Глава 12

Сильвена долго смотрела на горизонт, пока за спиной бегал экипаж, готовясь к бою. К бою, который они все могли не пережить. Она опустила голову и прикрыла глаза, пытаясь придумать выход из ситуации. Но выхода не было. — Команда! — Выкрикнула она и резко развернулась на пятках к палубе. — У нас мало шансов против маленького зачарованного судна. Все замерли на секунду, отвлекаясь от своих дел, и хмуро смотрели на нее. Сильвена твердым шагом прошла палубу и быстро поднялась на мост. Она окинула взглядом карту, вспомнила местные воды и перевела взгляд на экипаж. — Но мы попытаемся уйти, — сообщила она и взялась за штурвал. — Мале, вернись наверх и доложи обстановку. Мале отсалютовал ей и быстро поднялся на воронье гнездо. Он с ужасом в голосе напомнил, что корабль похож на зачарованный и что они очень близко. Спустя несколько минут он сообщил, что судно внезапно исчезло. — Мы… Оторвались? — Недоверчиво спросила Фина. Сильвена отрицательно кивнула головой. Она поняла, что корабль зачарован не только на скорость, но еще и на способность быстро перемещаться. Ведьма с Русалочьего острова предлагала провернуть похожее с Проклятым, но все уважающие себя пираты знали о цене такой магии. Корабль мог утонуть или взорваться, экипаж мог сходить с ума и убивать друг друга. — Спустить паруса на половину! Мы сворачиваем к рифам. Фина с Гансом побежали выполнять приказ, остальная команда продолжила готовить корабль к бою. Советник поднялся на мост. Его кожа на лице позеленела, он едва сдерживал приступ тошноты. Морская болезнь усилилась, но он изо всех сил делал вид, что не страдает от нее. — Что ты задумала? Вести корабль к рифам в туман — безумие. — Когда вы научились различать туман от дыма, ваша светлость? — съязвила Сильвена, с силой поворачивая штурвал влево. — У меня было много времени на чтение книг. — Ты потратил время зря. Она надеялась, что разговор окончен и советник спустится, спрячется в каюте и оставит ее в покое. Но он продолжал прожигать глазами ее спину. Сильвена выдохнула. — На рифах риск меньше, чем на открытой воде. Если они попробуют прыгнуть сквозь камни, их магия может повернуться против них. Или мы все там утонем, — невесело добавила она. Туман сгущался, превращая море в призрачный лабиринт. Ветер усиливался, волны увеличивались и хищно облизывали корпус корабля. Эридан эти волны шумно рассекал и оставлял за собой пенистый след. Сильвена заметила силуэт пиратского судна и крепче сжала руки на руле. Она резко повернула штурвал, Эридан начал медленный, неуклюжий поворот, волны шипели под его корпусом. Но когда она взглянула на горизонт еще раз, пиратского корабля уже не было. Она громко выругалась. Корабль взял курс к рифам. Холод и сырость неприятно приставали к коже. Сильвена удивилась мыслям, что много недель назад любая встреча с пиратским кораблем показалась бы ей приятным времяпровождением. Они с командой получали ранения, Проклятый часто требовал починки, они даже могли терять сокровища, за которыми охотились много циклов, но все это заставляло кровь кипеть, чувствовать себя живой. Ситуация, в которой они оказались сейчас, только пугала. Сильвена в панике пыталась придумать план отступления, потому что сейчас любая битва могла закончится смертью всех близких ей людей. Она стала капитаном чужого корабля, отношения с которым были больше похожи на палача и приговоренного, который слишком долго ждет удара лезвия по шее, и должна была спасать жизни эльфов, которые при первой возможности готовы были поджечь ее на костре только за то, что она родилась с темными волосами. — Капитан, корабль на западе, — крича Мале с вороньего гнезда, вцепившись обеими руками в подзорную трубу. Паруса подхватили ревущий ветер и Эридан устремился вперед. Ледяной дождь намочил одежду, заливал глаза и заставлял тело трястись от холода. Сильвена ощущала себя добычей хищника, который просто играет с жертвой перед тем, как убить и съесть. Пираты были уверены в себе. Они были уверены в победе и просто развлекались. Липкий, вязкий туман стянулся вокруг корабля и не позволял Сильвене увидеть преследователей. Она смотрела вокруг, но не видела ничего, кроме теней, которые рисовало ее воображение. Пиратское судно исчезало и снова появлялось, кружа Эридан в вальсе. Вдруг за кормой вновь мелькнула тень, и сквозь густую пелену прорезался силуэт пиратского судна. Оно появилось неожиданно, хотя все знали о его присутствии где-то за мороком. Мачты чернели на фоне серого неба, паруса вздувались, и корабль снова исчез, оставляя за собой только легкий всплеск. Сильвена с силой ударила по штурвалу, выкрикивая проклятия на всех известных ей языках. Когда пираты появились на востоке, Сильвена даже подумала, что они успевают подойти в рифу, чтобы замедлить преследователей. Она затаила дыхание, поворачивая штурвал, и ждала их следующего шага. Еще немного — и они будут на опасной территории, где пираты не станут рисковать и прыгать. Сначала она молилась про себя, потом начала молиться вслух, громче и громче. — Они исчезли! — послышалось сверху. — Пожалуйста, — продолжала молить Сильвена, когда Эридану оставалось пройти небольшое расстояние до первых камней, поджидающих под толщей воды. Внезапная вспышка ядовитого зеленого света ослепила ее. Басистый гром оглушил на одно ухо. Она приоткрыла глаза и с ужасом наблюдала забитый пиратами корабль, который вырос прямо перед ними. Эридан шел прямо в когтистые лапы пиратов. Устойчивая земля под ногами Сильвены стала медленно расходиться и засасывать ее. — Опустить якорь! Сквозь рев ветра и шум воды раздался резкий металлический звон — тяжелая цепь с лязгом сорвалась с фиксатора, звенья опасно натянулись. С оглушительным гулом толстая цепь ушла вниз, пробивая воду, похожую на раскаленный черный метал. Корабль содрогнулся, доски под ногами задребезжали. Вода за кормой вскинулась кипящим буруном, волна ударила о корпус, накатываясь и пенясь. Сильвена смогла устоять на ногах, крепче схватившись за штурвал. Корпус корабля накренился, когда почти столкнулся носом с судном преследователей. Послышался гогот пиратов. Они весело смеялись, кричали, даже танцевали, пока прыгали со своего корабля на Эридан. По всей палубе прошлась мелкая дрожь, оповещающая о нежданных гостях. Битва началась так быстро, что Сильвена не успела понять, как оказалась на носу корабля с мечом в руках. Мечи светлых эльфов были увесистыми, длинными, со сложно вырезанными рукоятями. Сильвена ощущала в руке неприятную тяжесть и хотела было выбросить его за борт, но выбора не оставалось — пиратов было больше, они были быстрее, сильнее, наверняка зачаровали не только корабль, но и себя, ей не справиться с ними в рукопашном бою. Сильвена не успела проклясть ведьму Русалочьего острова или любую другую ведьму, которая зачаровывала корабль. Рядом со звоном приземлился круглый металлический шар. Сильвена не успела убежать — он в эту же секунду взорвался едким зеленым дымом. Она закашлялась и закрыла локтем рот, пыталась отбежать в сторону, когда из дыма на нее выпрыгнула пиратка с рапирой наперевес. Она безумно улыбалась и облизывалась от собственного превосходства. Палуба погрузилась в хаос. Повсюду раздавались крики, звон метала о метал, топот тяжелых ботинок по дереву. Сильвена хотела загнать женщину в ловушку и собиралась побежать в сторону мостика, но пиратка с силой ударила ее по ноге и Сильвена рухнула на колени. Она ужаснулась скорости противницы, сумев опереться на руки. Когда за спиной послышался металлический визг, она перекатилась на спине и увидела, как ржавая рапира оставляет глубокий след в деревянной половице. Она с силой оттолкнулась от палубы и рванула вперед. Уворачиваясь от ударов, Сильвена что есть мочи бежала к мостику, пытаясь найти свою команду. Фина, забравшись на борт, держалась за веревку и отбивалась от нападающих металлическим стержнем неизвестного происхождения. Она пнула одного из них ногой в лицо и собиралась прыгнуть, чтобы ударить, но второй пират выстрелил. Пуля прошла по руке и Фина взвыла. Сильвена хотела побежать на помощь, но стреляющего пирата по голове ударил Мале. Он не смог его обездвижить, но, по крайней мере, отвлек от второго выстрела. Прямо перед ногами Сильвены внезапно упало тело светлого эльфа, она перепрыгнула и ускорила шаг. Мимо пролетали металлические застроенные части саблей и рапир, крики и стоны усилились в несколько раз. Один из пиратов убегал от светлого эльфа, но тот смог догнать его. Короткое движение кинжала и ошарашенный пират схватился за окровавленное горло двумя руками. Ганс, будучи солдатом, бесстрашно отбивался от двух пиратов. Они окружили его, но были вымотаны — едва двигали ногами и с трудом заносили удары мечами. Сильвена решила, что он отлично справиться, ведь это было делом его жизни, в отличии от советника. Сердце пробило удар. Сильвена в панике осмотрелась вокруг, насколько позволяла атакующая ее женщина, но королевского советника нигде не было. Ни среди живых, ни среди мертвых. Она прикусила губу и надеялась, что он спрятался в каюте, как она и приказала. Сильвена собиралась сделать первый шаг на ступеньках на пути к мостику, но к ногам упала очередной механизм, взорвавшийся ровно в тот момент, когда Сильвена сделала несколько шагов назад. Открыв глаза, она покрутилась вокруг, но пиратки нигде не было. Она попыталась найти взглядом свою команду, но вся палуба была завалена телами. Откуда-то с носа корабля и кормы звучали последние отголоски битвы. Избавиться от, очевидно, капитана корабля, казалось хорошей идеей, чтобы ослабить дух команды. Сильвена насторожила уши и прислушивалась к каждому скрипу половиц. Она держала перед собой тяжелый меч, от которого в районе запястья неприятно ныло, и спустилась вниз. В нижних каютах никого не оказалось и Сильвена собиралась подняться на мост, чтобы проверить обстановку. Мысль, что вокруг стало подозрительно тихо, она решила спрятать глубоко в сознании, не хотелось думать о последствиях. Поодаль слышалось злое хрипение Фины и испуганные выкрики Мале, что придавало уверенности — друзья, по крайней мере, живы. Сильвена медленно вернулась к лестнице, оборачиваясь каждый раз, когда слышала удар деревянных коробок о борт или шум волн, расплывающихся под носом Эридана. Она сделала несколько шагов вверх по лестнице, когда на нее неожиданно выпрыгнула пиратка, издавая боевой клич. Видимо, она тоже решила избавиться от капитана, поэтому с особым остервенением сжала свободной рукой ее горло. Они кубарем покатились вниз. Сильвена почувствовала тупой удар спиной о дерево и хрипло выкрикнула. Когтистая рука надавила на горло. Она почувствовала, как вниз стекает тонкая струйка крови. Кровожадно рассмеявшись, женщина занесла вторую руку с кинжалом и собиралась проткнуть им лицо Сильвены. Мир снова замедлился, как когда она падала в воду. Она вцепилась в руку пиратки и пыталась убрать ее с шеи, но отсутствие воздуха в легких лишили ее сил. Она попыталась снять ее с себя ногами, но смогла лишь несильно задеть ее плечо. Картинка стала медленно расплываться перед глазами. Сильвена ждала завершающий удар, когда кто-то с силой пнул ее в сторону. Она перевернулась несколько раз, жадно глотая горячий соленый воздух. Еще один удар спиной о борт заставил Сильвену на несколько секунд потерять зрение, уголки глаз намокли. Когда глаза смогли видеть, она с ужасом наблюдала, как на ее месте оказался советник. Сильвена хотела закричать, но издала хриплый звук, отдавшийся болью в горле. Эльф пнул пиратку по ноге, отчего та пошатнулась, но он не успел отскочить в сторону и кинжал с силой полоснул его по лицу. Озверев, она собиралась сделать еще один удар, но крик другого пирата отвлек ее. Он прокричал ей что-то на неизвестном языке и она, расстроенно, бросила кинжал рядом с замершим телом советника. Сильвена сделала очередной глоток воздуха и попыталась подняться, но тело едва слушалось ее. Женщина бросила расстроенный взгляд на Сильвену и присоединилась к единственному выжившему члену команды, который выносил из главной каюты большие коробки, о существовании которых Сильвена до этого момента даже не знала. — Нет-нет-нет, — прошептала она, найдя в себе силы подняться на руки и с усилием доползти до советниками. Сильвена пришла в себя и сдавлено вскрикнула, осознав, что только что произошло. Руки ощутимо покалывали после онемения, она с трудом смогла приподнять тело советника и положить его на колени. Уцелевший глаз дергался из стороны в сторону под закрытым веком, китель разорван в нескольких частях, все тело покрылось россыпью мелких алых шрамов и царапин. Он произнес что-то одними губами и Сильвена выдохнула. Она всхлипнула, одновременно радуясь, что он жив и злясь, что он принял удар на себя. Дрожащей ладонью она нащупала лежавший рядом кинжал и, игнорируя пятна крови повсюду, отрезала часть рубашки, чтобы перевязать порезанный глаз. Подняв голову, Сильвена увидела уходящий вдаль корабль пиратов. Хищники насладились игрой и вкусом крови и покинули поле боя, оставив Эридан задыхаться в лужах крови. Тела пиратов и светлых эльфов лежали друг на друге, вокруг были разбросаны мечи, топоры и пистоли. Убедившись в последний раз, что советник дышит, Сильвена попыталась подняться на ноги, но рухнула обратно, почувствовав острую боль в коленях. Она прокричала в воздух три важных имени и затаила дыхание. — Капитан, — не сдерживая слез, Мале подбежал к ней и помог подняться. За ним выбежала Фина. Она, округлив глаза, заметила тело советника и осмотрелась вокруг. — Вы в порядке, капитан? — она присела на корточки и проверила дыхание эльфа. — Отнесите его в каюту. Я проверю… — ее голос предательски сорвался. Она закашлялась. — Я проверю остальных. Вы видели Ганса? Она пыталась говорить твердо, но едва не задохнулась на последних словах. Грудь сдавило от страха, от предчувствия, сжигающего ее изнутри. Фина замялась, но ничего не сказала. Только отрицательно кивнула головой. Мале опустил голову. Сильвена закусила губу и развернулась. В нос ударил металлический запах. Все были мертвы. Все. Тела пиратов смешались с телами светлых эльфов. Их кровь окрасила белоснежный сверкающий Эридан, навсегда пропитала его запахом смерти. Тело охватила новая волна дрожи. Крепче взявшись за багровый липкий борт, Сильвена медленно поплелась к носу, умоляя небеса не найти там то, что она так боялась найти. — Ганс? — Хрипло позвала она, умоляя морских богов, чтобы он ответил. Сильвена замедлилась, когда выходила на обзорную площадку. Она зажмурилась и неуверенно двигалась вперед. Каждый шаг отдавался болью в теле. Сердце билось где-то в районе горла, сдавливая и без того болезненное дыхание. Она боролась с собственным телом за каждый глоток воздуха. Пусть она найдет его живым. Ганс лежал лицом вверх. Его янтарные глаза были распахнуты, а рот открыт в необычном для него жесте испуга. Конечности сложены так аккуратно, будто он просто спал. Только ярка-красная рана в животе нарушала жуткий порядок. Сильвена сделала два неуверенных шага вперед, но тело вдруг стало таким тяжелым, а ноги слабыми, что она рухнула на колени. Она затаила дыхание и приложила пальцы к его носу дрожащей рукой. Горячие дорожки обожгли щеки. Ганс не дышал. Никто не услышал ее мольбы. — Пожалуйста, — хрипло прошептала Сильвена, приподнимая обмякшее тело эльфа и обнимая его так крепко, будто отпустить его сейчас означало отдать на растерзание Леди Смерти. Внутри что-то сжалось в тугой узел, обернулось вокруг сердца ледяными щупальцами и безжалостно сдавило. Сильвена истошно закричала. Она вцепилась в застывшее тело Ганса, будто это могло согреть его и вернуть к жизни. Ее тело сотрясалось от глухих рыданий, губы дрожали, зубы с силой сжимались, пытаясь сдержать то, что сдержать было невозможно. Слезы больно ранили кожу лица, текли по шее, пропитывали ее порванную грязную рубаху и слипшиеся светлые волосы эльфа. Сильвена пыталась дышать, но воздух превращался в раскаленные иглы, пронзающие грудь. Она из раза в раз оказывалась в том самом дне, когда они оставили маму собрать букет цветов на поляне — ведь на Топях такие не росли, — и обнаружили ее на том же поле, с зияющей алой дырой в животе. То, как она мчится к маме, крепко обнимает ее, плачет и просит отца что-нибудь сделать, стало самым ее ярким воспоминанием. Таким же ярким, как улыбка мамы, которая даже умирая повторяла, что не все светлые эльфы плохие, что она должна просто понять их. А она смотрела на отдаляющиеся спины в темно-синих кителях и не могла понять. Сейчас, на носу Эридана, это воспоминание вспыхнуло в ней так ясно, что вызвало новую волну горячих слез. В голове вдруг возник образ Русалочьего острова. Что, если она может оживить его? Она готова была обменять что угодно, лишь бы снова не чувствовать эту боль потери. Готова была заплатить горой монет, положила бы свою жизнь, чтобы вернуть его. Она так устала терять тех, кто не заслуживает смерти. Но ведьма в ее воображении с силой ударила ее по щеке, как-будто была прямо на Эридане. Она с большим удовольствием пришивала новые глаза, с легкостью лечила раны, зачаровывала пиратские корабли, но никогда в жизни не посмела бы вступить в бой с самой Природой. Сильвена бы посмела. Но она прекрасно осознавала, что мертвые никогда не становятся собой. Они выглядят так же, говорят и двигаются так же, но их разум до конца дней блуждает между миром живых и мертвых. Сделать такое с Гансом означало бы навсегда проклясть его душу. Проклятье. Это слово так много лет преследовало Сильвену, что она порой думала, что действительно стала проклятьем для окружающих ее существ. Она уже много недель несла за собой только горе и беду и не понимала, как остановить это. Как же ей хотелось проснуться в тот день, когда все было хорошо. Но было ли когда-нибудь хорошо? На самом деле, хотелось уснуть и больше не просыпаться. Когда слезы закончились, оставив после себя выжженное пожаром поле, Сильвена наконец нашла в себе силы отпустить Ганса. Она разжала онемевшие пальцы, ослабила хватку и аккуратно положила его на пропитанное кровью дерево. Ганс смотрел на нее своими большими пустыми глазами. Она, затаив дыхание, протянула руку к его лицу, провела по щеке, волосам, ожидая, что он очнется в любую секунду. Но он продолжал лежать на месте, кожа лица сильно побледнела, глаза превратились в стекло. Сильвена с силой прикусила губу, почувствовал во рту металлический привкус, и прикрыла ладонью глаза Ганса. Она увидела на его шее кулон, аккуратно сорвала цепочку и прижала к себе, боясь случайно уронить крошечный металлический овал. Она не смела встать и уйти, поэтому держала Ганса за ледяную руку и встречала рассвет. Покинуть его она смогла только когда друзья силой оттащили ее от тела и уложили спать в нижних каютах. Ей не хватило отваги спросить про советника, поэтому она, укрытая одеялом, покрепче сжала в руке кулон и смотрела куда-то далеко сквозь пустые кровати и налакированные доски корабля. Она понимала, что никакой бог сновидений не сможет утащить ее в свою ловушку и мучить кошмарами, о которых раньше она даже не могла догадаться.