Том 3: Пусть Минус играет

『』『』『』『』『』 Чирик-чирик-чирик. Было семь утра. Первая перекличка второго дня должна была начаться через час. Атмосфера внутри мужской палатки была далека от комфортной. Воздух пропитался густым запахом пота. Сетчатый материал палатки позволял прохладному бризу проникать внутрь ночью, но теперь, когда взошло утреннее солнце, температура неуклонно росла. Аянокоджи взглянул на Кумагаву, который умудрялся крепко спать вопреки всем неудобствам. Его безмятежное лицо, совершенно не тронутое ни жарой, ни запахом, не поддавалось никакой логике. Просто потому, что он странный? Аянокоджи ненадолго задумался об этом, но тут же отогнал эти мысли. Для раздумий о Кумагаве было слишком раннее утро. Если он начнет сейчас, то не был уверен, что сможет сохранять самообладание до конца дня. Тихо вздохнув, Аянокоджи вышел из палатки и направился к месту хранения багажа. Они решили держать сумки снаружи, чтобы максимально освободить пространство внутри. Поскольку мужская и женская палатки стояли рядом, их вещи тоже сложили вместе. Он потянулся к своей сумке в поисках полотенца. Из-за сна в душной палатке он весь промок от пота и хотел вытереться. Пока он искал, его взгляд упал на багаж характерного цвета. Сумка Ибуки. В отличие от остальных, ее сумка выделялась, что делало ее легко узнаваемой. Без колебаний Аянокоджи присел и расстегнул молнию. Внутри он нашел обычные вещи: полотенца, сменную одежду, белье — то, что было у каждого. Однако... Кое-что казалось неуместным. — Цифровая камера? Аянокоджи допустил мысль, что Ибуки просто увлекается фотографией, но это казалось маловероятным. Ученикам не разрешалось проносить личные вещи на экзамен, если только они не были куплены за очки. У нее не было никаких причин иметь при себе камеру. Он внимательно осмотрел устройство. На нем не было данных и никаких признаков недавнего использования. Закончив осмотр, он положил камеру на место, убедившись, что всё осталось в точности так же, как было. Затем, прихватив полотенце, он направился к реке умыться, прежде чем заглянуть в туалет. По пути он столкнулся с Хиратой. — Доброе утро, Аянокоджи-кун. В туалет? — Ага. Я тебя случайно не разбудил? — О нет. В такой обстановке трудно спать крепко. Ой-ой... Ах, спина затекла, — Хирата с легкой гримасой размял плечи. — Ну, полагаю, это естественно, когда спишь без нормального матраса. Действительно, спать в тесноте без настоящих кроватей было непросто. Тем не менее, большинство остальных всё еще спали, вероятно, измотанные вчерашними событиями. — Если учитывать штраф Коэнджи-куна, вчера мы потратили почти сто очков. Я говорил всем, что при худшем раскладе у нас останется 120 очков, но теперь я даже в этом не уверен. Наверное, тревога меня и разбудила, — продолжил Хирата, доставая руководство, чтобы проверить свои расчеты. Ранний уход Коэнджи стал сокрушительным ударом. Штраф значительно истощил их ресурсы, а в классе воцарился разброд. Аянокоджи взглянул на Хирату. Он по-настоящему нес на себе груз ответственности за весь класс. В отличие от одного небезызвестного типа, которому было плевать на всё... Хирата и Кушида делали всё возможное, чтобы настроение в коллективе не упало окончательно. Тем временем Кумагава... Аянокоджи сейчас даже думать о нем не хотелось. 『』『』『』『』『』 После утренней переклички Класс D приступил к разведке. Хирата распределил роли между наиболее надежными учениками, начав реализацию своего плана по экономии очков. Тем временем те, от кого было мало толку, и те, кто предпочитал действовать самостоятельно, вроде Хорикиты и Аянокоджи, занимались своими делами. Ибуки, возможно, чувствуя вину за то, что вчера ей предложили еду, решила помочь. Без сомнения, это была попытка не чувствовать себя обузой. Что касается Кумагавы — он снова лег спать. Аянокоджи не понимал, что заставило его добровольно вернуться в ту душную, удушающую палатку, но он это сделал. И тут — — Какого черта, парни?! Гневный голос Ике прогремел над лагерем, привлекая всеобщее внимание. Там стояли двое парней с широкими самодовольными ухмылками. Ибуки при виде их вздрогнула и быстро нырнула за палатку, чтобы спрятаться. — Комия и Кондо, да? По ее реакции стало ясно, что они из Класса С. — Ого, вы, отбросы из Класса D, и правда живете впроголодь, а? Впрочем, чего еще ждать от класса дефектных. Они вовсю уплетали картофельные чипсы и запивали их газировкой — не водой, а именно газировкой. — Что вы вообще ели на завтрак? Траву? Может, жуков? — Комия ухмыльнулся, насмешливо потряхивая пачкой снеков. — Нате, угощайтесь чипсами. Пачка приземлилась прямо у ног Ике. Это была очевидная провокация. И она работала. — У нас есть послание от Рьюэн-сана, — продолжил Комия, игнорируя напряженную атмосферу. — Если хотите насладиться летними каникулами по полной, живо дуйте на пляж. Не отставайте. Если вам надоело жить как идиотам, мы с радостью поделимся своей роскошью. Они не уходили. Просто стояли, жевали и насмехались. И тут — — Что это за шум с самого утра...? Все повернулись на голос. В отличие от остальных, чей день был в самом разгаре, Кумагава только что выбрался из палатки, едва проснувшись. Его рубашка была измята, волосы торчали в разные стороны, а взгляд был совершенно затуманенным. Он зевнул, лениво протирая глаза. — Ой, это еще что за тип? — фыркнул Кондо. — Даже умыться не удосужился? — Вполне логично, — съязвил Комия. — Он же из Класса D. — М-м-м... Да, вы правы. Кумагава принял оскорбление без тени беспокойства или сопротивления. Просто спокойное согласие. Он снова зевнул. И впервые Класс D увидел Кумагаву Мисоги с нулевой энергией и нулевым присутствием. Не то чтобы оно у него было раньше, но это был совершенно новый уровень. Кондо и Комия продолжали сыпать оскорблениями, но Кумагава почти не реагировал. Он просто что-то бормотал себе под нос, потягиваясь и поднимая руки над головой. — Ох, спина болит... Сон на земле определенно не идет на пользу моему позвоночнику... Полное отсутствие реакции, казалось, лишь сильнее их раздражало. — Что с этим придурком? Он вообще нас слышит? — пробормотал Комия. — Слышь, скажи что-нибудь, чертов отброс, — Кондо цокнул языком. — А? Я только что очнулся после своего прекрасного ночного сна, и первое, что я слышу — это какой-то шум... Я был в шоке, понимаете? Я просто вышел проверить, что происходит, и теперь мне приходится иметь дело с этим с самого утра? Честно говоря, разве вы не должны проявить хоть немного благодарности? На мгновение воцарилась тишина. Вот это да... Никто не произнес этого вслух, но каждый в Классе D это почувствовал. Класс С пытался их спровоцировать. Но каким-то образом Кумагава перевернул ситуацию так легко, что это казалось почти естественным. Похоже, Классу С еще многое предстояло узнать об искусстве провокации. Потому что этот подонок был самим воплощением невыносимого характера. — Тч. — Кондо цокнул языком, явно выведенный из себя. Комия же обратился к остальным из Класса D. — Приглашение в силе. Если захотите перестать быть лузерами, вы знаете, где нас найти. — Приглашение? — переспросил Кумагава. С этими словами они ушли, оставив пачку чипсов в качестве финального жеста насмешки. Как только они скрылись, Ике подскочил и отфутболил чипсы в сторону. — Какого черта?! Глазам своим не верю! Эти парни... Строят из себя невесть что только потому, что у них есть очки! Хирата поднял чипсы с виноватой улыбкой. — Полагаю, они пытались нас спровоцировать... Но я думаю, Кумагава-кун хорошо справился. — Хотя мне всё же любопытно... Откуда у них деньги на всё это? Газировка, снеки... Это куча очков, выброшенных только ради того, чтобы поиздеваться над нами, а? — спросил Кумагава. Все замолчали. Это была правда. Еда и напитки на этом экзамене стоили недешево. Рьюэн ни за что не стал бы тратить столько очков просто ради насмешки. Значит, для этого была причина. — Скорее всего, Рьюэн что-то замышляет. Нам стоит быть начеку. Над группой нависло тяжелое настроение. Тем временем Кумагава снова зевнул. — Ну, вы тут развлекайтесь, а я, пожалуй, пойду еще вздремну. И вот так он просто развернулся и ушел обратно в палатку, предоставив остальным разбираться с этой кашей. Класс продолжил обсуждение, обдумывая возможные контрмеры. В какой-то момент Хорикита упомянула, что база Класса С расположена на пляже. Кумагава замер на полушаге. — ...Пляж? В следующий миг, словно одержимый, Кумагава выхватил свою форму академии Суйсо и быстро натянул ее. Поскольку ношение школьной спортивной формы не было обязательным, он привез свою форму. Он даже провел пальцами по волосам, придавая им более-менее приличный вид. — Почему никто не сказал об этом раньше?! Его лицо стало серьезным. — Ладно, предоставьте это мне! Я отправлюсь на шпионаж высшего уровня и внедрюсь в Класс С. Никто ему не поверил. Ни на секунду. Мотивы Кумагавы были до боли очевидны, и Класс D уже знал, что ждать от него чего-то хоть отдаленно полезного не стоит. Ике озвучил мысли всех присутствующих. — Этот парень просто хочет смыться туда, потому что там девчонки в купальниках. — К-как грубо! Ты ранишь меня, Ике-кун. Я бы никогда не поддался таким поверхностным желаниям. Это исключительно ради блага класса! Они тщательно обдумали приглашение Класса С. Хорикита быстро вызвалась пойти, перехватив инициативу прежде, чем кто-либо другой успел среагировать. — Я пойду. Аянокоджи, ты со мной. — Не вижу причин, по которым я должен идти. — Тебе и не нужно видеть причины. Просто иди за мной. Аянокоджи вздохнул, понимая, что отвертеться не получится. В этот момент Кумагава лениво поднял руку. — Я тоже хочу пойти. — Ни за что, — отрезала Кушида. — Категорически нет, — добавил Юкимура. — Отказано, — сказал Хирата, хотя и гораздо мягче остальных. Мгновенный отпор. И дело было не только в том, что они боялись, что Кумагава всё испортит — дело было в том, что он был лидером. Если он случайно раскроет этот факт, последствия будут катастрофическими. Хотя они говорили открыто, двум девушкам поручили приглядывать за Ибуки, чтобы она ничего не услышала. Кумагава, как ни странно, не расстроился. Вместо этого он привел настоящий аргумент. — Но, понимаете, тут есть проблема. Если я не пойду, разве это не будет выглядеть странно? Группа замялась. — Подумайте сами. Если я внезапно начну вести себя осторожно и избегать ненужных контактов, не вызовет ли это подозрений? Они могут решить, что мне есть что скрывать. Напротив, если я буду вести себя как обычно, никто даже не сочтет меня достаточно важным, чтобы в чем-то подозревать. Аянокоджи кивнул. — В этом есть смысл. Даже если кто-то не знает личность лидера наверняка, он может догадаться, если заметит подозрительное поведение. На самом деле, худшее, что они могли сделать — это заставить Кумагаву выглядеть значимым. Хорикита нахмурилась, явно не желая соглашаться, но спорить не стала. — Погодите-ка. Мы серьезно позволим ему пойти? А если он выкинет какую-нибудь глупость? — Каруизава скрестила руки на груди, явно недовольная. Шинохара тут же поддакнула. — Да! Он, типа, последний человек, которому стоит доверять в таком деле. Прежде чем спор разгорелся с новой силой, вмешался Хирата. — Я понимаю ваши опасения, но Аянокоджи-кун и Хорикита-сан тоже будут там. Они присмотрят за ним. Верно? Хорикита вздохнула. — Мне это не нравится, но... если он должен пойти, то ладно. Мы проследим, чтобы он не делал ничего лишнего. Аянокоджи, разумеется, никто не спрашивал. На том и порешили. — Отлично! Значит, договорились. Я пойду понаблюдаю за Классом С... и если мне доведется увидеть купальник-другой, что ж, это будет просто приятным бонусом. Вся группа коллективно застонала. 『』『』『』『』『』 Когда план был окончательно утвержден, Аянокоджи и Хорикита отошли на небольшое расстояние от остальных. Она хмурилась с того самого момента, как было решено участие Кумагавы. — Это плохая затея, — пробормотала Хорикита. — Из-за Кумагавы? — Аянокоджи взглянул на нее. — Очевидно. Аянокоджи обдумал ее слова. — Верно. Но в то же время, если бы мы заставили его остаться, это, вероятно, только ухудшило бы ситуацию. Хорикита шумно выдохнула носом, явно раздосадованная тем, что не может опровергнуть эту логику. — И всё равно он — ходячая проблема. — Я бы так не сказал, — Аянокоджи покачал головой. — Наоборот, его присутствие снижает шансы на то, что нас в чем-то заподозрят. Никто никогда не воспримет его всерьез. Характер Кумагавы был хорошо известен всей школе, и, без сомнения, Рьюэн тоже о нем знал. А учитывая, что Ибуки была здесь, у Класса С уже был свой человек в лагере Класса D. Если Класс D внезапно начнет вести себя осторожнее, или если Кумагава, из всех людей, станет избегать контактов, это может вызвать подозрения. Хорикита на мгновение замолчала, затем вздохнула. — Ладно. Но если он создаст проблемы, разбираться будешь ты. — Принято. С утвержденным планом троица — Аянокоджи, Хорикита и Кумагава — покинула лагерь и направилась через лес к базе Класса С на пляже. Путь был неровным: толстые корни и участки грязи заставляли их внимательно смотреть под ноги. Несмотря на это, Кумагава шел впереди так, будто его вообще ничего не заботило. Хорикита, шагавшая рядом с Аянокоджи, раздраженно вздохнула. — Этот парень... — Да брось, Хорикита-тян, не будь такой зажатой. Мы на тропическом острове, идем к океану. Тебе стоит немного расслабиться и получить удовольствие. — Мы идем не на пляж развлекаться. Мы идем собирать информацию. — Конечно, конечно. Но пока мы этим занимаемся, почему бы не насладиться видом? Сияющее солнце, сверкающая вода, девчонки в купальни... Шлеп. Кулак Хорикиты врезался в плечо Кумагавы прежде, чем он успел договорить. Он слегка пошатнулся, но, кажется, ни капли не расстроился. — Как жестоко. Куда делось доброе отношение к одноклассникам? — Попробуй для начала вести себя как подобает однокласснику. Аянокоджи игнорировал их перепалку, сосредоточившись на окружении. Чем ближе они подходили к пляжу, тем отчетливее слышался отдаленный гул волн, разбивающихся о берег. Густой лесной полог постепенно редел, пропуская больше солнечного света сквозь листву. Вскоре они достигли опушки леса. За ней бесконечно раскинулось лазурное море, а на белом песчаном берегу виднелось скопление палаток и учеников. База Класса С. — Быть не может... Всё это... Разве это возможно? Хорикита и представить себе не могла увиденную картину. Они установили временные туалеты и душевые. Но кроме этого, у них был тент для защиты от солнца, барбекю, стулья и зонтик. У них были закуски и напитки. Здесь было всё необходимое для полноценного отдыха. Мы почувствовали запах жареного мяса и услышали смех. Мимо береговой линии проносились гидроциклы. Ученики развлекались в океане, радостно вскрикивая. При наличии всего этого оборудования было бы неудивительно, если бы они потратили большую часть, если не все свои очки. — Что вообще творит Класс С? Они что, не планируют копить очки? Это было единственным объяснением. Это выходило за рамки простого расточительства. — Давай проверим, что там. Интересно, о чем думает Класс С? — ................ Они вышли из леса и направились к пляжу. Один из парней Класса С заметил их и поспешил навстречу. — Э-эм, Рьюэн-сан просит вас подойти, — сказал он. Судя по его робкому голосу, он был либо напуган, либо от природы вял. Хорикита и Аянокоджи обменялись взглядами. — Он правит своими одноклассниками как король. Прямо королевский прием. Что будем делать? — Решать тебе, Хорикита. — Ладно. Мне интересно узнать его намерения. Пошли. Хорикита и Аянокоджи намеревались последовать за парнем, но на полпути Аянокоджи внезапно остановился. — А где Кумагава? Всего мгновение назад он был прямо рядом с ним, а теперь его и след простыл. Самым странным было то, что Аянокоджи даже не заметил, когда тот ушел. Даже если бы кто-то медленно отошел в сторону, он бы это понял, ведь они стояли всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Этот идиот! Куда его черти понесли? — Хорикита нахмурилась. — Успокойся. Разберемся с этим позже, сейчас сосредоточимся на Рьюэне. Раздраженно цокнув языком, Хорикита кивнула, и они вдвоем последовали за учеником Класса С к их базе. Тем временем Кумагава устроился на дереве на дальнем конце пляжа. Он забрался на самую высокую точку, откуда перед ним как на ладони расстилалась вся база Класса С. Он лениво следил взглядом за Хорикитой и Аянокоджи, идущими к лагерю. Затем он перевел взгляд в противоположную сторону. Вдалеке поднимался тонкий шлейф дыма. Он был не очень большим, но отчетливым. — Хм..... Хотя отсюда весь остров не просматривался, он мог примерно прикинуть расположение каждого класса. Класс А, несомненно, займет пещеру. Класс С прямо здесь, на пляже, сорит очками как водой. Класс D обосновался у реки, отдавая приоритет выживанию и управлению ресурсами. Оставался только Класс B. Поскольку дым шел не со стороны Класса D, значит, это была база Класса B. Он снова посмотрел на базу Класса С. Он видел, что Аянокоджи и Хорикита о чем-то беседуют с Рьюэном. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, о чем идет речь. Учитывая характер Хорикиты, она наверняка называет Рьюэна идиотом или чем-то в этом роде, в то время как Аянокоджи просто наблюдает со стороны, как он обычно и делает. — Боже, это место и правда полно дефектов и лжецов. В отличие от Хаконивы, здесь всё кажется какой-то морокой. Он не понимал, зачем Аншин'ин отправила его сюда. Интересных людей, встреченных им в этой школе, можно было пересчитать по пальцам одной руки. — Может, просто разнести тут всё к чертям? Кумагава всерьез обдумывал этот вариант. При таком раскладе исход станет гораздо более предсказуемым, а без Медаки-тян поблизости всё быстро становится скучным. — А-а-ах~ Я так скучаю по Хакониве. С чего эти старые пердуны вообще решили выпустить меня во взрослую жизнь? Неужели у них нет ни капли жалости к этому миру, раз они спустили меня с поводка? Лениво потянувшись, Кумагава встал на ветке, и его привычная улыбка начала расползаться по лицу. — Ну что ж... Пойти поздороваться, что ли? И с этими словами он спрыгнул с дерева, легко приземлившись на песок. Хорикита и остальные были заметно удивлены, когда Кумагава внезапно возник из ниоткуда. В один момент его не было видно, а в следующий — он уже небрежно шагает к ним, будто был здесь всё это время. — Где тебя носило? — спросила Хорикита, сузив глаза. — Э? Я был здесь всё время, Хорикита-тян. Ты просто меня не замечала. — Лжец. — Как я могу? Разве ты не знаешь, что я больше всего ненавижу лжецов? Это было сказано самым патологическим лжецом, которого когда-либо видел этот мир. Рьюэн, Хорикита и Аянокоджи не понимали, как он может говорить такое с невозмутимым лицом. — Тч. Неудивительно, что я почувствовал поблизости что-то мерзкое. Похоже, таракан прятался в каком-то темном углу, — Рьюэн цокнул языком, ухмыляясь. Тон был насмешливым, но не оставалось сомнений, что он искренне ненавидел Кумагаву. — Хм? Рьюэн-тян, верно? Я снова почти забыл твое лицо, мои извинения. Это потому, что твое влияние в собственном классе угасает? Нет-нет, не может быть. Кто станет делать что-то столь подлое, заставляя собственных одноклассников презирать себя? Это было бы по-настоящему жалко. Только ничтожества прибегают к таким методам. Он сказал это максимально прямолинейно. Лицо Рьюэна потемнело. Из-за вмешательства Кумагавы Рьюэн частично утратил контроль над Классом С. Это было очевидно по тому, как одноклассники смотрели на него. И в ответ Рьюэн удвоил усилия, используя еще больше насилия, чтобы подавить недовольство. Его взгляд стал острее, наполнившись яростью, напоминающей взгляд хищника, выслеживающего добычу. — О чем мы тут болтаем? — спросил Кумагава. Хорикита, наблюдавшая за их перепалкой, выглядела в какой-то мере удовлетворенной. Она повернулась к Рьюэну с ухмылкой. — Мы здесь закончили. Похоже, Класс С саморазрушится без посторонней помощи. Взгляд Рьюэна метнулся к ней. — Хе. Не зазнавайся, принцесса. — Принцесса? — Хорикита приподняла бровь. — Ты вся такая зажатая, но держу пари, это только значит, что было бы забавно посмотреть, как ты сломаешься. — Это должна была быть провокация? — холодно спросила она. — Да нет, просто подумал, что можно немного поразвлечься. Могу подготовить палатку для личного пользования. — Пойдем назад, Аянокоджи, Кумагава. Если мы останемся здесь дольше, меня начнет тошнить. — До встречи, Сузуне. — Не знаю, где именно ты это выкопал, но не смей называть меня по имени так фамильярно. С этими словами она развернулась и пошла прочь, Аянокоджи последовал за ней, но, отойдя на несколько шагов, она заметила, что Кумагава не идет. — Ты. Почему ты не идешь? Кумагава оставался на месте. — Хм-м, я подумываю перевестись в Класс С? — Перестань нести чушь и иди с нами, — Хорикита сузила глаза. — Как ты можешь так говорить, когда я серьезно размышляю о своем будущем? Посмотри, мы с Рьюэн-тяном так хорошо ладим, не находишь? — Ты считаешь, что провокации — это «хорошо ладить»? — Именно, если посмотреть под другим углом! К примеру, если бы мы были лучшими друзьями, разве я не дразнил бы его больше всех? — Это нелепо. Хорикита потерла переносицу. — Хватит. Мы уходим. — Вы можете уходить. Я ни на что не соглашался, помнишь? — А? И Аянокоджи, и Хорикита были сбиты с толку этим заявлением. Не то чтобы с Кумагавой можно было договориться логически, но такая внезапная перемена застала Аянокоджи врасплох. Он мог представить несколько способов, которыми Кумагава мог всё испортить, но этот был странным. — Мне описать это слово в слово? — спросил Кумагава. Рьюэн ухмыльнулся, наблюдая за этой сценой как за бесплатным шоу. — Ха. Ты и правда не слушаешь собственных одноклассников, да? Хорикита метнула в него яростный взгляд. — Не лезь не в свое дело. — Почему же? Ты таскаешь его за собой как комнатную собачку, а теперь он отказывается подчиняться. Разве это не унизительно? — Достаточно, — она снова повернулась к Кумагаве. — Пошли. Кумагава улыбнулся. — Ноуп. — ...Прости? — Нет. Na'h. Nein. Я отказываюсь. Хорикита резко вдохнула, пытаясь подавить раздражение. Аянокоджи, чувствуя, что ситуация накаляется, наконец вмешался. — Кумагава, хватит паясничать. Пошли. — Хм-м, но зачем? Дай мне вескую причину. — У нас нет на это времени. — Это не причина, это отговорка. Попробуй еще раз. Аянокоджи медленно выдохнул, чувствуя редкое раздражение. Теперь он понял: привести сюда Кумагаву было ошибкой. Он всё логически обдумал, прежде чем принять это решение. У Кумагавы, несмотря на его непредсказуемую натуру, были определенные качества, которые могли пригодиться. Одна его репутация делала его идеальной дымовой завесой, а абсурдность его поведения гарантировала, что никто не воспримет его всерьез. Это делало его идеальным отвлекающим фактором. Но именно в этом и заключалась проблема. Аянокоджи понял, что совершил ошибку в суждениях. Он относился к Кумагаве как к нормальному, хоть и проблемному человеку. Аянокоджи не привык иметь дело с такими людьми. Он предполагал, что даже если Кумагава сложен в общении, он всё равно будет следовать какой-то логике. Именно этим Аянокоджи оправдывал его присутствие. Но теперь он увидел изъян в своих рассуждениях. — ...Ладно. Оставайся здесь, если хочешь. Хорикита посмотрела на него с легким недоверием. — Ты просто сдаешься? — Спорить с ним бессмысленно. — Видишь? Аянокоджи-кун понимает, — Кумагава улыбнулся. Хорикита цокнула языком, явно раздосадованная, но настаивать не стала. Не говоря больше ни слова, она развернулась на каблуках, и Аянокоджи последовал за ней. Когда они отошли от лагеря Класса С, лицо Хорикиты потемнело. Какое-то время оба молчали. Тишину нарушал лишь шелест листвы и далекие голоса других учеников. Затем — — Аянокоджи-кун, ты идиот? — Это было довольно грубо, — Аянокоджи взглянул на нее. — Нет, это единственный уместный ответ. С какой стати ты оставил Кумагаву с Рьюэном, из всех людей? Аянокоджи обдумал ее слова. Она была права. Оставлять Кумагаву одного уже было риском, но оставлять его с кем-то столь нестабильным, как Рьюэн, делало ситуацию еще более непредсказуемой. Учитывая, что он — лидер, Класс D теперь понятия не имел, что Кумагава выкинет. Хорикита восприняла его молчание как согласие и продолжила давить. — Ты вообще об этом думал? Если из-за него что-то случится, ответственность будет на тебе. Аянокоджи тихо вздохнул. — Я понимаю твои опасения, но посмотри на это с другой стороны. Хорикита нахмурилась, но стала слушать. — Если бы мы заставили Кумагаву уйти с нами, что бы произошло? — Он бы поворчал, но пошел бы за нами, — сказала она. — Ты уверена? Хорикита замялась. — ...Нет. — Вот именно. Нет никакой гарантии, что он бы покорно пошел за нами. И если бы мы попытались заставить его силой, он мог бы просто испортить всё нарочно. Было бы странно, если бы мы заставляли именно Кумагаву вернуться с нами. Вся школа знает, какой у него характер, так что если бы мы так поступили, Рьюэн бы точно что-то заподозрил. Хорикита выглядела раздосадованной, но возражать не стала. — Кроме того, — продолжил Аянокоджи, — так мы сможем понаблюдать за развитием событий. Если Кумагава сделает что-то непредсказуемое, мы хотя бы будем знать, с кем он контактирует и к каким последствиям это приводит. — Ты хочешь сказать, что лучше дать ему разгуляться там, где мы сможем увидеть результат? — В какой-то степени да. Если он всё равно собирается устроить хаос, нам лучше знать об этом, чем если бы он действовал у нас за спиной. Лицо Хорикиты не смягчилось. — Этого недостаточно, — отрезала она. — Ты предполагаешь, что мы сможем минимизировать ущерб постфактум. Но что если он сделает что-то непоправимое? Аянокоджи спокойно встретил ее взгляд. — Тогда мы адаптируемся. Говорить это было всё равно что пытаться использовать зонтик во время урагана. Бессмысленно. Оставить Кумагаву наедине с Рьюэном было катастрофой, которая только и ждала момента, чтобы случиться, но сейчас они мало что могли поделать. Как ни посмотри, Кумагава был обузой на этом экзамене. Аянокоджи привел Хориките свои доводы, но даже она, казалось, понимала, что хороших вариантов здесь немного. Она выдохнула носом и снова зашагала вперед. — Ладно. Но если он всё испортит, отвечать будешь ты. — Принято. Даже говоря это, Аянокоджи понимал, что опасения Хорикиты вполне обоснованны. Но на данный момент им оставалось только ждать и наблюдать.