Глава 1, часть 2 - Огонёк во тьме

Подготовка к отправке в замок проводилась тщательно. В последний раз его так омывали и лечили снадобьями да зельями только перед действительно грандиозными боями. Запах мыла с нотками свиного жира, влажный воздух, от которого хотелось захлебнуться, — они сопровождали всю промывку и подготовку. С шеи перед отправкой сняли рабский ошейник, но кандалы оставили, чтобы не сбежал. Помимо Алкора, рядом постоянно находилось трое стражников с короткими мечами; если бы он дёрнулся не туда, его бы убили моментально. Алкор: — Давайте быстрее, ведите его! Его Императорское Величество не будет ждать, я вас вздую за это! — «Давай, гони их. Я припомню все издевательства». В голове вспыхивали воспоминания, пока его мыли. Плеть над головой, удар, снова плеть, огромные кузнечные щипцы, запах крови, боль в спине, холодный каменный пол. Его лишили крыльев, и теперь он не мог летать. Без посторонних Кри'к-ки смог обнять себя и дотянуться до обрывков крыльев, что остались на спине; они всё ещё болели. Три-крина посадили в клетку и накрыли тканью — всё-таки это личная вещь наследного императора, никто не должен был видеть его раньше самого наследника. На улице жизнь текла рекой. Запах смрада, палящее солнце, отчего воздух под тканью клетки становился раскалённым, словно угли в топке. Множество голосов вокруг... Кри'к-ки выучил язык, но ничего не мог ответить. Скоро его доставят в замок, а он не может даже увидеть его со стороны. У него отняли и солнце. Алкор: — Прошу, Ваше Императорское Величество, он прямо тут, готовенький, невредимый! — Наследный Император: — Замолкни, Алкор. Готовый — и хорошо. Привёз бы его и уехал сразу. Я ненавижу, когда меня отрывают от постели. — Сказал наследный император и дёрнул ткань с клетки. Его голос снова звучал строго и жёстко, но на этот раз слегка тягуче, словно мёд, но с дурным запахом. «Значит, вот что ты делаешь с той девушкой... Отгрызу тебе каждую конечность... А тебе, Алкор, оставлю тысячу ударов плетью». Взору наследного императора предстал вычищенный и уже более приятный глазу три-крин. Его большие защищённые плечи закрывали голову с двух сторон, руки с острыми тремя пальцами на каждой из четырёх, крепкие ноги с тремя точками опоры, словно на каблуках. Всё было вычищено и вылечено зельями, так что он выглядел словно только что из гнезда. Наследный император схватил его за цепь, что вела к рукам, и вытянул к себе. Наследный Император: — Ладно, ты меня впечатлил чуть больше обычного. Нетронутый. — Он осматривал три-крина, а после заставил встать перед собой. Словно товар, его осматривали с головы до «каблучков» на ногах. Никто не любит повреждённый товар, особенно такая знать. Пока его осматривали, Кри'к-ки не смог найти взглядом девушку-дженази. Видимо, её не привели, а что хуже — скорее всего, она в спальне своего хозяина. Алкор: — Да, Ваше Императорское Величество, его подготовили специально для вас. Позволю заметить, что он идеально вам подойдёт. Расцветка такой особи будет сочетаться с золотом, что вы так любите. — Алкор снова говорил так, словно на светской беседе; ухмылка не сходила с его лица. От него веяло неприятным приторным запахом, словно у идеального кекса была прогнившая начинка. «Обсуждает меня и даже не стесняется. Содрать с тебя скальп, а рот зашить». Рука императора схватила Кри'к-ки за рожки и, резко дёрнув вниз, заставила пасть на колени. Наследный Император: — Давай, вали отсюда, Алкор. С этим отребьем я разберусь сам. Через месяц жду новую игрушку, а то моя начинает ломаться. — Алкор: — Да, Ваше Императорское Величество, я отыщу для вас лучшую, которой хватит подольше. — Наконец Алкор удалился. Наследный император потянул три-крина за собой за цепь, регулярно его поддёргивая и совершенно не боясь за свою жизнь. Все вокруг считали, что он всё так же потерян где-то внутри себя, но Кри'к-ки всё запоминал, за всем следил. В замке было приятно, но слишком ярко: солнце било в глаза, отражаясь от золота, зеркал, доспехов, стоящих вдоль стен, и от канделябров с люстрами под потолком. Шаги раздавались эхом по залам, отражались от высоких стен и медленно затихали. Наследный император толкнул три-крина в комнату — это были его личные покои. В усики ударило ощущение страха, безнадёжности, жестокости; он был не первым в этом месте. В центре комнаты, прикрытая полупрозрачной шторкой из тонкого шёлка, стояла кровать. Внутри, свернувшись в комочек и дрожа, лежала девушка, сжимая одеяло. Наследный Император: — Эй, тварь, хватит дрожать там! Вылезай и поприветствуй хозяина с новой игрушкой! — Дженази: — Иди к чёрту, ублюдок. — Наследный Император: — Кто это тут заговорил? Сука, хочешь получить ещё десяток ударов!? — Закричал он, а после толкнул три-крина на пол и наступил ему на голову. Это было унизительно. Тяжёлая нога упиралась ему в голову, но надо было терпеть. Нужно было ждать. Рано. Оковы могут помешать. Впервые за всё время он осознанно сжал свои четыре руки в кулаки. Наконец девушка появилась. Это была та самая дженази огня. Её схватили за волосы, дёрнули и ударили по лицу. Наследный Император: — Совсем страх потеряла? Вспомни, кто тебе даёт кров над головой, кто, сука, о тебе заботится? А теперь, паршивая тварь, познакомься с новой игрушкой! — Он бросил её на пол, так что она оказалась лицом к лицу с три-крином. В её глазах блестел огонёк гнева и злости, но он не мог разгореться; что-то мешало. Рэйде: — Меня зовут Рэйде. Я убью этого гада однажды. — Прошептала она. После этого наследный император поднял обоих — её за волосы, его за рожки. Рэйде... Красивое имя. Она заметила, как руки Кри'к-ки были сжаты что есть силы. Они оба — жертвы, оба безвольные куклы, пока этот садист был рядом. Наследный Император: — Отлично! А теперь, когда вы познакомились, быстро марш в постель! Я ещё не насладился тобой сполна. Эй, стража! Этого — в подвал, пусть сидит и ждёт. Быстрее! — Вошедшая стража подняла безвольного три-крина за руки и повела прочь из комнаты, оставив Рэйде наедине с садистом. Кри'к-ки снова провалился в пучину разума, но на этот раз ненадолго. Он стоял у стены в подземелье, руки прикованы к холодному камню. Запах крови стоял омерзительный. Доносились голоса двух стражников, игравших в карты. Кажется, они обсуждали нового пленника. Стражник 1: — Как думаешь, что это за чудище теперь у его величества? Странный, ни на что не реагирует. — Стражник 2: — А не похуй ли? Мутант он и есть мутант. Благо, таких быстро истребляют, а остальных, как зверушек, держат, да и только. — Стражник 1: — Это ты прав. Они уроды, жить такие не должны. Впрочем, видел ту девчонку у его высочества? Я бы ей такую жаркую ночь устроил, что она навек запомнит. — Стражник 2: — Хо-хо, на что ты глаз положил! Смотри, как бы голову не снесли. Последний раз так Андрею голову снесли на гильотине. Но ты прав, я бы её как следует отжарил. — «Отвратительно. Какие люди отвратительны... Жалкие, порочные. Я выберусь отсюда. Главное — не попасть снова в омут. Главное — не провалиться в омут!» Внезапно раздались шаги босых ног по полу. Стражник 2: — Кто идёт? А... это рабыня его высочества. — С усмешкой сказал один из стражей. В его голосе не было ничего хорошего. Рэйде: — Мне... приказали покормить нового воина его... величества. — Было слышно, как тяжело ей это говорить. Она не хотела, не могла, но принуждала себя. Раздались шаги, небольшая возня, после один из стражей появился с Рэйде у решётки. Нехотя он открыл её, но, судя по ухмылке, хотел сделать что-то нехорошее. Когда Рэйде вошла в камеру, стражник последовал за ней и закрыл решётку за собой. На её изумлённый взгляд с подносом еды он лишь усмехнулся своим противным, слегка басистым голосом, словно кто-то бил в барабан при каждой произнесённой букве. Стражник 1: — Его высочество меняет своих игрушек как вздумается, так что, может, и мне можно разок. Всё равно ни кто ничего не заметит, что тобой уже пользовались. — Его рука схватила девушку за шею, прижала к стене и медленно сжала, перекрывая доступ к воздуху. Рэйде опешила, но схватилась за руку стража, пытаясь вырваться. Она стиснула зубы и ногой врезала ему в живот. Стражник слегка покачнулся, но, собрав силы, ударил её в ответ. Стражник 1: — Сука! А ну, харэ рыпаться! — Рэйде: — Д... да пошёл ты нахуй! — Тут стражник попытался ударить ещё раз, но внезапно что-то чёрно-жёлтое пролетело между ним и Рэйде, врезавшись в его руку. От сильной боли он выпустил девушку, хватаясь за рану. Когда взгляды Рэйде и стража устремились к источнику удара, они увидели, как три-крин, вытянув на максимум руки назад, медленно опускал ноги, резко сжимая и разжимая жвалы. Стражник 1: — Ах ты, скотина!.. Тебе не жить. — Его рука легла на рукоять меча. С лязгом клинок вылез из ножен, и стражник, замахнувшись, попытался нанести удар по три-крину. Но внезапно Рэйде толкнула его в спину. Тот пошатнулся и неуклюже двинулся вперёд замере на секунду, забыв про меч и пытаясь удержать равновесие. В этот момент он попал в лапы Кри'к-ки. Его ноги обхватили тело стража и притянули к себе. Жвалы врезались в шею человека. Рэйде видела, как этот монстр смакует каждую секунду и каждую каплю крови, что текла у него по жвалам. Стражник громко кричал, пытаясь вырваться, но три-крин не отпускал и кромсал его шею, постепенно превращая в кровавое месиво. Звуки рвущегося мяса, хруст костей, кровь багрового цвета медленно стекала на пол, образуя лужу. Стражник 2: — Эй! Девин, что за хуйня?! Ты чего разорался? — Пока три-крин свежевал добычу, окропляя себя кровью, второй страж начал приближаться с поста к камере с его мёртвым товарищем. Запах крови и человеческого мяса медленно расползались по подземелью. Рэйде прикрыла нос рукой; этот запах был для неё резким и тошнотворным. Несмотря на это, она схватила меч из рук мёртвого стража и, побежав к выходу, наткнулась на его товарища. Стражник 2: — Что за... — Не успел он договорить, как железо ударило его в лицо. Девушка приложила все силы, чтобы этот удар стал последним, и добилась своего. Стражник рухнул на пол и завалился на бок. Глубоко дыша, Рэйде отпустила меч. Кровь не попала на неё, лишь ступни были в ней. Повернув голову налево, к источнику ужасного запаха, её взору предстал мёртвый стражник с перегрызенным горлом, разлёгшийся в луже собственной крови, и три-крин, стоявший подле стены с растянутыми в стороны из-за кандалов четырьмя руками, облитый кровью, что медленно стекала по его тазу и ногам прямо на пол. Сцена была ужасна своей жестокостью, а мёртвый, безэмоциональный взгляд монстра был устремлён прямо на девушку. Мурашки пробежали по телу, а руки и ноги медленно начали дрожать. Стоило ли освобождать его? Нужен ли он ей? Или лучше позаботиться о собственной шкуре? Лишь эти мысли беспокоили её, шевелясь в голове, как назойливые насекомые, пока тело испытывало первобытный страх от увиденной картины.