Глава 8. ПОДОЗРЕНИЯ.

      Она забралась на стул и осторожно обхватила сына за талию, снимая его с полки. Дадли тут же обвил её шею руками, всё ещё всхлипывая от пережитого испуга.       — Всё хорошо, всё хорошо, — успокаивала она, спускаясь со стула. — Больше не лезь на полки без разрешения. Хочешь печенья — попроси у мамы.       Когда Дадли немного успокоился, Петунья повернулась к Гарри, который стоял в дверях кухни, с абсолютно спокойным видом наблюдая за происходящим.       — Молодец, Гарри, — сказала она, тяжело дыша. — Ты поступил правильно. Сразу позвал меня.       Лицо Гарри просияло от похвалы, и он гордо выпрямил плечи.       После ужина, когда за окном зашумел осенний дождь, Петунья решила понаблюдать за детьми внимательнее. За последнюю неделю Дадли трижды попадал в серьёзные неприятности, и каждый раз Гарри оказывался рядом. В душе Петуньи всё сильнее крепло подозрение. Как он всегда оказывается в нужном месте?       Дадли увлечённо строил высокую башню из разноцветных деревянных кубиков прямо на низеньком журнальном столике. Башня получалась высокая, но очень неустойчивая.       Гарри в это время сидел на ковре в противоположном конце гостиной, сосредоточенно выводя геометрические фигуры цветными карандашами.       Петунья, делая вид, что читает журнал, внимательно наблюдала за обоими мальчиками. Башня Дадли становилась всё выше. Она уже качалась при каждом неосторожном движении. Петунья специально не вмешивалась, желая посмотреть, что будет происходить дальше.       Гарри продолжал старательно рисовать, высунув кончик языка от усердия, но время от времени — будто бы невзначай — поглядывал в сторону кузена. Когда башня начала особенно опасно раскачиваться, готовая вот-вот рухнуть, Гарри вдруг отложил карандаши и встал.       — Дадли, — ровным голосом сказал он. — Упадёт.       — Не упадёт! — капризно ответил Дадли. — Хочу высокую башню! — И он потянулся, чтобы поставить ещё один кубик.       Башня, как и предсказывал Гарри, не выдержала дополнительной нагрузки и с грохотом рухнула. Разноцветные кубики разлетелись во все стороны, несколько штук упали на пол, а один довольно увесистый красный кубик попал Дадли прямо по лбу.       — А-а-а! — заплакал мальчик, хватаясь за ушибленное место.       Гарри со вздохом подошёл к кузену, поднял с пола злополучный красный кубик и вложил его в руку Дадли.       — На. Строй ещё, — прагматично сказал Гарри. — Широко строй. Не плачь.       Петунья наблюдала за этой сценой с растущим изумлением и нарастающей тревогой. Любой ребёнок мог заметить, что башня шатается.       Но точность, с которой Гарри предсказал падение... В этом было что-то пугающее. Что-то ненормальное.       Позже, укладывая детей спать, она решила проверить свои подозрения.       — Гарри, — сказала она, присаживаясь на край его кровати и внимательно глядя в зелёные глаза. — Можно тебя спросить? Как ты понимаешь, когда Дадли может попасть в беду?       Мозг мастера заработал на предельных оборотах. Он мгновенно уловил скрытый страх в голосе тётки. Она подозревала магию. Если сейчас дать слабину, все месяцы выстраивания образа «нормального мальчика» рухнут.       Гарри сделал вид, что на мгновение задумался.       — Глазами, — просто ответил он. — И ушами.       — Что ты имеешь в виду? — напряглась Петунья.       — Дадли пыхтит, — Гарри смешно надул щёки, изображая кузена. — Громко. Топает ногами громко. Когда стул упал на кухне — был сильный «бах!». Я услышал и прибежал. Когда кубики шатались — я смотрел глазами. Они криво стояли.       Петунья моргнула, чувствуя, как ледяной ком страха в груди мгновенно тает. Никакого шестого чувства. Никакой магии. Обычный слух и зрение. И элементарная детская логика.       — Понятно, — с огромным облегчением выдохнула она, погладив племянника по голове. — Это хорошо, что ты такой внимательный. Спи.       Поздним вечером, когда мальчики наконец угомонились и мирно спали в своих кроватях, а за окном шумел осенний дождь, Петунья спустилась к мужу. Вернон сидел в уютной гостиной, отбрасывающей причудливые тени от потрескивающего камина, и читал газету.       — Какая-то ты задумчивая сегодня, дорогая, — заметил Вернон, отрываясь от вечерней газеты и внимательно посмотрев на жену. — Что-то случилось?       Петунья села напротив и вздохнула.       — Знаешь, Вернон, за последнюю неделю Дадли постоянно попадал в неприятности. И каждый раз Гарри оказывался поблизости. Я... я сегодня даже испугалась, что у него есть какое-то сверхъестественное чутьё. Что в нём проявляется эта их... ненормальность.       Вернон нахмурился и тяжело вздохнул, не любя такие разговоры.       — И что в итоге? Опять твои фантазии?       — Нет, — Петунья слабо улыбнулась. — Я расспросила его. Оказалось, никакой мистики. Он просто слышит, как Дадли топает или пыхтит, и бежит смотреть. У него просто хороший слух и зрение.       Вернон отложил газету на журнальный столик и торжествующе хмыкнул.       — Я же говорил! Никаких странностей. Просто мальчишка знает, кто в доме хозяин, и следит за порядком.       — Да. Наверное, ты прав.