Дружеские посиделки

Маки чуть было опять не забухала, если б не мы с Мотоко. И я хотела поблагодарить майора за то, что она догадалась проследить за эльфийкой в последнее время. Сама-то я была… немножко занята. Самым крутым мужиком на свете. Ебанутый ведьмак, устроившийся в Макс-так, перерезавший целую армию кибер-психов, пока мы разгадывали шарады Альт. Он-то был той самой непосредственностью, которые и были в моём вкусе. Ебанутый, крутой и очень, очень харизматичный, как выяснилось практически сразу. Не говоря уж о том, что у него не было ни единого импланта, и от него не залетишь. Ох, как я испугалась потом, когда уже не могла ноги почувствовать в постели, что он всё время внутрь кончал, а он вдруг говорит мне, что ведьмаки бесплодны. Хитрая железная морда подтвердила, когда я, всё равно сомневаясь, обратилась к нему с этим вопросом. Мне почему-то показалось, что некрону можно доверять. Как он там сказал?.. «Физиология данного органика искусственно изменена в угоду увеличение физических характеристик, вследствие чего естественные функции некоторых его подсистем перестали функционировать нормально. То есть, да. Ты не «залетишь».» Не работают «нормально», ага… То-то я обнаружила себя утром практически без ног, без рук. Такого даже с Дэвидом не было. Правда, заставить его кончить — это прям проблема. Впрочем, я, как Кот мне показал, совершенно точно тоже была в его вкусе, так что проблема эта была незначительная. Майор же тем временем следила за Маки по своей инициативе. Кстати, она сказала мне, что Пьер через некрона переслал ей схему, по которой планировал превращать её из тяжёлого киборга в человеческую девушку. Под меня данная схема уже не работала, во мне металла было далеко не так много, как в ней. Но она подумала, что моя схема превращения, пусть и будет попроще, но станет похожей на её. Мотоко как раз перекинула мне черновой вариант, который придумала сама на основе своего. Выглядело так, словно все мои импланты должно было сперва растворить на атомы, а потом перемешать с органикой на молекулярном уровне, превратив плоть, кровь, кости и хром с титаном в нечто единое, чего никак не могло существовать в природе. Но, по совести говоря, я и в магию-то раньше не верила. А Маки не выглядела киборгом и при этом пиздила армию. В одно ебало. Наверное, это так и было на самом деле, что её тело было синтезировано с металлами, как показала схема, которую придумала мне Мотоко. Меня смущало только, что Маки иногда становилась просто машиной смерти, если что-либо злило её сверх меры. Со стороны могло бы показаться, что злится она постоянно, но, если узнать её получше, то можно понять, что реально она злится только тогда, когда теряет свои эмоции. Как раз когда её глаза начинают светиться синим, словно где-то внутри неё просыпается та она, которая не привыкла сочувствовать, а только убивать. Мы с ней как-то разговаривали на тему моего превращения в киборга иного уровня, с подачи Пьера. И Маки сказала мне с улыбкой, что мне стать такой, как она, не грозит. Как минимум, потому что я не была одержима силой, как она в своё время. Конечно, она была одержима силой всю свою жизнь, а не только когда-то давно, но суть я поняла. Да и не собирался бы Пьер делать из меня машину смерти, подобную Маки. Я же не хотела быть такой, вот он и не сделает меня киборгом-убийцей. Он обещал только научить меня обычной телепатии… ха, теперь я уже думаю, что телепатия — это что-то обычное! Надо же… Но перспектива обзавестись телом из плоти, которая такая же прочная, как титановый сплав, из которого у меня самой сделаны руки и импланты для подключения в Сеть, была очень привлекательной. До сих пор не понимаю его бескорыстия. Любой другой на его месте, особенно зная, чего это ему стоит, за такое чудо мог требовать абсолютно любую плату, вплоть до вечного личного рабства, как у корпораций. А ведь он ещё и крылья мне, как у Маки, обещал. Как он собирался превратить меня в нечто иное и научить меня телепатии, я ещё могла себе представить, но вот что он имел ввиду под крыльями, оставалось за гранью моего понимания. Мотоко еле до меня дозвонилась, когда мы со Шрёдингером отдыхали. Совсем как Дэвид в своё время доёбывал Мэйна, пока тот не сказал мне «выгулять котёнка». Только в этот раз дело было серьёзнее, чем с Дэвидом. Маки направлялась в бар, чтобы залить свои переживания. Не совсем было понятно, из-за чего она так расстроилась. Пока я спешно собиралась (что было затруднительно, не ощущая ног), майор перехватила эльфийку у самого входа в достопамятный караоке-бар, где началась моя с ней дружба. Маки не хотела нагрубить, но это получилось само собой, отчего она ещё сильнее расстроилась. Благо, что Мотоко тоже разобралась, когда она говорит сгоряча, а когда по-настоящему серьёзна, так что пропустила ругань мимо ушей и успокоила эльфийку. На время она передумала напиваться и пошла гулять, разговаривая с опытной военной на темы, которые от меня были столь же далеки, как и реальная магия. Но я продолжала слушать, параллельно брякнув Коту, что у Маки какие-то личные проблемы, и выбежала из нашего пентхауса. Он смутился, но не более. Видать, понял по моей спешке, что ей нужна скорее женская дружеская поддержка, чем мужская. Пока Мотоко обсуждала с Маки какую-то военщину, с которой она столкнулась ещё в своём мире, а эльфийка — в рядах Астра Милитарум, мне на ум пришла мысль, которая давно уже затесалась в моей голове. Пьер же откуда-то знал и меня, и Мотоко. Автоматически можно считать, что и Маки это знает. Причём не понаслышке, а как будто лично. И Пьер уже показал нам с Мотоко, откуда, когда мы увидели, как создавалось тело майора Кусанаги. Забавно, что у нас с ней такие похожие фамилии… И у меня было стойкое подозрение, что он помнил ВСЮ историю. Что её, что мою. Помнил Дэвида, помнил всех. И… мне хотелось бы увидеть, какими он нас помнил. Как минимум, мне он уже показал однажды, какой он меня запомнил и почему не узнал с первого взгляда, когда я только-только за ним следить начала. Мне думалось, что Маки более расположена раскрыть то, что он сам предпочёл оставить в тайне от нас с Мотоко. Пока я ехала к ним, они как раз обсуждали роль комиссаров в войсках Империума Человечества из родной галактики некрона. Тут я прислушалась повнимательнее и узнала, что, оказывается, Маки, как эльфийка, была вынуждена скрывать свою расу среди людей, которые неистово ненавидят всех, кто от них отличается. Ну, а я уже узнала её так, что следующее, что я услышала, меня совершенно не удивило. С её-то детской непосредственностью влюбить в себя целый полк суровых воинов, которые ещё и обязаны были слушаться её по уставу, и сделать их практически семьёй было совсем не трудно. Но Маки всё равно больше восхищалась орками, поскольку те были ещё более непосредственны, чем она. Им дай только кому дать по башке, и они уже счастливы. Равно как и счастливы сами получить по башке. Мотоко ещё решила расспросить её, почему она так резко реагирует на всех, кто предлагал ей секс. Так как Маки уже слегка развеялась, повспоминав своё счастливое прошлое посередь вечной войны всех против всех, то рассказала и об этом, пусть и нехотя. Я уже подъезжала к улице, по которой они шли. Оказывается, у Маки была та ещё семейка, и ей, судя по всему, передалась черта её отца. Подробно о своей семье она говорить не захотела, только упомянула, что у неё три сестры — две единокровных и одна родная — две родные матери, одна из которых почему-то духовная (и мне кажется, что Пьер некогда имел ввиду именно духовную), и очень женственный отец. Эльф, на чью смазливую мордаху велись все бабы, которых она помнила. Даже её духовная тётка чуть не повелась в своё время. Вот и подумала Маки, что ей тоже передалась эта его странная обольстительная аура, хотя она сама считала себя ещё даже не совершеннолетней. Едва я подумала, что это странно, как она упомянула, что её папка очень хорошо умел притворяться бабой и при этом бегал от всяких кобелей в своё время. Послушав эти рассказы, я вдруг поняла, что это было за наваждение, когда я увидела Маки в платье. А ещё до меня дошло, что женскую одежду эльфийка не носила именно поэтому. Чтоб не выглядеть ещё более женственно, чем она уже есть. И теперь то, что её хотел весь город, приобретало совсем другой окрас. Мне оставалось непонятным только то, что Маки порой источает искренне эльфийское презрение к людям, а в повседневной жизни она просто самая обычная рок-звезда, очень даже человеческая. Лично ко мне, к Мотоко, к Пьеру и ко всем в компании Цири она относилась очень по-дружески, вовсе не испытывая никакого отвращения. Маки возразила тем, что презирать всю человеческую расу в целом, и отдельных её представителей — две большие разницы. Примерно как я когда-то ненавидела всю Арасаку в принципе, но не испытывала ничего личного к её нетраннерам, которые искали меня и Дэвида. Я как раз подъехала к ним, когда они это обсуждали, и опустила стекло. На меня обернулись две неудивлённые мордашки. — Эй, Маки. Я тут услышала, что ты в раздрае. Может, мы с тобой тут втроём небольшой девичник устроим? Эльфийка переглянулась с майором. На её милом личике появилось сомнение, и она покачала мне головой. — Мм… нет. Девичник — идея неудачная. Ты не выдержишь того количества алкоголя, которое могу выпить я и не опьянеть, а Мотоко пока в принципе напиться не может. Да и потом, я обещала Пьеру не напиваться. Мотоко подметила: — И ты собиралась нарушить своё слово. Только что. Маки смерила майора подозрительным взглядом и чуть кивнула своим мыслям. — Понятно, кто меня Люське слил. Я предложила другую идею: — Тогда, может, вместе чего посмотрим? Как мы с тобой уже делали, только втроём с Мотоко? Майор слегка удивлённо на меня глянула. Конечно, ей-то я свои мысли не высказывала. Эльфийка сразу догадалась, о чём я говорила: — Хочешь всё-таки узнать, откуда мы с Пьером так хорошо с тобой знакомы, если лично не встречались до этого лета? Я кивнула на Мотоко. — И с ней тоже. Думаю, про неё Пьер тоже много знает. Как минимум, знает её секретный псевдоним, от которого она была в шоке. И знает, почему она сейчас такая, какая есть. Она согласилась: — И про оба искусственных интеллекта прекрасно знает. Про все три, точнее. И ты не можешь не знать их, раз это знает он. Чисто из логики если исходить. Маки задумалась, стоит ли раскрывать нам эту информацию. — Ну-у… Если вы обе уверены, что… хотите снова столкнуться со своим прошлым. Мотоко пожала плечами. — Хуже точно не станет. Да и потом, это же будет не кино какое-нибудь с актёрами, которые могли нас сыграть как-то не так, как было на самом деле? — Ну да. Аниме. Что твоя история, что Люськи. Только… твоя история подлиньше будет. Сезона так на четыре, и на штук пять-шесть полнометражек. Я ей улыбнулась, зная, что мы «проглотим» это аниме просто залпом. — Вот и хорошо! Садись давай. Маки чуть надулась, понимая, что за руль я её пускать не хочу. — Порулить дай. — Не-а! — Люсь, ты как черепашка едешь… — Зато риску меньше. Не дуйся, Маки, садись давай. *** Вернуться в прошлое на экране… было… Одновременно приятно и болезненно. А ещё многие вещи встали на свои места, когда я увидела себя и всё остальное со стороны Дэвида и Мэйна. Например, чем был феномен кибер-психоза и как Дэвид продержался так долго, используя «Сэнди» по десять-пятнадцать раз на дню, и когда влез в Кибер-скелет. И оказалось, что аниме полностью дословно передало мою жизнь в семьдесят четвёртом и семьдесят пятом годах. Только посмотрев эту историю, стало понятно, почему Пьер помнит меня именно такой, а не какой я стала ближе к восьмидесятому году. В сердце саднило, конечно, когда я увидела со стороны тот свой взгляд, что я кинула на Землю, находясь на Луне. Вспомнила, как всё тогда было. И, подумав, удивилась, что корпы не доебались до Пьера с Маки, когда они начали резать банды по всему городу. Хотя, может, и доебались, только найти их не смогли толком, из-за Праха-то. Тогда-то он ещё присутствовал в Сети, а с реальной магией на Земле никто из копроратов толком не знаком. А вот история Мотоко мне поначалу показалась какой-то скучной. Ну, пока мы до конца первого сезона и полнометражек поновее не дошли. Оказывается, у майора было много разных искусственных тел, а не только это, которое ей сделали ближе к две сорок пятому у неё дома. Я даже спросила у неё, неужели там реально было так скучно, в её тридцатых-то. Мотоко молча кивнула, продолжая смотреть. А я ещё заметила, что мой наряд из семьдесят четвёртого/пятого и её любимая повседневная одежда для работы в Девятом отделе госбезопасности отличались только цветами и тканью. Ну, так было до полнометражек «Призрак в доспехах: Истоки». Там она выглядела совсем иначе, в двадцатых-то годах. Заодно я наконец поняла, что искины у неё дома и у нас здесь — две большие разницы. Там, в реальности Мотоко, ИИ обладали чуть ли не безграничной властью. Примерно, как Прах не так давно. А на моменте, когда Мотоко ещё пыталась жить по-человечески и строить отношения с кем-то, она заметно погрустнела. В итоге Маки признала, что это всё-таки было хорошей идеей — вместе окунуться в наше прошлое. А вот своё прошлое она нам раскрывать не захотела. Видимо, ей оно причиняло больше боли, чем нам. Или, по крайней мере, историй у неё было раз так в десять больше, чем у нас, поскольку она прожила вдвое больше, чем мы с Мотоко вместе взятые. Ну, или почти вдвое, не суть важно. Главное, что у неё было куда больше историй, которые она не хотела вот так запросто вспоминать. Мы все втроём переночевали у неё на второй квартире, куда она переехала, когда в жизни Пьера появилась вторая вампирша. И, пока мы все вместе дрыхли на одном диване, мне пришла ещё одна мысль. Почему бы нам не глянуть историю о том, как Маки познакомилась с Пьером? И кто он такой вообще? Откуда владеет магией, да так, что даже профессиональные чародейки его чуть ли не гением называли? Заодно можно бы узнать, что за крылья он имел ввиду, а также почему в него влюбились аж две высших вампирши. Кстати, я пока не улавливала разницу между Крис и Сераной, хотя они точно были разными вампиршами. В любом случае, я себя неуютно чувствовала рядом с каждой из них. И относительно спокойно — рядом с Регисом. Кстати, я была бы не против и его узнать получше, а то мы уже сражались вместе, читая мысли друг друга, благодаря «протоколу» Телепатия у Пьера, но толком ничего не знаем друг о друге. Кроме того, что Пьер крайне симпатизирует этому седому вампиру, и что они оба очень словоохотливые. Думаю, они оба немножко жалели, что пока ещё им не выдавалось возможности как следует попиздеть. На утро эльфийка против не была, но предупредила, что эти истории ещё дольше. Я отзвонилась Коту, что задержусь с подругами, а то мне показалось, что лучше держать его в курсе своих передвижений. Да и потом, я ещё ни к кому, кроме Дэвида, не испытывала такой сильной симпатии. Между ними было только одно отличие — Кот не был долбоёбом и чаще думал, чем он. А ещё у него были свои интересы, он не стремился за чужими мечтами и жил так, как ему того хотелось. Наверное, это меня и привлекло. И что ему можно было полностью доверять, как Пьеру. И для меня стало полной неожиданностью, что история Пьера и история Геральта (а именно Геральт был главным героем в Саге о Ведьмаке) — это книги, а не кино или аниме! Нет, я, конечно, умела читать, но в наше-то время со всеми брейндансами и голографическими технологиями и простое-то кино считалось каким-то архаизмом. Что уж говорить про бумажные книги? Мотоко, в отличие от меня, ничуть не удивилась и со всей готовностью села читать весь цикл Ведьмака, отпустив комментарий, что сами герои данной истории очень бы удивились, обнаружив её в бумажном варианте у Маки. Пьер, ясное дело, молчал бы об этом, как рыба. Мне же моя подруга сказала, что, раз меня это так шокировало, то я могу и не читать их. Семь книг! Семь ёбаных книг, каждая толщиной с кирпич! Ладно-ладно, преувеличила. Но «Башня Ласточки» и «Владычица Озера» реально были толстенными томищами страниц так по четыреста-пятьсот каждая! Где-то посередине всей саги, которую майор прочитала залпом за день, Мотоко удивилась и спросила, реально ли Пьер помнит наизусть дословно каждую такую историю, раз у Маки есть полное собрание оригинальных книг от автора. На что эльфийка с усмешкой ответила, что нет — просто он решил взять с собой оттуда, откуда он пришёл в другие миры, банальную цифровую копию, а потом с помощью своих навыков в магии воплотить их обратно в книги, какими он их помнил. А вот сама история Пьера оказалась исключительно цифровой и напоминала какую-то фанатскую выдумку в мире любимой компьютерной игры. Если бы Маки не предупредила меня заранее, что с ним всегда всё так сложно, я бы подумала, что это всё уже попахивает реальной выдумкой. Но буквально альтмерка Маки, с её-то острыми ушами, чуть золотистой кожей, нереально золотыми волосами и чересчур яркими глазами, подтверждала самим своим существованием, что тот мир, в котором Пьер побывал перед этим, где-то реален. Это не говоря о всём том, что Пьер не единожды демонстрировал мне сам. Получалось, что мир некрона тоже где-то реален, и всё то, что нам с Мотоко набрехал про него Пьер, было в равной степени правдой. И что он сам далеко не просто так всё время боялся фаэрона и того, что тот носит у себя в кармане. Мне вдруг захотелось посмотреть, правда ли там под полсотни звёздных систем, вырванных, если верить словам некрона, откуда-то из Рукава Ориона. Ну, чтоб убедиться, что где-то межзвёздные перелёты и все эти супер-технологии и магия тоже реальны. И одновременно вспомнился тот страх, с которым Пьер всё это нам рассказывал. А когда парень, который крутит аж двумя смертельно опасными высшими вампиршами, способными в буквальном смысле его сожрать, если им чего-то не понравится, и который походя взламывает самые защищённые базы данных мегакорпорации вроде Арасаки, чего-то боится, то, наверное, этого стоит бояться и тебе. Мотоко словно прочитала мои мысли в тот момент и, отложив ту самую «Владычицу Озера», поведала о своём опыте общения со столь невероятным существом, как некронский фаэрон, который был в своём уме. На самом-то деле он был далеко не такой страшный, каким его считал Пьер. Себе на уме — это да. Мужик, которому от роду столько лет, сколько нашим реальным динозаврам, считал гигантских титанов, способных в одно ебало скукожить Землю, простыми игрушечными роботами, типа каких-нибудь экшн-фигурок за косарь эдди в детском магазине. Ну, и, учитывая, что он натурально носил в кармане гигантское звёздное скопление, свёрнутое в пространстве так, что звёзды и планеты там не попересталкивались друг с другом, его можно было понять. К вечеру я не выдержала всех этих рассказов и таки села читать Сагу о Ведьмаке. И я вовсе не ожидала, что это окажется настолько увлекательно, что в себя я приду только следующим вечером, обнаружив у себя в глазах ощущение целой песочницы из какого-нибудь детсада. Правда, у меня со скорочтением всё оказалось не настолько круто, как у Мотоко, с её-то механическими глазами и кучей программ в мозгу. Продрыхла без задних ног до обеда следующего дня. Всю ночь снилось что-то странное, малопонятное, но почему-то приятное. Сон говорил о том, что, оказывается, с Маки можно было не только весело побухать или попеть песен со сцены, но и чисто по-дружески посидеть на кухне, погулять по разным местам, далёким от Найт Сити с его угнетающей атмосферой; что с ней можно было вот так посидеть посмотреть сериальчики, или вовсе почитать книжки. Никогда прежде не читала в дружеской компании. Да и вообще не читала толком. Думала, что не моё это. А теперь вдруг узнала совершенно захватывающую историю, как дословно гласит текст на обороте: «…на острие меча…» Геральт оказался весьма сложной личностью, на деле. Я ещё подумала, что Белый Волк — очередной туповатый громила, с которым Пьер пошёл в паре просто потому, что тот умел махать мечом и не задавать вопросов, когда мы телепнулись в Гонконг. Я никогда так ещё не ошибалась. Да и Йеннифер в книге была показана совсем с другой стороны, чем я её увидела впервые. Да, может, впечатление властной женщины мало расходилось с реальностью, но она оказалась не той стервозной холодной сукой, какой я её полагала. Далеко не той. Как минимум, отношения с Цири показывали её совсем иначе. А после истории Трисс я удивилась, что между ними до сих пор не длится соперничество за любовь Геральта. Пока мы вместе ходили по магазинам, они с Йен показались мне давними подругами, прошедшими через огонь и воду. Они были, как… да примерно как мы с Маки сейчас. Ещё и узнала, что все они померли уже разок-другой. Глаза испугались такого большого количества книг, а проглотила я их дня за два. Ну, за три. А книг оказалось восемь, и «Сезон гроз» улетел часов за пять, не в последнюю очередь благодаря искромётному юмору. Маки в процессе мне сказала, что Пьер после первого же прочтения, всё из-за того же юмора мог процитировать отдельные смешные моменты, вроде «…пресс напомнил Геральту перетянутый рулет, а бицепсы, дабы не выходить из рамок гастрономической образности, напоминали свиные окорока». Только, полагаю, из его уст там бы прозвучал весь отрывок про кордегардию Керака. Узнав так много нового из кучи книг, я вдруг задалась вопросом, отчего Пьер в последнее время носит только комиссарскую форму, и Маки мне с хитрой улыбкой вывалила ещё четыре толстенных кирпича про комиссара Кайфаса Каина. Эти я отказалась пока читать, сославшись на усталость глаз. Бля, ладно Сага о Ведьмаке, где самая большая книжка была о пятиста сорока шести страницах. Но том в полторы-две тысячи? В количестве четырёх штук? Это уже было немного слишком. Правда, когда Маки заикнулась про юмор, изложенный на страницах, мне пришлось побороться с желанием тут же открыть первую попавшуюся книгу. Разумеется, Мотоко уже прочитала эти кирпичи и подтвердила, что качество юмора там тоже на высоте. К тому же, именно с Каина, по её мнению, Пьер и брал пример. Причём небезуспешно, если верить словам некрона о его ролевой игре в полку имперской гвардии. Ну, и с поправкой на его мягкосердечность. За всем этим аниме- и книжным марафоном мы с Мотоко чуть не забыли, почему мы решили пойти к Маки. И майор первой об этом вспомнила за кружкой кофе: — Кстати, Маки, а чего ты так расстроилась поза-позавчера? Маки, теперь уже полностью в нормальном настроении, усмехнулась и почесала затылок. — Да вот… загон у меня был. Я там в Гонконге расстаралась ради Сераны и, чего уж тут, ради Крис, а они… дуры обе. — В смысле, они его опять потеряли? — Ну. Ты только представь себе, что я почувствовала. Вот работаешь ты, работаешь ради них из чистой женской солидарности, да и, чего таить, чтоб Пьер перестал загоняться сам и наконец переспал с ними, а то заебал он уже. Чем чаще к нему тёплые чувства проявляют, тем больше он в себя уходит, отгораживается ментальной стеной и полностью обесчеловечивает себя. Посвящает всего себя одной цели и думает, что всё, что ему мешает — угроза. А тут эти идиотки проёбывают свой лучший шанс переспать с ним самым тупым образом. Я недоумённо нахмурилась. — Серьёзно? И из-за этого ты решила забухать? Маки неопределённо хмыкнула. — Хмм… не совсем. Просто… много чего… И до меня вдруг дошло, потому что я вспомнила, какой была наша первая настоящая встреча: — Ты давно уже не летала, да? Эльфийка с отсутствующим взглядом кивнула. — Давно. И пытаюсь хоть как-то заполнить это гнетущее чувство. Думала, увижу улыбку Пьера вместе с этими вампиршами, и мне полегчает. Ну, хотя бы надеялась на это. А тут мне такую свинью подложили. Так обидно стало… Она посмотрела на Мотоко, на меня и улыбнулась. — …Но потом пришли вы, и я порадовалась. Передумала всё заливать алкоголем, чтобы Пьер и правда вернул меня обратно в космос, где я всё своё время могла летать на гигантском корабле с нормальным ИИ, могла по первой просьбе пересесть на космический истребитель с личным гипер-драйвом и такими мощными пушками, что хоть против некронов, хоть против тиранидов вылетай. Майор спросила, поддав в голос сочувствия: — А он реально может перебросить тебя обратно в Вархаммер? Эльфийка пожала плечами. — Может. Но это не означает, что он этого хочет, и что ему это ничего не будет стоить. Всё его могущество вертится вокруг либо одного мощного и глобального чуда, либо кучи маленьких рукотворных чудес. Я тоже спросила, желая узнать, что же он имел ввиду под моими крыльями: — И… хочешь сказать, что он может на основе наших современных собрать таких же разумных птиц, как Прах, Хугин, Мунин, Афина и Зевс, которых он выковал в той двемерской кузне? — Ну-у, чтоб таких же — вряд ли. Но вот в целом механические крылья — вполне. Зато он, думаю, сможет склепать нечто, что будет близко по лётным характеристикам к моим птичкам. — Личные механические крылья, способные разогнать тебя без какой-либо защиты до низкого сверхзвука, серьёзно? — Я не говорила, что они будут без защиты. Вот как думаешь, мой нанокостюм сможет выдержать полную мощность новых, а то и старых механических тел, в отличие от сталгримовых доспехов Печати Смерти? Не говоря уж о моём теле самом по себе? И о каком таком «низком сверхзвуке» ты вообще говоришь? Я собираюсь по-новой раскрыть возможности моих птичек, а это будут такие трюки, по сравнению с которыми тот вылет на истребителе за атмосферу и рядом не стоял! ***