Том 3: Проверка на мелководье

『』『』『』『』『』 — Ку-ку-ку. Ну и обузой же ты оказался, дружок. Рьюен усмехнулся, явно забавленный выходками Кумагавы. Несмотря на то, что этот парень его бесил, он не мог не признать: Кумагава был особым сортом занозы в заднице. Тот тип людей, которые творят что хотят, ни на йоту не заботясь о последствиях. — Что за взгляд, Рьюен-чан? Прости, но я предпочитаю, чтобы мои отношения были чуть более токсичными. Рьюен цокнул языком. — Тц. Чёрта с два у тебя вообще будут какие-то отношения. Не знаю, в какую игру ты играешь, но мне не нравится, когда всякие паразиты жужжат вокруг моих дел. — Но разве не ты сам нас пригласил? Неужели у тебя развилась деменция в столь раннем возрасте? Впрочем, я тебя не виню. В конце концов, я не какая-то примитивная костоломная обезьяна, которая решает все проблемы рыком и ударом кулака в морду. Тяжело, должно быть, а? Пытаться эволюционировать со стадии пещерного человека. Глаз Рьюена дернулся. — Следи за языком. Атмосфера потяжелела. Ишизаки и остальные ученики класса C напряглись, почувствовав смену настроения Рьюена. Не дожидаясь ответа, Кумагава небрежно зашагал к ближайшему шезлонгу в тени дерева и притащил его обратно, поставив прямо рядом с Рьюеном. Он плюхнулся на него как хозяин положения, закинув руки за голову. — Вы всегда так принимаете гостей? Я ожидал хотя бы холодного напитка. Но, впрочем, чего еще ждать от стада бьющих себя в грудь, дробящих камни и чистящих бананы дикарей? Последовало тяжелое молчание. Кулаки Ишизаки сжались, но он колебался, ожидая приказа Рьюена. Рьюен, однако, лишь молча наблюдал за Кумагавой несколько секунд, прежде чем лениво кивнуть в сторону Ишизаки. — Эй. Принеси нам что-нибудь холодное. Ишизаки моргнул. — А? Э-э, Рьюен-сан, почему... Бам. Банка газировки отскочила от головы Ишизаки и покатилась по песку. — Я разве заикался? Ишизаки с кряхтением потер голову и поспешил за напитками. Через несколько секунд он вернулся с двумя банками холодной газировки в руках. Рьюен открыл свою банку, сделал глоток и снова повернулся к Кумагаве. — Ладно, хватит ломать комедию. Какая у тебя цель? Кумагава наклонил голову, выглядя искренне озадаченным. — Цель? Какая цель? Я просто обычный ученик, наслаждающийся веселой школьной поездкой. Хотя это вряд ли можно назвать поездкой, верно? Что за школа позволяет своим ученикам выживать в дикой природе? Им стоит просто гореть в аду за все их прегрешения. Рьюен проигнорировал его слова, впившись взглядом в Кумагаву. — Кончай нести чушь. Ты не нормальный. Я это нутром чую. А я не доверяю людям, которых не могу прочесть. — Ладно, дай мне сначала задать тебе вопрос, Рьюен-чан. — Что еще? — Рьюен прищурился. — Что ты думаешь об этой школе? — Ха? Что это еще за вопрос? — Рьюен слегка откинулся назад, с любопытством разглядывая его. — Самый простой. — К несчастью для тебя, я не отвечаю на вопросы людей, которые говорят так, будто уже знают ответ. — Рьюен ухмыльнулся. — И я тем более не трачу время на развлечение клоунов. — ............ Его взгляд переместился на лагерь класса C. Сцена перед ним была максимально далека от слова "выживание". Ученики бездельничали под зонтиками, потягивая холодные напитки. Кто-то играл в волейбол у берега, другие гоняли на гидроциклах по волнам. В воздухе плыл запах жареного мяса — группа ребят устроила барбекю, смеясь и не зная забот. С первого взгляда было очевидно: они спустили больше сотни очков, чтобы жить на этом необитаемом острове как короли. — Сколько очков вы потратили? — И с чего бы мне тебе говорить? — Рьюен продолжал пить газировку, его взгляд был острым, пока он наблюдал за Кумагавой. — Вы использовали около 100 очков? Или 200? Или, может быть, вообще всё? Рьюен усмехнулся. — Что, пытаешься умничать? Мне плевать на этот тест. Думаешь, я стал бы тратить время на дурацкий экзамен ради жалких 100 или 200 очков и жертвовать своим отпуском? Смешно. — Я просто говорю исходя из того, что вижу, а не на основе каких-то конкретных данных. Просто, если подумать, этот тест — марафон, а не спринт. Если сжечь всю энергию на старте, ничего не останется, когда она действительно понадобится. Это как пытаться переплыть океан, не зная, насколько он глубок. Рьюен слегка нахмурился, пытаясь осмыслить аналогию. Прежде чем он успел ответить, Кумагава внезапно хлопнул его по плечу. — Рьюен-чан! Рьюен-чан! Глянь туда, у неё ведь довольно большие сиськи, а? Кстати, у вас тут не завалялось лишних фартуков или джинсов? Если исполнишь одно моё желание, я скажу тебе, кто лидер нашего класса. Рьюен на мгновение опешил от внезапной смены темы. Наступила короткая тишина, пока он пытался переварить услышанное. — У тебя мозг вообще есть? — наконец спросил он. — Это не очень вежливо, Рьюен-чан. Я предлагаю тебе сделку. Если исполнишь моё желание, я скажу, кто наш лидер. Звучит честно, не так ли? Дело было не в честности. Это вообще не имело смысла. На секунду Рьюену показалось, что он теряет клетки мозга, просто участвуя в этом разговоре. — ...Ты издеваешься надо мной, — наконец сказал Рьюен, наклоняясь вперед. — Ты ведешь себя как идиот, но ты бы не стал сливать ценную информацию ради такой тупости. Так в чем твой интерес? Это было логичное предположение, основанное на принципе риска и вознаграждения. Если Кумагава действительно предлагал личность лидера класса D, то в этом должен был быть подвох. Он ни за что не сделал бы такого без скрытого мотива. Но Кумагава просто махнул рукой. — Нет, серьезно. Я скажу тебе, кто наш назначенный лидер. Рьюен не поверил ни на секунду. — Думаешь, я куплюсь на это? Если бы я воспринял тебя всерьез, я был бы самым большим кретином в этой школе. — Рьюен коротко рассмеялся. Кумагава лишь улыбнулся. Затем, будто вспомнив что-то, он взглянул на свои наручные часы. — Ах, уже пора. Назначенные зоны скоро должны обновиться. Пожалуй, мне пора возвращаться. Он встал, отряхивая песок с шорт, и лениво помахал Рьюену рукой. — Ну тогда до скорого, Рьюен-чан. Не забудь позвонить, если что-нибудь понадобится. Рьюен смотрел ему вслед, его взгляд слегка потемнел. — ...Ишизаки. Ишизаки вытянулся по струнке. — Д-да? — Принеси мне руководство. — Э? Зачем? Думаете, он что-то задумал? Рьюен не ответил сразу. Он просто сделал еще один глоток, прежде чем поставить банку рядом с собой. Что-то в этом разговоре не давало ему покоя. 『』『』『』『』『』 Манера Кумагавы выпутываться из ситуаций, прикидываясь, будто у него есть важные дела, была обязательным атрибутом, вне зависимости от того, имел ли разговор смысл. В конце концов, это был просто способ казаться крутым. Солнце еще стояло высоко, а до обновления таймера назначенной зоны оставалось около двух часов, так что времени на посещение еще одного лагеря было предостаточно. Ближайшим к классу C должен был быть лагерь класса B. Лагерь класса A находился у обрыва на другом конце острова, что делало его ближе к классу D. Кумагава углубился в лес, переступая через массивные корни поваленного дерева. Дерево выглядело так, будто школа уничтожила его намеренно, вероятно, чтобы оно служило ориентиром. Если так, то где-то рядом должна быть назначенная зона. Когда он добрался до места, его окликнул голос. — Кумагава? Аянокоджи стоял рядом с Хорикитой и разговаривал с Ичиносе. — Йо. — Кумагава лениво поднял руку в приветствии. Хорикита тут же одарила его резким взглядом, храня молчание — вероятно, чтобы не дать классу B выудить из него какую-нибудь полезную информацию. Кумагаву это, разумеется, совершенно не волновало. Ичиносе поприветствовала его своей обычной дружелюбной улыбкой. — О, Кумагава-кун! Какой сюрприз. Ты просто гуляешь? — Вроде того. Оглядевшись, Кумагава сравнил лагерь класса B с лагерем класса D. Их класс практично использовал назначенную зону: густые деревья окружали колодец. Поскольку места для установки нескольких палаток не хватало, они использовали гамаки, эффективно задействовав ограниченное пространство. Несмотря на одинаковые стартовые условия, класс B сделал совершенно иной выбор, нежели класс D. Тем временем Хорикита продолжала сверлить его взглядом, буквально прожигая дыру в его черепе. И всё же она держала рот на замке. Если бы она внезапно набросилась на него без причины, это только вызвало бы подозрения. Аянокоджи, с другой стороны, незаметно сделал шаг в сторону от Хорикиты, дистанцируясь. Тот факт, что Кумагава мог непринужденно болтать, в упор игнорируя её безмолвный, но смертоносный взгляд, сам по себе впечатлял. — По сравнению с классом C, это место выглядит пригодным для жизни. Хотя, полагаю, тут нет безлимитной газировки или стейков на гриле, так что чего-то всё же не хватает. Ичиносе хихикнула. — Аянокоджи-кун и Хорикита-сан уже рассказали мне про класс C. Похоже, они там вовсю развлекаются. — О? Ну и о чем же вы тут болтали до моего прихода? На этот раз ответила Хорикита. — Мы обсуждаем продолжение нашего взаимного сотрудничества. — Ха? Сотрудничество? С каких это пор у нас такое с классом B? Кумагава озадаченно моргнул. Никто не мог его винить — в конце концов, никто и не удосужился ему об этом сказать. Их сотрудничество с классом B началось во время инцидента с ложным обвинением в сексуальном домогательстве. Поскольку класс B помог классу D собрать улики против подставы класса C, между классами естественным образом завязались рабочие отношения. Конечно, всё это не имело значения, так как Кумагава в итоге сам всё перевернул. — Это произошло во время твоего инцидента с классом C. Ичиносе и её класс помогли собрать доказательства, чтобы очистить твое имя. — О-о-о, понятно, понятно. Что ж, тогда, Ичиносе-чан, спасибо за помощь! В знак моей благодарности я хотел бы сделать тебе подарок. Как насчет хэнд-бра... Прежде чем он успел закончить, Аянокоджи стремительно зажал ему рот ладонью. Он понятия не имел, какая чушь готова сорваться с этого языка, но что бы это ни было, оно гарантированно обернулось бы катастрофой для сотрудничества их классов. Ичиносе наклонила голову, озадаченная их странным взаимодействием, но Хорикита быстро перехватила инициативу, плавно возвращая разговор в нужное русло. — Итак, можем ли мы продолжить наши союзнические отношения? Я подумала, что было бы неплохо игнорировать правило о попытках выяснить личность лидера. Что скажешь? — Понимаю. Я тоже думала, что нам стоит об этом поговорить. Если нам не придется быть настороже хотя бы с одним классом, мы будем очень признательны. Если ты не против, Хорикита-сан, я бы хотела принять предложение. — Разумеется, я согласна. После подтверждения взаимного обмена информацией и решения сохранять сотрудничество Хорикита вздохнула и огляделась. Аянокоджи наконец убрал руку ото рта Кумагавы. Как только он это сделал, Кумагава замер. Его глаза, обычно полные озорства, уставились на Ичиносе со странной интенсивностью. — Кумагава-кун? Он не ответил. Обычно лучезарное лицо Ичиносе слегка дрогнуло, она почувствовала неладное. Даже Хорикита и Аянокоджи не знали, что думать об этой резкой смене атмосферы. — К-Кумагава-кун, что-то не так? — Тебя это устраивает? Он говорил своим обычным беззаботным тоном, но что-то было не так. Что-то совсем не вязалось с его привычным поведением. — О чем ты? — ............ Хорикита нахмурилась, чувствуя дискомфорт от внезапной перемены настроения. Они только что подтвердили сотрудничество, а теперь Кумагава вел себя странно. — Кумагава, — позвала она, словно пытаясь привести его в чувство. Он её проигнорировал. Вместо этого его взгляд переместился с Ичиносе на лагерь, словно он анализировал каждую деталь. — Ты правда хочешь этого сотрудничества прямо сейчас? — А-а? Его тон был серьезным — настолько серьезным, что это застало Ичиносе врасплох. — Что ты имеешь в виду? — нерешительно спросила она. Вместо того чтобы ответить сразу, Кумагава слегка наклонил голову, внимательно следя за её реакцией, прежде чем снова заговорить. — Что случилось с твоими отношениями? — Моими... отношениями? — Ичиносе в замешательстве нахмурилась. — Я не совсем понимаю, о чем ты спрашиваешь, но у меня нет ничего такого. Я ни с кем не встречаюсь, и мне никто не нравится. — Понятно...... Аянокоджи, молча наблюдавший за происходящим, слегка прищурился. Разговор принял странный оборот даже по меркам Кумагавы. — Аянокоджи-кун, ты помнишь? Аянокоджи, который следил за всем без особых эмоций, на мгновение опешил от вопроса. — ...Нет, — ответил он честно. Для Кумагавы не было редкостью менять темы по щелчку пальцев, но на этот раз всё было иначе. Аянокоджи не мог понять, к чему он клонит. Поэтому он решил ответить правду — не только потому, что врать Кумагаве было бессмысленно, но и потому, что ему было любопытно, куда это приведет. — Ширанами Чихиро. Как только Кумагава произнес это имя, в памяти Аянокоджи что-то щелкнуло. Точно. Тот день. — Чихиро-чан? А что с ней? — Ичиносе наклонила голову, явно не понимая, к чему ведет Кумагава. Вместо ответа Кумагава наклонился к ней. Не просто слегка — если у личного пространства были четкие границы, он их только что полностью пересёк. Внезапная близость заставила Ичиносе инстинктивно отпрянуть. — Ч-что? Кумагава, будто удовлетворенный её реакцией, небрежно отступил назад, переводя взгляд с Хорикиты на Ичиносе. — Прежде всего, скажите мне. Почему нам нужно сотрудничать именно сейчас? Аянокоджи слушал молча. Наблюдать за таким Кумагавой было странно захватывающе — будто видишь, как домашний хомячок делает сальто назад. Не каждый день доводится стать свидетелем подобного. — Всё просто. Взаимная выгода. Сотрудничая, мы устраняем риск вредительства друг другу и повышаем наши шансы на успех, — отрезала Хорикита. Ичиносе согласно кивнула. — Да. Поддерживая союзнические отношения, нам не нужно беспокоиться о сборе информации друг о друге, и мы можем сосредоточиться на обеспечении лучшей позиции в экзамене. — Понятно, понятно. Взаимная выгода, значит? Кумагава несколько раз кивнул, словно обдумывая их доводы. Затем, без предупреждения, он один раз хлопнул в ладоши. — Ладно, в этом есть смысл! Тогда давайте прекратим сотрудничество. Его слова, произнесенные так легко, заставили Ичиносе и Хорикиту замереть. Даже Аянокоджи, наблюдавшему с легким интересом, потребовалось время, чтобы осознать сказанное. — ...Что ты несешь? — Судя по тону Хорикиты, она не собиралась это терпеть. — Я имею в виду именно то, что сказал, Хорикита-чан. Нам нужно прекратить сотрудничество. Прямо здесь и сейчас. — Почему? — спросила Ичиносе в замешательстве. — Что-то случилось? Кумагава почесал затылок, словно сомневаясь, стоит ли говорить. В конце концов он вздохнул и пожал плечами. — Ичиносе-чан, я знаю, что ты хорошая девочка. Честная, добрая, умная, трудолюбивая и, вероятно, самая наивная девушка из всех, кого я встречал за последнее время. Но этого ли ты хочешь для своего класса? — Для моего класса? — Да, для твоего класса. Ты утверждаешь, что хочешь этого сотрудничества? Ичиносе кивнула, её привычное теплое выражение лица осталось неизменным. — Да, я верю, что это сотрудничество принесет пользу нам обоим. — О? Ты веришь? Прямо как ты верила, что вежливо отказать кому-то — это правильно? Ичиносе моргнула, застигнутая врасплох. — Что...? — Ты ведь помнишь, верно, Ичиносе-чан? Идеальное руководство? Голос Кумагавы был легким, даже дразнящим, но вес его слов давал понять: он не просто шутит. С точки зрения Аянокоджи, это звучало скорее как издевка, а не искренний совет. — Так скажи мне, Ичиносе-чан — как насчет твоего класса? Ичиносе напряглась, но Кумагава не унимался. — Сотрудничество звучит мило, не так ли? Оно делает всех счастливыми. По крайней мере, ты так думаешь. Но действительно ли ты принимаешь решение ради обоих классов? Или ты жертвуешь комфортом собственного класса просто во избежание конфликта? Хорикита прищурилась. — Что именно ты предлагаешь? — Что именно я предлагаю? Хм... Интересно. Кумагава постучал по подбородку, делая вид, что думает, но было очевидно, что ответ у него уже готов. — Ичиносе-чан, позволь мне сказать иначе. Ты любишь мир, верно? Ты хочешь, чтобы все ладили и были счастливы? Ичиносе кивнула. — Конечно. — И поэтому ты не хочешь создавать ненужных конфликтов, так? Ты скорее предпочтешь избежать драки, даже если это означает компромисс. Она заколебалась на долю секунды, прежде чем снова кивнуть. — Тогда позволь мне спросить — ты уверена, что твой класс чувствует то же самое? Ичиносе слегка нахмурилась. — Что ты имеешь в виду? — Твой класс отличается от класса D. Вы, ребята, милые. Вы помогаете друг другу, поддерживаете друг друга. Но это не значит, что все с тобой согласны. Она открыла рот, чтобы ответить, но Кумагава продолжил раньше, чем она успела. — Разве я не говорил тебе? Ты не просто делаешь кого-то счастливым. Вы делаете счастливыми друг друга. Но ты снова за своё. Не нужно создавать сотрудничество, которое навредит тебе в долгосрочной перспективе, просто чтобы порадовать какой-то другой класс. Его голос был легким, почти игривым, но в его манере говорить было что-то такое, что мешало просто отмахнуться. — Игра в понимание. Игра в лидерство. Игра в компромисс. Игра в честность. Игра в доверие. Игра в единство. Игра в жертвенность. Игра в бескорыстие. Игра в мир. Игра в победу. Игра в верность. Игра в силу. Игра в стратегию. Игра в решимость. Игра в мужество. Игра в амбиции. Игра в контроль. Игра в обман. Игра в доминирование. Игра в выживание. Игра в упорство. Игра в манипуляцию. Игра в авторитет. Игра в ответственность. Игра в предвидение. Игра в влияние. Игра в восприятие. Игра в сотрудничество. Игра в переговоры. Игра в настойчивость. Игра в решительность. Игра в риск. Игра в силу. Игра в успех. И игра в конкуренцию. — Скажи мне, Ичиносе-чан. Впервые его голос слегка понизился — стал тише, спокойнее, приобрел вес, в котором не было ни издевки, ни насмешки, и это звучало странно искренне. — Как долго ты планируешь продолжать играть? Ичиносе была тверда в своих убеждениях. Она верила в сотрудничество. Верила в свой класс. Но Кумагава посеял сомнение, каким бы малым оно ни было. Признавала она это или нет, теперь оно было там. Но Кумагава не стал давать пояснений. Без лишних слов он просто развернулся и пошел прочь, оставив Ичиносе наедине со своими мыслями. Хорикита, всё еще погруженная в собственные раздумья, пришла в себя только тогда, когда Кумагава полностью скрылся из виду. Поняв, что разговор закончился слишком резко, она быстро повернулась к Ичиносе. — ...Мы поговорим позже. — Она коротко попрощалась и поспешила следом за Кумагавой. — Увидимся. — Аянокоджи после небольшой паузы вежливо кивнул Ичиносе. С этим он тоже последовал за ними. К счастью, Кумагава не ушел слишком далеко. Он направлялся к их лагерю в неспешном темпе. Аянокоджи взглянул на часы. Примерно через час им нужно будет заново зарегистрировать место лагеря. Так вот оно что — Кумагава не просто валял дурака. Он всё время следил за требованиями экзамена. Несмотря на свое хаотичное поведение, он всё еще выполнял свою работу. Как только Хорикита догнала его, она схватила его за плечо и заставила повернуться к себе. — Что это сейчас было? — потребовала она, впиваясь в него острым взглядом. Кумагава моргнул, наклонив голову. — А? Что именно? — Не прикидывайся идиотом! Чего ты пытался добиться этим разговором? — Хм, ну... Я просто болтал, понимаешь? Мило беседовал с Ичиносе-чан. — Не лги мне. Ты намеренно подбирал слова, чтобы пошатнуть её уверенность. Ты пытаешься сорвать наше сотрудничество с классом B? — Лицо Хорикиты потемнело. Аянокоджи, слушавший со стороны, видел разочарование Хорикиты. И в каком-то смысле она была права. Кумагава сделал нечто излишнее. Логика Хорикиты была безупречной. Класс B был ценным союзником в этом экзамене. Благодаря их ресурсам и командной работе они могли прикрыть слабые места класса D. Разрушение этого сотрудничества было нелогичным. Но Кумагаву, похоже, не заботила логика. — Хорикита-чан, насколько сильно ты хочешь подняться в класс A? Поскольку я плохо дружу с цифрами, попробуй использовать какую-нибудь хорошую аналогию, пожалуйста. Хорикита прищурилась. Она знала, что он спрашивает не ради забавы. Он хотел снова затянуть разговор в свой собственный ритм. Ладно. Если он хочет играть так. — ...Если бы убийство тебя прямо здесь означало, что класс D сможет достичь класса A, я бы сделала это не колеблясь. Аянокоджи был немного застигнут врасплох её ответом, но то, как она произнесла это — без лишнего преувеличения, просто как констатацию факта, — ясно показывало её решимость. Хотя это было, пожалуй, чересчур. — О-о-о, страшно, страшно. Значит, вот как сильно ты этого хочешь? Настолько, что готова замарать руки? — Если того потребуют обстоятельства. — А что, если после того, как ты раздавишь меня, ты поймешь, что в этом не было нужды? Что, если бы ты могла добраться туда, не пачкая руки в крови? Ты бы пожалела об этом, Хорикита-чан? — ...Я не гадаю на "если бы". — Тогда в этом и разница между тобой и Ичиносе-чан. Она как раз гадает на "если бы". Выражение лица Хорикиты слегка ужесточилось. — Она бы предпочла вообще ни на кого не наступать. Вот на что я указывал, Хорикита-чан. Она не пытается победить — она пытается сделать всех счастливыми. — И какое это имеет отношение к нашему сотрудничеству? Хорикита явно теряла терпение от того, какими окольными путями Кумагава пытался оправдать свои действия. С её точки зрения, то, что он сделал, было бессмысленно. — Подумай об этом, Хорикита-чан. Если ты действительно хочешь достичь класса A, тебе нужно принять конкуренцию, а не избегать её. Без неудач нет успеха. Без некомпетентности нет превосходства. Без конфликта нет прогресса. Хорикита скрестила руки на груди. — И какое отношение вся эта философская чушь имеет к Ичиносе? — Всё просто. Она не хочет конкуренции — она хочет сосуществования. Хотя, если дать ей весомый повод, она нападет на другой класс, если придется. Но это уже совсем другая история. — ...Даже если так, обрывать связи прямо сейчас — не лучший ход. Нам нужны союзники. — ............ Кумагава вздохнул. Он явно не ожидал такого ответа — особенно от Хорикиты. — Ну, раз ты так говоришь. Глаза Хорикиты дернулись от раздражения. — И это всё? Ты распинался о том, как сотрудничество нам навредит, а теперь вот так просто идешь на попятную? — Конечно! Если Хорикита-чан говорит, что нам нужны союзники, то кто я такой, чтобы спорить? Я всего лишь скромный лидер, исполняющий волю своего народа. — Не зли меня, — отрезала она. — Объяснись нормально. Кумагава наклонил голову, словно в замешательстве. — А? Что объяснять? Я просто делаю свою работу. Поскольку наш лагерь нужно скоро перерегистрировать, я пойду этим займусь. А вы двое пока можете наведаться к классу A. Хорикита прищурилась. — Я отказываюсь. — Ах, это нормально. Я не прошу тебя идти — я приказываю тебе идти. — Я не подчиняюсь твоим приказам. — Лицо Хорикиты мгновенно потемнело. Кумагава вздохнул и вместо неё повернулся к Аянокоджи. — Кстати, вы ведь планировали навестить класс A после класса B, верно? — Да, таков был план. — Аянокоджи коротко кивнул. Кумагава снова повернулся к Хориките с улыбкой. — Видишь? Хорикита сжала кулаки. — В любом случае — бай-бай! Прежде чем кто-то из них успел среагировать, Кумагава внезапно присел и резко подпрыгнул вверх. В мгновение ока он исчез из виду, оставив после себя лишь шелест листьев. Аянокоджи моргнул. Это было... излишне драматично. Затем по его спине пробежал холодок. Он повернулся к Хориките. Её лицо исказилось в чем-то ужасающем. — @#%&... #@&^%%&*@!! Целый поток весьма изобретательных и красочных слов извергся изо рта Хорикиты. Это было такое словесное мастерство, которое заслуживало награды, если бы только существовала категория "Лучший импровизированный залп оскорблений". И дело было не только в словах. Сама страсть, стоящая за ними, впечатляла. Он всегда видел Хорикуту как холодную, собранную красавицу — человека, который держит себя с достоинством и аурой неприкасаемости. Но сейчас? Сейчас её буквально прорвало. Если бы словесное убийство было преступлением, Хорикита уже отбывала бы несколько пожизненных сроков. Аянокоджи медленно выдохнул. Он начинал думать, что Кумагава сделал это нарочно.