Неожиданный подарок

Стеф в недоумении посмотрела на меня. На ее лице читалось полное непонимание ситуации. Зэд сразу же осматривал мою ногу.  — Какой мемориал? — она все еще не могла вспомнить. — Тристан. У дерева.  В комнату зашел Хардин с Луи и подбежали ко мне.  — Ты в порядке? — спросил Скотт. — Ничего не повредила? — подхватил брат.  — Теперь да, — ответила я Хардину. — Не знаю, — это уже было адресовано Луи. — Ты где была? Что произошло? — не унимался с вопросами друг.  — И про этого стероидного получше объясни, — брат скрестил руки на груди.  Я рассказала им все, но некоторые моменты с Демоном решила умолчать. Им знать об этом не обязательно.  — Ушиб и никакого криминала. Сейчас мазь наложу, и будешь, как новенькая, — сказал Зэд.  Он трогал меня острожно, нежно, чтобы не навредить. Я чувствовала каждое прикосновение, но больно не было. Наоборот легкий трепет и мурашки. Однако старалась не подавать виду.  — Спасибо, доктор Эванс. Вы, как всегда, на высоте.  Он одарил меня улыбкой, а я в ответ его. Это продлилось секунд десять, но на душе стало сразу легче.  — То есть ты хочешь сказать, что там пусто? Как это вообще возможно? — задала вопросы Стеф.  — Не знаю. Кому понадобилось это делать? — у меня вопросов было не меньше.  — А самое главное, как тот человек узнал о нем? Вы никому не говорили? — подключился Хардин.  Мы со Стеф покачали головой.  Мемориал был чисто нашей идеей. Я даже Хардину не говорила, лишь только сейчас он о нем узнал. Ни одна живая душа не имела понятия, что там. Да и кому нужны подвески, которые были зарыты под землей?  Я украдкой посмотрела на подругу, а она в ответ многозначительно взглянула на меня. И мы обе поняли, что нам нужно все вдвоем обсудить. Так как присутствующие ничего не знают, то надо уносить ноги. Наши взгляды не остались не замеченными.  — А ну-ка признавайтесь, — сощурив глаза,  с подозрением сказал Луи.  — О чем? — Стеф делала вид, что ничего не понимает, но ее выдавали локоны, которые она постоянно закручивала на палец.  Хардин медленно повернул на меня голову, а затем начал смотреть в упор. Луи наклонился вперед, оперевшись на колени. Зэд же с непониманием осматривал нас всех.  — Что? — резко спросила я. — Я не понимаю, о чем вы.  — Где лужа? — спросил Хардин. «Где лужа?» — эту фразу мы услышали в сериале «Как я встретил вашу маму» и стали активно использовать. Лили, героиня ситкома, говорит ее, когда понимает, что кто-то лжет или что-то скрывает от нее. Она объясняла, что когда она была маленькой у нее была собака по кличке Боб и всякий раз, когда он скорчил гримасу, она знала, что он нагадил в доме.  И у нас с Хардином отлично прижилась эта фраза.  Я посмотрела на Стеф, а она кивнула мне, давая добро на разглашение нашего секрета.  И мы начали повествование. Слушали все с интересом в глазах, даже никто не прерывал наш рассказ. Мы не опустили ни одной детали. Ведь это наши друзья, которым мы доверяем. Возможно с их помощью у нас получится узнать хоть что-то или немного продвинуться вперед в загадке по имени Тристан.  — И вы все это время это скрывали? — задался вопросом Зэд.  — Почему не рассказывали? — следом откликнулся Хардин.  — Я же твой брат! — возмутился Луи.  — Что за странный аргумент? — обратилась я к брату.  — Другого нет, Тереза — я скрываю все от брата — Янг! — он был возмущен. — Я КРАЙНЕ ОБЕСКУРАЖЕН! — Мы сами ничего толком не знаем. Это догадки, да пустые рассуждения, — отдувалась за нас Стеф. — Если бы мы хоть к чему-то пришли…  Она грустно осмотрела всех присутствующих.  — А брату нужно говорить сразу! Тогда бы про диктофон узнали раньше, — Луи все еще возмущался, но уже немного спокойнее.  — Какой диктофон? — спросила Стеф.  Я про него как-то совсем забыла. Просто вылетело из головы.  — Луи по просьбе Тристан купил ей диктофон и флешку, — устало ответила я.  Нога все еще болит, голова медленно, но верно начинает раскалываться, а глаза закрываться. Я морально выжата, а физически покалечена. И мне нужен отдых!  — Зачем? — все внимание Стеф было направлено на Луи.  — Да я откуда знаю. Первое правило продавца…  Брат не успел договорить, его перебила Стеф. — Да-да, знаю я! В вещах Тристан мы пока ничего такого не нашли, значит, нужно лучше искать, а то мы сконцентрировались только на одном.  Я пожала плечами.  Сейчас бы положить свою голову на подушку, укрыться одеялом и забыть сегодняшний день, как страшный сон.  — Погодите, — вдруг сказал Хардин, — я кое-что вспомнил. Прошлой весной был турнир, поэтому мне приходилось тренироваться больше. И в один из вечеров я увидел Тристан на трибунах. Она спускалась вся расстроенная, даже заплаканная. На мои вопросы Трис ничего не ответила, но тень, которая следовала в другой конец трибун была мужской. Было темно, разглядеть трудно, однако одна деталь все же вращалась мне в глаза. — Ну, ну, какая?! — с нетерпением перебила его Стеф.  — На голове была повязка, которая есть у всех членов «Воронов», чтобы волосы при тренировки не лезли на лоб.  Молчание. Обдумывание слов Хардина.  — Они спорили или просто напряженный разговор? — нарушила молчание я.  — Я видел лишь то, что она спускалась, как и тот парень.  — Значит, нам нужно искать кого-то в команде «Воронов», — заключила я.  Зэд, который все это время просто пребывал в шоке от информации, вдруг заговорил:  — Но это хотя бы сужает круг подозреваемых. Уже что-то.  — А ты ничего не замечал такого? Все же она когда-то была влюблена в тебя, — спросила Стеф. — После того, как я сказал ей, что между нами быть ничего не может, моя персона стала нон грата. Год назад действительно Зэд отверг Тристан, но сделал это достойно. Они разговаривали, по словам подруги, около двух часов и пришли к выводу, что нет будущего для их союза. Она его не интересует. И после этого Тристан стала игнорировать Зэда, словно его не существует. Эта ситуация больше никогда не обсуждалась, потому что подруга постоянно говорила, мол «так надо».  — Я устала. Давайте все обсудим завтра? —простонала я. Мне действительно уже становится дурно от всего, что сейчас происходит.  Все согласились со мной, а затем мы со Стеф ушли к себе.  Молли лежала на кровати и читала какую-то книгу. Увидев нас, радостно поприветствовала, но отклика не нашла, поэтому вновь погрузилась в чтение. Стеф стала что-то записывать себе в блокноте, а я пошла в душ. Мне надо смыть грязь, кровь и все происходящее за день.  Есть мне не хотелось, поэтому после душа я просто легла в кровать и уснула.  Второй выходной прошел без происшествий. Мы со Стеф почти целый день занимались учебой, потому что следующая неделя будет вся в тестах и зачетах. Моя нога болела, а моя подруга гиперзаботливая. Именно поэтому я остаток дня лежала вся в мазях и компрессах. Мамочка Стеф не оставит в беде свое дитя.  Утро следующего дня выдалось тяжелым. Мне хотелось еще поспать, полежать в кровати, но тренировка сама себя не проведет. Однако возникла другая проблема, моя нога все еще очень болит. Вступать на нее могу, но с трудом. Хоть  лечение Стеф и Зэда помогало, но все еще чувствовалась боль.  Хардин ждал меня у комнаты.  — Так и знал, — первое, что сказал мне он, а затем поднялся с дивана ко мне.  — Что знал?  — Что ты попрешься на тренировку с больной ногой. Где голова, Бэмби?  Я потрогала ее руками.  — На месте, — улыбаясь ответила я.  — Иди обратно в кровать. Отлежись, — твердо сказал он.  — Нет. Я в порядке. — Тебе бы в лазарет сходить.  — Зэд вчера наложил мазь. Она помогает, но не быстро.  Хардин тяжело вздохнул.  Меня не переспоришь и не переубедишь. Сделаю так, как нужно мне, и он это знает.  — Обещай мне, что будешь осторожна.  — Я не буду сильно утруждать себя тренировками.  — Я не про тренировки. В его глазах я заметила тревогу. — Обещаю, лисенок.  Традиционное приветствие, и мы отправились на поле.  — Мне нужно поговорить с Мисс Идеал, — сказала я пока мы шли.  — Не понимаю, как она вошла в этот список. Нэт и мухи не обидит, ты же знаешь. — Один источник утверждает, что видел Трис и ее в жарком споре. Хардин, это нужно выяснить.  Он остановился, а следом и я, потому что мы шли под руку.  — Мало ли кто и что сказал. Не всегда то, что мы видим или слышим — истина. — Именно поэтому нужно узнать все от первого лица. У Тристан я больше спросить ничего и никогда не смогу. А твоя суженая может пролить свет на этот спор, — возмутилась я.  Он протер глаза большим и средним пальцем, а затем сжал губы.  — Ты становишься одержимой. Все это ваше расследование имеет место быть. Я понимаю ваши со Стеф чувства, но не впутывай Натали в это. Прошу тебя.  — Она уже в паутине, Хардин.  Мы пошли дальше в мертвой тишине.  Из-за больной ноги тренироваться было крайне тяжело. Все упражнения напрямую связаны с ней, поэтому я решила, что просто буду разрабатывать свою травмированную конечность. Хардин по-прежнему не разговаривал, даже не смотрел на меня. И я не понимаю из-за чего он так себя ведет. Может быть переживает за нее? Ведь они совсем недавно были вместе. Но я пойду не одна сваливать на Нэт весь груз. Со мной будет Стеф, которая не даст мне проявить своего «плохого копа». Да и к Мисс Идеал у меня нет никаких претензий, поэтому все должно пройти хорошо. От чего он так бесится?  Тренировка завершилась. Хардин подошел ко мне, вытирая полотенцем пот с лица.  — Мне нужно тебе кое-что сказать.  Его тон был очень тревожный. На его лице играли желваки, а глаза выражали беспокойство.  — Говори.  Он выдержал несколько секунд. Собирался с мыслями, наверное.  — Тристан узнала секрет Нэт и шантажировала ее им. Поэтому тогда и произошла ссора, — повествовал он, но у меня сложилось впечатление, что это еще не всё. Однако Хардин больше ничего не сказал.  — Насколько большой секрет?  Мне бы хотелось узнать тайну Натали. Простое любопытство. Однако это не мое дело, да и спрашивать Хардина об этом глупо. Во-первых, он не скажет. Во-вторых, это секрет Натали, и это меня не касается. — Громадный.  Плохо дело.  — Хорошо. Тристан узнала этот громадный секрет, но зачем шантажировала?  Хардин пожал плечами, подняв брови.  — Не знаю. — Хардин, мой милый, Хардин, ну, не бывает шантажа без причины. Твоя Идеальная что-то знала, либо услышала, либо увидела.  — Мне об этом ничего не известно. Честно, — он поднял ладони вверх.  Я знаю, когда Хардин лжет. У него начинают краснеть щеки. Это первых признак. Второй — он начинает путать слова. Например, вместо красный, он может сказать — желтый, хотя речь идет именно о первом цвете. Был случай, когда он брал машину мамы, а она не разрешала, то Хардин сказал, что катался на лодке, а не на машине.  И сейчас он не врет. Хардин действительно не знает почему Тристан шантажировала Натали.  — Окей, Босс. Я тебе верю. Но Стеф всё равно пойдет разговаривать с ней.  — Не говори ничего Стеф о том, что я сказал. Это между нами. — Как скажешь, Лисёнок.  Когда я пришла в комнату, Стеф сидела за своим рабочим столом и что-то составляла на компьютере. У меня по планам был душ, а уже потом подойти к ней, но она опередила.  — Подойди ко мне, — голосом требовательной мамы сказала она. Не люблю, когда он так делает. Мне сразу же кажется, что я что-то натворила. Но я повиновалась ее зову.  — У меня здесь схема, как в фильмах. Все утро сидела. Посмотри, ничего не упустила?  Я внимательно посмотрела на экран. Там действительно все было, как на классических досках в полицейских участках в фильмах. Одна фотография, рядом с другой, снимки стихотворений, записок, скаченные из интернета фотографии диктофона, флешки и одноразового телефона, а от них к другим объектам ведет красная нить. В середине фотография Тристан, на которой она смотрит прямо в объектив и улыбается. Она бы ей понравилась.  — Почему две карточки со знаком вопроса? — они находились по обеим сторонам от фотографии Трис.  — Один — тайный парень, другой — предполагаемый убийца, — пояснила Стеф.  — То есть мы все-таки говорим об убийстве? — озвучила я то, что мы все изначально и думали.  — Не стоит исключать этот вариант, — сказала Стеф, а затем показала на фотографию Донны и Фелисити, — потому что у Тристан были конфликты. Она могла так облажаться в своих интригах, что кто-то мог заточить на нее зуб.  — Ты веришь этим двум курицам? Они же врут! — я не верю своим ушам, что слова, сказанные этими девицами, она воспринимает всерьез. — Я ничего не исключаю. Если Тристан была милая и добрая с нами, то не значит, что она была такой всегда. Две девочки говорят об обратном. Две, Тесса, две! А эти уже много.  Нет. Бред какой-то. Я в это верить отказываюсь. Да, Тристан была порой резка и строила интриги, но она никогда и никому не причиняла боль. Хотя… Я вспомнила слова Хардина о шантаже. Натали. У Мисс Идеал и Совершенно есть громадный, ужасный секрет, который Тристан использовала против нее.  Хотя… Каждый человек старается выгородить себя. Оставить в тайне свои скелеты, чтобы выглядеть белой и пушистой. Может быть Мисс Идеал и Совершенно просто сняла с себя подозрения и сделала себя жертвой шантажа. Хардин хоть и не глупый, но мог ей поверить. Чувства иногда мешают мыслить здраво.  — Я все равно в это не поверю, пока не будет неопровержимых доказательств, — сказала я, ставя точку в этом диалоге.  Бессмысленно продолжать то, в чем не уверены до конца. Если Стеф считает иначе, то флаг ей в руки. Мое мнение остается при мне. — Знаю, — все, что мне ответила Стеф. На уроке литературы мне передал записку Демон. «Плата за спасение слишком высока, но для тебя есть скидка». Смотрю на него, а он ухмыляется. Я ответ показываю средний палец. Теперь его улыбка стала шире.  Отвечаю следом:  «Мой жест показал, что я думаю по этому поводу». И передаю ему.  Он поджал губы, а затем принялся писать. Когда закончил, вновь передал мне. «Твои жесты всегда изящны. Предлагаю еще вариант. Весьма экстравагантный, но тебе же такое по душе?» А что именно не написал. Вот жук! Знал же, что меня это заинтересует.  «?» Его ответ не заставил себя ждать. «Проведи мне экскурсию по «Рейвенкрофту»». Когда я получила неожиданную просьбу, даже не знала, как отреагировать. Но сориентировалась. «Я, что, похожа на экскурсовода?» «Есть немного». Наглец.  Я передала ему записку, но ответа он так не получил. Демон долго сверлил меня взглядом, в попытках вновь всучить листок. Даже кинул в меня стеркой. Я была непреклонна. Мне нравилось, что он бесится.  После урока я спряталась в толпе, но он догнал меня.  — Что насчет моего предложения, игнорщица?  — Отрицательно.  Он поправил свои очки указательным пальцем, а затем обогнал меня и шел спиной ко всем, а ко мне лицом.  — А когда будет положительно?  — Когда кто-нибудь забеременеет.  Он усмехнулся.  — Может тогда поцелуй? — но заметив мою реакцию, добавил. — В щечку? — Могу только по плечу по хлопать.  По пути извинялся перед всеми, кого мог задеть, ведь у него нет глаз на заднице.  — Сойдет. Я похлопала его по плечу.  — Может все-таки экскурсия?  — Нет.  Он чуть было не споткнулся. Я протянула к нему руки, чтобы помочь, но Демон схватил меня за запястья и притянул к себе. Спланировал свое падание! Вот же ж над!  — Однажды, ты скажешь мне «да», — шепотом сказал он.  — Самонадеянный. Он посмотрел мне в глаза. В них все еще танцевали демонята, но было что-то еще… И я не могу понять, что именно. Но увиденное заставило мое сердце биться чаще.  — Не без этого.  Эти секунды длились для меня вечность. Не могу сказать, что мир замер, другие люди перестали существовать, но я определенно зависла. Вот она, — демоническая сила.  Он выпустил меня из своих рук, и я облегченно вздохнула. Мир не изменился. Все по-прежнему на своих местах. Не знаю, обратили ли на нас кто-то внимание за этот миг, да и все равно, если честно. Я никому ничего не должна. Я девушка со свободным сердцем и душой, как сопля в полете. И меня ни разу не задели демонические объятия. Нисколько. Не-а.  Прозвенел звонок. Я оглянулась по сторонам, чтобы найти Стеф, но не нигде не было. Мой взгляд вернулся к Демону, а его и след простыл. Ох уж мне эти преисподнеческие телепортации.  Я отправилась в свой класс. Весь чертов урок не могла вынести это мгновение из головы. Ну, что за адская магия в «Рейвенкрофте»? Сама не понимаю из-за чего в моей голове полный сыр-бор. Глаза. Шепот. Тепло. Руки. Демон полностью завладел моим разумом! Колдун е… ну, вы поняли. В общем и целом, я в прострации.  Выбросить из головы. Немедленно. Срочно. Навсегда. Но его уверенные слова, несуразные подкаты, ледяные глаза и нежный, но при этом низкий голос заставляет мои шестеренки вновь крутится в демоническую сторону. Может стоит устроить ему экскурсию? Черт! Тереза Линн Янг, о чем ты думаешь? Ни в коем случае! Исключено. Нет! Не бывать этому!  После урока я шла по коридору, как вдруг кто-то схватил меня за талию и утащил. Конечно же, на моей спине нет глаз, чтобы увидеть лицо похитителя, но ягодный запах успокоил мое сердце. В следующее мнгновение мы оказались в какой-то подсобке.  — Мог бы просто сказать «Лайм», а не пугать меня, — смотря в карие глаза Зэда, сказала я.  «Лайм» — наше кодовое слово, когда нам нужно побыть вдвоем.  — Люблю эффект неожиданности, — коварно улыбаясь, ответил он.  Это правда. Зэд не любит простые, легкие пути. В его крови течет азарт и игра.  Он провел рукой по моим волосам, перебирая их. Затем притянул меня к себе, а я не стала сопротивляться. Мне нужно было отвлечься. Выбросить Демонские глаза из своей головы. И это помогало. Каждый поцелуй, прикосновение Зэда заставляли меня забыть об этом исчадье ада.  — С чего вдруг? — разорвав поцелуй, спросила я.  — Соскучился, — ответил он и вновь накрыл мои губы своими.  Его ответ меня не удивил, но интонация, с которой он это произнёс, заставила мое сердце пропустить пару ударов. Это были не просто слова. Он действительно так чувствовал.  — Как твоя нога? — Не болит, доктор Эванс. — Это хорошо.  Мы целовались еще несколько минут, прежде чем услышали звонок на урок.  — Пойдем? — спросил он.  — Еще минуточку, — попросила я, позвав его к себе.  Минута, к сожалению, быстро кончилась.  Мы вышли из нашего укрытия, попрощались улыбкой и разошлись каждый по своим углам.  Эти прятки нравятся нам обоим. Это добавляет в нашу жизнь особенные краски, азарт, драйв и интерес. Мы знаем, что эта игра рано или поздно закончится, потому что кто-то кого-то встретит, полюбит и такие встречи уже будут не нужны. Но пока они есть, и нас все устраивает все отлично. В конце дня я пришла в свою комнату уставшей. Было куча тестов, которые дались мне с легкостью, но разряжали мою внутреннюю батарею. Хотелось просто лечь на кровать и уснуть, но ужасная соседка разрушила мои мечты своим трепом.  — Стеф, я сейчас скину в нашу группу новую связку, посмотри и изучи, — обратилась она к моей подруге. — Ах, да, Тесса, выйди из нашего сообщества.  Пошла-ка ты нахрен, бабуин недоделанный!  — Нет, — ответила я.  — Но эта группа только для членов команды, — сказала она.  — Тогда исключай. Сама я не выйду.  — Почему ты так упрямишься?  — Потому что могу, — аргумент, который ставит точку.  Молли нахмурилась. Выглядела она, как обезьяна с гранатой. Смешная!  — Вообще-то, по правилам, — начала она. — По правилам нужно вилку слева от себя класть, а хуй на твое мнение, — закончила за нее я.  Стеф уже подбежала к нам. — Что ты сказала? — переспросила Молли. — А что, у тебя со слухом плохо? —спокойно спросила ее я. — Выйди! — требовала она.  — Бла-бла-бла, насрать, забыть, — сказала я, сделав уточку из пальцев, приложив ко всем четырем большой.  Я видела, как она начинает закипать. Ее нервы уже на пределе, потому что гадюка не получает своего. Противная соседка понимала, что если исключит меня из группы, то девочки обратят на это внимание. Они и так не не жалуют, а тут еще и из группы удалит бывшего капитана. Ей бы на руку, если бы я вышла самовольно, но такого подарка ей не достанется.  — Девочки, успокойтесь, — вмешалась Стеф. — Неужели нельзя нормально всё решить?  — Она первая…, — начала говорить Молли.  — Что первая? Начала это? Сходи мамочке пожалуйся, скажи, как несправедлив этот мир с тобой, — закончила я.  Стеф тяжело выдохнула. Ее пронзительный взгляд мог бы испепелить меня, но я крепкий орешек.  — Тесса, помолчи, — настаивала она, — Молли тоже успокойся. Как маленькие дети! Выскажите уже друг другу все и закончите эту бессмысленную войнушку! Взгляд Молли мог напугать, но не меня. Она действительно злилась и была на гране. Противница сжимала кулаки, неровно дышала и постоянно моргала.  Я же просто смотрела на нее и улыбалась, чем еще больше её раздражала. Если она мне что-то скажет, у меня найдутся пару тысяч ответов. Сохранять спокойствие и хладнокровие — это самое лучшее в такой ситуации. Противник хочет и жаждет эмоций, но не дождется. И его терпение начинает выкипать.  Наши переглядки длились до тех пор, пока нам не постучали в дверь.  — Можно войти? — со стуком, заходя в комнату, спросил Гарри. У него в руках была небольшая коробка.  — Нет, — ответила Стеф.  — Да, — ответила я вместе с ней.  Стеф смерила меня взглядом, а затем направилась к Гарри.  — Что? — резко спросила она.  — Мы договаривались встретится час назад.  — Точно! Извини, тут дети не могут поделить игрушку, — она кивнула в нашу сторону, и мы с Молли переглянулись. — Я сейчас.  Она пошла за своим телефоном.  — У вас тут около входа лежала коробка, адресованная «S» и «Т». Держите, — я подошла к нему, и он передал ее мне.  Я специально отошла от него и от Молли, чтобы не подглядывали. Тем временем Стеф уже оказалась возле меня.  — Открывай, — скомандовала подруга.  Я повиновалась. С виду обычная картонная коробка с запиской, на которой были написаны на компьютере наши инициалы, а вот внутри лежали две куклы. Без головы. И записка.  «Необдуманные поступки ведут к безбашенным последствиям».