Конфетти

Мама была огорчена, батя вроде бы не особо, как будто даже рад, что эта история закончилась именно таким финалом. Директор указывал моей матери на пункты в документах, которые она сама же и подписывала. Споры были горячие, но по итогу правда была на стороне руководства «Рейвенкрофт». Когда мы все вдоволь насладились этой новостью, пришло время прощаться с родителями. И мама отвела меня в сторону. — Звони каждый день, пиши раз в три часа. Ты поняла меня? — Мам, тебе не кажется, что это чересчур?  — Нет. Я должна знать, что ты в безопасности, — сказала она, а потом после недолгого молчания добавила. — Твои друзья умеют убеждать. Особенно Тревор. Поэтому я немного, но спокойна. Примерно процентов на 10. Я выпучила на нее свои глаза в полном непонимании. Ни разу в своих разговорах с мамой я не упоминала Тревора. Никогда. Откуда она знает его имя? — Тревор? — спросила я, приподняв свои брови. — Он меня вчера подловил перед больницей, но сказал, что это строжайшая тайна.  ЧЕГО? — Раз уж начала, говори, — мне были интересны подробности. И мама поведала мне. — Я приехала в больницу, чтобы забрать тебя, но у входа стоял молодой человек. Он явно кого-то ждал, потому что постоянно смотрел по сторонам. Это подозрительно. Я подумала, что мало ли ворюга какая, но как только я переступила порог, он позвал меня. « — Миссис Янг? — спросил он. — Да, — я была насторожена.  — Мне нужно поговорить с вами о вашей дочери. Понимаю, что этот разговор с вами будут вести и её друзья, но, прошу, выслушайте меня.  — Я вижу Вас первый раз. С чего вы взяли, что я буду слушать и говорить о моей дочери? Вы даже не представились, молодой человек! Он улыбался мне. — Понимаю теперь в кого она такая дружелюбная. Меня зовут Тревор. Я недавно познакомился с Тессой. И я прошу Вас оставить её учиться дальше в «Рейвенкрофте».  — И почему же я должна принять такое решение?  — Потому что я очень дорожу вашей дочерью. За небольшое количество времени мы с ней очень сблизились, она, конечно же, пока что оставляет меня во френдозне, но я буду добиваться её. Однако речь не об этом. Дело в том, что я не позволю её обидеть. Понимаю, что меня не было в тот момент, когда произошла эта ситуация, и у меня не получится быть каждую секунду рядом с ней. Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы оградить её от злых глаз. От меня не ускользнул тот факт, что этот Тревор был настроен серьезно. Хоть он и слишком юн, но выражался, как взрослый.  — Я не же могу оставить её там только потому, что у вас любовь. Понимаете меня, Тревор? — Дело совсем не в этом. Вы не можете гарантировать, что с темпераментом вашей дочери не случиться такая же ситуация. Тесса далеко не пай—девочка, которая будет молчать. Вы как никто знаете, что она за словом в карман не полезет. Однако здесь все её друзья. Здесь я. Вместе у нас получится сделать нормальную и комфортную обстановку для Тессы. Я лично беру ответственность за все.  Настрой у парня боевой, конечно, но одни его слова мало значили для меня в тот момент.  — Я впервые вижу и слышу о Вас, Тревор. И слова мало, что значат.  — Вас нелегко убедить, миссис Янг. В данный момент я не могу действиями подтвердить свои слова и намерения, но вы можете мне доверять. Могу дать вам свой номер, чтобы мы созванивались, обменивались сообщениями. Вы будете в курсе всех событий. Можете звонить мне в любое время дня и ночи.  Это предложение показалось мне заманчивым, потому что знала, что моя дочь многого не будет мне говорить. Однако этот парень внушал доверие. Сама не знаю почему.  — Мы с мистером Томлинсоном приняли решение. Наши дети не будут учиться в такой обстановке. Прошу меня извинить, моя дочь ждет меня. — Я должен был с вами поговорить. Пока что это единственное, что в моих силах. Но будьте уверены, что я не оставлю её. Сделаю все, чтобы быть с ней.» Выслушав рассказ матери, я прибывала в некотором замешательстве. С одной стороны приятно, что Тревор все же что-то сделал, а с другой дать номер моей мамы и докладывать ей все? Не посягательство ли это на мою частную жизнь? Ладно. Позже с этим разберусь. — Чудно, — выдавила я. — Чудесненько.  — Милая, этот паренек явно на тебя запал, — а то я не знаю, мам. — Дашь ему шанс? — Я не буду с тобой это обсуждать, — мой указательный палец вырисовывал невидимые круги.  Она рассмеялась.  — Пока не доросла с мамой секретики обсуждать, — мама потрепала меня по голове. — А он ничего, — она мне подмигнула.  — Мама! — воскликнула я. Я попрощалась с батей. Он сделал пару селфи со мной и сказал следить за ним в снепчате, потому что там цитирую: «моя реальная жизнь без прикрас». А еще от него отписалась моя бабушка по маминой линии. Батя грустил по этому поводу. Мама на прощание вновь выдала всем речь про осторожность, чтобы все были со мной рядом и всякую такую ерунду. И они уехали.  Первое, что я сделала — выдохнула. Этот кошмар закончился, а жизнь в «Рейвенкрофте» продолжается. А значит прошлая ночь тоже. Сердце предательски екнуло. Друзья предложили отметить, но мне хотелось найти мистера Эванса. Не он ли приложил к этому свою учительскую руку? И то, что они стояли вместе с Тревором тоже напрягало. Искать долго не пришлось. Мистер секси выходил из столовой, где мне удалось его поймать.  — Ваших рук дело? — разводя руками, сказала я. Он загадочно улыбнулся.  — Я же сказал, что сделаю все, что в моих силах. Примите поздравления.  Я не смогла сдержать улыбку.  — Спасибо.  — Поблагодарите мистера Мэттьюса. Это он искал лазейки, а утром передал всю информацию мне. В свою очередь я поделился интересной деталью с директором.  Чертов Тревор. И с мамой успел поговорить и вечер со мной провести, да еще и лазейки найти. Ад не любит бездельников.  — Командная работа, значит?  — Не без этого, мисс Янг.  — Готовимся к баллу? — Жду ваш промежуточный вариант у себя на столе к четвергу. Надеюсь, вы с мистером Мэттьюсом сможете договориться, — он лукаво улыбнулся.  — Посмотрим. Мистер Секси хотел было уже уйти, но я вновь задала ему вопрос.  — Молли также не смогут отчислить?  — Пока не располагаю такой информацией. А что? — Просто будет нечестно, если я останусь, а она нет. — Не забывайте, миссис Янг, что вы пострадавшая, а она нападающая. Это разные вещи. — Правила для всех едины.  Мистер Секси кивнул.  — Верно, но из всех правил всегда есть исключения. — Еще раз благодарю Вас, мистер Эванс, за помощь. Не знаю, как Вас благодарить. — Сможете сделать отменный Хеллоуин?  — Сможем.  Следующий в моем списке — Тревор, герой времени, Мэттьюс. Обошла все места, в которых он мог бы находиться, даже библиотеку, но его и след простыл. А потом вспомнила, что сегодня у команды тренировка. Поэтому я направилась на поле. И он был там. Он меня не заметил, но это хорошо, потому что я хотела посмотреть на него, когда он в деле и не знает, что за ним следят. Он командовал, расставлял парней, показывал нужные связки. Тревор был жесткий, но справедливый в своих решениях. Я чувствовала его внутреннюю уверенность и от этого было самой даже приятно. Он подходил к Хардину, наверное советовался, обсуждал, и они вместе принимали решения. Даже пожали друг другу руки. А когда они все успели стать закадычными друзьями? Я как-то упустила этот момент. Даже несмотря на расстояние от Тревора исходила уверенность и профессионализм. Он действительно волновался и болел за свое дело. Хотел, чтобы его команда была лучшей. И я немного гордилась им. Ладно, много.  А потом он заметил меня, посмотрев наверх. Тревор что-то сказал ребятам и направился в мою сторону. Я спустилась к нему. — Рад видеть, — он взял полотенце, которое лежало на скамейке и вытер лицо.  — И я. Честно? Я без понятия как с ним нормально разговаривать. Во мне столько смущения, что можно им накормить целый город. Я не знала, куда себя девать. Мои движения были хаотичны и не связаны. Я почесала свой затылок, затем потерла руки друг о друга, потрогала свой нос. Кароче, я совсем в край долбанулась. — Хорошо, что директор нашел лазейку, — сказал он. И вот встал выбор: говорить ему о том, что мне известно или умолчать, оставляя его подвиг безымянным. Я думала, смотря на него. Маме Тревор сказал, чтобы это был секрет, но мистер Эванс ничего не говорил. Однако насколько я знаю парня, стоящего передо мной, он бы не хотел хвалиться. Скорее всего Тревор хотел бы, чтобы мне его действия оставались неизвестными. Ему не нужна похвала. Он просто это делает, потому что может и хочет.  — Да, наш директор молодец, — я все же решила, что не буду его ничего говорить. — Расцеловала бы его, если бы был в моем вкусе.  Он засмеялся.  — Можешь расцеловать меня? — предложил он. И я уже подумала, что сейчас он мне скажет, что то, что я осталась здесь — его заслуга. Но Тревор молчал. — Есть за что? — игриво спросила я. — Теперь поцелуи выдаются за что-то? Я всегда думал, что они идут от чистого сердца. Тем более директор вряд ли бы оценил этот жест.  Свои действия он держит в секрете. И мне это нравится. Он не пытается выпендриться, сказать, что «Я! Я это сделал!». Просто без лишней шумихи решил все дела и доволен собой. Даже не похвастался, дурила.  — Подумаю, — я подмигнула ему. — Долго не думай, а то голова заботит, — Тревор лукаво мне улыбнулся и уже собирался уйти.  — Так мы готовимся к Хеллоуину? — спросила я.  — Тебе уже не терпится остаться со мной наедине? — он повел бровями, словно заигрывал.  — Мне не терпится закончить эту работу. Жду в библиотеке. В восемь.  И только тогда, когда я увидела его взгляд, поняла что библиотека теперь наше общее воспоминание, которое тут же навевает интересные мысли.  — Ты склеиваешь мое разбитое сердце вновь и вновь, Тесса, — он подошел ко мне. — Я буду там. Можешь не сомневаться.  Не знаю от чего, но на моем лице нарисовалась улыбка. Я попыталась её спрятать, но он все равно её заметил. И ответил тем же.  До нашей встречи есть пару часов, которые будут посвящены разбору вещей. Я же их так кропотливо складывала, чтобы вновь разобрать. Хотя чего это вдруг жалобы? Мы с братом остались в «Рейвенкрофте». Да лучше я буду собирать и разбирать каждый день вещи, а не сидеть дома с кислой миной.  Все-таки жизнь расставляет все на свои места. Я не умоляю заслуги мистера Эванса и Тревора, но верю в то, что все не случайно. Если бы не мой скорейший отъезд, то мы с Демоном не перешли бы на новый уровень нашего общения. И вот это «если бы» всегда чему-то мешает. Люди думают, что у них еще есть время. Они всегда могут сказать «я тебя люблю», повидаться с родными и быть откровенными. Но это не так. Время ускользает, а мы не замечаем его. И когда случается «если бы», то всегда жалеем, что не сделали чего-то, не сказали, не были рядом.  И это самое трудное и тяжелое. Не успеть что-то сделать, потому что ты слишком наивен в том, что у тебя еще куча времени. Сколько упущенных возможностей, которые кто-то мог реализовать, полагая, что успеет. Сколько не сказано слов, потому что люди думали, что когда-нибудь в будущем они обязательно это скажут. К сожалению, ничто не вечно. Кроме времени, которое убегает слишком быстро, а мы не в силах его догнать.  Это простая, но в то же время сложная истина. Все будет, но потом. Однако этого «потом» уже может и не быть.  И с такими философскими мыслями я занималась разбором одежды. Как вдруг услышала, что в дверь постучали.  — Открыто, — сказала я, но ответа не последовало.  Я еще раз повторила, однако все это было в пустую.  Открыв дверь, я увидела шар с запиской.  «Лопни меня». Чего? Сейчас лопну, а внутри шара динамит. И все, пока Тесса Янг. У тебя была веселая жизнь!  Я посмотрела по сторонам, но никого не было. Аккуратно вязала шар и занесла его в комнату, а потом села на кровать и уставилась на него. Обычный гелевый шар. Очень приметная вещь, которую трудно пронести незамеченной. Кто-то должен был видеть человека, оставившего такой подарок около моей комнаты.  Стеф должна вот-вот вернуться с тренировки, поэтому я решила дождаться её. Не то, чтобы мне было страшно. Однако с подругой как-то спокойнее.  Джонс пришла через двадцать минут, а я уже вся извелась в нетерпении. Мне, черт возьми, было интересно.  — Это что? — спросила она, осматривая новый предмет в интерьере нашей комнаты.  — Воздушный шар, — съязвила я.  Она закатила глаза, явно ожидая услышать что-то другое.  — Вы с Луи мастера спорта по язвительным выражениям, — сказала она. — Я это вижу. Что этоделает у нас в комнате? И от кого? Я показала ей записку.  — У меня такие сведения, как и у тебя. Хватит задавать вопросы, на которые я не могу ответить.  Да, опять съязвила. И что? А когда я была послушной девочкой? — Что-то мне стремно его лопать. Может просто выкинем?  Я широко открыла свои глаза, чтобы она видела все мое изумление от ее заявления. — Мы его взорвем, — я поставила точку в этих дебатах.  Стеф хотела возразить, даже наморщила лоб, выставила вперед указательный палец, но, видимо, передумала.  — Давай хотя бы парней позовём. С ними хоть не так страшно.  Она позвонила Хардину, Зэду, а потом Луи. Все в один голос сказали, что придут через пару минут. И они не заставили себя ждать. Примерно через пять минут пришли Хардин и Зэд, которые тут же начали рассматривать шар. А Луи был в комнате спустя две минуты.  Конечно же, не обошлось без вопросов, на которые у нас нет ответов. Откуда? Почему? Когда? Зачем? Кто? Если бы мы что-то знали, то, наверное бы, уже что-то сказали.  — И что вы планируете с ним делать? — спросил Хардин. — Как что? Лопнем, — нахмурилась я. Как будто это не очевидный вариант развития событий.  — Я против, — сказала Стеф.  — Почему ты против, Эс? — спросил Зэд. — Разве тебе не интересно, что там?  — Возможно, — пожала та плечами, рассматривая шар. — Но после каждого такого подарка что-то происходит. Мне не по себе.  — Я закрою тебя своей грудью, — гордо сказал Луи. — Не переживай.  Парни переглянулись, явно не понимая от чего мой брат так высказывается.  — Я солидарен со Стеф, — сказал Хардин. — Мы просто вкинем его и забудем.  — Тогда я найду его на помойке и все равно лопну, — протестовала я.  — Я с недоразумением, — поддержал Зэд. — Голоса два на два. Что скажешь, Луи?  Мой брат метался. Стеф качала головой, а я метала взгляд на шар. Ему было любопытно. Это точно. Но из-за того, что у них что-то происходит, Луи трудно принять решение. Он смотрел на нас, не в силах озвучить то, что решил. — Ой да, ладно, — воскликнула я, взяв ножницы, которые приготовила и взорвала этот гребаный шар.  В момент прозвучал взрыв. Обычный. Когда ты лопаешь шары, ты всегда его слышишь. А затем по всей комнате разлетелись конфетти, словно снежная вьюга. И какие то белые обрывки. Я спохватилась первой. Собрала эти листочки и сложила.  — Взор тво ло ет я го ся ва? — недоуменно смотрела я на то, что получилось.  Стеф присоединилась к пазлу.  — Твоя голова взорвется, — прочитала подруга, смотря на меня.  — Если не перестанешь рыть, — дополнил Хардин, который держал в руках еще несколько фрагментов.  «Если не перестанешь рыть, твоя голова взорвется». Я держала в руках разорванные листы бумаги и вновь и вновь перечитывала содержимое. В моей голове всплывала вся информация за предыдущие дни. Добродетель столько времени не показывался, а тут решил подать голос. Мы сделали что-то, что привлекло его внимание.  И тут я насторожилась. Последней с кем у нас был конфликт — Натали. Она в курсе, что мы что-то нашли, да к тому же выудили у нее информацию про Тристан.  — Нам нужно вернуться в кабинет видеонаблюдения. Опросить хоть кого-то, потому что мне нужны доказательства, чтобы убрать с лица совершенную улыбку идеальной Натали, — резко сказала я. — Натали? — неуверенно спросила Стеф. — Ты думаешь, что она Добродетель? — Да, но у меня нет доказательств, — я выдохнула. — Смотрите, вчера мы слегка надавали на нее. Сегодня у нас шар с угрозами. Копались в вещах — Хардина траванули. — Зачем Нэт травить меня? — неудомевал Хардин.  — Да чтобы сбить нас с толку. Никто не подумает на девушку, которая отчаянно плачет у твоей койки. Это гениально. Она что-то скрывает и не хочет, чтобы мы это узнали.  — По-моему тебе нужно выдохнуть, — касаясь моего плеча, сказала подруга. Я скинула её руку.  — Нет. Мне нужны доказательства. Вы не видите очевидных совпадений? Ладно Хардин не замечает, но вы, — я обратилась к остальным, — должны это понять! — Я не сильно с ней знаком, — пожал плечами Лу.  — Мне кажется, что это имеет место быть, — Зэд оказал мне поддержку. — В любом случае лучше проверить, чем сидеть и гадать на кофейной гуще.  Я кивнула.  — Хардин, ну ты же сам понимаешь, что она не та за кого себя выдает. Натали говорит правду, которая выгодна ей. Она рядом. Спрашивает про записки. Просто на секунду поверь мне и помоги доказать либо опровергнуть это. Если это не Натали, то шикарно. Она в шоколаде, а мы на опять в заднице. У нас есть зацепка. И её стоит проверить. Он посмотрел на меня, а затем кивнул.  — Хорошо. Я согласен. Тем более все это время мне кажется, что это действительно так и есть.  Я кинулась к нему в объятия. Мой друг услышал меня. Он поможет мне поймать и прижать эту гадину к стенке. И я ценю это.  — Мне все еще это не нравится. Луи, Тесса, — Стеф обратилась к нам, — если вас поймают, то забрать документы для Кэрол не составит труда. Вас просто вышвырнут.  — Стеф, а давно ли ты стала такой трусихой? — спросил мой брат.  — Я не трусиха. У меня, в отличи от вас, есть голова на плечах. И я умею думать.  — И что ты предлагаешь? — мне было интересно, что хочет от всей этой ситуации Стеф.  — Не соваться и забыть это всё. Ничто из того, что мы делаем не вернется Тристан. Она лгала нам, не договаривала, а мы считали её подругой. Разве это стоит того?  — Эс, это дело принципа. С нами ведут игру. Неужто ты не хочешь выиграть? — мягко спросил Зэд.  — Меня тяжело взять на слабо, — твердо сказала она. — Я не азартный человек, поэтому мне и выигрывать нечего. — Не душни, — я махнула в её сторону рукой. — Это уже дело принципа, как сказал Зэд.  — Какого?! — разведя руками, воскликнула она. — Влезать в каждую жопу и бояться за свою жизнь? Почему мы не можем жить спокойно спросите вы? Потому что вы постоянно лезете туда, куда не просят. Нарушаете правила и навлекаете беду. И сколько бы вы не оправдывали это тем, что действуете от имени Тристан — этого того не стоит. Нам не не вернуть!  Мамочка Стеф очень злиться, даже перешла на крик.  — Пожалуйста, успокойся, — Луи попытался к ней подойти, но она оттолкнула его.  — Я не участвую в этом и вам не советую. Это плохо кончится.  С этими словами она покинула комнату.  Стеф редко выходит из себя настолько сильно. Она действительно думает, что мы в опасности из-за кого-то шара? Да даже если это и не Натали, то что этот человек сделает. Убьет? Нет. Силенок не хватит. Он только и умеет угрожать.  Я на это не поведусь. И доведу дело до конца.