Где гостить?

…Кажется, Маки поняла, что Пьер просил не для себя, а для этой новой вампирши. Ну, то есть, судя по тому, как она засосала рокера, скорее «старой». Кстати, если Крис ещё хоть как-то походила на человека, эта, Серана, выглядела совсем иначе. Ростом Пьеру аж до носа, мертвецки бледная, с ярко выраженными клыками и практически боевым (причём реально боевым…) маникюром. В отличие от искусственных ноготков (крайне ломких), эти, как я могу себе представить, будут ничуть не хуже встроенных клинков. Если не лучше… Она показалась мне чересчур уж худощавой, но, наверное, это у них от жажды. Но, раз так, кого в этом городе тогда пьёт Крис? Ей же тоже определённо нравится только Пьер, и она не оставляла у меня впечатления вампирши, которая может выпить первого встречного человека. И Серана тоже обязательно попросит Пьера о крови, как пить дать. Кстати, он не очень-то сопротивлялся, в отличие от ситуации с Крис. Было видно, что не слишком хотел дать ей поцеловать себя, не отвечал на поцелуй, но и не отталкивал её. Он был… смущён. Даже очень. Слишком смущён, чтобы оттолкнуть её. Или, скорее, в её тоненьких ручках была скрыта сила, больше подходящая гидравлическому прессу. А его шея как раз находилась в её объятиях. И тут вдруг, пока он ещё не попросил эту компанию людей прямиком из средневекового фэнтези об отдыхе, новая/старая вампирша начала выглядеть здоровее и здоровее. Похоже, для восполнения сил им совсем необязательно именно пить кровь. Или Пьер как-то сам перекачивал ей свою жизненную силу. По Сети же много таких слухов ходит, что некоторые люди питаются чужой энергией. А уж вампирам сам Бог велел… или Дьявол? Или кто там их создавал в их-то мире? Так или иначе, но Маки, глядя на эту сладкую парочку, смягчилась, улыбнулась и сказала другу: — Идите, отдохните. Думается мне, Серна тоже устала с дороги. Вампирша покрепче сжала своего возлюбленного в объятиях, вызвав у того едва заметный вздох. Пьер тоже её приобнял и кивнул на лестницу, ведущую к его комнате. — Пошли. Мои апартаменты там. Девушка (правда, сколько ей лет, я опасалась даже гадать) радостно улыбнулась, подскочила, чтоб снова чмокнуть его, и чуть ли не потащила его наверх. Выражение лица у Пьера, когда он скользнул по мне взглядом, можно было описать двумя словами: «Спаси меня!» Увы, но я бы точно не встала между ним и влюблённой в него вампиршей. Двумя. Бедолага… Маки слегка покачала головой, проследив за ними. — На этот раз не отвертится… И, пройдясь глазами по этой компашке, среди которой только сама Госпожа Миров (лично, как будто с экрана сошла) выглядела подобающе для Найт Сити, моя эльфийская подруга улыбнулась и им: — …Ну, раз Пьер отпросился на свой законный отдых, полагаю, сейчас моя очередь позаботиться о гостях. Рыжая выдала какую-то тарабарщину на польском. Этого диалекта в моих программах не было, да и уроки эльфийки не дали мне примерного понимания древних земных языков, но она сама прекрасно поняла эту… ведьму. Ну, не знаю, как ещё мне назвать эту женщину. И, полагаю, магией она тоже обладает. Хотя брюнетка больше походила на ведьму, чем рыжая. Всем своим видом будто говорит, что она — стерва… Ой! Только подумала об этом, как она стрельнула в мою сторону глазами, но её ментальный сигнал, видимо, сквозь защиту от Пьера не пробился. Маки же улыбнулась им обеим и сказала: — Я тоже надеюсь, Трисс. Давайте-ка мы разберёмся, как мне вас тут устроить в этом поганом городе. И, кстати, разговаривайте на местных языках, пожалуйста. Чёрненькая задумалась и спросила на русском с лёгким акцентом: — А я всё думаю, о каком обустройстве речь. Не пояснишь? Маки пожала плечами, пододвинула стул от стола с оставленными там миньками и игрушечным рельефом, уселась и ответила: — Обычно этим Пьер занимается. Ну, обеспечением безопасности и комфорта наших друзей. Привычка у него такая. А вы садитесь, не стесняйтесь… Она подождала, пока гости рассядутся на прочие стулья, забранные у других игровых столов. — …Если ты не заметила, Йеннифер, вы попали в мир с куда более развитой человеческой цивилизацией. Здесь, типа, не существует магии, а эльфы, нежить, вампиры и прочая-прочая-прочая — всего лишь вымысел, огрызок истории доиндустриальной эпохи. Поэтому меня тут все считают немножко эксцентричной, с бзиком на тему эльфийских ушей высокомерной сучкой. Ну, а если покороче, то местные не привыкли, чтоб кто-то колдовал на людях, так что… Эльфийка не закончила, но её мысль и так была ясна, как день. Обе магички кивнули. Цири добавила: — А у меня не было времени как следует объяснить, как вам здесь себя вести. Я тут жила некоторое время, и поначалу очень удивлялась, что Авалак’х постоянно напоминал мне, что не стоит «светить» здесь мои способности. А потом, как меня втянули в парочку авантюр с местными власть имущими, поняла. Кстати, Маки, а как корпы отреагировали на вас с Пьером? Маки закатила глаза. — Ой, как мы в наёмники подались, так с тех пор и не отстают. Два с лишним года уже посылаем их нахуй, а они всё никак не успокоятся. Да только у них не особо получается узнать про нас с помощью нетраннеров или шпионов, Пьер попросил Праха выкрутить защиту наших данных за Чёрным Заслоном так, чтоб… Трисс приподняла руку. — Прости, что перебиваю, но что такое «нетраннер»? Эльфийка молча указала на меня ладонью. Я смутилась, когда их общий взгляд скрестился на мне. Рыжая чуть нахмурилась, а я почувствовала, как её телепатический щуп скользит по ментальному щиту Пьера. — Хмм… Я… разницы не вижу. Врёт, она внутри точно удивилась, что не может прочесть мои мысли. Маки повернула голову к железяке. — Нэфт, тебя можно просить о пустячных услугах? Железный чёрт выдержал театральную паузу и на миллиметр наклонил подбородок. — В пределах разумного. — Можешь кинуть сюда какого-нибудь киборга? Ну, из тех, что не жалко. Между ней и гостями из средневековья тут же появился… э-э… гротескная помесь погрузчика, человека и циркулярной пилы. Оно простояло секунды три, пока я не заметила его сканирующий импульс, прошедший по локальной сети. Похоже на «запрос», но другой, несколько архаичный код. А затем я, не дожидаясь просьбы от подруги, мгновенно взломала системы этой дряни и заслала несколько атакующих кодов в эту стальную черепушку… Блядь! Оно тут же повернуло голову в мою сторону, а в его раздробленном разуме возникла огромная красная надпись, не нуждающаяся в переводе с готика! Я потратила всю память своей кибер-деки, но сломала все его файрволлы, пытаясь добраться до ядра, и только тогда смогла его отключить. По имплантам этой хероты из Вахи прошла волна искр, пахнуло палёной проводкой и плотью, руки успели приподняться, а ноги сделали всего один шаг… и киборг-убийца рухнул с грохотом посудного шкафа. Сброс настроек сработал. Я выдохнула, кинув взгляд на восполняющуюся оперативку. На всё про всё пять секунд. Но зато какой стресс я сейчас испытала! И, только я собралась высказать этому ехидному стальному черепу всё, что о нём подумала, как Маки, сделав огромные глаза, шокировано и медленно ему сказала: — …Ёбаный в рот, блядь, Нэфт, ну не сервитора же ёбаного убийцу, сука, надо было кидать! У некрона в уголках прорезей под челюсти возникли две загогулинки, приподнятых вверх. — Так Люси же справилась. В чём проблема? — В том, что пример был нужен БЕЗОПАСНЫЙ! Я бы всё рассказала, а Люси — показала! Что, простого сервитора-грузчика прислать было не судьба?! — Он всё равно попал бы в стазис раньше, чем успел кому-нибудь здесь навредить. А так у Люси была отличная возможность попрактиковаться в ускоренном взломе. И она ею воспользовалась. В ответ Маки прорычала ему нечто на том самом наречии, который использовали Пьер и Шрёдингер, чтобы я ничего не поняла. Сам макс-таковец, услышав эту матерную тираду, заржал во весь голос. Нэфт тоже «улыбнулся». А Маки, закончив зубодробительно материться, тяжело вздохнула и вернулась к объяснению работы нетраннера: — Короче, вот. Нетраннеры с помощью своих мозговых имплантов подключаются к имплантам других, или к Сети, и… ну, Люська его просто отключила. А так они ищут информацию, взламывают электронные хранилища данных, ломают программное обеспечение механических систем… Цири перевела это своим подругам на то самое наречие, на котором они общались между собой. Видимо, дело было не только в наречии, но и в самих понятиях, явно недоступных средневековому человеку. — …Не суть. Ну, а так как у нас с Пьером, как и у вас всех, имплантов нет, то нам нетраннеры не особо страшны. И да, я лично не понимаю, что Пьер имел ввиду под вашим трудоустройством. Может, он имел ввиду только Геральта, но его уже зарезервировал Кот, да и я тоже не знаю, где ещё могут понадобиться ведьмачьи способности, кроме как в качестве наёмника или, как он делает, службы в местном отделении быстрого реагирования по делам кибер-психов. Это… Она опустила взгляд на отключённого киборга-убийцу. А у меня возникло ощущение, что я его отключила не полностью, и я, достав свой пистолет из-за пояса, сделала с места пару контрольных выстрелов в голову этого монстра. Пули вроде пробили стальную пластину, а гости вздрогнули от звуков выстрелов. Маки никак не прореагировала и указала на него рукой. — …Что-то вроде этого, только посовременнее. Геральт, покосившись на меня (а я до сих пор сомневалась, что эта дрянь не встанет), пробормотал, вернув взгляд на ржавую стальную образину: — Понятно, что ты имел ввиду под ходячим металлоломом, Котяра… И долго эту хрень надо рубить мечом? Шрёдингер проворчал: — Да как горного тролля, не меньше. И советую сразу приобрести местные мечи, а то так покоцаешь свою саблю, что потом чинить заебёшься. Я вот заебался. А зарубил в первый день всего троих таких. Кстати, они поголовно ебанутые на всю голову, ну чисто пациенты дурки, только бронированные и утыканные огнестрелом. Пару раз я встречал психов, которые даже в жопу себе пушки ставили. Вот это было реально неожиданно. — Н-да… Только какой смысл в работе мечом, если в этом мире есть такие люди, которые отключают их силой мысли? — ХА! Поверь, это работает далеко не всегда. И далеко не везде есть такие, как Люси. Даже в моём отделении раннер не такой мастер, как она. — Угу… Маки снова заговорила: — Думаю, что касается работы, то она тут, скорее, исключительно ведьмачья. Мне вот ещё Моника как-то рассказывала, что часть денег добывает всякими «услугами экстрасенсов», так как она тоже магичка. Только, в отличие от реальных шарлатанов, её советы работают. Кстати, Цири, а на что ты тут жила, пока пряталась от Дикой Охоты? Цири пожала плечами. — Да примерно на то же, на что живу у себя дома. То есть, на ведьмачьи умения. В этом городе кто-кто, а отличный фехтовальщик всегда будет на хорошем счету. Официально, конечно, не работала, как тот же Шрёдингер. Всё-таки, мои магические козыри я предпочту оставить в рукавах. Шрёдингер фыркнул. — Да ладно, тут и меня считают каким-то супер-киборгом. Тебя с твоим читерным телепортом сочтут за такую же. Девушка изогнула бровь, скрестив руки на груди. — Да ну? Даже после того, как меня засветили на экране? — Особенно после того, как ты засветилась на экране! Он кивнул на эльфийку. — Тут популярность этих двоих только так и работает. Ты даже не представляешь себе, сколько я по всему этому городу видел их фанатов и различной степени хуёвости копирки их оружия и одежды. Я не удивлюсь, если неделю спустя увижу каких-нибудь девок, покрасившихся в твой цвет и нацепивших на себя эту рубашку со штанами. Маки подтвердила: — Про комиккон вообще молчу. Мероприятие, на котором добрая половина участников и участниц рядится в нас с Пьером. Особенно, блядь, в Джапан-тауне. Это тот район, в котором у нас только что был концерт. Она снова вздохнула. — Вроде объяснила. Надеюсь, что вы все будете придерживаться правила «не колдовать вне Хогвартса», чтоб никто тут не орал: «Чёрная магия! Колдун ебучий!» Компашка одновременно усмехнулась, а Геральт принял странное выражение лица, как будто уже слышал что-то такое. Маки продолжила: — А теперь мы плавно подошли к первой проблеме — вас надо переодеть. А на это нужны деньги… Эльфийка перевела вопросительный взгляд на макс-таковца. Тот удивился: — А чё я-то сразу? Она промолчала, а некрон ответил: — Напоминаю, что у тебя на счету семьсот восемьдесят три килограмма чистого золота и около трёх миллионов местной валюты на банковской карте. Глаза, направленные на макс-таковца, по-моему, не увеличились только у Маки и того седого худощавого джентльмена, подозрительно смахивающего на родственника Крис. И то, вампир приподнял брови от удивления. Я тоже. Не подозревала, что у него так много денег. Особенно в золоте. Геральт осипло спросил: — Сколько? Шрёдингер возмущённо глянул на хитрую железную морду и ответил ведьмаку: — А тебе-то какая разница? В Макс-таке хорошо платят за каждого психа. Ещё больше платят «шестерёнки» за любой металлолом, который ты им притащишь. Ну, вот такой металлолом, который тут на полу лежит. Йеннифер не менее возмущённо его спросила: — А ты обеднеешь от пары платьев и костюмов? Он вернул ей этот выпад: — Ой, бля, зная вас, чародеек, сука, «парой» платьев тут дело не ограничится! Не еби мне мозг, для этого у тебя Геральт есть. И не только для мозга. У ведьмы дёрнулся глаз, и она прям на месте чуть не бросила в него молнию. А я наконец полностью убедилась, что магия реально существует! Вокруг этой чёрно-белой стервы заискрило, словно она целиком была из металла, а у седого от её ярости дыбом встали волосы. Но мадам сдержалась, потушила электрические разряды и обиженно надулась, ворча что-то на своём языке. Я посмотрела на Маки. Та тоже, всё-таки, была удивлена банковским счётом этого читера. Тем не менее, она не повела и бровью, но подчеркнула факт: — Ну, у тебя реально дохуя бабла, а на что тебе его тратить, я себе и представить не могу. Если можно тебя попросить, то давай так — я выберу им, ну, или Цири выберет, во что нарядиться, а потом я попрошу у тебя нужное количество денег на это? Потом, как разберёмся, Пьер тебе вернёт то, что ты потратишь. Хотя я тоже не уверена, что ты обеднеешь, купив несколько комплектов одежды для повседневки. Как думаешь? Он где-то с полминуты корчил рожу отъявленного скряги, а потом добродушного так улыбнулся. — Ну, раз ты просишь, я подумаю. Только друган мой точно доволен не будет. Трисс удивлённо переспросила: — Друган? Парень ей кивнул. — Угу. Я всё думал, что это за «Пьер» такой, чё за француз, а это оказался мой старый друг по прошлой жизни, который имени своего прост не помнит. Не узнавал его морду, пока по ней не уебал. Нытик он прям конкретный, если что. — Нытик? Маки поправила: — Скорее, зануда, каких поискать. Шрёдингер согласно кивнул. — И это тоже. Если увлекается своей болтовнёй, то хрен потом остановишь, и он очень быстро уходит от темы. Проявляет, так сказать, внимание к деталям. Трисс вернула их к теме, которая её очень интересовала: — А ты, случаем, не в курсе, как он межзвёздный корабль в мире, похожем на наш, собрал? — Откуда бы? Фаэрон добавил: — Я тоже был удивлён. Его чудо-агрегат в принципе работать был не должен. И он это знал. Тем не менее… Он слегка отнял «щеку» от кулака и расправил пальцы на том. — …сработало. Тут уже точно виной всему роковое стечение обстоятельств. В этой грани Вселенной произошло смещение пространства в определённой точке, и в этот же момент времени он включил свой аналог фазового гипер-перехода. Что-то вроде машины времени в вашем понимании. Плюс, я сам в тот же момент собрал все свои вещички и решил перескочить со своей мировой линии в другую. Оказался здесь, на местной Терре, но без вечной войны в галактике, без богов Хаоса, без звёздных богов… Тихо, мирно, уютно, да ещё и смертный придумал ввести мою вселенную в этот мир в качестве настольной игры. Приятное разнообразие в отрыве от вечной войны всех против всех. Йеннифер перестала дуться и с интересом взглянула на железку. — А ты, значит, примерно понимаешь, как оно работало? — А что тут понимать? Обычный прототип пространственного двигателя, в конструкции которого даже не предусмотрена защита для хрупкой органики. Он и не должен был сработать, там температуры реакций приближаются к таковым в ядре звезды, включая все спектры вредоносных излучений, способных негативно сказаться на человеческом теле от лёгкой лучевой болезни и расщепления на атомы, и до тяжёлых мутаций, сравнимых с воздействием сырой варп-энергии. Мой смертный друг выжил только благодаря тому, что не являлся органиком в полном смысле этого слова. Он просто потерял часть своих био-атомарных данных, вследствие чего приобрёл возможность изменять реальность в локальной области вокруг себя. Судя по лицам чародеек, космический робот сказал что-то, что было близко к их языку общения и магии, но настолько же далёкое от них, насколько чистая технология была далека от чистой магии. Я же, после знакомства с Пьером и его рассказов про Ваху, поняла в принципе весь этот монолог. Маки поспешила оборвать начинающийся научный диспут между правителем звёздного скопления и двумя учёными чародейками: — Так, девочки, не отвлекайтесь, нам ещё по магазинам сегодня идти. Люсь? — Что? — Пойдёшь с нами? Мне нужен свежий взгляд на местную моду, а то я сама предпочитаю только рокерскую одёжку. Да и потом, мы снова прошвырнёмся по торговым центрам, пока ещё солнце не село, может, и мы с тобой себе что подберём. Перспектива была интересная. Но я к ночи прокляла эту свою мысль. Шрёдингер был не просто прав, он был чертовски проницателен! Маки, конечно, сдерживала их порывы, как могла, но эти две ведьмы, по моим меркам, были ОЧЕНЬ неискушёнными в современной моде. Может, для своего средневекового фэнтези они и были писанными красавицами и модницами, но здесь порой и меня саму удивлял их выбор в одежде. На счастье мужчин, они остались в клубе вместе с некроном. Вампир, которого звали Регис, выразил желание побольше узнать о родине древней космической нежити. Геральт, в принципе, не возражал, да к тому же проявил интерес к оружию, которое мог ему предложить некронский фаэрон. Подозреваю, что беловолосый мужик, про которого Шрёдингер сказал, что у них с Йеннифер отношения, с покорностью бы принял подавляющее большинство выборов своей пассии. А то и их обеих, судя по тому, что я иногда слышала в процессе примерки. Но спустя несколько часов я подумала, что уж лучше бы они обе взяли с собой ведьмака. В конце концов, брюнетка выбрала себе стандартный итальянский женский костюм для повседневной жизни, ещё штуки три разных платьев (блядь, все чёрно-белые!), шесть пар обуви (от туфель до сапогов), и ещё порывалась направиться в ювелирные отделы трёх (трёх, сука!) торговых центров. Но… в хорошем вкусе ей не откажешь. Рыжая была несколько сдержаннее, но и её вкус к одежде я могла похвалить. Она выбирала в основном платья синих и зелёных тонов, в цвет к своим волосам и глазам. Парочка простеньких, но красивых костюмчиков, один с хорошим декольте, другой закрытый, и тоже три платья для светских мероприятий. Плюс обувь. Вот она обуви выбрала больше. Обе чародейки, между прочим, приоделись куда сокровеннее обычной женской половины населения, выбирая не слишком уж декольтированные варианты костюмов и платьев (за исключением всего двух), а так же в целом одеваясь не по-шлюшьи. Я сама на их фоне выглядела куда откровеннее. Как и Маки в своей интересной рокерской одёжке, к слову. Однако, в сравнении с чародейками и ведьмачкой, её выбор в одежде я бы назвала спартанским. Выбрала всего один наряд, несмотря на уговоры остальной части нашей женской компашки померять хотя бы парочку платьев, в которых она, по их мнению, выглядела бы сногсшибательно. Да и тот наряд, который ей пришёлся по душе, был скромнее некуда, а главное, он не мешал ей двигаться, и она опробовала в этом костюме несколько ударов руками и ногами, проверяя на прочность швы. Даже эти пробные удары без тех ошеломительно тяжёлых наручей и поножей, которые она скинула на сцене, были быстры, как под «сэнди» на минималках. Швы выдержали. Костюм был довольно закрытым, никакого декольте не было, и мне даже показалось, что эта безвкусица скорее портит фигурку подруги, чем подчёркивает её красоту. Что тут сказать? Маки плохо умела быть женщиной. Она и в прошлые наши походы по магазинам весьма придирчиво выбирала одежду, так ничего и не взяв в итоге. Я-то тогда выбрала несколько платьев, половину из которых она мне и оплатила (видимо, потому что тоже не знала, куда тратить деньги). Но эльфийка была довольна своим выбором что тогда, что сейчас. Правда, чародейки всё-таки уговорили её примерить нечто, что больше подходило её эльфийской красоте, нежели её выбор, больше подходящий мужику. Она перестала улыбаться и очень нехотя зашла в примерочную с платьем, которое ей предложили средневековые магички. Должна сказать, что они были правы. Когда Маки вышла, одетая в по-настоящему женскую одежду, она только сейчас стала как никогда похожа на эльфийку. Даже выражение её милого личика, весьма далёкое от довольного, подчёркивало эту прохладную, но захватывающую дух красоту. Где-то позади нас раздался грохот упавшего тела, и мы удивлённо обернулись. Это был, как оказалось, один из бесчисленных папарацци, преследующих рок-звезду по всему городу. Парниша впервые в жизни увидал свой объект обожания в столь женственном образе и потерял сознание. Маки ведь, даже в своей любимой облегашке, напоминала только пацана, и я не обращала внимания на её эльфийские черты. До сегодняшнего вечера, всё то время, что мы с ней дружим, я только сейчас увидела отличия от того, что было человеческой красотой (по её словам, присущей мне, как мало кому другому в этом мире), и что было эльфийской. Она, оказывается, была довольно высокой девушкой, с телом, как у натуральной богини, которых так часто рисуют во всяких аниме или играх. А тут она была во плоти, а не в тридэ-графике. И, надо заметить, что ни одна порнушка с якобы её участием ни на грош не сравнивалась с реальностью. Плюс, как мне кажется, в таком наряде Маки стоило бы именовать титулом не меньшим, чем «ваше высочество», а то и «величество». Но я не рискнула так сказать. Не хотела ещё больше испортить ей настроение. По её крайне выразительному лицу легко можно было сказать, насколько ей сейчас некомфортно. Йен усмехнулась, глядя на эту невероятную красавицу. — Маки, ты морщишься, прямо как Геральт в дублете на балу. Высокая эльфийка проворчала: — И я его прекрасно понимаю. Предупреждаю сразу — если соберёшься потащить меня на бал, или ещё куда к местной знати, то сразу же получишь по башке. — Да чего ты такая хмурая? Ты же прекрасно выглядишь! Прямо принцесса… Ой, ну вот что я говорила? Правильно, чёрненькая своими неосторожными словами заслужила взгляд, а ля «я тебе сейчас лицо обглодаю!», и смутилась. А Маки прошипела: — Только попробуй назвать меня «ваше высочество». Чародейка поспешила исправиться: — Хорошо-хорошо, не буду. Чего ты так разнервничалась? Мы ж как лучше хотели. — Ага, а вы знаете, сколько тут голодных глаз жаждут увидеть во мне бабу? Я ж заебусь потом бегать по притонам, где порно-бэдэ делают, если мои фотки и видео разлетятся по Сети. Дрочат круглоухие на меня, понимаешь? Дрочат! А это меня бесит. Очень, очень бесит. Очень. Трисс спокойно возразила: — Так ведь ты же показала им всем, что не ляжешь ни с кем, кто слабее тебя. Маки фыркнула, скрестив руки под грудью, приподняв свои полушария в вырезе. — Ты думаешь, их это остановит? Да даже то, что меня одолел только уникальный макс-таковец, вряд ли даст мне продохнуть от всех этих похотливых лысых обезьян. Вот я и не одеваюсь по-бабьи. Не моё это. Неудобно. Слишком открыто. Не к моему характеру, ну, не по-воински это. Орки — и те лучше. Все наши взгляды сместились на татуировку у неё на правом плече. Йен кивнула туда. — Это ты вот про этих? Моя подруга кивнула, а я поймала себя на мысли, что любуюсь ею, как та самая обычная лысая обезьяна с круглыми ушами, которых она так не любит. Она улыбнулась, вспоминая этих орков: — Ага. Большие, зелёные, вонючие, сильные, но хитрые. И не ебутся, а потому не смотрят на меня, как на кусок мяса, который можно только выебать. И им достаточно дать по роже, чтобы слушались. А для этого надо подпрыгнуть метра так на два минимум. Вот их я люблю, а людей — не очень. Так, всё, я обратно в своё пойду переодеваться… Я заметила, что с какой-то странной тоской смотрю, как она возвращается в примерочную, и одёрнула себя. Она вернулась обратно быстрее, чем я успела проверить локальную память того папарацци, что вдруг мог заснять её в этом платье. Не хотелось бы мне потом видеть, как моя подруга злится, увидя новое порно с собой в главной роли. — Ну вот, в этом ты больше на мальчишку смахиваешь. Йеннифер правильно подметила, и я, стерев некачественную фотку выходящей из примерочной Маки в платье у парня из фото-оптики, добавила: — Это вы её ещё под солдата стриженную и в военной форме не видели. Маки улыбнулась мне и ответила чародейке: — А ты думаешь, почему я это ношу? Кстати, Люсь… — М? — В Уэстбруке нет квартир поближе к клубу Пьера? Я мельком прошерстила интернет. — Хмм… Не особо… Там в основном игроки Вахи живут… О, не, есть парочка. На смежных улицах вдоль площади на границе Джапан-тауна и вашей хаты. — Сколько именно и какого качества? Открылись фотки выставленных на сдачу квартир у меня перед глазами. Я аж поморщилась: — Ну-у… не очень. Три… нет, четыре. Все ещё хуже, чем у вас подъезд. — А ближе нет? Попробуй всё-таки глянуть в том же здании, что и клуб. Пьер может и не знать, что там есть, где жить. — Это он-то не знает? — Он просидел у некрона больше года внутреннего времени, летая меж его звёзд в компании Инквизиции, работая реальным комиссаром в полках Астра Милитарум. Люсь, он НЕ МОЖЕТ знать, что тут снаружи изменилось, за полтора-то месяца. Ну чисто физически не может. Неуверенно хмыкнув, я проверила здание, которое, как он сам мне сказал, ему пришлось купить. Параллельно задала запрос в Сеть, сколько может стоить целый, мать его, небоскрёб в Найт Сити. Мысленно присвистнула, увидев примерный ценник, втрое превосходящий общий банковский счёт Шрёдингера. И я ещё макс-таковца считала читером… А в высших эшелонах власти — что корпораций, что самого города — реально ни сном, ни духом, кто купил чёртов небоскрёб. Ну, Прах, ну, хитрая ты птичья морда… Почудилось, что Ворон Смерти смущённо потупил клюв в ответ на мои мысли, а потом нашёл мне аж пять разных квартир на разных этажах, от двадцатого до тридцатого. Я переслала эти, вполне нормальные, квартиры на телефон к Маки. Та вытащила пиликнувшую бронзовую плитку из кармана и провела там пальцем. Натыкав что-то, она спроецировала из камеры голограмму перед чародейками, показывающую все эти пять квартир в трёхмерном разрезе, со всей мебелью и в чётком цвете. — Та-ак, двадцатый этаж, шести-комнатные апартаменты, два санузла, дорогая мебель и куча бытовой техники. Продаётся… Цири моментально покачала головой. — Дорого. Маки без слов отсеяла этот пентхаус. — Следующая — двадцать пятый этаж, три комнаты, один санузел, мебель и техника попроще. Цири задумчиво покивала. — Ну-у, уже ближе. Насколько я помню, даже в отстойных многоэтажках квартиры стоят дохуя. Эльфийка отмахнулась. — Это да, но Пьер дешёвку взял, только чтоб на дверь растяжку незаметно поставить. — Растяжку? Зачем? Трисс спросила: — А что это такое? Цири объяснила: — Бомба. На нитке. — А-а. Маки добавила ещё: — Он там над дверью светошумовую повесил, так что, если соберётесь в гости, внимательно читайте надпись. А лучше просто позвоните Пьеру, чтоб предупредить, а то после «флешки» там за дверью «хаешка» стоит. Ведьмачка перевела: — Самум и картечь. Только современные. Кстати, Маки, а он не волнуется, что стены попортит? — Да не особо. Так, следующая — двадцать седьмой этаж, пентхаус… Цири, дослушай… Пентхаус, три больших помещения, панорамное окно, просторный санузел с джакузи и странно низкая цена — всего тридцашка эдди в год. Я проверила эту хату и обнаружила страшилку про призраков, о чём незамедлительно и сказала: — Проклятая квартирка, говорят. С десяток человек оттуда суициднулось. Фотки и видео с призраками прилагаются… Все девушки скептично фыркнули, так как в своей жизни имели дело с реальными призраками… а то и чем похуже. Йеннифер уточнила: — А насколько это дёшево? Цири подумала и перевела в их аналог денег: — Где-то тысяча новиградских крон в месяц. Или две. Йен удивлённо изогнула бровь. — И это ещё дёшево? — Для Уэстбрука — да. — Пиздец. Чего тут люди такие жадные? Мы с Маки переглянулись и заржали в голос. Эльфийка пояснила: — О-о, поверь, это даже не жадность, это отчаяние. А в остальном — да, люди тут жадные. Да они везде жадные, какой только мир ни возьми. Одна из причин, почему я их терпеть не могу. — Хм. Пожалуй, эту я с Геральтом возьму. Уж мы-то с какими-то призраками самоубийц точно справимся. — Как знаешь. Ещё есть на двадцать девятом и тридцатом хаты, каждая по четыре комнаты, но с разными санузлами и мебелью. Ну, то есть, в одной мебели тупо нет. Трисс предложила: — Цири, давай вместе с тобой одну квартиру возьмём? Маки, там тот пентхаус, который первый был, на двадцатом этаже, сколько стоит? ***