Глава 32

      Обед прошел без происшествий, просто поговорили о картах и еще об одном или двух местах, которые он хотел, чтобы я проверила. Крис проснулась в полдень от чьего-то стука в дверь. Когда она открыла, то была удивлена, увидев Натана с двумя тарелками, полными еды. У нее было полно ее любимых блюд, некоторые из которых Натан приготовил для нее. Влюбленные пташки куда-то разбрелись.       Я направилась в сестринское отделение.       Завернув за угол, я увидела Нэнси за стойкой регистрации. Я покачала головой, на данный момент, если я когда-нибудь увижу кого-нибудь еще, я потребую знать, кто ее похитил. — Привет, Нэнси, ты сейчас занята?       Она подняла глаза и улыбнулась: — Привет, Диана, сейчас нет, чем я могу тебе помочь? — Мне интересно, есть ли какие-то особые травы, которые тебе нужны, когда я завтра проведу разведку.       Она встала: — Конечно, у меня есть немного времени, чтобы посидеть и поговорить. Я закончила со всеми бумагами, и если мы посидим здесь, мне даже не придется никого нанимать для обслуживания стойки регистрации. Я сейчас вернусь. — Я подошла к удобным сиденьям сбоку и стала ждать.       Ей не потребовалось много времени, чтобы вернуться. Она каким-то образом удерживала небольшое блюдо с овощами, блокноты, ручки, кувшин с водой и два стакана. Я быстро встала: — Давай я тебе с чем-нибудь помогу. — Я помогла ей разложить все на столе перед нами, прежде чем мы сели.       Мы начали обсуждать, какие травы все еще можно найти под снегом, а какие сохраняют свою силу после заморозки. После того, как у меня были списки, разговор перешел на другие темы. На вечеринке вспыхнула пара драк, обычно ревнивые парни пытались ухаживать за одной и той же девушкой. Никого не пришлось держать в сестринском отделении, хотя двоим понадобились гипсовые повязки, и они были в своих палатах.       У них все еще были проблемы со стабилизацией состояния пациентки с действительно тяжелым диабетом второго типа, даже до появления зомби больницы испытывали трудности со стабилизацией ее состояния. Несколько трав в списке были попыткой выяснить, могут ли они помочь, если использовать их в комбинации. Запасы инсулина катастрофически сокращались, и один только инсулин ей все равно не помогал. Срок годности всего инсулина истек, и он быстро терял свою эффективность. У инсулина был очень короткий срок годности — 3 месяца, даже при хранении в оптимальных условиях. Пока еще было ясно, что они использовали его, потому что это было то или ничего, но они выбрасывали все, что окрашивалось. У нас было двое, которым пришлось вводить инсулин в основу.       У тех немногих, кто ранее принимал таблетки, было мало проблем или их вообще не было, возможно, из-за физических упражнений и здорового питания. Они лечили несколько незначительных случаев обморожения пальцев и ушей. Очевидно, Фрэнсис все еще находилась на постельном режиме в сестринском отделении. Он по-прежнему отказывался говорить, что произошло, но пару дней он не сможет много ходить. Кто-то растянул лодыжку, упав на лед.

***

      Неделя прошла без происшествий, было даже не так много ссор со стороны пары вспыльчивых новичков, которые постоянно ввязывались в драки. Теперь почти все носили бейджи с именами и осваивались с графиком тренировок.       Мэтью попросил меня зайти к нему в комнату после ужина, чтобы обсудить мои разведывательные вылазки. Исследование прошло довольно успешно. Он упомянул, что хотел обсудить, не соглашусь ли я помочь новому руководителю группы собирателей с конкретным учебным уроком. Я постучала в его дверь: — Заходите. — Я открыла его дверь, у него была одна из тех двухместных комнат. Первая комната была его кабинетом, в задней находилась его спальня за закрытой дверью. У большинства руководителей групп и командиров было такое благоустройство.       Он сидел за столом с разложенными бумагами, я подошла и села. Он поднял глаза: — Ну, в тех местах, на которые вы указали, было много зелени, и медсестры просили меня поблагодарить вас за эти травы.       Он схватил другую стопку бумаг: — Я действительно передал вашу записку командиру базы. Оказывается, еще пятеро встали рано, чтобы записаться на различные профессии. Другие внимательно следят за ними, поскольку их профессии не имеют ничего общего с фуражирами. Есть пара других нарушителей спокойствия, на которых мы уже положили глаз, трое внезапно решили прекратить причинять вред. Майлз, Кейл и Фрэнсис.       Он замолчал, когда я начала хихикать и покачала головой. Он поднял бровь, ожидая объяснений.       Я усмехнулась: — Сомневаюсь, что Фрэнсис в этом замешан, он был очень рассеян в ту ночь. — Мы знаем о его травме, но поскольку мы не знаем, когда это произошло, он мог быть в этом замешан.       Я снова покачала головой: — Нет, я столкнулась с ним, когда вышла пробежать несколько кругов. Он попытался затащить меня в тот чулан, но я пнула его ногой туда, куда не светит солнце. Он был там почти всю ночь. Я также высказала свое мнение о его поведении. Я бы не стала доверять ему больше, чем могу бросить, но я нанесла ему изрядный ушиб и напугала еще больше.       Мэтью расхохотался. Я усмехнулась ему. Он вытер слезы с глаз: — О боже. Ой. Я так понимаю, что он, возможно, извлек урок из своей ошибки?       Я усмехнулась: — Давайте просто скажем, что теперь у нас есть некоторое понимание. Если он попытается принудить другую даму, я вернусь, чтобы причинить еще больше боли.       Это снова заставило Мэтью рассмеяться, немного погодя он покачал головой: — Вы не упомянули об этом ни мне, ни командиру базы в нашем обсуждении.       Я пожала плечами: — Он уже получил свое наказание, и это было бы просто личные разборки между мной и ним.       Мэтью покачал головой, все еще приходя в себя после такого сильного смеха: — Пожалуйста, скажи мне, что он упал как подкошенный?       Я ухмыльнулась: — Сначала он брал уроки пилотирования.       Мэтью снова разразился смехом. Я думаю, он слишком сильно наслаждался болью Фрэнсиса… Сейчас это было несколько забавно, хотя в то время я была очень расстроена из-за него. Я только молилась, чтобы они не включили его в нашу команду.       Мэтью в конце концов пришел в себя: — Ну, еще одна вещь, о которой я хотел с вами поговорить, — это новый руководитель группы по поиску пищи, Бретт. Он проходит обучение, но он почти уверен, что один или двое из его членов не подчинятся приказам или проигнорируют обучение, если он отвернется или ему придется ненадолго уйти. Он хочет пройти как минимум 3 недели обучения, прежде чем пытаться по-настоящему оценить их реакцию. Проблема в том, что он хочет быть уверен, что они думают, что он временно предоставил их самим себе. На базе этого не произойдет.       Он наклонился вперед, положив локти на стол: — Что он предлагает, так это съездить на одну из отмеченных полян за кормом. Он воспользуется предлогом, чтобы ненадолго отлучиться, и он хочет, чтобы кто-нибудь понаблюдал за ними, пока его не будет, и при необходимости предупредил их об опасности. Поскольку вы добровольно прошли пешком через весь лес и у вас большой опыт, он интересуется, не мог бы он устроить так, чтобы вы спрятались на деревьях поблизости и наблюдали. Он предлагает оставить их одних примерно на два часа. Он верит, что может устроить так, чтобы кто-то притворился серьезно раненым, хотя остальные не будут знать, что это всего лишь проверка. Он отвезет автобус обратно и вернется за ними через некоторое время, если они не будут волноваться из-за того, что их оставили одних. Предполагая, что все виды факторов взаимодействуют, например, отсутствие зомби в этом районе или бушующие снежные бури.       Он откинулся на спинку стула. Я посмотрела на карту мира у него на стене и подумала. Я легко могла представить план, пара часов сначала усыпит их бдительность, а затем заставит понервничать. Также было много времени, чтобы все пошло не так. Очень много.       Мой взгляд опустился на карты, которые я сделала, я протянула руку и взяла одну, внимательно изучая ее. Мэтью терпеливо ждал, как будто у него было все время в мире. Он не собирался торопить меня.       Я исследовала каждое местоположение, прокручивая в уме сценарий за сценарием, отбрасывая каждый за последним из-за какой-нибудь опасной или непредсказуемой ошибки. В этом районе не было достаточно больших деревьев, на которые они могли бы взобраться, если бы появились зомби, другое было главным проходом для зомби, поскольку толстый пояс деревьев направлял их прямо на эту поляну. У некоторых под снегом не было никаких ресурсов, которые стоило бы выкапывать, в других росли в основном более редкие растения, которые новички не могли распознать.       Я нашла одно место, которого мы еще не касались. Я внимательно осмотрела его, после небольшой подготовительной работы оно должно быть почти идеальным. Я разложила карту и указала место: — Здесь есть хребет, небольшой, но около 4 метров высотой. Он не очень широкий, и зомби не могут перелезть через него. Другая сторона окружена густыми кустами ежевики, даже зомби не будут пытаться продираться сквозь такие густые заросли, если они, во всяком случае, хотят выйти живыми. — Я перевела дыхание. — Это создает более длинную поляну между ними, на каждом конце есть небольшое отверстие. Я могу взять лопату и насыпать огромную кучу снега, чтобы имитировать этот гребень и перекрыть дальнейший вход за поворотом вот здесь. Отверстие шириной всего около 9 метров, так что у меня уйдет не больше половины дня, чтобы построить что-то, что зомби не смогут легко преодолеть. Я могу укрепить его палками и бревнами. Как только пару раз выпадет снег, это будет выглядеть естественно. За день до того, как я смогу выманить всех зомби в округе.       Я продолжила: — Им придется наблюдать только за одним входом, хотя они не будут знать об этом. По краям хребта растет несколько больших кленов и елей, на которые они могут взобраться, если что-то подвернется. То, что хребет наклоняется до самого шоссе, означает, что во всей этой области вообще оказывается очень мало зомби. Это, как правило, направляет их к тому большому полю, по которому всегда бродит несколько десятков человек. Там под снегом должно быть много съедобной зелени, я проверю, когда буду проезжать мимо, просто чтобы убедиться. Мы не трогали его, потому что на самом деле он недостаточно велик, чтобы развлекать три группы более двух часов, но он должен развлекать одну новую группу весь день, пока они работают над своими техниками.       Его взгляд проследил за моим пальцем, когда я указывала на области, пока высказывала свое предложение. Он немного подумал, медленно кивая: — Да, это действительно кажется идеальным местом. Если вы сможете перекрыть это отверстие, это было бы здорово. Я не могу придумать ничего другого или каких-либо предложений. Я передам это Бретту через день или около того.       Я кивнула: — Если он захочет, как только он вернется, я могу подождать около 20 минут, а затем сесть на гребень и посмотреть, сколько времени потребуется, чтобы они заметили.       Он ухмыльнулся: — Я думаю, он, вероятно, примет это предложение. У него неплохое чувство юмора.       Он сделал паузу на мгновение и посмотрел на меня: — Вы слышали или видели что-нибудь еще на базе, что, возможно, захотите прокомментировать?       Я покачала головой: — Большую часть времени я была снаружи, поэтому мало что вижу или слышу. Руководители кулинарных групп, вероятно, знают большинство историй. Возможно, стоит также проконсультироваться с медсестрами. Я знаю, что вы уже регулярно получаете просмотры от охранников.       Он кивнул: — Я так и думал, иначе я, вероятно, уже был бы в курсе. Какие у тебя планы на завтра?       Я провела пальцами по следу на карте: — Я отправлюсь туда и построю эту баррикаду завтра утром, после проверки поля. Если все будет хорошо, тогда я отправлюсь обратно и проверю эти участки с небольшим количеством деревьев. Осенью там были почти сплошные одуванчики и клевер, до тех пор, пока мыши до них не добрались, мы можем более чем компенсировать трудности в обучении новой группы.       Он кивнул: — Звучит неплохо, оставайтесь на связи, как обычно.       Я усмехнулась: — Конечно, не забудь зарядить свой.       Он смущенно улыбнулся: — Он на зарядном устройстве. — Когда он указал на него на столике в углу. Однажды он забыл зарядить его и подумал, что я ушла без своего. Я заметила, что не получаю ответа, и вернулась на базу после первого часа, как мы и договаривались. Оказалось, что у него был слишком низкий заряд батареи для подключения. В тот день мне разрешили бродить по окрестностям базы без ничего. Теперь Мэтью время от времени подвергался добродушным поддразниваниям за этот трюк.       Мы поговорили еще немного, а потом я ушла. Я остановилась в коридоре, я слышала, как Крис с кем-то разговаривает, и не нужно было быть гением, чтобы догадаться, с кем именно. Я постучала в дверь, а затем вошла: — Тук-тук. — Я улыбнулась им двоим, которые ерзали на краю кровати. — Мне просто нужно было заскочить, чтобы кое-что занести, и взять свое пальто, и я больше не буду вам мешать.       Я схватила свои вещи и вышла из комнаты, они выглядели несколько смущенными. Я улыбнулась им: — Теперь вы можете вернуться к своим поцелуям, но, возможно, захотите это делать немного потише, чтобы соседи вас не услышали. — Диана! — Крис густо покраснела.       Я усмехнулась: — Не беспокойся, ты говорила недостаточно громко, чтобы они тебя услышали. Я просто знала, что ты здесь, из-за света под дверью. Я буду на дорожке примерно до 9, только ничего не делай на моей кровати, пожалуйста. — В этот момент Крис покраснела как свекла, а Нейтан выглядел немного смущенным из-за того, что я знала, что у них была мини-фотосессия в обнимку. Я усмехнулась и помахала рукой: — Увидимся позже!       Я закрыла за собой дверь и пошла по коридору. Возможно, мне стоит посмотреть, поможет ли Нейтан мне подшутить над Крис… Хотя я сомневаюсь, что он рискнет попасть в ее плохие списки. Хммм… Однако это натолкнуло меня на другую идею.       Я ухмыльнулась, у меня заканчивались уникальные розыгрыши, которые я могла бы разыграть с Крис.       На прошлой неделе я положила ручного ягненка, потерявшего мать, к ней в постель. Он молча прижался к ней, и она проснулась, держа его на руках. Это было так странно — подшутить над кем-то только для того, чтобы услышать восторженный визг, когда они просыпаются…       В другой раз, когда я позаимствовала несколько дюжин высоких зеркал и расставила их по всей комнате, а несколько поставила тут и там, чтобы усилить отражение, это ее немного напугало.       Я начала бегать трусцой по дорожке, чтобы разогреться. Мне пришлось бы подождать с этим и немного поторговаться, чтобы получить то, к чему я стремилась. Набирая скорость, я размышляла о том, кто, возможно, больше всего захочет мне помочь или кто сможет сделать то, что мне нужно. К 9:30 мой выбор сузился, хотя мне придется подождать до завтрашнего ужина, чтобы разыскать людей.       Крис и Натан обязательно должны были быть где-то вместе, в последнее время они целовались в ее комнате, так как у Натана были соседи по комнате. Единственная трудность для них заключалась в том, что мне иногда приходилось заходить за чем-нибудь, например, за своей курткой. Я думаю, мне лучше начать носить её с собой, чтобы не беспокоить их каждый вечер до 8.       Обычно я навещала Крис перед ужином, Натан присоединялся к нам во время ужина, а потом я обычно заканчивала на различных уроках или уходила в тренажерный зал, так как Крис и Натан хотели провести час или около того вместе.       Когда я вернулась в комнату, я постучала и вошла, но они оба ушли. Я оставила свою дверь открытой, когда хватала куртку. Они могли бы иногда видеть меня, когда я бегала, если бы посмотрели, и если бы я закрыла дверь, она бы знала, что я в своей комнате.       Я немного изучила книгу по травам, а затем легла спать, Крис вернулась бы позже.

***

      Три дня спустя я возвращалась со своей пробежки, и повсюду были расставлены охранники. Люди выглядели нервными или расстроенными, все они казались на взводе. Что произошло, пока меня не было? Мэтью ничего не упоминал, так что, возможно, он тоже не знал. Я подошла к одному охраннику, которого узнала: — Что происходит?       Он посмотрел на меня: — Произошло убийство.       Я ошеломленно моргнула: — Что? Кто и почему?       Он пожал плечами: — Рай из группы уборщиков Ника. Его нашли с перерезанным горлом. Никто не знает, кто это сделал и почему.       Я была шокирована, группа Ника тренировалась вскоре после моего приезда. Никто из его группы не был новичком. Я никогда не слышала никаких жалоб или ворчания в адрес этой группы. Я покачала головой, убийство на этом маленьком островке относительной безопасности было немыслимо. — Спасибо, что сообщили мне. — Она кивнула и продолжила осматривать толпу.       Я направилась в свою комнату, как только оказалась внутри, связалась по рации с Мэтью и дала ему знать. Он еще ничего не слышал. Он уже возвращался, и грузовик был загружен.       Я направилась к погрузочной платформе, чтобы помочь им разгрузиться. Я была ошеломлена, когда увидела там Фрэнсиса, помогающего разгружать. На нем была бейджик с именем, и это указывало на его принадлежность к группе общей помощи. Они помогали с более крупными случайными работами, требующими силы человека на короткое время, такими как разгрузка, разделка мяса, в общем, помогали любой группе, которой ненадолго требовались дополнительные руки.       Я увидела, как моя группа заворачивает за угол, и помогла отвести их обратно к выступу погрузочной платформы. Я начала помогать им разгружаться.       Группа Фрэнсис закончила с их текущим грузовиком и направилась помочь. Фрэнсис увидел меня, когда подходил к грузовику вместе с остальными, побледнел и замедлил шаг, когда я продолжала более или менее игнорировать его, он продолжил следовать за своей группой и начал помогать распаковывать вещи.       Я, как обычно, разговаривала и подшучивала над своими товарищами по группе, передавая коробки другому человеку в цепочке, которую мы сформировали. Фрэнсис предпочёл быть в конце другой цепочки. Разгрузка не заняла у двух групп много времени, особенно когда к нам присоединилась группа, которая обычно жила около погрузочной площадки и складов. Я ушла со своей группой, в то время как группа Фрэнсис пошла помогать разгружать другой грузовик.       Как только мы добрались до столовой, мы узнали немного больше, но никто не знал, кто это сделал. Рай был спокойным парнем, и никто не мог вспомнить никого, кто имел на него зуб, не говоря уже о попытке убить его. Не было никаких реальных признаков драки, все выглядело так, как будто человек с самого начала намеревался перерезать себе горло. Крис вызвалась заступить на более позднюю смену, поэтому ее не будет большую часть ночи. Я слушала других за столом, за которым сидела. — Достаточно плохо, что снаружи зомби, теперь внутри убийца! — Жаль, что больше нет камер наблюдения, они могли бы заснять этого человека.       Парень фыркнул: — Это было сделано около 2 часов дня во втором восточном здании, почти все были на учете в другом месте. Таким образом, остается меньше пятидесяти человек, которые могли бы это сделать, и большинство из них были пожилыми людьми, тренерами и некоторыми людьми, которые склонны бездельничать. — Его перефразирование было очевидным, на самом деле все сводилось к тому, что кто-то из 18 человек с этой базы отказался носить бейджи с именами или работать. Те, у кого был бейдж с именем, находились в группе и были бы учтены лидером своей группы.       Очевидно, из новой группы, иначе они бы поняли, что лидеры групп, как правило, точно знали, где находится вся их группа, на случай, если что-то случится. Например, зомби, перелезающий через забор. На самом деле, руководитель группы Рая послал кого-то проверить его, когда он опоздал на 15 минут, захватив необходимые им чистящие средства. Может показаться немного параноидальным, но руководители групп должны были нести ответственность за членов своей группы в рабочее время. Существовали правила, позволяющие так часто проверять членов церкви на случай, если что-то пойдет не так, чтобы мы могли доставить их в отделение сестринского ухода до того, как произойдет слишком большой ущерб, поскольку у нас больше не было такого хорошего медицинского оборудования или лекарств.       Я слушала, как другие обсуждали факты и теории. Я подозревала, что если кто-нибудь узнает, кто это сделал, то нападавший будет выслан за пределы забора. Успел ли он выбраться оттуда до того, как его схватили несколько довольно расстроенных друзей и одногруппников, оставалось предметом обсуждения.       Его похороны состоялись завтра утром. Приглашался любой желающий. Было удручающе думать, что он был первым, кто умер без заражения с апреля. Все, кто умер во время вспышки зомби, были укушены и обратились, прежде чем их убили. Я пропустила их похороны.       В тот вечер почти не было смеха или шуток. Я даже не собиралась подшучивать над Крис, как планировала. С таким же успехом я могла бы продолжить подготовительную работу для того единственного розыгрыша, который я действительно хотела провернуть. Я отошла, чтобы найти еще нескольких человек. Один парень сказал мне, что он закончил свою часть, и теперь мне придется немного поболтать, чтобы убедить другого исполнить основную часть.       В конце концов, мы остановились на сделке, хотя на то, чтобы прийти к соглашению, ушел почти час разговоров. Он доверял мне настолько, что собирался начать ее, пока я буду искать то, что обещала ему. Я была совершенно уверена, что мне потребуется несколько дней, чтобы найти все в его списке пожеланий. Мой рюкзак должен был быть тяжелым на обратном пути…

***

      Я встала в 1:30 и, как обычно, незаметно пробралась за ограду. На этот раз я была вооружена маленькой лопатой для снега и большой сумкой. Наконец я вернулась в 7 утра. Мое появление испугало охранника у ворот, он не ожидал, что кто-то будет за оградой так рано. Я подняла свою сумку, когда подошла, и показала ему, что внутри. Он медленно кивнул, слеза скатилась по его щеке. Я подозревала, что он был близким другом Рая.       Я направилась к месту, где готовили материалы для похорон. Одна дама подняла голову, когда я подошла, обычно она отвечала за планирование мероприятий. Я направилась к ней и протянула ей большой черный мешок для мусора: — Вот, это было меньшее, что я мог сделать.       Еще несколько человек подошли из любопытства. Она нахмурилась в замешательстве и открыла его. Она ахнула от того, что увидела, потрясенно глядя на меня: — Где ты это нашла?       Я пожала плечами: — Я видела их в разных местах во время разведки. Мне просто нужно было вспомнить, где они находятся, и пойти за ними.       Шесть дам быстро разложили все на столе. Ответственная дама посмотрела на одну из них: — Пожалуйста, сходите за Рией и ее группой. Нам понадобится их помощь, чтобы все это расставить. — Другая дама кивнула и ушла на поиски.       Она изумленно покачала головой: — Большое вам спасибо за это, я даже представить себе не могу, сколько труда потребовалось, чтобы собрать их все.       Я помогла ей разложить цветы по кучкам. Крошечные снежные колокольчики, которые все еще цвели под снегом, ветки вербы с только что появившимися бутонами, несколько веток собачьего дерева с ярко-красной корой, но в основном это были засушенные цветы, которые торчали из-под снега. Десятки видов, у большинства из которых еще сохранилась изрядная часть их окраски.       Группа быстро собралась и под ее руководством рассортировала их по разным кучкам. Некоторые собирались выставить на небольшой витрине вокруг гроба, но большинство собирались раздать тем, кто придет, чтобы положить их на гроб, как только мы опустим его в землю. Хрупкие снежные колокольчики с их слабым ароматом предназначались одногруппникам и самым близким друзьям. Я даже нашла четыре букета очень рано распустившихся фиолетовых крокусов, я была шокирована, обнаружив, что они зацвели так рано, но собрала все девять цветущих стеблей. Оказалось, что все это достанется командиру нашей базы и восьми его подчиненным.       Я спустилась позавтракать. Я взяла обертку, положила на нее немного мяса и зелени и щедро сдобрила медом для пущей убедительности. Я прихватила несколько вареных яиц, чтобы составить порцию. Я огляделась и заметила Джона. Я направилась к столу и села.       Джон в основном покончил со своей едой, он поднял глаза, когда я села: — Ты позже обычного.       Я пожала плечами: — Вышла немного раньше, чтобы взять несколько засушенных цветов, которые недавно видела на нескольких полях.       Джон удивленно моргнул: — Ты уже выходила за ограду? На улице было еще почти темно, когда прозвенел утренний звонок. — Я довольно хорошо ориентируюсь. Как только вы удаляетесь от огней, лунный свет отражается от снега, и вы можете видеть довольно хорошо. Луна вышла, так что было довольно хорошо. — Луна была только наполовину полной, но с моим улучшенным зрением, особенно когда я пыталась сосредоточиться на том, что вижу, в лесу было почти так же светло, как днем. Я не хотела думать, как сильно, должно быть, светились мои глаза, учитывая, что все вокруг имело голубой оттенок. С другой стороны, лунный свет на снегу изначально делает все голубым, так что, возможно, все было не так уж плохо.       Джон покачал головой: — Вы бы не вытащили меня оттуда в темноте, при луне или без луны.       Я усмехнулась: — Честно говоря, большинство людей за этим забором согласились бы с вами.

***

      Похороны начались через два часа.       Я не очень устала, несмотря на то, что поспала всего три часа, но в качестве меры предосторожности, чтобы не допустить лихорадки, я отправилась на час в тренажерный зал. После этого я решила отправиться в свою комнату за какой-нибудь не вонючей одеждой.       Я тихо вошла в комнату Крис, она крепко спала. Я прошла в свою, чтобы выбрать что-нибудь из одежды поприличнее. Я направилась в душ, чтобы привести себя в порядок и переодеться. Крис оставила мне записку с просьбой разбудить ее за полчаса до начала похорон, поэтому, вернувшись из душа, я осторожно разбудила ее. У нее была боевая подготовка, и обычно где-то поблизости лежал нож. Я похлопала ее по ногам, произнося ее имя, прежде чем она медленно проснулась. Я протянула ей сырный рулет, который положила в карман во время завтрака.       Как только она оделась, мы отправились на улицу.       Церемония проходила за оградой. Когда мы проходили мимо ограды, кто-то подошел к нам с корзиной сухих цветов и сказал нам взять один. Фуражиров и рейдеров попросили выманивать любых зомби, если они появятся во время церемонии. Мы с Крис отошли в сторону от толпы, чтобы я могла помочь с наблюдением.       Я огляделась, это было открытое поле. Кто-то воспользовался маленькой мотыгой, чтобы выкопать ямку в земле, по обе стороны ямки была насыпана земля, и на каждой стоял небольшой пучок подснежников, а также несколько других зеленых растений, таких как еловые и кедровые ветки. На нем была каменная табличка с высеченными от руки надписями: его имя, даты рождения и смерти и что-то под ней, чего я не смогла разглядеть с такого расстояния.       Яма была под большим вязом. В дереве была система шкивов, а перед отверстием в виде узора была разложена какая-то веревка. Мне потребовалось некоторое время, чтобы рассмотреть его с такого расстояния, но я догадалась, что они собирались поместить туда гроб и использовать систему шкивов, чтобы поднять, а затем опустить гроб в землю.       Я могла видеть нескольких рейдеров, бегущих трусцой вдалеке. Они, вероятно, заманили всех ближайших зомби подальше, прежде чем люди начали выходить за ограду. Я также могла видеть что-то похожее на куски тонкой трубы или перекладины, вбитые в землю, с двумя толстыми веревками, натянутыми между ними наподобие забора. Он был поспешно установлен на всякий случай, если зомби приблизится, этого должно быть достаточно, чтобы остановить или, по крайней мере, сильно замедлить зомби на некоторое время.       Присоединялось все больше и больше людей, вскоре больше никто не пришел. Я подозревала, что у нас здесь были почти все на базе. Командир базы и его командиры были впереди. Коммандера Десмонда нигде не было видно.       В 10:30 позади нас раздался скорбный звук рожков. Мы обернулись, чтобы посмотреть назад на ворота. У четырех человек были рожки, а товарищи по группе Рая держали его гроб, оставив место на видном месте открытым, чтобы показать его отсутствие в их группе. Лидер их группы вел их вперед. Толпа молча расступилась перед ними.       Они шли, и когда руководитель их группы достиг края ямы, он обернулся. Остальные остановились в нескольких футах позади, на верхней части ремней, и они осторожно положили на них гроб.       Командир базы начал речь, поблагодарив всех за то, что пришли поддержать его и оставить в памяти. Он говорил некоторое время, время от времени прося ближайших друзей Рай, товарищей по группе и руководителя группы выступить вперед и поделиться историями о том, как они провели время с Рай. В конце командир базы и группа отошли в сторону.       Ближайшие друзья Рая схватились за веревки и потянули. Веревки поднялись, и гроб приподнялся на несколько дюймов, чтобы качнуться над ямой. Группа подошла ближе, чтобы закрепить гроб и убедиться, что он находится прямо над ямой. Веревки были опущены, и его гроб скрылся из виду. В конце концов веревки ослабли, и все отступили назад.       Командир базы вышел вперед с фиолетовым цветком крокуса в руке, держа его над отверстием, он произнес: — Спасибо вам за вашу готовность помочь. Нам будет вас не хватать, но мы никогда не забудем, пока мы живы. — Он позволил цветку упасть на гроб, затем отступил назад и занял свое первоначальное положение сбоку. Он не кричал, но было так тихо, что даже мы могли слышать его по краям толпы.       Лидер группы и товарищи по группе вышли вперед и по одному сделали то же самое, хотя я не могла расслышать, что они сказали. Затем его друзья ушли. Другие в толпе начали медленно подходить с того места, где они стояли, чтобы попрощаться и бросить свой цветок. Как только они роняли свой цветок, они возвращались внутрь ограды или подходили ближе к забору, чтобы подождать других, которые ждали своей очереди. В конце концов, мы с Триш прошли вперед.       Крис пошла первой, тихо сказав: — Спасибо тебе за все, что ты сделал. — Я не была слишком уверен, что сказать. Как и многие пришедшие, я не знала его лично, но пришла выразить нашу поддержку и соболезнования.       Я склонила голову и тихо произнесла: — Пусть вы обретете мир и утешение. — Я уронила свой цветок и присоединилась к Крис, которая ждала меня.       Рейдеры, должно быть, хорошо поработали, ни один зомби не появился, несмотря на то, что все рейдеры вернулись как раз к началу церемонии. Мы были одними из последних, кто уходил, когда мы оглядывались назад, восемь командиров ушли последними. Каждый бросил свои фиолетовые цветы с несколькими словами. Они также были одними из последних, кто вернулся за ограду. Те, кто остался, были из группы, которая собиралась закончить его хоронить.