Глава 1. Новый дом

***

      2005 год       Нью-Йорк, башня Старк Индастриз       Тони Старк сидел на диване сгорбившись. В его дрожащих руках находилась фотография его маленькой дочки… На запечатлённом кадре девочка была в ярко-красном платьешке. Её русые волосы, которые вскоре после того момента, как снималась фотография, потемнели, становясь каштановыми, были красиво рассыпаны по плечам. Малышка беззаботно смеялась, играя с её любимой игрушкой — самолётом-истребителем, напоминавшим модель F-18, который она собрала вместе с Тони. Он горько выдохнул, вспоминая её заветную мечту. Такую трепетную, но безвозвратно упущенную…

***

      2003 год       Малибу, комплекс Тони Старка       Маленькая малышка носилась по огромному залу с бумажным самолётиком в руках, одновременно пытаясь издавать звуки пропеллера, что получалось весьма забавно. — Рейчел, что ты делаешь? — к малышке подошёл Старк, только что закончивший свой очередной проект в мастерской и успевший прихватить с собой банку колы вместо привычного виски — при ней он старался хотя бы делать вид, что всё под контролем. — Я летаю как пилот! А это мой самолёть! Однажды я собехлу свой истребитель, и дядя Роуди меня научит летать на нём! — малышка, немного картавя, счастливо повернулась к отцу. Её глаза блестели от чистого детского восторга. — А почему ты хочешь это? — с едва заметным умилением в голосе поинтересовался Тони.       Малышка поднесла указательный пальчик к губам и задумалась, усердно засопев. Рейчел всегда так делала, когда о чём-то сильно думала.       Эти действия рассмешили Тони. Он подошёл к дочери ближе и с лёгкостью подхватил её на руки. Она была довольно худенькой и лёгкой, словно пушинка. — Эй! — возмутилась Рейчел. Малышка слегка пихнула отца своей маленькой ладошкой, пытаясь выбраться из «ловушки». Тони хмыкнул. — Так почему моя дочка хочет летать? — снова повторил свой вопрос Тони, поглаживая малютку по спинке.       Тогда она серьёзно заявила: — Когда я стану взрослой, я хочу облететь и посмотреть весь мир! А также я соберу такой самолёт, что можно будет летать в космос! — на одном дыхании произнесла Рейчел, невинно хлопая ресницами. — О-о, какая у нас тут перспективная личность. Ну что же, пилот, не против ли вы присоединиться ко мне в мастерской, чтобы собрать ваш самолёт? — Тони задорно подмигнул малышке. — Да! Очень хочу!       Тони не сдержался и коротко засмеялся. Он поймал себя на мысли, что в последнее время это стало случаться всё чаще. Раньше он смеялся над чужими глупостями или собственными шутками, а теперь — просто потому, что маленький человек рядом с ним был счастлив. Вместе с дочерью он направился к стеклянной лестнице, ведущей в мастерскую.

***

      Настоящее время       Тони на мгновение улыбнулся, вспоминая былое. Но улыбка тут же исчезла. Его маленькая принцесса… Её отняли у него.       Тони скрипнул зубами от злости.       Как они посмели?!       Тони ненавидел тех, кто посмел причинить ей вред. Ненавидел себя за то, что не смог спасти его малышку. Ненавидел каждую секунду, когда он был в мастерской, вместо того чтобы быть рядом с ней. Он не мог поверить, что его дочери нет рядом. Не мог!       Она жива! Она не могла погибнуть!..       Все события этих нескольких тяжёлых дней превратились в запутанный клубок болезненных нитей, распутать которые Тони не мог из-за страха застрять в них окончательно.       По щеке отца стекла одинокая слеза. Он даже не заметил её, пока она не упала на фотографию, оставив мокрый след на стекле. Он не принимал то, что теперь её нет с ним. — Тони… — послышался чей-то голос рядом с ним.       Старк никак не отреагировал. Даже не пошевелился. Он, не отрываясь, смотрел на фотографию, боясь потерять её из виду. Потерять образ его девочки.       Его плеча коснулась нежная женская рука. Тони по-прежнему молчал, но всё же попытался скинуть ладонь. — Тони, там… там тебя ждут.       Он зарычал и со всей силой ударил по подушке, лежащей на диване сбоку от него. Подушка слетела на пол, и Тони с каким-то мрачным удовлетворением посмотрел на неё, словно это был враг, которого он наконец достал. Женщина вздрогнула, но не отпрянула. Наконец, Тони с болью взглянул на свою верную помощницу, которая была с ним с самого начала — Пеппер Поттс. Её глаза были красными, не оправившимися от только что пролитых слёз: на её щеках блестели не высохшие соленые дорожки. Если женщина обычно стояла ровно, расправив плечи назад, словно древнегреческая скульптура, то сейчас она ссутулилась и поникла всем телом. Вся её бодрость и необъятная женская уверенность иссякли. Малышка, как и Тони, была ей очень дорога. И её потеря нанесла по ней серьёзный удар, пробив сердце насквозь, как бы невероятно это ни звучало. — Кто? — прохрипел Тони. Сейчас он не желал никого видеть. Он не представлял, что сделает с тем человеком, который вторгнется к нему в этот непростой момент. Вариантов было много, и все являлись плохими. — Хелен Дэвис, Тони. — Что? — прошептал Тони, едва не выронив фотографию от шока. — Она ждёт тебя в гостиной, — не успела Пеппер договорить, как Тони, резко вскочив, побежал в нужном направлении.

***

      С грохотом ворвавшись в помещение, Тони увидел её. Ту, которую хотел увидеть больше всего на свете, и ту, которую он пытался отчаянно забыть. Хелен… Его бывшую любовь и мать его малышки.       Она выглядела, как и в последний раз, когда они расстались: её русые волосы были убраны в тугой пучок, на ней были те же синие джинсы и куртка, та, что он ей купил, несмотря на отказы девушки. Помнится, она часто в ней ходила, когда звала его погулять. И для Тони это было всегда невероятно странно, ведь он просто не понимал значения «пойдём на улице погуляем». В Америке, в отличие от Европы, где Хелен провела всё своё детство, такое не было принято.       Но Тони всё же отметил одну вещь, которая в ней изменилась. Раньше её нежно-зелёные глаза, в которые можно было смотреть бесконечно, отражали счастье. А сейчас её очи поблекли, были наполнены печалью и… виной?       Что-то в глубине души Тони заставило всколыхнуться, открывая уже давно забытые старые раны, что она ему причинила. В груди тупо заболело. Он снова чувствовал себя тем молодым идиотом, который поверил, что любовь может быть вечной, и обжёгся так, что до сих пор носил шрамы. Но на смену боли и горечи быстро пришёл сильный гнев. — Как ты посмела явиться?! После всего? Без нормальных объяснений? Просто исчезнув! — последние слова он выплюнул. — Я пришла не за тем, чтобы с тобой начинать спор о том, как было лучше поступить! — женщина крикнула так, что Тони от такого напора замолчал. — Что произошло? — спросила она уже намного тише, почти шёпотом. Хоть она и всё знала, но она нуждалась в подробностях.       Тони, обречённо вздохнув, сел на ближайшую поверхность и закрыл лицо ладонями. Потерев опухшие глаза, Тони начал. — Рейчел… она… она ходила по магазинам с Хэппи. Потом — Старк судорожно вздохнул, вспоминая тот ужасный момент, — её похитили… даже не ясно кто! Полиция, я веду расследование!.. Они позвонили мне и требовали секретную информацию, некую разработку моего отца…. Но у меня её не было! Я не мог никак её достать… — плюнул Тони, еле борющийся с отчаянием, — Записей Говарда у меня нет! Мне он ничего не оставил, совершенно ничего! А п-потом... — он замолчал на мгновение, чтобы справиться с переполняющими его эмоциями, но вскоре продолжил, — Они угрожали моей малышке, что застрелят её… Я не смог, — он сокрушённо потряс головой. — Она умоляла помочь! Были выстрелы и… и всё смолкло. Они сказали, что убили её! Мы с Джарвисом просмотрели то место, где оборвалась связь. Но уже никого не было. Но кровь… много крови… Она была её… А потом река…— сердце сжалось от боли. Голова Тони безнадёжно поникла. Он хотел закричать, разбить что-нибудь, но вместо этого просто сидел и смотрел в одну точку, чувствуя, как внутри разливается липкое, тягучее отчаяние.       Хелен неторопливо подошла к нему и тепло обняла, как в те времена. Тони крепко обнял её в ответ, ища поддержку в женщине, которой сейчас так не хватало. Она плавно положила голову на его ключицу, потупив зелёные глаза. На неё нахлынуло нескончаемое чувство вины, которое начало съедать её изнутри.       Прости меня, дочка.

***

У Соковии была непростая история. В ней нет ничего особенного, но она на пути к тому, чтобы стать везде особенной.

Мария Хилл

      3 месяца спустя       Соковия, Новиград, дом Денисовых       Соковия была страной, не имеющей выхода к морю, в Центрально-Юго-Восточной Европе, граничащей со Словакией и Чешской Республикой.       И хоть Соковия пребывала в практически постоянном кризисе, лишь изредка выныривая из долгового омута, в столице Новиграде всё равно работали многие магазинчики и киоски.       Улицы окраины Новиграда отличались бедностью, в отличие от центра, где было достаточно многоэтажек: обшарпанные бетонные стены домов, выполненных в естественных оттенках, таких как бежевый, белый, сливочный, персиковый и серо-голубой; разбитые окна, в которых развевались тонкие, слегка пожелтевшие прозрачные занавески. Грязные дороги, повсюду валялся мусор. Под практически каждым лестничным парапетом жили бездомные: маленькие дети, женщины… Их лица выражали полнейшее безразличие к жизни. В их взглядах не оставалось ничего человеческого. Они хотели только одного — есть. Словно дикие животные, они набрасывались на любой кусок хлеба, который им мог перепасть.       Люди из более состоятельного слоя были жестокими и суровыми. Недовольные властями, они часто устраивали мятежи по ночам. В эти ночи было особенно страшно. Гулко разносились выстрелы и крики людей…       Прошло всего три месяца с того момента, как Рейчел начала жить у охотника Алексея Денисова и его жены Натальи. Они были состоятельными людьми по меркам местных: у Денисовых был собственный, пусть очень маленький и старый, но всё же дом. Еды всегда было достаточно, чтобы прокормить троих человек, и денег, чтобы обеспечить себя в безжалостную зиму.       Рейчел чётко помнила тот день, когда она здесь появилась.

***

      День аварии       На место аварии приехала полиция, а затем скорая. Врачи незамедлительно оказали малышке первую помощь. Они подивились живучести девочки: на её теле были незначительные ссадины, уже обработанные Алексеем, а также ушиб на ноге. Доктора сперва охладили ушиб, а затем наложили такую тугую повязку, что Рейчел, уже пришедшая в себя, казалось — нога скоро отвалится. Малышка также заработала небольшое обморожение первой степени пальцев на руках. Ручки аккуратно начали массажировать и согревать тёплым дыханием. Удивительно, но пневмонии у неё не обнаружилось. Врачи разводили руками — малышку спасло лишь чудо! Девочку решили не отвозить в больницу — государство почти не выделяло денег на качественное оборудование, а медикаментов постоянно не хватало, к тому же повреждения были незначительными. Вместо этого её спаситель отвёз её в свой дом.       Машина остановилась. Алексей опустил руки с руля и посмотрел на Рейчел. — Мы приехали. Теперь ты здесь будешь жить. — Алексей показал пальцем на ветхий домик, находившийся почти в конце улицы. В отличие от всех домов, которые Рейчел видела по пути сюда, он был самым лучшим. Во всяком случае, снаружи. Но не из-за своего вида, а из-за того, что он чувствовался «светлым» и «добрым», отражая личность своих обитателей.       Для Рейчел всё ещё оставалось загадкой, почему мужчина решил оставить её у себя. Кому в такой бедной стране нужен лишний рот? На этот вопрос охотник ответил: — Не по-человечески оставлять маленького ребёнка на произвол судьбы. Тем более ты ничего не помнишь и вряд ли сможешь выжить здесь.       Рейчел поверила ему. Этот человек явно был хорошим, и это было видно по его поступкам, поэтому переживания девочки отошли на задний план.       Алексей Денисов аккуратно открыл дверь машины со стороны девочки, осторожно взял её на руки и понёс к дому.       С шумом поднявшись на небольшую веранду, Алексей достал из кармана шубы ключи и открыл тяжёлую железную дверь. Предварительно вытерев ноги о коврик, чтобы избавиться от прилипших снега и грязи, охотник зашёл внутрь.       В помещении было тепло. Глаза Рейчел ещё не привыкли ко тьме, и поэтому разглядеть интерьер она не смогла. Но она успеет сделать это и потом, верно? — Дорогая, я дома! — Алексей крикнул что-то снова на своём языке. Послышался топот приближающихся ног. Щелчок. Резко загорелся свет. Девочка зажмурилась. — Ты привёз её? — послышался женский голос, а затем и тихие охи. — Да, — отозвался Алексей.       Глаза медленно привыкали к свету. Вскоре она увидела женщину средних лет — жену Алексея. У женщины были светлые волосы, а голубые глаза с беспокойством смотрели на неё. Женщина приветливо улыбнулась. Около её глаз образовались добрые морщинки. — Ну, здравствуй, Рейчел. — Здравствуйте, — хрипло ответила малышка. — Меня зовут Наталья. Но ты можешь звать меня тётей Наташей, — представилась женщина. — Наверное, ты устала. Как ты себя чувствуешь? Ох, ты, должно быть, хочешь есть… — засуетилась она.       Рейчел смутилась от того, что женщина начала общаться с ней как с родной, и попыталась что-то ответить, но из горла вырвался только хрип. — Наташ, не суетись. Ты ж её смущаешь! — строго сказал жене охотник, недовольно покачав головой. — Да, да, прости, Лёш. Ты прав… — стушевалась тётя Наташа. — Так есть же ты хочешь?       Живот Рейчел моментально откликнулся. Малышке оставалось лишь кивнуть и застенчиво улыбнуться.       Через несколько минут Рейчел сидела на скромной кухне и была накормлена так, что уже не могла видеть национальное блюдо этой страны — куриный паприкаш. Это невероятно вкусное блюдо приготовила тётя Наташа, хотя называть так эту добрую женщину было непривычно. Но ей это быстро понравилось. А чтобы заполнить мысленную пустоту, терзающую душу девочки, она решила слушать истории хозяйки дома, которыми та не стеснялась делиться. — Соковия — бедная страна, — рассказывала малышке она. — Но на фермерские продукты и на взрослую курятину, что придаёт этому блюду такой насыщенный вкус, денег у нас хватает. Правда, на свежие овощи цены просто конские… — Тётя Наташ, а вы говорите на русском языке? — поинтересовалась неожиданно бодрая девочка, недавно попавшая в серьёзную аварию и уже желавшая сменить тему разговора. — Да, — тут женщина спохватилась. — А давай я обучу тебя ему? И ты сможешь в школу ходить! — Было бы чудесно! — воодушевлённо прохрипела Рейчел, а Алексей одобрительно хмыкнул, слегка качая головой и не веря своим ушам.

***

      Месяц с аварии       Дни летели стремительно. Сейчас она уже могла неплохо говорить по-русски базовые вещи, а тётя Наташа всё удивлялась скорости усвоения языка. — Эта девочка — вундеркинд — говорила она.       Что ж, это было правдой. От части. Рейчел просто была более начитанной и талантливой в одной сфере, максимум опережая своих сверстников на два-три года по развитию. И всё же резвости и радости у Рейчел было столько же, как и у обычного ребёнка. И много не логичностей, которые она старалась исправить.       Когда у дяди Лёши (он разрешил так обращаться к нему) сломалось охотничье ружьё после плодотворной охоты, Рейчел сказала, что сможет его починить. — Ну пожалуйста! Я правда умею это делать! — взмолилась дяде Лёше она.       Мужчина недоверчиво посмотрел на неё, но всё же после часа непрекращаемого нытья, тот со вздохом согласился. Хоть и пули он вытащил, но всё равно беспокоился, что девочка могла повредится по неосторожности. — Ура! — победно воскликнула Рейчел, обрадовавшись. — Дадите мне инструменты?       Мужчина кивнул.       Она не понимала, откуда она знала, как всё собирается. Но работа шла успешно. Рейчел аккуратно подогнала штифт, заменила изношенную пружину и проверила люфт ствола — всё, как будто она делала это или видела уже сто раз. Уже через тридцать минут малышка сдала починенное оружие его владельцу, который наблюдал за ней, переодически переключаясь на чтение газеты. — Что? Как? — удивлённо пробормотал дядя Лёша, потирая руку о бороду. Тот совсем не ожидал, что малютка с этим справится. — Всё просто, — малышка важно подняла указательный палец вверх. — Я всего лишь делала так, чтобы шат ствола прекратился. Сначала я попробовала подложить фольгу, но это не особо помогло. Тогда я заменила запорную планку, которую пришлось смастерить из подручных средств. Вот, — деловито закончила Рейчел. — Всего лишь… Не знаю, откуда ты это знаешь, но… — Алексей повертел ружьё в руках, — Буду тебя брать с собой на охоту.       Рейчел радостно вскрикнула. Наконец, она покинет этот дом и подышит свежим воздухом! — А также скоро ты пойдёшь в школу, — закончил свою речь мужчина. — Что?

***

      Месяц и 2 недели с аварии       Это было отвратительное чувство. Когда тебя презирают, а ты ничего не можешь сделать. Когда ты чувствуешь на себе десятки взглядов, но ни один из них не тёплый. А главное — не понимаешь, за что тебя так ненавидят. Эта несправедливость раздражала. Она копилась внутри, превращаясь в глухую злость, которая не находила выхода.       Рейчел хмуро смотрела на людей, только что шептавшихся у неё за спиной. — Так это она? Это из-за неё погибли люди? — тихо спросил своего собеседника парень. — Да. Говорят, она несёт проклятье, — ответил ему второй. — Не подходи к ней! — Да что мне она сделает? — тот хмыкнул, заводя руки за затылок. От его самоуверенности звенело в воздухе. — Говорят, фургон разбился из-за выплеска непонятной силы. Возможно, она мутант.       Рейчел нахмурилась ещё больше.       Сила? Мутант? Что?.. — в голове вспыхнула догадка, но быстро была заглушена. Она не хотела в это верить. Не хотела даже думать об этом. Потому что если это правда — значит, она и правда какая-то другая. Не такая, как все. — Бред, — протянул первый. — Она выглядит как нормальный человек. — Необязательно надо выглядеть гибридом, чтобы быть мутантом. Вспомни близнецов Максимофф… — Ой, да ладно! Обычные они дети! Пусть и со своей причудой, но… — Тшшш. Эта чокнутая на нас смотрит! — прервал парень своего друга.       Рейчел сжала кулаки и прикрыла глаза.       Придурки. Что я им сделала?! Почему они думают, что в аварии виновата я?!       Открыв глаза, она увидела убегающих парней, которые всё ещё оглядывались на неё. Рейчел фыркнула.       Так было каждый день в школе. Да вообще везде. С первого дня её возненавидели. В основном сторонились, но находились и те, кто любил позадирать. Благо, она умела избегать этого в большинстве случаев. Но уставать от этого не переставала.       Почему они не могут назвать внятную причину этих издевательств в лицо? Не потому ли, что люди до неимоверности трусливы перед неизвестным и беспросветно глупы? Или им просто нужен кто-то, кого можно ненавидеть? Кто-то, на кого можно свалить все свои страхи?       Она долго размышляла на этот счёт. Куча теорий, мыслей, ведущих в тупик. Подслушивание разговоров почти ничего не давало — половину слов она просто не понимала. Разговоры о том, что у неё есть дар, казались пустословием. Официально эта информация не подтверждалась. Да и если бы у неё действительно была сила, она бы знала об этом, так? Ведь так?.. Или есть вещи, о которых не знаешь, пока они не проявятся?       Сейчас же она неторопливо возвращалась домой. Улицы были необычайно пусты, что нагнетало мрачную и тревожную обстановку. Будто должно было произойти что-то очень плохое. Словно в подтверждение этих мыслей подул ледяной ветер, пробравший малышку до костей. Рейчел поёжилась. — Что ж так холодно, а? — спросила она в пустоту. Голос прозвучал тихо и неуверенно.       А затем со злости пнула камень, лежавший на грунтовке, чтобы нарушить гнетущую тишину. Эта тишина пугала её. Она была неприветливой и страшной, порой напоминающей её собственное сознание — такое же пустое и непонятное. Там, внутри, тоже было тихо, даже очень. Будто кто-то выключил звук в её собственной голове. Камень отлетел и с шуршанием скрылся в голых кустах.       За спиной раздался тихий хруст снега. Рейчел резко обернулась — перед ней стояла группа старшеклассников. Они выстроились полукругом, скрестив руки, и смотрели на неё так, будто она была чем-то заразным. Даже самый низкорослый из них на голову превосходил её. Сердце Рейчел бешено застучало: бежать было бесполезно. — Эй, ты, убийца! Как тебе это? — один из ребят поднял камень с земли и кинул его в Рейчел, от которого она успела благополучно увернуться.       Дальше произошло то, что маленькая девочка не предугадала. Внезапно один из мальчиков подбежал к ней и толкнул её со всей силы, Девочка с криком упала на участок грязи, полностью вымазавшись в ней. Дыхание резко выбило из груди. Она, скривившись, потёрла покрасневшую щеку, что оцарапали камни. Жгучая боль прокатилось по лицу. На глазах проступили слёзы. — Ну, как тебе? Тварь! — мальчик пнул её в живот.       Рейчел со стоном отлетела и скорчилась от ещё большой боли. А в голове панически билась мысль, словно птица в клетке: за что? Чем она заслужила эту боль? — Эй, чего стоите? Давайте, помогайте! — крикнул своим мальчик.       Ребята силой отняли у неё рюкзак и швырнули через всю дорогу, предварительно выпотрошив все учебники из него. Рейчел попыталась приподняться, чтобы дать отпор, но её ударили по лицу, пригвоздив к ледяному снегу. — Это тебе за то, что убила их, гадина! — крикнул кто-то ей на ухо.       Дети продолжали пинать Рейчел, как футбольный мячик. Ей казалось, что удары были нескончаемыми, а каждый из них делался с ещё большей силой и ненавистью. — Прекратите, прошу! — Из последних сил прокричала девочка, отчаянно заревев.       Её мольбы были услышаны. — Хватит! — кто-то крикнул.       Дети остановились и обернулись на нежеланного гостя. Рейчел, кашляя кровью, что сочилась из внутренней царапины на щеке, приоткрыла свои опухшие глаза.       В пару метрах от них стоял мальчонка — казалось бы, несерьезная помеха в его детском тёмно-синем пуховике, до блеска натертом на локтях. Но что-то в его позе заставило даже самых крупных обидчиков непроизвольно отступить на шаг.       Шапка съехала набок, открывая всклокоченные каштановые пряди, припорошенные снежной пылью. Но больше всего поражали глаза — не по-детски холодные, голубые словно небо, с тем самым опасным блеском, который обычно появляется у взрослых, переступивших какую-то невидимую грань.       Рейчел смутно узнала его. То был веселый мальчик с последней парты, который никогда не присоединялся к общим насмешкам, но и не поднимал взгляд, когда ее запихивали в шкаф на переменах. Будто мир для него в те моменты был за толстым стеклом. Но что изменилось сейчас? Почему он вступился? Какое ему дело?       Дети рассмеялись. А что ещё можно сделать на подобное жалкое заявление какого-то ребёнка? — Ой, испугались! — передразнил кто-то с задних рядов, сгибаясь от хохота. Главарь выступил вперёд, нарочито медленно закатывая рукава: на сгибе локтя находилась свежая царапина в форме зигзага, будто от когтей. — Да кто ты такой, сопляк? — Выплюнул он.       Мальчик даже глазом не моргнул. — Меня зовут Чарли.       Новая волна смеха, но уже нервного — мальчик стоял слишком спокойно для своего возраста. — И что ты нам сделаешь, Чарли? — главарь сделал шаг вперед, сжимая кулаки. — Кулаками машешь? Иль мамку позовёшь?       Тишина.       Мальчик задумался. А потом нетороплясь достал из-под своего большого пуховика что-то, смутно напоминающее пистолет. Приглядевшись получше, Рейчел поняла, что не ошиблась. Старый «Макаров», скорее украденный у кого-то из старших. Мальчик смело направил его на ребят. — Застрелю? — предложил тот, прищурив глаза, будто раздумывая.       Банда застыла от ужаса. Да и Рейчел тоже. Послышались озабоченные шепотки. — Псих... — Откуда у него?.. — Чего ты хочешь? — спросил главарь, догадавшись пойти на уступки. — Отпустите её и больше никогда к ней не приближайтесь. Увижу, что вы её тронули — вам не жить, — Чарли угрожал с такой драматичностью, что Рейчел едва ухмыльнулась.       Боевиков насмотрелся? — Мы… мы согласны, — главарь свистнул своим корешам, махая рукой. — Уходим.       Когда ребята отошли, Чарли подбежал к Рейчел. Вся напускная холодная маска спала. Беспокойно глянув на неё, он попытался приподнять её на не держащие ноги. — Эй, ты как?       Рэйчел кашлянула и во рту появился сгусток чего-то с сильным и щипучим железным привкусом. — Глупый вопрос. Ладно, я помогу тебе дойти до дома, хорошо?       У малышки не было сил ответить, а тем более идти. Но это мальчик воспринял как соглашение на его предложение.

***

      В памяти Рейчел навсегда отпечатались испуганные выражения лица её приёмных тёти и дяди. — Боже мой! — всхлипнула тётя Наташа и подбежала к девочке, которая уже стала для неё родной душой. — Что произошло? — Взволнованно спросил дядя Лёша у её спасителя. — На неё напала местная банда школьников. Я еле успел ей помочь, — ответил Чарли. — Почему дети такие жестокие… Рейчи, ну почему ж ты нам не говоришь… Спасибо тебе, — Чуть ли не плача, шептала женщина и понесла девочку в ванную, где находилась аптечка.       Алексей и Чарли остались стоять в прихожей в полной тишине.

***

             Настоящее время       Дружба Рейчел с Чарли окончательно закрепилась спустя некоторое время. Они были не разлей вода: каждый заступался за друг друга. Тот день девочка пыталась забыть как страшный сон. К тому же банда к ней больше не приставала — видимо, угрозы Чарли они восприняли всерьёз. Про пистолет Рейчел не стала расспрашивать подробно. Чарли лишь коротко ответил, что ему его отдал незнакомец в маске, закрывающей пол-лица. Личность человека он так и не установил.       Чарли оказался на удивление дружелюбным и общительным, что не бросалось в глаза при их первой встрече. Он был американцем, переехавшим в Соковию после смерти родителей. Когда они затрагивали эту тему, Чарли никогда не унывал и говорил, что почти не знал их. Сам он жил у соседки Денисовых — одинокой бабушки, к которой редко приезжали дети с внуками. Она приходилась близкой знакомой его родителей.       Стоит добавить, что Чарли особенно любил влипать в передряги, и именно за ними в школу обычно прибегала запыхавшаяся старушка. Вот и недавно они нашли очередное приключение: подорвали петарду прямо на уроке истории, за что их отчитали и отправили на дополнительные занятия. — Рей, — шёпотом обратился к ней Чарли. Это краткое обращение уже давно прицепилось к девчушке. — Да? — она сонно приподняла голову с парты. Сейчас шёл урок математики, которая ей была невероятно скучна. Нет, она обожала математику, но то, что они проходили, для Рейчел казалось невероятно лёгким. Будто когда-то она уже разбиралась в этой теме. — Ты свободна после… ну, — мальчик обвёл глазами класс. — Нет, мне надо спешить. Я должна помочь дяде Лёше на охоте. — припомнила его слова Рей. — А что? — Да так, ничего… — Нет, ты что-то хотел, — настаивала Рейчел его ответить. — Опять взрывать?       Чарли ухмыльнулся. Рейчел притворно надула губы. — Понятно всё с тобо… — Голёрка! Что за разговоры? — прикрикнула на них учительница — та ещё злобная тётка. — Ничего, — одновременно ответили они. — Пусть так и будет, — учительница ещё раз строго глянула на них из-под очков и продолжила вести урок.

***

      Рейчел, как обычно, возвращалась домой. Дом. Это слово сладко отзывалось на языке. Она была рада, что могла называть так это чудесное место, где все печали оставались за порогом. Вытерев ноги о коврик, она достала бренчащие ключи из своей куртки и открыла дверь. — Я вернулась! — оповестила всех о своём приходе девочка, перешагивая через порог. — Рей, подойди к нам на кухню! — позвала её тётя Наташа. — Иду, — пропыхтела малышка и принялась снимать обувь.       Быстро накинув куртку на крючок в шкафу, Рейчел понеслась на кухню. Чуть не перелетев проём, она чудом остановилась и не шмякнулась на пол. Вот было бы зрелище!       За столом сидела тётя и незнакомая женщина. Про себя Рейчел отметила, что та была невероятно красива: блестящие русые волосы, идеальная кожа. Вот только её зелёные глаза казались поблекшими и замученными. От женщины веяло приятным спокойствием. — Здравствуйте, — спохватившись, поздоровалась она с таинственной незнакомкой. — А вы кто? — Рейчел, — начала тётя, нервно сглотнув, — Это твоя мать. — Что?! — Она бы добавила ещё пару крепких словечек, если бы не присутствующие взрослые.