Глава 7. Игра.

      Впервые за всю эту жизнь я вновь ступил на землю, что когда-то называл домом. Путь до родных мест занял порядка двух часов — странное ощущение, ведь раньше он казался вечностью. Мы ехали в поезде, не похожем ни на одно транспортное средство, что я знал прежде: его вагоны были настолько грандиозны по своим размерам, что без труда могли вместить существ размером с Горудо. Из окон открывался захватывающий вид на бездонную пучину межмирового пространства — там не было ни горизонта, ни неба, только переливчатое сияние бесконечных реальностей, пересекающихся в хаотичном танце.       Мой фамильяр за прошедшие годы изменился до неузнаваемости. Из неловкой крылатой ящерицы он вырос в по-настоящему внушительного дракона. Несколько циклов линьки преобразили его: старая кожа слетала, как шелестящая бумага, открывая крепкое, рельефное тело. Его чешуя теперь представляла собой крупные, налегающие друг на друга пластины, переливающиеся на свету. В пасти — ряды острых, как иглы, зубов. Горудо стал вырастать до трёх метров в холке, и теперь всякий, кто увидел бы его впервые, вряд ли смог бы назвать его милым. Он стал величественным и пугающим существом, достойным своего рода.       Подобно мне, он перерос золотые яблоки, что прежде насыщали его. Вместе мы начали охотиться на демонических волков, что гнездились в лесах вокруг наших владений. Горудо быстро пристрастился к свежему мясу и отныне отказывался даже от рыбы, которая раньше казалась ему деликатесом.       Изначально я не планировал брать его с собой в Верхний мир. Подобное существо трудно было бы скрыть от человеческих глаз, да и держать его взаперти не представлялось возможным — не тот у него нрав. Но, почувствовав моё намерение оставить его, Горудо впервые показал, на что способен: магией он смог уменьшиться до размеров орла, а затем и вовсе сделаться невидимым и невесомым. Меня это поразило. Если вспомнить Таннина, который умел сжиматься до почти человеческого роста, — вероятно, это врождённое свойство драконов, дар древней магии, ускользающей от понимания простых смертных.       Когда поезд остановился, я первым ступил на перрон. Осмотревшись, я понял — мы прибыли на станцию метро. Вермонт. Та самая станция, что врезалась в мою память ещё в прошлой жизни. Сердце сжалось: я снова здесь… Но не всё было так просто.       Это была не настоящая станция, а её теневая копия — иллюзорная, созданная в подпространстве Гремори. Всё выглядело идентично, до мельчайших деталей, но сквозь стены и воздух ощущалась иная плотность, словно сама ткань реальности здесь была иной.       — Сейчас должна приехать машина, — произнесла Эмма, сверившись со временем.       Она осталась моей единственной «фигурой» и сопровождала меня в Верхний мир. Кроме Горудо, разумеется. Я надеялся, что сенсей тоже отправится со мной, но это оказалось невозможным. Слишком многое держало его внизу. Таких опытных, как он, немного, и большинство слишком привязаны к своим делам, чтобы рисковать ради юного наследника.       Сбор собственной свиты — одна из причин моего прибытия сюда. Риас в этом плане была куда удачливее. Сазекс лично представил ей троих: Акено, Кибу и Конеко. Я, признаюсь, подумывал «переманить» последнюю. Уж слишком я слаб к зверодевочкам... Да, я отаку, и не стыжусь этого.       Но, увы, она уже была обращена. А жаль. Впрочем, с ней было бы непросто. Закрытая, со сломанным доверием и травмами из-за сестры... Слишком много усилий потребовалось бы, чтобы растопить её лёд.       Вторая причина — «забота» отца. Его беспокоило моё здоровье, ведь всё свободное время я посвящал тренировкам и чтению, чередуя их, как дыхание. Он даже намекал, что в его возрасте у него уже было четыре наложницы. А у меня — даже мыслей об этом не было. Не до того.       Но всё это — потом. Сейчас важно одно: в этом мире правит сила. И если ты не хочешь быть растоптанным богами, архангелами и прочими чудовищами — развивайся. Постоянно. Неустанно.       Мы остановились в пентхаусе одного из самых дорогих отелей Лос-Анджелеса — в Бэль-Эире. У нас был личный бассейн, панорамные окна, роскошь, от которой рябило в глазах. Честно говоря, я бы выбрал что-то попроще, но, как оказалось, всё уже было заранее оплачено. Род Гремори всегда отличался широкими жестами. Ночь здесь обходилась в пять тысяч долларов. Для обычного смертного — недостижимая роскошь. Для демона — мелочь.       — Разве у семьи нет собственного дома в этом городе? — спросил я, опускаясь в кожаное кресло у выхода на террасу. Горудо, преобразовавшийся до размеров собаки, устроился у моих ног.       — Сейчас в доме идут реставрационные работы, — ответила Эмма.       — Понятно… — кивнул я. — Отец не сказал, что именно я должен здесь делать?       — Разве Лорд Гремори не поставил вас в известность, Милорд? — с лёгким удивлением переспросила она.       — Он вообще любит действовать втайне, — усмехнулся я. — Хотя, быть честным, я и сам не особо спрашивал. Что известно тебе?       — Вас зачислили в местную академию на первый курс. Лорд надеется, что вы адаптируетесь к жизни среди людей и соберёте свою свиту.       Это я знал.       — Также… — продолжила Эмма. — Он поручил вам наладить отношения с местным «королём».       — Королём? — я приподнял бровь.       — Половина города находится под контролем древнего вампирского рода. Их лидер — Альфа, древняя и могущественная. В человеческом мире она известна как Летиция Блаз. Владелица множества ночных клубов. Именно там питаются её «дети ночи». Ваша задача — договориться о ненападении. Установить союз.       Я задумался. Летиция Блаз… Это имя звучало знакомо. Пожалуй, в прошлой жизни я видел его в полицейских сводках. Пропавшие люди… Не раскрытые дела…       Может ли быть, что даже в той жизни она была вампиром?       — Забавно… Город ангелов принадлежит демонам и вампирам, — криво усмехнулся я.       Договориться с Альфой… Опасная задача. Её уровень явно не ниже Владык. Это не игра. Ошибка может стоить жизни.       — Есть ли ещё кто, о ком мне следует знать? — спросил я.       — В степях за городом есть кланы вервольфов, — ответила Эмма.       — Оборотни… — пробормотал я. Не думаю, что им понравится моё присутствие. Особенно если титул окажет на них такой же эффект, как на демонических волков. Моя аура станет ядом.       Я прошёлся взглядом по номеру — и заметил лишь одну кровать.       — А ты… где спать будешь? Со мной?       Эмма слегка смутилась, подошла ближе и села мне на колено.       — Если вы не возражаете, — прошептала она. — Я вам нравлюсь, Милорд?       — Совру, если скажу нет… — признался я, заглянув в её светло-серые глаза. — Но скажи…       Она прильнула ко мне.       — Ты сама этого хочешь? Или это воля моего отца?       Эмма вздрогнула. Я мягко отстранил её, встал, вышел на террасу и, глядя в закат, тихо произнёс:       — Я не приемлю фальши. Ни в поступках, ни в чувствах.       — Я поняла, Милорд… — едва слышно выдохнула она.

***

      Следующим утром Лос-Анджелес встретил нас ясным, слегка туманным рассветом. Сквозь высокие окна в номер проникал мягкий, золотистый свет — и в этой тишине, до первого городского шума, я чувствовал редкое спокойствие. Но недолго. Впереди была Академия Линбукр — и с ней первая часть моей официальной миссии.       Передвигаться по городу пешком или с магией — вариант малоприемлемый. Привлекать к себе внимание — последнее, чего хотелось. Мы с Эммой приобрели скромный, но эффектный маслкар: черный корпус, низкая посадка, рёв двигателя — и ничего лишнего. Подходящая маска для молодого представителя элиты. И в то же время достаточно простая, чтобы не вызывать подозрений.       На школьной парковке пришлось помыкаться — свободные места были роскошью, несмотря на внушительные масштабы академии. И судя по количеству спортивных автомобилей, внедорожников и электрокаров, здесь учились далеко не дети рабочих. Шестьдесят тысяч долларов в год — и это только за обучение. Но среди всей этой глянцевой мишуры выделялись иные — стипендиаты. Их видно сразу.       Школьная форма, строгий вид, сосредоточенность в глазах. Они не могли позволить себе расслабиться — за любую ошибку могли вылететь. Для них школа — шанс. Для остальных — времяпрепровождение.       Когда я вышел из машины, взгляды обратились на нас. Вокруг — шёпот, любопытство, зависть. Молодой парень, мощная тачка, красивая спутница, уверенный взгляд. Внешне — воплощение золотого мальчика. Только я знал, какова цена этой оболочки. Позади — кровь, пот и бессонные ночи.       И всё ради одной цели — силы.       — Милорд… — обратилась ко мне Эмма.       — Я же просил, — негромко напомнил я. — На людях — Рей.       Она кивнула, но, судя по выражению лица, ей это давалось с трудом.       — Кстати, — продолжил я, — ты не взяла с собой обед?       Занятия прошли как в тумане. Учебная программа для меня была пустой формальностью. Вся «академическая жизнь» — декорация, за которой скрывались настоящие цели. Я анализировал. Смотрел. Чувствовал. И среди десятков студентов, погружённых в рутину, выделялись единицы. Ауры.       Потоки магии. Присутствие чего-то иного. Природного. Или… сверхъестественного.       Одну из таких аур я заметил ещё утром. Мягкая, приглушённая, но с намёком на мощь — как камень под толщей воды. Она принадлежала школьной медсестре. Внешне — обычная женщина: строгая, но добрая, в белом халате, с усталыми, внимательными глазами. Но внутри неё спал Артефакт. Святой. Очень древний. И ещё — проклятие. Его отголоски я ощутил, когда она проходила мимо.       А ещё были двое. Пара. Юноша и девушка. Один — высокий, мускулистый, с резкими чертами лица, с лёгким запахом зверя. Оборотень. Но без контроля — омега. Его сущность рвалась наружу при любой вспышке эмоций. А рядом — девочка в бейсболке, с задорным смехом и искренним взглядом.       Полукровка. Ёкай. Лисья энергия чувствовалась слабо, но отчётливо.       Третья — её сестра. Почти полная противоположность: спокойная, рассудительная, сдержанная. В её походке — честь. В её жестах — долг. От неё тоже веяло магией, хотя она и старалась скрывать это. Все они… подходящие кандидаты. Не идеальны, не обучены. Но в них был потенциал. Сырой. Опасный. Прекрасный.       В тот же день, во время большой перемены, я поднялся на крышу. Там, где был обзор на весь школьный двор, и ветер развевал волосы. Горудо, невидимый, как всегда следовал за мной, его присутствие ощущалось лишь слабым покалыванием в воздухе.       Я размышлял. Мне нужен был план. Один шаг. Один манёвр, который поможет мне понять, кто из них достоин. Кто готов. Кто слаб. Кто силён. И кто продаст душу — не за обещание силы, а ради мечты.       — Эмма, — произнёс я, не поворачиваясь. — Подготовь маску. Сегодня мы будем играть.