Глава 6. Чего еще желаете, итальянская королева?

Я застыла, не в силах оторвать взгляд от фигуры в дверном проеме. Сердце ухнуло куда-то вниз, в живот, и там забилось частой, тревожной дробью. Мужчина стоял небрежно, почти расслабленно, опершись плечом о косяк. Белая рубашка, расстегнутая у ворота, измятая, будто он только что закончил какую-то грязную работу. И на рукавах - капли. Темно-красные, почти бурые... Кровь. Я сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле. Он был высоким - выше отца, шире в плечах. Жгучий брюнет с волосами, падающими на лоб. Черты лица резкие, мужественные - выраженные скулы, сильная челюсть. Но страшнее всего были глаза. Черные. Глубокие. Бездонные. Они смотрели на нас - на меня и отца - и в них плескалось что-то безумное. Губы его растянулись в улыбке. И от этой улыбки кровь стыла в жилах. Рядом со мной Сальвини медленно поднялся на ноги. Движение было осторожным, как у человека, который знает, что малейшая ошибка может стоить жизни. Я почувствовала, как его рука легла мне на плечо и он слегка подался вперед, заслоняя меня собой. — Ублюдок сдох, — голос Римо был низким, хриплым. Он усмехнулся, качнув головой, будто делился забавным фактом. — И больше никто никогда не вспомнит идиота по кличке Хирург. Он шагнул в комнату - медленно, вразвалку, как крупный хищник, знающий, что добыче некуда бежать. За ним в комнату скользнул второй мужчина. Полная противоположность первому. Нино остановился чуть поодаль, сложив руки за спиной, и застыл. Римо приблизился ещё на пару шагов и присел на корточки прямо передо мной. Резко, легко, по-кошачьи. Теперь наши лица были почти на одном уровне. Я невольно отпрянула, вжавшись спиной в диван. Рядом отец напрягся всем телом. Я чувствовала, как дрожит его рука на моем плече - не от страха, нет. От ярости, которую он сдерживал из последних сил. Он не сводил с мужчины взгляда, и в его глазах плескалась чистая ненависть. Римо улыбнулся - мягко, почти нежно. Наклонил голову набок, разглядывая меня, словно диковинку. — Мы вроде не успели познакомиться как следует, — произнес он низким, бархатным голосом, в котором слышалась насмешка. Он протянул руку и я заметила, что кожа его исполосована шрамами. — Я Римо, — выдохнул он, и в его голосе прорезалась сталь. — Твой настоящий отец, малышка. Римо смотрел на меня - пристально, с любопытством. Слова давались с трудом, но я заставила себя произнести: — Агата Сальвини. Эффект был мгновенным. Улыбка исчезла с лица Римо, словно её стерли. Глаза вспыхнули - черные, яростные, готовые сжечь всё на своем пути. Он медленно выпрямился, поднимаясь во весь рост и я невольно втянула голову в плечи. Несколько секунд Римо стоял молча, глядя на меня сверху вниз. Потом медленно, с нарочитой неспешностью, перевел взгляд на Уильяма. И в воздухе словно треснуло что-то невидимое. Между ними повисло молчание - тяжелое, гнетущее, готовое в любой момент взорваться насилием. Римо усмехнулся - коротко, без тени веселья. Качнул головой, будто не веря услышанному. — Уильям Сальвини, — произнес он тихо, раздельно, смакуя каждый слог. Шаг вперед. Ещё один. Теперь они стояли почти вплотную. — Больше твоя фамилия, — голос Римо стал ледяным, отчеканивающим каждое слово. — Рядом с именем моей дочери не понадобится. — Да в этом месте летают вирусы злости и агрессии... Я сама решу, что мне понадобится, — подала я голос, и все взгляды тут же скрестились на мне. — Спасибо за спасение, конечно... Но я хочу к себе домой. — С этого дня - здесь твой дом, — нахмурился Римо. Меня такой ответ не устроил. Собрав в кулак все свое мужество, я встала с дивана, чувствуя, как отец смотрит на меня так, будто я в конец спятила. — Слушай, папандр. Мы связаны кровью и все такое, но есть ли у тебя хоть малейший опыт воспитывания детей? — я театрально расширила глаза, а затем похлопала застывшего как изваяние Сальвини, по руке. — Вот у него - опыта навалом. Отец даже может провести для тебя месячный курс обучения как стать образцовым родителем, но вряд ли ты оценишь. Римо усмехнулся такой наглости и в глазах его заплясали чертята. Даже всегда равнодушный Нино удивленно приподнял брови. — Я сам воспитывал своих братьев, так что не волнуйся, малышка. С тобой уж точно справлюсь. — Воспитывать парней не то же самое, что и девочек, — заметил Уильям. — Если ты действительно заботишься об Агате, то не будешь препятствовать ее общению с людьми, которые стали для нее семьей. Римо помрачнел, и Нино, почувствовав, что его неуравновешенный брат находится на грани срыва, поддался вперед. Однако Капо просто усмехнулся и ответил: — Что ж, я не запрещаю ей общаться с вами. Но у меня много врагов, так что при каждом визите в ваш дом ее буду сопровождать я или один из моих братьев. Отец возражать не стал, но меня напрягала идея, что рядом со мной будет постоянно крутиться один из Фальконе. — А когда я смогу пойти в школу? — будто действительно хотела туда тащиться, спросила я. Уильям нахмурился: — Новости о твоем похищении еще не дошли до журналистов, так что никто не должен знать. Ты сама уже хочешь идти на занятия? — И да, и нет. Но мне кажется, дома мне будет скучно, — я пожала плечами. — В какой школе ты учишься? — спросил Римо. — В той же, что и Савио, — вместо меня ответил Нино, смотря в свой телефон. Я с подозрением прищурилась. На меня всю нужную информацию нашли, что ли? — Что ж, если никто не против, мы с отцом отчаливаем, — я шутливо поклонилась и поспешила к двери, стараясь не обращать внимания на взгляд, прожигающий мне затылок. — Савио сопроводит тебя. К вечеру будь дома, — приказал мне Римо. Ох... Надеюсь, вечер наступит не скоро. У меня не было ни малейшего желания возвращаться в этот гадюшник. Мы с отцом вышли из их особняка, и по пути к машине к нам присоединился Савио. Он подмигнул отцу в ответ на его недовольное выражение лица и запрыгнул с нами в машину. — Дядя уже знает, что меня спасли? — спросила я, без разрешения забирая у отца мобильник. Савио настоял, чтобы он сел спереди, а меня для безопасности закинули на задние сиденья. Меня это не устроило, но моего мнения никто не спрашивал, увы. — Конечно, — кивнул отец, внимательно следя за дорогой. Я набрала номер Лоренцо и услышала в ответ длинные гудки. Дядя взял трубку не сразу, и голос у него был не сказать, чтобы самый счастливый. Верный признак незваных гостей: — Слушаю, Уил. Давай по-быстрому, как обстоят дела? Я и так в обществе надоедливо жужащей мухи. Я закатила глаза, не спеша отвечать. — Это Сальвини? Как там моя внученька? Голос бабушки я не могла спутать ни с чьим другим: — Бабуля! Дядя Лоренцо! Это я, Агата! — Мелюзга, неужели мы удосужились услышать твой голос? — удивился Лоренцо так, будто и не ожидал что я еще жива. — Ты в порядке? — Я в норме. Мы с отцом и.... Савио едем к вам. — Савио Фальконе? — в тоне дяди проскользнули презрительные нотки. Разумеется, сам Савио тоже их расслышал. Он внимательно прищурился, ожидая, что еще скажет Лоренцо. Опасаясь за его безопасность, я быстро заговорила: — Да, да. Приготовишь мне мой любимый куриный суп? Жуть как проголодалась. — Чего еще желаете, итальянская королева? Пасту? Ризотто? Морепродукты? Все к вашим услугам. — Все что предложишь схаваю, — рассмеялась я. — Даже лапшу? Ту, которую обычно на уши вешают? — Дядя! — Заказ принят. К твоему приезду, все будет готово. Дядя Лоренцо не обманул. К нашему приезду все действительно было готово, а стол накрыт так богато, что даже Сальвини присвистнул. — А ты действительно постарался, Лоренцо. Увидев нас на пороге, дядя кинулся обнимать меня, при этом выглядя так, будто вот-вот расплачется. Только тогда я поняла, как много значу для своих близких. Смахнув непрошенные слезинки с глаз, я крепко обняла дядю в ответ. — Внученька... Услышав голос бабушки, я отстранилась от дяди. Лоренцо недовольно что-то пробормотал себе под нос, обозвав мать старой каргой. Бабушка улыбнулась и в уголках её глаз собрались тонкие лучики морщинок. Седые волосы, аккуратно собранные на затылке, слегка растрепались у висков. На переносице покоились очки в тонкой оправе, чуть съехавшие вниз, как всегда. Я не задумываясась кинулась ей в объятия. Она пахла чем-то домашним и знакомым с детства. Её ладони легли мне на спину, бережно, но крепко, и я почувствовала, как всё напряжение покинуло мое тело. — Бабуль, я потеряла свои наушники, — пожаловалась я ей. — Главное, что голову не потеряла, — пробурчал Лоренцо. — Какие к черту наушники? — Купим новые, не переживай, — устало улыбнулся Сальвини. Савио с любопытством переводил взгляд с одного на другого, и при этом смущенным не выглядел. Лоренцо заметил его не сразу и оценивающе окинул взглядом сверху вниз: — Если бы я знал, что моя квартира превратится в место сборищ Фальконе, я бы заранее подготовил лучшие итальянские закуски… или ловушки. В зависимости от настроения. — Как гостеприимно, — усмехнулся Савио. Лоренцо промолчал и повел нас на кухню. Бабушка ласково погладила меня по голове и мы вместе двинулись вглубь квартиры. — Больше не позволю тебе по вечерам одной шастать, мелюзга, — бурчал дядя, когда все сели за щедро накрытый стол. Надо отдать должное Лоренцо - он приготовил все. От итальянских блюд до моего любимого куриного супа. Я набросилась на еду, как проголодавшийся волк на добычу. Савио шутливо произнес: — Полегче, не подавись, племяшка. А то создается ощущение, что мы тебя голодом морали. — Странно осозновать, что мои новоявленные дяди не слишком старше меня самой, — хмыкнула я. Забавно было слышать с уст шестнадцатилетнего парня обращение "племяшка". — К тому же, у тебя всегда будет самый неповторимый дядя, — самодовольно сказал Лоренцо, наливая мне чай. — У тебя всегда была завышенная самооценка, — с улыбкой покачал головой Сальвини. — Хоть у кого-то из нас, — хохотнул Лоренцо. — Что там с твоей Эммой, дядя? — напомнила я о его очередной интрижке. — С кем? — не понял Лоренцо. Я закатила глаза, поняв, что он даже не запомнил ее имя. — Он с утра созванивался с какой Софией, — махнула на него рукой бабушка. — Белый свет клином сошелся у него на женском поле! Мы рассмеялись, глядя, как покраснело лицо дяди Лоренцо. — Вот как?! Да на мне весь дом держится, — завел он любимую пластинку. — А ты самая бесполезная среди нас! — Альфонс, — тут же припечатала его бабушка. — Я – альфонс?! — заорал Лоренцо, крайне возмущенный. — Я?! Я-то?! — А кто тебе эту безделушку подарил? — посмотрела бабушка на руку Лоренцо, на указательном пальце которой сиял перстень из белого золота с выразительным драгоценным камнем. Дядя тут же почувствовал себя крайне неудобно и убрал кисть за спину, словно невзначай решив почесать спину. — А это мне благодарная клиентка подарила в знак признательности, — нашелся с ответом Лоренцо. — И не принять ее скромный подарок я не мог! Не привык отказывать девушкам, знаешь ли! Пока бабушка с дядей препирались, мы с отцом молча уплетали приготовленные для нас блюда. Савио же с интересом слушал наши разговоры. Интересно, дома Фальконе так же между собой непринужденно ругаются? Или у них все заканчивается кровавым поединком? Кто же знает этих мафиози...

***

Вечер наступил слишком быстро. Мне не хотелось возвращаться в этот холодный и мрачный особняк, но выбора особо и не было. Когда мы с Савио переступили порог этого дома, там по обычному было слишком тихо. — Прикольная у тебя семейка, племяшка, — сказал мне Савио. — С приветом. — Да вы тоже особой адекватностью не отличаетесь, — заметила я. Мы прошли в гостинную, где Савио и Адамо утром играли в видеоигры. Я тоскливо оглядела помещение и села на диван. — Римо и Нино сейчас в арене Роджера, — глядя на экран телефона, сообщил Савио. — У твоего отца проходит бой в клетке... С предателем. — Бой? — изумилась я. — Самый настоящий бой без правил? — Ага. — Получается, вы со всеми предателями мафии разбираетесь таким образом? — полюбопытствовала я. Савио усмехнулся и сел рядом. Про себя я отметила, что он меня уже совсем не напрягает. Он смешной и забавный, совсем не как бездушный Нино или агрессивный Римо. — Не совсем. Фабиано был нам как брат, пока не поставил свою преданность девушке превыше верности нам. — А разве это не само собой разумеющееся дело? — не поняла я. — Разумеется, каждый влюбленный человек будет держать свою половинку в приоритете. — Ничего ты не понимаешь, племяшка. Мы мафия, и не терпим романтические сопли. Преданность наших подчиненных должна быть непоколебима. — А ты сам? Влюблялся когда-нибудь? Савио рассмеялся, будто никогда раньше не слышал ничего смешного. — Нет. И не собираюсь. Любовь для идиотов. — Через лет пять-десять посмотрим. Каждый влюбляется, хотя бы раз в жизни, — умным лицом сказала я. — Уж точно не я, — ухмыльнулся Савио. — А ты, малышка? Отдавала ли кому-нибудь свое маленькое сердце? — Ну... — я задумалась. — Скрывать не буду, раньше были пацаны, которые мне нравились. Одному из них я даже сама признавалась в чувствах, но увы, меня отвергли. Глаза Савио вспыхнули защитой и жаждой убийства так, что даже мне стало как-то не по себе. — Запомни, племяшка. Никакой парень впредь не то что отвергнуть, даже косым взглядом на тебя посмотреть не сможет. Иначе я разрежу его на мелкие кусочки и отдам на корм собакам. Будь уверена, твой отец сделает так же. Теперь ты Фальконе, и ни одна живая душа не посмеет тебя обидеть. Я невольно улыбнулась, приятно удивленная такой защитой. Хоть и звучало все это несколько мрачно. — Умеешь ты красиво говорить, дядюшка Савио, — подразнила я. — Не удивительно, что Джемма от тебя безума. — Джемма? — приподнял он брови. Я тут же осеклась, поняв, что случайно сболтнула лишнего. И строго посмотрела на смеющееся лицо дяди: — Если что, я этого не говорила. — Не волнуйся, племяшка. Я и без тебя знаю, что Китти в меня влюблена. — Тогда почему вы не встречаетесь? — удивилась я. — Она красивая и из хорошей семьи... Савио рассмеялся до боли в животе. — Меня убивает твоя наивность, племяшка! Во-первых, Китти из религиозной семьи и до брака ей не то чтобы встречаться, даже взглядами нельзя обмениваться с парнями. Во-вторых, мне нравятся более взрослые девушки, с которыми можно перес... пообщаться. — До брака? Что за старамодная семья у них! — фыркнула я. — У мафиозных семей такая традиция, — пожал плечами Савио. — Девушка должна быть чистой и непорочной, и ровно в восемнадцать лет выйти замуж. Браки по расчету для нас привычное дело. — Ровно в восемнадцать?! — Еще больше удивилась я. — Капец, что за правила такие? И меня тоже такое ждет? Фигушки! — Нет, конечно, — покачал головой Савио. — Посмотрел бы я на смельчака, который захочет попросить руки дочери Римо. — То есть, принуждать меня к браку никто не будет? — немного успокоилась я. — Никто не посмеет. Мир принадлежит тебе, Il mio lupetto, — раздался голос с порога. Мы обернулись и увидели Римо. На этот раз, одет он был в чистую одежду, но на скуле виднелся свежий синяк. — Брат, ты вернулся, — напрягся Савио. — Фабиано...? — Он жив, — коротко ответил Римо. Савио в шоке раскрыл рот, будто это была самая невероятная новость за сегодня. Римо жестом велел ему выйти и младший Фальконе без лишних слов послушался. Как только за ним закрылась дверь, Римо тяжело опустился на диван рядом со мной. Мне было неловко видеть его настолько близко. — Нам не дали нормально пообщаться, малютка, — произнес он, с любопытством глядя на меня. И взгляд его будто бы смягчился. — Ты же знала, что Сальвини не твой настоящий отец? — спросил Римо, внимательно следя за моей реакцией. — Да, — кивнула я. — Я всегда это знала. Но он относится ко мне как к родной дочери, да и воспитывал меня скорее он, чем родная мать. Римо скривил губы, будто и не ожидал от Елены ничего другого. — Тебя же... Никто в твоей семье не обижал? — Меня? Нет, конечно. Бывали ссоры и недопонимания, но это обычное дело. До рукоприкладства однако никогда не доходило. — Что ж, я рад. Здесь тебя тоже никто и пальцем не тронет, будь уверена, — твердо сказал Римо. — С этого дня многое изменится. В школу пойдешь чуть попозже, вместе с Адамо, а пока отдохни несколько дней. Завтра Савио начнет знакомить тебя с нашими солдатами и их семьями. Он как раз водит дружбу с некоторыми из них. — Хорошо, — кивнула я. — Что бы ты хотела знать о нас? — Римо наклонил голову набок. — Теперь ты член семьи и часть Каморры. Я ожидаю, что все, что ты узнаешь, останется при тебе. — Ладно, — я поджала губы. — Как я поняла, ты являешься самым главным в Каморре? — Да, я Капо. Король мафии, а ты моя маленькая принцесса, — Римо даже ласково улыбнулся, глядя на меня. Было непривычно видеть на его самодовольном лице такую теплую улыбку. — А Нино? — Мой Консильери, правая рука. Савио тоже член мафии, а вот Адамо пока не прошел инициацию. Так же у меня есть младшие боссы в разных городах, которых я сам назначаю... — А какую должность занимает семья Романо? — вспомнила я про блондинистого придурка со школы. Римо тут же заинтересованно поддался вперед: — Откуда тебе известна эта фамилия? — Да так, есть один одноклассник с такой фамилией, — ответила я. Но мне бы не хотелось рассказывать биологическому отцу о драке между мной и блондинкой. Слишком уж кроважадным он выглядит. — Энзо Романо является младшим боссом Лос-Анджелеса. Его семья занимает не последнее место в нашей иерархии. — Тогда неудивительно, что его сыночка-присыночка такой заносчивый, — пробурчала я. Римо тут же напрягся: — Его сын тебя обидил? — Нет, нет... Такие люди мне не нравится просто своим существованием. Он хмыкнул, одобрительно на меня глядя. В этом и различие между ним и Уильямом. Приемный отец тут же укорил бы меня в пренебрежении к другим людям и начал читать лекции, как важно оставаться простым и хорошим человеком. А по лицу Римо и так было понятно, что ему насрать на всякую добродетель. — Всегда ходи с поднятой головой, Агата. Теперь ты Фальконе и должна соответствовать своей фамилии. Помни, ты - принцесса. А все остальные - лишь пыль под твоими ногами. Я улыбнулась, впервые искренне в присутствии Римо. Мне понравились его слова. Быть у самой вершины власти теперь казалось мне замечательным раскладом. Посмотрим, чем все обернется...