17. «я хочу поздравить его с днем всех влюбленных»

      Перед четырнадцатым февраля собрание в классе проходило только для девочек. Темари обвела взглядом сидящих за партами одноклассниц: Ино лениво чистила ногти, Карин так же лениво листала учебник, Сакура подперла щеку рукой, Тен-Тен тайком сидела в телефоне, Каруи смотрела в окно, и только Хината и Тамаки были готовы слушать президента.       — Мы устроим вечеринку! — сказала Темари, и это моментально привлекло всеобщее внимание. Девочки оживились, начав переглядываться.       — Вечеринку? Для мальчиков? — уточнила Ино.       — Для всех. Но, конечно, мы будем дарить парням шоколад, и, — Темари приподняла палец, — дарить всем. Не только тем, с кем вы… близко общаетесь. Шоколад должны получить все, а так как парней у нас больше, то поделим их между собой, как бы это ни звучало.       Сакура и Ино дружно засмеялись. Тен-Тен сказала:       — Я подарю шоколад Ли и Неджи.       — Я тоже подарю Неджи, — неожиданно подала голос обычно всегда молчаливая Хината. — И… Наруто? — она задумчиво скосила глаза на парту, где обычно сидел Узумаки.       — Я подарю Саске-куну! — воодушевилась Сакура, метнув предупреждающий взгляд на Ино. Ино закатила глаза и сказала:       — Я дарю Саю. И Шикамару с Чоуджи.       — Я тоже дарю Чоуджи, — сказала Каруи.       — А я Кибе, — сказала Тамаки.       — Хорошо, — Темари раскрыла доску, на которой заранее написала имена парней из их класса, и нарисовала птички рядом с названными именами. Выходило немного нечестно, кто-то получал шоколада больше. — Будем распределять так. Каждая дарит несколько шоколадных подарков одному парню. Конечно, не нужно покупать за свои деньги, их профинансирует школа. Суть в самом подарке.       Постепенно получилось так, что каждый из мальчиков в их классе получал равное количество шоколадок. Наруто — от Хинаты, Сакуры и Карин, Саске — от Сакуры, Карин и Ино, Сай — от Ино, Каруи и Тен-Тен, Неджи — от Хинаты, Тен-Тен и Тамаки, Рок Ли — от Тен-Тен, Сакуры и Темари, Чоуджи — от Каруи, Ино и Тамаки, Шино — от Хинаты, Карин и Сакуры, Киба — от Тамаки, Хинаты и Тен-Тен, Шикамару — от Ино, Темари и Каруи, Даймару — от Карин, Сакуры и Темари.       — Даймару будет счастлив получить от вас шоколад, президент, — протянула Карин, лукаво сощурившись.       — И Шикамару будет счастлив, — сказала Ино. — Ладно, девочки, раз такое дело, признавайтесь, кто вам нравится? — внезапно предложила она. Или не так уж внезапно. Темари ожидала услышать этот вопрос: каждый год кто-то (обычно именно Ино) его задавал, с тех самых пор, как они начали готовить парням подарки на День всех влюбленных.       — Так мы тебе и признались, — проворчала Сакура.       — А с тобой и без признаний ясно, — парировала Ино. — Тебе нравится Саске-кун. Хинате — то ли Наруто, то ли Неджи. Тамаки — Киба, Каруи — Чоуджи, Тен-Тен — Ли, и скажите, что я не права.       Тамаки вспыхнула. Сакура треснула кулаком по парте.       — Ну, Свинка!       — Тихо! — повысила голос Темари. — Мы обсуждаем не это! Мы обсуждаем праздник и еще не решили, какой будет вечеринка!       — Давайте все наденем ушки? — предложила Ино. — Не костюмы, просто ушки. Кошачьи, собачьи, мышиные, любые. Украсим класс обычной валентиновой мишурой, устроим танцы, а еще — конкурс на лучшую пару и особую игру с карточками?       — Да, — согласилась Темари. — Если все за, будет круто, — способности организатора вечеринок у Ино были гораздо лучше, чем у нее, и проще было не спорить, а признать ее превосходство и довериться. Никто из девочек не возражал, на том и остановились: ушки, подарки, танцы и игры. Когда все расходились, Ино остановила Темари, удержав за локоть.       — Хочешь, приготовим шоколад для наших парней вместе?       — Наших? — Темари вскинула бровь.       — Ну ты же будешь поздравлять Шику? И я тоже, только в моем случае это будет томо-чоко, а в твоем — хонмей-чоко, правильно?       Темари почувствовала, что краснеет. Они с Шикамару вроде как решили тогда, что встречаются, но ничего особенно не изменилось. Он так же провожал ее домой и они ели вместе. Никаких свиданий — учебы после каникул стало больше, на встречи вне школы попросту не хватало времени. Но все-таки статус их отношений изменился, и именно четырнадцатого февраля это должно было перейти на новый уровень.       — Наверное, — буркнула она.       — Ты стесняешься? — засмеялась Ино. — Боже, Темари-сан, ну ты и цундере.       — Ничего подобного! — рассердилась Темари, но тут же передумала злиться, когда Ино примирительно сказала:       — Это нормально, что ты все еще колеблешься, ничего страшного. Но и то, что ты хочешь подарить хонмей-чоко тому, кто тебе нравится — нормально. Мой шоколад для Сая будет хонмей-чоко. Я хочу попробовать приготовить его сама. Ну, и если ты не против, с нами будет Каруи: у нее есть куча рецептов. Соберемся в цветочном магазине моей семьи, там есть кухня. Как тебе?       Стоило признать, идея была хорошей. С Ино и Каруи у Темари всегда были неплохие отношения, и она не увидела причин отказываться.

***

      Сумерки в феврале все еще наступали рано, и когда уроки закончились, солнце уже зашло, окрасив небо на западе в лиловый и бледно-розовый. Фонари зажглись, отбрасывая на тротуары длинные тени. Кое-где в их свете поблескивали островки подтаявшего снега.       Цветочный магазин, принадлежащий семье Ино, назывался незатейливо «Яманака Хана». Так звали ее маму, кроме того, получалась интересная и милая игра слов. Сквозь стеклянные двери виднелись алые розы, нежные тюльпаны, орхидеи и первые весенние нарциссы, и даже с улицы был ощутим тонкий аромат свежих цветов, смешанный с морозным воздухом.       Кухня здесь была скорее похожа на кухни в ресторанах, но более компактная. Светло-серые стены, вдоль одной — ряд шкафов и встроенная бытовая техника, у противоположной стены — удобный стол. На полках — посуда и специи.       На столе они расстелили чистый пергамент и расставили разнообразные ингредиенты: измельченные миндаль и фундук, кокосовую стружку, корицу, ваниль, сухофрукты и многое другое. На плите грелся ковшик с цветочным медом. Сначала было решено делать томо-чоко, и для этого выбрали конфеты с сухофруктами.       — Почему ты решила дарить Ли? — спросила Ино, нарезая цукаты помело. — Вы даже не общаетесь.       Темари пожала плечами. Они правда не общались, но почему-то…       — Чтобы ему хоть кто-то что-то подарил? — хохотнула Каруи. — Ну, то есть, кроме Тен-Тен.       — Отчасти, — признала Темари, — Но… я его уважаю, наверное. Он очень упрямый. Помните, когда сломал ногу в средней школе? Думали, он больше не то что в футбол не будет играть, а ходить сможет еле-еле. А он смог ходить и даже продолжил играть.       — Да, — протянула Ино. — Он молодец. А почему Даймару?       — Я же тебя не спрашиваю, почему ты делаешь шоколад тем, кому делаешь, — нахмурилась Темари.       — Зачем спрашивать? Шика и Чо — мои друзья с пеленок, а Сая я люблю. Вот и все, — легко ответила Ино. Темари и Каруи растерянно переглянулись.       — Ты так легко говоришь, что любишь? — осторожно спросила Каруи.       — А что такого? Ну да, это смущает. Сначала смущало. Потом… то ли я так устроена, то ли Сай такой… его легко любить. Легко признать — да, это то самое. Так почему Даймару? — вернулась Ино к вопросу.       — Не знаю, просто так, — Темари начала складывать курагу и финики в миску. — А почему Каруи дарит Шикамару и Саю?       — Потому что ты так сказала, президент, — фыркнула та. Ино засмеялась, присыпая клюкву и киви кокосовой стружкой. Каруи смешала цукаты помело с измельченными орехами и корицей. Далее следовало залить их медом и скатать шарики.       — И все-таки зря томо-чоко даришь Даймару именно ты, — не успокоилась Ино.       — Я дарю ему гири-чоко, — уточнила Темари.       — Все равно зря. Не понимаешь? Ты ему нравишься. Да он в тебя без памяти влюблен! И если ты подаришь ему конфеты, ты, а не любая другая девушка — это будет вроде как… повод надеяться.       — Да не влюблен он в меня, — нахмурилась Темари. Ино покачала головой, но возражать не стала:       — Ну как знаешь, — сказала она, выкладывая готовые конфеты на пергамент. — Теперь приступим к хонмей-чоко?       Для хонмей-чоко требовались плитки темного шоколада, нежные молочные сливки и какао-порошок.       — Идеальная текстура зависит от точных пропорций, — авторитетно заявила Каруи. — Нужно взвесить шоколад и сливки, давайте, я вам помогу.       Пока она взвешивала ингредиенты, Ино поставила небольшую кастрюлю со сливками на плиту, а Темари, разломив шоколад на мелкие кусочки, выложила их в миску. Когда сливки нагрелись, Каруи, медленно и непрерывно помешивая, вылила их на шоколад, и прямо у них на глазах кусочки растаяли. Готовую однородную смесь следовало вылить в выстланную пищевой пленкой квадратную форму и разровнять поверхность лопаткой.       Пока конфеты застывали в холодильнике, Ино заварила кофе. Вытянув длинные ноги, спросила:       — Ну, как вы узнали, что ваши парни — ваши соулмейты?       — А то ты не в курсе, — фыркнула Каруи.              — Представь себе, нет. Они мои друзья, но это не значит, что делятся со мной всеми подробностями своей жизни. Все, что я знаю — что они в вас влюбились.       Она так легко об этом говорила… Темари ощутила, что у нее краснеют кончики ушей. Вкус кофе напоминал то утро, когда они с Шикамару впервые назвали друг друга влюбленными, но и тогда ей было сложно. Даже мысленно признать — и то было сложно.       — Давайте я начну, — сказала Ино. — Однажды я увидела, что Сай меня рисует. Случайно заглянула ему за спину, вижу — а это мое лицо. Но что он мой соулмейт, понятия не имела, и решила пойти на хитрость: начала усиленно думать, что хочу, чтобы мне подарили букет роз. Белых. Хочу, и точка. Жить без них не могу. Так усиленно думала, что сама поверила, будто их хочу. И Сай мне их подарил. Мы поговорили, и… и так все началось, — она издала довольный смешок.       — А я узнала, что Чоуджи — мой соулмейт, когда не успела купить булочку с дыней в столовой, — заулыбалась Каруи. — Их все уже раскупили, а мне так хотелось эту булочку… и Чоуджи подошел и отдал мне свою. Сказал, что если ошибся, и желание не мое, то он все равно будет рад меня угостить. Но он не ошибся.       — Как романтично, — восхитилась Ино. — Темари, а ты?       — Неважно.       Стало обидно: у них правда было все романтично. И у Ино, хотя она буквально ловила на живца, и у Каруи, хотя какая может быть романтика в булочках? И все-таки была. А Темари что? Сама догадалась, сама потребовала показать руку, сама расстроилась, что забота Шикамару была вызвана не искренней симпатией.       Ино не стала настаивать, заговорила уже о другом — не о парнях, а о новом фильме, и постепенно Темари включилась в разговор. И даже хорошо провела время, поймав себя на том, что непринужденно болтает с девочками, как будто они ее подруги.

***

      Для вечеринки Темари выбрала лисьи ушки. У Ино были кошачьи, у Сакуры — мышиные, Хината выбрала кроличьи, Тен-Тен и Тамаки тоже приняли образ кошечек, а Карин вместо ушек нацепила рожки.       Они украсили класс, развесив гирлянды и бумажные бело-розовые фонарики в форме сердечек. Вдоль окон — легкие полупрозрачные ткани пастельных тонов, колышущиеся от легкого ветерка. Столы сдвинули к стенам. В углу у стены устроили фотоуголок, а на учительском столе расставили подносы с печеньем и банки с соком. Ино зажгла ароматические свечи с нежными фруктовыми нотками.       — Ну ничего себе! — восхитился Наруто, первым влетевший в класс. — Потрясающе! Наши девочки самые лучшие!       Входящие следом парни реагировали менее бурно; впрочем, Ли обрадовался еще громче. Остальные улыбались, благодарили за шоколад и смотрели на девушек влюбленными взглядами — те, у кого были те девушки, на которых они могли так смотреть.       — С днем святого Валентина, — смущенно сказала Темари, протянув Шикамару свой подарок. Он взял конфеты, неловко краснея.       — Спасибо.       — Танцы! — объявила Ино, включив музыку. Темари вздрогнула — заиграла «Весна» Вивальди. Не «Осень», но все равно… Шикамару усмехнулся, галантно склонившись.       — Потанцуем?       Темари подала ему руку, позволяя увлечь себя в вальс. Этот танец был похож на тот, что они танцевали на Хэллоуин, и в то же время — разительно отличался. И сомнений у нее было меньше… или еще больше. Она все еще не понимала, чего именно хочет.       И у нее все еще был Гаара: Мей говорила, что Раса наотрез отказывается даже обсуждать эту тему.       — Как твой отец? — спросила она Шикамару.       — Уже полностью здоров, работает, как раньше. А твои как?       — Нормально, — что еще можно было сказать? Темари хотела спросить что-то еще, но тут Ино провозгласила:       — А сейчас мы сыграем в игру! Все получили на входе карточки? Так вот, на каждой карточке написана половина слова. Вторая половина — у другого человека, и те, у кого они совпадут, должны вместе сфоткаться! — она указала на фотоуголок. — Ищем-ищем-ищем!       Темари посмотрела на свою карточку; чтобы не создавать путаницы с иероглифами, Ино использовала английские слова. На ее листке бумаги было написано «erness», и она совсем не удивилась, когда к ее листку приставил свой Шикамару. На его карточке значилось «tend».       Можно было заподозрить, что Ино мухлевала, но ее собственная карточка совпала с карточкой Шино, что было вряд ли запланировано, и прочие пары тоже не совпали. Сакура недовольно смотрела на Наруто, которому выпала вторая часть ее слова, Хината покусывала губы, глядя на Кибу.       — Просто фотка, она может быть дружеской, — сказала Ино, и в который раз подала пример, вынув телефон и щелкнув себя с Шино стоящими рядом. Шикамару вынул свой смартфон.       — Это будет наше первое фото, — сказал он.       «Наше» прозвучало так, что внутри у Темари разлилось тепло. Она встала ближе к Шикамару и думала, что будет просто стоять, но он притянул ее к себе за талию, прижался щекой к ее щеке и нажал на кнопку. Так быстро, что Темари не успела возмутиться.       — Эй, зачем при всех! — запоздало воскликнула она, и в отместку, не задумываясь, что это тоже происходит при всех, сняла свои лисьи ушки, нацепила их на Шикамару и сфотографировала на свой телефон его растерянное выражение лица.       — Удали! — потребовал он, попытавшись отнять телефон. Темари увернулась, споткнулась о край стола, покачнулась — и оказалась в его объятиях. Медленно она подняла руки и сняла лисьи ушки с его головы. Этот момент идеально подходил для поцелуя, и если бы они были одни, Темари непременно первой бы потянулась к его губам, они так давно не целовались, она соскучилась… но вокруг были их одноклассники.       — Не удаляй, — сказал Шикамару. — Я пошутил. Давай еще сфоткаемся?       И они сделали еще несколько фото, и снова танцевали, и ели конфеты, а потом он проводил ее домой и наконец-то они смогли целоваться так долго, сколько хотели.