В темном-темном лесу

Следующий наш подозреваемый, поправочка просто человек, с которым мы побеседуем — это Фелисити.  Стеф запретила мне вообще говорить, смотреть или каким-то образом препятствовать допросу, поправочка, опросу.  Фелисити всегда мечтала встать на место Трис. Постоянно соперничала с нашей подругой, стараясь не заблудиться в ее тени. Фелисити пыталась быть первой и лучшей, но оставалась позади, ведь Тристан не было равных. Она старалась быть яркой, но ее свет гас на фоне нашей подруги. Если Тристан Блейк что-то имела , то у Фелисити Гросс это тоже должно быть. Парни, одежда, тетради, места в соревнованиях. Она так отчаянно желала быть похожей на Трис, что потеряла себя в погоне за идеалом.  — Мы не ссорились. Просто у нас были разногласия. Мне нечего вам сказать. — Разногласия какого рода? — деликатно спросила Стеф. — Обычные. Кто будет играть в постановке главную роль или кто первым будет разрезать ленточку на соревнованиях. Ничего такого.  — Просто соперничали?  — Да. Обычное здравое соперничество. «Здравое»! Ага, как же! Ты вставляла ей палки в колеса, а потом ликовала, что получилось нагадить. Вот только Тристан всегда умудрялась даже в таких ситуациях быть в выигрыше.  — Но вас часто сталкивали лбами? — Это нормальное явление. Мне кажется, что таким образом пытались пробудить в нас дух соперничества и выявить истинного лидера. Я не держу обид на Тристан. Она действовала так, как от нее ожидали.  — Это как?  —  Любым путем добиться первого места. Идти по головам — это про нее.  Тристан не могла идти по головам. Она была очень доброй и чуткой. Всегда думала о других.  Вновь клевета, порочащая честь усопшей подруги.  — Слушайте, — начала Фелисити, — вы дружили с ней, но не соперничали. Если перейти ей дорогу, то это страшный человек. Упокой господь ее душу. Она действительно не знала границ, если ей что-то было нужно. Вы знали ее с одной стороны, но у нее была еще одна. И она очень неприятная. Я взрываюсь. Все пальцы уже прохрустела, чтобы ничего не сказать, потому что обещала Стеф.  — Спасибо, Фелисити,  — мягко сказала Стеф.  — Да не за что, —ответила Фелисити. И когда мы немного отошли от нее, то она добавила с язвительной ноткой. — Тесса, мне жаль, что твое место заняла Молли.  Тут уже я не вытерпела.  — Пошла ты в жопу! Еще раз я услышу что-то в свою сторону или в сторону моих друзей, я тебе патлы по вырываю, марамойка! И в этот момент Стеф схватила мое запястье, чтобы увезти меня, понимая, что сейчас я наговорю лишнего.  Уже два человека говорят отвратительные вещи про мою подругу, которой уже нет в живых. Я не верю не единому их слову, потому что у каждой был и есть повод очернить ее личность. Высказывают свое никчемное мнение, зная, что Тристан уже никогда ничего не скажет. Они ведут себя высокомерно, говоря о том, что мы плохо знали ту, с кем дружили. Якобы она не та кем является. А вы? Только после ее смерти открываете свои помойные рты, чтобы вякнуть и сказать гадость. Мерзкие. Гадкие. Отвратительные личности. Хотели быть как она, желали стать ею. Двуличные идиотки.  Я всегда отстаиваю своих людей. Я с ними до конца. Неважно в живых они или нет.  Стеф не стала ничего мне говорить, когда мы пришли в комнату. Писала в своем блокнотике все, что вылил помойный рот Фелисити. Я же бродила по комнате туда-сюда, чтобы успокоить свои нервы, но это не помогало.  Мне нужно выйти на свежий воздух, дальше от одурманивающих мнений, с которыми считаться никто не будет.  Сегодня выходной, а это значит, что все заняты своими делами. Кто-то играет на поле в свое удовольствие, кто-то гуляет по территории, а кто-то где-то слоняется, чтобы убить время. Все отдыхают, потому что учеба здесь крайне трудная и нужно немного расслабиться. Я пошла в мини-парк, который находился на территории «Рейвенкрофта». Даже если вы уже здесь давно, то вряд ли знаете все его секретные места и лазейки. Обойти всю территорию крайне трудно. Но мне хотелось пойти в то место, которое однажды показала мне Тристан. После парка лесистая местность, но если пройти поглубже, то выйдем на небольшую поляну, где есть дерево с нашими инициалами.  «Трис не любит сидеть на одном месте. Ей всегда куда-то нужно. Ее энергией могут питаться энергетические вампиры. И то объедятся.  Учебная неделя была очень трудная. Много тестирований, тренировки, подготовка к зачетным неделям. В общем и целом, мы изрядно подустали.  — Хотите я покажу вам одно место, которое знаю только я? — с интригой в голосе произнесла Тристан.  — Да прям уж. Только ты и никто больше? — со скепсисом спросила Стеф. — Только я. В «Рейвенкрофте» много дорог, соответственно много и мест, о которых никто не знает, — сказала Тристан, и мы со Стеф переглянулись. — Ну же, пойдемте! Чего тухнуть в комнате?  И мы согласились.  Тристан провела нас через парк, в котором есть пруд, лавочки, куча растений, а затем мы встали перед деревьями, которые означали, что хода больше нет. Но подруга знала, что пройти можно всегда и везде, если только есть желание.  Стеф не особо хотела идти, потому что, во-первых, туда нельзя. Во-вторых, немного страшно. Однако с Тристан все страхи уплывали на корабле и больше никогда не возвращались. Она почему-то всегда внушала огромное доверие к каждой авантюре. А я люблю творить беспредел не по правилам.  — Если всего боятся, то можно и не жить, — сказала она.  — Но можно быть осторожным человеком, — противилась Стеф. — Душно и скучно, — парировала Тристан.  В ответ Стеф лишь фыркнула.  Мы шли недолго. По моим ощущениям минут пять-семь и вышли на поляну, где светило солнце. — Над «Рейвенкрофтом» тучи, а здесь солнце? — спросила я, оглядываясь.  — Вот такая вот аномалия, — улыбаясь, ответила Трис.  Я не верю своим глазам. Стоило посмотреть на небо, а лучи солнца уже щекотали наши щеки. Это было необъяснимо, но так круто, что нет слов описать эти эмоции. Мы живем во мраке вечных туч и дождливой погоды, однако здесь светит солнце. Удивительно.  — Я люблю сидеть под этим деревом. Не знаю, что это, но оно такое большое и мощное, сразу чувствуешь защиту, — показывая на дерево, сказала Тристан.  — Похож на Черешчатый Дуб или как еще его называют Английский Дуб, — заметила Стеф.  — Может, — согласилась Тристан, — но какая разница? Оно красивое, большое и очень мне нравится.  Дуб действительно был огромных размеров, в отличие от остальных деревьев. Другого такого я здесь не видела. Он был величественным, мощным, а сев в тень под его обширной кроной, чувствуешь себя в безопастности.  — Невероятно, — трогая дерево, сказала Стеф, — как оно здесь выросло?  — Еще одна загадка «Рейвенкрофта», — таинственно ответила Тристан.  Солнце в «Рейвенкрофте» скорее роскошь, нежели привычная погода. Именно поэтому мы наслаждались каждой секундой, проведенной под ним.  — Оставим след в этой истории? — Тристан достала карманный нож.  — По-любому! — воскликнула я.  Мне нравилась идея увековечивания истории. Мы будем вспоминать об этом, но на этом дереве, если его не снесут, воспоминания будут жить вечно. Сможем приходить сюда все вместе и после окончания учебы, чтобы словить нотку ностальгии. Отличная идея!  Каждая по очереди вырезала свои инициалы, а затем Тристан добавила пазл. Якобы мы втроем частица одного целого. Как же я обожаю такие вещи! Очуметь! — Девчонки, — Тристан обняла нас за плечи, — это наше место, поэтому еще один секрет в копилку». Это был обычный день, который Тристан сделала особенным. Ведь мы все вместе были рядом, вырезали свои инициалы, обсуждая то, что в будущем встретимся здесь, а дерево расскажет нам нашу историю. Но этому не суждено случится. Тристан мертва. Нас осталось только двое.  Дерево по-прежнему стоит, солнце светит, однако что-то здесь не так. Нет очень важной детали, которая должна быть. Мемориал. Он должен быть прямо под деревом. Я это точно помню, потому что мы со Стеф на экспромте сделали его за пару часов, чтобы увековечить память Трис. Хотели переделать по приезде, но совсем забыли об этом. Здесь нет палочки с фотографиями Тристан, которую мы прочно вбивали в землю. Ее нет. Нигде. И это очень странно, потому что даже сильный ветер не смог бы унести ее далеко. Еще один момент, который ввел меня в ступор — раскопки. В тот же день, когда мы установили мемориал, мы закопали наши подвески дружбы. И на том месте, где они должны были покоится — сырая раскопанная земля. — Что за черт? — произнесла я вслух.  Хотела найти что-то, что помогло бы раскопать, но ничего не нашла, поэтому начала руками начала рыть яму. В ней ничего нет. Подвески пропали.  В смысле? Бегу обратно к Стеф, чтобы рассказать о том, что произошло. Солнце уже ушло за тучи, начал капать небольшой дождь. Все встало на свои места. «Рейвенкрофт» снова в своем привычном обличие.  Капли дождя, который уже усиливался, стекали по моему лицу, пропитывали одежду, утяжеляли волосы. Начался самый настоящий ливень, из-за которого видимость ухудшилась, и я потерялась. Не могу найти выход, хотя знаю эту дорогу идеально. Сердцебиение учащается, в висках стучит, а паника нарастает с каждой секундой, пока я мотаюсь из стороны в сторону.  Запуталась. Потерялась. Не знаю, куда идти. У меня не ловит связь, чтобы позвонить. Пытаюсь успокоиться, но не получается. Неужели я останусь навсегда в этом чертовом лесу? Нет. Этому не бывать. Мне нужно найти в себе силы, чтобы страх уступил место гармонии.  — Дыши, Тесса, просто дыши, — повторяла я себе, ладонью стуча по грудной клетке.  Но паническая атака вновь наносила удары, которые я не могу перебить. Получаю одно нападение за другим, и уже не могу разобрать вообще ничего. Страх полностью поглощает меня.  — Помогите! — выкрикиваю я в надежде, что меня кто-нибудь услышит, но разум твердит, что этому не бывать.  Спотыкаюсь о кочку, падаю. Я вся в грязи. Пытаюсь встать на ноги, но не получается. На глаза попадаются руки в крови. С ужасом осматриваю себя и понимаю, что вся нога в ней. Черт! Этого мне только не хватает. Я не знаю куда идти, да и теперь в придачу вообще не могу это делать.  Перебираюсь кое-как под какое-то дерево, закрываю глаза, держа руками свою рану, и дышу. Медленно. Пытаюсь нащупать хоть какое-то подобие успокоения. И боль, которая с каждом секундой усиливается, приводит меня в чувства. Нет безвыходных ситуаций. Если идти, то куда-нибудь точно приду, даже если это тупик.  Встаю, опираюсь о дерево, но понимаю, что будет крайне трудно передвигаться. Я должна справится с этим дерьмом. Я должна найти выход. Медленно, но иду, опираясь о любые деревья. Дышу. Заглушаю панику внутри себя, крича о том, что я сильная и справлюсь. Не даю страху поглотить остатки разума.  — Давай, Тесса, я в тебя верю! — говорю сама себе под нос. — У тебя есть я. Мы справимся.  Эта фраза всегда помогает мне в трудных моментах. Никто другой, кроме меня не сможет мне помочь. Только я. Единственный человек в жизни, который будет со мной до конца. И поверьте мне, я себя не дам сожрать этому лесу. Выйду.  Боль настолько сильная, что я волочу ногу по земле. Кровь не останавливается, а мне немного страшно смотреть, что там вообще происходит. Боюсь вновь потерять контроль. Нужно перетерпеть, выдержать все нападки судьбы, ведь я стану сильнее. Любая ситуация в жизни закаляет дух человека, не давая в дальнейшем сломить душу.  Вижу просвет, стараюсь идти, как можно скорее, но нога замедляет шаг. Все-таки выхожу на дорогу, которая ведет к «Рейвенкрофту» из города. В голове складывается пазл, и я направляюсь к зданию. Людей нет, но на них и не рассчитываю. Иду на одной ноге, придерживая другую, вся грязная, в крови. Выгляжу я, наверное, комично. Очень хочу, чтобы все испарились и никто не видел меня в таком виде, но с другой стороны вообще наплевать. Главное добраться до комнаты.  Сзади меня кто-то зовет. Вздрагиваю и оборачиваюсь. Вижу Демона.  — Что с тобой? — на его лице ужас, словно он увидел приведение.  Думаю, выгляжу еще хуже.  — Готовлюсь к Хеллоуину, — сказала я, отвернувшись от него, пытаюсь идти дальше. Жалость, тем более, от него, мне не нужна.  Он вмиг оказался возле меня и попытался обхватить за талию. Я оторопела и попыталась убрать его руки.  — Дурная?! Ты еле идешь! — Тебе какое дело? — не знаю почему я не принимаю помощь, хотя она мне очень нужна.  — Если я вижу человека, которому нужно помочь — я помогаю, — он вновь протянул руки ко мне.  Я не стала противится.  — Ладно.  — Что ты вообще здесь делаешь?  — Сидел в беседке, — спокойно сказал он. — А что? Запрещено?  — Дождь идет, — сказала я.  — Да ты что? Правда? — с сарказмом ответил он. — Не заметил. Думал, что кто-то на беседку воду льет.  Я случайно наступила на ногу, а затем скрючилась от боли.  — Черт! — воскликнула я, моментально прижав ладонь к больному месту.  — Так, — он осмотрелся, — иди сюда.  Он прижимает меня к себе, а затем поднимает меня на руки. Возмущаюсь ли я? Где-то глубоко внутри. Мне настолько больно, что я не могу думать ни о чем другом, кроме своей ноги.  Демон усадил меня на лавочку, а затем присел напротив меня, осматривая ногу.  — Ну как? — неуверенно спросила.  — Все плохо, — констатировал он.  — Мог бы и соврать!  — Зачем?  — Мне было бы не так страшно.  Он поднял на меня голубые глаза. Лед. Холод. Мурашки по коже.  — Неужели злючка чего-то страшится?  Я промолчала.  Все люди чего-то боятся.  — Ладно. Тут без помощи медиков не обойтись. Запрыгивай, — сказал он, — ах, да, точно! Ты же не можешь.  Язва.  — Смешно, — фыркнула я. — Сама дойду.  Он скривил лицо в смешной гримасе, что заставило мои мускулы на физиономии дрогнуть, и я рассмеялась. — Не дойдешь.  — Дойду, — парировала я.  — А вот и нет.  — А вот и да. По лесу же шла, а тут ерунда осталась.  — Ладно, Решительная, не хочешь запрыгивать, тогда я сам.  Он вновь прикоснулся к моей грязной, мокрой одежде, обхватил за талию, прижал к себе. Демон теплый. Хотя чего я удивляюсь? Он же в адском пепле каждый день купается.  Мы миновали несколько беседок, и я увидела людей. Некоторые сидели на веранде «Рейвенкрофта», попивая свои напитки, и вот мне совсем не хотелось стать очередным поводом для пересуда.  — Стой! — крикнула я, но получилось так, что я его слегка оглушила, потому что это было сказано на ухо. — Иди назад!  — Но нам вперед!  — Назад!  — Куда назад?  — Туда! — я указала немного правее, где все еще были деревья, но уже редкие.  Демон повиновался.  Мне все равно на чужое мнение, но я не хочу становится очередным недельным объектом для слухов и перешептований. Не потому, что боюсь косых взглядов, а потому что не выдержу и нарисую на их лицах огромные кровоподтеки. А этого нужно избегать.  Я направляю его, а он слушается. В принципе, неплохо. Мы так дошли до парка. По моим расчетам здесь никого не должно было быть. Так и случилось.  — Дай телефон, — когда Демон усадил меня на лавочку, потребовала я. — А волшебное слово?  — Быстро? — с улыбкой на лице ответила я.  Он поджал губы, но все равно дал мне то, что я попросила.  Номер брата. Набираю цифры, нажимаю вызов и жду ответа. Ну же, Лу, бери! Я бы позвонила Хардину, но тут Демон, то есть потом пришлось бы объяснять что-то, а я не хочу. Стеф? Не поможет дойти незаметной. А вот номер Зэда наизусть не знаю. А брат это всегда верный вариант. Он знает, как пройти призраком в «Рейвенкрофт».  — Че? Кто? — сонный голос Луи послышался на том конце телефонной трубки.  — Пердимоноколь. Парк.  — Понял, — и он тут же повесил трубку.  — Перди… Что? — недоумевая спросил Демон.  — Тебе не обязательно это знать.  Он вскинул брови, стремительно посмотрев на меня.  — Говорила мне мама: «Не помогай девицам выходящим из леса. Быть беде!» — Твоя мама не говорила такого, — усмехнулась я.  — А могла бы, — он сел рядом со мной.  — Ты не обязан со мной ждать брата.  Демон снимает очки, чтобы протереть, а я случайно заглядываю ему в глаза. Сейчас они не кажутся мне ледяными, наоборот, они дарят тепло.  — Я и помогать тебе не обязан, но сделал это. Это называется сочувствие и переживание. Слышала о таком?  — Не-а, — ответила я, отвлекаясь от его глаз.  Наступило молчание. Оно не было удушающим, нервным или неловким. Мне было комфортно, но затем я его нарушила.  — «Пердимоноколь» — это на русском языке «непонятная история» или «неприятная неожиданность». Лу однажды услышал это по телевизору, а потом это стало нашим кодовым словом, если нам нужна помощь. Пишем это слово, затем место и ждём ответа.  — И часто вы им пользуетесь?  — Чаще, чем ты думаешь.  Он рассмеялся. Впервые за все это время я не чувствовала себя ужасно. Мне не было страшно.  Лу прибежал через несколько минут. Оглядел меня, а затем нахмуренно взглянул на Демона.  — Ты это сделал? — спросил брат.  — Нет, — ответил Демон.  — Подробности позже. Помоги мне пройти незамеченной, — я обратилась к Луи.  Но брат словно не слышал меня. — Ты как-то косвенно в этом виноват?  — Нет, — вновь ответил Демон. — То есть ты не причастен?  — Да, — согласился Демон, а затем добавил, — то есть нет. А что вообще за допрос?  Ноздри Луи раздулись. — Моя сестра присылает мне SOS, я вижу в каком она состоянии, а тут ты рядышком сидишь. Чего мне думать, а?  — Что я помог ей или у тебя проблемы с логикой? — бойко ответил Демон, вставая прямо перед моим братом.  — У меня нет никаких проблем, а у тебя сейчас будут! — встрепенулся Луи. Ох, я прямо своей задничкой чувствую, что сейчас будет что-то не хорошее.  — С чего бы у меня будут проблемы? Собственно говоря, я ничего неподобающего не сделал.  Демон не давал себя в обиду.  — Я это выясняю, — сказал брат.  — Выясняй быстрее, а то твои нападки в стиле гангстеров раздражают. Вижу, как Луи сжал кулаки, а Демон остается спокойным.  — Так! А ну прекратили эту бессмысленную трепку! Я же сказала, Луи, что объясню позже. А ты, — я посмотрела на Демона, — ты… Спасибо.  Демон снял воображаемую шляпу, поклонился и безмолвно покинул нас.  С Луи мы обговорили все по пути в секретный вход в «Рейвенкрофт». Я ему объяснила про встречу с Демоном в двух словах.  — Я крайне обескуражен, — после моего рассказа сказал он.  Он всегда говорил эту фразу, чтобы не матерится. Я же знаю, что Луи сейчас очень хочет сказать что-то на французском языке.  Демон брату не понравился. Во-первых, из-за того, что первый слишком самоуверенный. Во-вторых, из-за того, что так быстро стал капитаном. В-третьих, оказался в нужное время в нужном месте, а это крайне подозрительно.  Я же была рада тому, что при таких обстоятельствах мы с ним увиделись. Если бы не он, то мне бы пришлось идти через главный вход, а затем неделю выносить косые взгляды. Мой телефон разрядился, поэтому я бы не смогла позвонить никому.  — Что просила купить тебя Тристан? — я решила узнать это сейчас, когда мы вдвоем, чтобы он не смог избежать разговора.  — Когда?  — Это было много раз?  — Конечно. Каждую мою вылазку в город кто-то что-то просит. Она не исключение.  — В последнее время. Брат нахмурился брови, затем посмотрел по сторонам, вспоминая о прошедших событиях.  — Всякую ерунду.  — Например?  — Сигареты, тампоны, немного травки. Ничего криминального. — А было что-то необычное?  Луи вновь начал мыслительный процесс. — Диктофон и флешка. Она попросила держать рот на замке, но сейчас какая разница?  Верно.  — Зачем ей все это? Она не говорила?  — Главное правило продавца — не спрашивать. Покупатель просит, дает деньги, ты покупаешь, процент берешь себе и больше никогда не вспоминаешь. Знаю эти правила, но у меня возникает странное ощущение, что он что-то мне недоговаривает.  Значит диктофон и флешка. Становится все сложнее и сложнее. В вещах Тристан мы пока не обнаружили этих вещей, но надеюсь, что найдем.  Секретный вход идет через подвал. Мы проходим по кустам, чтобы остаться инкогнито, а затем подходим к двери, ведущей к моему спасению. Луи отпер дверь ключом. Откуда он у него, я не знаю, да и знать не хочу. А потом спускаемся в подвал. На мое удивление он убранный, не вонючий и даже светлый. Здесь стоят всякие штуки для отопления воды и другие бытовые премудрости. Куча коробок со стиральными принадлежностями, сами стиральные машины, срок службы которых сошел на нет и много хлама.  Поднявшись по лестнице, подошли к двери, ведущая на первый этаж.  — Ты кому звонишь? — спросила я. — Тому, кто нас вызволит из подвальных оков. Не ссы, сестренка, проверенные люди.  Луи с кем-то поговорил, а затем мы стали ждать. Через пару минут я услышала звук ключа в замочной скважине. Дверь немного отварилась и высунулась рука. Луи намекнул, чтобы я приняла жест.  — Только сразу встань за ним.  — Хорошо.  Я последовала инструкции.  Глаза слипались, потому что отвыкли от яркого света, но я на ощупь быстро юркнула позади нашего спасителя. Меня взяли за руку с другой стороны, накинули какую-то вещи сверху. Тут два человека? Стоп! Чувствую сигареты и что-то ягодное. ЗЭД?!  Пытаюсь открыть глаза, чтобы те привыкли к свету, но меня уже ведут за руку куда-то. Перебираю ногами и следую за своим вождем. Наконец-таки, смогла распахнуть свои очи и сразу же оглянулась. Мы уже у лестницы и к ней ведет меня Зэд. Я ничего спрашиваю, потому что мое единственное желание побыстрее добраться до комнаты и принять душ.  По лестнице я забралась сквозь боль и невыносимую тяжесть. Нога словно онемела, но мне все равно. Комната — вот моя цель.  Мы пришли к парням в комнату, а там уже ждет меня Стеф. Чувствую, сейчас будет взбучка.  — Тесса! Что с тобой? — подбежав ко мне, спросила она.  Стеф заключает меня в объятия.  — Её мемориал разграблен, — сказала я.