Глава 9

Сильвена проснулась с неожиданным ощущением легкости. Впервые ее не преследовали бесконечные кошмары. Впервые ее ночь не была похожа на пытку. Она долго лежала и смотрела в потолок, пытаясь насладиться этим призрачным и хрупким чувством безопасности. Она повернула голову и увидела советника. Он сидел на тесном диване с книгой в руках, лениво перелистывая страницы. Он был увлечен текстом и не заметил на себе удивленный взгляд Сильвены. Перевернув страницу, он нахмурил брови и сжал губы в тонкую линию, будто был не согласен с написанным. Но ближе к концу страницы лицо расслабилось и он хмыкнул. Книга была старой, потертой, в темном кожаном перелете. Сильвена не помнила, чтобы раньше видела советника читающего что-то кроме рабочих свитков. Он не сидел над рабочим столом, не изучал письма короля, не делал заметки со своим обычным холодным выражением лица. Он просто сидел с книгой и… наслаждался чтением? Переживал за героев? Или был с ними не согласен? Это так потрясло Сильвену, что она несильно ущипнула себя за бедро. Она аккуратно скинула с себя одеяло и на цыпочках вышла из каюты. Ей даже не хотелось сказать что-то колкое перед выходом. На палубе она поняла, что проснулась позже обычного. Солнце давно поднялось над морем, а яркие лучи освещали судно, но не грели его. Ветер с каждым днем становился холоднее, воздух тяжелее, а волны злее били по деревянному корпусу. Море ненавязчиво предупреждало о беде. Капитан стоял у штурвала и щурился на горизонт. — Скоро выйдем к диким водам, — сказал он вслух, но не обращаясь к Сильвене. — Молитесь морским богам, капитан. Она окинула взглядом палубу. Экипаж выглядел напряженным. Все продолжали делать свои дела, кто-то готовил корабль к шторму, хотя прекрасно понимал, что подготовиться к непогоде в диких водах невозможно. Советник вышел из каюты и подошел к группе стражников во главе с Гансом, стараясь сдерживать морскую болезнь. Ганс увлеченно рассказывал о чем-то, эльфы внимательно слушали, активно жестикулировали, кивали и охали. Советник что-то ответил и вся группа заразилась громким смехом. Сложный путь через рифы не позволял Сильвене отойти от штурвала несколько следующих дней. Поэтому она скучающе наблюдала за палубой с моста. Военные работали быстро, слаженно, иногда они казались ей оловянными солдатиками, но чем внимательнее она присматривалась, тем больше видела в них живых эльфов. Они смеялись, ссорились, ошибались. Так же, как и команда Проклятого. С каждым днем Сильвена больше и больше чувствовала приближение бури. Она могла физически ощущать ее всем телом. Воздух стал неприятно густым, соль оседала на волосах и лице. Дни потеряли свои ясные очертания, серые облака медленно затягивали все небо. Море потускнело, волны были небольшими, но предупреждающе бились о корпус корабля. А матросы стали чаще молиться морским богам, пока латали паруса или затягивали канаты. Засыпая, она чувствовала проходящие по телу электрические заряды. Ночи стали менее спокойными, Сильвена просыпалась от каждого скрипа дерева, хлопков паруса или шума волн. Очередной поток тяжелых мыслей прервал капитан, неожиданно появившийся за спиной. Он взял на себя управление и Сильвена не стала с ним спорить. Доверие светлым эльфам давалось ей с трудом, но это его корабль, и он должен был встретить шторм сам. Она вернулась в каюту и некоторое время постояла у рабочего стола советника. Стол не соответствовал ни его внешнему виду, ни его манерам и характеру: вокруг были разбросаны недописанные письма, свитки в беспорядке громоздились один на другой, а синий бархат был заляпан засохшими пятнами чернил. Сверху на нетронутом пергаменте лежало несколько потрепанных книг с закладками. Сверху лежала открытая книга, которую уже несколько дней читал советник. Свой стол Сильвене не выделили, так что она одним движением руки отодвинула все в сторону, аккуратно вытащила из-под книг пергамент и принялась рисовать новую карту, ставить на ней ориентиры и заметки на родном языке. Она делала так каждый раз, когда большая карта светлых оказывалась недостаточно точной или вовсе неверной. Сильвена аккуратно выводила линий, с грустью вспоминая об Олвэ, с которым они часто делали эту работу вместе. Это помогло хотя бы на короткое время претворится, что всего того безумия с ней не происходило. Она так увлеклась процессом, что не сразу почувствовала горячее дыхание над ухом. Советник склонился над столом, сдвинув брови к переноситься, и хмуро изучал карту. — Снова меняешь курс? — Без эмоционально произнес он. Кончик уха Сильвены неприятно дернулся. — В этот раз, по крайней мере, сообщи об этом капитану. — Я и есть капитан, — поправила она, не открывая взгляд от карты. Она услышала шумный вдох. Советник нагнулся еще больше и понизил голос. — Никогда пиратка не будет капитаном на корабле под синим флагом, — отчеканил он. Сильвена сжала в руке перо и с силой надавила на пергамент, оставляя на карте жирную кляксу. А потом откинула перо в сторону и резко встала, нарочно скрипнув стулом по полу. Она подошла к книжкой полке и собиралась достать единственную на общем языке книгу. Подняв руку, она попыталась дотянуться до тома, но расстояние оказалось больше, чем она предполагала. Продолжая игнорировать присутствие советника, она издала раздражительный звук и подпрыгнула на месте, пытаясь ухватить чертову книгу. В этот момент корабль резко качнуло. Пол ушел из-под ног, она по инерции отлетела в сторону и ударилась о крепкую мужскую грудь. Сильвена подняла взгляд на невозмутимого советника и осознала, что оказалась в его объятьях. Она совершенно точно была уверена, что он поймал ее случайно, но даже не успела смутиться — корабль с силой дернулся в другую сторону. Новый рывок швырнул их обоих на пол, несколько книг с грохотом упали и рассыпались вокруг. Яркая вспышка молнии осветила каюту, поймав шокированные лица. За окном послышался рев ветра, а за дверью раздался крик: — Шторм! Под оглушающий звон колокола Сильвена с советником одновременно повернули головы к двери, их взгляды на мгновение встретились. С трудом поднявшись на ноги, они выбежали из каюты. Эридан дрожал под агрессивными ударами волн, паруса хлопали, а ветер ревел словно разъяренный зверь. Вокруг бегали солдаты и стражники. Они кричали друг другу на гар’торском и ждали приказов капитана. Сильвена, постояв пару мгновений на месте, оценила ситуацию и про себя помолилась Фортуне, чтобы они пережили эту ночь. Она выбежала на палубу и ее дыхание перехватило от мощного порыва ледяного ветра. Неба над головой больше не существовало — только густая, бескрайняя тьма, пронзенная вспышками молний. Гигантские волны поднимались над кораблем, их бледные гребни хищно облизывали корпус и на мгновение таяли в море. Шторм издевался, пугал их, словно загнанных в клетку животных. Измотанной первыми днями пути Сильвене понадобилось намного больше времени, чтобы собраться с мыслями. Сильвена обмела взглядом палубу и мостик. Она нашла капитана, который выкрикивал приказы, стоя у штурвала, нашла советника, который побежал помогать Гансу, видела почти всех эльфов, имена которых она даже не пыталась узнавать, но не могла найти свою команду. Фины и Мале нигде не было. Она побежала вперед, испуганно оглядываясь вокруг. Сильный толчок очередной волны заставил пошатнуться, но она схватилась мертвой хваткой за ближайший канат и смогла удержаться на ногах. Весь экипаж Эридана наконец-то был занят делом: кто-то натягивал парусные веревки, кто-то привязывал груз, чтобы его не смыло во время очередной атаки волн, кто-то укреплял мачту. Громкие крики солдат смешивались с ревом ветра, создавая неприятный звон в ушах. В груди нарастала вспышка гнева. Это не ее корабль. Эридан ощущался громадным, чужим. Каждый его скрипящий шпангоут, каждое движение паруса казались неправильными. Она привыкла к Проклятому, с которым они за много лет стали единым целым. Здесь же ноги цеплялись за доски палубы, движения были дерганными и скованными. Сильвена не понимала, как может помочь. Не понимала, куда идти и как поступать. Очередной рывок. Корабль наклонился вбок, пытаясь избежать столкновения с яростными волнами. Сильвена, решившая бежать вперед, потеряла равновесие. Она потянулась к ближайшей веревке, но руки соскользнули по мокрому канату. Когда она потянулась к мачте, тяжелая бочка сорвалась с креплений и, покатившись по палубе, с силой ударила ее в бок. От резкой боли в груди перехватило дыхание. Сильвена ударилась о борт. Она пыталась ухватиться за что-то, но скользкие доски предательски разъезжались под пальцами. С широко открытыми глазами она осознала, что падает в воду. Мир вокруг замедлился, слух и зрение притупились. Она словно через купол слышала голоса, а картинка перед глазами расплывалась. Она инстинктивно потянула руки вперед. Ледяная вода обожгла кожу, море сжалось вокруг нее, картинка размылась окончательно и теперь она видела лишь тьму. Сильвена отчаянно пыталась всплыть, перебирала руками, толкала себя вверх, но волны продолжали накрывать ее с головой, не давая возможности перевести дух и глотнуть хотя бы каплю воздуха. Соль жгла горло, легкие горели, движения становились медленней и скованней из-за пронизывающего до костей холода. Неужели все закончиться так? Она ведь даже не успела попрощаться с друзьями. Она не смогла помочь им. Оставила всех на растерзание светлых эльфов. Едва заметное движение в воде — кто-то прыгнул рядом. Сильвена почувствовала сильные руки, обхватившие талию. Реальность на мгновение вернулась. Но очередная волна больно ударила по лицу и заполнила легкие соленой водой. Остатки сил ускользнули и она потеряла сознание. Последнее, что она слышала, это мужской голос рядом и угрожающие шипение воды вокруг. Сделав жадный глоток воздуха, Сильвена пришла в себя. Она закашлялась и поднялась на локти, выплевывая прожигающую внутренности воду. Она слышала стук собственных зубов, тело тряслось от потрясения. Она была так близка к смерти. Она осмотрелась вокруг. Рядом сидели Фина и Мале с напряженными лицами. Фина крепко обняла Сильвену, Мале положил руку на плечо, изо всех сил сдерживая слезы. — Спасибо, — прохрипела Сильвена дрожащими губами, пытаясь восстановить дыхание. Друзья неуверенно переглянулись и синхронно кивнули на советника, который сидел неподалеку, прислонившись спиной к борту. С его кителя стекала вода, волосы прилипали к бледному лицу. Он дрожал от холода и растерянно смотрел на Сильвену. — Не обольщайся, — так же хрипло произнес он и отвел взгляд в сторону. — Без тебя мы не попадем на остров. Вокруг продолжался хаос. Ганс испуганно кричал и бегал между ними, пытаясь убедиться, что оба в порядке. Он присел рядом с советником и собирался что-то сказать, но его перебил требовательный голос капитана: — Ганс! Закрепи груз на корме, немедленно! Ганс сорвался с места и побежал помогать товарищам, которые с трудом удерживали тяжелую бочку. Сильвена, опираясь на руки, попыталась встать. Ноги дрожали, она споткнулась и припала на колено. Фина помогла ей подняться. — Нам нужно наверх, — прокричала Фина сквозь ветер Мале и они убежали к мачте. Сильвена вытерла мокрое лицо рукавом и оглядела палубу. Игнорируя ноющую боль в мышцах, она постаралась включиться в хаос шторма. Солдаты тянули канаты, пытаясь спасти паруса, несколько матросов укрепляли шпангоуты, один из которых угрожающе скрипел, готовый надломиться в любую секунду. Корабль наравне с его экипажем боролся за свою жизнь. Единственное, что она могла делать хорошо, это управлять кораблем за штурвалом. Она сделала несколько глубоких вдохов, прогоняя остатки паники, и поднялась на мост. Шторм продолжал атаковать, у нее не оставалось времени на страх. Она взяла на себя управление и позволила капитану помогать экипажу внизу, где мокрая до нитки Фина сражалась с упавшей реей, а Мале пытался закрепить парус, который рвался, пытаясь сбежать от ужасающей бури. — Тащи веревку! Быстрее! — крикнул Мале, перекрывая шум ветра, одному из матросов. Они вместе схватились за канат. Волны вновь толкнули корабль вбок, почти заставив Мале упасть на колени. Руки жгло от напряжения, но они не отпускали. Фина, справившись с реей, бросилась к ним и помогла натянуть трос. Вместе они удержали парус. Сильвена задержала дыхание, наблюдая за командой. Она бросила взгляд туда, где они оставили советника, но его там уже не было. Она осмотрелась вокруг и прикусила губу, не обнаружив его. Возможно, он просто решил переждать в каюте. Или снова оказался за бортом. Эта мысль неприятно сдавила грудь. Очередная волна с силой ударила по носу корабля. Незакрепленные ящики оказались в море, темная вода разлилась по палубе. Сильвена чувствовала, как холодный ливень пронизывает тело, и кинула с себя ботинки, наполненные водой. Моряки закрепляли ящики, которые успели поймать, кто-то из солдат поднимал рухнувшие мачтовые балки. Капитан, проклиная шторм, помогал тянуть оставшийся парус, чтобы спрятать его от шквала ветра. Паника вновь охватила Сильвену. Она чувствовала на лице крупные капли дождя и с дрожью вспомнила последние ощущения перед тем, как потеряла сознание. Никогда раньше она не была так близка к смерти. Она вернулась мыслями к советнику и снова невольно окинула взглядом палубу. Чертова эльфа нигде не было. Сильвена сжала штурвал до белых костяшек, чувствуя, как напряжение отдается болью в руках, и прикусила губу. Она с силой тряхнула головой и сосредоточила взгляд на Фине и Мале. Шторм утих ближе к рассвету, оставив после себя три разрушенных судна. Сильвена пристально вглядывалась в мутную воду, когда почувствовала за спиной знакомые движения фигуры, облаченной в большой светлый плед. — Он мне не нужен, — зачем-то сказал советник, скинул с себя плед и повесил его на борт. Он немного постоял рядом, оперившись локтями о борт, и, не произнеся больше ни слова, ушел на поиски Ганса. Сильвена покосилась сначала на плед, потом на спину советника. Капитан удостоверился, что на других кораблях никто не пострадал и все с облегчением выдохнули. Сильвена выдохнула второй раз. Это было настоящим чудом, что они смогли пережить шторм без потерь. Солнце медленно поднималось из-за горизонта и лениво разгоняло остатки туч. Все члены экипажа получили приказы и судно погрузилось в тишину, нарушаемую только всплесками воды, криком птиц, расстроенных, что после шторма не могут найти чем поживиться, и стуком инструментов. Мале и Фина сидели на деревянных ящиках и чинили потрепанный во время шторма инвентарь. Фина методично сматывала обрывки веревок, а Мале сосредоточенно латал порванный в клочья парус. Сильвена сидела в стороне, укутавшись в плед. Ткань была теплой, но не помогала избавиться от липкого, неприятного ощущения холода, пронизывающего до костей. Соль оставила налет, хотелось содрать с себя кожу. Она чувствовала жгучую боль в легких и спине от удара о твердую поверхность воды. Ее взгляд скользнул к советнику, который внимательно наблюдал за тем, как Ганс обрабатывает шкивы, понимающе кивал, и повторял за ним. Его китель до сих пор был мокрым, волосы высохли и запутались. Он выглядел уставшим, но даже не думал жаловаться. Он повернул голову, но Сильвена успела отвести взгляд. Когда работа была наконец-то закончена, Сильвена обессиленно направилась в каюту. Ботинки остались на мосту, у нее не было ни желания, ни сил возвращаться за ними, поэтому она шагала босыми ногами по прохладной влажной палубе. Внезапно резкая боль пронзила ступню. Сильвена подняла ногу, нахмурилась и подняла предмет, на который случайно наступила. На ладони блестела серьга - изящная, витиеватая, с легкими вмятинами после шторма. Импульс, внезапный и дерзкий, захватил ее. Она хотела бросить находку за борт, но рука замерла над водой. Детское желание разрушить показалось ей нелепым. Сильвена усмехнулась сама себе, сжала серьгу в кулаке, и вернулась в каюту. Внутри царил хаос. Все бумаги и книги валялись на полу и сильно намокли, по окну пошла трещина. Часть мебели была разрушена, подушки разлетелись в разные стороны. Сильвена нашла подушку советника, бросила ее на его кровать и положила серьгу рядом. Не меняя одежды, она рухнула в кровать, накрыла себе одеялом и уснула, как только голова коснулась подушки.