слез с кровати. — Ну, на сегодня хватит, я и так ни хрена не выспался. Пойду к Моньке в кабинет, раз вы мою комнату заняли. Я чуть было резко не запротестовала, но помнила, в каком состоянии мы с Маки доставили его домой, и кто ещё потом туда заявился. Однако успела спросить, пока он не ушёл: — А чего это ты так рано в клуб всё-таки заявился? Пьер открыл дверь и остановился в проходе, оглянувшись на меня с усталыми глазами. — Да Крис подумала, что мне холодно, и решила согреть. Собой. Ни повернуться, ни развернуться, ни лечь поудобнее. И теперь хоть заобъясняйся ей, что я — не её парень, ни хрена ж не послушает. А мне теперь ещё надо искать место, в котором я смогу выспаться, не рискуя обнаружить у себя в постели не в меру влюбчивую вампиршу… ***