Глава 3. Как можно испортить ДР

***

      Дом Денисовых, Новиград       Новый год       Новый год не праздновали в Соковии. Он не был семейным праздником, как Рождество или День Святого Микулаша. Люди не дарили подарки друг другу, не устраивали весёлых застолий. Этот день был исключительно для походов на вечеринки и в различные клубы. Несмотря на маленький финансовый бюджет страны, люди находили места, где можно отдохнуть, забыться на некоторое время. А именно закатывали пьяные посиделки в барах. Даже один сумасшедший районный пьяница, по-прозвищу Синюк, закупил много дорогущих фейерверков и запустил их в одном из дворов, что было строго запрещено, хотя это его и не волновало. Это было так восхитительно! Рейчел могла беспрерывно смотреть на это зрелище из распахнутого окна.       На улице пахло на удивление свежо, хотя фейерверк запускали рядом с ними, из-за чего должно было тянуть гарью. Нос девочки щекотал шаловливый мороз. Рейчел, восхищённо наблюдая за яркими огнями, блаженно втянула зимний воздух полной грудью. За что потом сильно пожалела. Лёгкие сильно заболели от холода, а горло адски зажгло. Скривившись от боли и еле отдышавшись, она решила всё же прикрыть окно, дабы не простудиться. — Мама! — позвала Рей Хелен, аккуратно спускаясь с подоконника. — Да? — отозвалась Хелен. Приглушенный голос доносился из кухни. Девочка, надевшая тёплые валенки, поспешила туда. — Да, милая? Ты что-то хотела? — спросила женщина, видя уже подошедшую к ней малютку.       Мама стояла у кухонной плиты и что-то помешивала в своей кастрюльке, смешно притаптывая ногой. В воздухе витал приятный аромат супа. — Аэээ… — а что я хотела? Задумалась Рейчел. — Помочь чем-нибудь тебе? — Нет, я уже почти закончила, — Хелен нежно улыбнулась малышке. — А хотя… — Мать задумалась, — Справишься ты с одним поручением? — Что за поручение? — Рейчел вскинула голову, заинтригованно посмотрев на Хелен. — Хмм… Не могла бы ты приделать эту кухонную дверцу от буфета обратно? — женщина показала на деревянную фанеру, поставленную к стенке. Интерес девочки быстро утих. Это же так скучно! — Ты справишься? Или Алексея попросить? — на всякий случай спросила Хелен. — Конечно, это же так легко. Не то, что разбирать двигатель у нас в подвале! — не подумав, воскликнула девочка. Хелен недоверчиво вскинула брови. — Что за двигатель, детка?       Рейчел на секунду замялась, когда поняла, что прокололась. — Я… я нашла поломанный мотоцикл на свалке, когда гуляла с Чарли. И мы отсоединили у него нууу. — она протянула, слегка нервничая. — Ну, сама поняла, что.       Хелен вымученно вздохнула — так обычно делали все мамы, когда их дитятко что-то учудило. — Вечно вы куда-то лезете… Ну что ж, покажешь мне его после того, как дверцу приделаешь? Посмотрю на ваше чудо-творение. — Конечно! — облегчённо пропыхтела Рейчел, поняв, что её ругать не собираются, и побежала за инструментальным набором. Его подарили Рей на Рождество. Мама знала, чем она увлекается и, собрав немного денег, купила этот набор в каком-то строительном магазине в центре города. Малышка была невероятно удивлена и в тоже время рада подарку. Как никак, а подарки она редко получала, да ещё столь крутые!       Аккуратно присверлив дверцу, Рей подождала маму, которая уже заканчивала готовить вкусный суп. Дёргая штанину Хелен своей маленькой ручкой, Рейчел вела её в сторону подсобки. Именно там девочка часто пропадала, говоря, что у неё есть важные дела. Включив тусклый мерцающий свет, Хелен смогла разглядеть помещение. Здесь было очень тесно. В основном тут были ящики и шкафы — в них стояли стеклянные банки с заготовками на зиму, которые делала тётя Наташа. В самом дальнем углу она смогла разглядеть «мастерскую» Рейчел. Там был небольшой столик, заваленный различными схемами, гвоздями и другим барахлом. Под ним находился инструментальный набор, а рядом с ним наполовину разобранный механизм — двигатель.       Отпустив Хелен, Рейчел подбежала к нему и гордо похлопала. — Вот он, — она улыбнулась маме.       Хелен была впечатлена, что столь маленький ребёнок смог в этом разобраться. Не каждый взрослый это понимал. В её голову снова пришёл навязчивый образ Тони.       Сколько не отрицай, она — его дочь. — Вау, ты молодец, — похвалила Хелен Рей, погладив её по головке. Даже если здесь и было темно, то всё равно можно было увидеть, как покраснели щёчки Рейчел. — Спасибо. Давай вместе дособираем?       Хелен коротко засмеялась. — Вряд ли я в этом смогу хоть чуть-чуть разобраться… — Ну пожалуйста! — взмолилась Рейчел, настойчиво смотря в глаза матери. Та смиренно вздохнула.

***

      2 недели спустя       Улицы Новиграда       Рейчел всё же тогда простудилась.       Нечего было окно открывать!       Целые две недели она лежала с больным горлом и большой температурой дома. Хелен строго-настрого приказала не выходить ей в школу и оставаться здесь, пока не выздоровеет. Откровенно говоря, Рей было очень скучно. Она не могла видеться с Чарли — его к ней даже близко не подпускали. Каждый день он приносил ей школьные конспекты, передавая их через тётю Наташу или Хелен, за что она была ему особенно благодарна.       Дядя Лёша всё время пропадал на охоте. Но Рейчел ни в коем случае не тосковала по тому дню, когда они сходили на неё вместе. Она помнила, как в первый раз случайно чуть не спугнула оленя, на которого прицелился из ружья дядя. А что делать, если под ногами хрустнула ветвь? Она грустно хмыкнула своим воспоминаниям.       Эх, зря я тогда туда пошла…       Рейчел вздохнула. Сейчас она бродила по улицам Новиграда, наслаждаясь зимней атмосферой. Ей она безумно нравилась. Это, конечно, не лето, когда почти всегда хорошо и тепло, но и неплохо. Ей нравились уютные домашние вечера, когда они собирались целой семьёй ужинать. Нравился снег. Он придавал этому унылому городу чуточку сказочности, что делало его намного приятнее для прогулок.       Было довольно поздно. Мама могла волноваться, но возвращаться домой не хотелось. Она слишком устала от постоянного сидения дома. Хотелось развеяться, побыть на свежем воздухе ещё чуть-чуть.       Проходя мимо очередного магазинчика, Рейчел заметила девочку её возраста, которая почему-то тоже ходила по улице одна. Возможно, она ждала своих родителей, которые отошли по своим делам. Отвернувшись от неё, Рей пошла дальше. Незачем ей отвлекаться на эту малышку. Если она продолжит смотреть, то её проберёт холод.       Снег скрипел под ногами: гриб, грабь, гроб, груб… Вдруг за спиной Рейчел послышался грохот. Она резко обернулась. Оглядевшись, ей представилась следующая картина: та малышка, что бродила рядом с магазинчиком, подскользнулась на льду и упала на спину. Девочка зарыдала от боли. Рейчел не могла просто стоять в стороне. Совесть не позволяла. Рей стремительно подбежала к ней. Увидев заплаканное лицо малышки, она протянула ей руку, чтобы помочь встать. — Тише, не плачь, — пыталась успокоить её Рейчел.       Малышка, постепенно прекращая плакать, недоверчиво взглянула на Рейчел, а затем на её протянутую руку в знак поддержки. Немного колеблясь, она приняла помощь. Рейчел помогла ей подняться на ноги и по-дружески улыбнулась. Девочка робко улыбнулась в ответ.       Рейчел хотела спросить, как она себя чувствует, как вдруг к ней со скоростью света подлетел бородатый мужчина и ударил Рей по руке, что держала малышку. — Ай! — воскликнула Рейчел, не понимая, что она такого сделала, чтобы заслужить подобное обращение к себе. Потирая покрасневшую руку, Рейчел взглянула на обидчика. Тот, в свою очередь, притянул девочку к себе, по-видимому, его дочь, и грозно посмотрел на Рейчел. — Не прикасайся к ней! — мужчина прикрикнул на Рейчел и перевёл внимание на свою дочь. — Пойдём отсюда.       Девочка, которой помогла Рейчел, сочувственно посмотрела на неё. — Спасибо, — прошептала она. Рейчел кивнула. Мужчина подтолкнул дочь в спину и, отойдя на некоторое расстояние от места инцидента, сказал малышке: — Не общайся с ней, Аня! — Прислушавшись, Рейчел всё же услышала эти слова. — Н-но почему, папочка? — дрожащим голосом спросила «Аня» — она хорошая, помогла мне встать… — Аня! — повысил голос мужчина. — Хватит.       Аня всхлипнула и приоткрыла рот, чтобы возразить, но отец прервал её. — Довольно. Я не хочу ничего слышать о ней. Ты наказана. — девочка понурила голову и поплелась за мужчиной, который уже ушёл далеко вперёд.       Рейчел сжала от негодования кулаки. Она привыкла, что её постоянно унижали, но зачем наказывать свою дочь, которая ни в чём не провинилась?! Рейчел этого не понимала. И вряд ли когда-нибудь поймёт. В последний раз глянув на удаляющихся людей, она поплелась домой. Сегодня с неё хватит.

***

      18.01.2006 — 19.01.2006       Рейчел не выспалась. Она бродила из класса в класс, не разбирая дороги, словно сонная муха. Глаза всё норовили слипнуться под тяжестью век, а изо рта вылетали короткие зевки, которые Рейчел старательно прикрывала ладонью. Она бы заснула, даже не смотря на свой страх, который появился недавно, если бы не Чарли. Он был её героем. Каждый раз, когда Рейчел подавала признаки сна, Чарли толкал её в бок локтем. Учителя ругали малышку за то, что та была слишком невнимательна и рассеянна. Но она не обращала внимания даже на это.       Придя домой, Рейчел вяло поздоровалась со всеми. На вопрос «Что случилось?» она отвечала, что хочет спать. Что и являлось правдой. Еле написав свою домашнюю работу и понимая, что возможно сделала много ошибок, легла на хлипкую кровать и погрузилась в царство Морфея.       Всю ночь её мучили кошмары. Ей вновь и вновь снился уже на протяжении четырёх дней один и тот же сон. Он был про то, как она бежала по тёмным кварталам Новиграда, кричала и плакала. Ей было очень страшно, а в груди сильно болело. Затем она погружалась в холодную воду и просыпалась. Семья видела, что с Рейчел что-то происходит, и каждый день она старалась не подавать виду, что что-то не так, ловя на себе недоверчивые взгляды родных.       Под утро она снова поняла, что не выспалась. Ей не хотелось вставать. Она долго лежала на спине и размышляла, к чему этот кошмар: почему это ей снится так долго? Мог ли это быть вещий сон? Голова разрывалась на части от бесконечного потока мыслей.       Так, хватит!       Рейчел попыталась прийти в себя. Честно говоря, получалось так себе. Вновь погрузившись в размышления, но уже не о кошмаре, а о том, как перестать думать о нём, Рейчел не заметила скрипа половиц, прогибающихся под чьим-то весом. — Привет, — кто-то нежно прошептал рядом с ней.       Рейчел дёрнулась от испуга, но потом облегчённо выдохнула — это была её мать. Хелен улыбалась ей, но глаза почему-то были наполнены грустью и сожалением. — Ты уже проснулась? — задала риторический вопрос женщина.       Рейчел кивнула.       Хелен села к малышке на кровать и тепло обняла. — С Днём Рождения, солнышко.       Рейчел удивлённо распахнула глаза. Как она могла забыть? Ведь она всю неделю ждала этого дня! Тем временем Хелен продолжила: — Тебе уже шесть лет! — женщина погладила девочку поверх одеяла. — Как же быстро летит время. — Рейчел с ней мысленно согласилась.       Они лежали в тишине. Было как никогда приятно побыть наедине с мамой. — Мама, — прервала тишину девочка. — Да? — А в школу мне сегодня не надо? — она с надеждой посмотрела на Хелен.       Та, по-злодейски хихикнув, прощебетала: — Надо, доченька, надо. — Нееет!

***

      Неохотно позавтракав (конечно, кто хочет идти в школу в свой День Рождения?!) и получив поздравления от тёти Наташи с дядей Лёши, она вышла из дома и направилась в сторону школы. Проходя мимо дома Чарли, она заметила, как её друг несётся к ней навстречу. Рейчел приветственно махнула ему рукой. — Привет! С Днём Рождения тебя! — пропыхтел Чарли, ещё не успев отдышаться. Рейчел удивлённо моргнула. — Откуда ты знаешь, что у меня… — Мне твоя мама сказала, — прервал её мальчик и, достав из-за спины небольшую коробочку, перевязанную красной ленточкой, вручил это ей в руки. — Это тебе. — С-спасибо, — Рейчел покраснела, прокручивая подарок в руках. — Ну что ты стоишь? Открывай! Разве тебе не интересно? — притворно скуксился Чарли.       Рейчел торопливо помотала головой и начала развязывать бантик на подарке. Дрожащими руками она открыла корочку и была приятно удивлена, узнав, что в этой коробочке. Внутри лежал небольшой чёрный браслет, сплетённый из ниток в красивый узор, напоминающий бушующие волны. — Э-это… это восхитительно! Ты сам его связал? — Рейчел растроганно посмотрела на Чарли, натягивая на себя украшение. Браслет был невероятно приятным на ощупь и превосходно тянулся, позволяя его надеть на любой размер руки.       Тот кивнул, немного смущаясь от похвалы. — Да, я их, кстати, парными сделал, — Чарли вытянул свою левую рук вперёд (да-да, он левша), показывая точно такой же браслет. — Вот…       Рейчел сгребла своего друга в объятия. Она была ему бесконечно благодарна за всё, что он для неё делал. Она ему это всё высказала, не разрывая объятий. — Не против, если я буду называть тебя своим братом? — предложение было по-истине чистым и по-детски наивным, что Чарли вздрогнул и прошептал. — Да, сестра.       Рейчел ухмыльнулась. — Кстати, я не знала, что ты любишь всякие девчачьи штучки наподобие браслетиков. Неужели ты… — Рейчел хихикнула своим мыслям. — Эй! — Чарли возмущённо выбрался из-под обнимашек. — Что ты такое несёшь?!       Рейчел расхохоталась, видя разъярённое лицо названного брата. — Ну, пойдём? А то мы и так в школу опаздываем. — Да… Стой, я, кажется, забыл что-то дома… Иди в школу без меня. Я подойду чуть позже! — крикнул ей Чарли, уже побежавший обратно. — Хорошо, — пробормотала Рей и понеслась в школу, поняв, что опаздывает минут так на пятнадцать.

***

      Школа Новиграда       Естественно, её наругали за прогул и наказали, что если она не придёт на дополнительные занятия, то останется в школе на весь день, даже не смотря на её День Рождения. Она разочарованно вздохнула. Сегодня всё пошло насмарку.       Чарли всё не приходил и не приходил. Рейчел начала сильно беспокоиться и рассказала всё Регине Ивановне, учительнице по математике и по-совместительству классным руководителем, на что та ответила: — Рейчел, я понимаю, что ты волнуешься за своего «товарища по пакостям», но его опекунша мне написала, что Чарли не придёт на все оставшиеся урок. По семейным обстоятельствам. — Учительница поправила свои прямоугольные очки, съехавшие с её носа.       Рей нахмурилась.       Какие, к чёрту, семейные обстоятельства? Он мне ничего подобного не говорил! — А что за семейные обстоятельства? — спросила Рейчел, всё ещё переживая за друга. — Этого я тебе сказать не могу. Подробностей мне не написали. — Регина Ивановна с сочувствием посмотрела на девочку. Доселе она никогда не любила и не жалела эту умную малышку: считала, что она только и умеет проказничать. Наверное, по большей части из-за плохих слухов. Сейчас же Рейчел открылась с другой стороны. Она, как и все дети, волновалась и переживала за своих друзей. Ей просто не повезло — общество набросилось на неё, словно стая волков на беззащитного ягнёнка. Люди даже не пытались понять её. Как и сама Регина Ивановна.       Рейчел сильно расстроила эта новость, и малышка даже попыталась сбежать из школы. План по побегу провалился моментально, так как Регина Ивановна рассчитывала, что девчонка пойдёт за своим другом, и подкараулила её, когда та, воровато оглядываясь, шла по главному школьному коридору, ведущему на выход. Рейчел отбывала в школе на дополнительных заданиях почти до пяти часов вечера. На улице успело прилично стемнеть.       Она шла в полной темноте, напевая себе под нос только что придуманную песенку. Рейчел не боялась идти одна: она знала этот район как пять своих пальцев и не переживала, что заблудится в темноте. Сейчас она представляла, как придёт домой, а её семья встретит малышку и накормит вкусным ужином. Она облизнула свои потрескавшиеся губы.       Началась финишная прямая. До дома осталось пройти пару улиц. Она даже ускорила шаг: ей очень сильно хотелось домой, обнять свою маму… Отвлёк её человек, лежавший под скамейкой, слабо освещённой уличным столбом. Казалось бы, ничего обычного — всего лишь бездомный, которых здесь полным полно. Но её напрягло то, что из-под головы человека текла струйка крови. Девочка обеспокоенно подбежала к нему. — Хей, вы в порядке? — взволнованно спросила Рейчел. Человек, судя по телосложению, мужчина не ответил. Тогда Рейчел перевернула его на спину. Девочка распахнула от ужаса глаза и истошно закричала — весь лоб мужчины был залит кровью, а глаза закатились. Распознав в этом человеке местного дворника, её затрясло от ужаса.       Всё снова повторялось… К горлу подступила рвота, и тело задрожало ещё сильнее.       Кто это чудовище, которое сделал такое…       Рейчел замерла. Сердце испуганно подскочило.       Мама!       В преддверии чего-то плохого Рейчел вскочила на ноги и понеслась к дому Денисовых. Ей было необходимо узнать, всё ли с ней в порядке, жива ли она. Сердце колотилось где-то в горле, и каждый удар отдавался в висках глухой, пульсирующей болью. Мысли крутились по кругу, и одна была хуже другой. Она пыталась зацепиться за что-то хорошее — за улыбку тёти Наташи, за то, как дядя Лёша шутил за ужином, — но картинки рассыпались, сменяясь страшными образами. Поэтому Рей стала молиться Богу. Слова срывались с губ несвязно, она даже не понимала, что говорит, — просто просила, умоляла, чтобы всё обошлось. Ей было страшно. Но не за себя, а за своих родных.       Вылетев на её улицу, она замерла от холодного и тягучего чувства.Рейчел не могла понять, что именно её насторожило, но тело уже знало: здесь случилось что-то непоправимое. Неподалёку она заметила ещё несколько трупов, в которых опознала соседских людей. Их лица были слишком спокойными для мёртвых, будто они просто легли отдохнуть. Рейчел сглотнула — горло пересохло, и слова застряли где-то внутри. Рейчел продолжила бежать, и с каждым шагом она боялась всё больше и больше.       Нет, нет…       Ноги не слушались. Она спотыкалась, но продолжала двигаться вперёд, потому что остановиться было страшнее. Снег хрустел под ногами, и этот звук резал слух острее, чем любой крик. Вмиг оказавшись у дома, она заметила разбитые окна.       Мамочка! — в голове стоял звон. Она не слышала собственного дыхания, только этот противный, нарастающий гул.       Рейчел залетела в дом и закричала, что есть мочи. — Мама! Тётя Наташа! Лёша! Вы где?!       Никто не отозвался. Сердце ухнуло куда-то в пятки.       Нет… — МАМА!       Голос сорвался, разбиваясь о стены и растворяясь в пустоте. Эхо покатилось по пустым комнатам. Ни ответа, ни шороха — стояла лишь звонкая, режущая тишина. Не пели даже птицы.       Рейчел стала заглядывать в каждую комнату в попытке найти родных, но там никого не было. Дом казался чужим. Да, мебель стояла на своих местах, но всё выглядело иначе — будто кто-то вынул из него жизнь, оставив только оболочку. Пробежав по коридору, она заметила, что дверь в спальню была приоткрыта. Оттуда пахло медью и чем-то сладковато-тяжёлым. От этого запаха сводило желудок. Рейчел зажала рот рукой, чтобы не закричать.       Девочка с неуверенностью, что хотела видеть произошедшее, толкнула дверь плечом. Скрипнули петли, и мир рухнул в тоже мгновение. Она всхлипнула.       На полу лежали бездыханные тела тёти и дяди. Вокруг разлилась тёмная лужа крови. Густая, липкая, она уже начала застывать, и на поверхности образовалась тонкая плёнка, которая поблёскивала в тусклом свете. Рейчел почувствовала, что не может дышать. В груди словно что-то оборвалось, и воздух перестал поступать в лёгкие. Она раскрыла рот, пытаясь сделать вдох, но вместо этого из горла вырвался только сдавленный, хриплый звук. В глазах начало темнеть, из-за Рейчел потеряла равновесие и упала на колени, неосознанно повторяя имена любимых людей.       Тётя Наташа… Дядя Лёша…       Она смотрела на них и не могла поверить. Они не могли умереть. Не так и не сейчас. Но теперь тётя Наташа лежала на полу, раскинув руки, будто хотела обнять кого-то в последний момент. Её голубой передник уже почернел от крови, впитавшейся в ткань. Лицо её было бледное, почти прозрачное, печальное. Дядя Лёша был рядом с женой, глаза его были прикрыты. Он выглядел безмятежным, словно, когда умирал, он знал, что жена рядом. — Нет, нет, вы не можете, — голос дрожал, а на глазах скапливались слёзы. Она не хотела, чтобы они видели её плачущей. Но слёзы всё равно текли, и она не могла их остановить.       Бессильный плач наполнил спальню. Рейчел подползла к Денисовым и вновь упала перед ними, чтобы находиться на одном уровне и в последний раз посмотреть на их лица. Она не могла поверить, что их больше нет в живых. Таких чистых и добрых людей, на которых всем следует равняться. Кто мог отобрать таких замечательных людей, стремящихся сделать этот мир лучше? Единственных, кто принял её в этом городе? Почему они заслужили такую жестокую судьбу? — Тётя Наташа, дядя Лёша!.. Скажите что-нибудь, прошу, — голос сорвался на шёпот, и плач стал чуть тише. — Не молчите… Слышите?.. Прошу, очнитесь. Пожалуйста, — Девочка начала тормошить тело тёти Наташи, будто ожидая, что та проснётся.       Она чувствовала, как её руки касаются чужого, уже остывающего тела, но не могла остановиться. Она чувствовала, как сердце разрывается от непомерной боли — словно кто-то пытался его раздавить и вырвать из законного места. Они её покинули. Они соврали. Они ведь обещали быть рядом!.. — Они не очнутся, детка, — произнёс голос за её спиной.       Рейчел обернулась, пытаясь разглядеть заплаканными глазами, кто стоит перед ней. Мир дрожал и расплывался, но она сморгнула слёзы и увидела свою живую мать, стоящую в дверях с каменным лицом. — Мама, мама! Скажи, скажи, что это неправда, мама! — Рейчел встала и уже хотела подойти к матери, как вдруг её остановил слегка блестящий предмет в темноте, который она держала в руке.       Пистолет.       Она распахнула глаза. Догадка пришла сама, пугающая и леденящая, из-за чего она недоверчиво стояла в ступоре. Неужели всё, что было между ними, было ложью? Все те счастливые моменты в этой маленькой семье были лишь фальшивкой? — Т-ты! Ты убила их! — Хелен без эмоций смотрела на плачущую дочь. Рейчел кричала на мать, а во взгляде был глубокий страх, смешанный с зарождающейся злостью. — Я-я… Мы тебе доверяли… Зачем, мама, зачем?! — Я не обязана тебе говорить. А сейчас — ты пойдёшь со мной, — Хелен начала приближаться к замершей Рейчел. — Н-не подходи ко мне! Ты не моя мать, — Рейчел начала пятиться.       Она вцепилась руками в подоконник и спиной чувствовала, как холодное стекло касается лопаток. Хелен ничего не ответила, продолжая надвигаться на девочку.       Рейчел уже полностью прижалась к разбитому окну. Только тогда она посмотрела вниз. Второй этаж — довольно высоко… Но не настолько, чтобы сломать шею. — Пути отступления нет, Рейчел.       Идея пришла сама собой. Резко развернувшись, она взобралась на подоконник и прыгнула. Ветер ударил в лицо, холодный и резкий, — и на мгновение ей показалось, что она летит.       Затем раздался гулкий стук и хруст ветвей. Рейчел застонала от невыносимой боли. Кажется, она повредила себе руку.       Рейчел упала в сосновые кусты, что смягчило её падение, но сильно ободрало её кожу иголками. Она посмотрела наверх. В окне уже никого не было. Сердце пустилось в пляс. Она, превозмогая боль, понеслась в сторону леса. Да, это глупое решение. Она могла побежать по улице и найти помощь, но разумные мысли ушли из её головы.       Страх смерти гнал её всё дальше и дальше: ноги утопали в снегу, замедляя бег. Рейчел много раз падала, скатывалась в многочисленные овраги, но вставала и продолжала бежать, сломя голову. Она не могла обернуться — слишком боялась, что увидит маму, преследующую её по пятам.       Девочка выбежала на открытую местность — лесное озеро, на которое Хелен часто ходила с малышкой купаться летом. Она, не задумываясь, побежала по скользкому льду, который нежно освещала луна. Остановившись на середине озера, она, наконец, оглянулась. Вдалеке малышка различила силуэт матери. Девочка задрожала и попятилась назад, а затем нелепо поскользнулась. Лёд предательски треснул под ней. В следующее мгновение она провалилась под воду.       Безумный холод сковывал её тело. Она барахталась, пыталась грести одной рукой, криво-косо плыла, якобы на выход, на свет, что было в корне неверно. Она всё удалялась от места, где провалилась. Но паника захватила её в свои объятия, из которых очень трудно выбраться. Она лишилась здравого рассудка окончательно. Это означает только одно — смерть. Рейчел захлёбывалась. И вот последний «вздох» водой и она прикрыла свои карие глаза, переставая шевелиться.